Большой Сочи: история Кавказа Андреев Александр

«Завоевание Кавказа столь важно для России, оно так усилило международное положение нашего Отечества, что хотя бы краткое ознакомление с этой гигантской борьбой и с теми людьми, которые легли костьми за свою родину, составляет нравственную обязанность всякого русского человека».

Очерки покорения Кавказа. СПб, 1911.

Войны за присоединение Кавказских гор велись Российской империей, нуждавшейся в защите своих южных границ от постоянных нашествий-набегов и контроля торговых путей, связывающих Россию через Каспийское и Чёрное моря с восточными рынками, в течение XVIII–XIX веков. Воевали не только с кавказскими горцами, но и не хотевшими отдавать контроль над Кавказом Ираном и Турцией.

Кавказские войны России включают в себя Персидский поход 1722–1723 годов, Персидский поход 1796 года, русско-иранские войны 1804–1813 годов и 1826–1828 годов, кавказскую часть русско-турецких войн 1768–1774 годов, 1787–1791 годов, 1806–1812 годов, 1828–1829 годов, Крымскую войну 1853–1856 годов, Кавказскую войну 1817–1864 годов, завершившую полное присоединение Кавказа к России.

Россия и Кавказ до XVIII века

В середине XVI века русские войска ликвидировали Казанское и Астраханское ханства. Завоевание – присоединение Поволжья передвинуло границу Московского царства до реки Терек и обеспечивало России выход в Каспийское море с широкой реализацией своих традиционных товаров, включая меха, без посредников на Востоке. Необходимо было укрепиться в Каспийской части «Великого шёлкового пути», овладев устьем Терека и дагестанским побережьем. На Кавказе в это время шли войны против иранских и турецких захватчиков, внутренние междоусобицы, часть горских племён стремилась получить помощь или даже вступить в союз с Москвой. В 1554 году начались дипломатические переговоры с Кабардой и дагестанским шамхальством Тарковским, в результате которых в 1557 году Кабарда приняла русское подданство, и в 1567 году в устье реки Сунжи была основана крепость Терки, в 1588 – в дельте Терека построен Терский городок. Низовья Терека были заселены переселившимися с Дона и Волги казаками.

В 1594 году, позднее в 1604–1605 годах русские отряды воевод Бутурлина и Плещеева попытались прорваться в приморский Дагестан, воюя с кумыкским шамхалом Тарковским, но успеха не добились.

Россия и Кавказ в XVIII веке

В 1720 году по указу Петра I на нижнем берегу Терека было построено 5 казачьих станиц. Во время Персидского похода 1722–1723 годов войска Петра I заняли всё дагестанское побережье, включая Дербент. Тогда же Кубинское ханство перешло в русское подданство. Русская армия даже заняла Баку, но закрепиться на побережье не удалось – не позволила сильная ещё тогда Турция. Граница Российской империи вернулась к Тереку, где при Анне Иоанновне началось строительство кавказских укреплённых линий.

В 1735–1739 годах была построена Кизлярская укреплённая линия со строительством крепости и укреплений по реке Терек. К 1769 году линия дошла до Моздока, а к 1780 была полностью создана Азово-Моздокская укреплённая линия – от Азовского до Каспийского моря. Это стало возможным после русско-турецкой войны 1768–1774 годов, в результате которой Россия получила, в частности, Кабарду и Северную Осетию, кубанские горцы получили независимость от Турции.

Украинские плодородные степи и Крым вошли в состав Российской империи. Азовско-Моздокская линия (Моздок был построен в 1763 году) обеспечивала дальнейшее продвижение к горному Кавказу, занятие плодородной предкавказской равнины и выход на черноморские берега Кавказа.

По указу 1782 года занятые земли раздаются российскому дворянству. До 1804 года было роздано более полумиллиона десятин. Кавказские земли получили Воронцов, Безбородко, Чернышёв, многие другие.

В 1783 году А. Суворов, тогда командир Кубанского корпуса, в боях оттеснил на Урал и за Кубань ногайские племена. В 1784 году Шамхал Муртаза Али перешел в российское подданство – Россия вышла на северное дагестанское побережье Каспийского моря. В том же году была заложена крепость Владикавказ и начато строительство укреплений на создаваемой Военно-Грузинской дороге.

Это позволило в 1785 году создать единую Кавказскую линию, позднее разделенную на левый фланг, центр, правый фланг и Черноморскую кордонную линию – от станицы Усть-Лабинской до устья Кубани, заселенную бывшими запорожскими казаками, ставшими Черноморским казачьим войском.

За два года до этого царь Картли и Кахетин Ираклий II, зажатый иранцами, турками, подвергавшийся постоянным набегам аварцев, обратился к России и Восточная Грузия по Георгиевскому трактату 1783 года была объявлена под российским протекторатом, туда вошли русские войска, но поначалу закрепиться там не удалось – в Чечне и Кабарде началось восстание шейха Мансура, мусульманского проповедника, пытавшегося объединить кавказские племена под знаменем газавата – войны против неверных.

Во главе кавказских племён стояли феодалы – хан, чанка, бек, в зависимости от которых находились местные дворяне – уздени, несущие повинности перед беками, раздававшими им крестьянские дворы. Их получали и нукеры – ближайшее окружение феодалов. У некоторых племён не было ещё частной собственности на землю, которая принадлежала родам – тейпам, члены которого, как и сами тейпы, считались равными друг другу. Впрочем, постоянно выделялись и «сильные» тейпы.

Посланный на подавление русский отряд полковника Пьерри был уничтожен чеченцами. Мансур попытался взять Кизляр и Моздок, но был отброшен. Через год попытка похода на Кизляр повторилась, чеченцев снова отбросили, Мансур ушёл в Закубанье, где началось восстание. Угроза новой турецкой войны и действия Мансура вынудили русские войска уйти из Восточной Грузии.

В ходе начавшейся русско-турецкой войны 1787–1791 годов турецкая армия Батал-Паши в 1790 году была разгромлена русскими войсками в верховьях реки Кубани, вынужденными также действовать и против адыгейских отрядов Мансура, база которого была в турецкой тогда Анапе и Суджук-Кале (будущем Новороссийске). В 1791 году русские войска взяли Анапу, Мансур был взят в плен, сослан в Соловецкий монастырь, где и умер.

По Ясскому мирному договору Анапу возвратили Турции, адыгейские племена были признаны независимыми, правый фланг кавказской укреплённой линии был перенесён на реку Кубань, а её центр, через несколько лет, был передвинут до горы Бештау и основанного там Пятигорска, ставшего позднее первым курортом Кавказских Минеральных Вод и Черкесска.

В 1795 году Грузия подверглась иранскому нападению – в страну вновь были введены русские войска. Через год в Персидском походе русская армия В.А. Зубова взяла Дербент, Кубу, Баку и Шемаху. Воцарившийся на российском престоле Павел I прервал поход и вывел русские войска из Закавказья. В 1799 году Восточная Грузия подверглась нападению – реальной стала угроза разделения страны между Ираном и Турцией. Грузинский царь Георгий XII обратился к Павлу I. В Восточную Грузию вновь вошли русские войска, совместно с грузинскими воинами 7 ноября 1800 года на реке Иоре в Кахетии разбившие армию аварского и казикумухского ханов. Через год, после смерти Георгия XII манифестом Павла I Восточная Грузия вошла в состав Российской империи.

Кавказская война XIX века

XIX век начался на Кавказе многочисленными восстаниями. В 1802 восставали осетины, в 1803 – аварцы, в 1804 – грузины.

В 1802 году командующим войсками Кавказской укрепленной линии был назначен грузинский князь на русской службе П.Д. Цицианов. В 1803 году была проведена успешная военная экспедиция генерала Гулякова – русские вышли к дагестанскому побережью с юга. В том же году в русское подданство перешла Мингрелия, в 1804 – Имеретия и Турция. Большинство членов грузинского царского дома князем П.Д. Цициановым была выслана в Россию. Оставшийся царевич Александр, главный претендент на грузинский престол, укрылся в Гандже, у местного хана. Ганджа принадлежала Азербайджану, но это не остановило князя Цицианова. Ганджа была взята штурмом русскими войсками, под предлогом, что она некогда входила в состав Грузии. Ганджа стала Елизаветполем. Поход русских войск на Эривань-Ереван и взятие Ганджи послужили поводом к русско-иранской войне 1804–1813 годов.

