Доллары в чемодане, труп в багажнике Соболева Лариса

Неля вышла из редеющей танцующей толпы в сопровождении Вехова. А машинка у него нехилая, баксов тысяч на пятьдесят тянет, – оценила Неля, садясь в авто рядом с Веховым.

Перестала играть музыка, постепенно смолкали голоса. Постепенно и к Дане возвращалась память или то, что называется способностью мыслить, значит, существовать в реальности, а не быть тупой массой сорока восьми килограммов. Глаза привыкли к полумраку, следовательно, видели недвижимого Семена Кирилловича. И когда до нее дошло, что он мертв… Дана подскочила, вернее, попыталась подскочить, но больно стукнулась головой о дно дивана и снова припала лицом к полу.

Мертв!!! Как же так?

Дана копалась в памяти, когда же он стал мертвым… Вспомнила, как он вздрогнул два раза после непонятных звуков…

Его убили! Она в комнате с трупом!!!

Дана сглотнула тошноту, почуяв приторный, солоновато-сладкий, плотный запах крови, который обволакивал и въедался в нее даже через кожу. Она кусала губы, глядя на труп и прилагая немалые усилия, чтобы не закричать. Мурашки стадами туда-сюда проносились по телу, отчего волосы просто дыбом вздымались. Но зашевелились и мозги в черепушке, которые вдалбливали: не ори, дура, тебя убьют.

«Меня убьют, – согласилась она. – Убьют…»

Убьют, потому что она стала свидетельницей убийства. А жизнь только началась, Дана ничего не успела сделать, узнать, повидать. Что, вот так: раз – и прекратится существование? Она не будет ни слышать, ни видеть, ни осязать, ни обонять? Перестанет жить? Будет так же лежать, как Семен Кириллович? Представив себя бесчувственным трупом, Дана прикусила палец и зажмурилась, задышала часто-часто, до головокружения. Открыв глаза, она опять наткнулась взглядом на труп. Куда же деться от него?

Дана не могла выползти напрямую, для этого надо либо отодвинуть Семена Кирилловича, либо перелезть через него, на такой подвиг она не способна. Поползла по-пластунски назад…

Рука задела замшевый футляр. Дана потрясла его, выпал ключ, повиснув на короткой цепочке. Видимо, это ключик от какой-то важной дверцы, Семен Кириллович не хотел, чтобы он попал в руки его палачей, и подбросил Дане. Сейчас не до ключа, посему Дана сунула его в футляр, а потом в кармашек сумочки и выползла.

За окном гасли огни, в комнате становилось темнее. Дана кинулась к двери, послушала коридор, тронула ручку…

– Заперта, заперта, заперта! – чуть не плача, прошептала Дана, дергая за ручку. – Мне что же, сидеть здесь всю ночь с трупом?

А вдруг ключ Семена Кирилловича подойдет? Дана достала его, но… он был не от этой двери. Спрятав ключ назад, она кинулась к окну, однако ее внимание привлек кейс на столе, потому что на него падал свет от фонаря снаружи дома. Дана подошла ближе, на кейсе лежали документы, мобильный телефон и связка ключей – все, что вытащили из карманов Семена Кирилловича. Связку Дана опробовала всю, ни один ключ не подошел к замку. Она взяла документы, подскочила к окну, пролистнула паспорт, посмотрела водительское удостоверение Семена Кирилловича и вернулась к столу. Потрогала крышку кейса… открыт.

– О боже! – вырвалось у нее нечаянно.

Да такой кучи денег она сроду не видела, только в кино. Аккуратно сложенные пачки, перетянутые резинками, полностью заполнили кейс. Дана захлопнула его, встала на стол, затем перешагнула на подоконник.

Полчаса она дергала и пыталась повернуть шпингалеты – тщетно. Дана села на подоконник, обхватила колени руками и положила на них подбородок. Прекрасно! Куча денег, труп (только не думать о нем, даже не смотреть в его сторону, иначе можно чокнуться) и невозможность выбраться! Дана в ловушке. Утром придут ноги и вынесут отсюда два трупа. Второй раз не повезет, ее обязательно обнаружат.

– Как же быть? – спрашивала она себя. – Как мне выбраться?

Безысходность усугубляла тишина, сжавшая пространство, отчего стало невыносимо тесно в этой большой комнате. Темнота не была полной, хотя во дворе много фонарей погасло, но те, которые остались, вливали слабенький свет в комнату. Очертания мебели вырисовывались темными тенями на светлых стенах, а когда ее глаза, словно их тянуло посмотреть на пол, останавливались на размытой темнотой фигуре Семена Кирилловича, у Даны начинало бешено колотиться сердце.

Ночь, а она заперта с трупом! И откуда-то из глубины души лезли кошмары, виденные в кино, когда мертвецы поднимались из могил или выходили из гробов и тянули, тянули тленные руки с когтями к живым. Иногда ей даже казалось, что Семен Кириллович шевелится… Паника заполняла Дану, не оставляя свободного места для разума, она подскакивала и неистово дергала за шпингалеты. Но как бы ни велика была паника, а кричать она не смела, помня: на крик придут и убьют.

Не открывается окно, хоть тресни!

Обессилев, Дана в очередной раз рухнула на подоконник и заплакала, содрогаясь всем телом. Но слезы никому еще не помогли пройти сквозь стены, они бесполезны, не принесли даже относительного расслабления. Дана положила кулаки на колени, на них подбородок, так просидела много времени, перебирая варианты спасения.

Окно – единственный реальный выход, она провела ладонью по стеклу. А если выдавить стекло? Дана спрыгнула с подоконника, опасливо двинула к дивану, глядя со страхом на тело Семена Кирилловича. Схватив подушку, быстро попятилась от трупа… нет, он не встал и не протянул к ней руки. Взобравшись на подоконник, Дана приложила подушку и надавила на стекло.

С каждым разом она давила сильней и сильней, но стекло не выдавливалось. Дана начала биться телом о стекло, подставляя подушку. Даже не треснуло. Что это за стекла такие непробиваемые? Стулом бы выбить… Так ведь нельзя, на шум сбегутся и убьют. Вот положение: не убьют сейчас, убьют чуть позже, когда вернутся за трупом. А вернутся на рассвете – так сказали главные ноги. Значит, жить осталось до рассвета. Как это можно принять?

Дана сидела на подоконнике, глядя на желанную волю, где в черной густоте сада безмятежно светились круглые шарики-фонарики. Там, за стеклом, шла интересная и многообразная жизнь, здесь время остановилось, потому что его уже не будет для Даны. Пока оно еще течет, приближая рассвет, вместе с рассветом приближает нелепую смерть, после чего все остановится. Какими же дурацкими недоразумениями виделись ей теперь крупные неприятности, даже скандальная кретинка с ее забегаловкой, где бессовестно обкрадывали клиентов, высветилась в радужном свете. А какой у Даны славный дед! Какие он выдает нравоучительные мудрости! Он же Спиноза, Кант и Шопенгауэр в одном лице, только книг не пишет! Но Дана его не ценила, Дана бесилась и спорила с ним, дура. Вот если бы слушала деда, не сидела б взаперти с трупом и перспективой стать убитой в ближайшие часы.

Глупо, в опаснейший момент она думает о пустяках. Ах, ну да, ну да – смертники вспоминают всю свою жизнь, как бы проживая ее заново. В недалеком будущем у Даны – кладбище или канава, куда ее сбросят. Забрезжил рассвет…

3

Вот и дверь открылась. В комнату проскользнули три человека, два подошли к трупу, третий остался у двери, смотрел в коридор, видимо, он и приказал:

– Выносите.

Двое наклонились… из нагрудного кармана одного из них выпал мобильник, цокнул о пол.

– Стой, – сказал он, стал на колени и зашарил рукой под диваном.

– Брось, потом заберешь, – поторапливал его напарник, взявший за ноги Семена Кирилловича.

– Чего горячку пороть? – Потерявший мобильник наклонился к полу, нашел трубку и взял под мышки труп. – Все дрыхнут.

– Быстрей! – прошипел тот, что был у двери.

Переступая семенящим шагом, двое вынесли труп…

Дана ни жива ни мертва стояла за тяжелой шторой. Когда дверь захлопнулась, она непроизвольно вздрогнула и с облегчением выдохнула, но тихо. Подождала несколько секунд, после высунула голову и сквозь тонкий тюль осмотрела комнату. Пусто. Ей повезло второй раз. Но еще неизвестно, так ли это, ведь предстоит выбраться из дома.

На цыпочках она выскользнула из-за штор, метнулась к выходу, но неожиданно вернулась к столу. О, что делает удача с человеком! Лишает последних мозгов. Открыв кейс, Дана вытаскивала оттуда пачки с деньгами, быстро засовывая их в маленькую сумочку. Как говорит дед, если от многого взять немножко, то это не кража, а просто дележка. И он успешно ворует в основном у государства: свет, воду, газ. Посмотрев на содержимое кейса, Дана сказала себе мысленно: хватит, иначе будет кража, да и не поместится больше в сумочке. Она забрала связку ключей и мобильный телефон Семена Кирилловича, в паспорте посмотрела страницу с последней пропиской, крестясь, выпорхнула в коридор.

Босые ноги Даны бесшумно ступали по полу самыми кончиками пальцев. Девушка оглядывалась назад, но главным ее желанием было никого не встретить…

Лестница. Дана осторожно выглянула из-за угла. Внизу никого. Пулей она сбежала вниз и тут же бросилась в сторону – кто-то входил, она услышала шаги. Дана притаилась в углу под самой лестницей, для верности присела и замерла, не дыша и покусывая губы.

Двое внешне похожих мужчин поднялись наверх, когда их шаги смолкли, Дана помчалась к выходу.

Терраса. Но это еще не свобода, свобода за пределами ограды. Как же бешено колотится сердце! Только бы никто не заметил ее. Дана слетела с террасы и ринулась в кусты. Уже хорошо. Нет, великолепно! Теперь Дану трясло не от страха – от огромного счастья, что она близка к цели. Она перебегала от одного куста к другому, от дерева к дереву и приближалась к заветной мечте, то есть к воротам…

А у выхода охрана, о чем Дана совсем забыла!

Ну и как выйти? Что им сказать? Мол, я всю ночь практиковала секс с сыном хозяина, хочу домой отсыпаться? А они возьмут и проверят. Потом обыщут ее и найдут деньги, ключи, мобилу… А потом догадаются, где Дана их взяла, пришьют ее и выкинут в канаву.

Со всеми предосторожностями, на какие только была способна, Дана двинулась назад. Надо отойти подальше от охранников, затем поискать подходящее место и перелезть через ограду. Краем глаза она заметила автомобиль на дороге к дому. Отлично! Теперь можно короткими перебежками перебраться на ту сторону, там кущи гораздо плотнее, настоящий лес. Она не решилась сделать этого раньше, так как из дома полностью видна дорога, Дану могли заметить.

Подобравшись к елкам и туям, она огляделась и кинулась к автомобилю, присела у фары, взглянула на дом. В окнах любопытных нет…

И вдруг рядом с собой она услышала грозное рычание. Дана так и села: три ротвейлера окружили ее, облизывались, словно собрались обглодать ее косточки.

Зося не спала, ждала Семена, ни разу ее не потянуло в сон. Вещи она собрала, как только приехала, теперь пила кофе и поглядывала на часы, нервничая. Он обещал приехать через час, а прошло с одиннадцати вечера шесть. Несколько раз Зося порывалась позвонить ему на мобильник, но опускала трубку, после надолго застывала в позе ожидания. В душе росла тревога. К четырем утра Зося поняла: что-то непредвиденное случилось. Семен не из тех людей, которые не держат слово, поэтому у нее и мысли не возникло, что он решил умыть руки и бросить ее. В чем же тогда причина его молчания? Ведь он даже не звонит!

Красивая женщина – это достоинство и недостаток одновременно, к сожалению, молоденькие девчонки не понимают данного факта. До тридцати Зося тоже не понимала. И не потому, что у красивых часто отсутствует разум, а потому, что стремление к пресловутому счастью бывает сильнее ума. Красота открывает много возможностей, Зося пользовалась ею вполне успешно, иногда бездумно.

Но когда тебе тридцать четыре, разум (если он есть) активизируется помимо желания, и, анализируя прошлое с настоящим, содрогаешься: как много сделано ошибок. К ошибкам привели излишняя доверчивость, в какой-то степени самонадеянность – наверное, это и есть две составляющие наивности. Зосю нельзя назвать наивной, но это сейчас нельзя. А еще недавно (годы-то после тридцати начинают набирать скорость и проносятся быстрее, чем хотелось бы) она парила, упиваясь своими достижениями. Зося была независима, у нее сложилась карьера, а то, что нет семьи, – не катастрофа. Но это кажущиеся достижения, ведь ничего не дается просто так. В принципе, черт с ними, с ошибками, разве существуют люди, не делающие оных? Да вот беда: ошибки ошибкам рознь, некоторые плодят долги, а долг платежом безобразен.

Зося посмотрела на часы – половина пятого. Тревожно заныло внутри, щемило сердце. Инстинкт самосохранения подсказывал ей: больше не стоит ждать, на всякий случай уходи. Зося достала парик, спрятала под ним каштановые волосы, расчесала его. Теперь она пепельная блондинка с прической каре, которая больше идет круглолицым, сужая лицо. У Зоси высокие скулы, к подбородку лицо заостряется, а большой лоб дополнительно его удлиняет. В сущности, Зося пыталась определить: насколько стала не похожа на себя. Она надвинула парик, закрывая челкой характерную линию прямых бровей, на макушку водрузила солнцезащитные очки. Взяв в руки две дорожные сумки, направилась к выходу, но вдруг зазвонил телефон, она бросила сумки и кинулась к аппарату.

Интуиция удержала ее снять трубку, Зося замерла, занеся руку над аппаратом. Телефон определил номер, но звонил не Семен, к тому же он позвонил бы на мобильник, предназначенный только для очень узкого круга людей. Кто же позвонил в такой час? Зося не стала удовлетворять собственное любопытство, медленно попятилась, взяла сумки, закрыла квартиру и вышла из дома. Сев в машину, она помчалась к окраине города. Сеня найдет ее.

– Хорошие собачки, – улыбалась зверюгам Дана. А пасти у них – ее голова запросто войдет. – Тихо, тихо…

На корточках, подавляя невообразимый страх перед псами, Дана отступала спиной. Ей удалось миновать переднее колесо. Вот и дверца. Лишь бы машина была открыта. Дана медленно протянула руку…

– Р-гав! Ррр-гав! – пробасила центральная псина, как будто поняла, что Дана мечтает забраться в салон, и соответственно предупредила ее не делать резких движений.

– Чтобы ты сдох, урод, – ласково сказала Дана псу, протягивая руку к дверце. – Хочешь, чтобы меня пришили? Сволочь ты черная. О господи, заткни им пасти.

Это просто супервезение: дверца открылась! Дана начала медленный подъем, одновременно открывая шире дверцу. Собаки сидели, высунув языки, тяжело дыша и не сводя с нее кровожадных красных глаз. Левая псина стала на четыре лапы, и тут у Даны сдали нервы. Едва дверца открылась достаточно, чтобы можно было пролезть в автомобиль, она запрыгнула на сиденье и перед самой мордой одной из псин захлопнула дверцу. Собаки разлаялись, поставив передние лапы на стекло.

– Тише вы! Фу! – рычала и Дана. – Дом поднимете, уроды!

Оглянувшись, она увидела на террасе появившегося мужчину из тех двоих, кто не так давно поднимался по лестнице. Дана пригнулась. Ладони механически шарили по приборам, наткнулись на ключ зажигания. Дана посмотрела назад, пряча голову за спинкой сиденья, – мужчина не спеша шел к машине. Нет, только не это! Ее затрясло – что делать? Но ведь машину она умеет водить, правда, не захватила прав. У деда старая-престарая иномарка, Дана его возит на рынок, а то и сама доставляет урожай, начиная от петрушки с укропом весной и кончая яблоками с грушами осенью. Неужели не сдвинет эту?

Мужчина свистнул, псы кинулись к нему на зов, но один так и лаял на автомобиль. Нет, он все равно идет к машине! Дана поставила ступни на педали… А где босоножки?!! Где она их оставила? Ну и черт с ними. Дана завела мотор, уже не таясь, тронула машину с места, оглянулась. Мужчина сначала остолбенел, затем кинулся вдогонку, но дорога поворачивала, огибая зеленые насаждения, к выезду. Дана свернула, потеряв мужчину за деревьями, прибавила газа. Миг – и очутилась у ворот, посигналила, затем крикнула:

– Эй! Мальчики! Откройте! Скорей!

Сзади неслись псы, слышался их беспорядочный лай. А охране все равно, кто уезжает в такой ранний час, ворота открыли. Дана как рванула…

– Стой! – донеслось до ушей. – Держи ее!..

Все, она мчалась, видя перед собой струившуюся под колеса дорогу. Мчалась и торжествовала. Несмотря на сумасшедшую скорость, ее никто не остановил, видно, милиция в это время спала. Боясь погони, она сворачивала в переулки, не снижая скорости. Визжали колеса – шинам хана. Но после недавних ужасов безумная радость окрылила Дану. Ей удалось избежать смерти! Это чудо! Настоящее чудо!!!

Вскоре она поняла, что если и была погоня, то ее потеряли. Куда теперь? На дачу к деду, он с марта перебирается жить туда. Чтобы не встречаться с постом ГИБДД на выезде из города, она направила машину по пешеходным тропкам, въехала в дачное царство и теперь выбирала место для парковки подальше от участков.

Это не те дачи, где люди балдеют от безделья, здесь каждый дачник трудится до седьмого пота, как ее дед, выращивающий овощи с фруктами в основном на продажу, ну и немножко для себя, лишь бы на зиму хватило. Чего только не растет на его законных шести сотках! Вся съедобная флора произрастает благодаря стараниям деда. Он, как японец, способен на одном квадратном метре вырастить джунгли.

Местечко Дана отыскала в небольшой роще за лесополосой, пришлось преодолеть адски неудобный путь по пригоркам, поросшим травами, зато сюда не захаживают люди. Дана выехала на крошечную полянку среди густых зарослей и заглушила мотор. Все, смертельные приключения окончены. Она упала на руль лбом, отдыхала. Несмотря на бессонную ночь, ее не тянуло расслабиться, напротив, слишком велико было возбуждение, энергия кипела. Как раз этот поток энергии и надо привести в норму, а потом…

Следует замаскировать машину, чтобы ее не нашли, а то так и ее, Дану, вычислят. Пусть пока постоит здесь, она придумает после, что с этим транспортом делать. Она вышла, присмотрела пышный куст, согнулась к его основанию и принялась терзать ветки, растущие из земли. Однако даже сломать ни одну не удалось.

– Посмотрю в машине, может, найду что-нибудь подходящее.

«Что-нибудь» – это нож, пила, топор, ну, хоть какой-нибудь заточенный предмет, способный выкорчевать ветки. Дана стала одним коленом на сиденье, открыла бардачок. Сигареты, жвачка, тряпка, презервативы… У, какой предусмотрительный хозяин автомобиля.

Пистолет! Настоящий. Действительно, хозяин запасливый. Дана достала пистолет, повертела и сунула назад – ей он ни к чему.

– Лопатку бы мне, – произнесла она и пошла к багажнику.

Открыв его, Дана вскрикнула и разом оцепенела…

Туча – это прозвище, производное от фамилии Тучкин, – потер щетину на остром подбородке и впалых щеках, остановив тяжелый взгляд на своем отражении в зеркале. Физия не ахти, глаза покраснели, скулы еще больше обозначились и без того смуглая кожа приобрела коричневый оттенок. Так ведь и ноченька выдалась далеко не спокойная, потрепала нервную систему, но закончилась благополучно. Туча разделся, его сухощавое тело жаждало воды, однако в ванную он не пошел, а с блаженством растянулся на постели и уже засыпал, вдыхая утренний воздух, влетавший через раскрытое окно, когда в его комнату ворвался с перевернутой рожей Чип:

– «Бумер» угнали!

Туча, разумеется, догадался, какой именно «бумер» угнан, откинул одеяло и сел. Желваки на скулах шефа охраны заходили в неистовстве, но он был не паникер по натуре, воспитал в себе выдержку, к которой обязывает положение.

– Когда? – задал он короткий вопрос.

– Только что, – утирая потный лоб тыльной стороной ладони, сказал Чип.

– Кто?

– Девчонка какая-то…

– Девчонка? Ты серьезно? Кто с ней был?

– Никого, я сам видел. Она сидела за рулем…

– Не ори! – злобно процедил Туча. Все же он взбесился и не смог этого скрыть, тем не менее следующий вопрос задал обычным, ровным тоном: – Откуда она взялась?

– А хрен ее знает, – пожал крутыми плечами Чип. – Я вообще ее не помню…

– Стоп! – поднял ладонь Туча. – Где она угнала автомобиль? В каком месте вы его оставили?

– Прямо со двора. Я только собрался с Дейлом ехать…

– Со двора?! – обалдел Туча и подскочил на ноги. – «Бумер» стоял во дворе, а она его угнала?!!

– Ну да, – беспомощно развел руками Чип. – Охранники ее выпустили, я не успел тачку догнать…

– Ты запомнил девчонку?

– Нет, я только розовую кофту видел… типа топа… и волосы черные.

Туча спешно одевался. В уме он вычислил, что девчонка явно из вчерашних гостей, наверняка ночь провела у кого-то в койке, ночевать в доме осталось человек десять. Но какого черта она машину сперла? План созрел моментально: следует выяснить, из какой комнаты она вышла, после узнать у того, кто с ней спал, кто она и откуда.

Три минуты спустя Туча растолкал оператора (своего человека) в каморке, где стоят два монитора:

– Иди отдыхать.

Тот потянулся, потер ладонями заспанное лицо и ушел. Туча начал просмотр записей. Камеры были развешаны по всему дому и снаружи, фиксировали все коридоры, но не комнаты. Бабаджанов раскошелился на охрану и оснащение дома видеокамерами, когда на него было совершено покушение полгода назад прямо в доме. Тогда он благополучно избежал смерти, но и убийце удалось скрыться. Туча одновременно просматривал записи видеокамер на двух мониторах, чтобы не тратить время зря. Спальни на четвертом и третьем уровнях пустил в ускоренном темпе, отмотав на час назад. Ничего. Второй уровень и первый…

Зафиксирован вынос тела Галдина – это надо стереть…

Внезапно он подался корпусом к монитору, остановил запись. Из кабинета жены Бабаджанова вышла девушка в розовом обтягивающем платье, босая… Туча обернулся к Чипу, стоявшему за его спиной, тот побагровел, рожу его перекосило от ужаса. Туча не потерял самообладания:

– Когда она туда вошла?

В сущности, он обратился не к Чипу, который не мог знать, когда и как девчонка очутилась в кабинете. Вопрос он задал самому себе. Туча вернул запись назад, надеясь, что девчонка все же вышла из соседней комнаты, а ему показалось, будто из кабинета.

Вот он открывает дверь ключом, пропускает Чипа и Дейла. Эти два родных брата воображение своей мощью не поражают, но парни они не мелкие, оба белобрысые, туповатые, тем не менее надежные. А неразлучны, как герои мультика, кстати, любят смотреть именно мультики, за что и получили клички. Вот Чип и Дейл выносят Галдина… Пауза… Теперь выходит девчонка, озирается…

– Она что, просидела там всю ночь? – похолодел Туча и снова посмотрел на Чипа, который пролепетал:

– Не может этого быть…

Туча презрительно фыркнул, но предъявить претензии и заехать ему по морде не имел права, потому что сам оказался шляпой. Он снова вернул запись назад, чтобы проверить то, что проверять уже не имело смысла. Туча открыл дверь, вошли Чип и Дейл, вынесли тело, девчонка…

– Она сидела там, – заключил он. – Мы ее заперли.

– Выходит, она видела…

Туча бросил на него зверский взгляд и, нажимая на кнопки пульта, нашел момент, когда девушка вбежала в кабинет. Она не выходила до тех пор, пока не втолкнули туда Галдина, после разборки дверь закрыли на ключ.

Наступила долгая изнурительная пауза, кровь ударила Туче в голову с такой силой, что едва не расколола ее на части, но он не сводил глаз с монитора, где остановил кадр с девчонкой. После паузы он вскочил со стула и решительным шагом направился в кабинет, за ним шел Чип, оправдываясь:

– Мы отнесли Галдина, потом я и Дейл вернулись, замыли кровь…

– Кейс где? – на ходу спросил Туча.

– Там остался. Ты же сам говорил, Бабаджанова в круизе, никто туда не войдет… Это же наш штаб… Мы заперли… Ты не говорил забрать кейс.

– Открывай, – приказал Туча, остановившись у кабинета.

Он исследовал комнату вдоль и поперек, отметил, что следы убийства замыли тщательно. А вот туфельки на шпильке покоились на подоконнике, там же лежала и подушка с дивана. Шеф, вполне выдержанный человек, на этот раз не выдержал – запустил подушкой в стену. А потом кинулся к кейсу. Наметанный глаз сразу определил нехватку пачек, он яростно захлопнул крышку и застыл.

– Где мобила и ключи Галдина?

Чип осмотрел стол и под столом, виновато поднял плечи вверх.

– А знаешь, чем это чревато? Она нас уничтожит.

– Девчонка? – с сомнением произнес Чип, впрочем, сомнение свое выразил слабо.

– Представь, девчонка. Помимо слов, у нее есть один большой козырь против нас. Ты знаешь, о чем я говорю. И когда она этот козырь предоставит… думаю, ей поверят. Найти ее немедленно! Сегодня же! Доставить на базу.

– Кого искать? Я ж не знаю…

– Иди, размножь ее физию, а я выясню, кто она и откуда.

4

Уцепившись за дерево, Дана содрогалась от рвотных позывов. Длились они нескончаемо долго, глаза уже вылезли из орбит, от перенапряжения разболелась голова, но конца им не наступало. Стоило ей посмотреть в сторону машины, начинался новый приступ, а ела она давно, пила тоже.

Силы все же иссякли, Дана сползла по дереву и сидела с ним в обнимку, закрыв глаза. Вроде бы даже заснула. Сколько времени прошло – неизвестно, она очнулась, огляделась и приуныла. Положение хуже некуда.

Итак, спасаясь, она угнала машину, а в ее багажнике лежит – ни много ни мало – труп Семена Кирилловича. И что теперь с ним делать? Это еще не все. Она видела убийство, украла деньги, мобильник и ключи. Спрашивается – зачем? Это не она, это гены виноваты, плохая наследственность. Папочка на выпивку крал бабки, шмотки таскал из дома, даже мебель выносил – пьянчуга. Но отдуваться-то за неудачные гены придется ей. Вопрос: как отдуваться?

Из первого вопроса вытекают следующие. Сумеют ее вычислить убийцы Семена Кирилловича, которые и положили в багажник его труп? Все-таки народу на вечере было много… Но она познакомилась с Виталиком, в доме которого убили человека, ее видели охранники, когда она уезжала… Вряд ли они смогут описать ее внешность, а Виталик знает только имя.

Нет, ее не вычислят. Не станут же они обращаться в органы: будьте любезны, найдите наш автомобиль с трупом в багажнике и ту дуру, что его угнала. Исключено. А искать угонщицу обязательно будут. Им нужен труп, им нужна свидетельница, чтобы положить ее рядом с Семеном Кирилловичем. Стоп, стоп! Убийцы не знают, что она свидетельница. Так ведь все равно будут искать машину и угонщицу, которая теперь знает про труп в багажнике. И не стоит обольщаться, что ее не найдут.

– Я, кажется, неплохо влипла, – произнесла Дана вслух.

Главное, в голове царил беспредельный хаос, мешающий ей найти оптимальное решение проблемы. То, что ее жизнь в опасности, – это понятно, но каким образом избавиться от опасности – попробуй, придумай. Дана сказала себе:

– Надо успокоиться.

А что успокаивает в экстремальных ситуациях? Труд. Тяжелый, нелюбимый, каторжный физический труд. Дана решительно поднялась, не глядя в багажник, захлопнула его и начала вырывать те ветки, которые поддавались ее слабым рукам. Ветками, а то и просто высокими сорняками она маскировала машину.

От неожиданности Виталий резко сел, не успев понять, кто его будит. Он протер глаза, увидел Тучу и барским тоном спросил:

– В чем дело?

Не соизволив объясниться, Туча сунул ему под самый нос отпечатанный на принтере снимок:

– Это кто?

– Дана. А что?

– Почему она убегала от тебя?

– Откуда ты знаешь?

– Я задал вопрос, – требовательно сказал Туча.

– У нас… возникла размолвка, – с вызовом ответил Виталий.

– На почве чего возникла размолвка?

– Я не обязан…

– Обязан, – грубо перебил его Туча. – Я должен знать обо всех, кто посещает этот дом, а ее я не знаю. Итак, почему она убегала?

– Ну, трахнуть я хотел ее в охотницкой…

– Понятно. Кто она?

– Понятия не имею, познакомился с ней вчера.

– Ты догадался взять у нее номер телефона?

– Не успел, она дернула.

– С кем она пришла?

– С сестрой. Сестру я не знаю, – упредил Виталий следующий вопрос. – А теперь катись, дай поспать.

Туча вызвал охранников, пока их не сменили, показал фото Даны и спросил, помнят ли они, с кем пришла эта девушка.

– С высокой женщиной, – ответил тот, что останавливал Нелю и Дану. – С огненно-рыжей. Она еще отчитывала девчонку, мол, больше не возьму тебя с собой, ты у меня как тормоз. Зовут ее… блин, она говорила…

– Неля, – подсказал второй охранник. – Неля Владимировна.

– Молодец, – похвалил его Туча. – Номер автомобиля, на котором они приехали, запомнили?

– Нет, – по очереди сказали охранники, а первый добавил: – Они не въезжали в усадьбу, но приехали на «Мерседесе».

– Скажите, эта самая Неля… как она вышла с территории усадьбы?

Первый пожал плечами, второй оказался более наблюдательным:

– Уехала с Веховым.

– Точно? – прищурился Туча.

– Сто пудов, – ответил он же. – У Вехова скат спустился, я остановил его и предупредил, а она сидела в его машине.

– Значит, сестричку бросила, – задумчиво произнес Туча.

Отчитывать их за то, что выпустили «бумер», бессмысленно. Автомобиль принадлежит Галдину, а он не раз выезжал отсюда по утрам, охранникам не пришло в голову, что машина угнана прямо из усадьбы. Плохо дело. Помимо трупа, в машине лежит ствол, из которого грохнули Галдина, к счастью, его тщательно вытерли. Глушитель Туча не положил в бардачок, намереваясь выбросить его позже, лучше, когда отдельные части находятся в разных местах. Он развернулся к мониторам, включил записи:

– Покажите мне Нелю Владимировну.

На мониторах появилась лужайка и зрители.

– Да вот, вот она, – указал первый охранник.

– Спасибо, ребятки, можете идти.

Через двадцать минут готов был снимок Нели, Туча шел с ним к Бабаджанову, рискуя получить взбучку. Он постучал в дверь спальни, не услышал ответа, постучал вторично.

– Кто? – недовольно проворчал Бабаджанов.

– Туча. Извините, дело спешное.

Пауза. Возня. Дверь приоткрылась, но Бабаджанов не пустил в спальню Тучу, значит, там телка, хозяин явно не теряется в отсутствие жены. Что ж, мужик он видный, хоть и невелик ростом, представительный, не скупой, весьма любвеобильный. Экономя время, Туча показал ему фото Нели:

– Эта женщина кто?

– Откуда я знаю? – сонно пробормотал Бабаджанов.

– Разве не вы ее пригласили?

– Я ее первый раз вижу. Наверное, с кем-то приехала. А в чем дело?

– Просто проверяю, кто вчера был у нас.

– Слушай, ты другого времени не нашел? – раздраженно процедил хозяин. – Например, чуть позже?

– Извините, – Туча сделал вид, будто смутился. – Я на всякий случай проверяю… Извините.

Он заглянул в кабинет жены Бабаджанова, где его ждали Чип, Дейл и Аслан, и, не переступая порога, коротко бросил:

– Поехали.

Дачный дом у деда – башня из четырех этажей. Первый этаж – глубокий подвал под всей площадью. Там он выдерживал яблоки и груши, зимой продавал их по мародерским ценам. Второй этаж – то есть наземный первый – две комнаты общей площадью двадцать квадратных метров. На третьем одна большая комната, и четвертый выстроен из досок, это было подобие зимнего сада, где дед выращивал рассаду. Башня мешала соседям, загораживая от солнечного света часть их огорода, они ссорились с дедом, писали на него жалобы, но потомок куркулей всегда оказывался прав, его не переспоришь, ему ничего не докажешь.

Замаскировав машину, в состоянии полутрупа Дана босиком пришла к деду. Он устроил дождь у себя на участке – нещадно лил воду из шланга, стоя в одних трусах, которые сильно растянулись и напоминали широкую юбку солнце-клеш. У деда была одна хитрость: чтобы напор воды был мощным, он кое-где перекрывал трубы, и, пока поливал свой участок, соседи не получали ни капли. Короче, дедуля не только у государства крал. Игнат Ефимович повернул голову, услышав, как кто-то идет по его территории, окинул внучку взглядом с ног до головы и строго поинтересовался:

– Откуда сорвалась?

– Приехала на электричке.

– Я не спросил, на чем ты приехала. Я спросил: откуда сорвалась? Почему босая? Почему бледная, как поганка?

– Оставила босоножки там, – Дана махнула рукой на дом. Он же запилит, если узнает, что потеряла дорогущие туфли. – Дед, что поесть?

– В холодильнике посмотри. Молоко на столе.

Поджав губы, он продолжал орудовать шлангом. Дана вошла в первую комнату – это была одновременно кухня и прихожая. Налив в стакан молока, она вспомнила труп в багажнике и не стала пить, поставила стакан на стол. Поднялась на второй этаж, упала на тахту. Сил не было никаких, а спать не хотелось.

Дана взяла сумочку, достала пачки долларов. Пять штук. Вскрыв одну пачку, посчитала пятидесятидолларовые купюры – сотня. Ого. Надо было весь кейс забрать, раз уж влипла. На эти деньги, если сильно экономить, можно долго протянуть. А куда ехать, куда? Дана взяла мобильник Семена Кирилловича, просмотрела внесенные туда данные.

Зося! Он называл Зосей женщину, с которой целовался в ротонде. Не может же быть две Зоси? Нет, не может, имя-то не распространенное. А ведь она что-то знает, чем-то помогла ему. Если Дана правильно поняла, то и Зосе грозит смертельная опасность, об этом она говорила ему в ротонде.

Дана легла, обдумывая, что делать и как использовать Зосю. Кстати! Есть ключ, который подкинул ей Семен Кириллович, а подружка убитого наверняка знает, что открывает ключик. Вдруг этот ключик способен помочь выжить им обеим? Да, сама Дана не справится, значит, надо встретиться с Зосей. И следует поторопиться, не дай бог, батарейка сядет, а зарядного устройства нет. Звонить следует только с телефона Семена Кирилловича, чтобы Зося ей поверила, заинтересовалась и пришла на свидание. Она выбрала номер, нажала на вызов.

– Семен? – послышался глубокий голос, в котором звучало беспокойство. Связь была хорошая, такая не часто бывает в городе. – Почему не приехал? Что случилось?

– Извините, это не Семен Кириллович, – сказала Дана.

– А кто? – голос женщины дрогнул.

– Скажите, вы Зося?

– Да. А вы, простите, кто?

– Я знакомая Семена Кирилловича, меня зовут Дана. Нет-нет, вы не подумайте ничего такого… Видите ли, Зося, у Семена Кирилловича большие неприятности (не лепить же сразу: его убили, да еще по телефону!). Его трубка попала ко мне. У меня есть для вас кое-что… Нам надо увидеться.

В трубке долго молчали. Интересно, сколько у него на счету денег, вдруг не хватит? У Даны, например, деньги с телефонного счета быстро испаряются.

– Пожалуйста, Зося. Вы даже не представляете, как это важно, но я не могу говорить по телефону, понимаете?

– Где? – наконец согласилась Зося.

– Ой, я как-то не подумала… Давайте в баре «От заката до рассвета» встретимся? Это недалеко от центра…

– Я в курсе, где этот бар. Как я вас узнаю?

– Я буду… в светлых джинсах, кроссовках и в бирюзовой футболке, обтягивающей, с клинообразным вырезом…

– Довольно общие приметы. Нельзя ли поконкретней?

– Ах, да… Простите, я волнуюсь. Значит, так: я небольшого роста, метр шестьдесят, худая, но грудь у меня третий номер. Потом… волосы черные, я смуглая… Да! Волосы у меня будут распущены, длина до лопаток… прямые. Вот еще что: я заколю волосы справа заколкой в форме бабочки… синего цвета.

– Хорошо, я приду. Встретимся в десять вечера.

Страницы: «« 12345 »»

Читать бесплатно другие книги:

К московскому адвокату обратилась владелица галереи антиквариата Цветкова. Ее история была и банальн...
«Сегодня позвонил мой старый приятель Юра Дмитриев. Я договорился встретиться с ним в маленьком уютн...
«В тот день я его заметил сразу. Он стоял под нашим подъездом и делал вид, что кого-то ждет, но я-то...
В эфире телеканала «Моя планета» уже несколько лет выходит уникальный телепроект «Русский след». За ...
В этом руководстве мастер Рейки Бретт Бевелл раскрывает новейшие техники, позволяющие направлять эне...
В журнале публикуются научные материалы по текущим политическим, социальным и религиозным вопросам, ...