Осторожно, альфонсы, или Ошибки красивых женщин Шилова Юлия

ГЛАВА 7

Игнат сам вытер меня махровым полотенцем и, укутав, словно маленького ребенка, взял на руки и отнес на кровать. Положив меня на белоснежную простыню, он перевернул меня на живот и принялся делать мне легкий и эротический массаж. Постепенно он стал скидывать с себя одежду и, оставшись в одних узеньких плавках, стал поглаживать и пощипывать мое тело так нежно и умело, что я застонала от потрясающих ощущений.

– Расслабься, – прошептал Игнат мне в ушко и провел по нему горячим языком. – Расслабься и позабудь о всех своих проблемах. Сейчас в этом мире существуем только ты и я. Больше никого нет…

Где-то в подсознании я понимала, что мне необходимо остановиться, что эта ночь не принесет мне ничего хорошего, кроме разочарования и осознания того, что я сплю с мужчиной за деньги. И все же я не могла остановиться… Я не могла остановиться, как и те, кто рожал от Игната детей, покупал ему дома за границей и дорогие машины. И пусть я завтра останусь одна, буду себя ненавидеть и зализывать свои раны, но сегодня я не хочу думать о том, что будет завтра. Я хочу отречься от внешнего мира, мои взаимоотношения с которым уже давно дали трещину. Я всего лишь одинокая женщина с неустроенной личной жизнью, которая скорее всего никогда уже не сможет ее устроить и начнет довольствоваться случайными связями, которые начнут ей дарить хотя бы капельку тепла и надежды. Я – всего лишь голодное чудовище, которое уже долгое время недополучает мужского внимания и восхищения, а также нормального секса, который необходим каждой женщине, независимо от того, одинокая она или замужняя. То ли от одиночества, то ли от сексуального голода, то ли от моральной усталости я почувствовала охватившую меня страсть и решила ей не противиться. Мне хотелось отдаться этому немыслимому чувству без остатка, а после залечивать свою душевную боль сигаретами, коньяком, слезами и желанием выговориться на мужском плече, пусть даже это плечо будет незнакомое и чужое. Быть может, это какая-то абсурдная мысль, но я могу почувствовать хотя бы раз в жизни, что это значит – отдаться купленному мужчине и наслаждаться теми удовольствиями, которые он может доставить?

И пусть завтра меня ждет раскаяние, непонятный стыд, одиночество, которое вновь будет меня пожирать. Пусть… Я сильная, и я выдержу поединок со всем тем, что обрушится на меня завтра. Это всего лишь случайный эпизод в моей жизни… А почему, собственно, нет? Жизнь коротка, и почему я должна отказывать себе в случайных, пусть даже сомнительных удовольствиях? В конце концов, у меня нет мужа, и мне не нужно врать, оправдываться, изворачиваться и изменять. Я – свободная девушка и имею полное право распоряжаться своей свободой по собственному усмотрению.

Признаться честно, я уже и забыла, что секс может быть таким ярким и прекрасным. Все последние три года с Борисом наш секс был каким-то кратковременным и заурядным. Я знала, что сейчас он положит мои ноги себе на шею, войдет в меня без всяких эмоций и будет дышать так тяжело, словно с минуты на минуту у него может случиться сердечный приступ. С Игнатом же все было совсем по-другому. Его пальцы настойчиво изучали мое тело, и я не знала, что будет дальше, потому что одна поза то и дело сменяла другую, наши тела переплетались и содрогались в многочисленных оргазмах. Изнеможенные, мы упали на подушки, и какое-то время никто из нас не мог произнести ни слова.

– Тебе хорошо? – наконец шепотом спросил меня Игнат и взял мою руку в свою.

– Хорошо.

– Сейчас я немного отдохну, и мы повторим это снова.

– У тебя что, автомат, что ли, между ног? Ты вообще никогда не устаешь?

– Я же тебе говорю, что мне нужно несколько минут передохнуть, и я опять буду готов.

– Значит, у тебя между ног батарейки. По-другому я просто не могу это объяснить.

Даже после близости Игнат не переставал меня обнимать. Целуя мои волосы и лицо, он не переставал восхищаться моей красотой и говорить слова, которые хочет услышать каждая женщина. Слегка приподняв голову, я внезапно прикрыла свой рот ладонью и вздрогнула.

