Цифровая крепость Браун Дэн

Глава 66

Беккер пересек зал аэропорта и подошел к туалету, с грустью обнаружив, что дверь с надписью CABALLEROS перегорожена оранжевым мусорным баком и тележкой уборщицы, уставленной моющими средствами и щетками. Он перевел взгляд на соседнюю дверь, с табличкой DAMAS, подошел и громко постучал.

— Hola? — крикнул он, приоткрыв дверь. — Con permiso?

Не дождавшись ответа, он вошел.

Типичная для Испании туалетная комната: квадратная форма, белый кафель, с потолка свисает единственная лампочка. Как всегда, одна кабинка и один писсуар. Пользуются ли писсуаром в дамском туалете — не важно, главное, что сэкономили на лишней кабинке.

Беккер с отвращением оглядел комнату. Грязь, в раковине мутная коричневатая вода. Повсюду разбросаны грязные бумажные полотенца, лужи воды на полу. Старая электрическая сушилка для рук захватана грязными пальцами.

Беккер остановился перед зеркалом и тяжело вздохнул. Обычно лучистые и ясные, сейчас его глаза казались усталыми, тусклыми. Сколько я уже тут кручусь? Однако считать ему не хотелось. По профессиональной привычке поправив съехавший набок узел галстука, он повернулся к писсуару.

Он подумал, дома ли Сьюзан. Куда она могла уйти? Неужели уехала без меня в «Стоун-Мэнор»?

— Эй! — услышал он за спиной сердитый женский голос и чуть не подпрыгнул от неожиданности.

— Я… я… прошу прощения, — заикаясь, сказал Беккер и застегнул «молнию» на брюках.

Повернувшись, он увидел вошедшую в туалет девушку. Молоденькая, изысканной внешности, ну прямо сошла со страниц журнала «Севентин». Довольно консервативные брюки в клетку, белая блузка без рукавов. В руке красная туристская сумка фирмы «Л.Л. Белл». Светлые волосы тщательно уложены.

— Прошу меня извинить, — пробормотал Беккер, застегивая пряжку на ремне. — Мужская комната оказалась закрыта… но я уже ухожу.

— Ну и проваливай, пидор!

Беккер посмотрел на нее внимательнее. К ней как-то не шло сквернословие — как неуместны сточные воды в хрустальном графине. Но, приглядевшись, он убедился, что она вовсе не такая изысканная особа, как ему показалось вначале. Веки припухли, глаза красные, левая рука у локтя — вся в кровоподтеках с синеватым отливом.

«Господи Иисусе, — подумал он. — Наркотики внутривенно. Кто бы мог подумать?»

— Проваливай! — крикнула она. — Вон!

Беккер совсем забыл о кольце, об Агентстве национальной безопасности, обо всем остальном, проникшись жалостью к девушке. Наверное, родители отправили ее сюда по какой-то школьной образовательной программе, снабдив кредитной карточкой «Виза», а все кончилось тем, что она посреди ночи вкалывает себе в туалете наркотик.

— Вы себя хорошо чувствуете? — спросил он, пятясь к двери.

— Нормально, — высокомерно бросила она. — А тебе здесь делать нечего.

Беккер повернулся, печально посмотрев в последний раз на ее руку. Ты ничего не можешь с этим поделать, Дэвид. Не лезь не в свое дело.

— Ну же!

Беккер кивнул. Уже в дверях он грустно улыбнулся:

— Вы все же поосторожнее.

Глава 67

— Сьюзан? — Тяжело дыша, Хейл приблизил к ней свое лицо.

Он сидел у нее на животе, раскинув ноги в стороны. Его копчик больно вдавливался в низ ее живота через тонкую ткань юбки. Кровь из ноздрей капала прямо на нее, и она вся была перепачкана. Она чувствовала, как к ее горлу подступает тошнота. Его руки двигались по ее груди.

Сьюзан ничего не чувствовала. Неужели он ее трогает? Она не сразу поняла, что он пытается застегнуть верхнюю пуговицу ее блузки.

— Сьюзан, — позвал он, задыхаясь. — Ты должна помочь мне выбраться отсюда.

Она ничего не понимала. Все это было лишено всякого смысла.

— Сьюзан, ты должна мне помочь! Стратмор убил Чатрукьяна! Я видел это своими глазами!

Его слова не сразу дошли до ее сознания. Стратмор убил Чатрукьяна? Хейл, видимо, не догадывается, что она видела его внизу.

— Стратмор знает, что я это видел! — Хейл сплюнул. — Он и меня убьет!

Если бы Сьюзан не была парализована страхом, она бы расхохоталась ему в лицо. Она раскусила эту тактику «разделяй и властвуй», тактику отставного морского пехотинца. Солги и столкни лбами своих врагов.

— Это чистая правда! — кричал он. — Мы должны позвать людей на помощь! Нам обоим грозит опасность!

Сьюзан не верила ни единому его слову.

Хейл подтянул ноги и немного приподнялся на корточках, желая переменить позу. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но сделать этого не успел.

Когда Хейл перестал на нее давить, Сьюзан почувствовала, что ее онемевшие ноги ожили. Еще толком не отдавая себе отчета в своих действиях и повинуясь инстинкту, она резким движением согнула ноги и со всей силы ударила Хейла коленом в промежность, ощутив, как ее коленные чашечки впились в его мягкие незащищенные ткани.

Хейл взвыл от боли, и все его тело сразу же обмякло. Он скатился набок, сжавшись в клубок, а Сьюзан, высвободившись из-под него, направилась к двери, отлично понимая, что у нее не хватит сил ее открыть.

Но тут ее осенило. Она остановилась у края длинного стола кленового дерева, за которым они собирались для совещаний. К счастью, ножки стола были снабжены роликами. Упираясь ногами в толстый ковер, Сьюзан начала изо всех сил толкать стол в направлении стеклянной двери. Ролики хорошо крутились, и стол набирал скорость. Уже на середине комнаты она основательно разогналась.

За полтора метра до стеклянной двери Сьюзан отпрянула в сторону и зажмурилась. Раздался страшный треск, и стеклянная панель обдала ее дождем осколков. Звуки шифровалки впервые за всю историю этого здания ворвались в помещение Третьего узла.

Сьюзан открыла глаза. Сквозь отверстие в двери она увидела стол. Он все еще катился по инерции и вскоре исчез в темноте.

Сьюзан нашла свои валявшиеся на ковре итальянские туфли, на мгновение оглянулась, увидела все еще корчившегося на полу Грега Хейла и бросилась бежать по усеянному стеклянным крошевом полу шифровалки.

Глава 68

— Ну видишь, это совсем не трудно, — презрительно сказала Мидж, когда Бринкерхофф с видом побитой собаки протянул ей ключ от кабинета Фонтейна.

— Я все сотру перед уходом, — пообещала она. — Если только вы с женой не захотите сохранить этот фильм для своей частной коллекции.

— Делай свою распечатку и выметайся! — зарычал он.

— S, seor, — засмеявшись, ответила Мидж с подчеркнутым пуэрто-риканским акцентом и, подмигнув Бринкерхоффу, направилась к двойной двери директорского кабинета.

Личный кабинет Лиланда Фонтейна ничем не походил на остальные помещения дирекции. В нем не было ни картин, ни мягкой мебели, ни фикусов в горшках, ни антикварных часов. Здесь все было подчинено одному требованию — эффективности. Стол, накрытый стеклом, и черный кожаный стул были расположены прямо перед громадным венецианским окном. Три шкафа-картотеки стояли в углу рядом с маленьким столиком с французской кофеваркой. Над Форт-Мидом высоко в небе сияла луна, и серебристый свет падал в окно, лишь подчеркивая спартанскую меблировку.

«Что же я делаю?» — подумал Бринкерхофф.

Мидж подошла к принтеру и, забрав распечатку очередности задач, попыталась просмотреть ее в темноте.

— Ничего не вижу, — пожаловалась она. — Включи свет.

— Прочитаешь за дверью. А теперь выходи.

Но Мидж эта ситуация явно доставляла удовольствие. Она подошла к окну, вертя бумагу перед глазами, чтобы найти лучший угол для падения лунного света.

— Мидж… пошли. Это личный кабинет директора.

— Это где-то здесь, — пробормотала она, вглядываясь в текст. — Стратмор обошел фильтры. Я в этом уверена. — Она подошла вплотную к окну.

