Узники старого дома Миронов Дмитрий

– Она ммм… собаку в больницу повезла, Алису.

– Что же с собакой?

– Её… клещ укусил.

– Кле-ещ! – встревожилась бабушка. – Так у нас опять клещи появились! А я вас не проверяю давно. Ну-ка раздевайся, я тебя осмотрю.

В другое бы время Варвара проявила недовольство, но сейчас вздохнула с облегчением, и, ухмыляясь про себя, принялась раздеваться. Сработало враньё! Ну не крутая она после этого?

Осмотрев внучку, и не найдя злобного клеща, бабушка сказала:

– Слава Богу! Включи-ка телевизор, мне самой рецепт пригодится. По какому, говоришь, каналу?

– Так они, бабуля, спутниковую тарелку поставили. У нас такого канала нет.

– Хм, жалко. Ну ничего, я потом у Светланы спрошу. Хочешь йогурт?

Хотела Варвара ответить, да, глянув в окно, обмерла: в сторону их подъезда деловито шествовала артемидина мама с Алисой на поводке. Она явно направлялась к ним в поисках сына. Варвара поняла: как никогда она близка к провалу. Даже знаменитый разведчик Штирлиц, сражавшийся против немецко-фашистских оккупантов, в подобной ситуации, наверное, растерялся бы. Штирлиц, может, и растерялся бы, но не Варвара. Та вытерла воображаемые сопли и хитро спросила:

– Бабуля, а ты сериал свой не проворонишь? Ты вчера вроде говорила, что его раньше будут показывать.

– Да? – озадачилась бабуля. – Что-то не припоминаю. Ну-ка, ну-ка, сейчас проверим.

Улучив момент, Варвара выскочила в подъезд и нос к носу столкнулась с артемидиной мамашей.

– Здрасте, тётя Света. Вы за Артёмом? Можно, он у нас пока посидит? Бабушка просила его рецепт записать. – И Варвара слово в слово, лишь с некоторыми изменениями пересказала историю про рецепт. Не ошиблась малявка. Тётя Света прониклась, и пошла обратно, наказав Варваре передать её сыну бежать домой, как только тот освободится.

Вполне довольная собой и жизнью, маленькая плутовка Варвара вернулась на площадку. Из её маленького ротика вылетали слова задорной песни: «А там ещё немного – и Прованс». Эх, забыла девочка, что всё тайное, как я вам напоминал, рано или поздно становится явным. Не скумекала подруга: рано или поздно спросит бабуля у тёти Светы и про рецепт, и про спутниковую тарелку. Тётя Света удивится, и обман непременно раскроется.

Хотя сделалось всё явным гораздо раньше, чем можно было ожидать: через десять минут, когда из леса вернулись Егор с Артемидой.

Глава 6, о том, что не надо обманывать бабушку

– Варя! – воскликнул Егор. – Где карточка, которую нам дал капитан Егорычев? Быстрее!

Перед отъездом капитан милиции действительно сказал им:

– Если узнаете или вспомните что важное, звоните по этому телефону, – и протянул белую тиснёную визитку.

На карточке они прочитали: «Капитан милиции Владимир Степанович Егорычев». Рядом стоял номер телефона. Сейчас карточка лежала в Варином кошельке вместе с рекламками, старыми чеками, наклейками и прочим хламом.

Они побежали домой.

– Как рецепт? Записали? – поинтересовалась бабушка.

– Какой рецепт? – удивился Егор, но махнул рукой. – Подожди, бабуля, мне некогда.

Выхватив у Варвары карточку, он взял свой телефон и выскочил на балкон – звонить.

До Варвары вскоре донеслось:

– Владимир Степанович, это Громов Егор. Ага, тот самый. Срочно приезжайте. Мы нашли её. Тропинку! По которой ушёл Сашка, когда пропал. Точно. Да-да, только что. Что? Хорошо. Мы вас подождём.

«Что делает, дурилка, что делает? – в ужасе думала Варвара. – Бабушка же обо всём догадается!» Бабушка действительно стояла рядом и по судорожным движениям, какими она вытирала о фартук руки, Варвара поняла: ничего хорошего в ближайшее время их не ожидает…

Капитан Егорычев прибыл быстро, и они вместе с Егором и Варварой побежали в лес. А там… Хотите услышать слова капитана Егорычева, какие тот сказал у синего камня, когда никакой тропинки вновь не оказалось? Увы, я не могу вам их передать: тогда мою книгу запретят. Давайте лучше я опишу лицо Егора, когда он вновь обнаружил вместо тропинки сплошную зелёную стену. Оно стало похожим на сдувшийся футбольный мячик с большими выкатившимися на лоб глазами. Варвара расхохоталась бы, если бы рядом грозной скалой не возвышался сердитый капитан Егорычев.

Отведя душу в суровой нотации и посулив в следующий раз оштрафовать родителей за ложный вызов, капитан Егорычев отбыл в город. А после отъезда рассерженного капитана их ожидала суровая разборка с бабушкой, не менее страшной в гневе, уверяю вас!