– Ты что?

– У тебя презерватив порвался!

– Действительно порвался.

Игнат тут же сел и, сняв порванный презерватив, отнес его в помойное ведро, а потом пошел принимать душ. Я бросилась следом за ним и, распахнув дверь в ванную комнату, не без истерики в голосе спросила:

– Игнат, что это было?!

– Ничего страшного. Просто порвался презерватив.

– И ты так спокойно об этом говоришь? Что значит «просто порвался презерватив»?!

– А что, я должен биться в истерике? Совершенно нормальная ситуация.

– Нормальная?!

– Залезай лучше в ванну, я тебя помою.

Встав под струю теплой воды, я почувствовала, как меня слегка затрясло от ощущения собственной беспомощности, и, сделав напор воды послабее, я задала вопрос все тем же испуганным голосом:

– Ты ничем не болеешь?

– Конечно нет. Главное, чтобы ничем не болел твой Борис.

– У Бориса никого нет, кроме меня и жены. Я уверена, что его жена – верная женщина. Три года мы с Борисом спим без презерватива, и у нас в этом плане никаких проблем нет.

– Тогда тебе нечего бояться.

Игнат достал меня из ванны, вытер полотенцем и вновь понес на кровать.

– Ну, что ты так загрузилась?

– Если для тебя это нормальная ситуация, то для меня – нет.

– Давай я сделаю тебе массаж.

– Отстань от меня со своими массажами. Если хочешь знать, то секс с порванным презервативом то же самое, что и секс без презерватива.

– Кристина, я совершенно здоров.

– Откуда такая уверенность?

– При моей работе мне приходится постоянно сдавать анализы и посещать врача. Я чист как стеклышко. Да я просто стерильный! – рассмеялся мужчина и принялся нежно массировать мне плечи.

– Не смешно. Тоже мне, нашел на чем экономить.

– А на чем я экономлю?

– На презервативах. Дом с бассейном в Англии имеешь, а дешевыми презервативами пользуешься. Это при твоей-то работе!

– А с чего ты взяла, что я пользуюсь дешевыми презервативами?

– Потому что только они могут рваться. Первый раз в моей жизни я рискую заболеть.

Было видно, что Игната не сильно беспокоили мои переживания. Он гладил меня по волосам и говорил совершенно спокойным голосом:

– Кристина, успокойся, пожалуйста. Совсем недавно я был у врача. У меня все хорошо. Со всеми клиентками я сплю только в презервативе. Без презерватива я работаю крайне редко – и то это те женщины, у которых, кроме меня, никого нет.

– Откуда ты можешь это знать?

– Поверь мне, у меня есть на это все основания.

– Какой же ты самоуверенный! Ты когда в последний раз анализы сдавал?

– Пару недель назад.

– И что?

– У меня все в порядке.

– Господи, кто бы мог подумать! Раз в жизни решила переспать с продажным мужчиной и сделала это без презерватива.

– Ты сделала это с презервативом, просто он порвался. Кстати, я пользуюсь только дорогой и качественной резиной.

– Что-то я этого не заметила!

– Но я же не виноват, что у меня такая большая игрушка, что резина не выдерживает и рвется.

– По размеру подбирать надо!

– А я подбираю, просто я настолько тебя захотел, что мой детородный орган растянулся до немыслимых размеров. Тут никакая резина не выдержит. Ну нет таких размеров в природе, что поделаешь!

– Дурак ты.

– А если серьезно, то порваться может любой презерватив, как дешевый, так и дорогой. У них у всех гарантия качества девяносто процентов. Кристи, да пойми ты наконец, что я здоров. У меня есть свой врач, и я в тысячный раз говорю тебе о том, что я чист как стекло и ничем не болею. В конце концов, я же не на трассе стою и собой торгую.

– Да какая разница!

– Большая.

– Ты своих партнерш меняешь как перчатки. Ты – мужчина легкого поведения, а это значит, что ты попадаешь в группу риска.

– Я не знаю, как тебя еще убедить в том, что тебе нечего опасаться. Хочешь, я тебе завтра свою медицинскую карту привезу?

– Да не надо мне никакой карты.

– Тогда успокойся и думай только о хорошем.

…Я проснулась раньше Игната, и это пробуждение было ужасно. Перед глазами пронеслись все события прошедшей ночи, и мне стало по-настоящему страшно. Мне вновь представился раздевающийся на глазах у публики Борис и убитый в ванной комнате Виктор.

– О боже, – посмотрев на мирно посапывающего и улыбающегося во сне мужчину, я ощутила желание как можно быстрее его разбудить и выпихнуть за дверь, прочь из моей жизни, но все же с трудом удержала себя от этого. На душе было как-то невообразимо гадко, словно я в чем-то испачкалась и теперь долгое время не смогу отмыться. Нет уж, лучше быть одной, чем провести ночь с купленным на сутки альфонсом. Это удовольствие не для меня.

Сунув ноги в пушистые тапочки, я вышла из спальни, прикрыла дверь и направилась умываться. Я не могла не обратить внимания на знакомый «дипломат», стоящий в коридоре у тумбочки. Я присела на корточки и попыталась его открыть. Как я и предполагала, он был предусмотрительно заперт.

– Черт!

Увидев висящий на вешалке пиджак Игната, я тут же запустила в карман пиджака руку и стала рыться в ключах. Подобрав нужный мне ключ и открыв наконец «дипломат», я ахнула и на мгновенье потеряла дар речи.

– Вот это да!

Весь «дипломат» был сверху донизу набит пачками долларов. Взяв первую попавшуюся пачку, я достала одну из купюр и стала проверять, не фальшивая ли она. К моему немалому удивлению, купюра оказалась подлинной, и это не вызывало даже малейших сомнений.

– Вот это да!

– Кристи, а тебе кто-нибудь говорил, что лазить по чужим вещам очень даже нехорошо?

– Игнат?! – Подняв голову, я посмотрела на стоящего передо мной мужчину и не придумала ничего лучшего, как тут же спросить: – Ты проснулся?

– Как видишь.

– Выспался?

– Выспался. Зачем ты полезла в «дипломат»?

– Хотела посмотреть, что в нем лежит.

– Ну что, посмотрела?

– Посмотрела. Игнат, тут столько денег, и это чужие деньги.

– Это мои деньги, – уверенным голосом произнес Игнат и, взяв из моих рук «дипломат», тут же закрыл его на замок.

– Это не твои деньги, а того мужчины, который погиб в автомобильной катастрофе.

– Согласись, что погибшему они уже без надобности. Кристи, ну что ты стоишь как окаменевшая? Пойдем, попьем кофе, и я поеду.

– Да, конечно, твое время уже вышло!

Игнат моментально сунул ключ от «дипломата» в карман брюк и, взяв меня за руку, пошел на кухню. Я сидела на стуле и наблюдала за тем, как он жарит яичницу с беконом и варит кофе.

– Ты не боишься? – почти шепотом задала я вопрос и нервно закусила нижнюю губу.

– Чего?

– Жить с такими деньгами?

– Я боюсь жить без денег, а жить с такими деньгами мне совсем не страшно.

– Наверное, теперь ты бросишь свою работу и заживешь нормальной жизнью?

– Не уверен, – задумчиво ответил Игнат и, выключив плитку, присел рядом со мной на корточки и обнял меня за колени. – Хотя всякое может быть. Я не знаю. Мне нужно подумать. Все так непредсказуемо… С такими деньгами можно основательно поменять свою жизнь. Ты любишь Бориса?

– Зачем ты это спросил?

– Ты не ответила на мой вопрос.

– Я не знаю…

– Значит, не любишь. Когда человек любит, он ни в чем не сомневается.

– А зачем тебе это?

– Знаешь, я подумал, может, начать жить так, как живут другие люди? Может, нам начать эту жизнь вместе?

– В отличие от тебя, я живу нормальной жизнью, – попыталась упрекнуть я мужчину, но он даже не обратил на это внимания.

– Я подумал, а почему бы нам с тобой не создать семью, не уехать в Великобританию, не нарожать детей и не жить той жизнью, которой живут другие люди?

– Я не поняла… Ты мне предложение, что ли, делаешь?

