Не только куклы Голдовский Борис

«По щучьему велению»

Премьера спектакля состоялась 24 ноября 1936 года. Автор пьесы Е. Тараховская, постановка С. Образцова. 2 мая 1937 года состоялось сотое представление, 8 ноября 1939 года — 500-е, 30 декабря 1951 года — 1500-е, 8 января 1959 года — 1800-е представление.

Напомним вкратце содержание пьесы, написанной по мотивам русских народных сказок.

Живет в ветхой избушке бедный паренек Емеля. Однажды зимой поймал он в проруби щуку. Уговорила она отпустить ее, обещала сделать за это Емелю счастливым. Поверил он ей, и действительно — стоило ему сказать: «По щучьему велению, по моему прошению пусть будет то-то и то-то», как его желание обязательно сбывается.

В это время повсюду объявляется царский указ: «Кто царевну Несмеяну рассмешит, за того ее царь замуж отдаст».

Узнал глашатай про необыкновенные способности Емели, стал его звать во дворец, а тот отказывается. Пожаловался глашатай царю, тот отрядил за Емелей свое войско. Пришлось подчиниться.

Приехал Емеля во дворец. Насмешил он там и царевну, и всех гостей. Не хотел царь отдавать за такого незнатного человека свою дочку, да они все-таки поженились…

В первом варианте пьесы, написанной Е. Тараховской для образцовского театра, Емеля выглядел полным лентяем, который ничего не делал, а благодаря волшебному свойству щуки имел все блага. Театр попросил драматурга «перенести акцент с лени на исполнение желание в борьбе с царем». Все акценты были умело перенесены на осмеяние царя и царского двора.

Спектакль был интересен зрителям разного возраста. Малыши следили за приключениями Емели. Дети постарше понимали опасность его выходок, направленных против царя. Да и взрослым зрителям был по душе этот человек независимого нрава. Его радуют чудеса, происходящие после произнесения волшебных слов. Для царя же это нарушение привычных устоев жизни. Для него все новое — бунт против порядка, бунт против власти.

Чудес в спектакле показано много. Вот у ведер вырастают ноги, и они сами идут к избе. Вот топор сам рубит дрова, а поленья прыгают в сани. Вот сосна зацвела розами… Однако самое главное в спектакле другое — показ победы добра над злом.

Образцов любил говорить о том, у каждого театра, как и у МХАТа, есть своя «Чайка». То есть спектакль самый главный, самый типичный для этого театра. «У нас тоже есть своя „Чайка“, — шутливо добавлял он, — только она не птица, а рыба. Это спектакль „По щучьему велению“».

Семья

Сергей Владимирович Образцов родился 5 июля 1901 года.

Его родителей звали Анна Ивановна (1878–1959) и Владимир Николаевич (1874–1949). Они являли собой пример счастливого супружества — в ноябре 1949 года отметили свою золотую свадьбу.

Анна Ивановна была педагогом, преподавательницей русского языка.

Владимир Николаевич был известным специалистом в области железнодорожного транспорта. С годами он стал профессором, доктором технических наук, заслуженным деятелем науки и техники РСФСР, академиком, членом президиума Академии наук СССР, директором ее филиала в Коми АССР, генерал-директором движения первого ранга. В 1942 и 1943 годах ему присуждались Государственные премии СССР. (Эти деньги он полностью отдал в фонд обороны, на них был построен самолет-истребитель.)

В 1974 году в Московском институте инженеров транспорта проходила юбилейная научная конференция, посвященная столетию со дня рождения В. Н. Образцова. Сергей Владимирович присутствовал на ней и был потрясен теми хвалебными эпитетами, которыми выступающие характеризовали известного ученого. В книге «По ступенькам памяти» он написал, о чем говорили на конференции:

«„Целая эпоха в транспортной науке“, „основоположник научного проектирования железнодорожных станций и узлов“, „пионер комплексного развития и комбинированного использования всех видов транспорта“, создатель целого ряда транспортных наук, которые стали в дальнейшем факультетами и даже учебными заведениями. Например, таких наук, как промышленный транспорт и городской транспорт, включающий все его виды, что до моего отца никогда не изучалось комплексно. По его проектам построены станции и узлы в Никитовке, Вязьме, Вологде, Запорожье, Нижнем Новгороде, Сызрани, Рязани, Саратове, Москве, Магнитогорске, Баку, Свердловске, Ташкенте».