В 1805 году в русское подданство перешли Шурагельское, Шекинское, Ширванское, Карабахское ханства. И хотя под Баку князь Цицианов был предательски убит, восстание хана Шекинского было подавлено и отряд генерала Глазенапа взял Дербент и Баку – к России отошли Дербентское, Кубинское и Бакинское ханства, что вызвало русско-турецкую войну 1806–1812 годов. Именно союз Ирана и Турции помешал русским, овладевших Нахичеванью, взять Эривань.

Персидские войска, вошедшие в Ереванское ханство и Карабах, были разбиты русскими на Араксе, Арпачае и под Ахалкалаками. В Осетии отряд генерала Лисаневича разгромил войска кубинского хана Ших-Али. На Черноморском побережье русские войска взяли турецкие крепости Поти и Сухум-Кале. В 1810 году в состав России вошла Абхазия. Дагестан, также объявил о принятии российского подданства.

В 1811 году русские войска командующего на Кавказе маркиза Паулучи взяли крепость Ахалкалаки. Отряд генерала И. Котляревского разбил персов в 1812 году при Асландузе, а через год взял Ленкорань. Войны России с Ираном и Турцией закончились почти одновременно. И хотя по Бухарестскому миру 1812 года Турции вернули Поти, Анапу и Ахалкалаки, по Гюлистанскому миру 1813 года Персия потеряла Карабахское Ганджинское, Шекинское, Ширванское, Дербентское, Кубинское, Бакинское, Талышинское ханства, Дагестан, Абхазию, Грузию, Имеретию, Гурию, Мингрелию. Большая часть Азербайджана с Баку, Ганджей, Ленкоранью вошла в состав России.

Территория Грузии и Азербайджана, присоединенные к России, оказались отделены от империи Чечней, Горным Дагестаном и Северо-Западным Кавказом. Горная битва началась с окончанием Наполеоновских войн в 1815 году.

В 1816 году командиром отдельного Кавказского корпуса был назначен герой Отечественной войны 1812 года генерал А.П. Ермолов, отдававший отчет в трудности отражения набегов горцев и овладения Кавказом: «Кавказ – это огромная крепость, защищаемая полумиллионным гарнизоном. Надо штурмовать ее или овладеть траншеями». Сам А.П. Ермолов высказался за осаду.

Кавказский корпус насчитывал до 50 тысяч человек; А.П. Ермолову также подчинялось 40-тысячное Черноморское казачье войско. В 1817 году левый фланг Кавказской укрепленной линии был перенесен с Терека на реку Сунжа, в среднем течении которой в октябре было заложено укрепление Преградный Стан. Это событие положило началу Кавказской войны.

Линия укреплений, возведенных по реке Сунжа в 1817–1818 годах, отделила равнинные плодородные земли Чечни от ее горных районов – началась длительная война осадного характера. Укрепленная линия предназначалась для предотвращения набегов горцев внутрь областей, занятых Россией, она отрезала горцев от равнины, блокировала горы и стала опорой для дальнейшего продвижения в глубь гор.

Наступление в глубь гор проводилось особыми военными экспедициями, во время которых «непокорные аулы» сжигались, посевы вытаптывались, сады вырубались, горцев переселяли на равнину, под надзор русских гарнизонов.

Занятие русскими войсками района Бештау-Машук-Пятигорья в конце XVIII – начале XIX веков вызвали ряд восстаний, подавленных в 1804–1805 годах, в 1810,1814 и даже в начале 1820 года. При генерале Ермолове впервые была введена система рубки лесов – созданию просек на ширину ружейного выстрела – для проникновения в глубину чеченских земель. Для быстрого отражения нападения горцев создавались подвижные резервы, в просеках строились укрепления. Сунженскую укрепленную линию продолжала крепость Грозная, построенная в 1818 году.

В 1819 году часть чеченских и дагестанских горцев объединилась и напала на Сунженскую линию. Разбив один из русских отрядов нападавшие в ряде боев были отброшены в горы, в 1821 году ликвидированы Шекинское, Ширванское, Карабахское ханства. Построенная в 1819 году в кумыкских землях крепость Внезапная преградила чеченцам путь к Дагестану и нижнему Тереку. В 1821 году русские войска основали крепость Бурную – нынешнюю Махачкалу.

Плодородные земли Закубанья занимались черноморским казачеством. Набеги отбивались – в 1822 году экспедицией генерала Власова, переправившейся за Кубань, было сожжено 17 аулов. Генерал был отстранен от командования, предан суду и оправдан им.

Боевые действия велись и в Дагестане, где отрядом генерала Мадатова в 1821 году был разбит последний хан – аварский Султан-Ахмед. Генерал А.П. Ермолов писал в приказе к войскам «Нет более противящихся нам народов в Дагестане».

В этот период в Южном Дагестане начала действовать прошедшая из Шарвана мюридистская секта – мусульманская секта Накшбендийского тариката вторая после шариата ступень религиозного совершенствования мусульманина). Мюрид – ученик, последователь. Учителя мюридов, их руководители назывались шейхами, выдвигавшими требования равенства всех мусульман, которые в начале XIX века были подхвачены многими простыми горцами. Перенесение мюридизма из Ширвана в Южный Дагестан связано с именем Курали-Магомы. Первоначально Ермолов ограничился только предписанием кюринскому и казику ухскому Аслан-хану прекратить деятельность Курали-Магомы. Однако через возведенного в шейхи Курали-Магомой секретаря Аслан-хана Джемаледдина тарикат проник в Горный Дагестан, в частности, в Койсубулинское общество, с давних пор бывшее очагом антифеодального крестьянского движения. Узденская верхушка значительно видоизменила тарикат, который стал газаватом – учением, направленным на борьбу с неверными. В 1825 году на Кавказе начинается большое антироссийское восстание во главе с чеченцем Бей-Булатом. Восставшие взяли укрепление Амир-Аджи-Юрт, начали осаду Герзель-аула, но были отбиты русским гарнизоном. Бей-Булат напал на крепость Грозную, был отбит и генерал Ермолов подавил восстание, уничтожив несколько аулов. В том же году экспедиция генерала Вельяминова подавила начавшее восстание в Кабарде, которая больше не восставала никогда.

В 1827 году генерала А.П. Ермолова на Кавказе сменил генерал И.Ф. Паскевич, в том же году во время начавшейся русско-иранской войны 1826–1828 годов штурмом взявший Ереван. Русские победили и в войне 1828–1829 годов с турками. По Туркманчайскому миру 1828 года Россия получила Эриванское и Нахичеванское ханства, по Адрианопольскому миру 1829 года – Черноморское побережье Кавказа от устья Кубани до Поти. Стратегическая обстановка на Кавказе резко изменилась в пользу России. Центр Кавказской укрепленной линии прошел у верховьев рек Кубань и Малка. В 1830 году была сооружена Лезгинская кордонная линия Кварели-Закаталы – между Дагестаном и Кахетией. В 1832 году была построена крепость Темир-Хан-Шура – нынешний Буйнакск.

В 1831 году граф И.Ф. Паскевич был отозван в Петербург для подавления польского восстания. На Кавказе его сменил генерал Г.В. Розен. Тогда же в Чечне и Горном Дагестане образовалось мусульманское государство – имамат.

В декабре 1828 года в ауле Гимры первым имамом был провозглашен койсубулинский проповедник аварец Гази-Магомед-Кази-мулла, выдвинувший идею объединения всех народов Чечни и Дагестана. Под знаменем газавата Кази-мулле, однако, не удалось объединить всех – ему не подчинились шамхал тарковский, аварский хан, другие правители.

В мае 1830 года Гази-Магомед со своим последователем Шамилем во главе 8-тысячного отряда попытался взять столицу аварского ханства аул Хунзах, но был отброшен. Не удалась и русская экспедиция имама – аул Гимры. Влияние первого имама усилилось.

В 1831 году Гази-Магомед с 10-тысячным отрядом пошел в Тарковское шамхальство, в котором шло восстание против шамхала. Имам разбил царские войска при Атлы-Бонене и приступил к осаде крепости Бурной, обеспечивавшей непрерывность сообщения с Закавказьем по берегу Каспийского моря. Оказавшись не в состоянии взять Бурную, Гази-Мухаммед, однако мешал русским войскам проникнуть дальше побережья. Разросшееся восстание дошло до Военно-Грузинской дороги. Главнокомандующий на Кавказе Г.В. Розен для подавления восстания отправил в Герки отряд генерала Панкратова. Гази-Мухаммед ушел в Чечню. Он захватил и опустошил Кизляр, попытался взять Грузию и Владикавказ, но был отбит, как и от крепости Внезапной. Одновременно табасаранские беки попытались взять Дербент, но неудачно. Имам не оправдал надежды кавказского крестьянства, практически ничего не сделал для него, и восстание само собой стало затухать. В 1832 году русская карательная экспедиция вошла в Чечню; было сожжено около 60 аулов. 17 октября русские войска осадили резиденцию имама, аул Гимры, имевший несколько линий обороны, построенных ярусами. Гимры был взят штурмом, Гази-Магомед убит.