– Ну да, что-то в этом роде, – сам смутился Игнат и, запустив руку в карман, достал из него несколько купюр.

– Что это?

– Твои семьсот долларов.

– Ты мне их отдаешь?

– Конечно.

– Оставь их себе, ты их честно отработал. К чему такое великодушие?

– Мне не хочется брать с тебя денег, тем более деньги у меня и так есть. Причем много денег. Ты подумай насчет Великобритании, мое предложение остается в силе.

– Значит, ты как честный человек хочешь на мне жениться после проведенной со мной ночи?

– Хочу.

– Ха-ха-ха, – засмеялась я истерично и почувствовала, как на глазах выступили слезы.

– Тебе смешно?

– Очень.

– А мне кажется, что сейчас мы рассуждаем с тобой о серьезных вещах.

– Игнат, какая же ты хитрая сволочь! Если ты боишься, что я расскажу кому-то про «дипломат» и хочешь подстраховаться, то можешь успокоиться. Я ничего никому не скажу. Если ты не побоялся взять чужой «дипломат», напичканный деньгами, то только тебе нести за него ответственность. Тебе и никому другому, я к этому не причастна. Моя позиция состоит в том, что я ничего не видела, ничего не слышала и знать ничего не хочу.

Взяв лежащие на столе доллары, я сунула их в карман своего халата и процедила сквозь зубы:

– А вот свои деньги я, пожалуй, заберу, а то мне сама мысль о том, что мужик отымел меня за деньги, противна.

– Кристи, а ведь я с тобой сейчас серьезно разговариваю. Давай вместе улетим за границу.

– С какого перепугу?

– Ты когда-нибудь была в Великобритании?

– Нет.

– А что ты про нее знаешь?

– Я знаю, что там постоянные туманы и дожди. А еще там слишком консервативные люди и, говорят, даже надменные. Те, кто бывал в Лондоне, рассказывают, что в этом городе все страшно дорого.

– Да, погода там действительно отвратительная. Уж слишком она переменчивая. Даже в середине июля может подуть холодный осенний ветер. За день несколько раз может стать то жарко, то холодно. Что касается консервативности людей, то это ты правильно заметила, а что касается надменности, то тут я с тобой не согласен. Удивительно, но в Англии очень много индусов. Ты когда-нибудь пробовала блюда английской кухни?

– А такая кухня что, существует?

– Это смесь из американских гамбургеров, итальянской пиццы, японского суши и интернациональных кур-гриль. Кстати, ты опять права: Англия самая дорогая страна в Европе. Деньги там текут словно вода. И все же это чудесная страна, и если есть деньги, то в ней можно вполне комфортно жить.

– С деньгами можно жить комфортно в любой стране.

– Так, может быть, рискнем?

– Что я буду там делать?

– Жить со мной семейной жизнью.

– Я буду следить за твоим домом, готовить тебе еду, создавать уют, а ты будешь ходить на так называемую работу и ублажать свою английскую бабушку? Извини, дорогой, но у меня еще не настолько все запущено, чтобы я могла так сильно себя не уважать.

– А с чего ты решила, что я буду навещать свою клиентку?

– С того, что ты не можешь без разнообразия.

– Я говорю тебе серьезные вещи, – в который раз повторил Игнат.

– А я вполне серьезно тебе отвечаю, и, между прочим, твоими же фразами. Ты же у нас вольный ветер, и тебя приручить невозможно! Самое главное в твоей жизни – это свобода и разнообразие. Не ты ли мне это сам говорил?

– Говорил. А вдруг я пересмотрю свои взгляды?

– Не говори ерунды.

– Тогда давай уедем в другую страну на твой выбор. С такими деньгами мы нигде не пропадем.

Улыбнувшись, я посмотрела на часы и заметила:

– Игнат, тебе пора уходить.

– Почему?

– Твое рабочее время закончилось. Не переживай попусту: я никому не расскажу про твой «дипломат». И не растрачивай напрасно красноречие, предлагая мне руку и сердце. Семейная жизнь не для тебя.

– Я бы мог остаться еще и в нерабочее время.

– В нерабочее время ты меня не интересуешь, – с вызовом ответила я и перевела дыхание. – Я была бы тебе очень признательна, если бы ты взял свой «дипломат» и ушел из моей жизни, закрыв за собой дверь.

– Рената хотела, чтобы на похороны ее мужа мы приехали вместе. – Игнат пытался найти причину для того, чтобы остаться.

– С этим вопросом я разберусь сама. Это не должно тебя волновать.

Обиженный Игнат встал и, не говоря ни слова, направился в коридор. Затем он надел свой пиджак, взял «дипломат» и, остановившись у входной двери, усмехнулся и сказал:

– У тебя никогда мужика не будет.

– Такого – нет. – Я вышла в коридор и облокотилась о стену. – Такой мне не нужен даже с «дипломатом» денег в придачу.

– А тебе вообще никакой не нужен – ни такой, как я, ни другой. Сама посуди, зачем тебе мужик, если тебе и так неплохо.

– Возможно, ты прав. Сейчас пошли такие мужчины… Глядишь на них и приходишь к выводу, что лучше и спокойнее оставаться одной, да и растрат меньше, как душевных, так и материальных.

Открыв входную дверь, Игнат вышел в коридор и сказал мне:

– Приятно было познакомиться, – а затем стал спускаться вниз по лестнице.

– Всего доброго, – бросила я ему вслед и, хлопнув дверью, принялась срывать с матраса простыни. Мне казалось, что на постельном белье слишком много невидимой грязи.

ГЛАВА 8

Не успела я поменять постельное белье, как в мою дверь вновь позвонили и, открыв ее, я увидела стоящего перед собой Игната.

– Ну, что еще?

– Ты не можешь меня довезти на своей машине до моего дома? – вежливо спросил меня он.

– С какого это перепугу?

– Понимаешь, не могу же я с этим «дипломатом» по городу гулять. Я думаю, что это опасно.

– Это твои проблемы, и ты создал их себе сам.

– Я обратился к тебе с просьбой.

– А кто знает, что у тебя в этом «дипломате»? Почему ты боишься?

– Мало ли… Быть может, кто-нибудь его ищет. Всякое бывает.

– Поймай машину, какие проблемы?

– Кристи, ну ты в своем уме? Как я могу с таким «дипломатом» в руках ловить машину?

– Ты так рассуждаешь, словно у тебя на лбу написано, что в твоем «дипломате», или все люди обладают даром видеть предметы насквозь. Не хочешь ловить машину – закажи такси.

– Кристи, я тебя очень прошу, довези меня до моего дома, – стоял на своем Игнат и жалобно смотрел на меня.

– Я просила тебя уйти из моей жизни и как следует закрыть за собой дверь, но ты никак не уходишь.

– Тогда дай мне свою машину. Я завтра тебе ее верну.

– Завтра мне ехать на работу. Да и свою машину я никому не даю.

– Кристи, выручи, мне очень нужно! Дай мне еще большой пакет – я хочу положить в него «дипломат». Думаю, так будет намного лучше.

Глядя в опечаленные глаза Игната, я все же сдалась и решила оказать ему помощь. Через несколько минут я уже сидела в машине и везла альфонса к нему домой. Игнат мурлыкал себе под нос какую-то простенькую песенку и почему-то постоянно смотрел в зеркало заднего вида.

– Кристи, а ну-ка уйди на другую полосу и слегка притормози, – вдруг сказал он.

– Зачем?

– Сделай то, что я тебе сказал.

Я выехала на другую полосу и снизила скорость, затем посмотрела на озадаченного Игната и тут же спросила:

– А что случилось?

– А теперь съезжай на обочину.

– Зачем?

– Сделай, пожалуйста, то, о чем я тебя попросил.

– Хорошо.

Как только я съехала на обочину, Игнат тут же попросил меня вновь набрать скорость и перестроиться на первую полосу.

– Может быть, ты мне все-таки объяснишь, что случилось! – вспылила я не на шутку.

– За нами «хвост», как я и думал.

– Какой «хвост»?

– Белый «жигуль», который едет за нами от самого твоего дома.

– Ты уверен?

– На все сто!

– А зачем он за нами едет? У тебя есть враги?

– Нет, но у меня есть «дипломат», набитый деньгами.