Именем академика названа бывшая Бахметьевская улица, на которой жила семья Образцовых, Ленинградский институт инженеров железнодорожного транспорта, в котором Владимир Николаевич учился, и техникум в Николаеве — в городе, в котором он родился.

У Сергея Владимировича был младший брат Борис Владимирович Образцов (1905–1975), кандидат биологических наук.

С. В. Образцов был дважды женат. В 1919 году он женился на учительнице детского дома Софье Семеновне Смысловой. 28 декабря 1922 года у них родился сын Алексей. Летом 1928 года — дочь Наталья. Вскоре после рождения дочери Софья Семеновна скончалась.

В 1931 году Образцов женился на артистке МХАТа Второго Ольге Александровне Шагановой, с которой прожил больше полувека.

Сын Образцова Алексей Сергеевич стал архитектором, дочь Наталья Сергеевна артисткой. Есть у него внучка Екатерина Михайловна, она артистка и режиссер, и два внука: Петр Алексеевич (1950 года рождения), кандидат химических наук и журналист, а Сергей Алексеевич (1958) — архитектор.

Театр

Это — главное дело жизни Образцова.

В 1931 году Сергею Владимировичу предложили организовать новый театр кукол и стать его художественным руководителем. И вот он вместе с еще двенадцатью энтузиастами основал Государственный центральный театр кукол.

Работу театр начал с поисков авторов, с создания собственного репертуара. Пьеса для первого представления была написана драматургом Андреем Глобой, она называлась «Джим и Доллар». Премьера первого спектакля состоялась 17 апреля 1932 года.

Сначала театр работал только для детей, и первые шесть лет был разъездным. За это время было поставлено пятнадцать спектаклей.

С 1937 года театр имел уже собственное здание на площади Маяковского.

Постепенно образцовцы начали готовить и спектакли для взрослых. В 1940 году поставили «Волшебную лампу Аладина», в 1941 — «Ночь перед рождеством».

Мирная жизнь была прервана начавшейся войной. Театр был эвакуирован в Новосибирск, где продолжал показывать и готовить спектакли. Бригады актеров выезжали на фронт для выступлений перед бойцами.

После окончания войны театр вернулся в Москву и сразу приступил к подготовке спектакля «Необыкновенный концерт», до сих пор сохранившийся в его репертуаре. Затем были поставлены такие известные спектакли для взрослых как «Под шорох твоих ресниц», «Мой, только мой!», «Божественная комедия», «Ноев ковчег». Вообще ГЦТК стал настоящей лабораторией полноценного и кукольного по своим параметрам репертуара не только для отечественных, но и для зарубежных театров.

В 1970 году театр отпраздновал новоселье в здании на Садовой-Самотечной улице. Спектакль, которым открылся тот сезон, так и назывался — «Новоселье». Его сценарий написал сам Образцов.

В 1981 году театр отметил свой полувековой юбилей. За большие заслуги в развитии искусства ему было присвоено почетное звание академического.

Театральные помещения

После того как 16 сентября 1931 года директором Центрального Дома художественного воспитания детей был подписан приказ о назначении Образцова художественным руководителем Государственного Центрального театра кукол, новый театр и поселился в этом здании — ему была выделена одна комната. Но и этого хватало — ведь весь штат состоял из двенадцати человек. Первый спектакль там был сыгран 17 апреля 1932 года.

Однако постепенно театр разрастался. Ему выделили в том же Доме вторую комнату — все равно тесно. Иногда кукольникам разрешали репетировать в клубе папиросной фабрики, но это было нерегулярно. Раздобыли подвал на Поварской улице, однако там и тесно, и темно.

Через два дня после того как 22 июня 1937 года в газете «Известия» была опубликована статья Образцова о бедственном положении театра, ему позвонили из Комитета по делам искусств и сказали, что театру предоставлено здание на площади Маяковского.