Да, весёленький у ребят выдался денёк. Их спас огород, родной уютный огород, позволивший загладить вину каторжным трудом. Они вкалывали, как рабы на плантации. Вы только оцените объём работ: Егор с Варей очистили от сорняков две грядки морковки и грядку свёклы. Полили капусту, огурцы, помидоры, перец и все цветы на бабушкиной клумбе. Отнесли траву курам в курятник и поменяли застоявшуюся зеленоватую воду в корыте. Наконец, помогли деду перенести в погреб десяток банок с солёными огурцами. К вечеру бабушка даже сжалилась немного и разрешила штрафникам выйти на площадку.

Варвара бросилась играть с подружками, а Егору не игралось. Он сидел в сторонке и мрачно размышлял над чертовщиной, творившейся в местном лесу. Хорошо сестре, та вовсе не парится. Была тропинка, не было – какая разница? Вон бегает, резвится, как ни в чём не бывало. Хотя чему удивляться – ей же всего шесть лет! Но ему-то десять, солидный возраст! Он-то знает: тропинки не могут исчезать! Не бывает такого в серьёзном взрослом мире, как сказала сегодня утром бабушка. И он вполне с ней согласен. Чертовщина случается только в сказках, которые рассказывают ночами, чтобы попугать маленьких детишек вроде Варвары. Но глазам своим он тоже верит. Глаза же сегодня в одиннадцать часов видели тропинку, а в двенадцать наблюдали непроходимые заросли на её месте. Это как? Никич не врал? И мозг Егора зависал, будто старенький бабушкин компьютер. Бедняга ещё и ещё раз вспоминал странное происшествие. Вот они с Артемидой стоят у метеорита, смотрят туда, где загадочная тропинка скрывается за деревьями. Артемиде вновь грезятся странные движения вдалеке. Да и Егору кажется, что ветви покачиваются в такт, будто манят их погрузиться в таинственную лесную глубину…

Или у них у всех съехала крыша, но это маловероятно, или… Или ЧТО? Вот вопрос из вопросов! А с ответом на этот вопрос как-то связано трагическое исчезновение друга. «Кто по тропинке уходит, пропадает навсегда. И тропинка исчезает, словно её и не было. Ищи-свищи» – прозвучали в голове слова Никича. Если Никич прав, выходит… Выходит, тропинка скоро вовсе исчезнет, и Сашка не вернётся?

Глава 7, в которой тучи сгущаются над вихрастой Сашкиной головой

Вдруг на скамеечку рядом с Егором кто-то уселся, тяжело, грузно. Скамейка отчаянно заскрипела. Егор поднял глаза – баба Надя, необъятных размеров бабуля, живущая в Жёлтом доме. Год от года ей всё тяжелее приходится носить свои килограммы. Но каждый день при любой погоде, медленно, переваливаясь с боку на бок, баба Надя тащится в свой развалюшный сарай – покормить прижившихся там бездомных собак и кошек.

– Здрасте, – сказал Егор, подымаясь.

– Посиди, Егор, – сказала баба Надя, – надо мне с тобой поговорить… Посиди маленько…

Егор озадачился и уселся обратно. Баба Надя перевела дух, и спросила, внимательно посмотрев на пацана:

– Говорят, Сашка Катков дом какой-то странный в лесу видел, прежде чем пропасть? С чего вы взяли?

Второй раз Егор сегодня сидел на скамеечке и второй к нему обращались с похожим вопросом. Егор пожал плечами:

– Сашка сам рассказал. И тропинку показывал, которая к дому ведёт.

Баба Надя вдруг покачала головой:

– Ай, плохо! Ай, плохо, касатик…. На вот, смотри.

Она достала из кармана старого потёртого халата выцветшую пожелтевшую фотографию и протянула Егору. С кусочка бумаги на него строго смотрел черноволосый мальчик, чем-то неуловимо похожий на бабу Надю.

– Кто это? – спросил Егор.

– Старший брат мой, Юрой звали. Юрка-следопыт. Очень походы всякие любил. В поездки ездил, на Кавказ, в Карелию – со школьной секцией. И по округе шатался где-то. Это вот – единственная память о нём. Снимок зимой сделали, пятьдесят шестого года. А летом в лесу пропал, сердешный. Так и не нашли ни следочка, сгинул будто. Почти шестьдесят лет с тех пор минуло…

Баба Надя задумалась о чём-то. Егор еле дождался, пока она снова заговорит:

– Да-а, давно это было. Мне тогда лет восемь исполнилось, ему – двенадцать… Я к чему тебе всё рассказываю-то? Юрка в последние денёчки странные вещи твердил. Мол, в лесу на дом какой-то набрёл, на старинный. Большой, мол, красивый, с колоннами. Ему не верил никто – отродясь в нашем лесу никаких домов не было. Я тоже смеялась, хоть мы ничего, дружно жили. Юрка осерчал, пообещал завтра принести что-нибудь из дома этого. Ушёл с утра и больше его не видел никто… Я помню, плакала, плакала всё. А Фира Петрунина, соседка наша, старая совсем тогда была, услышала мой рассказ и говорит: не вернётся Юрка ваш. В детстве, мол, поверье ходило: стоял когда-то в лесу барский дом, и вдруг исчез. Кто в этот дом попадает, тот не возвращается. У неё, говорит, когда-то дружок-сосед наткнулся на этот дом. Ушёл в лес, так до сих пор его и ищут… Как в воду глядела змея старая. Сгинул Юра, братик мой. Кроме меня, о нём теперь и не вспомнит никто.