Приемником убитого имама был избран аварский чанка Гамзат-бек, сосредоточивший свои усилия на взятии аварского ханства Паху-бике, но в 1834 году во время переговоров в лагере Галуат – бека под столицей Аварского ханства Хунзахом его мюриды убили сыновей Паху-бике Нуцал-хана и Умма-хана, а на следующий день Галуат-бек взял Хунзах и казнил Паху-бике. За это хунзахцы во главе с Ханжи-Муратом организовали заговор и убили Галуат-бека, аул Хунзах был взят русским отрядом.

Третьим имамом стал кандидат койсубулинских узденей Шамиль. Тогда же в Закубанье русские войска построили укрепления Николаевское и Абинское.

Шамиль сумел объединить под своей властью горные народы Чечни и Дагестана, уничтожив непокорных беков. При крупных административных способностях Шамиль был выдающимся стратегом и организатором вооруженных сил. Ему удавалось выставлять против русских войск до 20 тысяч воинов. Это были массовые военные ополчения. Все мужское население от 16 до 50 лет обязано было нести военную службу.

Особое внимание Шамиль уделял созданию сильной конницы. В составе конницы лучшую в военном отношении часть представляли муртазеки, которые набирались по одному из десяти семей. Шамиль стремился создать регулярную армию с разделением на тысячи (альф), способной к подвижной обороне в горах. Превосходно зная все горные тропы и проходы, Шамиль совершал в горах поразительные переходы до 70 км в сутки. Благодаря своей подвижности войско Шамиля легко выходило из боя и уходило от преследования; но оно было крайне чувствительно к обходам, которые обычно применяли русские войска.

Полководческий талант Шамиля выразился в том, что он сумел найти тактику, соответствующую особенностям его армии. Свою базу Шамиль устроил в центре горной системы северо-восточного Кавказа. С юга сюда ведут два ущелья – долины рек Аварского и Андийского Койсу. У их слияния Шамиль построил свое знаменитое укрепление Ахульго, с трех сторон окруженное неприступными обрывами. Подступы к своим опорным пунктам горцы закрывали завалами, строили укрепленные посты и целые ярусы оборонительных линий. Тактика заключалась в том чтобы задержать наступление русских войск, измотать их в непрерывных стычках, неожиданных налетах, в особенности на арьергарды. Лишь только русские отряды вынуждались к отступлению, оно всегда проходило в трудных условиях, так как непрестанные атаки горцев в конец истощали силы отступавших. Используя свое центральное положение по отношению к разбросанным вокруг русским войскам, Шамиль делал грозные набеги, неожиданно появляясь там, где он рассчитывал на поддержку населения и на слабость гарнизона.

Значение высокогорной базы для военных операций Шамиля станет еще более ясным, если учесть, что здесь у него были организованы военные, правда упрощенные производства. В Ведено, Унцукуле и Гунибе производили порох; селитра и сера добывались в горах. Население аулов, производивших добычу селитры, освобождалось от военной службы и получало особую плату – полтора рубля серебром на семью. Холодное оружие выделывалось кустарями, винтовки употреблялись обычно турецкого и крымского производства. Артиллерия Шамиля состояла из орудий, отбитых у русских войск. Шамиль пытался организовать отливку орудий и производство лафетов и артиллерийских ящиков. В качестве мастеровых и артиллеристов у Шамиля служили беглые русские солдаты и даже несколько офицеров.

Летом 1834 года из крепости Темир-Хан-Шура на подавление восстания Шамиля был направлен большой русский отряд, который 18 октября взял штурмом главную резиденцию мюридов – аулы Старый и Новый Гоцатль в Аварии – Шамиль ушел из ханства. Русское командование на Кавказе решило, что Шамиль не способен к активным действиям и до 1837 года ограничивалось небольшими карательными экспедициями против «непокорных» аулов. Шамиль же за два года подчинил себе всю горную Чечню и почти всю Аварию со столицей. Правитель Аварии позвал на помощь русскую армию. В начале 1837 года отряд генерала К. К. Фези, оставившего интереснейшие воспоминания, взял Хунзах, Унцукутль и часть аула Тилитль, в который отошел Шамиль. Понеся большие потери и не имея продовольствия войска К. Фези оказались в трудном положении. 3 июля было заключено перемирие и русские войска отошли. Это событие как всегда было воспринято как поражение русских и для исправления положения для овладения резиденцией Шамиля Ахульго был отправлен отряд генерала П. Х. Граббе.

После 80-ти дневной осады в результате кровопролитного штурма 22 августа 1839 года русские войска взяли Ахульго; раненому Шамилю с частью мюридов удалось прорваться в Чечню. После трехдневных боев на реке Валерик и в районе Гехинского леса в июле 1840 года русские войска заняли большую часть Чечни. Своей резиденцией Шамиль сделал аул Дарго, откуда удобно было руководить восстанием и в Чечне, и в Дагестане, однако предпринять серьезные действия против русских войск Шамиль тогда был не в состоянии. Воспользовавшись поражением Шамиля, русские войска усилили наступление на адыгов. Они ставили своей задачей окружить адыгейские племена и отрезать их от Черного моря.

В 1830 году были взяты Гагры, в 1831 – построено укрепление Геленджик на черноморском побережье. В начале 1838 года русский десантный отряд высадился в устье реки Сочи и построил Навагинское укрепление; таманский отряд в мае 1838 года в устье реки Туапсе построил Вильяминовское укрепление; в устье реки Шапсуго русские построили Тенгинское укрепление. На месте прежней крепости Суджук-Кале в устье реки Цемес была заложена крепость, будущий Новороссийск. В мае 1838 года все укрепления от устья реки Кубани до границы Мингрелии соединились в Черноморскую береговую линию. К 1940 году Черноморская береговая линия Анапа – Сухуми была дополнена линиями укреплений по реке Лаба. Впоследствии к 1850 году были построены укрепления по реке Уруп, а к 1858 году – по реке Белая с основанием Майкопа. Кавказские укрепленные линии были упразднены за ненадобностью в 1860 году.

В 1840 году адыги взяли форты Головинский, Лазарев, укрепление Вильяминовское и Михайловское. Вскоре русские войска выбили их с Черноморской береговой линии, но движение горцев усилилось, активизировался и Шамиль.

В сентябре 1840 года после ожесточенных боев у селений Ишкарты и Гимры Шамиль отступил. Русские войска, истощенные непрерывными боями, отошли на зимние квартиры.

В этом же году из-под ареста по доносу аварского хана Ахмеда из Хунзаха к Шамилю бежал Хаджи-Мурат и сделался его наибом. В 1841 году наиб Шамиля Кибит-Магома практически завершил окружение Аварского ханства – стратегического ключа к Нагорному Дагестану.

Чтобы удержать Аварию, туда были введены почти все свободные войска России на Кавказе – 17 рот и 40 орудий. В начале 1842 года Шамиль взял столицу Казикумухского ханства – аул Кумух, но был выбит оттуда.

В погоню за Шамилем был послан отряд генерала П. Х. Граббе – около 25 батальонов – с целью занять резиденцию имама, аул Дарго. В шестидневных боях в ичкерийских лесах отряд сильно потрепали воины имама и русские вернулись, понеся большие потери убитыми и ранеными – 2 генерала, 64 офицера, более 2 000 солдат. Отступление П. Х. Граббе произвело такое впечатление на бывшего в этот момент на Кавказе военного министра Чернышева, что он добился приказа временно приостановить новые военные экспедиции.

Поражение в Чечне ухудшило и без того напряженное положение в Нагорном Дагестане. Авария собственно была потеряна, так как русские войска еще до появления Шамиля здесь ежеминутно могли опасаться нападения местного населения. Внутри Аварии и Нагорного Дагестана русскими удерживалось несколько укрепленных селений – Гербегиль, Унцукуль, в 10 км к югу от аула Гимры, Гоцатль, Кумух, другие. Южная граница Дагестана на реке Самур прикрывалась Тифлисским и Ахтинским укреплениями. Именно опираясь на эти укрепления, оперировали полевые армии, обычно выступавшие в виде отдельных отрядов. Около 17 русских батальонов были разбросаны на огромном пространстве. Растерявшееся кавказское командование ничего не предприняло для того, чтобы сконцентрировать эти разбросанные по мелким укреплениям силы, чем с большим искусством воспользовался Шамиль. Когда в середине 1843 года он начал наступление на Аварию, большинство небольших русских отрядов погибло. Горцы взяли 6 укреплений, захватили 12 орудий, 4000 орудийных зарядов, 250 тысяч патронов. Лишь спешно переброшенный в Аварию самурский отряд помог удержать Хунзах. Шамиль занял Гербегиль и блокировал в Хунзахе русский отряд генерала Пасека. Сообщение с Закавказьем через Дагестан было прервано. Собранные русские войска в бою под Большими Казанищами отбросили Шамиля и отряд Пасека вырвался из окружения, но Авария была потеряна.

Шамиль расширил территорию имамата вдвое, имея под ружьем более 20 000 воинов.

В 1844 году командующим Отдельным Кавказским корпусом с чрезвычайными полномочиями был назначен граф М.С. Воронцов. Приказ царя гласил: «Разбить буде можно, скопище Шамиля, проникнув в центр его владычества, и в нем утвердиться».

Началась Даргинская экспедиция. Воронцову удалось дойти до Дарго, не встречая серьезного сопротивления, но когда пустой и зажженный горцами аул был занят Воронцовым, отряд, окруженный горцами и отрезанный от продовольственной базы, оказался в ловушке. Попытка подвезти продовольствие под сильным конвоем потерпела крах и лишь ослабила отряд. Воронцов попытался пробиться на линию, но беспрерывные атаки горцев настолько дезорганизовали отряд, что он, будучи уже невдалеке от укрепленной линии, принужден был прекратить свое продвижение. Только появление отряда генерала Фрейтага, действовавшего в чеченских лесах, спасло экспедицию, закончившуюся, в общем-то, неудачей, хотя Воронцов и получил за нее княжеский титул. Но восстание не разрослось – крестьяне практически не получили ничего и только терпели тяготы войны. Огромные средства, затрачиваемые на войну, только отчасти покрывались военной добычей; чрезвычайные военные налоги, во взимании которых наибы проявляли полный произвол, разоряли горское население. Наибы – начальники отдельных районов – широко практиковали различные поборы и штрафы, которые часто присваивали себе. Одновременно они стали принуждать население бесплатно работать на них. Наконец, имеются источники о раздаче земель наибам и лицам, приближенным к Шамилю. Отряды муртазеков стали использоваться для подавления возникающего то тут, то там недовольства наибами. Характер военных операций также изменился самым существенным образом.

Имамат стал отгораживаться от неприятеля стеной укрепленных аулов – война все более и более превращалась из маневренной в позиционную, в которой у Шамиля не было шансов. Среди горского населения появилась поговорка – «лучше просидеть год в яме-тюрьме, чем месяц пробыть в походе». Все более и более растет недовольство поборами наибов. Особенно сильно проявляется оно в Чечне, служившей для Нагорного Дагестана основной продовольственной базой. Большие закупки продовольствия, производившееся по низким ценам, переселение в Чечню колонистов-дагестанцев, назначение чеченскими наибами дагестанцев, постои дагестанцев в Чечне – все это, вместе взятое создало там атмосферу постоянного брожения, прорывавшегося в небольших выступлениях против отдельных наибов, как, например, восстание против Шамиля в 1843 году в Чеберлое.

Чеченцы перешли к оборонительной тактике против русских войск, непосредственно угрожавших разорением аулов. Соответственно с изменением обстановки изменилась и тактика русских войск. Прекращаются военные экспедиции в горы и русские переходят к позиционной войне – Воронцов сжимает имамат кольцом укреплений. Шамиль несколько раз пытался прорвать это кольцо.

В Дагестане русские войска в течение трех лет систематически осаждали укрепленные аулы. В Чечне, где русские войска при своем продвижении встречали помеху и препятствие в густых лесах, они производили систематическую рубку этих лесов; войска прорубали широкие, на ружейный, а иногда на пушечный выстрел, просеки и методически укрепляли занятое пространство. Началась длительная «осада Кавказа».

В 1843 году Шамиль прорвался через Сунженскую укрепленную линию в Кабарду, но был отбит и вернулся в Чечню. Попытавшись прорваться на дагестанское побережье Шамиль был разбит в сражении при Кутиши.

В 1848 году после вторичной осады М.С. Воронцов взял аул Гергебиль, но через год не взял аул Чох, хотя и отбил попытку горцев Шамиля пройти в Кахетию, построив за год до этого в Малой Чечне укрепление Урус-Мартан.

В 1850 году в результате военной экспедиции в Ингушнтию к карабулакам и галашевцам от имамата отошла его западная часть. Тогда же в Большой Чечне русские войска взяли и уничтожили построенное Шамилем укрепление – Шалинский окоп. В 1851–1852 годах были отбиты два похода имамата в Табасарань – Хаджи-Мурата и Бук-Муххамеда, разбитого у аула Шеляги. Шамиль поссорился с Хаджи Муратом, который перешел на сторону русских; за ним пошли и другие наибы.

На западном Кавказе племена адыгов штурмовали Черноморскую береговую линию. В 1849 году во главе адыгов встал сменивший Хаджи-Магомета и Сулеймана Эфенди Мухаммед Эммин. В мае 1851 года выступление посланца Шамиля было подавлено.

В Чечне в течение 1852 года шла упорная борьба между отрядами князя А.И. Барятинского и Шамиля. Несмотря на упорное сопротивление имамата А.И. Барятинский в начале года прошел через всю Чечню к Куринскому укреплению, что вызвало отпадение части аулов от Шамиля, который пытался удержать за собой Чечню, внезапно появляясь то в районе Владикавказа, то у Грозной; у аула Гурдали он разбил один из русских отрядов.

В 1853 году произошло крупное сражение на реке Мичак – последнего опорного пункта Шамиля. А. Барятинский, имея 10 батальонов, 18 эскадронов и 32 орудия, обошел Шамиля, собравшего 12 тысяч пехоты и 8 тысяч конницы. Горцы отступили с большими потерями.

После начала Крымской войны 1853–1856 годов Шамиль объявил, что отныне священная война с Россией будет вестись совместно с Турцией. Шамиль прорвался через Лезгинскую укрепленную линию и взял крепость Закаталы, но был снова отброшен в горы князем Долгоруковым-Аргутинским. В 1854 году Шамиль вторгся в Кахетию, но снова был отбит. Англия и Франция послали в помощь адыгам только польский отряд Ланинского. И хотя из-за угрозы англо-французского флота русские войска ликвидировали Черноморскую береговую линию, это не оказало существенного влияния на ход войны. Турки были разбиты в сражениях на реке Чолок, на Чингильских высотах и при Кюрюк-Дара, был взят Карс; турок разбили в их походе на Тифлис.

Парижский мирный договор 1856 года развязал руки России, сосредоточившей против Шамиля 200 000-ю армию, которую возглавил сменивший Н.Н. Муравьева князь А.И. Барятинский, имевший и 200 орудий.

Положение на Восточном Кавказе в этот период было таким: русские прочно удерживали укрепленную линию Владикавказ-Воздвиженская, однако, дальше к востоку, до Куринского укрепления, равнина Чечни оказалась незанятой. С востока укрепленная линия шла от крепости Внезапной до Курахи. Шамиль перенес свою резиденцию в аул Ведено. К концу 1957 года вся равнина Большой Чечни была занята русскими войсками. Через год отряд генерала Евдокимова овладел Малой Чечней и всем течением Аргуни. Шамиль попытался взять Владикавказ, но был разгромлен.

В 1859 году русские войска взяли аул Таузень. Шамиль попытался задержать наступление, заняв с 12-тысячным войском позицию у выхода из Басского ущелья, но эта позиция была обойдена. Одновременно русские войска наступали на Ичкерию из Дагестана.

В феврале 1859 года генерал Евдокимов начал осаду Ведено, у которого горцы соорудили 8 редутов. После разгрома ключевого Андийского редута 1 апреля Шамль с 400 мюридами вырвался из селения. Его наибы перешли на сторону русских. Горцев массами стали выселять на равнину. Шамль отступил к югу, в Андию, где на берегу Андийского Койсу занял мощную укрепленную позицию – гору Килитль, в то же время заняв и оба берега Андийского Койсу, которые были укреплены каменными завалами, на которых стояли 13 орудий.

Наступление русских велось тремя отрядами одновременно: чеченским генерала Евдокимова, движущимся к югу через Андийский хребет; дагестанским генерала Врангеля, наступавшим с востока; лезгинским, наступавшим с юга по Андийскому ущелью. Чеченский отряд, подойдя с севера и устроив спуск в долину Койсу, угрожал старой главной позиции Шамиля. Большую роль сыграл обход дагестанского отряда, который овладел правым берегом реки Койсу и отрезал Шамиля от Аварии. Шамиль бросил Андийскую позицию и ушел в свое последнее убежище на неприступной горе Гуниб. Через две недели Гуниб был полностью окружен русскими войсками. 25 августа русским удалось незаметно для осажденных взобраться с разных сторон на считавшуюся неприступной Гуниб-Даг и окружить аул Гуниб, после чего Шамиль сдался и был отправлен в Россию, в Калугу.

20 ноября 1859 года сдался и Мухаммед-Эмин с двухтысячным отрядом черкесов.

После 1859 года была только одна серьезная попытка организации сопротивления адыгов, создавших Меджик. Неудача его знаменовала конец активного сопротивления адыгов.

Горцев северо-западного Кавказа выселяли на равнину, они массами уходили-уплывали в Турцию, погибая тысячами в дороге. Захваченные земли заселялись кубанскими и черноморскими казаками. Войну на Кавказе завершали 70 батальонов, драгунская дивизия, 20 казачьих полков и 100 орудий. В 1860 году было сломлено сопротивление натухаевцев. В 1861–1862 годах было очищено от горцев пространство между реками Лабой и Белой. В течение 1862–1863 годов операция была перенесена на реку Пшеху, при продвижении войск строились дороги, мосты, редуты. Русская армия продвинулась вглубь Абадзехии, в верховье реки Пшиш. Абадзехи были вынуждены выполнить предписанные им «мирные условия». Верхние абадзехи на гребне Кавказа, убыхи и часть шапсугов оказали более длительное сопротивление. Выйдя к Гойтхскому перевалу, русские войска вынудили в 1863 году верхних абадзехов к сдаче. В 1864 году через этот перевал и по черноморскому побережью русские войска вышли к Туапсе и начали выселение шапсугов. Последними были покорены убыхи по рекам Шахе и Сочи, оказавшие вооруженное сопротивление.

С разных сторон против хакучей в долину реки Мзылты двинулись четыре русские отряда. Занятие 21 мая 1864 года русскими войсками урочища Кбаада (в настоящее время курорт Красная Поляна), где находилась последняя база черкесов, завершило почти полувековую историю Кавказской войны. К России были присоединены Чечня, Горный Дагестан, Северо-Западный Кавказ, побережье Черного моря.

Рай у подножья

Район Кавказских Минеральных Вод расположен на северном склоне Кавказского хребта в 100 километрах от Эльбруса и составляет часть обширного плато, начинающегося около Бермамита на высоте около 2500 метров над уровнем моря. Группа бальнеологических курортов, занимающихся лечением минеральными водами, – Пятигорск, Кисловодск, Ессентуки и Железноводск расположена в пределах Ставропольской возвышенности и входит в состав Ставропольского края.

Выше всего в горах по ущельям горных рек Ольховки и Березовки, притоков реки Подкумка, находится Кисловодск, на высоте около 300 метров над уровнем моря.

Еще ниже, на высоте 500 метров у подножия горы Машук находится Пятигорск.

В узком лесном ущелье к северу от горы Бештау на юге Железной горы на высоте 600 метров находится Железноводск.

В центре всего района Кавказских Минеральных Вод находится гора Бештац – 1400 метров над уровнем моря, к северу от нее гора Железная – 750 метров, Развалка – 900 метров, к югу – гора Машук, 1000 метров над уровнем моря.

Кавказские Минеральные Воды – уникальны по обилию и разнообразию минеральных источников, которых около 150. Каждый из четырех городов имеет свои особенности по характеру расположения, по составу минеральных источников; все они связаны между собой общностью геологического происхождения источников и общей историей развития на них курортной жизни.

Минеральные источники содержат большое количество углекислоты, бор, фтор, мышьяк, никель.

По химическому составу Кавказские Минеральные Воды делятся на 4 основные группы:

1. Углекислые глауберово-землистые термы (ванны) – Железноводск.

2. Углекислые землисто-соляно-глауберовые термы с небольшим содержанием сероводорода – Пятигорск.

3. Углекислые соляно-щелочные источники – Ессентуки.

4. Углекислые землистые источники, нарзан – Кисловодск.

Наличие в 14 километрах от Пятигорска горько-соленого Тамбуранского озера, на дне которого залегает мощный слой лечебной грязи, дает возможность широко использовать на Кавказских Минеральных Водах грязелечение. Климатически условия благоприятствуют бальнеологическому и тепловому лечению. На начало XXI века в регионе работало более 100 санаториев и домов отдыха, в которых ежегодно отдыхало более миллиона человек. На курортах разливаются знаменитые минеральные воды – «Нарзан», «Ессентуки», «Славяновская». Научный медицинский центр Кавказских Минеральных Вод – Пятигорский научно-исследовательский институт курортологии и физиотерапии.

Курорты региона работают круглый год; они связаны с центром страны и между собой железной дорогой, построенной в конце XIX века. Железнодорожный узел – Минеральные Воды, расположен в Предкавказье, в долине реки Кума. Курорты связаны и шоссейными дорогами.

Кавказские Минеральные Воды имеют массу природных, архитектурных, исторических достопримечательностей.

Центр региона – Ставрополь, основанный в 1777 году.

Район Северного Кавказа издавна считается местом где встречались, контактировали славянские и кавказские народы. Русские летописцы упоминают о походах князей Святослава 967 года и Мстислава Удалого 1022 года к северной части Кавказского хребта. Связи России с Кавказом, очевидно, начались ранее XII века и продолжали укрепляться в течение всего последующего времени. Однако ни у кого из наших летописцев не содержится ни малейшего упоминания о целебных водах в Предкавказье. Есть основания считать, что минеральные источники, благодаря которым будущие Кавказские Минеральные Воды получили заслуженную славу, существуют с древнейших времен, и, вполне возможно, что ими пользовались древние греки и римляне, поселения которых находились недалеко от Предкавказья. Тем не менее, в сочинениях древних греческих и римских писателей нет данных об этих минеральных источниках. Возможно, это молчание древних авторов связано с тем, что в связи со своим географическим положением Кавказ с незапамятных времен служил проходом, воротами, через которые кочевники Азии проходили в Европу, для непрерывного сражения, преследуя или уходя от неприятеля, вытесняя или покоряя встречавшиеся народности и племена.

Возможно, древние жители Предкавказья скрывали от пришельцев те богатства, которыми изобиловала их земля. Племена и народности Северного Кавказа, безусловно, знали о минеральных источниках и пользовались ими для лечебных целей, скрывая это от своих врагов. Российский путеводитель 1904 года по Кавказским Минеральнмы Водам писал: «Молчание наших летописцев о целебных водах в Большой Кабарде объясняется, с одной стороны тем, что значение минеральных вод русским в то время было совершенно неизвестно, а с другой стороны тем, что местные жители, зная целебные качества своих вод и дорожа ими, старались всеми силами скрывать их от постороннего глаза. А что они, по всей вероятности, понимали силу минеральных источников, об этом свидетельствуют следы тех ванн, которые профессор Нелюбин, один из первых обстоятельных исследователей наших вод, нашел высеченными прямо в горе близ серных источников. «Сии ванны, – говорит он, – судя по разрушению развалившегося от времени туфстейна, в котором они были высечены, явственно свидетельствуют о древнем их существовании, которое, если не ошибаюсь, должно отнести, по крайней мере, за 300 лет пред сим». Писано это в 1825 году. Более же точных свидетельств об употреблении вод древними кавказскими народами не имеется, и все другие наши исследователи хотя и говорят, что, по их мнению, различные источники должны быть известны и оценены местным населением, но никаких веских доказательств в подкрепление своего мнения не приводят».

В XI веке набеги половцев и татаро-монгольское нашествие надолго прервали российско-кавказские связи. Только в середине XVI столетия они начали восстанавливаться, чему способствовала женитьба московского царя Ивана Грозного на дочери одного из князей Малой Кабарды Темрюка – Гуаше, ставшей Марией Темрюковной. Постоянные нашествия на Кавказ Персии, Турции, Крымского ханства с целью подчинения горских племен своей власти вызывали отправку послов из Кабарды в Москву. Иван Грозный давал в 1553 году наказ своему послу в Польше: «Если спросят, сколько у царя и великого князя пятигорских черкес – говорить: «У государя нашего по Москве живут князи Амашик с братиею, да князь Сибок с братиею, а с ними людей их тысяч с пять».

В 1557 году помощь Московского царства Кабарде спасла народы Предкавказья от угрозы порабощения и возможного уничтожения завоевателями. Из Кабарды послы приходили в 1602 году к Борису Годунову, в 1608 году к Василию Шуйскому, позднее к Михаилу Федоровичу Романову, в 1722 году во время Персидского похода Петра I князья Большой и Малой Кабарды выставили свои отряды в помощь русскому войску.

В «Книге Большого Чертежу», географическом описании Московского царства XVII впервые упоминается о существовании на Кавказе «кладезей горящих и кладезя холодного». Возможно это упоминание относится к минеральным источникам Пятигорска и кисловодской долины, но эти данные записаны со слов людей не видевших сами «кладези» – «А ниже Курты реки 20 верст пал в Терек кладезь горячий; в день дым столбом до неба, а в ночь пламя огненное видимо.» Горячий источник назван горящим. До середины XIX века сохранилась и легенда об «огненном змее», вылетающего по ночам на охоту из Пятигорского провала.

Впервые определенные сведения о пятигорских минеральных водах даны лейб-медиков Петра I доктором Шобером. В указе, данным Петром 24 июня 1717 года Сенату из-за границы, Шоберу поручалось искать «в Нашем государстве ключевых вод, которыми можно пользоваться от болезней, на приклад, какими в здешних краях пользуются как Пирмонтская, Шнавассер и прочие». Путеводитель 1904 года писал: «Великий преобразователь России не оставлял ни одного уголка без своего внимания. Побывав за границей на минеральных водах в Карлсбаде и Пирмонте и убедившись в их огромном целебном значении, он велел произвести соответствующие разыскания в России, результатом чего явилось открытие олонецких и липецких марциальных вод, а затем приказал своему лейб-медику Шоберу исследовать и описать горячие воды в Тереке, известные под именем Брагуновских». В записках Шобера, опубликованных в «Ежемесячных сочинениях Академии наук» в ноябре 1760 года упоминается о слов местных жителей о наличии в районе Пятигорья-Бештау горячих источников и «кислого родника», очевидно Нарзана. О существовании в Пятигорье «ключа горячей воды» в конце 30-х годов XIV века писал арабский путешественник Ибн-Баттута, побывавший в Предкавказье.

Описывая «Брагуновские термы», находившиеся на Тереке, в 200 километрах от Пятигорья Шобер писал: «Находится еще больше теплиц в сей стране, да и почти только на два или на три дня езды от выписанных. Также есть в Черкасской земле изрядный кислый родник; но понеже мне приказано было только в его Царского Величества землях искать минеральные воды, сверх же того с данным мне конвоем туда было ехать опасно, того ради я не мог, по желанию моему, того изыскать». До Пятигорья и Кисловодской долины Шобер не добрался в связи с малочисленность. Охраны и опасностями путешествия по местности, не принадлежавшей России и наполненной воинственными горцами, поэтому сведения, приведенные Шобером, не являются его личными данными, и взяты со слов горцев – черкесов.

Петра Великого справедливо считают инициатором создания курортов в России. Тем не менее, кроме интересов к лечению минеральными водами, пользу которого Петр I испытал на себе за границей, император учитывал и более важные государственные интересы – интерес к поиску серных источников – сера использовалась при изготовлении пороха. На Кавказе производство серы наладить не удалось, но Шабер после Терека побывал в самарских землях, где серный завод был построен, вблизи Сергиевских минеральных источников.

Русский автор писал в 1903 году:

«Таковы первоначальные смутные известия о Кавказских Минеральных водах, проникнувшие в Россию, после чего история их снова погружается во мрак, который, впрочем, покрыл и остальные, открытые Петром Великим источники, так как известно, что олонецкие «марциальные» воды были уже вскоре после смерти Петра преданы настолько полному забвению, что на них была упразднена лекарская вакансия, а здания, построенные при Петре, совершенно разрушились и приезд больных прекратился.

Мрак начинает несколько рассеиваться с 1794 года, когда в городе Кизляре настолько увеличилась болезненность и смертность среди расположенных в нем войск, что понадобился еще один врач. Началась по этому поводу длиннейшая переписка между Военной Коллегией и Медицинской канцелярией, и наконец только в 1755 году назначили туда доктора Гевитта, который прибыл в Кизляр из Петербурга, снабженный инструкциями от директора Медицинской канцелярии Кондоиди. Согласно этой инструкции доктору Гевитту предписывалось произвести опыты лечения минеральными источниками и о результатах донести в Медицинскую канцелярию. Доктор Гевитт осенью того же года побывал на серных водах, провел там 8 дней, лечился от мучившей его болезни, но облегчения не получили. В следующем году он снова прибыл на воды, взяв с собою 10 солдат, страдавших различными болезнями, но не дождался результатов лечения, так как вскоре ему пришлось покинуть Кизляр, и исследования вод в медицинском отношении таким образом снова остановились».

Научную деятельность Петра I продолжила Екатерина II, приказавшая в 1768 году организовать целый ряд ученых экспедиций во все края Российской Империи. Во главк был поставлен знаменитый исследователь XVIII века Петр Симон Паляс, ему помогали Георги, Гмелин, Зуев, Лепехин, Соколов, Фальк, Польденштедт. Иоганн Польденштедт отправился по своему маршруту на Северо-восточный Кавказ и прибыл в Пятигорье, которое тогда входило в Большую Кабарду и находилось во владении князей Тархановых. Польденштедт с конвоем из казачьей сотни прибыл в регион в июне 1773 года и стал первым из русских исследователей, который лично осмотрел и описал Пятигорские, Кумогорские минеральные Источники и Тамбуканское озеро.

Горный инженер С. Кумбир писал в «Очерках истории развития Кавказских Минеральных Вод», вышедших в 1896 году в Санкт-Петербурге:

«Почтенный ученый довольно кратко описывает Горячую гору (юго-западный отрог горы Машук) с ее трещиной и вытекающим из конца последней горячим серным источником; при этом Польденштедт, очевидно со слов туземцев, говорит, что за последние двадцать лет источник этот через отложение туфа засорился, почему устье его понизилось, и сам он течет слабее, чем прежде, и что, в то же время, на тысячу или более шагов севернее, у начала трещины, показался другой горячий источник. Ученый путешественник описывает вкратце и Пятигорский провал, высказывая предположение, что он имеет связь с трещиной и источниками. Посвятив несколько слов озеру Тамби-Тамбукан, которое ныне славится своей целебной грязью, Польденштедт замечает характерные особенности его дна, покрытого черновато-синей глиной. Воду машукских источников этот исследователь нашел умеренно теплой, «так что и у самого истока можно ее пить и в ней купаться».

Наконец упоминает он вскользь о Кумогорском серном источнике, близ Кинжал-горы.

О Нарзане Польденштедт, хотя и знакомый с трудами Шобера, не говорит почему-то ни слова.

В 1774 году после окончания первой русско-турецкой войны по Кучук-Кайнарджийскому миру Кабарда вместе с Пятигорьем окончательно отошла к Российской Империи.

В 1777 году по приказу командующего кавказскими войсками князь Г. Потемкина было построена Азово-Моздокская оборонительная линия с крепостями и редутами. Линию охраняли донские казаки и часть волжских казаков, из Камышина и Дубовки, переселенных на Кавказ за участие в восстании Пугачева. Исследователи говорят, что казаки Волги привезли с собой два десятка знамен с вензелями Петра III, двуглавым орлом, идущим под парусами кораблем, горящим портовым городом и надписью «никого не устрашусь» – знамена Емельяна Пугачева.

С этого периода началось прочное освоение Северного Кавказа Россией. В станицах, редутах, слободах у крепостей селились казаки. В «городках» стояли казачьи гарнизоны во главе с атаманами – в центре станицы площадь с церковью, от которой лучами отходили улицы с переулками. Станицы окружались земляными укреплениями с башнями и пушками.

В 1780 году в долине гор Бештау и Машук, в 4 верстах к западу от горы Машук, на берегу реки Подкумка было построено Константиногорское укрепление – первое русское военное поселение в районе Кавказских Минеральных Вод, на Азово-Моздокской линии. Следы укрепления сохранились – недалеко от железнодорожного вокзала Пятигорска. Солдаты 16-го Егерского полка, составившие первый гарнизон Константиногорского укрепления, начали купаться в высеченных прямо в скале ваннах, у Горячего источника (сейчас «Цветник»), сразу по несколько человек. Солдаты выстроили над ваннами веревочные домики. С этого времени горячий серный источник стал известен не только на Кавказе, но и в соседних областях, к нему начали приезжать больные из разных мест империи, которые располагались около источника в палатках, калмыцких кибитках.

В 1784 году доктор Яков Рейнеггс побывал у источника Нарзана и дал ему первое известное в литературе описание: «Два стакана этой воды причиняют опьянение, за которым следует глубокий сон. Вода употребляется с большой пользой при горячках, при цынге, однако при перемежающейся лихорадке она действия не оказывает. Вода в источнике, по свидетельству местных жителей, никогда не замерзает, даже зимой. Стоит однако его воде удалиться на несколько шагов от источника, как она превращается в лед и притом даже быстрее, чем обыкновенная вода.»

После покорения Крыма в 1783 году и Ясского мира 1791 года, завершившего вторую русско-турецкую войну, были подтверждены права России на Кабарду и правый берег Кубани. В конце XVIII века военная оборонительная линия была подвинута в долину реки Подкумок южнее Константиногорской крепости. Ставропольская и Георгиевская крепости позднее превратились в города.

С 1793 года стали собираться факты, указывающие на лечебное значение горячих серных источников. Это отметил П. Палас, посетивший Кавказ в это время и подробно описавший Нарзан и часть минеральных источников горы Машук, на западной ее части. Паллса первым определили общее количество твердых минеральных частиц в воде, правда определил температуру воды – более 70 °C. Не сделал он и количественного анализа. Он впервые вскользь упомянул о железноводских минеральных источниках и подробно описал Нарзан, бассейн которого имел около 10 метров длины и 5 метров ширины, суживаясь воронкой вокруг главного ключа, температура воды была около 17 °C. В это время слава Нарзана как целебного источника стала распространяться все шире и шире. В 1718 году у Нарзана провел два месяца вместе с семьей начальник кавказской линии генерал-лейтенант граф И. И. Морков, энергично обеспечивший безопасность региона от нападений горцев. Однако Кисловодская долина официально еще не входила в состав России.

П. Паллас писал о Нарзане: «Видели изумительные примеры в излечении целого ряда больных и ослабевших людей. Я убежден, что эта вода будет признана весьма действительной в большом числе болезней, когда в о ней больше узнают».

В 1797 году инспектор Астраханской врачебной управы Шателевич представил в Государственную Медицинскую коллегию сведения о лечебном действии вод, основанные на обобщении народного опыта использования минеральных источников. Главный директор Медицинской коллегии барон А.И. Васильев передал донесение императору Павлу I, предписавшему построить укрепления и госпиталь у «Кислого колодца» и послать в Пятигорье штаб-лекаря Ловенца и аптекаря Корнера для проведения химического анализа минеральной воды. В декабре 1798 года Левенц и Корнер представили в Медицинскую коллегию подробный доклад о пользе Нарзана в врачебных целях, подчеркнув необходимость дальнейших опытов. На основании доклада Кавказские Минеральные воды в 1798 году признаны возможным ввести во всеобщее употребление и начать командирование членов Кавказской армии для лечения на воды в летние месяцы. С 1799 года воды начали посещать и больные из России. Тогда посещение вод было опасным и только в 1803 году горцы были оттеснены к верховьям Подкумка и начать строительство Кисловодского укрепления.

Усиление и расширение российского влияния происходило в рамках Кавказского наместничества в составе Кавказской губернии и Астраханской области, учрежденного 5 мая 1785 года указом Екатерины II. Наместником до 1791 года был князь Г.А. Потемкин. В течение XIX века военные укрепления на Кавказской укрепленной линии продвигалась вглубь Кавказа. К 20-м годам XIX века граница с Терека и Кубани передвинулась к Сунже, верховьям Кубани, предгорьям Черных гор.

В 1801 году химик Симсон произвел несколько анализов воды горячих источников. Командующий Кавказской линией генерал Обресков доложил императору Александру I о благотворном действии Кавказских Минеральных вод. Царь приказал исследовать минеральные воды и далее. Весной 1802 года Медицинская коллегия командировала на Кавказ штаб-лекарей Гординского и Крушневича и аптекаря Швенсона – «чтобы они, сделав опыты по испытаниям на самом деле и сообразуясь с собственными наблюдениями, дали свое мнение, каким образом в пользу больных те воды употреблять, и какие нужно будет сделать для того там заведения».

Командированные провели на водах все лето и произвели количественные анализы горячего и кислого источников, целый ряд наблюдений над действием минеральных вод при различных болезнях. В ноябре лекари представили в Медицинскую коллегию подробный, считая необходимым устроить на водах необходимые приспособления, облегчающие больным пользования водами – «о действительности серных вод в накожных сыпях, перемежающихся лихорадках, любострастной и водяной болезнях и застарелой ломоте». Медицинская коллегия отнеслась к докладу критически, «водянку» и лихорадки минеральные воды не лечат, – «Хотя верные опыты доказали, что воды сии приносят великую пользу, но остается еще по долговременном их врачебном употреблении установить основанные на опытах правила, коими бы показаны были все способы врачевания, сообразно полу, возрасту и сложению, болезням и припадкам людей». Медицинская коллегия доложила своему начальнику, министру внутренних дел графу Кочубею свои соображения о назначении на Кавказские Минеральные воды от правительства постоянных врачей, одного с жалованием от 800 до 1000 рублей в год, другого – 400 рублей в год – «Чтобы они как военнослужащих, так и частных людей, туда приезжающих, пользовали и давали им все нужные наставления при лечении, и между тем бы первый, по опытам врачевания больных, занимался полным практическим сочинениям о врачебном употреблении тех вод со всеми обстоятельствами и способами врачевания, чтобы оное служило руководством для врачей, имеющих нужду пользоваться теми же водами, и которое можно было бы, по рассмотрении Коллегией, издать в свет». Кочубей доложил эти обстоятельства Александру I. Тогда же, 4 января 1803 года, главноуправляющий Грузии князь Цицианов, серьезно интересовался минеральными водами, доложил императору о сооружении возле кислого колодца укрепления с целью обезопасить приезжающих туда больных от нападений горцев.

24 апреля 1803 года император подписал указ о признании района Кавказских Минеральных вод лечебной местностью государственного значения – началось официальное существование Кавказских курортов. В том же году была построена Кисловодская крепость. Официальное присоединение Кисловодской долины к Российской империи произошло в 1806 году.

«Высочайший указ господину генерал-лейтенанту, Астраханскому военному губернатору, главноуправляющему в Грузии князю Цицианову.

Министр внутренних дел доставит вам заключения, в Государственной Медицинской Коллегии сделанные, о действии Кавказских минеральных источников по свидетельству врачей, посланных к их испытанию и описанию. Из них вы усмотрите и предположения ее к устроению нужных при сих источниках заведений.

По донесению вашему об одном из них, в 30 верстах от Констаногорской крепости лежащем, я разрешил уже вас от 7 минувшего марта на построение вблизи небольшого укрепления, ныне же поручаю вам приступить к устранению и всех тех заведений, кои для удобности врачевания и выгод больных в обоих местах признаются нужными. Сделав надлежащие к тому местные соображения и составив смету работ, вы доставите ко мне исчисление потребной на то суммы, для назначения отпуска из казначейства.

Между тем от Медицинской Коллегии вслед за сим определен туда будет один из искуснейших врачей и помощник.

Между предположениями, пользу и удобность сих вод обеспечивающими, мыль о поселении вблизи сих вод линейных казаков отдаю Я особенно на соображение ваше. Выгоды сего предположения очевидны, но произвести его в действо зависит от усмотрения местных удобностей, какие вы ближе и лучше определить можете, и о коих в свое время Я буду ожидать от вас донесения.

Александр».

Началось развитие курортов Пятигорска и Кисловодска. Был построен канал для вывода реки Ольховки в реку Березовку, затоплявшей временами источник Нарзан. С 1798 года существовал и редут Ессентукский.

Императорский указ раз и навсегда признал за Кавказскими минеральными водами выдающееся государственное значение – они стали государственным достоянием, были включены в круг ведения медицинских учреждений империи, поставлены под правительственный контроль.

На воды был назначен главным врачом доктор Сахаров, но его деятельности помешала чума, занесенная из Черкесского аула, свирепствовавшая в регионе до начала 1808 года. Посетивший новые курорты известный естествоиспытатель-ориенталист Клапрот в 1807 году писал: «Как мало забот прилагается к содержанию и лучшему устройству столь целебных минеральных источников, которые могли бы приносить большую пользу, если бы их больше знали и если бы пользование ими сопряжено было с каким-либо удобством. Ванна чрезвычайно узка и едва достаточна на шесть человек, между тем воды, бьющей из источника, хватило бы по меньшей мере на сорок». Чума, распространившаяся по всему Кавказскому краю прекратила приезд отдыхающих и больных на воды, сделав невозможным и дальнейшее развитие курортов – до 1808 года.

В 1809 году у главного источника Горячей горы, в Пятигорске, были выстроены две новые купальни с одной деревянной ванной в каждой, а в следующем году уже четыре ванны. Количество семей, приехавших в эти годы на воды доходило до 200. Будущий Пятигорск стал называться Горячегорском.

В 1809–1810 годах на Кавказских Минеральных водах находился известный врач Ф.П. Гааз, описавший ряд новых источников у горы Машку, подробно исследовал уже известные. По его просьбе точные анализы минеральных вод провел профессор Московского университета Рейс. Главной заслугой Газа было открытие Железноводских и Ессентукских источников.

Путеводитель по Кавказским Минеральным водам писал в 1904 году:

«Железноводские источники, затерянные среди густого, непроходимого леса, который в то время заполнил всю впадину между северо-восточным склоном Бештау и южной покатостью горы Железной, а также весь склон Бештау, разыскать было чрезвычайно затруднительно. Гааз пытался найти их еще в 1809 году, но не успел в то, так как не мог добиться от проводников точного указания, где именно они находятся, и принужден был возобновить свои поиски в следующем году, когда они и увенчались успехом. Железноводске источники начали быстро входить в славу, особенно Горячий источник, и с 1812 года стали, регулярно посещаться больными, хотя и в ограниченном количестве, как по причине полнейшего отсутствия каких бы то ни было жизненных удобств, так и вследствие постоянных нападений горцев.

Что касается до Ессентукских источников, то открытие их, как это часто бывает, обязано случаю. Гааз, получив от одного казака известие, что недалеко от Констаниногорска лошади, которые, как и рогатый скот, охотно пьют минеральную воду, наткнулись на новый минеральный источник, немедленно отправился на поиски и нашел возвышение, откуда источники берут свое начало, и которое он счел за прежний берег Подкума. Открытые им источники не вошли в употребление в виду того, что они, будучи по составу своему серно-щелочными, близко подходили к воде машукских источников, а потому и не имели особенного интереса. Щелочные источники же, которые составляют славу Ессентуков, Гааз оставил без внимания, и известность их начинается только с 1823 года, когда их подробно изучил профессор Нелюбин.

Кисловодск во время посещения Гааза находился в весьма первобытном состоянии: больные купались в большой неправильного вида яме, вырытой у источника огороженной плетнем, и только богатые люди ставили, также как это делалось в Горячеводске, при источнике кибитки с ваннами, причем последние принимались большей частью из цельного Нарзана; иные же разбавляли воду кипятком или нагревали ее, бросая туда раскаленные ядра. Наконец, в 1812 году были выстроены первые купальные здания, мужское с двумя ваннами и женское с одною, в которые вода доставлялась по деревянным трубам, но в них можно было купаться только в цельном или холодном Нарзане. Теплые же ванны по прежнему приходилось брать в отдельных кибитках, что обходилось чрезвычайно дорого».

Ф. Гааз написал первое сочинение о Кавказских Минеральных водах. Книга была напечатана на французском языке в 1811 году в Москве, и почти весь тираж ее сгорел при пожаре 1812 года. Впоследствии о Кавказских Минеральных водах писали – Цеэ в 1817 году, Нелюбин в 1825 году, Савенко в 1828 году, Конради в 1831, Нарман в 1848, Дроздов в 1859, Баталин в 1861, Мимотин в 1872 году, Халецкий в 1883, Богословский в 1892, Попов в 1893, Светловский в 1898, Гурари в 1915 году.

Приезжавшие на минеральные воды поначалу жили в районе Константиногорского укрепления за валом крепости и оттуда ходили за 5 километров к источнику, или же у самого источника, в кибитках, которые отдавали в наем калмыки. Ф. Гааз писал: «Наблюдаемые у этих источников излечения привлекли к ним обшественное внимание. За последние годы из Кавказских источников посещаются только эти. С открытием нового курорта воды Терека (Брагунские) забыты».

В 1812 году чиновник Константиногорской крепости Чернецкий построил в долине между Горячей водой и внутренним хребтом первые два дома, положив начало Горячеводску. Его примеру последовали многие местные жители, получавшие значительную выгоду от сдачи жилья в наем. Через несколько лет в Горячеводске были десятки летних домиков, но только один каменный дом.

Отечественная война 1812 года и разгром Наполеона не позволил властям уделить должного внимания развитию Кавказских Минеральных вод. Благоустройство Горячеводска началось на средства астраханца коллежского советника Федорова, пожертвовавшего для этого 60000 рублей. На эти деньги сделали каменную лестницу к главному источнику на Горячей горе, сделали к нему и дорогу для экипажей, начали постройку новых ванн, сделали и многое другое.

В 1816 году пошли первые государственные ассигнования на устройство новых курортов, была учреждена должность государственного смотрителя Кавказских Минеральных вод. «На нижнем уступе Горячей горы начали постройку ванного здания, приступили к сооружению новых купален у Александровского источника, трех с пятью ваннами взамен прежних, которые пришлось сломать. Так как на это предприятие остатков от Федоровского капитала не хватило, то из Государственного казначейства было отпущено по решению Государственного Совета 3704 рубля. 1816 годом заканчивается период медленного развития минеральных вод и начинается время, когда благоустройство их пошло вперед быстрыми шагами».

В 1816 году Кавказским наместником стал герой Отечественной войны генерал А.П. Ермолов, который считал, что Кавказские Минеральные воды имеют значение для всей России, что кроме своей «лечебной» цели они имеют роль проводника культуры в Кавказском крае, могут значительно улучшить экономическое положение Кавказа. А.П. Ермолов посетил Горячеводск в 1819 году и до 1826 года уделял постоянное внимание развитию Кавказских Минеральных вод. Были перестроены пришедшие в негодность ванны на Горячей горе, получившие название Ермоловских и просуществовавшие до 1874 года. К 1820 году у Александровского источника находилось 4 здания с 11 ваннами. Открыли новые источники, построены бассейны для сбора минеральных вод, благоустроены источники на Железной горе, сами источники выложены камнем, построены казенные гостиницы; курорты постоянно благоустраивались.

В 1820 году главным врачом Кавказских Минеральных вод был назначен Ф.О. Конради, открывший и описавший новые источники, написавший исследование о водах.

В 1822 году благодаря ходатайству А.П. Ермолова на обустройство Кавказских Минеральных вод были ассигнованы полмиллиона рублей. Для их освоения в 1823 году была учреждена особая Строительная комиссия, которая стала управлять курортами. По вызову комиссии на воды приехали архитекторы братья Бернардацци, возведшие на курортах много прекрасных построек.

Строительная комиссия при составлении проекта обустройства Кавказских Минеральных вод решила произвести на месте всестороннее химическое исследование всех источников. На воды в 1823 году приехал профессор Петербургской медико-хирургической академии А.П. Нелюбин.

«Нелюбин не только изучил все существующие источники и указал на их терапевтические действия, но открыл и описал целый ряд новых. Так, в Ессентуках, кроме известных ранее и изученных Газом трех источников, он описал еще 20 новых и первый указал, что составил его главную заслугу, на присутствие между ними чисто соляно-щелочных ключей, существование которых на Кавказе до того времени отвергалось. Нелюбин первый объявил, что «в Ессентуках мы имеем русский Сельтерс и Виши». В Железноводске им открыты семь новых источников».

А.П. Нелюбин в долине реки Берцовки открыл и углекислый минеральный источник – Березовский Нарзан. Изданное в 1825 году его медико-топографическое описание минеральных вод в то время поставило пользование водами на научную основу.

В 1823 году по Высочайшему указу на водах была учреждена аптека, в которую назначили двух врачей, трех лекарских ученика, аптекаря, двух аптекарских учеников, «при Горячем и Кислом источниках».