В этом здании играл Реалистический театр, бывшая Четвертая студия МХАТа. Труппу этого театра слили с труппой Камерного. «Реалисты» переехали к «камерникам» на Тверской бульвар, и здание на Маяковке освободилось. Раньше в нем помещался кинематограф, а до кинематографа — два трактира с извозчичьим двором между ними.

Архитектор Котэ Топуридзе бесплатно спроектировал друзьям кукольникам и новую сцену, и эффектный портал. А проект зрительного зала позже сделал сын Сергея Владимировича — архитектор Алексей Образцов, тоже, разумеется, бесплатно.

Первое представление в новом здании состоялось 3 ноября 1937 года: был показан спектакль «Кот в сапогах».

В июле 1941 года во время бомбежки здание было сильно повреждено. Восстановили его к осени 1945 года.

Настало время, когда образцовцы почувствовали, что им и здесь тесно. Накопилось много декораций, негде было разместиться мастерским.

В поисках нового помещения Сергей Владимирович обратил внимание на недостроенное здание на Садово-Самотечной улице. Когда-то оно строилось для театра-студии Станиславского, однако после смерти Константина Сергеевича строительство приостановили. Желающих достраивать театр долгое время не находилось. Там были большая сцена и маленький зал на 500 мест. Для обычного театра такое соотношение неудобно. Кукольному же подобный вариант вполне годился.

Архитекторы В. Уткин и А. Мелихов под руководством Ю. Шевердяева занялись реконструкцией и перестройкой. Спроектировали второй зрительный зал на 230 мест — для детворы, второе фойе.

Одной из достопримечательностей нового здания стали оригинальные часы. Их создали конструктор В. Кальмансон, скульпторы П. Шимес и Д. Шаховской.

Размер часов четыре метра на три. Сверху большой петух. В центре — циферблат с золотыми стрелками и золотыми цифрами, а вокруг двенадцать железных домиков. Каждый час бьют часы, петух хлопает крыльями и громко кукарекает, открывается домик, соответствующий определенному времени, и из него появляется кукла. А ровно в полдень открываются все двенадцать домиков, и оттуда выходят все куклы: медведь, козел, сова, ворона, заяц, лиса, обезьяна, кот, баран, поросенок, коза и волк. Они танцуют под музыку «Во саду ли, в огороде…»

Потом в нем будут работать 350 человек, и займет он четыре этажа огромного здания.

Телевидение

Образцов прекрасно понимал большие преимущества развивающегося телевидения именно как средства массовой информации, охотно принимал участие в телевизионных передачах. Особенно часто он рассказывал о своем театре, о воспитании, о любви к животным. Его можно было регулярно видеть в передаче «В мире животных», он вел несколько выпусков детского «Будильника». В 1981 году в эфир вышла надолго запомнившаяся зрителям его сольная программа «Концертный вечер в Останкино».

Тяпа

Это одна из самых любимых кукол Образцова. В 1928 году ему понадобился «напарник» для исполнения на эстраде колыбельной М. Мусоргского. Он сделал из папье-маше головку этой куклы и пошил для нее белую рубашку-распашонку. Получилась перчаточная кукла-ребенок. Некоторые утверждали, что ее лицо напоминало лицо самого кукольника в младенчестве. У композитора его персонаж называется Тяпой. Артист не стал менять имя.

Образцов изображал отца и ребенка. Он выходил с этой куклой на эстраду, не прячась за ширму, баюкал «ребенка» на руках, пел ему колыбельную Мусоргского, давал соску-пустышку, играл с ним. Этот трогательный номер и сама кукла всегда имели у зрителей оглушительный успех.

С Тяпой Образцов не расставался всю жизнь. Он исполнял этот номер и в сборных эстрадных концертах, и в своих сольных программах как в нашей стране, так и за рубежом. Благодаря этому Тяпу узнали и полюбили в десятках стран.

Образцов очень любил своего Тяпу, он называл его «самым старым ребенком в мире». Кстати, с Тяпой связана одна необъяснимая загадка. Этой кукле уже больше семидесяти лет. Она побывала во многих странах, участвовала в сотнях концертов. Тем не менее Тяпа до сих пор не только не нуждается в реставрации, но даже и в простой чистке. Лицо у этой куклы такое же свежее и румяное, как много десятилетий назад. Никто не знает, почему так произошло.

