Легенды Львова. Том 1 Винничук Юрий

У скотобойца, который продавал на рынке мясо, вор украл кошелёк с деньгами. Скотобоец заметил, что его обворовали, в последний момент, и едва успел поймать вора за руку. Но тот поднял крик, что произошла ошибка, что никакой он не злодей и ничего не воровал.

На шум пришла стража и повела обоих в Ратушу.

Бургомистр Зиморович, выслушав обоих, велел обыскать вора. У него в самом деле был кошелёк с деньгами, но он божился, что это его собственные деньги.

Зиморович велел принести кипятку, развязал кошелёк и высыпал деньги в воду. На поверхность сразу же всплыл жир.

Теперь все увидели, что это на самом деле деньги скотобойца‚ который целый день торговал мясом‚ и потому, ясное дело, его монеты были засалены. Деньги возвратили, а вора отправили в тюрьму.

Не те евреи

Раз в год решил цыган ходить в церковь. Пришёл, стал в сторонке и слушает, что священник будет говорить. А священник как раз повествовал, как евреи били Господа нашего Иисуса.

«Ну, проклятые евреи, – думал себе цыган, – чего они нашего Иисуса били? Что он им, бедолага, сделал?»

Да и ушёл из церкви, вздыхая.

Прошёл год, и снова цыган в церкви. Что за чудо! Снова батюшка повествует, как евреи били Иисуса.

«Ну и звери! Второй год бьют нашего Иисуса, и никто ни пальцем не шевельнёт!» – злился цыган.

Когда же он и на третий год посетил службу и услышал то же самое, его охватила такая злость, что выбежал он из церкви и изо всех сил помчался на еврейский участок. По дороге выломал где-то большую палку, да и принялся евреев по улице гонять. Лупит их, как сидоровых коз, а те кричат, вейкают, прячутся по домам. Вдруг откуда ни возьмись появилась городская стража и, скрутив цыгана, поволокла его в Ратушу на суд прямо к пану Зиморовичу. Побитые евреи тоже пришли и начали рассказывать, как было дело.

– Так то ведь не те евреи, что его мучили, дуралей! Господа Иисуса били их предки! – толковал бургомистр.

– Так я же их и бил по передку! Раз по передку, раз по задку!

– Это были их пращуры!

– Вот именно, как щуры[3]! Убегали по домам, как щуры! Дал я им жару! – радовался цыган.

У Зиморовича вот-вот терпение оборвётся:

– Ты что, не понимаешь, что тебе говорят? Те евреи жили когда-то давно, а эти – уже совсем другое поколение!

– И по коленям бил, ясный пан, по коленям бил так же, как они били нашего пана Иисуса.

– А чтоб вам пусто было! – воскликнул Зиморович. – Убирайтесь все прочь. Больше никогда не буду пытаться евреев с цыганами рассудить!

Сухая верба

Из Львова часто отправлялись караваны купцов в далёкие края. Собирался караван вместе на Лычаковской рогатке, прощался с родными и – в путь.

Случилось так, что не успел обоз и до Винников добраться, как один купец почувствовал себя очень плохо и не мог ехать дальше. Что было делать? Отдал он деньги своему приятелю, сказал, какие товары ему закупить, а сам вернулся домой.

И когда караван после долгого странствия прибыл во Львов, а купец спросил своего приятеля о товарах, тот очень удивился. Никаких денег он не брал. Какие ещё деньги?

Как на беду, в ту минуту, когда один другому деньги передавал, рядом не было никого, кто мог бы стать свидетелем.

Подался купец в отчаянии к Зиморовичу и поведал ему о своей беде. Зиморович велел привести второго купца.

Когда они оба явились к нему, Зиморович спросил у того, второго:

– Брали ли вы деньги у этого человека?

– Боже сохрани! Разве я бы не отдал чужие деньги? Я же не первый год торгую во Львове, все меня хорошо знают.

– Скажите мне, – обратился бургомистр к пострадавшему, – есть ли у вас свидетели?

– Есть – Господь Бог.

– А где вы ему деньги отдали?

– Посреди дороги.

– Может, там было что-нибудь особенное?

– Сухая верба дуплистая у дороги клонилась. А больше ничего.

– Знаете что, садитесь-ка в бричку, езжайте на то место, осмотритесь, вдруг что и вспомните. А вы, – к приятелю, – подождите здесь.

Купец поехал, а Зиморович сел за стол и начал просматривать бумаги.

Прошло около часа, как он поднял голову и спросил второго купца:

– Где же это он задерживается? Неужели не добрался ещё до той вербы?

– Почему нет? Уже должен был бы вернуться, – ляпнул купец и прикусил язык, смекнул, что выдал себя.

– Ага! – сорвался на ноги Зиморович. – Вот оно как! Стража! Заковать его в кандалы!

– Помилуй! – упал на колени купец. – Всё верну!

– Не сомневаюсь. Но перед тем испытаешь, каково в нашей тюрьме.

Обида колокола

Львовский хронист Томаш Юзефович в 1659 году записал такую историю.

Как-то польская торговка‚ услышав, как звонит большой колокол Успенской церкви‚ который в народе называли Кирилл, сказала украинской торговке:

– Ну и грубо же звучит ваш Серило!

Украинка восприняла то‚ как она назвала колокол‚ за личную обиду, и принялась ругать польку‚ воскликнув:

– Если наш колокол Серило‚ то ваш кафедральный – Гаврило!

Слово за слово, торговки сильно поссорились и в конце концов предстали перед судом.

Судьёй в то время был консул Бартолемей Зиморович‚ который, выслушав обеих женщин‚ вынес такой приговор‚ обращаясь к польке:

– Слушай‚ женщина‚ никогда больше не давай таких легкомысленных прозвищ такому большому колоколу, и под страхом наказания добавляй титул «Пан Серило звонит!»

Услышавши такой приговор‚ полька рассмеялась‚ а украинка обрадовалась, как будто выиграла дело.

Сокровища

Дуб на Лысой горе

О сокровищах на Лысой горе не раз рассказывали старые люди, но кто бы осмелился в полночь пойти туда, где устраивали свои шабаши львовские ведьмы? Ровно в полночь на самой верхушке Лысой горы вырастал могучий дуб с дуплом, в котором и находилось легендарное сокровище. Ведьмы водили вокруг дуба хороводы, а на рассвете дуб исчезал бесследно.

Сын Лычаковского скотобойца Мирко был мальчиком не только не трусливым, но и здоровым, как бык. Папаша не мог нарадоваться своему сыночку, который одним ударом молота валил с ног бугая. И с тех пор, как услышал Мирко о сокровище, которое появляется на Лысой горе, то уже ни о чём другом думать не мог. Конечно, иметь дело с ведьмами ему не хотелось, а потому подался он на гору в понедельник, когда ведьмы отдыхают после своего воскресного шабаша.

В полночь Лысая гора ничем не привлекала, была хмурая и неприветливая. У подножия громко шелестели кусты, что-то попискивало и вскрикивало, шурша, осыпался песок. Вверху на сосне закричал филин, заскрипели ветви, и что-то упало на землю. Мирко минутку поколебался и взял наперевес молот, с которым был неразлучен, готовясь отбить любое нападение. Но когда он поднял голову и увидел, как на вершине горы вырастает дуб, то рванул изо всех сил, не обращая больше внимания ни на какие звуки.

На горе его ждало нечто неожиданное. Возле дуба увидел он невероятно красивую девушку в дорогом шёлковом платье. Она протянула к Мирку руки и сказала:

– Если ты хочешь достать сокровища и спасти меня от нечистой силы, то войди в дупло. Там увидишь дорогу, дорога приведет тебя к большому железному сундуку. На сундуке сидит сова, а на страже сокровищ стоит чёрный рыцарь. Убей рыцаря и того, на кого сядет сова. Не испугаешься?

– Я? Какого-то там чёрного рыцаря? Я чёрного быка из Лисиничей не испугался!

Мирко весело подмигнул девушке и смело запрыгнул в дупло. Он сразу увидел дорогу среди зелёных кустов, а через какую-то сотню шагов и железный сундук. Чёрный рыцарь сразу выставил правую ногу вперёд и направил на Мирка копьё. Парень взмахнул молотом, и копьё сразу же сломалось, ещё один взмах – и рыцарь с проломленным шлемом свалился на землю. В тот же миг сова вспорхнула, сделала круг над головой Мирка и села на плечо девушки, которую он встретил возле дуба.

«Откуда она здесь взялась? – удивлялся парень. – Неужели незаметно кралась за мной? А может, это не она, а какой-то призрак?» Мирко растерялся – что теперь делать? Панна приказала убить того, на кого сядет сова. Он поднял молот, панна вскрикнула:

– За что?

Мирко встряхнул головой, будто отгоняя видение, девушка протянула к нему руки, улыбаясь. Опустил он молот и взял девушку за руку. В тот же миг сова вспорхнула с её плеча и снова села на сундук, а девушка тут же свернулась в баранку и превратилась в старую горбатую ведьму, которая залилась дребезжащим смехом. Ведьма ударила Мирка в лицо, и он потерял сознание.

Пришёл в себя он только на рассвете. Но не мог припомнить ничего из того, что случилось с ним ночью и как он оказался на Лысой горе. С тех пор он уже больше никогда не мечтал о сокровищах. И только на закате дней Мирко припомнил своё приключение и рассказал внукам.

Забывчивые монахи

Однажды монахи-доминиканцы вычитали в старой книге, что раз в год на руинах Низкого замка можно расколдовать сокровища. Для этого в полночь нужно отслужить службу Божью со святыми дарами, и тогда спадёт заклятие с сокровищ, которые там закопаны.

И вот, когда наступила ночь, о которой писалось в книге, они отправились к руинам замка. И только они приблизились к ним, как услышали голос из подземелья:

– Хорошо, что пришли. Но вы же забыли фитиль, чтобы зажечь кадила.

И в самом деле, монахи увидели, что нет фитиля, и должны были вернуться в монастырь, а когда пришли снова, тот же самый голос из подземелья сказал:

– Хорошо, что пришли. Но вы же забыли ложечки для кадила.

Ай-ай-ай! Ну это же надо! Но делать нечего – пришлось возвращаться в монастырь.

Но и с третьего раза не посчастливилось им отслужить службу, потому что голос из-под земли произнёс:

– Хорошо, что пришли. Но вы же забыли полотенце для святого причастия.

«Ну что это за наказание Господне?» – удивлялись монахи. Казалось бы, всё собрали, всё предусмотрели, а всё-таки каждый раз что-то забывали. Вернулись они за третьим забытым предметом, пришли на руины, а тут и петухи запели. И тот же самый голос из подземелья встретил их громким хохотом.

Пещера на Высоком замке

Львовский историк Садок Баронч писал, что во Львове практически с каждым холмом или горой связаны легенды о сокровищах. Одну из них он пересказал так.

Как-то на Высоком замке прогуливался студент и неожиданно увидел широкий вход в пещеру, которой раньше никогда не видел, хотя бывал здесь не раз. Студент из любопытства вошёл в пещеру, и его поразило невероятное свечение, будто само солнце в этой пещере взошло. Как оказалось, свет бил из железных сундуков, наполненных золотом.

Студент взял пригоршню золота и выбежал из пещеры, чтобы сообщить о своей находке магистрату, но услышал за спиной грохот. Оглянулся и увидел, как пещера сомкнулась так, будто бы её никогда на том месте и не было. С той поры никто уже той пещеры не видел.

Корона короля ужей

В один тёплый июльский день трое детей мастера Штефана пошли в лес за земляникой. Олько, самый младший из них, отбился от компании и, зайдя в чащу, наткнулся на лужайку, так густо усеянную ягодами, что, собирая их, он не заметил, как начало вечереть. Но он хорошо помнил дорогу и смело двинул напрямик.

Недалеко зашёл, как вдруг услышал странный свист. Оглянулся он и увидел на лужайке несколько ужей. Среди них выделялся большой белый уж с золотой короной на голове.

«Наверное, их король», – подумал Олько и быстро спрятался за кустами.

Белый уж снова засвистел, и его подданные стали расползаться кто куда, оставляя короля одного. Белый уж подполз к кустам, где спрятался мальчик, и начал крутить головой. «Наверно, выбирает, куда корону положить», – догадался мальчик. А он слышал, что в таких случаях надо постелить перед ужом платок. Мальчик вынул из кармана платок и постелил на траве. Уж довольно зашипел и положил корону на платок, а сам лёг спать.

Олько времени зря не терял, схватил корону и давай делать ноги.

Белый уж проснулся от его топота и, увидев, что корону украли, бросился вдогонку с громким свистом. За считаные минуты к погоне присоединились десятки ужей. Они тоже шипели, и в их шипении слышалось:

– Отдай корону! Отдай корону!

Олько мчался стремглав, перепрыгивая через кусты, ветви царапали его по лицу, ноги скользили по траве, колючие побеги ежевики раздирали ноги, но он бежал и бежал, сжимая в руках корону. Запыхавшийся, он влетел на родительскую усадьбу и захлопнул ворота.

Когда мастер Штефан увидел сына с короной и расспросил его обо всем, то только грустно покачал головой и сказал, что добром это не закончится. Он как в воду глядел, потому что ужи не отстали от него, а окружили усадьбу со всех сторон. От их злобного шипения и свиста закладывало уши, скот бесился и бросался во все стороны, собаки лаяли, куры и гуси били крыльями.

Мастер вырвал из рук мальчика корону и бросил её через забор. И сразу же шипение и свист стихли, а ужи, схватив корону, вернулись в лес.

Сокровище Медовой пещеры

Жил себе один мельник, у которого была мельница на Полтве, и очень хотел он найти сокровища. Всё своё свободное время он тратил на то, чтобы выпытывать у старых людей, не слышал ли кто о зарытых сокровищах. Среди них и в самом деле находились такие, кто слышал что-то о сокровищах, но никто не мог указать точного места. Так что, когда мельник отправлялся на поиски, то только напрасно время тратил.

Но как-то рассказала ему старая бабка, что слыхала она о сокровище возле Медовой пещеры.

– Кто уж те сокровища закопал, я не знаю, врать не буду. Но должен там быть крестик на камне. Когда этот крестик отыщете, отступите два шага и копайте. Однако я бы на вашем месте этого никогда не делала.

– Потому что вы уже в годах, – сказал мельник. – Зачем вам сокровища?

– Нет, не поэтому… Ходят слухи, что это сокровище кто-то очень пристально стережёт, и так просто никто к нему не подступится.

– Ой, не морочьте мне голову, – отмахнулся мельник.

И в тот же день он подался к Медовой пещере.

Возле входа увидел несколько каменных глыб, которые покрылись таким густым мхом, что можно было и не надеяться найти указательный знак. Пришлось мельнику ножом каждую глыбу отскребать, пока наконец и в самом деле не наткнулся он на крестик.

Тем временем уже стемнело.

– Надо торопиться, – сказал себе мельник и принялся с энтузиазмом копать.

Земля в том месте была сплошь вперемешку с камнями, лопата входила не больше чем на полштыка, и мельник сильно взопрел, пока не услышал скрежет железа. Расчистив яму, увидел железную крышку сундука. И не просто крышку, а с каким-то орнаментом. Когда он присмотрелся повнимательнее, то различил льва, который стоял на задних лапах, а в передних держал корону.

– Ого! – оторопел мельник. – Не это ли сокровище самого короля Данила? Или его сына Льва?

Тогда он схватил лопату и только собирался поднять крышку, как из-под земли выскочил какой-то испуганный старичок с предлинной белой бородой, и как закричит:

– Ой-ой-ой! Горит! Горит!

– Что горит? – Мельника аж передёрнуло.

– Твоя мельница горит!

Мельник вскочил на ноги, глянул – и в самом деле увидел в той стороне яркое пламя. Горела его мельница, сомнений не было.

– Беги! – крикнул старичок. – А то пламя на дом перебросится! Смотри, какой ветер!

И тут же поднялся такой ветер, что испуганные деревья залопотали, зашумели, а те, что потоньше, аж пригнулись к земле.

Бросился мельник на всех парах домой. Пока бежал, не сводил глаз с пламени, которое до самого неба доставало своими яркими языками.

Дорога повела в овраг‚ и всё исчезло с глаз, не видел он уже и огня, слышал лишь в ушах, как трещит пламя, как падают горящие балки, как галдят люди и бьёт набат. Молил Бога, чтобы только ветер не повернул огонь в сторону его дома.

В конце концов, тяжело дыша, выбрался он из оврага и замер на месте: мельница его высилась на холме цела-целёхонька. Слегка дул ветерок, всюду было тихо и спокойно, никакого следа пожара.

Теперь он понял, что казначей обманул его‚ и грустно поплёлся домой. Теперь, когда стемнело, он не отваживался возвращаться к Медовой пещере.

Всю ночь ему пришлось крутиться на скамье, никак не мог он заснуть, всё время стояла перед глазами железная крышка сундука. А только забрезжил рассвет, изо всех сил побежал он к своему сокровищу.

Вокруг пещеры клубился туман. Забытая им лопата лежала неподалёку. Но яма исчезла. Никто бы и не догадался, что здесь кто-то когда-то копал. Мельник только сокрушительно покачал головой, понимая, что напрасно было бы начинать всё сначала. Ведь вспугнутое сокровище опустилось теперь так глубоко под землю, что и жизни не хватит, чтобы до него добраться.

Когда мельник вернулся домой, то увидел, что люди уже ждут его возле мельницы.

– Да уж, – покачал он головой, – может, эта мельница и есть моё самое большое сокровище? Если бы, не дай Бог, она сгорела, какой бы тогда стала моя жизнь?

Сокровища Высокого замка

Это было тогда, когда Замок ещё стоял, но никто уже в нём не жил, лишь запустение и сумерки воцарились здесь.

Одна бедная женщина пошла как-то с сыном собирать целебные травы на Высокий замок. Гора была когда-то сплошь покрыта лесом, и разного зелья росло там видимо-невидимо.

Так вот и забрели они в замковые руины. А было это как раз 10 мая, день Симона Зилота, когда сокровища солнцу открываются.

Услышала женщина тугой скрежет, глянула, а там старые ржавые ворота распахнулись. А во дворе полно золота.

Женщина так и остолбенела. Вдруг в верхушках деревьев прозвучал голос:

– Бери, пока можно! Через миг будет поздно!

Женщина вместе с маленьким сыном бросились в двор. Нагребла она золота в подол, и скорее назад. И только когда выбежала, заметила, что мальчика забыла. Осмотрелась и увидела, что он играет с драгоценными камушками. Женщина метнулась назад, но ворота уже закрылись‚ и, сколько она ни стучала в них, сколько ни рыдала и ни умоляла, так и не отворились вновь.

Вернулась она домой, высыпала золото в сундук, но так и не притронулась к нему за весь год, убиваясь по своему сыну. Едва дождалась того же самого дня и подалась к Высокому замку.

Стала она перед воротами и ждала, чтобы забежать во двор и хотя бы мёртвого своего сыночка забрать и похоронить по-человечески. И вот, когда солнце было в зените, ворота заскрежетали и распахнулись.

Женщина глянула и не поверила глазам своим. На груде золота и самоцветов сидел её мальчик и улыбался ей. С ним всё было в порядке, за год он подрос, а впалые щёки порозовели. Мать схватила его и пошла назад. И как раз вовремя, потому что ворота снова закрылись‚ и Замок стал таким же мрачным, как и раньше.

– Что же ты ел? – спросила женщина у сына, ощупывая его и осматривая со всех сторон.

– А меня белая пани кормила. Она забрала меня во дворец‚ и я там играл с такими же детьми, только одеты они были как-то странно. И на головах у них были короны. Там, во дворце, я и жил, а сегодня белая пани взяла меня за руку и вывела во двор, чтобы я маму ждал.

Сокровища упырей

В Винниках жил очень скупой богач, у которого было столько золота, что он едва успевал его за целый день пересчитать, и берёг как зеницу ока. Не стоит и говорить, что такое богатство не пришло к нему праведным путем, а заработал он его вымогательством и мошенничеством. И вот, когда он уже состарился и почуял смерть свою, то велел своим двум самым верным слугам выдолбить пещеру в Чёртовой скале. А когда та пещера была готова, богач перевёз туда свои сокровища.

Теперь его мучил один-единственный вопрос: будут ли его слуги верны ему до смерти? Не заберут ли себе потом его сокровища? Так он размышлял, пока слуги носили камни и готовились замуровывать вход в пещеру.

Он никому на свете не верил, так почему же должен был верить своим слугам? Схватил кирку и убил обоих. Тела заволок в пещеру и сказал:

– Вот теперь вы мои сокровища не растранжирите. Теперь вы будете стеречь их, как верные псы.

И сам замуровал пещеру, ещё и дёрном обложил и кустами обсадил так, что никто бы никогда и не догадался, что здесь что-то спрятано.

Умирал богач с лёгкой душой, потому что его уже не мучили думы о том, что с его сокровищами произойдет. Но и умерев, не оставил он своего любимого занятия – считать деньги. Каждую ночь восставал из могилы, шёл к Чёртовой скале и звенел монетами до первых петухов.

Неприкаянный дух его не раз видели люди, но никто не решался проследить, куда это он направляется, хотя и догадывались, что‚ небось, сокровища свои проведывает.

Но был в Винниках сын местного дьячка Василько, который не боялся ни чёрта, ни дьявола, и не раз уже себе раздумывал, как бы ему этого упыря выследить.

Однажды пошёл он на кладбище и выяснил, где похоронен богач. А похоронен он был в каменной гробнице. Мальчик заглянул в скважину и увидел гроб, возле которого оставалось ещё достаточно много места. Видно, здесь собирались ещё кого-то из семьи похоронить.

– Ага, теперь понятно, – сказал парень и, вернувшись домой, принялся вытёсывать гроб. Да не какой-нибудь, а такой, в каких только шляхту хоронили.

Родители, как это увидели, расстроились не на шутку:

– С ума ты, что ли, сошёл? Что это ты задумал?

Пришлось им соврать, что гроб ему заказал один пан из Львова.

– Да ну тебя! – заорал отец. – Неужели я тебя для того учиться посылал, что бы ты гробы тесал?

– Да не ругайтесь. Один только этот вытешу, и на том конец. Просто я поспорил с ребятами, так должен теперь своё сделать.

Ещё засветло отвёз парень гроб на кладбище и притащил его к гробнице.

Потихоньку начало темнеть. Когда солнце зайдёт, упырь оживёт, а сейчас он спит мертвым сном.

Василько отворил гробницу, затащил гроб внутрь и поставил его рядом с гробом упыря. Потом вынул из гроба кол осиновый и топор и спрятал их под гроб, а сам устроился в нём и крышкой накрылся. Скрестил руки на груди, лежит и ждет.

Недолго и ждать пришлось – послышался тихий скрип, потом кто-то застонал, закряхтел, грохнулась на пол крышка…

Василько дыхание затаил и глаза закрыл. Он понял, что упырь уже заметил новый гроб.

– А это что за призрак? – удивился упырь. – Это кого посмели ко мне засунуть, а? Мало ли я денег вбухал в эту гробницу, чтобы лежать тут одному? Ну и послал Бог семейку! Будь она неладна! Ну-ка вылезай, изувер чёртов! Слышишь!.. Чего молчишь? Праведником прикидываешься? А чёрта с два! Нет в нашем роду праведников! Одни упыри! Вылезай, не то сейчас кол возьму!

Василько несмело отклонил крышку и высунул голову:

– Дядька! Да не кричите так, будто ошпаренный! Разве я виноват, что меня рядом с вами похоронили?

– А ты кто такой? Ну надо же! И совсем молодой!

– Потому вы меня и не знаете. А я вашего брата сын, – солгал Василько, садясь в гробу по-турецки.

– Моего брата? Которого? Не Андрушка ли?

– Ага, Андрушка.

– А разрази его гром, папашу твоего! Чтоб он и третьих петухов не услышал, раз мне такую свинью подложил!

– Прошу прощения, дядя, но я не свинья, а всё-таки ваш племянник.

– Отставной ты козы барабанщик! Ищи себе дядю среди таких же нищих, как твой папаша, а к панам не лезь!

– Вот видите, уже вы самые догадались, чего меня к вам запихнули. Когда мы вас хоронили, то батюшка мой очень плакал, что вы ему и ломаного гроша не оставили. А ещё заложили всё своё имение, да так, что после смерти его евреи себе забрали. У нас не было даже за что вас похоронить. Вот тогда батюшка и решил, что раз вы так поскупились, то должны хоть местом в гробнице поделиться. Потому что на наши деньги вас и хоронили, и отпевали, и поминки, и сорок дней справляли. А мы, как вы хорошо знаете, не такие уже и богатые.

– Ага, так твоему папаше для родного брата несколько золотых жаль было? Ну я и дожился! Вот это семья!.. Хорошо, а ты как сюда попал?

– А так, что именно на вашу годовщину съехалась родня, чтобы вас помянуть. А матушка индюка запекла. Вот я того индюка ел и костью и подавился. Вот так-то‚ дядя, из-за вас я дуба врезал. Нечего теперь жаловаться.

Упырь посмотрел на Василька суровым взглядом, подумал и сказал:

– Хорошо. Раз уж так случалось, будем договариваться. За мою гробницу тебе нужно отработать. Вставай, и идём за мной.

Упырь завёл Василька к Чёртовой скале и, всплеснув в ладони, сказал:

– Скала, скала, отворись, ясным сокровищем загорись!

И вмиг скала расступилась, и увидел мальчик ярко освещённую пещеру.

– Заходи, – сказал упырь.

– Э, нет, – отказался Василько. – Слуга никогда не идёт перед своим паном, а только за ним.

Упырю это понравилось и он, не пререкаясь, зашёл в пещеру, а Василько за ним. Там аж глаза слепило от золота и серебра, а в углу лежало два скелета. Мальчик сразу догадался, что это слуги богача.

Целую ночь считали они золото, а под утро упырь сказал:

– Всё, пошли назад.

Мальчик вышел за упырём из пещеры и спросил:

– Дядя, а не боитесь вы, что кто-нибудь подслушает вашу поговорку и скалу отворит?

– Никогда в жизни. Скала слушает только мёртвых.

– В самом деле? Так можно, я её закрою?

– Ну, закрой, только надо сказать: «Скала, скала, закройся, чёрной тьмой покройся!»

– Как? – переспросил парень, чтобы потянуть время, потому что как раз прозвучали первые петухи, а упырь очень торопился на кладбище.

– Ну ты и тупица! – выругался тот и уже хотел сам скалу закрыть, но для этого надо было возвратиться и стать против самого входа, а время уже поджимало, поэтому он крикнул через плечо свою приговорку и побежал, не озираясь.

Мальчик всплеснул в ладони и произнёс заклятие. Как он и думал, скала и не пошевелилась. Упырь, услышав, как мальчик выкрикивает заклятие, спокойно исчез в чаще, и ещё до третьих петухов умостился в гробу. Мальчик дождался рассвета, пришёл на кладбище и залез в гробницу. Там он снял крышку с гроба упыря и приставил осиновый кол к груди. Упырь лежал, будто только что похороненный, и едва лишь Василько ударил топором по колу, как тут же во все стороны брызнула кровь, а упырь проснулся и вытаращил испуганные глаза. Но вопль застрял у него в горле. Мальчик двумя ударами загнал кол ему в грудь. Сразу же тело мёртвого посерело, пожухло и начало на глазах усыхать и рассыпаться. Но Василька это уже не волновало, он выскочил из гробницы и побежал что было духу, чтобы похвастаться родителям, какое он сокровище раздобыл.

Не буду уже рассказывать, как они золото пересыпали в мешочки и клали на телеги, и как потом за те деньги выстроили церковь и каменный мост через бурную реку Маруньку, потому что это было так давно, что уже нет ни церкви той, ни моста, а Маруньку теперь и курица вброд перейдёт. Скажу лишь, что едва они все сокровища забрали, как скала сама по себе закрылась, и больше уже никто никогда не слышал, чтобы там когда-нибудь какая-нибудь пещера отворялась.

Сокровища дрибнолюдков

Происходило это в давние времена, когда в Полтве ещё можно было не только купаться, но и рыбу ловить. Тогда стояла на Голоске мельница. А у мельника была дочь Настуня. Выросла она очень изнеженная и капризная, потому что мельник любил дочь и ничего для неё не жалел.

Однажды в воскресенье он с женой поехал на ярмарку, а Настуня осталась одна. Сидела она на скамье и раздумывала, что родители привезут ей из города. Вдруг смотрит, а возле мисочки с молоком для кота стоит человечек в красной шапочке. Набирает в пригоршню молока и пьёт. Настуня, не долго думая, тихонько подкралась к человечку и украла шапочку. Тот разозлился и затопал ножками:

– Отдай мне шапочку!

А Настуня в ответ:

– Не отдам!

– Ну хорошо, – говорит человечек. – Раз не хочешь так отдать, то проси, чего только захочешь.

– Хочу увидеть сокровища дрибнолюдков, – надула губки Настуня. – Мне мама рассказывала о них сказку.

Человечек побледнел и испуганно замахал руками:

– Нельзя тебе! Разве ты не знаешь, что за каждый час, который пробудешь у нас, ты вынуждена будешь отдать год жизни здесь, на земле.

– Ну и что? – пожала плечами Настуня. – А я хочу, и точка! В конце концов, мне, возможно, совсем не помешает провести два-три года под землей. Как раз пока не стану совершеннолетней, а тогда уж пора и замуж выходить.

– Ну хорошо, – согласился лилипут. – Пусть будет по-твоему.

И повёл её к скале, возле которой он велел закрыть глаза. А когда Настуня их открыла, то увидела, что оказалась в пещере, среди тяжёлых обитых золотом сундуков.

– Рассматривай моё богатство сколько захочешь и выбери себе двенадцать драгоценностей. Но помни, что время не стоит на месте.

Настуня открыла первый сундук, а там полно перстней, серёжек и ожерелий. И начала она примерять всё это, забыв, что ей стоит поторопиться. Лилипут стоял возле выхода и смотрел на Настуню.

Страницы: «« 345678910 »»

Читать бесплатно другие книги:

Война всегда обманна. Если ты что-то можешь, показывай врагу, что не можешь, если ты слаб, создавай ...
В повести «Расмус-бродяга» рассказывается о судьбоносных событиях в жизни девятилетнего мальчика, кр...
В этой книге Наталья Правдина – мастер фэн-шуй, автор многочисленных бестселлеров, эксперт в вопросе...
Пособие содержит тестовые задания и вопросы к коллоквиумам, которые могут быть использованы при изуч...
В учебнике излагается материал по всем разделам цитологии, включая историю и современные методы изуч...
Настоящее учебное пособие содержит сведения об особенностях морфологического строения цветковых раст...