Бринкерхофф почувствовал, как его тело покрывается холодным потом. Мидж продолжала читать.

Мгновение спустя она удовлетворенно вскрикнула:

— Я так и знала! Он это сделал! Идиот! — Она замахала бумагой. — Он обошел «Сквозь строй»! Посмотри!

Бринкерхофф растерянно постоял минутку, затем подбежал к окну и встал рядом с Мидж. Та показала ему последние строчки текста.

Бринкерхофф читал, не веря своим глазам.

— Какого чер…

В распечатке был список последних тридцати шести файлов, введенных в «ТРАНСТЕКСТ». За названием каждого файла следовали четыре цифры — код команды «добро», данной программой «Сквозь строй». Последний файл в списке таким кодом не сопровождался, вместо этого следовала запись:

ФИЛЬТР ОТКЛЮЧЕН ВРУЧНУЮ!

«Господи Иисусе! — подумал Бринкерхофф. — Мидж снова оказалась права».

— Идиот! — в сердцах воскликнула она. — Ты только посмотри! «Сквозь строй» дважды отверг этот файл! Линейная мутация! И все-таки он пошел в обход! Интересно, о чем он думал?

У Бринкерхоффа подогнулись колени. Он не мог понять, почему Мидж всегда права.

Он не заметил отражения, мелькнувшего за оконным стеклом рядом с ними. Крупная фигура возникла в дверях директорского кабинета.

— Иису… — Слова застряли у Бинкерхоффа в глотке. — Ты думаешь, что в «ТРАНСТЕКСТ» проник вирус?

Мидж вздохнула:

— А что еще это может быть?

— Это может быть не вашим делом! — раздался зычный голос у них за спинй.

Мидж от неожиданности стукнулась головой о стекло. Бринкерхофф опрокинул директорский стул и бросился к двери. Он сразу же узнал этот голос.

— Директор! — воскликнул он и, подойдя к Фонтейну, протянул руку. — С возвращением, сэр.

Вошедший не обратил на его руку никакого внимания.

— Я д-думал, — заикаясь выговорил Бринкерхофф. — Я думал, что вы в Южной Америке.

Лиланд Фонтейн окинул своего помощника убийственным взглядом.

— Я был там. Но сейчас я здесь!

Глава 69

— Эй, мистер!

Беккер, шедший по залу в направлении выстроившихся в ряд платных телефонов, остановился и оглянулся. К нему приближалась девушка, с которой он столкнулся в туалетной комнате. Она помахала ему рукой.

— Подождите, мистер!

«Ну что еще? — застонал он. — Хочет предъявить мне обвинение во вторжении в личную жизнь?»

Девушка волокла за собой туристскую сумку. Подойдя к нему, она на этот раз расплылась в широкой улыбке.

— Простите, что я на вас накричала. Я так испугалась, увидев вас.

— Не стоит, — удивился Беккер — Я зашел куда не следовало.

— Моя просьба покажется вам безумной, — сказала она, заморгав красными глазами, — но не могли бы вы одолжить мне немного денег?

Беккер посмотрел на нее в полном недоумении.

— Зачем вам деньги? — спросил он. «Я не собираюсь оплачивать твое пристрастие к наркотикам, если речь идет об этом».

— Я хочу вернуться домой, — сказала блондинка. — Не поможете мне?

— Опоздала на самолет?

Она кивнула.

— Потеряла билет. Они не хотят и слышать о том, чтобы посадить меня в самолет. На авиалиниях работают одни бездушные бюрократы. У меня нет денег на новый билет.

— Где твои родители? — спросил Беккер.

— В Штатах.

— А связаться с ними пробовала?

— Пустой номер. Наверное, уплыли на уик-энд с друзьями на яхте.

Беккер заметил, что на ней дорогие вещи.

— И у тебя нет кредитной карточки?

— Есть, но отец ее заблокировал. Он думает, что я балуюсь наркотиками.

— А это не так? — спросил Беккер холодно, глядя на ее припухший локоть.

— Конечно, нет! — возмущенно ответила девушка. Она смотрела на него невинными глазами, и Беккер почувствовал, что она держит его за дурака. — Да будет вам! На вид вы человек состоятельный. Дайте немножко денег, чтобы я могла вернуться домой. Я вам все верну.

Беккер подумал, что деньги, которые он ей даст, в конечном счете окажутся в кармане какого-нибудь наркоторговца из Трианы.

— Я вовсе не так богат, я простой преподаватель. Но я скажу тебе, что собираюсь сделать… — «Скажу тебе, что ты наглая лгунья, вот что я сделаю». — Пожалуй, я куплю тебе билет.

Белокурая девушка смотрела на него недоверчиво.

— Вы это сделаете? — выдавила она, и глаза ее засветились надеждой. — Вы купите мне билет домой? О Боже, я вам так благодарна!

Беккер растерялся. Очевидно, он ошибался.

Девушка обвила его руками.

— Это лето было такое ужасное, — говорила она, чуть не плача. — Я вам так признательна! Я так хочу выбраться отсюда!

Беккер легонько обнял ее. Девушка высвободилась из его рук, и тут он снова увидел ее локоть. Она проследила за его взглядом, прикованным к синеватой сыпи.

— Ужас, правда?

Беккер кивнул.

— Ты же сказала, что не колешься.

Девушка засмеялась:

— Это же чудо-маркер! Я чуть кожу не содрала, пытаясь его стереть. Да и краска вонючая.

Беккер посмотрел внимательнее. В свете ламп дневного света он сумел разглядеть под красноватой припухлостью смутные следы каких-то слов, нацарапанных на ее руке.

— Но глаза… твои глаза, — сказал Беккер, чувствуя себя круглым дураком. — Почему они такие красные?

Она расхохоталась.

— Я же сказала вам, что ревела навзрыд, опоздав на самолет.

Он перевел взгляд на слова, нацарапанные на ее руке.

Она смутилась.

— Боже, вы, кажется, сумели прочесть?

Он посмотрел еще внимательнее. Да, он сумел прочитать эти слова, и их смысл был предельно ясен. Прочитав их, Беккер прокрутил в памяти все события последних двенадцати часов. Комната в отеле «Альфонсо XIII». Тучный немец, помахавший у него под носом рукой и сказавший на ломаном английском: «Проваливай и умри».

— С вами все в порядке? — спросила девушка, заметив, что он переменился в лице.

Беккер не мог оторвать глаз от ее руки. У него кружилась голова. Слова, которые он прочитал, были теми же, что произнес немец: ПРОВАЛИВАЙ И УМРИ!

Девушка, заметно смутившись, посмотрела на свою руку.

— Это нацарапал мой дружок… ужасно глупо, правда?

Беккер не мог выдавить ни слова. Проваливай и умри. Он не верил своим глазам. Немец не хотел его оскорбить, он пытался помочь. Беккер посмотрел на ее лицо. В свете дневных ламп он увидел красноватые и синеватые следы в ее светлых волосах.

— Т-ты… — заикаясь, он перевел взгляд на ее непроколотые уши, — ты, случайно, серег не носила?

В ее глазах мелькнуло подозрение. Она достала из кармана какой-то маленький предмет и протянула ему. Беккер увидел в ее руке сережку в виде черепа.

— Так это клипса?

— Да, — сказала девушка. — Я до чертиков боюсь прокалывать уши.

Глава 70

Дэвид Беккер почувствовал, что у него подкашиваются ноги. Он смотрел на девушку, понимая, что его поиски подошли к концу. Она вымыла голову и переоделась — быть может, считая, что так легче будет продать кольцо, — но в Нью-Йорк не улетела.

Беккер с трудом сдерживал волнение. Его безумная поездка вот-вот закончится. Он посмотрел на ее пальцы, но не увидел никакого кольца и перевел взгляд на сумку. «Вот где кольцо! — подумал он. — В сумке!» — и улыбнулся, едва сохраняя спокойствие.

— Ты сочтешь это сумасшествием, — сказал Беккер, — но мне кажется, что у тебя есть кое-что, что мне очень нужно.

— Да? — Меган внезапно насторожилась.

Беккер достал из кармана бумажник.

— Конечно, я буду счастлив тебе заплатить. — И он начал отсчитывать купюры.

Глядя, как он шелестит деньгами, Меган вскрикнула и изменилась в лице, по-видимому ложно истолковав его намерения. Она испуганно посмотрела на вращающуюся дверь… как бы прикидывая расстояние. До выхода было метров тридцать.

— Я оплачу тебе билет до дома, если…

— Молчите, — сказала Меган с кривой улыбкой. — Я думаю, я поняла, что вам от меня нужно. — Она наклонилась и принялась рыться в сумке.

Беккер был на седьмом небе. Кольцо у нее, сказал он себе. Наконец-то! Он не знал, каким образом она поняла, что ему нужно кольцо, но был слишком уставшим, чтобы терзаться этим вопросом. Его тело расслабилось, он представил себе, как вручает кольцо сияющему заместителю директора АНБ. А потом они со Сьюзан будут лежать в кровати с балдахином в «Стоун-Мэнор» и наверстывать упущенное время.

Девушка наконец нашла то, что искала, — газовый баллончик для самозащиты, экологически чистый аналог газа мейс, сделанный из острейшего кайенского перца и чили. Одним быстрым движением она выпрямилась, выпустила струю прямо в лицо Беккеру, после чего схватила сумку и побежала к двери. Когда она оглянулась, Дэвид Беккер лежал на полу, прижимая ладони к лицу и корчась от нестерпимого жжения в глазах.

Глава 71

Токуген Нуматака закурил уже четвертую сигару и принялся мерить шагами кабинет, потом схватил телефонную трубку и позвонил на коммутатор.

— Есть какие-нибудь сведения о номере? — выпалил он, прежде чем телефонистка успела сказать «алло».

— Пока ничего, сэр. Кажется, придется повозиться дольше, чем ожидалось, — это был звонок с мобильника.

«С мобильника, — мысленно повторил Нуматака. — Это кое-что значит. К счастью для японской экономики, у американцев оказался ненасытный аппетит к электронным новинкам.

— Провайдер находится в районе территориального кода двести два. Однако номер пока не удалось узнать.

— Двести два? Где это? — Где же на необъятных американских просторах прячется эта загадочная Северная Дакота?

— Где-то поблизости от Вашингтона, округ Колумбия, сэр.

Нуматака высоко поднял брови.

— Позвоните, как только узнаете номер.

Глава 72

В погруженной во тьму шифровалке Сьюзан Флетчер осторожно пробиралась к платформе кабинета Стратмора. Только туда ей и оставалось идти в наглухо запертом помещении.

Поднявшись по ступенькам, она обнаружила, что дверь в кабинет шефа открыта, поскольку электронный замок без электропитания бесполезен. Она вошла.

— Коммандер? — позвала Сьюзан. Свет внутри исходил лишь от светящихся компьютерных мониторов Стратмора. — Коммандер! — повторила она. — Коммандер!

Внезапно Сьюзан вспомнила, что он должен быть в лаборатории систем безопасности. Она кружила по пустому кабинету, все еще не преодолев ужас, который вызвало у нее общение с Хейлом. Надо выбираться из шифровалки. Черт с ней, с «Цифровой крепостью»! Пришла пора действовать. Нужно выключить «ТРАНСТЕКСТ» и бежать. Она посмотрела на светящиеся мониторы Стратмора, бросилась к его письменному столу и начала нажимать на клавиши. Отключить «ТРАНСТЕКСТ»! Теперь это нетрудная задача, поскольку она находится возле командного терминала. Она вызвала нужное командное окно и напечатала:

ВЫКЛЮЧИТЬ КОМПЬЮТЕР

Палец привычно потянулся к клавише «Ввод».

— Сьюзан! — рявкнул голос у нее за спиной. Она в страхе повернулась, думая, что это Хейл. Однако в дверях появился Стратмор. Бледная, жуткая в тусклом свете мониторов фигура застыла, грудь шефа тяжело вздымалась.

— Ком… мандер! — вскрикнула она от неожиданности. — Хейл в Третьем узле! Он напал на меня!

— Что? Этого не может быть! Он заперт внизу!

— Нет! Он вырвался оттуда! Нужно немедленно вызвать службу безопасности. Я выключаю «ТРАНСТЕКСТ»! — Она потянулась к клавиатуре.

— Не смей прикасаться! — Стратмор рванулся к терминалу и отдернул ее руку.

Обескураженная, Сьюзан подалась назад. Она смотрела на коммандера и второй раз за этот день не могла его узнать. Вдруг она ощутила страшное одиночество.