Ты боишься темноты? Шелдон Сидни
– Я много слышала о вас, мистер Кингсли.
Таннер повернулся, предвкушая новое знакомство, однако в следующий миг был вынужден скрывать разочарование. Перед ним стояла ничем не примечательная молодая женщина. Ее можно было бы назвать некрасивой, если бы не пристальный взгляд больших карих глаз и невеселая, циничная улыбка. Больше всего Таннер ценил в женщинах физическую красоту, так что незнакомка не соответствовала его стандартам.
– Надеюсь, ничего особенно плохого, – бросил он в ответ, стараясь побыстрее от нее отделаться.
– Я Полин Купер. Друзья зовут меня Пола. В колледже вы встречались с моей сестрой Джинни. Она была без ума от вас.
Джинни... Джинни... Коротышка? Высокая? Брюнетка? Блондинка?
Таннер продолжал улыбаться, лихорадочно вспоминая эту самую Джинни. Их было так много...
– Джинни ужасно хотела потащить вас к алтарю. Подумаешь, примета! Да все они только об этом и мечтали! Нет, он решительно не помнил никакой Джинни.
– Ваша сестра была очень милой девушкой. Просто мы не сошлись...
– Бросьте! – ехидно ухмыльнулась Пола. – Вы давно забыли мою сестричку. Признайтесь, что это так.
– Ну... я... – смущенно пробормотал Таннер.
– Ничего страшного. Я только вчера была на ее свадьбе.
Таннер с облегчением вздохнул.
– Вот как?! Значит, Джинни вышла замуж?
– Ко всеобщей радости. Последовала небольшая пауза.
– Но я еще не замужем. Не хотите завтра поужинать со мной?
Таннер присмотрелся к Поле. Хотя она не в его вкусе, все же достаточно привлекательна, и фигурка у нее вполне... Уложить ее в кровать легче легкого.
Таннер предпочитал думать об отношениях с женщинами, как об игре в бейсбол. Он бросает женщине один мяч. И все. Если она промахнется, значит, выбывает из игры.
– Плачу я, – заверила Пола, неверно истолковав его молчание.
Таннер рассмеялся:
– Ужин в ресторане мне пока по карману, если только вы не гурман мирового класса.
– Испытайте меня – и увидите, чем дело кончится.
– Обязательно, – тихо ответил он, глядя в ее глаза.
* * *
Назавтра они ужинали в сверхмодном ресторанчике на окраине города. Пола надела белую шелковую блузку с большим вырезом, черную юбку и туфли на высоких каблуках. Наблюдая, как она идет к столику, Таннер подумал, что выглядит она значительно лучше, чем ему казалось. И держалась она с видом принцессы какой-то экзотической страны. Таннер вдруг оробел, и приветствие получилось слишком тихим.
– Добрый вечер, – почти прошептал он, вставая ей навстречу.
– Добрый вечер, – кивнула Пола, пожав его руку. И Таннеру снова показалось, что перед ним особа королевской крови. Вид у нее, во всяком случае, был величественным.
– Итак, давайте начнем сначала, – предложила она, садясь. – Признаюсь вам, что у меня нет сестры.
– Как это? – озадаченно нахмурился Таннер. – Но вы говорили...
– Просто хотелось посмотреть на вашу реакцию, – усмехнулась она. – Я много слышала о вас от своих друзей, и мне стало интересно, как вы себя поведете.
Поведете в чем? Она имеет в виду секс? Или... И вообще, с кем она говорила? У него так много знакомых.
– Не делайте поспешных выводов. Я говорю не о ваших доблестях. Для меня главное – это ум.
Она словно читала его мысли!
– Так вас во мне интересует исключительно ум?
– Помимо всего прочего, – кокетливо улыбнулась она.
Легкая добыча, ничего не скажешь. Раз-два – и мяч послан дальше некуда. Значит, очко в кармане.
Таннер потянулся через стол и сжал ее пальцы.
– Вы – это нечто! – воскликнул он. – Нечто особенное. Похоже, мы неплохо проведем время вместе.
– Уже возбудился, дорогой? – спросила она неожиданно.
Таннер, не ожидавший такой прямоты, несколько удивился. Да она, ко всему прочему, горячая маленькая штучка!
– Почему уже? Я всегда наготове, принцесса, – кивнул он.
– Прекрасно! – довольно усмехнулась она. – Доставай свою черную книжечку, и мы вместе найдем ту, которая согласится ублажить тебя сегодня.
Таннер замер, не веря ушам. Он привык издеваться над женщинами. Но до сегодняшнего вечера ни одна не смела вышучивать его.
– Ты о чем? – зловеще-тихо спросил он, уставясь на девушку.
– Видишь ли, тебе давно пора острее отточить твои навек заученные приемы. Ты хоть понимаешь, насколько они банальны?
Таннер ощутил, как в лицо бросилась краска.
– А почему ты считаешь, что мои приемы заученные?
Она подняла на него смеющиеся глаза:
– Да они, должно быть, были изобретены еще Мафусаилом! Когда ты обращаешься ко мне, я не хочу слышать слова, которые ты говорил до меня десяткам женщин.
Таннер молчал, пытаясь скрыть бешенство.
Она, кажется, решила, что перед ней молокосос, которому можно безнаказанно читать морали!
Да она просто самовлюбленная идиотка.
Значит, мяч не взят. Сука вне игры.
Глава 15
Главное административное здание и управление «Кингсли интернэшнл груп» находилось в Нижнем Манхэттене, в двух кварталах от Ист-Ривер. Комплекс занимал участок в пять акров и состоял из четырех больших бетонных сооружений и двух домов поменьше, для штата служащих. Участок был обнесен оградой и снабжен электронной системой охраны.
В десять часов утра детективы Эрл Гринберг и Роберт Прегитцер вошли в вестибюль главного здания, просторный, в современном стиле, обставленный диванами, столиками и креслами для посетителей. Детектив Гринберг взглянул на разложенные на столиках журналы: «Виртуальная реальность», «Ядерный и радиологический терроризм», «Мир роботов».
Взяв экземпляр «Новостей генной инженерии», он обернулся к Прегитцеру:
– Ты не устал читать подобное в приемной дантиста?
– Еще как устал, – ухмыльнулся тот.
Детективы подошли к стойке секретаря и представились.
– У нас назначена встреча с мистером Таннером Кингсли, – сообщил Гринберг.
– Он вас ждет. Сейчас попрошу кого-нибудь проводить вас к нему. – Девушка протянула им бейджики с эмблемой КИГ. – Пожалуйста, верните это, когда будете уходить.
– Обязательно.
Секретарь нажала кнопку, и почти сразу же появилась симпатичная молодая сотрудница.
– Пожалуйста, проводите джентльменов в кабинет мистера Таннера Кингсли.
– Конечно. Я Ретра Тайлер, одна из помощниц мистера Кингсли. Следуйте за мной, пожалуйста.
Детективы зашагали по длинному скучному коридору с рядами наглухо закрытых дверей по обе стороны. В конце коридора и находился кабинет Таннера.
В приемной за большим письменным столом восседала хорошенькая юная секретарша Кэти Ордонез.
– Доброе утро, джентльмены. Можете сразу входить, – объявила она и, встав, открыла дверь кабинета. Переступив порог, детективы замерли и принялись ошеломленно осматриваться.
Огромное помещение было буквально забито загадочными электронными приборами. Звуконепроницаемые стены украшали тонкие пластины телевизионных экранов, на которых то и дело возникали виды больших конференц-залов, офисов, лабораторий, гостиничных номеров по всему миру, где проходили совещания, заседания, встречи, семинары... Каждый телевизор имел отдельную аудиосистему, и, хотя Таннер явно приглушил звук, посетителям становилось как-то не по себе, когда до них одновременно доносились обрывки речей на десятках языков. Внизу на экранах мелькали таблички с обозначением того города, из которого велась передача: Милан... Йоханнесбург... Цюрих... Мадрид... Афины...
У противоположной стены комнаты возвышался широкий восьмиярусный стеллаж, заставленный томами в кожаных переплетах.
Таннер Кингсли сидел за письменным столом красного дерева, на котором блестела панель с десятком разноцветных кнопок. Гринберг невольно отметил его элегантный серый костюм, модную голубую рубашку и синий галстук в клетку. Настоящая реклама модного салона.
Увидев детективов, Таннер вежливо поднялся:
– Доброе утро, джентльмены.
– Доброе утро, – ответил Гринберг. – Мы...
– Да. Я знаю, кто вы. Детективы Эрл Гринберг и Роберт Прегитцер.
Мужчины пожали друг другу руки.
– Садитесь, пожалуйста.
Прегитцер восторженно, как ребенок, рассматривал непрерывно меняющиеся картинки на бесчисленных экранах.
– Вот и говорите о современной науке, – пробормотал он, восхищенно качая головой. – Это...
Таннер повелительно поднял руку:
– О нет, речь идет не о современной науке, джентльмены. Эти образцы появятся на рынке не раньше чем через два-три года. Тогда каждый сможет в одно и то же время следить за событиями в десятках различных стран. Информация, поступающая из наших офисов по всему миру, автоматически отбирается и записывается этими компьютерами.
– Мистер Кингсли, простите за глупый вопрос: чем занимается мозговой центр?
– Вкратце? Мы решаем проблемы. Даже те, которые могут возникнуть в будущем. Некоторые подразделения нацелены только на одну область: армию, экономику или политику. Мы занимаемся национальной безопасностью, микробиологией, окружающей средой. КИГ функционирует как независимый аналитик и дает долгосрочные, глобальные прогнозы правительствам разных стран.
– Интересно... – протянул Прегитцер.
– Восемьдесят пять процентов наших исследователей имеют различные степени, а более шестидесяти пяти процентов – доктора наук.
– Впечатляюще.
– Мой брат, Эндрю Кингсли, основал «Кингсли интернэшнл груп» для помощи странам «третьего мира». Так что мы осуществляем множество проектов в этих странах.
На экране одного из телевизоров блеснула молния. Донесся удар грома. Мужчины обернулись.
– Я, кажется, что-то читал о ваших экспериментах с погодой, – заметил Гринберг.
Таннер едва заметно поморщился.
– Да, известных как «прихоть Кингсли». Правда, многие называли их просто глупостью. Одна из немногих крупных неудач КИГ. А я так надеялся, что рано или поздно мы сумеем добиться успеха. К сожалению, придется закрыть это направление.
– А разве возможно управлять погодой? – полюбопытствовал Прегитцер.
Таннер покачал головой:
– Только до определенной степени, причем в весьма ограниченных пределах. Не мы первые пытаемся сделать это. Еще в тысяча девятисотом году Никола Тесла проводил подобные опыты с погодой. Тогда он обнаружил, что радиоволны могут изменить ионизацию атмосферы. В пятьдесят восьмом по заданию министерства обороны в ионосфере разбрасывались медные иглы. Через десять лет в среде ученых получил известность проект «Попай», когда правительство пыталось продлить сезон дождей в Лаосе, чтобы дороги соседнего Вьетнама подольше утопали в грязи. В качестве ядра-зародыша использовалось йодистое серебро, и генераторы выстреливали снаряды с йодистым серебром прямо в облака. Ядра становились зародышами для дождевых капель.
– И сработало?
– Да, но только на очень ограниченном участке. Оказывается, существует несколько причин, по которым человечество никогда не сможет управлять погодой. Первая заключается в том, что Эль-Ниньо поднимает температуру в Тихом океане, разрушая мировую экологическую систему, в то время как Ла-Нинья понижает температуру в том же Тихом океане, и столь противоположные тенденции полностью препятствуют всяким попыткам контролировать климат в той или иной части света. Южное полушарие на восемьдесят процентов занято океаном, что вызывает дальнейший дисбаланс. Кроме того, струйное течение определяет направление ураганов, и нет никакой возможности этим управлять.
Гринберг кивнул и спросил:
– Вы знаете, почему мы здесь, мистер Кингсли?
Таннер пристально посмотрел на Гринберга:
– Назовем этот вопрос чисто риторическим, иначе я посчитал бы его оскорбительным. «Кингсли интернэшнл груп» – мозговой центр. Четверо моих служащих погибли или исчезли при невыясненных обстоятельствах всего за двадцать четыре часа. Наши офисы расположены во всех крупных городах мира. В них работают восемнадцать тысяч человек, и мне, разумеется, трудно постоянно держать с ними контакт. Но насколько мне известно, двое убитых сотрудников были замешаны в незаконных операциях. Вероятно, это и стоило им жизни, но, заверяю вас, это не повлияет на репутацию КИГ. Надеюсь, наши люди быстро решат эту проблему.
– Мистер Кингсли, это далеко не все, – пояснил Гринберг. – Мы узнали, что шесть лет назад японский ученый Акира Исо покончил с собой. Три года назад ученый из Швейцарии Маделайн Смит тоже покончила с собой, в...
– Цюрихе, – перебил Таннер. – Все это ложь. Они были убиты.
Потрясенные детективы молча смотрели на него.
– Откуда вы знаете? – спросил наконец Прегитцер.
– Их убили из-за меня, – жестко бросил Таннер.
– Что вы хотите этим ска...
– Акира Исо был гением. Он работал на японский электронный конгломерат «Токио интернэшнл груп». Я встретил Исо на международном промышленном симпозиуме в Токио. Мы сразу поладили. Я посчитал, что КИГ сможет создать ему лучшие условия, чем компания, в которой он трудился тогда. Поэтому я предложил Исо перейти ко мне, и он согласился. Мало того, был очень рад. – Видно было, что он с трудом сохраняет спокойствие. – Мы решили держать это в секрете, пока он не подаст заявление об уходе. Но он, по-видимому, все же проговорился, потому что в газете появилась заметка с подробностями. – Таннер помолчал, вздохнул и добавил: – На следующий день после выхода газеты Исо нашли мертвым в гостиничном номере.
– Мистер Кингсли, – спросил Прегитцер, – не могло быть каких-то иных причин его смерти?
Таннер покачал головой:
– Нет. В его самоубийство я не верю. Поэтому и пригласил детективов, послал их вместе со своими людьми в Японию с заданием выяснить, что случилось на самом деле. Они так и не смогли найти доказательств нечестной игры, и тогда я подумал, что, возможно, ошибался и что в жизни Исо была какая-то трагедия, о которой никто ничего не знал.
– В таком случае почему же сейчас вы уверены в обратном? – не выдержал Гринберг.
– Как вы упомянули сами, три года назад некая Маделайн Смит предположительно покончила с собой в Цюрихе. Но вам неизвестно, что Смит тоже хотела перейти на работу в мою компанию.
– Что наводит вас на мысль о возможной связи между этими случаями? – нахмурился Гринберг.
Лицо Кингсли теперь напоминало неподвижную маску.
– Потому что фирма, на которую работала Смит, как это ни удивительно, именуется «Токио интернэшнл груп».
Последовало ошеломленное молчание.
– Ничего не понимаю, – растерянно пробормотал Прегитцер. – К чему убивать служащего только за то, что он хочет перейти на другую работу? Если...
– Маделайн Смит была не просто служащей. Как и Акира Исо. Оба были блестящими физиками, их открытия могли принести компании несметные прибыли. А японцы не хотели терять огромные деньги.
– А швейцарская полиция расследовала дело Смит?
– Да. И мы тоже. Но снова не сумели ничего доказать. Однако мы не сдаемся. Должен заметить, мы до сих пор работаем над этими делами, и я искренне надеюсь, что вскоре что-нибудь да прояснится. Если я получу какую-то полезную информацию, буду счастлив поделиться с вами. Надеюсь, вы ответите тем же.
– Что ж, вполне справедливо, – кивнул Гринберг.
Зазвонил позолоченный телефон на столе Таннера, тот шагнул к столу и поднял трубку.
– Прошу простить, джентльмены. Алло... да... следствие продвигается. Мало того, сейчас у меня два детектива, согласившихся сотрудничать с нами, – объяснял он, оглядываясь на гостей. – Верно... я дам вам знать, как только получу новости... До встречи.
Он повесил трубку и выпрямился.
– Мистер Кингсли, – спросил Гринберг, – вы работаете над чем-то сверхсекретным?
– Думаете, наша работа могла стать причиной гибели шести человек? Детектив Гринберг, в мире существует более сотни таких мозговых центров, решающих точно такие же проблемы. Мы здесь не создаем атомные бомбы. Так что ничего сверхсекретного у нас нет.
Дверь открылась, и в комнату вошел Эндрю Кингсли, нагруженный кипой документов. Он мало походил на брата. Гринберг отметил, что черты лица Эндрю словно были чуть стерты невидимым ластиком. Седеющие редкие волосы, глубокие морщины, неуверенная походка. В отличие от Таннера, брызжущего энергией и жизненной силой, Эндрю казался апатичным тугодумом. Говорил запинаясь и с трудом связывал слова в фразы.
– Это... это... те заметки... ну... знаешь... которые ты просил, Таннер. Прости... что не закончил... раньше.
– Все в порядке, Энди, – заверил Таннер. – Джентльмены, это мой брат Эндрю. Детективы Гринберг и Прегитцер.
Эндрю, неуверенно моргая, воззрился на них.
– Эндрю, не хочешь рассказать о своей Нобелевской премии?
– Д-да... – пробормотал Эндрю. – Нобелевская... премия... когда-то... я получил... – Не договорив, он повернулся к выходу.
– Как я уже сказал, – со вздохом пояснил Таннер, – компанию основал Эндрю, мой талантливый брат. О его способностях ходили легенды. Достаточно сказать, что семь лет назад он получил Нобелевскую премию за свое открытие. К сожалению, во время проведения очередного эксперимента случилось несчастье, и... теперь он стал таким. К сожалению, ничего не удалось сделать.
– Наверное, он был замечательным человеком, – посочувствовал Гринберг, уловив нотки горечи в словах Кингсли.
– Вы даже не представляете насколько.
Эрл поднялся и протянул руку:
– Не будем больше отнимать у вас время, мистер Кингсли. Надеюсь, вместе мы быстро раскроем эти преступления.
– Ждать осталось недолго, – твердо ответил Таннер.
Глава 16
Все утренние газеты напечатали одно и то же сообщение о трагедии. Более ста человек стали жертвами жесточайшей засухи в Германии. Жара погубила урожай нового года, принеся убытки на многие миллионы долларов.
Таннер вызвал Кэти и приказал немедленно отослать одну из статей сенатору ван Лувен с запиской:
«Еще одно следствие глобального потепления. Искренне ваш...»
Несмотря на все опрометчивые обещания, Таннер не мог забыть женщину, которую мысленно называл Принцессой. И чем больше думал о том, как нагло она вела себя и как беззастенчиво высмеивала его, тем больше распалялся.
Тебе давно пора острее отточить твои навек заученные приемы. Ты хоть понимаешь, насколько они банальны?.. Уже возбудился, дорогой?.. Доставай свою черную книжечку, и мы вместе найдем ту, которая согласится ублажить тебя сегодня.
Он мучился, пытаясь изгнать ее из души и сердца. Забыть навсегда. Но, сам не зная почему, решил повидаться с ней еще раз. Последний. Преподать заслуженный урок. Унизить. А потом забыть и заняться более покладистыми женщинами.
Он честно выдержал три дня, прежде чем позвонить.
– Принцесса?
– Кто это?
Он едва удержался, чтобы не швырнуть трубку.
Интересно, сколько еще чертовых идиотов именуют ее Принцессой?
– Таннер Кингсли, – пояснил он, стараясь говорить спокойно.
– Ах да, я не сразу поняла. Как дела? – безразлично бросила она.
Ошибка, подумал Таннер. Я сделал ошибку. Мне не следовало ей звонить.
– Неплохо бы нам как-нибудь еще раз поужинать, но вы, наверное, заняты, так что давайте забудем...
– Как насчет сегодняшнего вечера?
Она снова застигла Таннера врасплох. Ничего, он ей еще покажет.
Ему не терпелось проучить стерву.
* * *
Вечером он сидел напротив Полы Купер в маленьком французском ресторане на Лексингтон-авеню. И удивлялся себе самому. Собственной радости при встрече с этой женщиной. От нее словно исходил яркий свет, в лучах которого хотелось согреться.
– Я скучал по вам, Принцесса, – вырвалось у него.
– О, мне вас тоже недоставало. Вы – это нечто. Нечто особенное.
Она бросила ему в лицо его же слова! Будь она проклята!
Похоже, этот вечер будет повторением их последней встречи. С другими женщинами именно он контролировал ситуацию. А теперь его терзало неприятное осознание того, что Пола неизменно оказывается на шаг впереди. На каждую его фразу у нее находился хлесткий ответ. Ничего не скажешь, умна, остроумна, и, значит, стандартные подходы тут не годятся.
Таннер предпочитал красивых податливых женщин, но впервые в жизни понял, что, возможно, что-то упустил. Все они так легко сдавались. Слишком легко. И были готовы на все. Ни малейшего сопротивления. Никакой борьбы. А вот Пола...
* * *
– Расскажите о себе, – попросил он.
Пола пожала плечами:
– Мой отец, богатый и влиятельный человек, не обращал на меня особого внимания. В детстве я была жутко избалованной: няньки, горничные, дворецкие, официанты в плавательных бассейнах, потом Радклифф[9] и все такое. Полный набор. Потом отец потерял все и умер. Я работала референтом одного политика.
– И вам это нравилось?
– Нет. Он ужасный зануда.
Их взгляды встретились.
– Я давно ищу кого-нибудь поинтереснее.
* * *
Вечер против всех ожиданий прошел довольно мирно, и на следующий день Таннер снова позвонил.
– Принцесса?
– Я надеялась сегодня услышать вас, Таннер! – приветливо воскликнула она.
Таннер ощутил нечто вроде удовольствия.
– Правда?
– Честное слово. Пригласите меня на ужин?
– Куда пожелаете! – засмеялся Таннер.
– Хотелось бы пойти к «Максиму», в Париже, но соглашусь на все, лишь бы побыть с вами.
Она снова сбила его с толку, в очередной раз лишила самообладания, но по какой-то причине ему было приятно.
* * *
Они ужинали в «Ля Кот Баск», на Пятьдесят пятой улице. Таннер не сводил с Полы глаз, гадая, что так влечет его к ней. Дело не во внешности. Его ослепляли ее ум и сила характера. Она буквально излучала интеллект и уверенность в себе. Первая по-настоящему независимая женщина, с которой ему пришлось столкнуться.
Они разговаривали обо всем на свете, и Таннер понял, что она, ко всему прочему, настоящий кладезь знаний.
– Что вы хотите от жизни, Принцесса?
Пола ответила не сразу.
– Власти. Чтобы самой вершить великие дела.
– В таком случае мы очень похожи, – улыбнулся Таннер.
– Интересно, скольким женщинам вы это говорили?
Он снова начал злиться:
– Может, хватит, наконец? Когда я говорю, что вы не такая, как те, кого я когда-либо...
– Когда-либо – что?
– Вы меня раздражаете, – процедил Таннер.
– Бедняжка! Почему бы не принять душ? Не охладиться? Придете в себя...
Таннер нахмурился. С него довольно!
Он поднялся.
– Не важно. Нет смысла пытаться...
– ...у меня дома.
Таннер не поверил своим ушам.
– У вас дома?
– Да. У меня небольшая квартирка на Парк-авеню. Хотите проводить меня?
Они решили обойтись без десерта.
«Небольшая квартирка» оказалась просторными, роскошно обставленными апартаментами. Таннер осмотрелся, пораженный богатством и роскошью. В этом окружении Пола смотрелась совершенно естественно, а Таннер никак не мог опомниться. Такого он не ожидал: коллекция картин, прямоугольный стол, большая люстра, итальянское канапе и гарнитур в стиле чиппендейл – диван и шесть стульев. Больше Таннер ничего не успел увидеть, потому что Пола пригласила его в спальню.
Спальня была белоснежной: белые стены, белая мебель, белое покрывало и зеркальный потолок.
Читать бесплатно другие книги:
