Молчание Андреев Леонид
– Но кто такой этот Тейло? И что он сотворил с ребенком Лизы?
– Это мы и собираемся выяснить, – сказал Сэм. – Пошли. – Он повернулся к Фиби. – Забери Лизу: мы едем в Бэрр. Посмотрим, сможем ли мы в библиотеке найти кого-то, кто знает Мэри Стивенс. И не пробудит ли это какие-то воспоминания у Лизы.
– А Эви? – спросила Фиби. – Может, нам поговорить с ней? Спросить, что она на самом деле знает о Тейло?
– Это можно сделать, когда мы вернемся, – сказал Сэм. – Вряд ли ей захочется куда-нибудь прогуляться, не так ли?
– У меня была тайная комната в тайном саду, – сказала Лиза, устроившаяся на заднем сиденье «Хонды». Ее голос был лишь немногим громче шепота, и она не обращалась ни к кому в отдельности. – Стены были украшены цветами. Я спала в кружевной постели. В полнолуние мы с Тейло гуляли в саду. Мы смеялись и танцевали. Он разговаривал со мной на тайном языке фей. Он целовал мои руки, но никогда не губы. Поцелуй фей – это яд. Он может погрузить тебя в сон на тысячу лет.
Фиби закрыла глаза и откинулась на спинку пассажирского кресла, желая хоть немного поспать. Ее тело было болезненным и жестким после одиноких ночных метаний на полу в кабинете. Хуже того, у нее разболелась голова, и рядом не было аспирина. Фиби гадала, можно ли вообще принимать аспирин или это повредит ребенку. Теперь, когда она забеременела, мир казался полным опасностей: ртуть в консервах из тунца, горячая ванна, пассивное курение, пиво, непатентованные лекарства. Не говоря уже о безумном Короле фей, похищавшем детей.
Она посмотрела на Сэма, который держал взгляд на дороге и плотно обхватил рулевое колесо. Все как всегда. Безопасный Сэм.
Она не была полной дурой. Перед отъездом Франни отвела ее в сторону и спросила:
– Ты уверена, что он говорит правду? Я хочу сказать: что, если он знает о твоей слежке и теперь пытается замести следы?
Франни была королевой всех параноиков, но в ее словах был определенный смысл.
Фиби испытывала неуверенность. Она теперь сомневалась во всем.
– Как выглядит Тейло? – сонно спросила она.
– Не знаю, – ответила Лиза.
– Как ты можешь не знать? – вмешался Сэм. – Ты видела его, верно? Господи, да если вы с ним заделали ребенка, он должен был показаться тебе?
– Он никогда не показывался в собственном облике, только под маской.
Фиби содрогнулась, когда вспомнила слова Бекки о том, что Тейло носил маску.
– Ты шутишь? – проворчал Сэм.
– Если человек посмотрит на волшебное существо, то сойдет с ума от его чистой красоты, – сказала Лиза.
– Боже мой, я уже схожу с ума, – проворчал Сэм и крепче стиснул руль. – Ты знаешь, где твой ребенок, Лиза? Откуда мы можем начать поиски?
– Разве ты не помнишь, Сэмми? – спросила она. – Он был обещан Тейло. Мой первенец. И Эви. И твой. Они все были обещаны Тейло.
Сэм стиснул зубы. Фиби взяла его за руку; он повернулся со слабой улыбкой и ответил таким же слабым пожатием.
– Ты действительно не против? – спросила она. – Я имею в виду ребенка.
Сэм кивнул.
– Разумеется, я не против. Просто к этому нужно слегка привыкнуть. Я по-прежнему немного в шоке.
Они подъезжали к Бэрру по шоссе № 14, и Сэм повернул налево, в сторону кладбища Хоуп, а потом снова налево, после чего они попали в марево местных дорог, одна из которых вывела их мимо детской площадки на холм, а потом к центральной части города. После мигающего желтого светофора Сэм повернул налево, на автостоянку перед библиотекой.
– Вот и приехали, – сказал он. – Можно выходить.
