Молчание Андреев Леонид

– Но это невозможно. Как…

– Он не выбирает кого попало. Тебе это известно, правда? Ты ведь знаешь, кто ты такая.

– И кто я такая? – пробормотала Фиби.

– Разве ты всю свою жизнь не ощущала этого? Того, что ты отличаешься от других людей. Ты не вписываешься в общество, как бы ты ни старалась. Ты знаешь вещи, которые не должна знать. Ты видишь вещи, невидимые для других людей.

– Не понимаю, что это…

– Ты его дочь. Плоть и кровь Тейло. Наполовину человек, наполовину фея. Ты ходишь между мирами.

Фиби прислонилась к детской кроватке, держась за нее.

– Нет, – сказала она, качая головой. «Мой отец был просто бездомным парнем, с которым мама познакомилась в баре. Бродягой. Он продавал фрукты и табак». Она мысленно подобрала эти слова, но не могла произнести их. Воздух вдруг стал разреженным. Стены смыкались, создавая ощущение, будто она находится в тоннеле. И там, в самом конце, стоял Темный Человек, поджидавший ее.

– У всех нас есть свое предназначение, Фиби. И ведь ты понимаешь, – нет, ты знаешь, что ребенок, которого ты носишь в себе, принадлежит ему?

Фиби прервала связь и швырнула телефон через всю комнату, а в следующий момент мощная схватка прокатилась по ее телу и заставила упасть на колени.

– Дыши, детка! Дыши! У тебя отлично получается. Мы почти у цели. – Сэм стоял рядом с ней, раскрасневшийся от волнения. За его спиной работали врач и акушерка.

– Теперь поднатужьтесь, – сказали они.

Фиби слышала их через густую пелену боли и медикаментов; она сомневалась, что сохраняет контроль над своим телом. Но она попыталась поднатужиться.

– Хорошо, – сказали они.

– О боже! – воскликнул Сэм. – Показалась головка!

– Еще немного, милая, – попросила акушерка.

Когда пришло осознание, Сэм влюбился в идею отцовства. После того как он понял, что пообещал отдать своего первенца всего лишь двоюродному брату, а не какому-то ужасному сверхъестественному существу, предстоящее отцовство стало ему в радость. Он энергично принялся за дело, читая книги о раннем воспитании детей и покупая неотбеленные хлопковые подгузники и одноразовые трусики из экологически чистых материалов.

Он выкрасил детскую комнату специальной безвредной краской и украсил бордюры картинками Шалтая-Болтая, нанесенными по трафарету.

Фиби смотрела, как он трудится на стремянке, разрисовывая улыбающиеся маленькие яйца в коротких штанишках, сидящие на стене.

Но что, если Тейло существует на самом деле?

Что, если она действительно была избранной, если она появилась на свет лишь потому, что Тейло спланировал это и совратил ее мать, а потом всю жизнь наблюдал, чтобы в конце концов свести свою дочь с Сэмом?

Эта мысль не давала Фиби покоя. Она рассказала Сэму о звонке Эви, когда они ехали в больницу.

– Она сказала, что я дочь Тейло, – сообщила Фиби.

– Она совсем спятила, – сказал он и положил руку ей на живот. – Моя ненормальная мать и тетка годами изводили и мучили ее. Мне действительно жаль ее, но в конце концов она стала такой же безумной, как и они. Такое глупое беспокойство не пойдет на пользу ни тебе, ни ребенку, Фиби. Мы покончили с этими людьми. Давай сосредоточимся на нашей жизни и на ребенке, который скоро будет с нами.

– Отлично, мамочка, – сказал врач из-за голубой хирургической маски. – Еще одно хорошее усилие, и вы сможете познакомиться со своей крошкой.

Фиби закрыла глаза и сосредоточилась на нижней части своего тела, которую она на самом деле не чувствовала, но которая должна была остаться на месте. Слабое ощущение давления, а потом боль. Боль присутствовала всегда. Даже под воздействием обезболивающего она чувствовала, что младенец как будто разрывает ее пополам, словно перезрелый плод. Она поднатужилась изо всех оставшихся сил и издала низкий горловой крик.

– О боже! – дрожащим голосом произнес Сэм.

«Я родила что-то нечеловеческое, – подумала Фиби. – Миногу с рядами зубов».

Младенец запищал, и она открыла глаза.

– Это девочка, – объявил врач. – Чудесная маленькая девочка!

Фиби приподняла голову и увидела крошечное тельце, покрытое слизью и кровью, ручки, ножки и пучок влажных, слипшихся волос.

А в дверном проеме, за ее маленькой девочкой, врачом, акушеркой и Сэмом, возникла размытая фигура. Только силуэт, высокая темная тень, наблюдавшая за ними.

– Кто это? – спросила Фиби.

– Это наш ребенок. – Сэм взял ее за руку, потом наклонился и поцеловал. – Наша дочь.

– Нет, – сказала Фиби. – Там, в дверном проеме!

Сэм обернулся.

– Там никого нет, милая.

– Молодой отец желает перерезать пуповину? – поинтересовался врач, и Сэм пошел к другому концу кровати. Потом он вернулся, держа в руках их маленькую дочь, очищенную от последа и завернутую в мягкое фланелевое одеяло. Он наклонился и осторожно уложил ребенка Фиби на грудь.

– Думаю, она голодна, – сказал Сэм, дитя с зажмуренными глазами тыкалось в ее грудь. Сэм помог дочери найти сосок. Фиби погладила ее влажные волосы и вдохнула ее запах, а та сосала и глотала, решительно прилипнув к матери.

– Уилла, – сказала Фиби. – Определенно, это Уилла.

Она закрыла глаза и улыбнулась. Ее дочь здесь, здоровая и красивая. Десять пальчиков на руках и десять – на ногах.

– Я люблю тебя, – сказал Сэм. Затем он поцеловал волосы малышки. – И тебя тоже, маленькая Уилла, – добавил он.

Доктор и акушерка немного задержались, потом ушли. Вошла другая медсестра.

– Теперь вам надо отдохнуть, – сказала она.

Фиби снова закрыла глаза, прижимая ребенка к груди. Сэм стоял рядом с ней.

– Я заберу ее только на минутку, – сказала медсестра, разбудив Фиби. Ей снилась мама. Ее мать сидела на краю кровати, воркуя с Уиллой; одежда матери была вывернута наизнанку и насквозь промокла.

– Нам нужно проверить ее уровень билирубина, – объяснила медсестра. – Я вернусь через минуту-другую. – Она жизнерадостно улыбнулась Фиби; ее светлые волосы были уложены на затылке в идеальный узел.

– Сэм, – сказала Фиби и отпустила ребенка. От медсестры исходил слабый запах сигаретного дыма, замаскированный духами. – Где Сэм?

– Не могу сказать, дорогая. Вероятно, вышел подышать свежим воздухом или выпить чашку кофе.

Фиби кивнула.

– Уверена, он скоро вернется, – добавила медсестра и ободряюще похлопала ее по руке. Потом она взяла на руки ребенка. – Пойдем, маленькая горошинка. Скоро я принесу тебя к маме.

Фиби села и посмотрела им вслед, но увидела лишь коридор, освещенный флуоресцентными лампами. Она слышала приглушенные голоса. Где-то раздались три негромких гудка. По коридору прошел врач, потом человек в зеленом халате, толкавший медицинскую тележку.

Фиби протерла глаза, наклонилась к столу на колесиках рядом с кроватью и отпила глоток воды из стакана.

– Мамочка, – сказала она себе, улыбаясь и все еще не до конца веря в это. Но она стала матерью. И собиралась быть чертовски хорошей матерью, несмотря на свое воспитание. Нужно было лишь представить, что предприняла бы ее мать в той или иной ситуации, а потом сделать ровно наоборот.

– Думаешь, это так просто? – Ее мать снова была здесь, примостившись на краешке больничной кровати. Фиби моргнула один раз, потом другой.

Она ясно видела ярлычки и стежки на швах вывернутой одежды матери. Вода стекала с нее, просачиваясь сквозь тонкую простыню и собираясь в ногах кровати. От матери несло гнилью и сигаретным дымом.

Она улыбнулась Фиби, механически раздвинув в стороны голубовато-восковые губы.

– Ты не сможешь убежать от Темного Человека, любимая, – сказала она. – Только не после того, как он побывал внутри тебя. Только не после того, как у тебя появилось что-то, что он хочет получить.

Фиби потянулась к сигнальному звонку на перилах кровати, но не смогла найти его. Она лихорадочно заворочалась, и, когда после тщетных поисков она уже была готова закричать, вернулась молодая медсестра с ребенком, завернутым в одеяло. Фиби посмотрела на противоположный конец кровати. Там никого не было, и простыня осталась сухой.

– Все в порядке, – сказала медсестра. – С ней все отлично.

Фиби кивнула, протянула руки и привлекла к себе маленькую Уиллу.

Но что-то было не так.

Это был не ее ребенок.

Волосы и глаза стали темнее, кожа – более прозрачной. И запах был неправильным: этот ребенок был неприятно влажным, и от него пахло лесными поганками. Младенец заплакал, издавая пронзительные звуки.

