Гнев Новороссии Савицкий Георгий
Константин Новиков невольно задирает голову. Напрягая глаза, следит за невероятным воздушным боем. С неба приходит приглушенный треск, прерываемый грохотом реактивных двигателей – словно рвется полотно. Мелькают, словно миниатюрные молнии, вспышки трассирующих снарядов. Под крыльями «Альбатросов» – подвесные пушечные контейнеры, ими можно не только бандеровцев «утюжить»! Три бомбардировщика размыкают строй, пытаются виражить, беспорядочно отстреливают тепловые «ловушки». Ну, а толку-то?!! Огненные плети 23-миллиметровых снарядов полосуют головной бомбардировщик, ломая трезубец вместе с высоким, хищно скошенным вертикальным оперением!
Бандеровский стервятник валится на крыло и входит в смертельный штопор, разваливаясь огненными лохмотьями.
– Ур-р-ра!!! – разносится над окопами защитников Красного Оскола рев сотен глоток.
Оставшиеся два бомбардировщика вываливают смертоносный бомбовый груз на свои же войска и «врубают» форсаж!
А легкие штурмовики ВВС Новороссии перестраиваются и обрушивают дымно-огненные стрелы ракет на головы бандеровским карателям. В жилах летчиков кипит небо славян!
Неуправляемые ракеты С-8С оснащены боеголовкой с двумя тысячами стреловидных поражающих элементов. На конечном участке полета стрелы выбрасываются вперед вышибным зарядом и превращают живую силу карателей в мертвую! А ракеты С-8Д и С-8ДМ имеют боевую часть объемно-детонирующего действия: жидкие компоненты взрывчатого вещества смешиваются, образуя аэрозольное облако. Взрыв объемно-детонирующей смеси по мощности примерно равен пяти-шести килограммам тротила.
Поток стальных игл превратил «бандерлогов» в фарш, который поджарил его яростным пламенем – «до готовности»!
С земли отвечают беспорядочным огнем, палят из зенитных пушек и крупнокалиберных пулеметов, лупят в белый свет, как в копейку, из автоматов.
К легким штурмовикам потянулись огненные нити очередей. Казалось, пули летят прямо в лицо. И становится просто жутко, хотя знаешь, что тебя защищают лобовое бронестекло и титановые плиты кабины. Хочется отвернуть, взять ручку на себя, уйти подальше от этого горного ада. Но летчики не дрогнули. Не отвернули.
– Я Шершень-1, на боевом, цель вижу! Работаю! – ладонь крепко держит ручку управления самолетом, палец ложится на гашетку.
– Еще заход! Атакую ракетами! – огненные блики реактивных факелов скользят по изогнутой пластине опущенного на лицо светофильтра.
Для легких «Элок» лишние секунды над полем боя – это смертельный риск. Но отчаянно-смелые «Донбасские соколы» презрели опасность, чтобы помочь своим братьям, стоящим насмерть там – на клубящейся от взрывов земле. К сожалению, ответный огонь карателей все же достиг цели – один из «Альбатросов» завалился на крыло, разматывая за собой черный шлейф дыма. Легкий штурмовик раскачивался в воздухе, было видно, что летчик изо всех сил сражается с управлением, пытаясь удержать крылатую машину в воздухе.
– Прыгай, скорее прыгай! – раздается над окопами многоголосый крик. Будто пилот может услышать сидящих в окопах с высоты небес.
Все же – услышал! Из кабины выбило дымный сноп сработавших пиропатронов. Катапультное кресло, хранящее пилота, вылетело из кабины смертельно раненного «Альбатроса». Вскоре над летчиком распустился оранжево-белый купол парашюта. Ветром его относило к мосту за селом.
– Дима, остаешься здесь принимать раненых. Я – на машину и за летчиком!
Медицинский джип «Тигр» рванул с места, разбрызгивая жидкую осеннюю грязь. К тому времени купол парашюта успел скрыться за деревьями, но Константин Новиков засек направление. Подъехав ближе, он увидел висящую на дереве фигуру, нелепо дрыгающую ногами на высоте примерно пары метров. Костя невольно рассмеялся, наблюдая эту картину.
Летчик тем временем справился с замками ремней, «выпал» из подвесной системы и рухнул в довольно густой подлесок. Тут же послышался сдавленный вскрик. Новиков бросился было к летчику, но в ответ раздались несколько выстрелов!
Военврач благоразумно бросился ничком на мокрую пожухлую траву.
– Не стреляй! Свои!
– Ага, как же! Так я и поверила!
– Поверила?! Ты что – женщина? – невольно приподнялся с земли Новиков.
– Нет, бесполый ангел, черт возьми!
– Ты что, ногу подвернула?
– Да, по-моему, подвернула, – нехотя ответила летчица.
– Успокойся и опусти пистолет. Тогда я смогу тебе помочь. Пойми, ты на своей территории. Там дальше – блокпосты солдат Новороссии, которые прикрывают мост через Оскол. Я, честно говоря, переживал, что тебя ветром отнесет на позиции «бандерлогов».
Константин Новиков встал в полный рост и отряхнул грязные пожухлые травинки, приставшие к ладоням.
Перед ним стояла невысокая худощавая девушка в летном комбинезоне и разгрузочном аварийном жилете. Массивный «Стечкин» она убрала в кобуру, а летный шлем держала зацепленным за ремешок на сгибе локтя. Из шлема выглядывала ребристая трубка кислородной маски.
Худощавое, вытянутое лицо, нос с небольшой горбинкой, тонкие, «аристократические», губы делали ее похожей на англичанку.
– Как тебя зовут?
– Анна Страйстер, летчик ВВС Новороссии.
– Фамилия какая-то не наша. Ты что, наемница?
– Какая я тебе наемница?! – разозлилась девушка. – Я сама родом из Енакиево, работала фотографом на металлургическом заводе, пока дура-начальница не уволила!
– А как в летчики попала?
– Занималась планеризмом в Енакиевском аэроклубе, двадцать часов самостоятельного налета. С десяток парашютных прыжков.
– Неслабо! – присвистнул Костя Новиков. – Ладно, расшнуровывай ботинок, покажи, что там у тебя с ногой…
Военврач быстро ощупал голень: перелома вроде не было, но нога распухла довольно сильно. Новиков «заморозил» голеностоп обезболивающим спреем и наложил фиксирующую повязку эластичным бинтом. Все равно рентген нужно сделать и гипс на всякий случай тоже наложить стоит.
– Ну, ты и валькирия: сбила украинский бомбардировщик в воздушном бою! Молодец!
– А что мне с ним было делать – глазки строить?! Так под светофильтром и не видно, – улыбнулась девушка. – А Валькирия – это действительно мой позывной…
* * *
Старший лейтенант Новиков отвез отважную летчицу Анну Страйстер в военно-полевой госпиталь, в который превратилась обычная сельская больница, и вернулся обратно на позицию.
Накал боя стал понемногу затихать – атака «Альбатросов» с Георгиевскими лентами на крыльях «охладила пыл» бандеровских карателей жидким огнем объемно-детонирующих взрывов и стальными противопехотными «стрелками». Да и бомбометание по своим с борта украинских «Сушек» оптимизма карателям не прибавило. Как бы то ни было, но появилась небольшая передышка.
Которая была нарушена «визитом вежливости» двух бородатых «абреков» из отряда Чечена. «Горячие южные парни» тащили под руки обладателя более северного темперамента. Голова последнего была замотана окровавленными бинтами.
– Кто таков?
– Наемника взяли. То ли немец, то ли чех… Контузило, потерял сознание…
– Очнулся – гипс! – улыбнулся Константин Новиков. – Ну-ка скажи: «Чьйорт побъеры!»
– Ja porucznik Wojska Polskiego! – зло сверкнул глазами из-под бинтов наемник с белым орлом на шевроне. – Stanisaw Biaecki.
– По-моему, он – офицер Войска Польского, – пожал плечами Константин Новиков. – По-русски понимаешь?
– Jzyku rosyjskim nie rozumiem![58]
– Не выделывайся, брат-славянин, все-то ты понимаешь! Только гонор польский мешает нормально общаться. А гонор, как известно, выбивается прикладом по ребрам! Какого хрена вы вообще здесь воюете?!
– Polacy walcz przeciwko rosyjskich najedcуw! – Поляки воюют против русских оккупантов! – на этот раз поручик соблаговолил перевести.
– Что-то ты путаешь, потомок «четырех танкистов и собаки»![59] – ведя своеобразную «политбеседу», старший лейтенант медицинской службы Вооруженных сил России обрабатывал рану головы польского наемника.
– Walczy o swoje. Na Kresach Wshodnia! – Воюем за свое. За Кресы Всходние!
Kresy Wschodnie – это польское название территорий нынешних Западной Украины, Белоруссии и Литвы, некогда входивших в состав Речи Посполитой. Так называемые «восточные окраины». Распространению термина способствовало представление об особой «цивилизаторской миссии» поляков на этих землях. Например, некто Дмитрий Галковский иногда высказывает эту мысль в весьма простой и незамысловатой форме: «Россия – следствие колонизации поляками диких восточноевропейских равнин».
– Jak wiat wiatem, nie bdzie Moskal Polakowi bratem! – Пока свет стоит, не будет москаль поляку братом! – «родил» еще одну «мудрость» польский поручик Станислав Бялецкий.
– А вот в 1410 году в битве при Грюнвальде и поляки, и русские, и литвины, и даже татары сражались плечом к плечу против немецких крестоносцев! – парировал Константин Новиков. Все же военная история тоже входила в курс обучения в Военно-медицинской академии Санкт-Петербурга.
Станислав Бялецкий скривился, но не от боли физической.
– Walcz dla tych polskich facetуw, ktуrzy zginli w samolocie transportowym na lotnisku ugasku! – Я сражаюсь за тех польских парней, которые погибли в транспортном самолете над аэропортом Луганска!
– Но там же были вроде бы как только украинские десантники!.. – удивился старший лейтенант Новиков.
– Kurwa ma! Ukraicy – faszywy pies! – Украинцы – лживые собаки! Там погибло еще и полсотни наших спецназовцев.
Старший лейтенант Новиков что-то слышал об этой версии уничтожения украинского тяжелого «транспортника». По данным ополчения Луганской Народной Республики, на месте падения самолета «Ил-76» украинских ВВС было найдено множество обгоревших документов на польском языке. Широкофюзеляжный транспортный самолет «Ил-76» был сбит ракетой 14 июня. Он упал недалеко от аэропорта Луганска. По официальным данным украинской прессы, погибло сорок десантников и девять членов экипажа.
К тому же, загибаем пальцы, экипаж «Ил-76» состоит из: командира воздушного судна, второго пилота, штурмана, бортрадиста и бортинженера. Всего – пятеро. А киевские власти твердят о девяти членах экипажа. Кем же были еще четверо?.. Дублирующий экипаж? А, простите, на хрена дублирующий экипаж при полете меньше чем на пятьсот километров при нормальной дальности «Ил-76» в более чем пять тысяч километров? Короче говоря, вопросов больше, чем ответов. И все – крайне неудобные для фашистской власти, оккупировавшей Киев…
Константин Новиков еще недоумевал, а на хрена было вообще гнать из Николаевской области тяжелый четырехмоторный «транспортник», жечь прорву дорогостоящего авиатоплива ради всего лишь сорока бойцов, пусть и неплохо подготовленных?! Теперь все становилось на свои места.
Наемники из Польши и Литвы перебрасывались под Луганск для боевых действий и карательных акций в отношении мирного населения[60].
Кроме того, еще раньше так называемое «временное правительство» Украины Арсения Яценюка утвердило проект соглашения о создании совместной военной польско-литовско-украинской бригады. Об этом сообщил прессе де-факто министр обороны Украины Михаил Коваль.
«Это решение для нас очень важное, поскольку подразделения двух стран, которые будут входить в состав бригады, – Польши и Литвы – это представители НАТО. Мы будем готовить наш компонент, чтобы знать стандарты НАТО – у них есть чему поучиться»», – цитирует слова Коваля пресс-служба ведомства. Согласно предоставленной информации, планируется, что соглашение будет подписано в течение ближайшего месяца. Также утверждается, что украинский компонент бригады будет находиться на базе Международного центра миротворчества и безопасности во Львовской области. Ранее де-факто министр обороны Украины Коваль сообщил, что многонациональная миротворческая бригада будет выполнять задачи, «когда будет необходимо беспечить покой граждан любого государства, в том числе и Украины».
Идея создания такой совместной бригады вошла в практическую стадию еще в 2007 году при президентстве Ющенко, а обсуждаться начала еще раньше. Предполагалось, что к концу 2013 года бригада должна была достичь готовности к выполнению задач по предназначению с общей численностью личного состава 4,5 тысячи военнослужащих[61].
* * *
От мыслей о политике и истории старшего лейтенанта отвлекли низкий рев, гул и грохот. И надвигался он не от Изюма, а с прямо противоположной стороны. Неужели – обошли?! Тогда все, конец…
Но в серой пелене дыма над полем боя смутно обрисовывался строй бронированных гусеничных гигантов. Мелкие капли влаги скользили по бронированным бокам, собирались в ручейки и стекали по надгусеничным полкам под массивные стальные траки.
Массивная стальная сколопендра, каждый «сегмент» тела которой был мощным «сухопутным броненосцем», миновала мост через реку и растеклась лавиной, выходя на позиции по западной окраине Красного Оскола. Именно на этом рубеже армия Новороссии продемонстрировала хищный, оранжево-черный, тигриный оскал «желто-блакитным» шакалам!
Головным в колонне бронированных монстров шел стальной богатырь под красным флагом! Его покатая приплюснутая башня была увенчана толстым стволом 122-миллиметрового орудия, и сейчас – одним из самых мощных в мире! Толстые 110-миллиметровые плиты лобовой брони сходились характерным «щучьим носом». «Иосиф Сталин-3» – непобедимый стальной богатырь Страны Советов. Возглавлял колонну бронетехники, неспешно продвигающуюся к мосту через Оскол. Именно этот танк-памятник в Константиновке умудрились завести и «угнать» с постамента местные умельцы! Они же отремонтировали чудовищное по своей разрушительной мощи 122-миллиметровое танковое орудие Д-25Т! Полностью восстановленный сталинский гигант стал «флагманом» бронетанковых войск Новороссии.
Вместе с ним воевали и еще два «Иосифа Сталина», мобилизованные из мемориала на Саур-Могиле, в Макеевке и Харцизске. Знаменитая «Тридцатьчетверка» из Луганска тоже рвалась в бой, так же, как и ее «сестры», снятые с постаментов в других городах Донецкой и Луганской областей.
А вслед за «стальными ветеранами» разбивали дорогу стальными траками гусениц более современные машины – Т-64Б и модернизированные Т-55М. Все они, даже могучие «Исы» были увешаны противокумулятивными экранами и «кубиками» активной брони. На башнях установлены не просто крупнокалиберные пулеметы, а дистанционные огневые установки! Они позволяли стрелять, не высовываясь из командирского люка.
Вслед за танками в составе механизированной колонны шли бронетранспортеры и боевые машины пехоты. И их тоже хватило бы минимум на целый полк.
Ошарашенного Константина Новикова дернул за руку предусмотрительный фельдшер.
– Товарищ старший лейтенант, пригнитесь! Война ведь еще не кончилась. А снайпера – не дремлют…
Тяжелый танк «Иосиф Сталин-3» с надписью на башне «Макеевский Школьник»[62] остановился возле холма рядом с полевым медицинским пунктом. Откинулась тяжелая крышка командирского люка, показалась чумазая голова танкиста в сбитом на затылок шлеме.
– Мужики, вы откуда такие красивые и на танках?!
– Из Луганска, Артемовска и Донецка! Первый бронетанковый полк Новороссии. Курить есть?
– Так некурящие… А я уж думал, что нас из Харькова пришли давить «бандерлоги»!
– В Харькове – восстание! Восстановлена ранее провозглашенная Народная республика. Как узнали, что вы тут под Изюмом начудили, так и полыхнуло. Сейчас на заводе Малышева целая танковая дивизия формируется. Прикинь, земеля! Так что свою задачу вы выполнили и капкан «бандерлогам» захлопнули! Теперь уже здесь регулярные части окопаются.
Глава 14. Воздаяние
Остромордый запыленный бронетранспортер въехал в небольшой уютный дворик. Рев двигателя, порядком изношенного дорогами, метался меж двухэтажных «сталинских» домов. На броне восседали бойцы в полном вооружении. На элементах обмундирования и экипировки у них ярко выделялись оранжево-черные Георгиевские ленточки.
Развешивающая выстиранное белье женщина обернулась испуганно. Мокрая простыня тяжело плюхнулась в пластиковый таз.
Забивающие «козла» под пивко мужики отложили домино, вытянули головы.
Молодая мама подхватила на руки кроху в ярко-синем комбинезончике и усадила малыша в коляску.
По всем домам захлопали закрываемые окна, как будто они могли от чего-то защитить обывателей – «пересічних українців».
Небольшой городок неподалеку от Павлограда был в стороне от большой политики и тех событий, которые терзали последнее время Украину. Жили себе обычной жизнью, никого не трогали и думали, что и их не тронут. Когда прогремел Евромайдан-2014, на митинге единогласно признали новую киевскую «недовласть». Площадь Ленина переименовали, тоже единогласно, в «Майдан имени Небесной сотни», а саму статую вождя мирового пролетариата сняли и спрятали, от греха подальше… Горожане вывесили везде, где только можно, сине-желтые флаги и продолжили заниматься обыденными делами.
Но все же приметы нового времени врывались в размеренную жизнь обычных украинцев, которые говорили на суржике – смеси украинских и русских слов с явным преобладанием последних. Более двадцати лет, а до того – еще лет сорок, власть убеждала, что от них ничего не зависит. Сначала партократы, а потом уж и «незалежные» олигархи набивали себе карманы.
А простые люди – обыватели, коих большинство, предпочитали ругать и старую, и новую власть, но ничего не делать. Выходило, что и прошлый президент Украины плохой. И нынешний – тоже. И бандеровцы плохие, и «донецкие» с «луганскими» тоже плохие – «потому как житья не дают». Вот такой сумбур творится в головах украинских обывателей. По большому счету, «пересічні українці» отстаивали не саму независимость и «неделимость» де-факто разделенной войной Украины, а возможность жить по-старому. Так же, как до того отстаивали Советский Союз в девяностые годы. Во всем виновата инерция масс, помноженная на страх и нежелание видеть перспективу. Когда украинские власти кричат о том, что «Совдепия» семьдесят пять лет промывала мозги», то стоит сказать, что современная украинская власть гораздо эффективнее сделала из здравомыслящих людей политических и идеологических зомби всего-то за два десятилетия!
С бронетранспортера пружинисто спрыгнул солдат с оранжево-черной нашивкой на рукаве камуфлированной формы, привычно держа черный автомат Калашникова за цевье.
– Напиться ребятам с дороги не дадите, мамаша?
– Да-да, конечно… – растерянно произнесла женщина. – А дальше поедете или здесь останетесь?
– Конечно, дальше. Вперед – на запад!
Еще зимой и весной 2014 года бандеровские фашисты, захватившие власть в Киеве, объявили «мобилизацию для защиты Украины от российской агрессии». Им было наплевать, что «русская угроза», как всегда, оказалась мифом, горячечным бредом радикальных украинских националистов, пораженных «майданом головного мозга». Казалось, что вот сейчас – бронированные колонны украинских войск сомнут жалкую кучку «колорадов»-сепаратистов. И «желто-блакитная» Украинская держава заживет счастливо, славя своих «героев» – Степана Бандеру, Романа Шухевича, Александра Музычко. Сейчас мы надерем задницу этим «клятым москалям»!
Да не тут-то было!
«Триста Стрелковцев», казак Бабай, командующий донецким ополчением Чапай и многие другие встали на защиту Донецка и Луганска. И вот когда на Западную Украину пошли сплошным потоком деревянные ящики с «грузом 200» – тоді і схаменулись![63]
Что, ублюдки фашистские, не вышел у вас «бандеровский блицкриг»?!!
И сразу же с того берега Днепра раздались робкие просьбы о перемирии и мирных переговорах.
И те, кто приветствовал украинских нацистов из «Нацгвардии» и карательные батальоны «Правого сектора» как «освободителей», теперь стыдливо и со страхом прятали глаза. А ведь действительно: еще их родители воевали с гитлеровцами в Великой Отечественной войне, а сейчас они – «граждане независимой Украины» голосовали за президента-фашиста.
Но теперь войска Новороссии перешли в решительное наступление! До окончательной победы над бандеровскими фашистами и наемниками-карателями было еще далеко, но явный перелом уже наступил.
Вслед за бронетранспортерами на улицах тихого и неприметного украинского городка появились и танки, а в хвосте колонны ехали угловатые высокозащищенные грузовики и боевые джипы с красными крестами на бортах. Это были машины 4077-го отдельного медбатальона.
* * *
Именно там, западнее, лежал небольшой город Павлоград. Во времена Советского Союза здесь, на оборонных заводах, производились совершенно секретные комплектующие межконтинентальных баллистических ракет. И еще – гептил, ракетное топливо. Все это было необходимо днепропетровскому заводу «Южмаш» – одному из «ракетных монстров», который и делал СССР сверхдержавой.
Но «незалежной» Украине ракеты были не нужны, как не нужен был космос и другие масштабные, долгосрочные проекты. Так, Леонида Каденюка «америкосы» на своем «Шаттле» покатали один раз, и хватит…
В Новейшей истории в Павлограде работали только шахты, да едва теплилась жизнь пары заводов, ну и базар – куда ж без него, в эпоху «рыночной экономики»!
Продажные киевские власти неоднократно заявляли, что Донбасс, дескать, «депрессивный регион». Так эти же киевские и днепропетровские олигархи его таким и сделали! Когда обанкротили и разрушили заводы, чтобы скупить за бесценок то, что осталось. В девяностых годах, откуда «родом» все украинские олигархи, был устроен тотальный грабеж промышленности вместо ее модернизации. И новая, теперь уже открытая война направлена на то же самое – силовой передел оставшихся на промышленном Юго-Востоке Украины производственных активов. Почему, например, карательный батальон «Азов» так усиленно «зачищал» Мариуполь 13 июня 2014 года? За «независимую Украину»? Как бы не так! – морской порт и грузовой терминал им были нужны. Вернее не им, а олигархам, которые стоят за нацистским сбродом!
При этом в России тоже не все гладко и хорошо. Но там, например, на предприятии «Курганмашзавод» миллиардера Олега Дерипаски конструируются и строятся бронетранспортеры и БМП, новейшие бронеавтомобили «Тигр». Так что магнат богатеет, наращивая военную мощь России. А на Украине «недоолигархи» рвут в клочья собственную же страну, проливая реки крови своего же народа.
* * *
Старший лейтенант Новиков проводил взглядом микроавтобус с громкоговорителями на крыше. «Матюгальник» поехал объявлять бандеровскому гарнизону Павлограда ультиматум.
В капонирах под маскировочными сетями стояли развернутые для приема раненых операционные модули на базе высокозащищенных грузовиков «Тайфун-У». Дальше расположились большие армейские палатки с красными крестами. Но пока что военврачи с красными крестами на бронежилетах маялись бездельем.
К Новикову подошел капитан Асмолов.
– Как ты думаешь, Костя, за сколько наши Павлоград возьмут?
– Недели за две-три?.. – пожал плечами молодой хирург.
– А я думаю, дней за десять.
– Поживем – увидим. О, смотри, артиллерия подтягивается!
Мимо полевого госпиталя шла колонна 122-миллиметровых самоходок «Хоста». Вслед за ними тягачи тащили несколько 152-миллиметровых гаубиц. За боевой техникой следовали «КамАЗы» и «Уралы», груженные доверху снарядами.
Операция по освобождению Павлограда от бандеровцев проводилась классически.
Моментальный фланговый охват и окружение прошли за одну ночь. Когда наступило утро, то все украинские блокпосты оказались на прицеле снайперов ДНР. Причем, кроме надежных «драгуновок», у солдат Новороссии было оружие помощнее и поточнее…
Далее последовало предоставление «гуманитарных коридоров» для эвакуации мирных жителей и тех, кто не хотел воевать. Этот этап уже проводился совместно с русскими военврачами и медработниками Первого добровольческого медицинского отряда.
Старший лейтенант Новиков выехал на блокпост и проверял вместе с солдатами Новороссии всех, кто выходил через эти «гуманитарные коридоры». Местных жителей, а тем более детей было совсем немного.
На эвакуацию отвели семьдесят два часа, из которых поспать старшему лейтенанту Новикову удалось не более четырех. В очередной раз его разбудил один из солдат взвода охраны, приданного 4077-му медицинскому батальону.
– Товарищ старший лейтенант! Просыпайтесь скорее, вас вызывает подполковник Авраимов.
– Иду уже, иду!..
Костя поднялся, зажег электрический фонарь над койкой и стал собираться. Угли в буржуйке, обогревающей палатку, где обитали трое хирургов, еле тлели. А было уже холодно – середина октября как-никак…
Подполковник Авраимов сидел в штабном блиндаже. Вместе с ним Костя увидел еще одного военного – старый знакомый Чапай сидел рядом и отхлебывал кофе из чашки. На столе стоял термос, разложены галеты, печенье, разломанная плитка шоколада.
– Здравия желаю!
– Заходи, Костя. С этим офицером ты уже знаком?
– Так точно.
– Поступаешь в его распоряжение вместе со своими «головорезами».
– Стрелками-санитарами, товарищ подполковник.
– Я ж и говорю, «головорезами», – рассмеялся подполковник Авраимов.
– Здравия желаю, – протянул руку через стол Чапай. – Приятно снова увидеться.
На высоком лбу заместителя командующего войсками Новороссии розовой полосой выделялся шрам, идущий к затылку. Чапай за это время изменился мало, только пролегли резкие морщинки вокруг рта и на переносице. На тщательно выбритом лице выделялись только седые усы, давшие звучное прозвище.
– Как обстановка? – обратился к нему подполковник Авраимов.
– Нормально. Павлоград взяли в «клещи» и отрезали «бандерлогам» все пути отхода. Наши заняли дальние блокпосты вокруг города. Некоторые укрепления были попросту брошены. Техника и оружие попросту брошены! Танки стоят без экипажей! Минометы и пушки – брошены расчетами. Но это нам только на руку. Павлоград мы возьмем.
* * *
Наблюдательный пункт Чапая находился на изгибе дороги, дальше шло шоссе прямо на Павлоград. Километров через шесть начинались уже блокпосты бандеровцев. Командующий войсками оторвался от стереотрубы и взял трубку полевого телефона.
– На коммутаторе! Дайте мне командира артдивизиона. Молот, прием! Чапай говорит. Вжарь по окраинам Павлограда. Там наша разведка засекла какое-то шевеление… Ага, понял тебя, жду.
Старший лейтенант Новиков находился здесь же, на командном пункте, и откровенно маялся бездельем.
Война – занятие скучное, тяжелое и монотонное.
- Задолбали вихри яростных атак,
- Нет бы армию по хатам развернуть…[64]
Оборону Павлограда давили планомерно, канониры Армии Новороссии не торопились и подходили к работе основательно. Благодаря корректировке с борта «беспилотников» и разведчикам спецназа Новороссии в самом городе минометные мины и снаряды ложились исключительно точно и кучно.
Ба-а-бах!!! – это командир самоходного артдивизиона старался оправдать свой позывной Молот.
Самоходные 122-миллиметровые гаубицы «Хоста» стояли километрах в семи от переднего края и методично долбили очаги сопротивления «бандерлогов», засевших в городе. Происходило это примерно так: разведка засекала активность на блокпостах и огневых точках. По ним пуляли сначала лазерно-управляемым снарядом «Китолов-2М». Разведчики с переднего края подсвечивали цель лазером, отраженный «зайчик» которого и ловила полуактивная головка самонаведения «подарочка» весом под тридцать кило.
«Снайперский выстрел» обычно делала самоходка командира батареи, оснащенная автоматизированной системой управления наведением и огнем. Боевая электроника позволяет выполнять самоходке самые сложные боевые задачи: стрельбу без подготовки с закрытых, полузакрытых и открытых позиций прямой или полупрямой наводкой, уничтожение целей на обратных скатах высот, корректировку огня по разрывам собственных снарядов.
Уточнив наведение по разрывам снарядов «вожака», в дело включалась вся «стая»! Теперь уже обычные осколочно-фугасные снаряды сыпались огненным дождем возмездия с небес! Позиции «бандерлогов» заволокло дымом. Полуавтоматическая нарезная пушка-гаубица-миномет «2А80-1» позволяла бить с темпом десять выстрелов в минуту!
Не отставали от самоходок «Хоста» и десантные 120-миллиметровые «Ноны-С». Изредка бабахали 152-миллиметровые буксируемые гаубицы.
Штабеля снарядов, выложенные на грунт, быстро таяли. Отстрелявшись, самоходки ушли на запасные позиции. Предосторожность нелишняя, поскольку у бандеровских карателей еще оставались в городе артиллерийские орудия и минометы.
Правда, реактивные «Грады» войска Новороссии применять не стали. Хотя Чапай и настаивал на их использовании. «Пусть, сволочи, почувствуют, каково было в Славянске!» – заявил горячий командир.
Но все же прислушались к голосу разума и совести: сносить подчистую Павлоград, как это бандеровские каратели сделали со Славянском, не стоило.
Артиллеристы Новороссии били «редко, но метко», взламывая оборону города.
Чапай долго стоял над расстеленной на столе топографической картой окрестностей и самим городом. Рядом были старшие командиры, и многие из них – офицеры еще старой, советской закалки.
– Товарищ командующий, но ведь украинская армия будет контратаковать. Попытается деблокировать Павлоградский гарнизон…
– Чем они будут деблокировать?! После танковых боев под Карловкой у них почти не осталось техники, – ответил Чапай, поглаживая седые усы. – К тому же у них нет той стойкости, с которой «Стрелковцы» защищали Славянск. Значит, так… А моральная стойкость очень важна. Так или нет?..
Чапай был прав. О противодействии украинской армии или же Нацгвардии, попытках деблокировать окруженный город и речи не было! Это в Славянске патриоты Донбасса и «антифашистский интернационал» из России, Сербии, Южной Осетии, Франции, других стран сдерживали натиск превосходящих и численно, и поначалу технически бандеровских оккупационных войск.
А здесь, в Павлограде, фашистская киевская «недовласть» обратилась к тактике своих «фаворитов» гитлеровских войск и Ваффен-СС. Именно они в Великой Отечественной войне применили концепцию «Der Festung» – укрепленного города-крепости. Павлоград был основательно укреплен: на окраинах – усиленные блокпосты, улицы перегораживали баррикады и завалы, на перекрестках – врытые в землю бронетранспортеры и танки. Здания превращены в долговременные огневые точки. Подходы – заминированы. В подвалах – горы боеприпасов и оружия, в частности – противотанковых гранатометов и кумулятивных выстрелов к ним.
Единственное, чего не было у немногочисленного гарнизона, – крепости духа, стойкости и смелости. Вместо этого – глухое беспросветное отчаяние, бутылка и шприц. Учитывая контингент так называемой «нацгвардии» – самое то!
И дело тут даже не в дискредитации вновь воссозданной силовой структуры Украины. Поначалу да, это были достойные уважения, идейные противники. Многие шли действительно по убеждениям – защищать независимую Украину от «донецких террористов» и «агрессии Путина». Но бои под Славянском расставили все точки над «i», проявив искреннюю смелость и готовность к самопожертвованию одних и трусость с подлостью – других.
«Идейных» нацгвардейцев становилось все меньше, и главная причина – «отравление свинцом». Многие разочаровывались уже в ходе боевых действий от беспросветного предательства киевского командования, тупости генералов, отсутствия нормального снабжения и элементарного здравого смысла. И тогда разочаровавшиеся «нацгвардейцы» начинали воевать со своими же, но «более идейными» соратниками. А это, в свою очередь, сплоченности в «дружных рядах» оккупантов не прибавляло. Все чаще даже самые мотивированные стали задумываться: а не опустить ли оружие перед лицом тех, кто уже открыто называл их карателями? Участились и случаи дезертирства.
Так дела обстояли в самых «мотивированных» подразделениях сил, задействованных в антитеррористической операции. Что же тогда говорить о простых солдатах? Они тем более не горели желанием лезть под пули настоящих защитников своей донбасской земли, закаленных в горниле Славянска.
К тому же – чем воевать?!
Из двух десятков вертолетов «Ми-24» и «Ми-8» на сегодняшний день оставалось всего лишь шесть винтокрылых машин. Шесть штук на всю Украину! И столько же сверхзвуковых бомбардировщиков «Су-24М». Еще – звено разведчиков «Су-24МР». Самой мощной силой была целая штурмовая эскадрилья 299-й бригады тактической авиации из поселка Кульбакино Николаевской области. Но, ни один из украинских генералов Воздушных сил не имел опыта боевого управления сразу даже двенадцатью штурмовиками! Так что на задания они вылетали парами и поодиночке. Реже – звеньями по четыре машины. Возвращались, естественно, не все.
К тому же, подходил к концу запас бомб и реактивных снарядов из разворованных за два десятилетия складов. На аэродроме Кульбакино пока еще оставшиеся целыми украинские штурмовики срочно переоборудовали для использования бомб стандарта НАТО. Такая вот «гуманитарная помощь» лживого Евросоюза!
Недавно пара штурмовиков с трезубцами на хищных «акульих» хвостах попыталась было нанести ракетно-бомбовый удар по позициям армии Новороссии. И напоролась на стену огня зенитных скорострельных пушек и дымный частокол ракет ПЗРК «Игла» и «Верба»!
Оба бандеровских стервятника были моментально сбиты, пилоты даже катапультироваться не успели. Может быть, для них это и к лучшему, ведь на земле их не ждало ничего хорошего. Не «донецкие» расстреляют за удары по Славянску, так «правосеки» к стенке поставят за мнимую измену Украины! Только за то, что посмели домой живыми вернуться.
С бронетехникой после Харьковского восстания бандеровская власть лишилась крупнейшего танкового завода и ремонтной базы для своей техники. Теперь возвращать в строй бронетранспортеры, танки и БМП со складов хранения или после боевых повреждений было гораздо сложнее. Это к тому, что и так более половины старой украинской бронетехники было неспособно завестись самостоятельно!
Так что, получается: у русских военных высокоточное оружие действует по принципу «выстрелил и забыл», а вот у украинских – «забыл выстрелить»!
Врачи на передовой откровенно бездельничали. Под утро вернулись разведчики, приволокли «языка». Двоих спецназовцев легко зацепило. Одному пара выстрелов пришлась в грудь, однако новенький металлокерамический бронежилет принял на себя удар. Ребра, правда, оказались переломаны, но это, думается, вполне нормальная плата за жизнь.
Константин Новиков обезболил бойца и отправил его на рентген. Полевой рентгеноскопический аппарат вместе с другим диагностическим оборудованием был в одном из бронированных грузовиков «Тайфун-У».
Двоим раненым военврач уже привычно и быстро обработал раны и наложил стерильные повязки.
* * *
Повод для применения военных медиков приключился на следующий день, ближе к обеду. Причем – в стане врага.
Осажденный бандеровский гарнизон решил провести контрбатарейную борьбу. В распоряжении карателей, запертых в «павлоградской мышеловке», было несколько орудий калибра 122 и 152 миллиметра и тяжелых минометов.
Однако и тут было не все однозначно. Износ стволов орудий после многомесячного обстрела Славянска уже давно стал критическим. К тому же орудийные расчеты, набранные из наспех обученных, но зато патриотичных селян Галичины, попросту не понимали, насколько важно техническое обслуживание тяжелого оружия. Результаты всего этого безобразия не заставили себя долго ждать.
Едва только «свидомые» канониры дали залп, на месте двух гаубиц взметнулись дымно-огненные вихри взрывов! Тяжеленные шестидюймовые снаряды с полными метательными зарядами рванули прямо в канале ствола! Во все стороны из эпицентра взрыва полетели перемолотые и поджаренные ошметки мяса артиллеристов, обломки орудия, исковерканные детали. Оторванный и перекрученный массивный лафет ударил в штабель снарядов, лежащий прямо на грунте. Как говорится, «конец немного предсказуем!..»
Мощнейший взрыв потряс окрестности, казалось, сама земля разверзлась Геенной Огненной под ногами оккупантов.
Хотя, конечно же, во всем злобный Путин виноват и «сепаратисты-колорады» из Донецка!
Чапай крепко, «по-революционному» выругался, едва удержавшись на ногах.
– Нехило шандарахнуло! – констатировал интеллигент из Санкт-Петербурга.
Минут через пятнадцать на наблюдательный пункт Чапая прибежал вестовой с передового блокпоста.
– Товарищ командующий! Там «укропы»[65] вышли на наш блокпост под белым флагом.
– Что, уже сдаются?
– Никак нет, это – парламентеры. Им требуется срочная медпомощь.
– «Медицина», ваш выход! – обернулся к мирно дремлющему в кресле Константину Новикову грозный Чапай. – Только не шибко там усердствуйте, поберегите силы для наших.
– Товарищ командующий, для «медицины» нет ни «наших», ни «ваших», всех лечим одинаково, – больше из упрямства ответил русский военврач. – Разрешите выполнять?
– Идите, товарищ старший лейтенант. Только я вам конвой выделю. Чтоб сильно не усердствовали, – как всегда двусмысленно, с закавыкой, пошутил Чапай.
Старший лейтенант Новиков быстро собрал своих ребят и на двух медицинских броневиках подъехал к бандеровскому блокпосту. Его сопровождали еще два новеньких БТР-82А Вооруженных сил Новороссии и «КамАЗ» под флагом Красного Креста для вывоза раненых.
– Здоровеньки булы! – поприветствовал «нациков-гвардейцев» Константин Новиков. – Где раненые?
– Там далі… Поранених дуже багато, і всі – дуже важко, – на бледных лицах нацгвардейцев застыло одно и то же выражение: растерянности и страха.
С брони БТР-82А пружинисто спрыгнул командир эскорта с оранжево-черными шевронами на камуфляже. Черный лоснящийся автомат Калашникова с «подствольником» и коллиматором он держал наготове.
– Учтите, «бандерлоги», мы здесь – с гуманитарной миссией! Если хоть один волосок упадет с головы медиков – никто с вами церемониться не будет.
– Валили бы вы отсюда, хлопцы… – искренне посоветовал им старший лейтенант Новиков.
Некоторые из них и действительно развернулись, намереваясь уйти с поста. На них зашикали остальные.
– Если все же соберетесь уходить, оружие оставляйте нам, – «дружески посоветовал» русский офицер.
Бронетранспортеры под красными стягами с косым Андреевским крестом остались стоять на блокпосту Нацгвардии Украины, а два бронированных джипа с красными крестами на бортах покатили дальше по улицам обезлюдевшего города.
Развороченные позиции бандеровской артиллерии находились на западных окраинах Павлограда, в районе бывшей автостанции и рынка. Здесь перед глазами русских военных медиков предстала ужасающая картина разрушений. Окрестные двухэтажные дома еще сталинской постройки были попросту сметены. Те, что подальше, – превращены в руины. На самой артпозиции среди огромных воронок – бесформенные клубки оплавленного и перекрученного металла. Вокруг ходили солдаты Национальной Гвардии Украины, в буквальном смысле слова выковыривая обгоревшие фрагменты тел из грязи. Чуть дальше стояло несколько пожарных машин.
На бронированные медицинские джипы никто вообще не обращал внимания.
– Где больница?
Кто-то из нацгвардейцев неопределенно махнул рукой в сторону.
Городская больница Павлограда была переполнена ранеными. Местные врачи пытались сделать хоть что-нибудь, чтобы спасти жизни тех, кто выжил в огненном вихре. Операционная работала круглые сутки, и больше всего здесь было ампутаций.
Старший лейтенант Новиков встретился с главврачом. Тот жадно курил прямо в коридоре, халат и хирургическая маска были заляпаны кровью.
– Вы военврач? Идите, мойтесь, и – в операционную, подмените моих хирургов. А санитары пусть эвакуируют раненых в Донецк. Там вроде бы неплохие травматологический и ожоговый центры…
– А что, в Днепропетровск вы раненых эвакуировать не можете? Все-таки ближе. Мы бы организовали «гуманитарный коридор». Обеспечили бы техникой…
– Как вы не понимаете: они же нас бросили! Просто – бросили! – дотлевший до фильтра окурок полетел в открытое окно. – В Днепропетровске сейчас форменная истерия: готовятся оборонять «оплот свободной Украины» от «донецких орд». Заметьте, уже не «русских», а «донецких»!
– Хорошо, мы с фельдшером остаемся, а мои стрелки-санитары обеспечат погрузку и эвакуацию раненых.
Военврач Константин Новиков и военфельдшер Дмитрий Чернавин оперировали тридцать часов подряд. Раненых оказалось даже гораздо больше, чем думали вначале. Русские санитарные джипы и грузовик совершили три рейса за эти сутки, даруя надежду на спасение тем, кто пришел на землю Донбасса убивать без разбору восемь миллионов жителей этого края металлургов и шахтеров.
Читать бесплатно другие книги:
