Практическая антимагия Кайманов Степан

– Полагаю, Эрик не должен знать, для чего я его буду готовить?

– Глупый вопрос.

– А этот, из Лэндкастеров, уже прибыл?

– Держишь ушки на макушке?

– Приходится.

– Да, Буверт в замке. Ждет не дождется встречи с тобой.

– Нужно будет его проверить.

– Вот за обедом и проверишь.

– Хорошо бы получить назад книгу и перстни.

– Не вижу препятствий, – Маркус кивнул на невзрачный небольшой сундучок у кровати. – Там и книга, и перстни, и ржавая корона. Все хотел спросить, чем она тебе так дорога?

– Мой первый трофей.

– Ты и с королями бился?

– Преимущественно с мертвыми. А я вижу, вы все предусмотрели.

– На то мы и агенты его величества. Наше дело предупреждать ошибки, а не исправлять их, – сказал он с гордостью. – Кстати, за дверью тебя ждут исполнители желаний. Я полагаю, что, помимо книги и перстней, тебе понадобится еще что-нибудь.

– И каковы их возможности?

– Почти как у короля. Так что не стесняйся.

– Все-таки «почти»?

– Не придирайся.

– Я и не придираюсь. Видишь ли, необходимые вещи очень необычны. Надеюсь, твои исполнители желаний к этому готовы?

– Человек в черных доспехах – настоящий следопыт. Исходил весь Эленхайм вдоль и поперек, поэтому знает, где и что достать. Наша служба часто пользуется его услугами, и он нас еще ни разу не подводил. В общем, сообщи все королевскому писарю.

Агент поднялся и, хлопнув меня по плечу, словно старого друга, направился к двери. У порога он остановился и, не оборачиваясь, сказал:

– Я знаю о твоей дочери и сочувствую тебе как отцу. У меня у самого есть дети, и я не хотел бы оказаться на твоем месте. Но если ты вздумаешь чудить…

– У меня просьба лично к тебе, – прервал его я.

– Слушаю.

– В карете лежит книжка, написанная сыном барарского тюремщика. Я пообещал ему, что похлопочу за сына. Он хочет стать писарем. Сможешь пристроить парня?

– Постараюсь. Как имя тюремщика?

– Блам.

– Я запомню. Еще пожелания есть?

– Нет, – ответил я. – Пока нет.

Маркус скрылся за дверью.

Пока я листал книгу – единственную в мире книгу по антимагии, прикидывая, что может понадобиться, следопыт и писарь вошли в комнату и молча в ней расположились. Следопыт сел на край кровати, а писарь, с любопытством поглядывая на мою книгу, устроился за столиком, разложив принадлежности и заняв единственный стул в комнате. Никто не думал спрашивать моего разрешения.

Я опустился на подоконник и положил на колени книгу, которая по заверениям многих книголюбов и магов считалась выдумкой.

Так-так-так. Первым делом нужно приготовить зелье, способное ослабить воздействие колдовских атак и повысить проводимость магии по телу. Я пролистнул несколько страниц и посмотрел на состав нужного зелья под названием «Кровяной щит»; Фихт был горазд на такие названия.

Гадость какая. И как только Фихт заставил меня это выпить! Кости, кровь и кожа. Такое не то что готовить, произносить не хочется: «В отличие от эльфийской, кожа, снятая с тролля, быстро теряет свои качества, поэтому ее как можно скорее следует смешать с остальными компонентами. Перед этим лучше нарезать ее мелкими кусочками…»

Из всех ингредиентов самым обычным оказался сок джайского древа – яд, если пить в чистом виде. Остальные составляющие у любого нормального человека вызвали бы отвращение: «…Затем часть костей эльфа, тролля и мертвяка положить в огонь под котлом, другую – размельчить и бросить в кипящую кровь».

Что ж, приступим. Я тяжко вздохнул.

– Итак, первое. Мне понадобится: бутыль джайского яда, – начал считать я, чтобы ничего не пропустить. – Эльфийские кости – это второе. Тролльские кости – третье. Кости живого мертвеца – четвертое. – Я посмотрел на красивые закорючки букв в писарской книге. – Подчеркни: живого, а не обычного мертвеца.

Следопыт и писарь переглянулись.

Интересно, насколько сильно их удивят следующие ингредиенты.

– Далее. – Я вновь вздохнул. – Свежее тело эльфа. Да, обязательно запиши, что сердце должно быть нетронутым. – Я дал писарю короткую передышку и продолжил: – Свежее тело взрослого тролля – это шестое.

У бывалого следопыта, способного, по словам Маркуса, достать звезду с неба, на миг отвисла челюсть. Он увидел, что я за ним наблюдаю, и тут же принял невозмутимый вид – дескать, бывали просьбы и посложней. Лица писаря я не видел, но предполагаю, что глаза у него лезли на лоб от услышанного, хотя перо по-прежнему скользило по бумаге уверенно.

– Кувшин эльфийской крови – это седьмое. Кувшин крови, выпущенной из живого тролля, – это восьмое.

Почти все. Осталось назвать последний компонент. Сложность была в том, что, по мнению многих колдунов и некромагов, он не существовал в природе и был выдуман, как и книга Фихта Странного «Антимагия», как и белые драконы. Не знаю, как там с белыми драконами, но черную кровь серого эльфа я видел своими глазами. Более того, уже четырнадцать лет она, смешанная с джайским ядом, текла в моих венах, надежно оберегая от темных заклинаний. Страшно подумать, каким способом она попала к Фихту, чтоб ему…

Следопыт уже не скрывал недоумение и смотрел на меня как на чокнутого. Впрочем, я его не винил.

– И… кровь серого эльфа, – с трудом произнес я.

Реакция на самое бредовое желание в мире последовала незамедлительно. Следопыт вскочил с кровати и уставился на меня так, словно миг назад узнал, что перед ним сидит-посиживает убийца его верного друга.

– Невозможно! – зашипел он, потряхивая кулаками. Я думал, сейчас он, разгневанный и пораженный до глубины души идиотской просьбой, бросится на меня. Но, к моему удивлению, он быстро успокоился: – Кровь тролля – еще куда ни шло, но кровь серого эльфа… Их же не существует!

– Успокойся. – Я и не надеялся, что кто-нибудь способен ее достать. Так, решил проверить на всякий случай. А вдруг? – Вычеркни ее из списка, – обратился я к писарю и увидел, как «9. Кровь серого эльфа» исчезает под свежими чернилами.

Жаль, конечно. Без этого ингредиента зелье будет не тем. Но что делать.

Следопыт вновь опустился на кровать и демонстративно отвернулся от меня – тупицы, который желал получить несуществующее. А мне предстояло пополнить список остальными пунктами заказа. К счастью, менее тошнотворными, чем прежние.

Понятное дело, чтобы обучать антимага, понадобится магия. Много магии, чистой и измененной. А где ее взять? Волшебный колодец вряд ли найдется в замке. Так что придется качать ее из носителей.

– Нужны маги. Причем разных школ. Желательно опытные. – Следопыт едва заметно покачал головой. Писарь записал просьбу, а я добавил: – Чем больше, тем лучше. И пусть при каждом из них будет набор начинающего мага.

Я заглянул в сундук, где лежали старые боевые перстни – потускневшие, исцарапанные и оплавленные грозными заклинаниями. Сколько магии прошло сквозь них! Каких заклинаний они только не знали! Не мешало бы их заменить…

Ладно, перстни подождут. В конце концов, моими пока обойдутся.

– Это все. Хотя нет… – После стольких потусторонних путешествий не мешало бы омыть тело по всем правилам. – Еще нужны лепестки красной мухоедки и кинхасские иглы. Теперь точно – все. Когда тебя ждать?

– Через две недели, – немного помолчав, прошипел следопыт и, не прощаясь, вылетел стрелой из комнаты.

Писарь тоже не без удовольствия покинул мои покои. Предвижу, о чем они сейчас будут судачить, выпучивая глаза и поплевывая в сторону: «Нет, ты слышал, затребовал кровь серого эльфа?!», «Хм, тролля ему подавай», «Да он просто спятил!» Знали бы они составы других зелий, описанных в книге…

Заглянул Маркус. Он, похоже, все это время не отходил далеко от двери.

– Ты закончил?

Я кивнул.

– Тогда идем обедать. У меня уже в животе урчит. – Он окинул пристальным взглядом комнату, словно ревнивый муж покои красавицы-жены в поисках любовника. – Слушай, чего ты там пожелал? Следопыт весь от злости раздулся. Никогда его таким не видел.

– Я же предупреждал.

– Надеюсь, ты заказал все, что нужно.

– Да.

Агент, изображая из себя слугу, чуть склонил голову и предложил мне выйти. После чего постучал в дверь комнаты Эрика, у которого, в отличие от нас с Маркусом, всегда урчало в животе.

Место, куда так стремился вечно голодный пекарь, оказалось на нашем этаже: просторный зал с низким потолком – не самый большой, но и не самый маленький. Такой, какой можно встретить почти в каждом замке. Густой свет лился сквозь разноцветные стекла окон, раскрашивая серый пол в яркие цвета, словно художник – чистое полотно; зеленые, желтые, красные и синие пятна лежали под ногами. Каменные стены прятались за большими картинами, призванными возбуждать аппетит.

Как и на крантанской площади, моя скромная персона оказалась в центре внимания. Тут, правда, не столько я сам приковывал взгляды, сколько голубые волосы, на чьем месте, к разочарованию незнакомцев, не шевелились змеи. Очевидно, байку о якобы змеиных волосах знал каждый эленхаймец. Непонятно только, откуда она взялась. Может, подстричься наголо?.. Мои глаза – самые что ни на есть обычные – тоже подверглись тщательному изучению. В них заглядывали без тени смущения, недоумевая: почему они не горят как у демонов?

Стол поражал количеством блюд. Едой и вином с него наверняка можно было накормить и напоить отряд голодных солдат. Однако стол был накрыт только на шестерых. Двое сидели за ним, а трое – я, Эрик и Маркус, приближались к нему. В зале собрались не все.

Королевская расточительность заставляла вспомнить известную всему свету поговорку о бесплатном сыре, который, как известно, бывает только в мышеловке. Если агент соврал, то и я, и Эрик, и, возможно, Буверт уже попали в эту мышеловку – просторную, удобную, именуемую замком Пяти мечей, откуда вырваться нам не дадут, пока не получат все, что нужно королю. Стал бы Арцис кормить меня роскошными обедами и подписывать желанную грамоту лишь за согласие обучать антимагов? Выделил ли он великолепный замок только для этого? Или для чего-то еще – того, что на самом деле скрывалось за всей этой красотой?

Когда мы остановились у стола, один из незнакомцев, черноволосый и черноглазый юноша, чуть старше Эрика, подскочил со стула и ринулся ко мне, будто признал старого друга. Алая рубаха с кружевными манжетами и воротником, широкий ремень с золоченой пряжкой, ухоженные короткие волосы и холеные руки выдавали в нем дворянина. Второй незнакомец, сутулый мужичок с проседью в нечесаной бороде и густых усах, подслеповато разглядывая нас, коротко кивнул в знак приветствия.

– Буверт Лэндкастерский, – представился юноша, протягивая худую руку.

– Анхельм, – назвался я, пожимая дворянскую ладонь. – Антимаг.

– Такая честь для меня, – признался он.

«Знаю-знаю: дома не поверят!» – с усмешкой подумал я и сел на стул, выдвинутый Бувертом.

Куда катится Эленхайм? Некромаги мучают детей. Королевские агенты похищают средь бела дня добропорядочного горожанина, предварительно усыпив несколько тысяч жителей. А убийцы почитаются, словно герои. Как ни крути, я все-таки убийца. Пусть некоторые маги заслуживали смерти, пусть многих из них я уничтожил, спасая свою жизнь.

– Это Гидар. Смотритель замка и превосходный изобретатель. Видели катапульту во дворе? – Агент кивнул на смущенного комплиментами бородатого мужичка.

– Хочешь сказать, он ее создал? – удивился я, зная, что этому оружию было значительно больше лет, чем представленному нам изобретателю.

– Хы! – глухо хохотнул Гидар.

Честно говоря, я думал, он немой.

– Нет, я ее улучшил, – пояснил он с долей смущения.

– Рекомендую вам взглянуть на его библиотеку, – добавил Маркус. – Она находится в этой башне, на пятом этаже.

Обязательно взглянем. Даже не сомневайся. Интересно же узнать, что за свирепая тварь рвала меня на куски во сне. Как там ее назвал призрак?.. Бабут.

– Ну приступай, что ли, к проверке, – предложил агент. – С удовольствием на нее посмотрю. Пронт такого понарассказывал. – Он вдруг повысил голос: – Эрик! Неприлично есть, пока все не собрались!

Терзаемый голодом пекарь покраснел в мгновенье ока и резко отдернул руку от тарелки с пышными пирогами, точно в ней вспыхнуло пламя. Буверт бросил презрительный взгляд в его сторону. Надеюсь, смелости в дворянине столько же, сколько знаний о хороших манерах. Скоро она ему понадобится.

Последний огонек я потратил на Эрика, из-за Гидара и Маркуса заклинания «Три мгновения до сна» применять было нельзя. Для проверки оставался один-единственный выход: выпустить магическую змею, позаимствованную у Грума Зверя. Выпустить – и заставить ее вползти в дворянское тело.

На моей памяти выскочившая с грозным шипением рогатая змея не напугала только Пронта. Посмотрим, какая публика собралась за этим столом.

– Для антимагов она не опасна, – предупредил я, постепенно освобождая тварь. – Остальным не рекомендую дергать ее за хвост.

– Хм, – ухмыльнулся Маркус. В отличие от Пронта, магическая змея его удивляла, хотя и не так сильно, как остальных.

В зале повисла мертвая тишина, когда над моей ладонью появились полупрозрачные змеиные рожки. Я уже определил цель для змеи, оттого она, не переставая шипеть, пялилась исключительно на дворянина. Тот пока не понимал такого внимания к себе со стороны зеленой магической твари.

– Сейчас я ее отпущу. – Мне уже виделось, как дворянин, чьей нежной кожи коснулась змея, с воплем вылетает из-за стола. – А ты, Буверт, должен ее… – я не находил слов, – впустить в себя. Еще раз повторю: для тебя она совершенно не опасна. Тебе даже не придется ничего делать: просто сиди на месте. Она полностью подчиняется мне. Ясно?

Буверт кивнул, не сводя встревоженного взгляда с зеленого чудища. Сомневаюсь, что он понял все, что ему сказали. Ох, не усидит! Я бы на его месте точно не усидел. С огнями было бы проще.

Змея медленно поплыла над столом, извиваясь так, словно ползла по песку. Я мысленно двинул магическую тварь в сторону напряженного Буверта. Он все еще сидел на месте. Но уже начал нервно ерзать.

Перед тем как загнать волшебную змею в новое тело, я замедлил ее движения, надеясь, что хоть это немного уменьшит страх дворянина перед проверкой. Тварь доплыла до Буверта и зависла над его тарелкой.

– Вытяни руку над столом, – спокойно попросил я. – Буверт?

Он нерешительно вытянул левую руку. Зажмурился. Это, впрочем, не мешало продолжить проверку.

По моему приказу змея резко метнулась к вытянутой руке и влетела в нее без труда, как птица в открытое окно. Снаружи остались только рожки и кончик хвоста. Последний чуть подрагивал.

Получилось! Способности у дворянина несомненно были. Во-первых, в отличие от обычных людей, он не испытывал боли из-за поглощенной магии; во-вторых, в обычного человека она бы так просто не проникла. Теперь предстояла самая сложная часть проверки: выяснить, кто сидел передо мной – Сосуд, подобный Близнецам и Лиле, или антимаг, как Эрик и я?

– Буверт, – обратился я, не забывая удерживать змею. Та еще гадина. Глазом моргнуть не успеешь, как в сердце или мозг заберется. Для Сосуда или антимага не смертельно, но приятного мало. – Что ты чувствуешь?

– Легкое покалывание, – прошептал дворянин, не размыкая век. – А уже все?

– Почти. Открой глаза.

Он открыл. И ожидаемо охнул, увидев рожки и кончик хвоста, торчащие из собственной руки. Хотя не думаю, что кто-нибудь из присутствующих мог его сейчас осудить. Как тут не заохать, когда в твоей руке шевелится магическая рогатая змея.

– Молодец, – похвалил я его. – Теперь успокойся и постарайся сосредоточиться на ней.

Дворянину было не до комплиментов. Он тяжело дышал и без остановки тряс рукой, надеясь избавиться от изумрудно-зеленой твари; на лбу его выступил пот.

Никто, кроме меня, не понимал сути проверки. Для Эрика, Маркуса, Гидара и перепуганного Буверта все шло своим чередом. На самом деле не все. Видимо, придется разочаровать агента. Похоже на то, что за нашим столом сидел не антимаг, а Сосуд, не способный без посторонней помощи избавиться от колдовской змеи. Эрику хватило нескольких мгновений для очищения тела от магии. Несмотря на все усилия Буверта, магическая змея по-прежнему сидела в теле.

– Остановись на миг.

Я решил дать ему еще одну попытку. У меня тоже не все сразу получалось.

Что там советовал Фихт?..

Взмокший от страха и усилий дворянин тяжко вздохнул; его рука застыла над столом.

– Послушай, Буверт, не относись к ней как к огромной пиявке, которая присосалась к твоей коже. Магическая змея – не живое существо, а потому избавляться от нее нужно по-особому. И не смотри на нее. Это тебя пугает и отвлекает. Лучше расслабься и представь, что она выползает из твоей руки. Понял?

Буверт кивнул, отвернулся от проклятой змеи и… представил.

Минуты три ничего особенного не происходило. Буверт пыжился, пытаясь выпустить змею; мы с замиранием сердец следили за ним. Однако вскоре – сто демонов! – дворянские усилия принесли плоды.

Змея затряслась, закрутилась и стрелой вылетела из дворянской руки, едва не вонзившись в Гидара. Он, пытаясь увернуться от летящей твари, чуть не грохнулся со стула. Благо я успел вовремя ее остановить.

Теперь не было никаких сомнений: придется обучать не одного, а двух антимагов.

«Возвращайся!» – приказал я змее, и она под овации поплыла в мою сторону.

Итак, нас стало трое. Я, Эрик и Буверт. Трое антимагов. Убийца, пекарь и дворянин.

– Ну как – он прошел проверку? – поинтересовался Маркус.

– Прошел, – уверенно ответил я, пряча змею.

– Замечательно.

Буверт, забыв про этикет, наполнил бокал вином и тут же осушил его залпом.

– Ух! Прошу прощения за мои манеры, – извинился дворянин, утирая пот со лба алым платком. – Это было… – Он покачал головой. – Значит, я тоже антимаг?

Тем хуже для тебя.

– Да, ты, Буверт Лэндкастерский – антимаг, – подтвердил я, и он скромно улыбнулся.

Дворянские манеры не позволяли ему прыгать от радости при всех.

– Тогда… – Маркус порылся в карманах и положил на стол маленькие серебристые о трех углах щиты. Рассеченные наискось молнией, на тонких цепочках. – Вот. С этого момента все вы – антимаги его величества.

Буверт тотчас надел знак, чуть позже цепочка болталась на шее пекаря, а я, немного повертев королевский подарочек в руках, сунул его в карман, заставив помрачнеть агента.

– Ошейник мешает, – оправдался я ехидно. – Кстати, кого мы ждем? – спросил я, скосив взгляд на пустующий стул.

– Его, – ответил Маркус и кивнул на дверь.

Будь я проклят! Неожиданность за неожиданностью. Вначале я узнал, что в течение трех месяцев буду изображать из себя учителя. Затем – о существовании третьего антимага. Теперь…

В зале появился человек в узких светлых одеждах, и этот человек, в отличие от меня, действительно заслуживал почтения, ибо посвятил себя спасению, а не отниманию чужих жизней. Он был высок, широк в плечах, лыс и не носил усов и бороды; его голубые глаза были большими и чистыми; рубаху на плече украшал вышитый герб Академии Знахарства – поверх листьев алаина, сплетенных в круглый щит, лежал острием вниз деревянный меч.

Если зрение меня не подводило, то к столу направлялся Дар Святой – дворянин, ставший воином, воин, ставший целителем, и целитель, ставший легендой. Именно он сумел объединить представителей лучших знахарских школ и добился того, чтобы целителей уважали как воинов. Благодаря Дару, у них, у целителей, появилась даже единая форма одежды, словно у солдат неизвестной армии.

Он лучился ярким светом, как будто вместо сердца в его груди горел фонарь. Конечно, никто, кроме меня, не видел этого чуда. Густой свет рождался в нем, подобно магиате в колдовских телах. Но Дар отличался от них так же, как я от обычного человека. Его тело исходило только целебным светом, больше ничем. Великий знахарь был уникален, как и… Ах да, забыл, что теперь я уже не был единственным антимагом. Любопытно, каким демоном его сюда занесло?

– Дар Лэндмильский, – он поклонился, прежде чем сесть во главе стола.

Мы ответили великому целителю тем же. Маркус не сводил с него глаз с того момента, как Дар переступил порог зала. Агент и целитель молча покивали друг другу, и Маркус наконец-то оторвал от целителя вопрошающий взгляд – видимо, получив необходимый ответ. А что могло связывать агента его величества и легендарного знахаря?.. Больной Пронт! Как же я сразу не догадался. Теперь понятно, какой демон занес целителя в замок Пяти мечей.

– Это что – тот самый? – прошептал Эрик, пихая локтем меня в бок. – Святой?

– Тот самый.

– Ну а сейчас-то можно? – нерешительно начал он, опять вызвав презрение дворянина.

Правду говорят: «Горбатого только могила исправит». За одним столом с нами сидел великий целитель, а Эрик только и думал о том, чтобы слопать румяную булку. Может, попросить Дара избавить его от обжорства?..

– Теперь, когда все собрались, – начал Маркус, окидывая нас взглядом, – я наконец-то расскажу о том, чем мы будем заниматься здесь в течение ближайших трех месяцев. А возможно, и дольше. Некоторые из вас уже осведомлены, другие – еще нет. Буверт Лэндкастерский и Эрик Пекарь, с сегодняшнего дня этот замок станет для вас новым домом, который вы не сможете покинуть, пока не будете готовы. А готовить вас, то есть обучать антимагии, будет сам Анхельм Антимаг. Такова воля короля. И она, как известно, не оспаривается. Между прочим, когда планируешь приступить к занятиям?

– Начнем завтра. Пусть сегодня как следует отдохнут. Немного привыкнут к новому месту.

– Так тому и быть. Не волнуйтесь, ваших родственников предупредят, что вы живы и здоровы, однако, где вы находитесь, они, к счастью, знать не будут. Ну а сейчас наполним бокалы и выпьем за здоровье нашего славного короля, который был так добр, что прислал нам в помощь лучшего эленхаймского целителя. Если кто-то из вас захворает, смело обращайтесь к нему.

– За короля! За короля! За короля! – под звон кубков раздались голоса.

На радость вечно голодному Эрику, пир наконец-то начался. С шумом полилось вино в бокалы, заскрежетали ножи по тарелкам и, конечно, кое-кто зачавкал над ухом, будто не ел трое суток.

Судя по предложенным блюдам, местные повара решили нас побаловать морской кухней. Тут, свесив клешни, громоздились раки, здесь в сметане тонули крупно порезанные водоросли, а там плавали в бульоне серебристые плавники жирохвоста. Посреди стола, на подносе, поблескивала золотистой чешуей огромная фаршированная морская сова, водившаяся только в Малом море, поднимающаяся со дна исключительно по ночам и, скорее всего, выловленная гоблинскими сетями. На ее копьевидный нос, от которого наверняка пострадал не один рыбак, были насажены, словно на шампур, круглые кусочки запеченных фруктов. Присутствовали на столе и другие неизвестные жареные, вареные и тушеные твари, до своей смерти явно бороздившие морские и океанские просторы.

Некоторое время ели и пили молча. Так, в тишине, возможно, и закончили бы пир, если бы не Эрик, уплетающий за троих, а то и за четверых.

– Соффа жесткофата, – с набитым ртом заключил он, привлекая всеобщее внимание. – Нуфно было фымочить в фине.

И это говорил человек, на чьей тарелке высилась горка обглоданных рыбьих костей. Конечно, трудно спорить с настоящим поваром, но мне показалось, что рыба была восхитительна. Сочна и ароматна. Как выяснилось, так думал не только я.

– Не знаю, по-моему, она чудо как хороша, – не согласился Маркус перед тем, как отправить в рот еще один кусок морской совы. – Да, определенно хороша, – вновь подтвердил он.

Гидар почему-то нахмурился и бросил недобрый взгляд на всезнающего пекаря. Буверт и Дар уже наелись от пуза, поэтому с интересом следили за спором между агентом его величества и бывалым поваром.

– И салат недосолили, – Эрик продолжал разносить местных поваров, не замечая хмурого взгляда смотрителя. – У нас каждый знает: миндурские водоросли много соли требуют. Как рыба, – с умным видом поделился он.

Лицо Гидара помрачнело больше прежнего. То ли смотритель сам колдовал над блюдами, то ли кто-то из близких ему людей корпел над ними, но каждый упрек воспринимался им как личное оскорбление. Приперся, понимаешь, какой-то поваренок не пойми откуда, живот набил, и нет чтоб хозяев отблагодарить – хаять начал угощение. А они, может быть, над каждым блюдом не один час бились.

Теперь мрачное настроение смотрителя заметили и другие – все, кроме пекаря. Он продолжал опустошать стол и по-прежнему шумел, как пирующий отряд гномов. Эрик, похоже, не замечал, что уже трапезничает в одиночестве. Чему я, зная пекаря, нисколько не удивился: еда, ее оценка поглотили Эрика так, как коллекционера оружия поглощает вид редкого меча, за обладание которым не стыдно и последние штаны отдать.

Напряжение росло, и я решил несколько разрядить обстановку. Не хотелось бы, чтобы один из учеников проводил драгоценное время не с учителем, а в кровати под присмотром целителя.

– Гидар, я бы хотел посетить твою библиотеку. Тебя не затруднит…

Верное решение. Он даже не дал договорить. Какой книголюб откажется похвастаться своей великолепной коллекцией.

– С удовольствием. С огромным удовольствием! Жди меня у входа в библиотеку после обеда.

– Не стоит бес…

– Нет уж! Хочу показать тебе ее лично.

– Да и заплутать там немудрено, – рассмеялся Маркус. – У него как в лабиринте.

Представление тем временем продолжалось. Пухлые пекарские пальцы выловили из чаши самый большой плавник жирохвоста, подержали его над ней, дав густому бульону стечь, и понесли над столом. Конечно, недолгий полет плавника в пекарский рот был прослежен всеми, кто находился за столом. Особенно смотрителем. Он все еще надеялся снискать похвалу бывалого повара. Хотя бы за одно блюдо.

Не тут-то было! Отправив плавник жирохвоста в свой поистине бездонный желудок, Эрик состроил такую недовольную гримасу, будто плавник был не просто безвкусен, но и давненько протух. Дар и Буверт с любопытством ждали поварских пояснений. А мне по-настоящему стало жалко Гидара, и немного страшно за пекаря.

Успех моего маневра был временным. Смотритель раздулся от гнева – дальше некуда, и ожег ненавистного повара взглядом заклятого врага. Если бы не наблюдательный Маркус, решивший успокоить Гидара, лишь небожители знают, чем бы закончился пир для Эрика.

Агент оставался агентом даже за трапезой; он мягко опустил ладонь на смотрительскую руку, готовую взметнуться над столом под гневные возгласы. Эрик, храня недовольную гримасу, стер жир с губ и хотел было уже окончательно разгромить местных поваров, да упреки застряли в горле. На миг мне показалось, что он просто-напросто подавился. Рот-то открыл, а закрыть не смог. Так и уставился в конец зала.

Чем были плохи плавники жирохвоста, мы так не узнали. Стоило в зале появиться темноволосой красавице в длинном розовом платье и ярком фартуке, как Эрик и думать забыл о своем излюбленном занятии. Уж на что умом не богат, а понял-таки, чьи блюда он недавно разносил в пух и прах. Оттого, наверное, и покраснел, вызывая довольную ухмылку Буверта, который поднялся первым, приветствуя даму.

Следом встал Дар, за ним и мы с Маркусом. Сидеть остались смущенный и растерянный до ужаса Эрик и расцветший от вида поверженного врага Гидар.

– Позвольте представить вам мою дочь Клариссу, – сказал смотритель. – Это ей мы обязаны таким пре-крас-ным обедом, – пояснил он, добивая и без того раскисшего пекаря.

Буверту наконец-то удалось поднять прилипшего к стулу дотошного повара. Не в прямом смысле, конечно, – попробуй такого толстяка подыми, а несколькими легкими толчками в плечо. Мол, вставать надо, дубина, в присутствии дамы.

Мы, очарованные смотрительской дочерью, представились и сели за стол. Эрик, с трудом вымолвивший собственное имя, опустился на стул значительно позже других. Если так и дальше пойдет, повар скоро будет знать хорошие манеры не хуже любого дворянина.

К всеобщему удивлению, Кларисса подошла не к отцу, а к признанному целителю.

– Бульон для Пронта готов, – еле слышно сказала она, и Дар тотчас поднялся.

– Вынужден оставить вас, – поклонился целитель и быстрым шагом направился к дверям.

– Как там солдаты? – серьезно спросил смотритель.

– Накормлены, – ответила она, с едва зримой улыбкой разглядывая пекаря.

– А плавники великолепны, – вдруг произнес Эрик в тишине. – Это лучшие плавники, что я пробовал в жизни!

Краем глаза я заметил, что ухмылка сползла с лица Буверта. Удивительно: неужто он – молодой, полный сил дворянин, увидел соперника в рыжеволосом и дурно воспитанном толстячке?! Ни за что не поверю. Но красавица Кларисса и впрямь уделяла пекарю неприлично много внимания. Еще из-за нее дрязг между ними не хватало. И так словно из разных миров явились.

Дочь смотрителя поглядела в отцовские глаза, а затем стрельнула взглядом в сторону агента.

– Совсем забыл. – Гидар повернулся к агенту. – Маркус, ты обещал выделить нам в помощь кого-нибудь… Уж коли всех слуг из замка отослали.

– Я согласен! – воскликнул пекарь и тут же притих под хмурым взглядом агента.

– Эрик, ты здесь для другой цели, – уточнил Маркус грозно. – Солдаты подойдут?

– Конечно, – кивнул Гидар.

– Вот и хорошо. Будет чем их занять. Сейчас же распоряжусь.

Он поднялся и вместе с молодой поварихой, которую провожали три теплых мужских взгляда, направился к дверям.

Я вздрогнул: с глаз словно слетела какая-то пелена. До последнего момента именно она прятала от меня до боли знакомые черты смотрительской дочери. Не то она как-то тряхнула своими густыми черными волосами, не то как-то игриво обернулась напоследок, но только сейчас я заметил, как – невероятно сильно! – она походит на Марту. Как походит на… Лилю.

Неужели я стал их забывать?..

Нет, не может быть.

В библиотеке пахло магией. Древней и могущественной. Такой, какой сейчас днем с огнем не сыщешь за отсутствием ее носителей. Все больше неумехи попадаются, вроде лесного разбойника, метавшего огонь в нашу карету. На память приходит разве что Грум Зверь, чья сочная магия опьяняла не хуже пива из гномьей пивоварни.

Нет, колдунов в замке не было. Их бы я сразу почуял; даже сквозь стены. Но были книги, которые давным-давно знали пальцы великих волшебников. Тысячи страниц, запятнанных магией, не угаснувшей до сих пор.

Подобно вину, бродящему год от года в бочке, магические частицы, выдержанные сто, а то и сто пятьдесят лет в колдовском теле, тоже хорошеют. Становятся ярче. Крепнут. Не теряют силы, покидая колдовские тела. Могут, как эти в библиотеке, не гаснуть столетиями.

Я переступил порог – и замер, изучая шкафы, набитые книгами и свитками снизу доверху. Агент его величества был прав. Огромная библиотека, расположенная в круглом мрачном зале, и вправду напоминала лабиринт, выстроенный из шкафов высотой в два человеческих роста. Мне бы точно не хватило суток, чтобы отыскать тут нужную книгу. Без помощи Гидара, который так и не появился, было не обойтись.

Где его демоны носят?

Я шагнул, решив побродить по библиотеке, и вновь остановился. Пришлось остановиться. И насторожиться. Из глубины зала вдруг пахнуло свежей магией. Совсем не похожей на ту, что пятнала книги, гнущие тяжестью полки. Слабый источник находился далеко от меня, но готов поклясться, что несколько секунд назад его здесь не было.

Неужели древние магические частицы перебили мой нюх настолько, что я сразу не заметил этот источник? Не верю. Нет, они крепкие и яркие, но их не хватит даже на самое простецкое заклинание. А чтобы хоть немного сбить меня с магического следа, в воздух нужно выбросить миллионы миллионов таких. Примерно столько, сколько опустилось на крантанскую площадь.

Странно: откуда здесь взяться свежей магии? Такому количеству свежей магии, если быть точным. Книги? Если и так, то заклинание вряд ли будет ползать под переплетом. А этот источник двигался. Медленно, из стороны в сторону, словно маятник.

Придется немного поблуждать во тьме. Не вслепую же идти. Кто знает, какие ловушки способны выдумать колдуны и некромаги.

Я с неохотой начал прикрывать глаза.

Находись таинственный источник в дремучем лесу или высоко в горах – там, где магические следы встречаются редко, я бы уже понял, что он собой представляет. Увидел бы его ясно. Но здесь – где древней магией заляпана каждая третья книга…

…Словно черный горизонт, усыпанный бессчетными огнями звезд, раскрылся передо мной. И светила горели тут всеми цветами радуги.

Я не спеша двигался в темноте, то и дело натыкаясь на яркие следы древней магии. Вот четкий огненно-алый отпечаток ладони на переплете; сразу видно: перед чтением колдун сжег что-то или кого-то. А этот маг, напротив, несколько дней не колдовал, и на книге остались только разноцветные частицы магиаты. Ну а страницы этого двухтомника листал колдун, лишенный мизинца.

Следы древней магии полыхали повсюду. Они ослепляли, отвлекали и поражали ясностью.

Таинственный источник открылся за следующей стеной шкафов, заставив помянуть колдунов недобрым словом. Розовое облачко магии сознания тускло светилось в теле не то вороны, не то голубя.

Свинство! Настоящее свинство! Столько времени потратил, чтобы найти заколдованную птицу, прыгающую возле окна.