Хочу все сразу, или Без тормозов! Шилова Юлия

— Денис, если я работаю в этом доме помощницей по хозяйству, то это еще не значит, что я идиотка, — заметила я. — Ты не смотри, что я еще такая молодая. В мужские сказки я уже давно не верю. Уж если ты мне что-нибудь и захочешь показать, то это кровать в своей спальне на верхнем этаже, да и то всего один раз. Боюсь, что для второго раза я уже буду тебе неинтересна.

— Ты всегда такая циничная?

— В последнее время — да.

Я невозмутимо продиктовала свой номер телефона и перед самым уходом добавила:

— А Лондон я обязательно еще посмотрю. Какие мои годы. Сама, без чьих-либо насмешек и медвежьей помощи. Я слишком люблю жизнь, чтобы его не увидеть. Но это будет уже совсем другая история, и в этой истории я буду не домработницей.

ГЛАВА 11

— Послушай, Маринка, ты на меня обиделась, что ли? — послышался за моей спиной голос Дениса, когда я продолжала убирать одну из спален.

Я вздрогнула и обернулась.

— Да разве я могу на тебя обижаться? Ты меня ничем не обидел. Ты ведешь себя со мной так, как считаешь нужным.

— А ты, я смотрю, девушка с характером.

— А почему я должна быть без характера? В наше время без характера никак нельзя. Сразу затопчут.

— Тоже правильно.

В этот момент Денис подошел ко мне совсем близко, притянул к себе и хотел было поцеловать в губы, но я увернулась от его поцелуя, освободилась от его рук и, раскрасневшись, произнесла:

— Я на работе.

— А после работы?

— Что после работы?

— После работы я могу тебя поцеловать?

— Денис, а ты всегда привык получать так быстро все, что захочешь?

— Вообще-то да, — надменно ответил Денис.

— Я не хочу с тобой ссориться, потому что многим обязана твоей маме, но я была бы тебе очень признательна, если бы ты видел во мне только помощницу по хозяйству и не мешал бы мне выполнять свои обязанности и зарабатывать свои деньги, — сердитым голосом ответила я и, не обращая внимания на Дениса, принялась убираться дальше.

Не говоря больше ни слова, Денис вышел из комнаты, и я почувствовала себя значительно лучше. Я понимала, что мне не стоит ссориться с Денисом, потому что он может запросто настроить против себя свою мать, и тогда я смогу лишиться работы. Но спешить удовлетворить все его сиюминутные прихоти я не собиралась. Странные все же эти богатые люди: увидел, загорелся и захотел получить все в одну минуту.

К вечеру я уже буквально валилась с ног. Позвонив Маргарите, я сказала ей о том, что собираюсь домой. Маргарита попросила меня перечислить все, что я сделала за день, и, удовлетворившись моим ответом, попросила меня подать ужин ее сыну и сказала мне, что после этого я могу ехать домой. Я тут же ушла на кухню, заглянула в кастрюльки, стоящие на плите, и, попрощавшись с уже уходящим поваром, отправилась искать Дениса.

Я нашла его на террасе. Денис разговаривал с кем-то по телефону на английском языке, закинув ноги на небольшой столик, курил трубку и пил коньяк. Дождавшись, когда он закончит разговор, я вновь заглянула на террасу и произнесла:

— Денис, мне пора уходить. Время ужинать. Ты хочешь есть?

— А что у нас на ужин?

— То, что ты заказывал повару. Рыба, тушенная с овощами.

— Что-то мне пока есть не хочется.

Я посмотрела на початую бутылку коньяка и как-то неуверенно произнесла:

— Может, я все-таки накрою на стол? Коньяк же хоть чем-то закусывать нужно.

— Тогда валяй.

Пока я накрывала на стол, Денис наблюдал за мной. Потом он заботливо спросил:

— А ты сама-то ела?

— Нет.

— Тогда давай вместе поужинаем, а то мне как-то одному не хочется.

— Тогда, может, дождешься маму и поужинаешь с ней?

— А мать еще не скоро приедет. Мне будет приятно, если ты составишь мне компанию. Куда ты поедешь голодная?

Я действительно хотела есть и, не раздумывая, согласилась. Мне было особенно приятно здесь ужинать. Роскошная столовая, дорогая посуда, свечи на столе и потрясающая энергетика дома. Я украдкой поглядывала на Дениса и думала о том, как же это здорово быть ребенком Маргариты. Любые сладкие грезы детства могут всегда превратиться в реальность. Денис был из какой-то другой жизни, куда мне была закрыта дорога, но о которой я тайно мечтала.

— Завтра мы уже с тобой не увидимся, — попивая коньяк, заметил Денис. — Я улетаю в Лондон рано утром.

— Тогда желаю тебе летной погоды, — дружелюбно ответила я. — И вообще, мне было очень приятно с тобой познакомиться. Не считая некоторых моментов, — я не могла не улыбнуться.

— Ладно, забыли. Извини, если что не так.

— Извинения принимаются.

— Я приеду только через три месяца.

— Через три месяца меня здесь уже точно не будет. Думаю, ваша домработница к тому времени уже давно поправится. И уж если быть предельно откровенной, то данная работа не по мне. Несмотря на то, что у вас очень красивый дом, в котором множество необыкновенных и дорогих вещей. Ничего подобного в своей жизни я не видела. Но я люблю работать в коллективе, общаться с людьми. Мне в своем ресторане интереснее. Но я вынуждена некоторое время поработать здесь, пока не заживут мои руки и пока не выйдет ваша помощница по хозяйству. Я не могу подвести твою мать.

— Ты всегда так тепло отзываешься о моей матери.

— Она меня очень выручила в свое время. Я умею с благодарностью вспоминать о тех людях, которые протянули мне руку помощи.

— А ты не хочешь записать мой телефон?

— Зачем?

— Мало ли. Вдруг ты когда-нибудь приедешь в Лондон и заблудишься. Тебя будет греть мысль, что в этом городе есть человек, который всегда будет рад прийти к тебе на помощь.

— Тогда записываю.

Я внесла телефон Дениса к себе в записную книжку и вновь улыбнулась. Время прошло незаметно. Денис много рассказывал мне о Лондоне, шутил, делал из салфеток самолетики и пускал их в столовой. Собрав с пола все самолетики, я посмотрела на часы и сказала ему о том, что мне пора собираться.

— А где твоя машина? — поинтересовался Денис, выглядывая в окно, выходящее во двор.

— А у меня ее нет, — ответила я.

— Так на чем же ты приехала?

— На своих двоих, — немного смущаясь, ответила я.

— Как это? — не понял меня Денис.

— Сейчас дойду до остановки, дождусь маршрутки. А затем на маршрутке доеду до Москвы, до конечной станции метро. А уже на метро доберусь до дома. Ну, что ты так на меня смотришь? Ты не видел людей, у которых нет машины? У меня даже прав нет, — я смотрела на слегка растерявшегося Дениса и думала о том, что между нами настоящая пропасть.

— Просто уже поздно. Тут остановка-то далеко.

— Не так уж и далеко. Минут десять пешком.

— А давай, я дам тебе свой «Мерседес» с водителем. Он отвезет тебя до дома.

— Да мне как-то неудобно.

— Да ладно тебе! Мне это ничего не стоит. Только придется его подождать. Я сейчас позвоню водителю, чтобы он приехал.

Не успела я опомниться и хоть что-нибудь возразить, как Денис уже позвонил своему водителю и дал указание приехать к дому. Я чувствовала определенную неловкость, но понимала, что отступать мне уже некуда и придется задержаться в доме до тех пор, пока не приедет машина.

— Послушай, а ты не хочешь выпить хотя бы бокал за знакомство? Да и за мой отлет?

— Нет, спасибо. Я ничего не хочу.

Но Денис не хотел слушать мои отговорки и, схватив за руку, потащил в винный погреб.

— Я тебя сейчас таким вином угощу! Ты подобного в жизни не пробовала.

— Денис, да неудобно как-то, — как могла, сопротивлялась я.

— Да что ты заладила: «Неудобно да неудобно!» Неудобно штаны через голову надевать!

— Но ведь я на работе!

— Во сколько заканчивается твой рабочий день?

— Твоя мама сказала, что я должна подать тебе ужин, а потом могу ехать.

— Значит, твой рабочий день уже закончился. Ты не только накрыла на стол, но я еще успел и поужинать. Так что сейчас ты не на работе. Ты уже свое отработала. Сейчас ты у меня в гостях. Так почему же я не могу у себя в гостях напоить тебя вкусным вином? У нас с матерью тут такая коллекция вкусных элитных вин! Я тебя уверяю, что ты в жизни не пробовала ничего подобного.

Через несколько минут мы с Денисом уже вновь сидели в гостиной при зажженных свечах. Но только сейчас уже ухаживала не я за ним, а он за мной. Открыв бутылку, он повесил сложенное полотенце себе на руку, изображая услужливого официанта, и, налив немного вина в бокал, игриво спросил:

— Мадам, попробуйте вино. Оно вас устраивает?

Я сделала глоток и расплылась в блаженной улыбке.

— Боже, вкусное какое!

— Спасибо, мадам. Я наливаю.

— Валяйте, — скомандовала я, получая настоящий восторг от этого спектакля. — Я оставлю вам хорошие чаевые.

— Мадам, вы так любезны и щедры!

Как только Денис налил мне полный бокал вина, мы оба услышали, что кто-то демонстративно закашлял. Понимая, что мы не одни, мы одновременно обернулись и увидели стоящую у входа в столовую изумленную Маргариту.

ГЛАВА 12

— Добрый вечер, — буркнула я и тут же вскочила из-за стола, не зная, как вести себя дальше.

— Я не помешала? — язвительно заметила Маргарита и прошла в гостиную.

— Мама, а ты чего так рано?

— Так ты же, сынок, завтра рано утром в Лондон улетаешь. Я все бросила, приехала, чтобы побыть с тобой подольше. Ведь столько времени теперь не увидимся. Разве я могу перед твоим отлетом на работе задерживаться? Ведь ты же моя кровиночка, ты у меня один-единственный. Думала, приеду пораньше, ты так обрадуешься. Мы с тобой откроем бутылочку отменного вина и сядем ужинать. Такой тихий семейный ужин, как в старые добрые времена. Вот и поужинали…

Маргарита остановила свой взгляд на аккуратно сложенном полотенце, висящем на руке у Дениса, и язвительно поинтересовалась:

— Сынок, а ты давно официантом устроился?

— Мама, да мы просто с Маринкой прикололись.

— Ах, вы прикололись! Я так понимаю, что Марина ужинает, а ты ее обслуживаешь.

— Мама, да ты что, шуток не понимаешь? Я же тебе говорю, что мы просто прикалываемся.

— Значит, вы вместе ужинаете?

— Да, если хочешь, присоединяйся.

— А разве у Марины рабочий день не закончился?

— В том-то и дело, что он закончился. Она сегодня сделала очень много работы по дому.

— Тогда почему она до сих пор не покинула дом? — голос Маргариты был таким зловещим, что у меня по спине пробежали мурашки. Я боялась встретиться с ней взглядом и тупо смотрела в пол, боясь произнести даже слово.

— Мама, у Марины рабочий день закончился еще час назад, — заступился за меня Денис.

— Тогда что она здесь делает?

— На данный момент она у меня в гостях.

— В гостях?!

— Ну да. Я пригласил ее к нам в гости. А что, разве я не имею права пригласить в свой дом гостей? Марина приняла мое приглашение и осталась на ужин. Это же не только твой дом, но и мой.

— Сынок, никто не спорит, что это твой дом. Конечно, ты волен делать в нем все, что захочешь, но ты не должен забывать об определенных рамках приличия.

— Мама, а разве я их нарушаю? При чем здесь приличие???

— Сынок, поверь, никто не приглашает прислугу к столу. Марина не может быть гостем в этом доме. Она всего лишь прислуга и она должна знать свое место. И уж тем более домработницу не угощают вином, которое стоит намного больше, чем она зарабатывает за месяц. С халдеями так себя не ведут. Ты позоришь наш род.

Маргарита кинула в мою сторону взгляд, полный ненависти, и прошипела:

— Марина, а я тебя недооценила. Что-то ты казалась мне поразумнее и скромнее.

— Мама, да что ты на Маринку-то накинулась? Что она тебе сделала? Марина, между прочим, не домработница. Она работает официанткой в ресторане и чисто по-человечески согласилась тебе помочь, пока ты осталась без помощницы по хозяйству. Она интересная девушка, и я не вижу ничего ужасного в том, что я предложил ей поужинать в нашем доме. Я же нормальный мужчина и не мог отпустить девушку голодной.

— Прислуга должна есть на кухне, а не за хозяйским столом, — буркнула мать, но Денис не обратил внимания на ее язвительное замечание и продолжил:

— Мама, ты не права. Это не я недостойно себя веду, а ты. Устроила непонятный скандал. Уже очень поздно и я попросил своего водителя, чтобы он отвез Марину на моей машине.

— Ах, значит, Марина еще и машину с водителем ждет! — развела руками Маргарита. — Марина, девочка, а ты далеко пойдешь. Может, тебя теперь всегда отвозить и привозить в этот дом на машине с водителем нужно?! Ты говори, не стесняйся, чего уж там. И это за один рабочий день в моем доме у тебя появилось сразу столько привилегий. За один день ты так сильно запудрила мозги моему сыну!

— Мама, прекрати!

— Не смей кричать на мать! — буквально взорвалась Маргарита.

— Извините, — только и смогла сказать я, направившись к выходу.

— Стой! Ты забыла снять форму домработницы! — прокричала мне вслед Маргарита! — Не забудь переодеться в свои шмотки! На работу больше не выходи! Ни в ресторан, ни в мой дом! Ты уволена!

Я тут же остановилась и посмотрела на рассвирепевшую Маргариту растерянным взглядом:

— За что? За что вы меня уволили? За то, что я поужинала с вашим сыном и сделала глоток вашего драгоценного вина?

— За то, что ты запудрила моему сыну мозги и приложила все усилия для того, чтобы он хотя бы временно потерял разум.

Забежав в ванную комнату, я быстро сняла форму и переоделась в свои вещи. Затем выбежала во двор и со всех ног бросилась подальше из этого дома.

Только в маршрутном такси я смогла дать волю чувствам и расплакаться. Увидев, что на меня оглядываются почти все пассажиры маршрутного такси, я постаралась успокоиться и взять себя в руки.

Шофер не выдержал и, посмотрев в зеркало заднего вида, с тревогой в голосе спросил:

— Девушка, вам плохо? Вам нужна помощь?

— Мне плохо, но вы мне вряд ли чем-то поможете. Меня просто уволили с работы.

— И из-за этого вы так расстроены?

— Из-за этого.

— Девушка, да любое увольнение — это всегда благо, — заметила сидящая рядом со мной пассажирка. — Увольнение — это жизненные перемены, а перемены всегда к лучшему. Мы только потом понимаем, как же сильно они идут нам на пользу.

— Душечка, для тех, кого любят боги, несчастье всегда оборачивается благом, — вторила ей сидящая впереди бабуля.

— Это вполне нормально, что каждый из нас что-то оставляет у себя за спиной, — подмигнул мне шофер в зеркало заднего обозрения. — Увольнение — это возможность реализовать себя на другом поприще. Постарайтесь изменить отношение к факту увольнения. Это не конец света, а шанс изменить свою жизнь к лучшему. Отоспитесь, успокоитесь и займетесь поисками новой работы. Вы занимались любимым делом?

— Не знаю. Но мне нравилась моя работа.

— Тем не менее она не была любимой, а это значит, что любимая работа у вас еще впереди. У любого потрясения есть положительные стороны. Если вас уволили, значит, вы были не на своем месте.

Я напряженно смотрела в лица откликнувшихся на мою беду пассажиров и уже через несколько минут улыбалась им благодарной улыбкой.

А как только я вышла из маршрутки, в моем кармане раздался звонок мобильного телефона и я не раздумывая сняла трубку. Услышав взволнованный голос Дениса, я хотела сбросить звонок, но тут же взяла себя в руки и стала слушать его спешную речь.

— Марина, мы с мамой хотим извиниться за то, что произошло. Извини, просто мама пришла домой не в духе. Все получилось очень некрасиво. Сейчас я дам трубочку маме.

Когда в трубке послышался голос Маргариты, я онемела и не могла произнести ни единого звука.

— Марина, я и в самом деле погорячилась. Давай, кто старое помянет… В общем, я была не права. Уж если я и должна была высказывать претензии, то только своему сыну, а не тебе. А ты можешь к нам вернуться и поужинать.

— Спасибо. Я уже поужинала, — заметила я.

— Ладно, не злись. Я жду тебя завтра к десяти на работу в своем доме. Ты придешь?

Услышав молчание в трубке, Маргарита тяжело вздохнула и сказала усталым голосом:

— Маринка, брось злиться. Ну погорячилась я. С кем не бывает. Кстати, завтра повар не выйдет. У него ребенок сильно заболел, а жена в командировке. Все вокруг болеют. Прямо сумасшествие какое-то. Ты-то хоть меня не подводи.

— Не подведу, — спокойно ответила я и подумала о том, что поссориться с Маргаритой я всегда успею, а вот найти новую работу не просто.

— Только как у меня руки заживут, так я сразу в ресторан выйду, а то мне не очень комфортно в вашем доме. Мне работа в коллективе больше по душе.

— Договорились, — сказала Маргарита довольным голосом и повесила трубку.

В тот момент, когда я подходила к подъезду, я увидела, как рядом с подъездом остановилась машина и из нее вышел Руслан. Какой же он все-таки красивый! Да уж, иметь серьезные отношения с таким мужчиной нелегко. Он знает, как он красив, и у него слишком много старых пассий и новых претенденток. Он отлично знает, как он хорош и как он может играть женскими судьбами. Чтобы быть рядом с таким мужчиной, нужно ему соответствовать. Если честно, то мне всегда нравились красивые мужчины и меня всегда интересовало, есть ли у них мозги.

Увидев меня, Руслан обернулся и развел руками:

— Маринка, какими судьбами?

— С работы иду.

— А может быть, ты меня караулишь?

— Нужен ты мне.

— Что, совсем не нужен? — спросил Денис. Я покраснела и отвернулась в другую сторону. — Ну пойдем, я тебя в подъезд заведу, а то как только ты подходишь к нашему дому, с тобой обязательно что-нибудь происходит. То на тебя маньяки бросаются, то из «жигулей» стрелять начинают.

— Не смешно!

— А я и не смеюсь, а говорю вполне серьезно.

Руслан вошел вместе со мной в подъезд и как бы между делом спросил:

— Куда едем, ко мне или к тебе? На какой этаж? У тебя — коммуналка с грибками и тараканами, а у меня — нормальная чистая современная квартира. Так может, лучше сразу ко мне?

— А к тебе что, сегодня из твоих подруг никто не пожалует?

— Вообще-то я ни с кем не договаривался.

— Значит, я первая?

— Похоже на то.

Той ночью я была особенно раскованной и доводила Руслана до сумасшествия. На этот раз он не забыл о мерах предосторожности. В эту ночь я испытывала ощущение неземного счастья и была готова плакать от радости. Несмотря на то что Руслан по своей сути был совершенно чужой мне человек, тогда он мне казался самым лучшим и прекрасным.

Если быть откровенной, то я уже сама плохо понимала, что происходит. Я понимала, что я не просто влюблена, а и очень сильно завишу от этого человека. Я знала, что нам никогда не быть вместе, и именно по этой причине моя любовь не имела ничего общего с тем высоким и жизнеутверждающим чувством, о котором так много пишут и показывают в кино. Это была какая-то патологическая зависимость, и она доставляла мне настоящую душевную боль. Тяжело любить и прятать как можно дальше свое чувство собственного достоинства, а иногда и приходить к мысли, что от него уже почти ничего не осталось.

Я готова была отдать за эти ночи, за эти губы и руки все, что имею, но мне было больно осознавать, что Руслану не нужен был этот дар. Да и как можно любить человека, который доступен для любой женщины. И все же где-то там, в глубине души, таилась надежда…

Я никак не могла понять, чем я хуже других. Ведь я готова все от Руслана терпеть, не упрекать его ни в изменах, ни в том, что он не питает ко мне тех чувств, которые питаю к нему я.

Руслан был моей первой любовью, и мне казалось, что больше я никого не смогу полюбить так, как люблю его. Если бы кто-то помог мне избавиться от мук этой безумной любви… Если бы…

Лидка всегда говорила мне о том, что в любовную зависимость попадают люди с низкой самооценкой или те, кому в детстве не хватало родительской любви. Она была абсолютно права. Мне не хватало ни родительской любви, ни высокой самооценки. Лидка вообще была мудрее и опытнее меня. Если я верила в свою вторую половинку, то она называла эту веру обычным мифом и говорила, что она приводит к собственной неполноценности.

Несмотря на Лидкины предостережения, я все же считала Руслана своей настоящей любовью и второй половинкой, если хотите. Эта любовь меня мучила, и я хорошо понимала, что источником этих мук являюсь только я сама, но ничего не могла с этим поделать. Мне хотелось, чтобы Руслан стал только моим, чтобы он позабыл про других девушек и его сердце стало принадлежать мне. Мне было страшно от того, что в этой жизни меня перестало интересовать все, кроме него одного.

Вот так, всего лишь за несколько коротких встреч этот человек смог заслонить меня от целого мира.

Когда мы вдоволь насытились друг другом, Руслан откинулся на подушку, зевнул и посмотрел на часы:

— О черт! Время три часа ночи, а у меня зверский аппетит. Я, между прочим, сегодня почти ничего не ел. Тебе кто-нибудь говорил о том, что, прежде чем тащить мужчину в постель, его нужно хорошенько накормить?

— Да, я где-то про это слышала, — не могла не улыбнуться я. — А еще я слышала про то, что если мужчину хорошо накормить, то после этого он будет вряд ли на что-то годен и может сразу заснуть.

— Но ведь я уже свою норму выполнил. Значит, не мешает меня покормить.

— Сейчас я мигом устрою нам ужин при свечах.

— Какой, к черту, ужин? Это будет уже ночь при свечах.

— Ну ночь так ночь.

ГЛАВА 13

Не прошло и часа, как на столе уже стояли две свечи, бутылка шампанского, два бокала, два прибора, салат и жареная картошка с котлетами. Руслан сидел напротив меня совершенно голый и улыбался. Он заметил, что жареная картошка с шампанским, — это что-то новенькое.

— Здорово! — не могла я не выразить своего восхищения. — Такой ночной ужин двух совершенно обнаженных людей.

Я смотрела сквозь пламя стоящей передо мной свечи на бесконечно любимое лицо и думала о том, как же я счастлива в эту минуту. Так счастлива, что мне хочется обнять весь мир и поделиться своим счастьем с другими. Ведь любовь — это светлое ирадостное чувство. Так не хочется страдать! Хочется дарить радость и получать эту радость взамен. Ведь когда любишь, то любые трудности по плечу. Хочется быть удачливее, сильнее, красивее, успешнее.

В тот момент, когда мы подняли свои бокалы, я не удержалась и произнесла:

— За любовь.

— За нее, родимую, — согласился со мной Руслан.

Скорее всего, он так и не понял, что этот тост имеет к нему самое что ни на есть прямое отношение.

— Я люблю тебя, — не ожидая от себя самой такой смелости, произнесла я и подняла глаза на Руслана.

— Что ты сказала?

— Но я же сказала очень отчетливо. Не делай вид, что ты меня не расслышал. Я очень тебя люблю.

— Малыш, ты это серьезно?

— Серьезно.

— Выкинь эту дурь из головы.

— Почему? Я не знаю, что со мной происходит, но когда тебя нет рядом, я чувствую себя несчастной.

— Ерунда. Никто не может нас сделать счастливыми или несчастными. Почему ты решила, что я могу тебя осчастливить? Ты же, если так разобраться, ничего не можешь обо мне знать.

— А я и не хочу о тебе что-то знать. Для меня важно, чтобы ты был просто рядом. Знаешь, со мной первый раз в жизни такое. Этой какой-то наркотик. Я чувствую, что я попала в какую то зависимость от тебя, но мне совсем не хочется с ней бороться. Понимаешь, теперь мое настроение зависит от того, как складываются наши с тобой отношения. Это же сумасшествие какое-то! Я действительно слишком мало тебя знаю, но мне кажется, что я знаю тебя всю жизнь.

— Маринка, да ты сама все придумала, — усмехнулся Руслан. — У вас, баб, так всегда. Влюбляетесь в какой-то мифический идеал и начинаете гонять непонятные мысли в своей голове. Маринка, ну ты же вроде неглупая девчонка! Ты должна понимать, что это самая настоящая эйфория. У тебя просто снесло голову, а точнее крышу. Нужно поставить ее на место.

Руслан громко смеялся, а я сидела ни жива ни мертва и смотрела на него грустным взглядом. Я раскраснелась и, ударив кулаком по столу, посмотрела на Руслана глазами, полными слез:

— Маринка, ты чего?

— Ничего! Ты над чем ржешь? Над моими чувствами???

— Да ладно! Что ты завелась в самом деле?

— А то, что я поделилась с тобой своим сокровенным. Тем, что рядом с тобой мне хочется жить и дышать. Мне кажется, что у меня вырастают крылья, а без тебя мне начинает казаться, что я умираю. Я знаю, что ты не идеал и что мы вряд ли будем когда-нибудь вместе, и от этого мне еще больнее. Но ведь чем чаще я тебя вижу, тем сильнее я хочу быть с тобой, и тем больше я понимаю, как мне тебя не хватает. Как у наркомана существует потребность все время увеличивать свою дозу, так и мне все больше требуется любви. Мне даже кажется, что в этот омут меня втягивает какая то неведомая сила. Знаешь, я, конечно, понимаю, что мои слова для тебя ничего не значат, но мне очень хочется, чтобы ты не отнимал у меня эту жизнь.

— Какую жизнь? Малыш, ты о чем?

— Жизнь, полную надежд и иллюзий. Ведь это ты «подсадил» меня на эту иглу. Ты сделал меня зависимой от тебя, а это значит, что в том, что сейчас со мной происходит, твоя вина тоже есть. Я сейчас в твой власти. Ты можешь пользоваться моей любовью, можешь манипулировать мною, как хочешь, только будь человеком, не доставляй мне слишком много страданий.

— Марина, да ты молодая, красивая. Да ты что с собой творишь? Ты еще нормального мужика себе найдешь.

— А ты что, ненормальный? — я чувствовала, как у меня горели щеки.

— А я еще не нагулялся, — честно признался мне Руслан.

— А когда нагуляешься? Годам к пятидесяти?

— Может быть. Мне пока сложно об этом думать. Я еще молодой, и, если так разобраться, я еще не встретил девушку, которая бы меня зацепила.

Эти слова прозвучали как пощечина, но я их терпеливо снесла, потому что совсем недавно сама говорила о том, что готова вытерпеть от Руслана все, что угодно.

— Марина, ты должна просто осознать, что твое чувство — это болезнь. Учись приходить в себя. Я не могу дать тебе то, что ты хочешь, и выстроить с тобой продолжительные отношения. Если ты хочешь, чтобы я был с тобой откровенен, то хорошо, буду. Я не могу не гулять, пойми.

— Почему?