К юбилею великого кукольника в мастерских театра были изготовлены несколько копий Тяпы, которые продавались как сувениры.

Увлечения

Образцов по натуре был коллекционером. Однако он не просто собирал разные интересные предметы, бездумно копил их. Нет, он изучал историю возникновения каждой вещи, систематизировал. Каждый экспонат его коллекции мог натолкнуть его на интересные воспоминания или рассказ. Во многом это собирательство было связано с его гастрольными поездками. Из разных городов и стран Сергей Владимирович привозил оригинальные сувениры. С годами у него собралась обширная коллекция, подробно описанная им в книге «Моя кунсткамера». (В старину кунсткамерой называли собрание редкостей и место их хранения).

Какие же экспонаты хранились там? Вот некоторые тематические разделы его коллекции:

изделия народных промыслов разных стран;

ритуальные маски;

глиняные и деревянные игрушки;

старинная мебель;

старинные музыкальные инструменты;

колокольчики;

картины;

старые афиши кукольных театров;

И, конечно же, куклы, которые участвовали в театральных или ярмарочных представлениях. Тут и кожаные фигуры для театра теней, и тростевые куклы, и перчаточные, и марионетки, то есть куклы на нитках. Чтобы достичь совершенства в своем деле, Сергей Владимирович дотошно изучал опыт предшественников.

С юных лет его постоянными спутниками стали и книги. Рассказывая про свою библиотеку, Образцов говорил: «Я не библиофил и не коллекционирую художественную литературу. Но в моей домашней библиотеке собрано более четырех тысяч книг: по архитектуре, живописи, театру, по древнейшему искусству и народному творчеству, книги о природе».

Учителя

Абрам Ефимович Архипов (1862–1930) — известный художник, выходец из Рязанской губернии. Окончил курс в московском училище живописи, ваяния и зодчества, где сам потом преподавал. Постоянно экспонировался на выставках художников-передвижников. Для его творчества характерны лирические жанрово-пейзажные полотна («По реке Оке»), картины тяжелой трудовой жизни народа («Прачки»), мажорные по цвету фигуры крестьянок («Девушка с кувшином»). Несколько его работ находятся в Третьяковской галерее и в Русском музее.

Владимир Андреевич Фаворский (1886–1964) — выдающийся график и живописец. Он является создателем школы современной ксилографии, то есть гравюры на дереве. Зарекомендовал себя так же как монументалист и театральный художник. Для произведений Фаворского характерны философская глубина и яркость образов, виртуозное мастерство использования выразительных возможностей ксилографии.

P. S. Так случилось, что Фаворский был художником мхатовского спектакля «Двенадцатая ночь», в котором Образцов играл роль Шута. На репетициях она ему долго не удавалось, и тогда Сергей Владимирович обратился к своему учителю графики:

— Владимир Андреевич, дайте моему шуту в руки что-нибудь узнаваемое, но такое, чтобы и для Шекспира и для нашего времени одинаково узнаваемо было.

Подумав, Фаворский сказал:

— Вот при Шекспире, когда в шутов посвящали, то зашивали их в телячью шкуру. Возьмите шкуру теленка, куда уж узнаваемее-то.

Образцову достали шкуру теленка, и благодаря столь точной детали роль получилась.

* * *

Ученица Вахтангова Ксения Ивановна Котлубай была первым театральным режиссером Образцова — она помогала ему готовить роль Терапота в «Периколе». Она стала для него на всю жизнь учителем и в искусстве, и в жизни. Ксения Ивановна оценивала не только его драматические роли, но и концертные номера с куклами.

Крупнейший реформатор русского театра режиссер и драматург Владимир Иванович Немирович-Данченко (1858–1943) был учителем Образцова, постольку поскольку Сергей Владимирович работал, можно сказать, у него в подчинении — являлся артистом Музыкальной студии Художественного театра. Он и увидел впервые своего будущего руководителя на отборочном конкурсе певцов, желающих поступить в студию. Тогда же и произошел между ними забавный диалог. Немировичу-Данченко, который был председателем приемной комиссии, показалось, что соискатель слишком уж молод. Он даже полунасмешливо спросил Образцова:

— Сколько вам годов?

На что волновавшийся Сергей Владимирович ответил:

— Мне двадцать один лет.

Все члены комиссии засмеялись. А кто-то пытался упрекнуть соискателя в непочтительности.

— Нет, он правильно ответил, — сказал Немирович-Данченко. — Я спросил его «годов», а он говорит «лет».

Дальнейшая многолетняя работа Образцова под руководством великого режиссера стала для него великолепной школой, научила глубоко понимать театральное искусство.

Фильмы

Образцов сочинил ряд киносценариев и сам же создал по ним фильмы. Однако только два из них связаны с куклами. В 1938 году киностудия «Союзмультфильм» засняла его эстрадный номер, подготовленный к встрече папанинцев, участников полярной экспедиции. Эта короткометражка называлась «Глядя на луч полярного заката». Через восемнадцать лет по его сценарию на киностудии «Мосфильм» был снят кукольный фильм «Небесное создание».

И в том же, 1956 году, началась серьезная работа Сергея Владимировича в кино. Началась несколько неожиданно. Это случилось вскоре после того как вышла его первая очерковая книга «О том, что я увидел, узнал и понял во время двух поездок в Лондон».

Как-то группа советских кинооператоров Центральной студии документальных фильмов снимала картину о жизни английской столицы. Своего рода сценарием для них послужила эта книга Образцова. Вернувшись в Москву с отснятым материалом, операторы попросили Сергея Владимировича написать закадровый текст к документальной ленте «В Лондоне».

Образцов согласился на это предложение и настолько увлекся работой, что не только сочинил текст, но сам же и прочитал его, принимал участие в монтаже и режиссуре. То есть стал полноправным соавтором фильма.

Затем был еще один маленький документальный фильм на близком Сергею Владимировичу материале — о китайском кукольном театре.

После работы над фильмом «В Лондоне» Образцов по-настоящему заинтересовался новым для своего творчества жанром кино и очень обрадовался, когда студия попросила его сделать примерно такую же работу с уже отснятым материалом про пингвинов. Так получился фильм «Повесть о пингвинах» (1958).

Однако его не покидало желание сделать такой документальный фильм, где он был бы автором, и он подал на студию творческую заявку. В ней Образцов предлагал сделать картину на тему о таланте — как он развивается, что является его источником. Лично он считал, что талант — это умение удивляться.

Первоначально фильм условно назывался «Взаймы у природы». В прокат вышел, в 1962 году, под названием «Удивительное рядом». (Кстати, это образцовское выражение сделалось поистине крылатым — так потом называли рубрики во многих газетах и журналах.) Сам автор называл свою картину лирическим или философским киномонологом. В нем рассказывалось о том, как любовь к окружающей природе способствует развитию таланта и, стало быть, цивилизации, прогрессу. Автор доказывал, что каждому человеку важно уметь видеть удивительное рядом с собой, в повседневной жизни.

Следующий свой фильм Образцов назвал «Кинокамера обвиняет» (1967).. Это страстная публицистическая картина о том, что каждый человек имеет право на счастье и никто не должен лишать его счастья. После выхода на экраны фильм пользовался большой популярностью у зрителей.

Затем был фильм «Невероятная правда» (1971), в котором рассказывалось о силе иносказательного искусства, в том числе и о кукольном театре.

Его последняя киноработа родилась довольно необычным образом. Поскольку Сергей Владимирович часто публиковал статьи в периодике и выступал по телевидению, он получал много писем. Однажды прибыло письмо от мальчика, который жаловался на своего отца. Мальчик подобрал на улице котенка и принес домой. А когда на следующий день мальчик ушел в школу, отец убил котенка, которого сразу посчитал лишней обузой в доме. Фильм «Кому он нужен, этот Васька?» (1973) должен был стать ответом и мальчику, и его черствому отцу. Для этого Образцов обратился по телевидению к зрителям с просьбой сообщить о своих домашних животных.

Им было получено свыше четырех тысяч писем. К некоторым из адресатов Сергей Владимирович и режиссер В. Рытченков съездили, сняли животных, а хозяевам задавали один и тот же вопрос: за что они любят своих питомцев?

В результате получилась прекрасная картина про воспитание в человеке доброты, великодушия. Без любви ко всему живому доброго человека воспитать трудно. Котенок Васька, оказывается, очень нужен рядом с маленьким человеком.

Эстрада

Будучи студентом ВХУТЕМАСа, Образцов сделал куклу-негритенка. Голова из черного чулка, курчавые волосы из остатков каракулевого воротника, клетчатый халатик — из старой кофточки.

В это же время он занимался вокалом в консерватории А. Г. Шора. Однажды ему было задано подготовить романс П. И. Чайковского «Средь шумного бала». Выучить-то он его выучил, однако исполнил по-особому: сделал так, будто романс исполняет надетая на руку кукла-негритенок. Этим Образцов развеселил и преподавательницу, и пианистку, и своих соучеников.

Получив таким образом «репертуар», негритенок начал петь этот романс разным знакомым общительного Образцова. Поскольку подобное выступление пользовалось бешеным успехом, Сергей Владимирович разучил с негритенком еще несколько номеров. Позже он сделал ему пару — обезьянку. Эта кукла-перчатка надевалась на вторую руку. Дуэт исполнял романс «Мы сидели с тобой». Еще позже сделал куклы старушки и старика. Они исполняли романс «Я помню день. Да, это было счастье!». Этот романс Б. Борисова был в то время весьма популярен. Его автор — известный театральный комический актер, много выступавший и на эстраде. Когда позже они встречались в концертах, Борис Самойлович каждый раз просил Образцова исполнить «Я помню день» и, стоя за кулисами, смеялся над «стариками».

P. S. Принесший в свое время на эстраду песенки Беранже, Б. С. Борисов был одним из самых одаренных российских комиков. Он играл и в театрах, и много концертировал.

Борисов очень побаивался свою жену. Однажды к ним зашел администратор Колонного зала (они жили рядом) и предложил Борису Самойловичу выступить на следующий день в концерте, назвав сумму гонорара. Артист и рта не успел раскрыть, как жена уже заявила, что за такие деньги он выступать отказывается. Но Борисов, провожая визитера, все-таки шепнул ему, что завтра выступит.

На следующий вечер он сказал супруге, что идет гулять с собачкой. И пошел с ней в Колонный зал. Там быстренько выступил, получил деньги и вернулся домой. Вдруг жена требует:

— Давай деньги.

— Какие?

— За концерт. Ты же сейчас выступал. Я слышала — концерт транслировали по радио.

В 1923 году Музыкальная студия Художественного театра, где работал тогда Образцов, решила организовать шуточное представление «Необыкновенная ночь», сбор от которого должен был пойти в пользу нуждающихся актеров. Поскольку коллеги знали про увлечение молодого актера куклами, ему предложили подготовить номер с классическим персонажем русских ярмарочных представлений — Петрушкой.

Сергей Владимирович сам сделал фигуру Петрушки, купил шарманку, заказал у столяра ширму. Однако его номер, можно сказать, провалился. Скорей всего из-за отсутствия остроумного текста. Однако эта неудача не только не выбила артиста из седла, но заставила его работать над усовершенствованием своих номеров. Их Сергей Владимирович охотно показывал в гостях друзьям и знакомым. Частенько кто-нибудь из них просил его выступить то в школе, то в техникуме, то в санатории. Появились и платные выступления. Первое платное выступление Образцова состоялось 31 декабря 1923 года. Это была встреча Нового года в каком-то учреждении.

Постепенно Сергей Владимирович становился профессиональным эстрадником. Ему показалось мало того, что куклы только поют. Он решил разучить несколько сценок. Однако разговорный жанр плохо поддавался ему, и Сергей Владимирович в дальнейшем ограничился только пением, Его номера носили общее название «Романсы с куклами». Это было фирменное образцовское «блюдо». (Исключение составляли лишь несколько пантомим.)

С весны 1926 года профессиональные концерты стали происходить все чаще и чаще, их количество с каждым месяцем возрастало.

Первое время появление на сцене человека с ширмой вызывало в зале легкое недоумение — зачем взрослым людям показывать кукол? Однако почти всегда после первого номера подобная настороженность исчезала, зрители были покорены. Довольно быстро публика привыкла к новому жанру, который идентифицировался с фамилией Образцова. Его не только провожали аплодисментами, но и встречали. Подобный прогресс отразился и на афишах. Если раньше Сергей Владимирович находился в разряде «и др.», то есть безымянных участников, то потом его фамилия неизменно попадала в список основных артистов концертов, а еще позже начала появляться и в так называемой «красной строке». Другими словами, он стал звездой эстрады.

Весной 1927 года Образцов подготовил два новых номера: романс А. С. Даргомыжского «Титулярный советник» и цыганский романс «Мы только знакомы». Оба номера держались в его репертуаре десятилетиями. Хорошо принимались зрителями песня Корчмарева «Про дьякона», колыбельная М. П. Мусоргского из цикла «Детская», романс Гречанинова «С тобою мне побыть хотелось», «Минуточка» А. Вертинского, «Хабанера» из оперы Бизе «Кармен» и, пожалуй, самый знаменитый его концертный номер — старый цыганский романс «Налей бокал, в нем нет вина!».

В конце 1928 года известный эстрадный конферансье Александр Абрамович Менделевич рекомендовал Образцова для участие в программе московского мюзик-холла. У Сергея Владимировича был в первом отделении номер с куклами. (Второе отделение было целиком отдано джазу Леонида Утесова.) Начиная с 1 декабря, он выступал ежедневно, зрители принимали его очень хорошо.

В начале следующего года к Образцову приехал администратор из Ленинграда. Он заключил с артистом очень выгодный договор на летние гастроли в концертной программе Сада отдыха.

Став эстрадником, Сергей Владимирович очень много выступал. Администраторы только и мечтали заполучить в концерт его оригинальный номер. Бывало, в предпраздничной горячке Образцову приходилось выступать до девяти раз за вечер!

Образцов выступал с концертными кукольными номерами, высмеивая пошлость, рутину и бессодержательность на эстраде. Это была сатира высокого накала. Рожденный им жанр «Романсы с куклами» был убийственным для поклонников халтурной эстрады. Причем артист оставался неуязвимым для ответных нападок. В самом деле — не станет же кто-то из осмеянных вступать в пререкания с куклой.

P. S. Упомянутый выше конферансье Александр Абрамович Менделевич (1886–1958) создал на эстраде своеобразный жанр — он зачитывал со сцены всякие забавные объявления, телеграммы, фразы из газет, короче говоря, то, что сейчас в юмористических изданиях называется «Нарочно не придумаешь». Тем не менее ему был присущ дар импровизации. Однажды Менделевич во время концерта пытался «расшевелить» зал, завести с публикой непринужденный разговор.

— Ну, скажите хоть что-нибудь, — просил он зрителей.

Наконец какой-то наглец крикнул:

— Вы дурак!

— А вы, по-моему, умный, — ответил Менделевич и после небольшой паузы добавил: — Однако боюсь, мы оба ошибаемся.

Количество концертов, в которых выступал Образцов, не поддается точному исчислению. Не все они проходили в клубных или театральных залах. Ему приходилось играть и на палубе корабля, и на лужайках в прифронтовых лесах, и на полевых станах. Причем Образцов старался делать свой репертуар злободневным, даже политизированным. Тут следует выделить сатиру на Гитлера и Муссолини, сделанную им в дни войны. Эти номера держались в его репертуаре до тех пор, пока существовали «оригиналы».

Эпиграммы, шаржи

Как и над всяким заметным деятелем искусства, сатирики иной раз подтрунивали и над Образцовым.

На одном из капустников, проходившем в Доме актера, ему была адресована такая эпиграмма:

Журналист Семен Бирман к одному из юбилеев Сергея Владимирович написал совсем простенькое двустишие, сделанное к тому же не без грамматической погрешности. Тем не менее оно очень одобрительно было встречено собравшейся на чествование Образцова публикой:

В 1958 году в сборнике «Действующие лица» была опубликована следующая эпиграмма А. Рейжевского:

Но, конечно, самым удачным было шуточное послание, сочиненное Зиновием Паперным (кстати, одним из соавторов второй редакции «Необыкновенного концерта») к 75-летию Образцова: