Осторожно, альфонсы, или Ошибки красивых женщин Шилова Юлия
От этих слов у меня помутнело в глазах, и я ощутила, с какой бешеной скоростью забилось мое сердце.
– Ты хочешь сказать, что те, кто едет за нами, знают о том, что в этой машине лежит «дипломат»?
– Другого повода ехать за нами я просто не вижу.
– Как так? – Я и сама не заметила, как стала заикаться. – А как они могли узнать? Ведь возле перевернувшейся машины, кроме нас с тобой, никого не было.
– Вот этого я и сам не знаю.
– Тогда давай остановимся.
– Зачем?
– Затем, чтобы ты отдал «дипломат».
– Ты в своем уме? – Игнат выразительно покрутил пальцем у виска.
– Себе покрути, а я рисковать из-за этого «дипломата» не собираюсь. Мне-то это зачем надо?
– Кристи, постарайся уйти от преследования. Пойми, сейчас нам обоим угрожает реальная опасность, и у нас с тобой нет другого выхода.
– Если этим людям нужен «дипломат», то необходимо его отдать, и все. Какой смысл уходить от преследования, если тот, кто за нами гонится, знает номера моей машины? Ты, значит, будешь жить припеваючи, а ко мне придут домой, станут меня пытать и требовать деньги! Нет, дорогой, так не пойдет! Давай избавимся от этих денег и заживем спокойной жизнью. Такая жизнь не по мне. Что ж это получается, я довезу тебя до дома, ты пойдешь к себе считать свои денежки, а эти преследователи поедут за мной?!
– Ты можешь пока пожить у меня.
– Что ты несешь?!
– Кристи, я дам тебе часть денег, только уйди от погони.
– А как я буду жить с этими деньгами?!
– Кристи, тебе не кажется, что иногда ты задаешь глупые вопросы? Ты спрашиваешь, как можно жить с деньгами?! Комфортно, Кристи, очень даже комфортно.
– Я не смогу купить на них спокойствие.
– Кристи, прошу тебя, останови машину. Давай поменяемся местами. Если ты думаешь, что нам ничего не будет угрожать после того, как мы отдадим «дипломат», то ты глубоко ошибаешься. Нас все равно уберут как ненужных свидетелей или хотя бы потому, что мы знаем о существовании этих денег.
– Игнат, ты думаешь, что говоришь?! Если мы отдадим деньги, то какой смысл нас убивать?!
– Смысл есть всегда! Да пойми ты, что это очень большие деньги. Сейчас убивают за копейки, а тут – целый «дипломат» с долларами. Это очень серьезно. Мы знаем об этих деньгах! Мы их видели! Мы – ненужные свидетели, которые знают про упавшую с обрыва машину и «дипломат», набитый стодолларовыми купюрами!
– Господи, и какого черта я с тобой связалась! – истерично закричала я и чуть было не попала в аварию. – Тебе кто-нибудь говорил, что ты законченная сволочь?
– Ты это второй день мне уже говоришь.
– Если бы ты не взял этот чертов «дипломат», то ничего бы и не было. Пошел вон из моей машины! Твои деньги, ты и рискуй. Сейчас я остановлю машину, и проваливай!
– Кристи, а ведь я могу действительно выйти из твоей машины, и эти люди поедут за тобой. Давай поменяемся местами, уйдем от погони, а затем вместе подумаем над тем, что делать дальше. Эти деньги сейчас у меня, и уже нет смысла их отдавать. С ними или без них нас может не быть. Так, может, лучше остаться с ними и в живых?
– С той поры как я с тобой познакомилась, в моей жизни началась черная полоса!!! – с вызовом произнесла я и ударила кулаком по рулю. – Я согласна поменяться с тобой местами, но только за половину.
– Половину чего?
– Половину того, что находится у тебя в «дипломате». Уж если я случайно вляпалась в это дерьмо, то должна знать, ради чего рискую.
Игнат вновь оглянулся, испуганно кивнул и со словами: «Хорошо. Согласен», – сделал мне знак, чтобы я остановилась на автобусной остановке, там, где побольше народу, и мы смогли поменяться местами. Кровь гулко стучала у меня в висках, а в коленях появилась дрожь. Я закрыла глаза, стараясь не смотреть, как Игнат пытается уйти от наших преследователей, но поняв, что не могу находиться в неведении, достала мобильный телефон и стала набирать номер Бориса.
– Ты кому собралась звонить? – спешно спросил меня Игнат и поехал через какой-то двор.
– Борису.
– Зачем?
– Затем, что в самые трудные минуты я всегда звоню этому человеку. Он умеет найти выход из любой ситуации.
– Положи телефонную трубку на место.
– И не подумаю!
Мобильный Бориса был отключен. Видимо, между ним и женой еще шло выяснение отношений по поводу того, что произошло вчера вечером, и он пока был не готов к любым связям с внешним миром.
– Я сказал убрать телефон! – Игнат что было силы стукнул по моему телефону, и аппарат выпал у меня из рук.
– Ты что себе позволяешь? Ты что на меня орешь и швыряешься моими телефонами?!
– Я же сказал, что не нужно никому звонить. Ты хочешь рассказать Борису о «дипломате» с деньгами?
– Я хотела попросить его о помощи.
– Мы договорились поделить содержимое «дипломата» поровну, и никто, кроме меня и тебя, не должен знать об этих деньгах. Поэтому не нужно никуда звонить. Доверься мне, все будет хорошо. Вот увидишь.
– Спасибо! Я тебе уже доверилась. С тех пор вся моя жизнь пошла кувырком. Непонятно, что будет дальше. Довериться мужчине – это последнее дело. Всегда проиграешь.
– Вот поэтому-то ты и одна.
Игнат увеличил скорость настолько, что я вжалась в кресло и громко закричала в тот момент, когда мы чуть было не врезались в разворачивающийся посреди узкой улицы грузовик, но успели проскочить, едва его не задев. Преследовавшей нас машине это не удалось – она влетела прямо в грузовик, и где-то сзади послышался скрежет тормозов и оглушительный звон разбивающегося стекла.
– Ну вот и все.
Я посмотрела на бледного Игната и тихо спросила:
– Что все?
– Кажется, мы ушли от погони.
– Так кажется или ушли?
– Ушли, – утвердительно кивнул вспотевший Игнат и облегченно вздохнул.
Не выдержав, я отвесила ему хорошую пощечину и злобно произнесла:
– Это тебе за то, что ты влез в мою жизнь и перевернул все кверху дном.
– Не бей меня, я тебе еще пригожусь, – устало улыбнулся Игнат и поехал в направлении своего дома.
ГЛАВА 9
Игнат поставил машину в подземный гараж своего дома и, взяв меня за руку, на красивом лифте поднялся вместе со мной в свою фешенебельную квартиру. Я посмотрела на роскошное убранство комнат и покачала головой.
– Не думала, что альфонсы живут в такой роскоши.
– Не все альфонсы, а только великосветские альфонсы, – объяснил мне Игнат и тут же добавил: – Я тут не живу, я снимаю эти апартаменты для работы. Живу я совсем в другом месте.
– Значит, когда ты пишешь на сайте, что можешь пригласить в свои апартаменты, то имеешь в виду эту квартиру?
– Ее, родимую.
Выпив чашку ароматного кофе, я положила руку на горло и почувствовала, как поселившийся во мне страх буквально душит меня, мешая мне говорить.
– Как ты думаешь, в том белом «жигуленке» все погибли?
– Откуда я могу знать! Если погибли, то, значит, нас оставят в покое, а если нет, то в дальнейшем у нас могут быть вполне серьезные неприятности. Хотя есть еще вариант, что кроме этих людей, о нас знает кто-то еще.
– Кто? – заволновалась я еще больше и тяжело задышала.
– Может быть, они сообщили сведения о нас кому-то по телефону.
– Обо мне, – поправила я Игната.
– Номера твоей машины, – согласился Игнат.
– Даже если я сейчас не буду ездить на машине – это меня не спасет, – нервно принялась рассуждать я. – По номерам машины легко можно узнать домашний адрес. Это как же мне жить-то теперь? Что-то у меня особой радости от этих денег нет. От них только одни проблемы и неприятности.
– Подожди пока гадать, нужно временно лечь на дно.
– Что это значит?
– Давай уедем в Сочи.
– В Сочи?! А почему в Сочи?
– После всего, что произошло, нужно отдохнуть. Сочи – это прекрасный вариант. Море сейчас не помешает ни мне, ни тебе. Пусть все устаканится. Когда мы вернемся, то будем точно знать, ищет нас кто-нибудь или нет. И Борису будет полезно побыть некоторое время без тебя и разобраться в своих чувствах.
– С Борисом я разберусь сама, – резко одернула я Игната.
– А я и не собираюсь тебя чему-то учить, я просто высказываю тебе свою, мужскую, точку зрения.
– Ты хочешь, чтобы я не шла завтра на работу?
– Я думаю, что тебе не стоит на нее идти. Есть большая вероятность того, что завтра ты будешь уволена или тебе предложат уволиться по собственному желанию. Откуда ты можешь знать, что задумал твой шеф? Ты сама говоришь, что Борис никогда не уйдет от жены, а это значит, что для того, чтобы сохранить свою семью, ему нельзя будет с тобой работать. Жена никогда не пойдет на подобный шаг. Тут как дважды два понятно, что она поставит ему условие уволить тебя с работы и он, скрипя зубами, это условие выполнит.
– Но ведь у Ренаты похороны.
– Всегда можно извиниться и найти какую-нибудь причину для того, чтобы на них не поехать. Зачем тебе лишний раз встречаться с Борисом и его женой? Они там точно будут.
– А милиция?
– При чем тут милиция?
– Как это при чем?
– Объясни, каким боком ты можешь интересовать милицию?
– Я обнаружила труп и тут же сбежала в неизвестном направлении. Это слишком подозрительно.
– Почему сбежала? Ты просто плохо себя чувствуешь после всего того, что тебе пришлось пережить, поэтому поехала подлечиться.
– Я думаю, что мне нельзя никуда уезжать, я же свидетель.
– Что значит «нельзя никуда уезжать»? Ты что, дала подписку о невыезде?
– Нет.
– Тогда в чем проблема? Никто не должен знать, что ты в Сочи. Может быть, ты уехала отдыхать в ближайшее Подмосковье. Это твое право. Ты нашла труп, очень сильно перепугалась, и у тебя возникли реальные проблемы с психикой.
– Ты так считаешь?
– Вполне. Нам с тобой необходимо уехать из города, и чем быстрее мы это сделаем, тем будет лучше для нас.
Подняв голову, я покосилась на изучающего меня взглядом Игната и ухмыльнулась.
– Ты что?
– Знаешь, моя мама всегда учила меня тому, что каждый мой новый мужчина должен быть лучше предыдущего. И вдруг мне встретился ты. Знаешь, ты самый худший из всех моих мужчин.
– Твоя мать не тому тебя учила. Жаль, что она не научила тебя иметь одного-единственного мужчину.
– Просто она слишком мудрая женщина. Она знает, что в жизни женщины редко бывает один-единственный мужчина. Это скорее всего исключение из правил, слишком большая редкость. И даже если люди всю жизнь живут вместе до глубокой старости, то это не говорит о том, что им вместе хорошо и они счастливы. Мать прекрасно знала мой характер и понимала, что я не принадлежу к числу тех женщин, которые способны всю свою жизнь прожить с одним-единственным мужчиной.
– Почему?
– Я не умею идти на компромиссы. Вернее, я на них иду до определенного момента, а потом вижу, что мое терпение лопается и мне уже ничего не нужно ни от этих отношений, ни от этого мужчины.
– Не самая лучшая черта для женщины – женщину красит терпение.
– С терпением тоже напряженка. Не умею чего-то ждать и чем-то жертвовать. Хочу всего и сразу.
– И часто ты расставалась с мужчинами?
– Намного чаще, чем можно себе представить. Так вот, я не договорила: мама учила меня перед расставанием брать у мужчин самое лучшее, что у них есть. Я имею в виду в плане душевных качеств. Все мои мужчины всегда были самыми главными учителями в моей жизни. Каждый из них встречался мне именно в тот момент, когда я была слабой после прежнего расставания. Я училась у них силе. Когда я становилась сильнее, я начинала подавлять их своей силой. Они были слишком слабы для того, чтобы быть рядом со мной, и нам приходилось расставаться для того, чтобы какое-то время я вновь побыла слабой.
– Значит, ты еще не встретила человека, у которого можно учиться всю жизнь?
– Думаю, таких людей не бывает. Когда ты вступаешь в отношения с человеком, то и сама не замечаешь, как наступает тот момент, когда ты понимаешь, что у него уже взять нечего.
– Не согласен. Просто тебе еще не встретился мужчина, который очень много всего знает и многое умеет. У такого ты не сможешь отнять все, давая ему взамен кусочек себя. Тебе захочется отдать ему себя полностью, ничего не требуя от него взамен.
– Это не про меня. Это про других женщин, но не про меня, – отрицательно покачала я головой. – Я слишком бережно себя трачу. Я не могу отдать взамен всю себя, я могу отдать только часть, потому что не хочу быть обворованной и обманутой. – Я замолчала и устало посмотрела на Игната: – К чему я все это говорю?
– К тому, что я самый ничтожный мужчина в твоей жизни.
– Верно. Правило о том, что каждый последующий мужчина должен быть намного лучше предыдущего, не сработало и на этот раз. С каждым разом мужчины встречаются все хуже и хуже. Видимо, это правило срабатывает только в юности. Все самые лучшие мужчины остались далеко позади. А ведь у тебя поучиться-то нечему.
– А ты еще со мной не была и ничего про меня не знаешь. Не делай поспешных выводов.
– И все же я уже многое про тебя знаю. Хотя бы то, что у тебя есть сын. Ты великосветский альфонс. У тебя есть домик с бассейном в Великобритании, а еще ты экономишь на презервативах.
Как только я произнесла последнюю фразу, мы оба не сдержались и рассмеялись. Первой прекратила смеяться я и сказала с грустью:
– Над такими вещами смеяться нельзя. Как бы потом не пришлось плакать.
– Плакать не придется. Я тебе обещаю. Так как насчет Сочи? – Голос Игната звучал как-то мягко и даже радостно. Падаем на дно?
– Ты думаешь, это единственный правильный выход?
– Я в этом просто уверен.
Чуть позже мы вытряхнули содержимое из «дипломата», положили перед собой по пустому пакету и принялись по-честному делить деньги. Поделив все деньги поровну, мы завязали свои пакеты и отправились на железнодорожный вокзал в автоматические камеры хранения.
– Поедем на такси, – предупредил меня Игнат, взяв за руку. – Твою машину лучше не светить. Пусть она остается на подземной стоянке.
– Как же я поеду в Сочи? У меня вещей-то с собой никаких нет. Даже купальника.
– Ерунда. Купим все там.
Игнат на всякий случай прихватил с собой «дипломат», предварительно положив его в черный пакет. Он избавился от него сразу, как только мы подъехали к вокзалу: положил его в первый попавшийся мусорный бак.
– От самой главной улики избавились, – возбужденно проговорил он и отправился вместе со мной в автоматические камеры хранения. Подойдя к первой ячейке, Игнат положил свой пакет внутрь и на всякий случай спросил:
– Пакеты будем в разные ячейки класть или в одну?
– Ты издеваешься?
– Я просто тебя спросил.
– Конечно, в разные. Что у нас с тобой может быть общего?
– Как знаешь!
Игнат набрал код и, закрыв свою ячейку, проверил, сработал ли замок, несколько раз подергав дверцу.
– Сломаешь, – еле слышно произнесла я и огляделась по сторонам.
– Теперь твоя очередь. Только смотри, набери код, который ты хорошо знаешь, а то потом не сможешь деньги достать.
– Не беспокойся.
Подойдя к своей ячейке, я оглянулась на стоящего позади меня Игната и резко сказала:
– Отвернись и не подглядывай.
– Больно надо!
Игнат отвернулся, а я сунула пакет в ячейку и набрала год своего рождения.
– Ну что, готово?
– Готово.
Поздним вечером мы уже ехали в спальном вагоне поезда, направляющегося в Сочи, и полночи разговаривали на самые различные темы. Перед тем как уснуть, я откровенно зевнула и посмотрела на лежащего напротив меня мужчину.
– Я что-то не очень понимаю наших с тобой отношений.
– Ты о чем?
– О том, что сейчас на вокзале ты купил мне билет на свои деньги. Да и кассирше немного деньжат подкинул в качестве презента за то, что она нашла для нас билеты в день отправления поезда.
– И что тебя смущает?
– То, что ты не захотел взять с меня деньги за мой билет. Разве это по твоим правилам?
– А сейчас все идет не по моим правилам.
– Ты что, такой богатый, что ли? – спросила я не без усмешки.
– Конечно, богатый, – рассмеялся Игнат. – Если я могу себе позволить поухаживать за девушкой, то почему бы и нет. Меня это не особо напрягает.
– Может, все-таки возьмешь деньги? Я два раза предлагать не буду.
– Оставь их себе на мороженое.
– Какие мы щедрые, – покачала я головой и выключила свет, давая понять, что уже пора спать.
– Что ты будешь делать со своими деньгами? – Игнат задал мне вопрос в кромешной темноте. Было слышно, как он ворочается с боку на бок.
– Не знаю.
– Что значит «не знаю»? Ты не знаешь, что делать с деньгами?
– Я не могу пока об этом рассуждать. Для начала мне нужно спокойствие и ощущение того, что этими деньгами никто, кроме меня, не интересуется.
– И все же ты по-прежнему будешь работать на Бориса?
– Нет, конечно. Если я пойму, что эти деньги принадлежат только мне и никому нет до них дела, то, конечно же, я открою собственную компанию, наберу сотрудников и начну работать на себя.
– Странная ты.
– Почему?
– Не думал, что женщина с такими деньгами может работать.
– Если денежные запасы постоянно не пополнять, то они обязательно закончатся. Деньги не любят лежать в чулке или собирать пыль на полке. Они должны работать.
– Я думал, ты скажешь, что ты свое уже отработала, и будешь отдыхать, распределяя время между посещением косметических салонов, массажных кабинетов и магазинов дорогой одежды.
– Я долго отдыхать не умею, – честно призналась я.
– Почему?
– Устаю.
– От чего? – Игнат не сразу понял, что я имею в виду.
– От отдыха.
– А ты считаешь, что от него можно устать?
– Еще как, и причем очень сильно. А что будешь делать со своими деньгами ты? – спросила я мужчину после непродолжительной паузы. – Останешься альфонсом и дальше?
– Думаю, нет.
– А что тогда? Ты, кроме этого, еще что-нибудь умеешь?
– Я все умею. Скорее всего, уеду за границу, куплю небольшой ресторан, придорожное кафе, начну развивать сеть и строить бизнес.
– Думаешь, у тебя получится?
– Я в этом просто уверен!
– Ты занимался когда-нибудь бизнесом?
– Я же тебе сказал, что все умею.
Утром мы сняли номер в сочинской гостинице, причем его любезно оплатил Игнат, и мы отправились в магазин для того, чтобы купить плавки, купальник и кое-что из одежды. В магазине я вновь достала кошелек, но Игнат не позволил мне рассчитаться за покупки и прошептал прямо в ухо:
– Пользуйся моментом, пока я добрый. Я угощаю.
– И часто ты такой добрый и щедрый?
– В первый раз в жизни.
– И что это на тебя нашло?
– Просто мне очень сильно понравилась одна девушка. Она даже сама не подозревает о том, что ее присутствие рядом со мной заставляет меня меняться в лучшую сторону.
– И кто эта девушка? – спросила я как можно более таинственным голосом.
– Ее зовут Кристи. Она любит женатых мужчин и ненавидит альфонсов.
Молниеносно поменявшись в лице, я тут же бросила в сторону Игната недобрый взгляд и отвернулась.
Сев на песок у самого моря, я набрала номер Ренаты, извинилась перед ней за то, что не смогу приехать на похороны ее супруга, сославшись на то, что я слишком плохо себя чувствую, соврала и сказала, что я на короткий срок уехала в Подмосковье.
– Рената, ты с милицией общаешься?
– Каждый день, только толку мало.
– Никого не нашли?
– Никого.
– А есть какие-нибудь предположения?
– Предположений масса, только ни одной более-менее достоверной версии.
– Подожди. Нужно время.
– Ты думаешь, убийцу найдут? Ты в это веришь?
– Верю, – честно призналась я девушке. – Если убийца не со стороны, а один из приглашенных гостей, то его обязательно найдут. Не боишься услышать его имя? Вдруг это кто-то из тех, кого ты хорошо знаешь и кому доверяешь?
– Это будет еще один удар, – с болью в голосе сказала Рената и, перед тем как положить трубку, спросила: – Как Игнат?
– Он рядом со мной. Передает тебе привет и говорит, чтобы ты держалась. Мысленно мы с тобой.
Как только я сунула трубку в карман, Игнат закурил сигарету и стал выпускать изо рта ровные колечки дыма.
– Зачем ты без моего ведома приветы передаешь?
– Хотелось поддержать Ренату. Такой тяжелый день, и такое горе… А ты не желаешь передавать ей привет?
– Не желаю, – улыбнулся Игнат и принялся вновь пускать кольца дыма.
– Почему?
– Потому что с некоторых пор я желаю только одну девушку на свете – это тебя. Кстати, я уже успел зайти в аптеку и купить самые прочные презервативы.
– А ты думаешь, что у нас с тобой что-то сегодня будет?
Читать бесплатно другие книги:
