Живое слово Калугин Алексей

Алексей Калугин

ЖИВОЕ СЛОВО

Тяжелую утреннюю дремоту расколол звонок.

Сначала Зараеву показалось, что это во сне, но, когда он открыл глаза, в дверь снова коротко, но требовательно позвонили.

Зараев с трудом оторвал от смятой подушки тяжелую голову.

– Кого там в такую рань, – недовольно пробормотал он, проведя по горячим губам сухим, похожим на наждачную бумагу языком.

Звонок тренькнул еще раз.

Зараев встал, натянул черные, продранные на коленях спортивные штаны и пошел открывать.

За дверью стоял невысокий, худенький, аккуратно одетый юноша с черными, коротко остриженными волосами и большими очками с толстыми линзами на маленьком вздернутом носу.

– Тебе чего? – хриплым спросонья голосом спросил Зараев.

– Мне Геннадия Константиновича Зараева.

– Ну, я Зараев.

Юноша удивленно дернул левой бровью.

– Я корреспондент газеты «Утренний Курьер». Валентин Селимов. Я хотел бы взять у вас интервью.

– Интервью? – Зараев наморщил лоб, стараясь сообразить, по какому поводу он мог бы дать интервью. Воспаленный, гудящий, а временами даже позвякивающий мозг напрочь отказывался мыслить. – Послушай, Валь, сгоняй за пивком. – Зараев заговорщически подмигнул корреспонденту. – Тогда и поговорим.

По лицу корреспондента скользнуло удивление.

– Хорошо, – согласился он. – Я быстро.

И, повернувшись к Зараеву спиной, запрыгал вниз по лестнице.

Первым делом Зараев прошел на кухню и долго, отдуваясь, прямо из-под крана пил холодную воду. В комнате он открыл пошире окно, чтобы выветрить тяжелый, застоявшийся, спертый воздух, наполненный табачным смрадом и спиртовым перегаром. На неубранную кровать он набросил узкое зеленое в пятнах покрывало. Собрал раскиданные по углам бутылки и, проверив, не осталось ли в них чего, аккуратными рядками составил под столом.