До Егора не сразу дошёл страшный смысл её слов:

– Вы что же, думаете, и Сашка Катков не вернётся?

Баба Надя покачала головой:

– Ой, не вернётся, касатик, не вернётся. А вы не ходите в лес от греха. Нехорошее это место. Пропадёте, как братец мой родной. Не ходите.

– В милицию вы заявляли?

Баба Надя махнула рукой:

– Эх, милай, сколько я за ними ни бегала – куда там. Будут они девчонку несмышлёную слушать. Да и кто поверит? Тебе поверили?

– Так надо снова в милицию бежать. Вы про брата расскажете, тогда, может, и поверят, – волновался Егор.

– И что сделают? – Баба Надя развела пухлые массивные руки. – Весь лес и так уже обыскали. И что? Снова обыщут? Опять ничего не найдут. Тут, скажу я тебе, без нечистой силы не обошлось, прости Господи меня, грешную. А с нею один совет: подальше держаться надо. Не ходите больше в лес, не ходите, касатики. Я знаю, ты, Егор, мальчик серьёзный. Послушаешь бабку старую…

Баба Надя баржей поплыла в свой сарай, а Егор долго сидел и думал мрачные думы. Взгляд его то и дело возвращался к лесу, стена которого высилась вдалеке за огородами. Что за мрачная тайна кроется за приветливой зеленью? Неужели Сашка не вернётся? И они больше никогда не увидят его озорную жизнерадостную физиономию?

Глава 8, в которой говорится о пользе баловства и влиянии случайностей на нашу жизнь

Вы только подумайте, от каких случайностей порой зависит наша жизнь! Не стала бы Варвара в тот вечер баловаться пультом от телевизора, или нажала не на ту кнопку, или нажала минутой позже – и всё, историю можно заканчивать. Но всё сложилось именно так, как сложилось. Давайте обо всём по порядку.

Когда стемнело, детей разогнали по домам. Егор с Варварой поужинали, причём мрачный вид Егора вновь насторожил бабушку, и она поставила-таки ему градусник. А чтобы Егору не скучно было мерить температуру, она разрешила детям посидеть в большой комнате. Сама бабушка ушла на кухню – пить чай с дедушкой. Егор сделал вид, что читает книжку, а Варвара огляделась в поисках развлечений. Вот тогда-то в поле зрения молодой особы и попал валяющийся на диване пульт от большого новёхонького телевизора. И никого из взрослых, понятное дело, поблизости не было – вот ведь удача! Как тут удержаться?

Варвара никогда не упускала случая поразвлечься с пультом – особенно ей нравилось скакать по каналам – тогда звуки, доносящиеся из динамиков, складывались в потешную белиберду. А когда особенно везло и удавалось наткнуться на какие-то особые кнопки – изображение начинало то корёжиться, как в кривом зеркале, то вдруг светлеть или темнеть до полной черноты. Прикольно, одним словом.

Мелькали картинки на экране, Варвара хихикала вполголоса, в окна заглядывала тревожная ночь, а Егор сидел, уставившись в книжную страницу, и думал о Сашке. Выходило, Никич прав, и в лесу действительно живёт невесть какая чертовщина, жертвой которой и пал Сашка Катков. Можно ли его спасти, или бедняга пропадёт так же, как Юрка-следопыт и тот, другой мальчишка, живший совсем давно? Кто знает? Не должен ли он, как настоящий друг, набраться храбрости и отправиться на поиски пропавшего по странной тропинке, пока она не исчезла совсем? Хм… Егор представил себя идущим вглубь леса, по тропинке, которой нет. Ветви качаются по сторонам, манят куда-то, и там его ждёт нечто страшное, загадочное, таинственное, поглотившее не одного мальчика. Вот оно смутно маячит впереди, ближе, ближе…

Егору стало так страшно, что он помотал головой, пытаясь прогнать наваждение. Не-ет, в лес? После всего, что он узнал – никогда! Он просто не сможет этого сделать. Духу не хватит. Но как же быть? Как спасти Сашку? И посоветоваться не с кем. Никич с Максом укатили домой, в далёкий холодный Мурманск, дед их помер давно. Что же делать?

Ему ответил телевизор. Да-да, телевизор, красивым, выразительным голосом:

– Если вы один на один столкнулись с непонятным, загадочным, таинственным, угрожающим, если никто вам не верит, но вы верите своим глазам, и вам нужен совет опытного эксперта по паранормальным явлениям, звоните…

Голос пропал так же внезапно, как и появился, но Егор понял: Варвара перешла на другой канал. Наверное, ему помогло чудо: он выхватил пульт и чудом вернулся на нужный канал, чудом успел заметить телефон на экране, чудом нашёл один из карандашей, раскиданных по полу сестрой, и чудом догадался записать номер телефона на обоях – другой бумаги под рукою не было. Надпись эта, кстати, сохранилась на стене до сих пор. Уже больше года прошло, а бабушка её так и не заметила – ну, не чудо ли?

Егор даже успел запомнить название передачи и разглядеть его ведущего. Передача называлась «Физика и мистика», и шла она по каналу «Популярная наука». Не знаете такого? У вас есть спутниковая тарелка? Если есть, обязательно найдите этот канал, рекомендую, узнаете много интересного. На одних мультиках не поумнеете.

Ведущий тоже выглядел примечательно: высокий, статный, с гривой седых волос, аккуратной бородкой и пронзительными чёрными глазами. Так, наверное, и должен выглядеть специалист по паранормальным явлениям. И звали его примечательно: Карл Витольдович Шмидт, доктор каких-то наук и главный эксперт чего-то, Егор не успел прочитать, чего. Уж он-то разберётся, что к чему, и разгонит всю местную чертовщину. Впрочем, передача уже закончилась, и Егор принялся искать мобильник. Ему не терпелось поскорее поговорить со специалистом по этим самым паранормальным явлениям. Он не сомневался: случай привёл его по нужному адресу. Разве с ними произошло не самое настоящее паранормальное явление? Для тёмных, кто не знает, что такое паранормальное явление, объясняю: это необъяснимые и загадочные вещи, происходящие в обычной жизни, короче говоря, всякая чертовщина. Как в сказке. Только в сказке она так и называется – чертовщина. А в реальной жизни – паранормальные явления.

Увы, с появлением бабушки пришлось отложить все дела на завтра. И вскоре наших героев сморил сон. Егору снилось, как они вместе с Сашкой строят шалаш. Егор таскал ветки и радовался чему-то, сам не зная, чему, наверное, тому, что Сашка снова рядом. Варвара же во сне нашла пять рублей – большие по её меркам деньги, заныкала их куда-то, и тут же, во сне, забыла, куда. Вот и металась теперь по квартире в поисках. Бабушка, пришедшая ночью подоткнуть одеяла детям, лишь удивлялась, чего внучка беспокойно ворочается и кряхтит во сне. А под утро им обоим, и Егору и Варваре, приснилась таинственная тропинка – ведь самые тревожные сны снятся обычно к концу ночи. Только они ничего не запомнили…

Глава 9, в которой всё, собственно, и начинается

Едва проснувшись и проглотив на завтрак порцию геркулесовой каши, Егор бросился искать телефон. Нашёл, конечно. Но у него хватило ума не звонить сразу, чтобы не наводить бабушку на лишние подозрения. Пришлось ждать, когда предки отъедут в город за провизией. Только затих за окном плавный рокот дедушкиной машины, Егор подбежал к стене, где вчера записал номер, и дрожащим пальцем набрал заветные цифры.

– Алло, – сказал из трубки женский голос, очень звонкий и молодой, – экспертное агентство «Физика и мистика» слушает.

Егор разговорился не сразу, сначала больше мямлил и повторялся. Но, в конце концов, выложил слушательнице все ему известные факты. Та, как ни странно, слушала очень внимательно. Не послала, не сказала: не выдумывай или не морочь голову фигнёй, а даже задавала вопросы. Например, поинтересовалась, как выглядит тропинка, не кружится ли у них при виде неё голова, и как поблизости от этого места ведут себя животные? И сказала: «Ага-ага», когда Егор и впрямь вспомнил про странное поведение Рекса. В конце концов, собеседница попросила срочно прислать ей по электронной почте снимки тропинки, либо места, на котором она появляется. И напоследок наказала ни в коем случае на тропинку не заходить. Егор с готовностью записал её е-мейл, поблагодарил, и только когда в трубке послышались гудки, понял, какое дело ему предстоит.

Для того, чтобы снять тропинку на фотоаппарат, или хотя бы на телефон, ему придётся одному плестись в лес, подобраться к синему камню, быть может, вновь увидеть жуткую тропинку, примериться и снять её в нескольких ракурсах. При этом чувствуя спиной, как кто-то внимательно наблюдает за ним или подходит медленным, неслышным шагом. А ветви снова будут манить его куда-то в лесной тишине. Не-ет. Хотя чего нет? Идти по-любому придётся. Сашку надо спасать.

Да почему одному? Разве нельзя подыскать хорошую компанию? Артемиду, например. Не он ли, кстати, мается на площадке со скуки?

Неуклюжая фигурка и впрямь одиноко маячила в теньке возле покосившейся карусели. Егор спустился во двор и посвятил Артемиду в свои планы. Но вот незадача: стоило тому услышать о походе в лес, как тут же вспомнилось, блин, надо же срочно бежать домой – с матерью в город ехать – сандалеты покупать, а то старые порвались совсем.

Провожая взглядом прытко семенящего приятеля, Егор сплюнул и огляделся: кого бы позвать с собой? Вдалеке у гаражей мелькнули братья Кирилл и Руслан, но они малявки, да к тому же с дедом. Неужели придётся тащиться в лес в жутком тоскливом одиночестве? Хотя…

– Варя, – обратился Егор к Варваре, вышедшей во двор с чупа-чупсом во рту и довольством во взоре, – хочешь сто рублей?

Он-то знал, какой подход нужен к родной сестре. Глаза у Варвары сделались в два пятака, и она, конечно, выразила заинтересованность. Когда узнала, что ради этого придётся пойти в лес, блеск в глазах поубавился, но не совсем.

– Я дам тебе пиху ещё на неделю, – Егор усилил нажим. – На месяц. До конца лета!

Глаза Варвары вновь расширились до возможных пределов.

– До нового года! – выпалила она. – Со всеми дисками.

– Согласен. Но только, чур, не ныть и домой не проситься. Понятно? А то пиху не получишь.

– Деньги вперёд, – потребовала сестра. Да, девочка пойдёт далеко…

Вот как получилось, что Егор и Варвара вновь отправились в лес. Не сразу, правда. Приехали дедушка с бабушкой и началось: Егор, мальчик, помоги отнести сумки! Вы почитали сегодня? Отнесите с дедушкой банки в погреб. Варя, убери за собой карандаши. Чей это тапочек? Вы что, глухие: быстро на кухню, есть йогурт! И тому подобное… Выбраться им удалось лишь через пару часов.

Сияло солнце в чистом, словно выстиранная футболка, голубом небе. Ярко блестели стёклышки в теплицах, галдели от сараев суматошные куры, лаяли на деревне собаки. От большой дороги стлался низкий непрерывный гул проезжающего автотранспорта. В общем, до леса дошагали весело, ничуточки не боясь. Но когда ветви сомкнулись за спиной и тихие загадочные заросли обступили со всех сторон…

– Егор, пойдём домой, а? – ныла Варвара. – Мне страшно.

– Не ной, ты обещала! Пиху не дам! – возмущался Егор, озираясь по сторонам, но и его голос звучал несколько неуверенно. В ушах метались слова бабы Нади: «Тут без нечистой силы не обошлось… А с нею один совет: подальше держаться надо… Не ходите больше в лес, не ходите, касатики».

Нечистая сила мерещилась Егору за каждым кустом, за каждым поворотом дорожки, во всех зелёных тенях, заползших в лесные закоулки. Кругом висела внимательная давящая тишина, даже птицы, казалось, притихли и попрятались, чтобы не мешать нечистой силе делать свои тёмные дела.

Вот впереди маячит неподвижная туша метеорита. Она и впрямь походит на задремавшего кабана.

А возле… Ну, так и есть. Вот она! Тропинка. Та самая. Неизвестно откуда берущаяся и неизвестно куда пропадающая в лесной глуши. Егор почему-то не сомневался, что на сей раз тропка окажется на месте.

Они медленно подошли. Черноватая лента дорожки изящно огибала ореховый куст и бежала куда-то в лес. С виду – обычная лесная тропинка, но дети, забыв обо всём на свете, заворожено уставились, туда, где чёрная змейка скрывалась за рябью серых осиновых стволов. От благоговейной жути на макушке защекотало волоски. Туда на днях ушёл их друг Сашка и не вернулся обратно… Вот оно – неизвестное, жуткое, загадочное, связанное с нечистой силой – совсем рядом, стоит сделать несколько шагов и заглянуть за поворот.

Так они стояли и глазели на тропинку, а тропинка, казалось, всматривалась в них. Непринуждённо порхали лесные мотыльки. Висели в ветвях солнечные зайчики, летние и мягкие. Тишина окутала их словно одеялом. Лишь ветви над тропинкой едва-едва покачивались в такт – будто звали куда-то.

Где-то поблизости хрустнула ветка. Егор с Варварой вздрогнули и обернулись.

– Егор, идём домой! Здесь кто-то есть, – прошептала сестра.

– Да нет здесь никого, – ответил Егор тоже шёпотом, – в лесу всегда сухие ветки трещат.

И дрожащей рукой полез в карман за телефоном – про главное-то он совсем забыл! Он включил камеру, поднял телефон, увидел на экранчике тропинку…

– Сашка! – вдруг вскрикнула Варвара.

Егор и сам увидел на экранчике до боли знакомую фигурку в футболке апельсинового цвета. Какую в округе носил только гражданин Александр Катков. Сашка. Натурально – Сашка! Ни с какой другой его крепко сбитую фигурку перепутать нельзя. Егор опустил телефон и успел заметить, как Сашка развернулся, и, медленно оглянувшись на них, скрылся за деревьями.

– Сашка! Сашок! Эй! Стой, подожди! – загалдели Егор с Варварой, и, не сговариваясь, кинулись вслед за другом. А стоило бы, наверное, подумать: не странновато ли вела себя молчаливая Сашкина фигура?

В любой истории есть момент, с которого события выходят из-под контроля и начинают стремительно затягивать героев в свой водоворот. Можете не сомневаться: в нашей истории такой момент наступил. Читайте дальше.

Глава 10, в которой продолжается странная гонка вглубь леса

Итак, Егор с Варварой домчались до поворота, и тропинка вновь зазмеилась перед ними в плавную лесную даль. И – вот он, вот он! – Сашка мелькнул далеко впереди. Он вновь оглянулся на них, даже вроде помахал рукой, перед тем, как скрыться в смутном зелёном сумраке. Так повторялось несколько раз. Будь Егор чуть менее взволнован, он, вероятно, обратил бы внимание на следующую странность: Сашка брёл медленным шагом, они же бежали во всю прыть, тем не менее, Сашка нисколечко не приближался, а постоянно находился на пределе видимости.

– Сашка! Стой! Дурак, подожди, – кричали они, и думать забыв о том, что давно бегут по местам, которых в лесу и в помине не было. Лес, правда, вокруг не изменился, лишь стал несколько гуще.

Они бежали довольно долго, пока Варвара вдруг не закричала:

– Мостик!

И точно, перед ними изогнулся изящный каменный мостик – старинный, живописно поросший мхом, словно сошедший со сказочной картинки. Наверное, тот самый, о котором упоминал Сашка перед своим таинственным исчезновением. Под мостиком бурлил ручей, на картах неизвестно за какие заслуги именуемый рекой Мутенкой. На реку он, конечно, не тянул – ручей и есть. Но дело заключалось в том, что ручей-то существовал – и на карте, и в лесу, они сто раз через него переправлялись или пускали бумажные кораблики в его грязноватой воде. А каменного мостика через него никто отродясь не встречал.

Варвара и Егор опасливо замедлили шаги. Словно почувствовав их растерянность, появился Сашка и поманил за собой. Забыв об осторожности, ребята бросились вслед за другом. Протопав по булыжникам мостика, покрытым сухими листьями, ветками и прочим лесным мусором, они устремились вперёд. А дорожка вилась и вилась по лесу, уводя всё дальше и дальше в неизведанную лесную глушь. Мимо мелькали кусты орешника, бузины, жимолости, толстые стволы берёз, осин, дубов и тёмные купы сосен.

– Не могу больше, – выдохнул, наконец, Егор, и, схватившись за правый бок, остановился. Варвара стала рядом. Она тоже устала, но могла бежать и бежать. Явная способность у человека к лёгкой атлетике. Не девочка, а конь, что, впрочем, к делу не относится.

Они постояли некоторое время, переводя дыхание. Тут бы им самое время опомниться, развернуться и с такой же скоростью рвануть домой от греха подальше. Но, увы, поздно – Варвара показала пальцем далеко вперёд, туда, где между деревьями, обрамляющими тропинку, виднелся смутный просвет.

– Егор, смотри, что там?!

За деревьями что-то желтело. В одном месте, в другом, в третьем. Нечто громадное, высокое, широкое. Нависшее над тропинкой. Егор пригляделся и заметил в просвете тропинки, как ему показалось, кусочек белой рамы окна.

– Дом!

Да-да, вдалеке перед ними, похоже, высился тот самый дом, который видели перед исчезновением Сашка, Юрка-следопыт, и неизвестный пацан, пропавший давным-давно. Именно к дому вела несуществующая тропинка и оттуда, наверное, исходила нечистая сила, о какой предупреждала баба Надя.

Ничего удивительного нет в том, что Егор и Варвара не побежали домой, а заворожённо направились к концу тропинки. Их вела неутолимая сила, могущая на некоторое время победить даже страх – великая сила любопытства. Вы, например, в подобной ситуации смогли бы удержаться и не глянуть хоть одним глазком на страшный дом? Я лично не смог бы.

И вот две разлапистые ели расступились в стороны, тропинка влилась в широкую заросшую площадку, и таинственный дом предстал перед ними во всей красе.

Глава 11, в которой мы впервые увидим ДОМ

Он казался огромным. Всего два этажа, но таких высоких, что превосходили по высоте все три этажа бабушкиного дома. Два длинных ряда окон – больших, с двойными крестами толстых рам, придававших им строгое выражение. Посередине – высокая двустворчатая дверь на маленьком крылечке под треугольным козырьком. Оштукатуренные стены выкрашены тёмно-жёлтой краской, и словно на торте отделаны строгими белыми полуколоннами и белыми круглыми ямками. Если бы Егор с Варей поменьше играли в компьютер, смотрели бы не так много мультиков, а читали побольше книг, или заглядывали иногда на канал «Популярная наука», то, наверное, сказали бы, что дом построен в архитектурном стиле классицизм. Вы тоже не слыхали о таком? Объясняю.

Представьте: один из ваших приятелей вырядился в джинсы с карманами до пола, длинную зелёную футболку, полосатый жёлтый джемпер, а сверху напялил синюю толстовку с нарисованной обезьяной на спине, да на шею повязал спартаковский шарфик. В ухе – серёжка, во рту – пузырь от жвачки, волосы – дыбом. Ну как? Нравится? Другой же пришёл в парадной форме – строгий костюм, стрелочки на брюках, рубашечка, галстук. Всё чинно, благородно, ничего лишнего, из украшений – разве уголок платочка в нагрудном кармане пиджака. Да ещё ботинки блестят. Спина прямая, взгляд – открытый и спокойный. Уши мытые. Любо-дорого поглядеть. Так вот, второй – представитель классического стиля, только в одежде. Так же и у домов. Правда, у них строгим представительным костюмом считается тот, что носили дома и храмы в древней Греции. Если вы увидите красивый дом, неяркий – жёлтый, розовый или голубоватый, с чёткими линиями, с белыми колоннами, аккуратный, строгий и представительный, смахивающий на древнегреческие храмы, знайте: это дом в классическом стиле. Их строили лет двести назад. Таких домов много на старых улицах Москвы, ещё больше в Санкт-Петербурге. Да и в других русских городах частенько попадаются. Это – живая старина. Обратите на неё внимание, пока не поздно, пока она ещё окружает нас. Только не перепутайте с домами, на которых налеплено слишком много всякой фигни: завитков, цветочков, виноградных гроздьев, рожиц всяких. Это стили барокко или рококо, есть и такие. Впрочем, я отвлёкся, извините. Вернёмся е к Егору и Варваре, которые, затаив дыхание, уже минут пять пялятся на странный дом.

Кругом висела тишина. Звуки леса притихли и доносились словно издалека, из другой жизни. Ни листочка не колыхалось в буйных зарослях окружавших дом.

Увы, несмотря на всю представительность, здание выглядело старым и обветшалым. Стены, и особенно фундамент, поросли плющом и бархатистым мхом, штукатурка выцвела, местами обвалилась. Окна помутнели от пыли, заросли паутиной, а черепичная крыша почернела от непогоды. Площадка перед домом сплошь заросла лесом. Словно зелёное море, он подступил к одинокому острову здания. От всего запустения веяло тоской и тихой печалью.

А ещё они явственно чувствовали на себе взгляд. Внимательный пристальный взгляд. И шёл он со стороны дома. Возможно, кто-то притаился за большими тёмными окнами, в которых упорно мерещились чьи-то смутные тени, возможно – за чёрным чердачным окошечком, прикрытым покосившейся ребристой дверцей. Егор заметил, как колыхнулась шторка на крайнем окне. Или показалось? И в доме нет ни живой души, лишь пыль, паутина да ветхая мебель?

Ага, вот, кстати, и пугало, неподалёку от двери, как Сашка и говорил. Коричневый балахон, голова со страшным серым лицом: безумная улыбка, дико вытаращенные пустые глаза, маленькая детская шляпка. Жуть пробирает от одного взгляда.

Куда же, однако, подевался Сашка? Неужели забежал в дом? Или спрятался? Зачем же он тогда звал их за собой?

Глава 12, в которой наши герои попадают в западню. Вернее, уже попали

– Сашка-а, – тихонько позвала Варвара. Словно в ответ, с засохшего дерева, что напротив дома, закаркала большая чёрная ворона. Хрипло, гнусаво и протяжно. Мол, чего привёрлись? Противные звуки, казалось, долго висели в неподвижном воздухе.

Егор вдруг понял: сейчас, в этот самый момент, они находятся там, где ещё вчера он ни за какие деньги не согласился бы оказаться. Лишь со страху зарылся бы под одеяло. Егору остро захотелось очутиться дома, рядом с бабушкой. Варвара крепко схватилась за его руку:

– Егор, мне страшно, пошли домой!

Будто в подтверждение их страхов, в тишине раздался жалобный скрип, и медленно, приглашающе, отворилась створка входной двери. За ней зияла тень пустого дверного проёма. В смысле, никого в нём не было. Никогошеньки. Но кто-то ведь её открыл?

Дети похолодели от страха. Так и простояли несколько минут. Застыла листва в густых зарослях, застыли тени, застыло небо в пустых окнах, застыла ворона на ветке, кривилось жуткое пугало, не двигалась широко распахнутая дверь…

Вдруг в тишине им послышался Сашкин голос. Тихий, слабый, словно издалека. Примечательно, что ни Егор, ни Варвара не смогли прийти к единому мнению: кого именно позвал Сашка.

– Слышишь? Сашка меня зовёт, – прошептал Егор.

– Слышу, только он не тебя, а меня зовёт. Вот, опять, слышишь – Варя.

– Да нет же, он меня зовёт! – возмутился Егор. – Что я «Егора» от «Вари» не отличу? Да и на фига ему тебя звать? Он – мой друг.

– Нет меня, нет меня! – упрямо заладила Варвара, и привычно отступила на шаг, зная, чем обычно оканчиваются подобные разногласия. Вы спросите, на кой им понадобилось ссориться в таком страшном месте? Этого я не могу сказать. Наверное, они и сами не заметили, как начали, а остановиться уже не могли. Многолетняя привычка, ничего не попишешь. Зато наваждение спало, и они вышли из оцепенения.

Несколько следующих шагов по направлению к дому Егор с Варварой прошли, чтобы лучше расслышать Сашкин голос и доказать друг другу свою правоту. А потом сами собой прибавились ещё несколько шагов – так хотелось одним глазком заглянуть в дверной проём и узнать: что внутри.

Они увидели кусок пыльного пола, кривоногий диван, смутно маячивший у противоположной полосатой стены холла, квадратик картины над ним… Вдруг над самым ухом Егора раздался противный скрип.

Дети подскочили, посмотрели в ту сторону и обомлели: пугало медленно поворачивало голову по направлению к ним! Повернуло, уставилось на них пустыми глазами, и вдруг дикая улыбка на сером холщовом лице сделалась ещё шире. А руки-палки невесть каким образом изогнулись и потянулись за ними, хищно шевеля пальцами драных перчаток. Чертовщина, предсказанная бабой Надей, похоже, пошла в наступление.

– А-а-а-а! – совершенно справедливо заорали Егор с Варварой и отскочили с тропинки в траву, но и там что-то шуршало, словно змея. Скосив глаза, Егор заметил какую-то корягу, медленно ползущую им под ноги, тянущую длинные, червями извивающиеся корни. Ну как, страшно? Я ведь предупреждал, что книжка – детский ужастик.

В довершение всего, старая засохшая ветла со скрипом качнула белёсыми мёртвыми ветками, и огромными щупальцами простёрла их над тропинкой. Потревоженная ворона взвилась и заметалась, огласив воздух новой порцией возмущённого карканья.

В этот поистине драматический момент в дверях снова показался Сашка и махнул им рукой – мол, сюда, скорее! По сравнению с обступившей их чертовщиной, гостеприимно открытая дверь с Сашкой в придачу показалась им сущим спасением. Егор и Варвара, не чуя под собой ног, устремились к замшелым ступенькам и под хриплое злорадное карканье шмыгнули в дом. С пушечным звуком захлопнулась дверь, звук медленно угас где-то в глубине пустых помещений, осела пыль, и воцарилась гулкая, тревожная тишина. Они оказались в том самом, страшном ДОМЕ.

Часть вторая

Дом

Глава 13, в которой герои чихают и осматриваются

Переведя дух, и по паре разиков чихнув, Егор с Варварой посмотрели по сторонам. И оторопели: никакого Сашки рядом не оказалось. Растерянные, съёжившиеся от страха, дети стояли совершенно одни.

Их окружало просторное помещение с несколькими двустворчатыми дверями. Оно освещалось мутноватым светом, падающим из двух окон по бокам от входной двери. Надо полагать – прихожая, холл, величественный, но пребывающий в крайнем запустении. С большой витиеватой бронзовой люстры, с подсвечников, с картин, свисала гроздьями пыль. Пузатые диванчики вдоль стен в грязных пятнах плесени, полосатая обивка изъедена молью. Свечи – в оплывшем воске. На полу, мебели, подоконниках, на тяжёлых бархатистых оконных портьерах, лежал такой слой пыли, что невозможно разобрать их настоящий цвет. И пахло, понятное дело, пылью, плесенью, отсыревшей бумагой, и ещё чем-то, чем пахнет в давно нежилых позаброшенных домах.

По правой стене шла широкая мраморная лестница, уводящая куда-то на второй этаж. Напротив входа висела большая голова лося с изогнутой широкой мордой, бородкой и острыми ветвистыми рогами. Пыльный и затянутый паутиной лось печально смотрел на ребят тусклыми бусинками глаз.

Тишина казалась абсолютной, неживой, жуткой. Брат и сестра боялись пошевелиться.

Куда же, однако, подевался Сашка? Неужели опять спрятался?

– Сашка, – решилась, наконец, позвать Варвара. Не потому, что перестала бояться, скорее наоборот, от страха.

Страницы: «« 12

Читать бесплатно другие книги:

«…Юные супруги, с милым нетерпением ожидающие плода от брачного нежного союза вашего! Если вы хотите...
«О вы, некрасивые сыны человечества, безобразные творения шутливой натуры! вы, которые ни в чем не м...
«…Вернейшая, приятнейшая спутница жизни для сердца благородного чувствительного, от колыбели до моги...
«…Я намерен говорить о себе: вздумал и пишу – свою исповедь, не думая, приятна ли будет она для чита...
Начало работы над статьей определяется письмом Белинского к В.П. Боткину от 3–10 февраля 1840 года. ...
22 января 1841 г., дописывая письмо к В. П. Боткину, начатое еще 30 декабря, Белинский сообщал, что ...