Женские игры, или Мое бурное прошлое Шилова Юлия

Нашу перепалку прервал пронзительный звонок в дверь.

– Кто это? – вздрогнула я и в упор посмотрела на Татьяну, но та лишь удивленно пожала плечами.

– Не знаю. Сюда так просто не подойдешь! Если бы гости нагрянули, нам бы позвонили с проходной. Думаю, это соседи. В любом случае дверь нужно открыть, чтобы не вызывать подозрений. Главное, чтоб тебя не видели. Сейчас я выйду и скажу, что хозяин сегодня не приезжал. Сиди в столовой и не показывай носа.

Я испуганно кивнула, пересела в кресло и превратилась в слух. Сначала – быстрые Татьянины шаги, затем – скрежетание замка, потом – раздраженный мужской голос, звавший Шурика.

– Дядя Саша, я понимаю, что вы не желаете со мной разговаривать, но я должен вам все объяснить!

– Послушай, парень, ну что ты разорался на весь поселок! Хозяин сегодня не приезжал! – Это уже Татьяна. Вот идиотка! Могла то же самое сказать из-за двери!

Не выдержав, я встала и вышла в коридор.

В коридоре стояли двое. Разъяренная домработница и… тот самый мужчина, с которым мы познакомились (весьма близко) в «Праге». Увидев меня, он замер на месте.

Татьяна театрально взмахнула руками и быстро затараторила:

– Это Игорь. Сын нашего соседа. Ему, видите ли, дядя Саша понадобился. А где я его возьму? Из-под земли, что ли, достану? Не было сегодня хозяина, не было! Наверное, он в Москве ночевать остался.

– Заткнулась бы ты лучше, Танька, а то ведь я могу шепнуть кое-что дяде Саше на ушко, и он тебя быстренько уволит. Поедешь на свою родную Украину. – Игорь усмехнулся и бросил на меня оценивающий взгляд. – А это кто?

– Это моя подруга. В гости приехала. А насчет увольнения ты не каркай. Я тут пашу от зари до зари как проклятая, поэтому мне увольнение не грозит.

– Так ты, выходит, тоже с Украины приехала? – спросил он не без превосходства в голосе. Тоже мне москвич!

– Нет, я с Молдовы, – с вызовом ответила я.

– А тебе не кажется, что мы встречались раньше?

– Нет. Я вижу вас в первый раз.

– А у тебя с памятью все в порядке?

– Пока не жалуюсь. Я помню всех мужчин, с которыми встречалась раньше. Уж тебя бы я точно запомнила. – Раз он на «ты», то и я буду так же.

– Ну надо же, – усмехнулся Игорь. – А я вот знаю, где ты работаешь. Ты в мясной лавке торгуешь. Вот только не помню, на каком рынке стоишь.

– На Люблинском. Третий павильон слева.

– Теперь буду знать.

В воздухе повисло молчание. Игорь по-прежнему не спускал с меня глаз. Уходить он, по всей видимости, не собирался. Первой не выдержала Татьяна. Она широко раздула ноздри, подбоченилась и закричала:

– Послушай, ты к дяде Саше пришел или на мою подругу пялиться?!

– Вообще-то к дяде Саше, но раз у тебя такая подруга…

– Закатай губищи, парень! Дяди Саши дома нет, и тебе здесь делать нечего.

– Но во дворе стоит его машина.

– Ну и что? У него машин много.

Игорь бесцеремонно отстранил домработницу и прошел в столовую.

– Ой, да у вас тут настоящий пир. Шампанское течет рекой. Пируете, значит, девочки, пока хозяев нет?!

– Пируем, – с вызовом сказала Татьяна. – А что?

– И не скучно вам без мужиков? Может, ваше женское общество разбавить нужно?

– Без тебя обойдемся, благодетель!

– Так, говоришь, дядя Саша не приезжал?

– Не приезжал.

– А я-то думал, что он меня видеть не хочет. Мы с ним на рыбалке повздорили. Хотелось наладить контакт…

– В следующий раз наладишь, – Татьяна, надо отдать ей должное, держалась стоически.

– Расслабься, я сейчас уйду, – бросил ей Игорь и уже более мягко сказал мне: – Ничего не заканчивается, пока не заканчивается. Знакома ли тебе эта фраза?

Я не ответила и отвела глаза в сторону.

– Я в соседнем доме живу. У нас тоже пирушка складывается. Гости приехали, шашлык жарим. Приходи, я буду ждать.

Игорь подмигнул Татьяне и пошел к выходу.

Татьяна закрыла за ним и со злостью пнула входную дверь ногой.

– Придурок хренов! Шурик ему понадобился! Ломится, как к себе домой… А ты-то зачем вышла?

– А что я, по-твоему, должна была делать? Сидеть и ждать, пока он сам в столовую войдет?

– А ты с ним вправду знакома?

– Да нет… Он меня с кем-то спутал.

Мы вновь сели за стол и разлили шампанское. Татьяна задумчиво покрутила бокал в руке.

– Классный мужик, – сказала она. – И симпатичный, и при деньгах. Редкое сочетание… Предки у него богатые. А дом внутри еще похлеще, чем у Шурика.

– Я же тебе говорила, что от машины надо поскорей избавиться. Видишь, сосед подумал, что Шурик здесь. Машина-то на виду стоит.

– Ничего страшного! Одна стоит, а на другой он по Москве катается. Сама знаешь, сколько у Шурика машин. Можно со счету сбиться. Мало ли, на какой он уехал. Шурик любил машины менять. Слабость у него такая. Нормальная, здоровая слабость… Кто-то марки коллекционирует, кто-то значки, а Шурик – машины. Такое своеобразное хобби.

После затянувшегося ужина Татьяна убрала посуду и, зевая, сказала:

– Давай спать. Завтра отгоним тачку и разбежимся как в море корабли.

– Да ты, никак, на родину собралась?

– А чего я там не видела? Уволить меня не уволят. Все равно за домом уход нужен, а я на совесть работаю. Лучшей домработницы им и не найти. Нравится мне здесь, Маргарита. Особенно когда хозяев нет. Извращенец Шурик под сосной лежит, так что мне теперь ничего не угрожает. Ни-че-го.

Татьяна зевнула еще раз, потерла сонные глаза и спросила:

– Может, тебе все-таки в спальне постелить? На диване, поди, неудобно.

– Нет, мне там Шурик мерещиться будет, – замахала я руками.

– А ты ложись в гостевой. Она на втором этаже. Там кровать хорошая. Белье я сегодня поменяла.

– Мне кажется, я не усну. Какой, к черту, сон, после всего этого.

– Постарайся себя заставить. Завтра нужно встать бодрой, полной сил. Тебе же за рулем сидеть!

Татьяна пожелала мне спокойной ночи и ушла. Я небрежно сдернула безвкусное, расшитое огнедышащими драконами шуршащее китайское покрывало с широкой двуспальной кровати, походила по спальне из угла в угол, выключила раздражающе яркий верхний свет (достаточно лампы в изголовье), легла и уставилась в потолок.

Рядом, на тумбочке, лежал томик Оскара Уайльда. Подсунув под спину подушку, я взяла его и принялась не спеша перелистывать страницы. «Счастливый Принц», «Соловей и Роза», «Мальчик-звезда»… «Кентервильское привидение». Последний раз я читала его в детстве. «Материально-идеалистическая история». Вот как?

А мне-то казалось, что это сказка… «Смерть, должно быть, прекрасна. Лежишь в мягкой сырой земле, и над тобой колышутся травы, и слушаешь тишину…» Перед глазами явственно предстала сосна, под которой мы с Танькой закопали Шурика.

«Ритусик», – позвал меня дребезжащий старческий голос. Волосы на моей голове зашевелились.

«Ритусик…»

Уайльд полетел в сторону. Ну его, этого мистика!

Я вскочила и подбежала к окну. На улице фонарь освещал дорожку, ведущую к гаражу. У въезда в гараж, невидимый отсюда, стоит Шуриков джип.

Завтра утром заведу его и уеду. А сейчас дочитаю Уайльда, чтобы перебороть страх!

«Едва слышно вскрикнув от радости, он поднялся на ноги, взял ее руку и, наклонившись со старомодной грацией, поднес к губам. Пальцы его были холодны как лед, губы жгли как огонь, но Вирджиния не дрогнула…» Молодец, храбрая девочка, и я буду такой. А пальцы у Шурика и в самом деле были до омерзения холодные… Такие бывают только у стариков и… и у покойников.

«Папа, – сказала Вирджиния спокойно, – я провела весь вечер с духом. Он умер, и вы должны пойти взглянуть на него. Он был очень дурным при жизни, но раскаялся в своих грехах и подарил мне на память эту шкатулку с чудесными драгоценностями». Шурик тоже был очень дурным при жизни… А в грехах он раскаяться не успел… Ну да ладно, закажу ему службу в церкви, хотя, наверное, уже поздно. Жарится мой Шурик теперь на сковородке в аду. Что же касается драгоценностей… Бриллиантовое кольцо, такие же серьги, бижутерия от Сваровски… Нет, бижутерию дарил не он. А кто? Не помню уже. Мужчины в моей жизни менялись часто… О, я для них всегда желанна, всегда…

Ну вот наконец потянуло в сон. Глаза слипаются… Татьяна… Джеймс Бонд в юбке… Видеокамера, диктофон, сканер… Работает на украинскую разведку? Сколько же тебе заплатили, дрянь?

Скрип, скрип, скрип – еле слышные шаги в коридоре. А, это ты, Шурик! «Когда заплачет, не шутя, здесь златокудрое дитя…» Как там дальше? «Тогда взликует этот дом, и дух уснет, живущий в нем».

Сверху на меня навалилось что-то тяжелое, мешая дышать. Я замычала и поняла, что это подушка. Подушку держали чьи-то руки. Гладкие и горячие – женские руки. Татьяна? Теряя сознание, я вцепилась ногтями в шершавые подлокотья. Женщина вскрикнула и ослабила хватку. Подушка сползла с моего лица. Татьяна… Она…

– Пусти, – прохрипела я, но хохлушка сомкнула пальцы на моей шее.

– Сдохни, гадина, сдохни, – шептали ее губы.

Из последних сил я нашарила стоящую на тумбочке изящную бронзовую статуэтку и ударила Татьяну по голове. Татьяна вскрикнула и разжала пальцы. Затем, как тяжелый куль, осела на пол.

Мне катастрофически не хватало воздуха. Горло, грудь, голова – все разрывалось от боли. Шатаясь, я встала с кровати, подползла к окну и распахнула его настежь. Прохладный ночной воздух привел меня в чувство.

Татьяна лежала на полу и не издавала ни звука.

Я села на корточки рядом с ней и, почти не надеясь услышать ответ, прошептала:

– Таня, ты слышишь меня? Я же ничего плохого тебе не сделала! Какого черта ты набросилась на меня?!

Узкие щелочки ее глаз чуть-чуть приоткрылись.

– Ты… Ты убила меня… Ты… ты… – Она хотела сказать еще что-то, но не смогла.

– Я не собиралась тебя убивать, не собиралась! – закричала я. – Я себя защитить пыталась! А что бы ты делала на моем месте?! – От возмущения я задохнулась. Ведь это я, я могла сейчас лежать бездыханной на смятых шелковых простынях. О, я бы не пролежала слишком долго!

У Татьяны богатый опыт. Она бы закопала меня под сосной рядом с Шуриком. И клумбу бы разбила, и… И все-таки мне было ее жалко. Вон кровищи-то сколько. Я же не зверь, в конце концов.

– Погоди, Танька, – сказала я. – Сейчас отдышусь и вызову тебе «Скорую». Ты молодая, здоровая – выкарабкаешься.

Татьяна облизнула пересохшие губы и со злостью прохрипела:

– Ты ведь, падла, и представить себе не можешь, сколько тут денег. Кому они теперь достанутся? А я-то, дура, ждала смерти хозяина… Да если бы не ты, то мой план осуществился бы. Нормальные деньги – и никаких свидетелей.

Татьяна подалась вперед, дернулась всем телом и закрыла глаза. Я собралась с духом, взяла ее за руку и попыталась нащупать пульс. Татьяна была мертва, это не вызывало сомнений. Я посмотрела на статуэтку и подумала о том, что убила Татьяну точно так же, как Ксюша убила китайца.

Стукнув кулаком по полу я тихонько заскулила.

Второе убийство… Теперь мне не выпутаться…

Надо бы помолиться. Но ведь я толком не знаю ни одной молитвы… Господи, прости меня, прости…

Я исправлюсь, я обязательно исправлюсь, только дай срок!

Измазанная кровью статуэтка лежала на полу.

Я с содроганием оттолкнула ее. А что мне, собственно, каяться? Я просто-напросто опередила Татьяну. Ведь это она хотела меня убить.

Натянув на себя одежду, я вышла из спальни и побрела вниз.

Глава 10

Прежде всего надо подкрепиться. Спиртного у Шурика полно. Но я выберу виски. Выручай, старина Джонни Уолкер, плохи мои дела…

Покачиваясь, я подошла к бару и налила себе полный стакан. Сделала глоток, другой, третий…

Тревога, сжимавшая сердце, отпустила. Перестало болеть горло. Голова, до этого набитая ватой, снова заработала.

Итак, на моей совести два убийства. И оба совершены здесь. У, домина проклятый… Это все ты…

Я поставила виски на стол и погрозила кулаком губастой морде рогатого эвенкийского оленя, которая украшала стену над камином. Охотничий трофей… Шурик им гордился… Нашел чем гордиться, старый дурак! Нет, бежать отсюда, бежать, бежать как можно скорее… А Танькин труп? Его же нельзя оставлять! Представляю, что будет с Шуриковой женой, когда она войдет в гостевую спальню. И – пальчики. Там везде мои пальчики.

Ну, отпечатки… От первого трупа удалось избавиться. А от второго… Куда его? На участке сосен много. Копай – не хочу. Помощника бы еще найти… Игорь! Ну, конечно, Игорь! Все, бегу к нему! Ведь он приглашал нас с Танькой на вечеринку.

Вот я и воспользуюсь приглашением. Вечеринки на природе обычно заканчиваются под утро. Значит, искомый дом я найду без труда – хотя бы по шуму, неизбежному в таких случаях.

Во дворе Игоря, как и следовало ожидать, гремела музыка. Подвыпившие гости танцевали.

Игорь сидел за столом и ел шашлык. Рядом с ним сидела грудастая блондинка в глубоком декольте.

Декольте на ней выглядело ужасно. «Такая своего не упустит», – подумала я и подошла к Игорю.

– Привет! А ты меня и не ждал, похоже.

Блондинка поспешно вскочила и суетливо забралась к Игорю на колени. Короткое платье задралось, обнажая нижнее белье.

– Ты? – отстраняя ее, спросил Игорь.

– Я, как видишь. А ты, я смотрю, не скучаешь.

Блондинка обиженно шмыгнула остреньким носом и беспокойно заерзала на коленях у Игоря.

Я обошла стол и нежно поцеловала Игоря в вихрастую макушку. Игорь бесцеремонно столкнул блондинку с колен и показал мне рукой на свободный стул. Блондинка всхлипнула и убежала, оставив нас одних. Да, слабовата оказалась девушка…

– Милый, а я и не знала, что у тебя дурной вкус, – сказала я. – Ведь у нее башка покрашена обыкновенной перекисью. Она даже нормальное мелирование сделать не может. Не понимаю неухоженных женщин.

– А ты ухоженная женщина? – ухмыльнулся Игорь.

– Да, я ухоженная. Женщина должна быть ухоженной независимо от того, есть ли у нее деньги или нет. Это несложно. А твоя крашеная метелка, по-моему, никогда в жизни за собой не следила.

– О, да ты ревнуешь.

– Глупости! Ревнуют только те, кто испытывает комплекс неполноценности. У меня же никогда не было подобного комплекса.

– Ну ты даешь, – рассмеялся Игорь. – Послушай, а у вас в мясном павильоне все продавцы такие шустрые?

– А где это – у нас?

– Ну, на рынке…

– У нас на рынке я одна такая, да и не только на рынке. Я одна по своей природе… Клонировать меня невозможно.

Против воли по моему телу пробежала судорога.

– Ты чего? – напрягся Игорь.

– Да так, ничего, – Я попыталась выдавить улыбку, но у меня ничего не получилось.

– Ты, похоже, нервничаешь?

– Я?!

– Ну да, ты. Ты когда в последний раз в зеркало смотрелась?

– Не помню. А что?

– А то, что ты на покойницу похожа. Лицо белое, как простыня. Даже в темноте это заметно.

Я встала, взяла бутылку шампанского налила себе полный бокал. Затем выпила его и кокетливо посмотрела на Игоря.

– Послушай, а это твой дом? – Надо же было что-то говорить.

– Ну, можно сказать, что мой. А вообще-то – родительский. Послушай, может быть, ты расскажешь, что с тобой происходит?

Я сделала вид, что не услышала его вопроса.

– Выходит, ты богат…

– Что значит «богат»? Это по каким меркам судить…

– У нас мерки одни. В общем, деньжата у тебя водятся…

– Деньги не блохи. Не знаю, водятся они или нет, но недостатка в средствах я не испытываю.

– А я-то хотела предложить тебе денег…

– Ты – мне?

– А почему бы и нет.

– Ты что, в своей лавке так хорошо зарабатываешь?

– Да, наша лавка стоит в удачном месте. От покупателей отбоя нет. Бабок у меня навалом – складывать некуда. И если ты мне поможешь справиться с одним щекотливым дельцем, я тебе хорошо заплачу.

Игорь полез в карман и достал новую пачку сигарет. Снял целлофановую обертку, бросил ее на землю, затем поднял и положил на стол.

– Интересное предложение. И что у тебя за дело?

– Я могу рассказать тебе только в том случае, если ты мне поможешь.

– Ну, ты как маленькая! Как же я могу тебе обещать, если не знаю, о чем идет речь?

Я отрицательно помотала головой и накрыла лежащую на столе руку Игоря своей ладонью.

– Нет уж, так дело не пойдет, дорогой. Мне нужен точный ответ. Скажи, ты готов мне помочь или нет? Если готов, то я заплачу тебе десять тысяч долларов.

– Десять тысяч?!

– Да.

– Bay! И откуда же такие деньги у продавца мясной лавки? Ты, наверное, не продавец, а директор? – В точку попал!

– Это не важно. Важно то, что я в состоянии заплатить тебе такую сумму.

Игорь изменился в лице и сказал:

– Ну вот что. Я никогда не оказываю женщинам услуги за деньги. Если ты в самом деле нуждаешься в помощи, то я могу оказать ее совершенно безвозмездно.

– А как же деньги? Что, не возьмешь?

– Оставь себе на мороженое.

Неожиданно я почувствовала, что краснею.

Давненько со мной такого не бывало. Оказывается, не все в этой жизни продается и покупается.

Я только что предложила человеку десять тысяч долларов, а он от них отказался. А этот Игорь, однако, вызывает симпатию. Прям благородный рыцарь из сказки…

– О чем ты думаешь?

– О чем? – Я подошла к Игорю и положила руки на его плечи. – Ты и в самом деле отказываешься от денег?

– Отказываюсь.

– Спасибо. По нынешним временам это героический поступок.

– Да на здоровье.

– Так ты готов мне помочь?

– Готов. Скажи только, что я должен для этого сделать?

– Ты должен вернуться вместе со мной в дом Шурика.

– В дом дяди Саши?

– Ну да, если для тебя он дядя Саша.

– А он что, приехал?

– Не задавай лишних вопросов!

– Хорошо, не буду.

Игорь слегка приобнял меня и повел сквозь толпу веселящихся гостей.

– А помнишь, как мы с тобой танцевали в ресторане? – спросил он.

– Конечно, помню – улыбнулась я.

– А подвал помнишь?

– Помню. У меня память не такая короткая, как тебе кажется.

– Мне ничего не кажется. Знаешь, мне с тобой было хорошо. Даже слишком хорошо.

У самой калитки нас нагнала изрядно подвыпившая блондинка – та самая, что сидела на коленях у Игоря, когда я пришла. Скорчив недовольную гримаску, она произнесла, еле ворочая языком:

– Игорек, милый, ну куда же ты собрался?! Я устала тебя ждать!

– Марина, иди домой. Мне нужно решить кое-какие дела.

– Ну какие дела могут быть глубокой ночью?!

– Ты слишком любопытная, Марина!

– Зачем ты так говоришь, ты ведь сам пригласил меня на эту вечеринку. В конце концов, я тут никого не знаю!

– Разве? По-моему, ты успела повисеть на шее у каждого гостя… Вот уж не думал, что ты такая общительная девушка.

– Ни у кого я не висела, – завизжала блондинка. – Если бы я знала, что ты так поступишь со мной, я бы сюда не приехала!

Из не в меру накрашенных глаз хлынули слезы.

Это ж надо так не уважать себя, чтобы прилюдно закатывать сцену ревности! Я бы никогда не опустилась до такого, никогда.

– Пойдем, Игорь, – сказала я и, уже обращаясь к ней, добавила: – Послушайте, а вы бы и вправду шли в дом. Групповой секс не в моем вкусе.

Слова мои произвели на блондинку должное впечатление. Она задышала как корова, затем влепила Игорю пощечину и убежала прочь.

Игорь смущенно потер щеку.

– Сумасшедшая…

– Конечно, сумасшедшая. Я это сразу поняла. И где ты только нашел такую…

– Когда-то она была моей девушкой.

– Даже так…

– Затем она вышла замуж, но вскоре развелась. Иногда она позванивает мне, вот я и пригласил ее на дачу.

Сердце неприятно защемило. Она – его девушка… Нет, каково!

– Ах, до чего трогательную историю ты рассказал! Прямо плакать захотелось, – с ехидством сказала я. – Однако поступил ты с ней по-свински. Пригласил беднягу на дачу, а сам с другой шашни развел.

– Она никогда не была моей любимой девушкой. Она была просто девушкой.

Это объяснение меня вполне удовлетворило.

Мы шли по узкой дорожке, ведущей к дому Шурика. Игорь не сводил с меня глаз.

Страницы: «« « 23456789 » ... »»