– Это не она, – сказала Фиби.

– Прошу прощения?

– Это не мой ребенок.

– Разумеется, это ваш ребенок. – Идеальные светлые волосы немного съехали набок. Парик. Эта медсестра носила парик. И разве Фиби не узнает это лицо за улыбкой и густым макияжем?

– Бекка?

Медсестра отступила от кровати.

– Извините, что вы сказали?

– Что ты сделала с моим ребенком?

– Я позову доктора, – сказала медсестра и вышла, нет, практически выбежала из палаты. Ее левая брючина задралась так, что Фиби увидела ее ноги без носков. На ногах у медсестры были серебристые кроссовки с черной шнуровкой. А на ее лодыжке красовалась татуировка: Знак Тейло.

Фиби закричала.

– В чем дело, милая? – спросил Сэм, торопливо вошедший в палату в сопровождении двух медсестер.

– Это не Уилла. Медсестра забрала нашу девочку и подменила ее.

– Никто ее не забирал, – сказала одна из медсестер. – Она все время находилась вместе с вами. Посмотрите на ее браслет, здесь написано: «Ребенок Наззаро, женского пола». А лента у нее на лодыжке? Это электронный датчик, если кто-то попытается выйти из родильного отделения вместе с ней, сработает сигнал тревоги.

Сэм погладил руку Фиби.

– Это она, Би. Это Уилла. Наверное, тебе приснился дурной сон.

– Я не спала, – прошипела Фиби. – Где ты был?

– Спустился к стойке регистрации. Им понадобилась наша страховая карта.

Откуда они узнали? Должно быть, ждали и наблюдали.

– У девушки, которая забрала ее, были светлые волосы, но это парик. И серебристые кроссовки. Думаю, это была Бекка.

– Мизинчик? – Он нахмурился, и по его лицу промелькнула тень недоверия. – Я так не думаю, Би.

Медсестра покачала головой.

– Среди наших сотрудниц нет никого с такой внешностью, – заявила она.

– Она была здесь!

– Нужен вызов, чтобы попасть сюда, – сказала медсестра. – Здесь никого не было. Я находилась на сестринском посту и знаю, что никакого вызова не было.

Вторая медсестра вышла из палаты и вскоре вернулась вместе с врачом.

– Пожалуйста, – сказала Фиби, – вы должны выслушать меня. Наверное, она все еще в больнице. Вы можете остановить ее. Пожалуйста, Сэм! Найди ее, она унесла нашего ребенка!

Сэм покачал головой.

– Девочка у тебя, Би. Ты держишь ее на руках.

Фиби посмотрела на хнычущего бледного младенца и оттолкнула его.

– Это не мой ребенок!

Сэм взял девочку на руки и стал укачивать ее, отчего она закричала еще громче.

Врач вышел из комнаты и вернулся со шприцем в руке. Он впрыснул что-то в капельницу Фиби.

– Вам нужно отдохнуть, – сказал он.

Фиби слышала, как Сэм что-то озабоченно сказал о послеродовом психозе. Потом он заговорил об истории алкоголизма и психических расстройств в семье.

– Ее мать совершила самоубийство, – прошептал он.

– Нет, – простонала Фиби. – Послушайте… – Она старалась удержать глаза открытыми, но это было бесполезно.

Когда она снова закрыла глаза, то увидела на этот раз еще яснее.

Там, нависая в дверном проеме ее палаты, стоял Темный Человек. Силуэт, полностью сотканный из теней, он как будто вбирал в себя свет и поглощал его, как черная дыра. Можно было заблудиться внутри этой темноты. Это было нечто вечное и неизменное. И там, где должно было находиться его лицо, она уловила слабый намек на улыбку.

Благодарность автора

Я хотела бы поблагодарить:

– Моего литературного агента Дэна Лазара за все, что он делает для меня.

– Моего редактора Жанетту Перез и всю команду из Harper Books, которые помогли превратить эту книгу в то, что вы видите сейчас. Спасибо вам за поддержку и понимание в те дни, когда я приостановила работу во время болезни моей матери.

– Моего отца Дункана Макмахона, который рассказывает о моих книгах всем и каждому – от рабочих на нефтяных месторождениях до незнакомых людей в магазине Stop amp;Shop.

– Алисию Партридж за ее искреннюю поддержку и умные идеи.

– Кенни Клейна, который поделился со мной своими знаниями о феях и разрешил прочитать текст книги «Сквозь волшебное стекло» до того, как он был опубликован.

– И, как всегда, Андреа и Зеллу, которые продолжают верить в меня, несмотря ни на что.

Продолжить чтение

Страницы: «« « ... 1516171819202122