– Зал ликов, – сонно произнесла Лиза.
– Что? – спросила Фиби.
Лиза захихикала и прикрыла рот рукой.
Они пересекли лужайку и направились к большому двухэтажному зданию из серого кирпича. Фасад библиотеки показался Фиби очень величественным: полированные гранитные колонны по обе стороны от дверного проема, к которым вела длинная каменная лестница. Над двустворчатой дверью был вырезан каменный факел.
– Очень красиво, – сказала Фиби.
Сэм кивнул.
– Классический ривайвализм[13], – сказал он. Это был еще один пример его неисчерпаемых знаний, которые одновременно наполняли Фиби гордостью и умаляли ее саму. Наверное, если бы она посещала колледж, то узнала бы об архитектурных стилях и о том, что такое «классический ривайвализм». Они могли бы вести интеллектуальные дискуссии о колоннах и коньковых крышах. Фиби прикоснулась к животу и ощутила легкое головокружение. Она снова пропустила завтрак. Ей полагалось наполнять организм здоровой пищей, полезной для ребенка, принимать витамины для беременных и пить молочные коктейли с белковым порошком. Вместо этого она проглотила у Франни полчашки черного кофе, и теперь у нее бурчало в животе. Та еще будущая мать!
Сэм отворил створку двойных дверей и придержал ее, пропуская внутрь Лизу и Фиби. Они вошли в элегантный вестибюль с длинными изогнутыми лестницами справа и слева. На стенах по обе стороны висели портреты: серьезные мужчины и женщины, написанные маслом и хмуро смотревшие из больших, богато украшенных рам. Зал ликов.
Они прошли через вестибюль и оказались в справочном отделении. Человек, похожий на бездомного, с длинной седой бородой, в запятнанном армейском мундире, читал «Популярную механику» и жевал шоколадный батончик. Он оторвался от журнала и рассеянно кивнул им. Подросток в джинсах, черной футболке и берцах сидел за компьютером, а пожилой джентльмен в костюме для гольфа читал газету.
Потом они вошли в маленькую темную комнату с каталожными шкафами. Фиби посмотрела наверх и увидела, что потолок наверху был стеклянным. По нему двигалась тень, быстрая и темная, как животное, и по ее телу, словно предупреждение, сразу пробежали мурашки.
Фиби начало мутить от запаха старых книг, и она попыталась глубоко дышать ртом. У выхода из маленькой комнаты находился абонементный стол.
Женщина с длинной седой косой и серебряными сережками с турмалином оторвалась от компьютера и улыбнулась им.
– Чем могу помочь?
Сэм протянул потрепанную библиотечную карточку, но женщина не обратила на нее внимания, потому что увидела Лизу.
– Мэри! – воскликнула она. – А я как раз думала о вас. Как вы поживаете? Как дела у ребенка?
Лиза застенчиво улыбнулась, глядя в пол.
– Это Мэри Стивенс? – сказал Сэм и снова показал карточку. Женщина кивнула.
– Я ее брат, Сэм, – сказал он. – Она уже давно не имела связи со своей семьей. Скажите, она предъявила удостоверение личности, чтобы получить карточку?
Библиотекарша покачала головой.
– Не уверена. Нам нужно только почтовое уведомление с именем и адресом.
– Значит, у вас есть ее адрес? – спросил Сэм.
Библиотекарша посмотрела на него с подозрением.
– Мэри, вы согласны, чтобы я назвала адрес?
Лиза кивнула.
– С ребенком все в порядке? – прошептала женщина.
– Надеюсь, что да, – сказал Сэм.
– Несколько недель назад она стала приносить его с собой. Такой чудесный малыш! Почти не издает звуков.
Сэм промолчал.
– Ага, вот она, – сказала она, глядя на экран компьютера. – Мэри Стивенс. Хм, как странно.
– В чем дело?
– Здесь только номер почтового ящика. Обычно мы не выдаем библиотечную карточку только по номеру почтового ящика.
– В любом случае спасибо за проверку, – сказал Сэм, явно разочарованный очередным тупиком.
– Она когда-нибудь приходила сюда с кем-то еще? – спросила Фиби. – Я хочу сказать, кроме ребенка.
– Иногда приходила женщина, которая забирала ее в конце рабочего дня. Мы всегда думали, что она… опекает Мэри. Она была такой ласковой. Только шептала ей на ухо, и Мэри сразу же вставала и уходила вместе с ней.
– Вы знаете, кто она такая? – спросил Сэм.
– Нет. В последнее время я не видела ее. Ей лет тридцать или около того. Среднего роста, темные глаза и волосы. Очень худенькая… Эви! Вот как Мэри ее называла. Ее зовут Эви!
Глава 37
Лиза
15 июня, пятнадцать лет назад
– Не открывай глаза, – прошептал голос. Мужской голос, хрипловатый, но мелодичный, как деревянный духовой инструмент. Казалось, он звучал прямо над ней, но проходил через некий тоннель. – Если ты откроешь их, я уйду навсегда.
Лиза кивнула и сделала, как было сказано. Ее наполняло бесконечное облегчение от того, что это наконец случилось. Он был здесь.
– Ты понимаешь? – спросил он. Теперь его голос был похож на легкий шелест ветра в сухой траве. – Я серьезно. Держи. Глаза. Закрытыми.
Лиза снова кивнула. Кожа на ее лице стянулась и стала липкой от подсыхающих слез.
– Хорошая девочка, – сказал он. – Хорошая, хорошая девочка.
Воздух вдруг стал душистым и наполнился ароматом цветов, названий которых она не знала. Аромат задержался у нее в гортани и вызвал легкое головокружение. Лиза была уверена, что если встанет, то у нее сразу подкосятся ноги.
Она протянула руку со звякнувшим браслетом.
– Я получила твои подарки. Монету, медальон и книгу. Спасибо тебе.
Он промолчал.
– Ты из народа фей, правда? – спросила Лиза.
Послышался тихий смех.
– Ты Тейло, Король фей?
Молчание. Если она напрягала слух, то слышала его дыхание. Его запах был сильным и ароматным, как цветущая жимолость, но более густым. У Лизы кружилась голова. Она боялась, что потеряет сознание или заснет. Веки отяжелели, словно приклеившись к глазам. Она не смогла бы открыть их, даже если бы захотела.
– Да, – наконец сказал он. – Я – Король фей. Король ящериц, король рок-н-ролла. Я – королева пчел, которая жужжит тебе в ухо. Все и ничто – вот кто я такой.
Что, если Эви была права? Что, если это ловушка, и Король фей собирается похитить ее или заколдовать так, что она проспит тысячу лет?
Лиза обнаружила, что ей все равно. Она находилась здесь, и это было самое поразительное событие, которое когда-либо случалось в ее жизни. Для нее он был реальнее, чем все остальное, в том числе так называемая реальная жизнь в школе и дома. Он пришел, как и обещал.
И Лиза знала, чего хочет. Она была твердо уверена в этом.
– Я хочу перейти на другую сторону, – сказала она. – Я читала книгу и знаю, что делать: я буду поститься и приготовлю особый чай. Канун середины лета наступает на следующей неделе. Пожалуйста, Тейло. Пожалуйста, скажи, что я смогу пойти с тобой.
Он не отвечал. Вокруг шелестели листья. Что он делает: уходит или приплясывает рядом с ней? Лизе хотелось открыть глаза, но она помнила, что было сказано в «Книге фей»: если человек увидит истинное лицо волшебного существа, то он сойдет с ума.
Может быть, это случилось с папой? Возможно, он пришел сюда, на склон холма, и встретил фею. Но если это правда, то, наверное, феи могут исцелить его. Если Лиза перейдет на ту сторону и окажется в их мире, она найдет способ убедить их вылечить папу.
– Пожалуйста, Тейло. Я хочу пойти с тобой, в твой мир. У меня никогда не было более сильного желания. Мне кажется, что я всю жизнь ждала этого, как будто это моя судьба. Пожалуйста, Тейло, скажи «да». Пожалуйста.
Его дыхание стало прерывистым. Что это значило?
– Да, – наконец сказал он. – Да.
Она улыбнулась, ощущая себя невесомой, как золотые пылинки, танцующие в солнечном свете. Она исполнила свое предназначение, как девочка из волшебной сказки. Оставила позади смертный мир лжи и предательства, жестокости и непонимания.
– Откуда мне знать, что я не сплю? – спросила она, и собственный голос показался ей ужасно далеким, как будто кто-то говорил на другом конце длинного узкого коридора. – Или не воображаю все это, как думает Сэмми? Откуда мне знать, что ты настоящий?
Она почувствовала, как рука опустилась ей на плечо и легко сжала его. Тогда Лиза потянулась вверх и накрыла его руку.
– Не открывай глаза, – раздался теплый шепот возле ее уха.
Его пальцы были длинными, сухими и холодными. Она изучила каждый из них своими пальцами, думая о том, каково быть слепой. Большой палец, указательный, средний, безымянный, мизинец, еще мизинец.
Лиза снова пересчитала их.
Да, у него было шесть пальцев.
Глава 38
Фиби
13 июня, наши дни
– Эви! – воскликнула Фиби, когда они вышли из библиотеки и поспешно спустились по лестнице. – Эви – это Тейло?
Лиза глупо захихикала.
– Эви очень хитроумна, но я почему-то сомневаюсь, что Лиза забеременела от нее, – заметил Сэм.
– Тогда от кого?
– Не знаю. Но кем бы он ни был, Эви прикрывает его. Она с самого начала глубоко увязла в этом. Агорафобия, скажите на милость!
Фиби не могла поверить, что она позволила так одурачить себя. Она жалела Эви и старалась помочь ей. Она даже поделилась с ней новостью о своей беременности!
– Мы должны поговорить с ней, – твердо сказала Фиби.
Они сели в автомобиль и уехали. Фиби смотрела в окошко, когда они проезжали мимо автомастерской и обветшавшего многоквартирного дома, где на пластиковом стуле сидела старуха в бирюзовой пляжной шляпе и отхлебывала пиво из литровой бутылки. Она совала язык в горлышко бутылки каждый раз, когда делала глоток, и Фиби стало тошно. Она вспомнила старуху возле хижины и снова услышала ее хриплый напев: «Спустись в мой погреб, / И мы станем лучшими друзьями!»
Старуха, которая оказалась Беккой, подругой детства Сэма, убежденной в том, что Тейло собирается забрать ее сына. Беккой, которая сказала Фиби, что Сэм той ночью был в лесу. «Есть вещи, о которых он вам не рассказывал».
– Что ты там видел, Сэм? – вслух спросила Фиби, хотя не собиралась этого делать.
– Я ничего не говорил, Би.
– Нет. Что ты видел в лесу той ночью, когда исчезла Лиза?
– Меня там не было, – ответил он. – Я был дома, в постели.
Лиза весело рассмеялась, словно это была игра.
– Пора сказать правду, Сэмми!
– Я бы сказала, что давно пора, – сказала Фиби. – Бекка говорила, что видела тебя в лесу той ночью. Она предложила мне спросить, как ты получил шрам на ключице. Пожалуйста, Сэм, расскажи мне, что случилось на самом деле.
Он глубоко вздохнул.
– Хорошо, но это не поможет делу. Я не видел, что случилось с Лизой; не видел ничего важного. – Его голос был звонким и настороженным.
– Начни сначала, – предложила Фиби. – Когда ты пошел в лес?
– Сразу же после того, как Лиза вручила мне свой браслет и ушла. Я встал и пошел за ней. Разве я мог поступить иначе? Она заставила меня пообещать, что я не стану этого делать, но она сказала, что уходит навсегда. Она собиралась перейти в этот проклятый мир фей. – Он замолчал, глядя на Лизу в зеркало заднего вида, и закусил губу.
– Значит, ты пошел за ней, – сказала Фиби, поощряя его к продолжению рассказа. Сэм скрывал эту историю целых пятнадцать лет, но теперь, когда он начал говорить, она была готова приложить все силы, чтобы довести рассказ до конца.
– Я думал, что смогу остановить ее. – Его голос пресекся, и он покачал головой. – На самом деле, это было глупо. Мне казалось, будто я обладаю силой.
Фиби накрыла его руку ладонью.
– Тебе было десять лет, Сэм. Ты делал что мог. Что случилось, когда ты пришел в лес?
Он кивнул и продолжил не так уверенно:
– Я заметил ее у ручья. На ней была красная толстовка с капюшоном. – Он плотно сжал губы, как будто пытался удержать слова внутри.
– Она увидела тебя? – спросила Фиби.
– Да. Она бросилась бежать. Я гнался за ней пятнадцать минут, петляя по лесу и убегая все дальше от дома, от Рилаэнса. Было темно, хоть глаз выколи. Черным-черно. Никогда я так не боялся в лесу, как в ту ночь. Мне казалось… казалось, будто весь лес ополчился на меня, чтобы защитить Лизу. Я цеплялся за ветки, спотыкался о корни, поскальзывался и падал, набил кучу шишек и синяков. Когда я наконец поравнялся с Лизой, она повернулась и ударила меня. – Сэм стиснул зубы, по-прежнему глядя прямо перед собой, как будто видел эту сцену за ветровым стеклом. – Потом я увидел, что она держит нож.
– Что?
Сэм кивнул. Когда он продолжил, то слова потекли быстрее, почти сливаясь друг с другом.
– Я отпрянул, но недостаточно быстро. Она ткнула меня кончиком ножа, прямо над ключицей. – Он вздрогнул, как будто его тело запомнило шок от удара.
Сэм снял правую руку с рулевого колеса и запустил пальцы под воротник футболки, нащупывая шрам.
– Лиза ударила тебя ножом? Я не понимаю.
– Да, я тоже не понимал. – Он перевел дух, и Фиби увидела, как его лицо – и не только лицо, а все тело, – изменилось. Он больше не выглядел испуганным человеком с наглухо закрытыми защитными барьерами. Казалось, он был в ярости. Его лицо раскраснелось, а мышцы напряглись с такой силой, что, когда он обхватил рулевое колесо, Фиби испугалась, что оно вот-вот треснет. – Потом я увидел, что это вовсе не Лиза. Это была Эви.
Он выплюнул имя, словно кислоту, обжигавшую язык.
– Эви?
– Да. Но она была одета, как Лиза. Парик и все остальное.
– Но почему Эви ранила тебя?
– Она была вне себя от ярости. «Это всего лишь ты!» – сказала она. Она задыхалась, хрипела и едва могла говорить. С ее астмой такие пробежки по лесу вполне могли оказаться смертельными.
– Но почему она переоделась Лизой? И почему сначала убегала, а потом набросилась на тебя?
– Я спросил ее, какого черта она здесь делает, и она ответила: «Я спасаю Лизу». Она сказала, что я все испортил. «Если Лиза навсегда исчезнет, в этом будешь виноват ты, Сэмми!» – сказала она.
– Значит, ты не видел Тейло?
Сэм невесело рассмеялся.
– Нет. Тогда я даже не верил, что он существует. Проклятие, Би, я считал, что Эви и Лиза окончательно спятили. И не доверял Эви. Я решил, что Лиза уговорила ее переодеться, чтобы заставить меня гоняться за призраками.
– Но почему?
Сэм снова расслабился и сполз на сиденье, так что стал похож на маленького ребенка, выглядывающего из-за рулевого колеса. Он закусил немного дрожавшую нижнюю губу.
– Полагаю, я всегда понимал, что она действительно хочет уйти от нас. И Эви помогла ей. – Он протер глаза ладонью. – Мы были недостаточно интересны для нее, Би. Все мы, так или иначе, подвели ее. Мой отец – своим самоубийством, я – своим неверием, Эви – своим предательством, а мама и Хэйзел вели себя как сумасшедшие. Она выбрала другую жизнь.
Фиби помнила маленького мальчика в футболке с Суперменом, который с неизбывной тоской смотрел на нее из окна спальни на втором этаже дома. Сейчас она видела то же самое лицо, он вел машину, а его взгляд сфокусировался на какой-то безымянной точке вдали.
– Что произошло после того, как Эви ударила тебя ножом?
Сэм выпрямился и посмотрел на Лизу в зеркале заднего вида. Она сидела неподвижно и слушала.
– Эви побежала к подвальной яме, и я последовал за ней, но там никого не было. Ни Лизы, ни Короля фей, только мы с Эви. «Мы опоздали!» – крикнула Эви. Она плакала, кричала, снова и снова звала Лизу. «Лиза! Лиза! Лиза!» – Его голос поднимался и опускался. – Надо было разбудить всех соседей и обыскать лес, но мы этого не сделали. Во всяком случае, я не сделал. Я думал, что Эви притворяется и все еще пытается разыграть меня. Знаешь, что я сделал? Я вернулся домой, чтобы полечить свой дурацкий порез. Он даже не был глубоким. Я промыл ранку и наложил повязку. Потом я вернулся в свою комнату и ворочался там всю ночь. В глубине души я понимал, что она действительно ушла, а я оказался проклятым трусом.
Они довольно долго молчали. Фиби придумывала разные способы, чтобы утешить его, но все они казались пустыми и бесполезными.
– Остался еще один момент, который я не понимаю, – наконец сказала она. – Откуда Бекка узнала, что ты был в лесу той ночью?
– Я видел ее, когда выходил из леса. – Голос Сэма выровнялся и стал более сосредоточенным. – Они с Джеральдом как раз шли туда. Они увидели, что я ранен, но я не сказал им, что случилось.
– А где была Эви?
– Она осталась в лесу и продолжала искать Лизу. Я слышал, как незадолго до рассвета она прошмыгнула в дом.
– И ты больше никому не рассказывал, что там произошло? Своей матери или полицейским? Ты никому не сказал, что Эви ударила тебя ножом?
Сэм покачал головой.
– На следующее утро, когда стало совершенно ясно, что Лиза ушла, мы с Эви поговорили об этом. Она убедила меня, что от болтовни не будет ничего хорошего. Что это лишь возбудит подозрения, будто мы каким-то образом причастны к исчезновению Лизы и знаем больше, чем говорим.
Сэм посмотрел на Фиби и глубоко вздохнул.
– Знаю, это звучит безумно, но я до сих пор не могу толком объяснить, почему я пошел у нее на поводу. Ведь она только что пыталась заколоть меня! На каком-то уровне я понимал, что Эви говорит правду и, наверное, это я виноват в исчезновении Лизы. Я чувствовал себя виноватым и решил, что если признаюсь насчет своей ночной вылазки, то мне станет еще хуже.
– Господи, Сэм, ты же был всего лишь десятилетним мальчиком! Твоя сестра исчезла, твой отец умирал, а ты был напуган до полусмерти. Не удивительно, что ты согласился со всем, что она говорила.
Сэм не ответил. Судя по выражению его лица, вина осталась с ним. Он носил ее в себе целых пятнадцать лет и задавался вопросом, могла ли Лиза остаться с ними, если бы той ночью он поступил иначе. Фиби наклонилась и поцеловала его в щеку.
– Спасибо за то, что рассказал мне все, – сказала она.
– Мне уже давным-давно следовало это сделать. Просто, когда ты так долго хранишь секрет… он становится сильнее, понимаешь? Труднее рассказать об этом.
Фиби снова поцеловала его.
– Я тебя понимаю.
Они ехали по дороге между Бэрром и Монпелье и только что миновали «Макдоналдс», куда Фиби время от времени заезжала ради двойного чизбургера. У нее заурчало в животе. Открыв отделение для перчаток, она обнаружила немного соленых крекеров и стала благодарно жевать их.
– Что, если она говорила правду? – спросила Фиби с набитым ртом.
– А? – отозвался Сэм.
– Что, если Эви действительно пыталась спасти Лизу? Возможно, поэтому она показала книгу другим ребятам. Она хотела привлечь внимание, поскольку ожидала чего-то плохого и хотела предотвратить это.
– Мы станем лучшими друзьями навсегда, – запела Лиза.
Сэм пожал плечами.
– Не знаю, Би. А почему она переоделась Лизой в ту ночь?
Фиби немного подумала.
– Это была приманка, чтобы феи решили забрать ее вместо Лизы. Поэтому она имела при себе нож. Она решила, что Тейло догнал ее, приняв за Лизу.
Лиза хихикнула.
– Уинни-минни-мо, – пропела она.
– Эви! – позвала Фиби, но, войдя, она сразу поняла, что в доме никого нет.
Парадная дверь была широко распахнута, и на ней намалеван знак Тейло.
На полу в гостиной валялось ожерелье с ключом, которое носила Эви; цепочка была порвана. Фиби наклонилась и подняла его, вспоминая слова Эви: «Я думала, что ты не веришь в магию».
Фиби и не верила.
Она направилась к аквариумам. Орвилл и Уилбур спали. Ежик грыз кусочек еды. Питон смотрел на нее единственным молочным глазом.
– Что ты видел? – обратилась она к нему. – Куда ушла Эви?
У нее сильно стучало в висках; голова начинала раскалываться.
– Эви! – позвал Сэм.
Фиби нашла Сэма и Лизу на кухне. Там была грязная тарелка из-под каши и кофейная кружка в раковине – единственное доказательство того, что Эви вообще была здесь.
Сэм положил руку на плечо Фиби.
– Ее здесь нет, Би.
Вопрос заключался в том, ушла ли она сама или ее забрали? Фиби сжала в руке старый ключ. Она не думала, что Эви сама оставила эту вещь… если только она не хотела сделать вид, что ее похитили.
Фиби провела рукой по волосам. «Думай, – велела она себе. – Ты любишь головоломки, значит, сможешь решить и эту». Но крохи доступной информации казались бессмысленными. Кем был шестипалый мужчина? Что его связывало с Эви? И почему Эви познакомила с Тейло Бекку и особенно Джеральда, которого она ненавидела?
Фиби подумала о предупреждении Бекки и поежилась. «Вы не знаете, на что он способен».
Фиби задавалась вопросом, действительно ли они противостоят злобному оборотню, который крадет детей.
«Ну да, – мысленно сказала она. – А в следующий раз ты подумаешь, что он вылезает из люков под детскими кроватками».
– Лиза, – произнес Сэм на удивление мягким тоном. – Ты не знаешь, где сейчас Эви? Куда они ушли?
– Разве ты не понимаешь? – отозвалась Лиза. Она по-прежнему глупо улыбалась, но сейчас, по крайней мере, она обращалась к Сэму как к реальному человеку, а не к прихоти своего воображения. – Ты ничего не можешь поделать с этим. Я попыталась. Я думала, что если приду сюда, то буду в безопасности. Думала, что мы сможем спасти ребенка.
– Еще не поздно, – сказал Сэм.
– Мой ребенок и твой, они были обещаны. Наши первенцы, Сэмми. Разве ты не помнишь?
Лицо Сэма исказилось, глаза стали дикими от паники. И впервые с тех пор, как все началось, Фиби поняла, в чем дело.
– О боже, – тихо сказала она. – Ты веришь.
Сэм так медленно и неуверенно покачал головой, что невольно выдал себя.
– Вот почему ты не хотел иметь детей, правда? Ты не хотел, чтобы Тейло забрал твоего первенца, как он забрал первенца Лизы. Ты с самого начала верил, хотя и пытался убедить себя, что это невозможно.
Читать бесплатно другие книги:
