Встреча с мечтой, или Осторожно: разочарованная женщина! Шилова Юлия
— Вот именно.
— Нормальная реакция. Даже когда я приволокла эту зажигалку, помнишь, вы сидели в беседке, он ни капельки не изменился в лице. Вел себя так, словно ночью ничего не случилось.
Расспросы Макса встревожили меня.
— А к чему ты заговорил на эту тему?
— Да так просто.
— А вот и не просто. Ты что-то знаешь?
— Догадываюсь…
— Ты знал о том, что пахан бессмертный?
— Бессмертных людей не бывает.
— Тогда скажи, о чем ты догадываешься?
— Не могу, пока не проверю свои догадки.
— Это связано с мистикой?
— Я не верю в мистику.
— Ну а что тогда?! У него есть брат-близнец?!
— Нет, пахан был единственным ребенком в семье.
— Тогда у него есть незаконнорожденный брат.
— Исключено.
— Ну почему? Это же логика, оправдывающая мистику.
— Ерунда это все.
— Почему ты так уверен?
— Потому что я очень хорошо знаю семью пахана. Всю свою сознательную жизнь он страдал оттого, что у него нет ни братьев, ни сестер.
— Ты уверен, что хорошо знал его семью?
— Уверен.
— Откуда такая уверенность?
— Пахан — мой дядька.
— Твой дядька?!
— Да.
Я фыркнула.
— Ну и дядька у тебя… Лучше умереть, чем иметь такого родственника.
— Родственников не выбирают.
— Понятно. Родственников двигают по служебной лестнице. Вот поэтому-то ты и общак держал.
— Я никогда не пользовался родственными связями. Меня двигали не за родство, а за мои конкретные дела, — сильно разозлился Макс и ударил кулаком по столу так, что люди, сидящие за соседними столиками, обернулись.
— Не стучи, не дома.
— А ты не говори глупости.
— Я просто сказала, что родство в нашей жизни имеет довольно большое значение. Родство равносильно волосатой лапе, без него в наше время никуда.
— Слушай, и до чего же ты баба противная! Как только с тобой муж жить будет?! Ему надо за вредность платить.
— Во-первых, я не баба и никогда ею не была. Я всегда была леди. Всегда, даже тогда, когда была бедной. А во-вторых, это мне нужно платить за вредность, потому что я свяжу свою жизнь с таким непонятным эгоистичным существом, как мужчина.
— Ладно, забыли. Послушай, а на тебя в доме не было никаких покушений?
— Как понять?
— Ну, после той ночи, когда ты выстрелила в пахана, на тебя никто не покушался?
Я вздрогнула и затаила дыхание.
— А… откуда ты знаешь?
— Я еще пока ничего не знаю. Я просто спрашиваю. Так было или не было?
— Это было больше похоже на изнасилование. В ту ночь я пошла на кухню попить воды и даже не успела включить свет, как на меня напал насильник. Я чудом вырвалась. Он еще крикнул мне вслед, что я покойница и он обязательно меня найдет.
— А ты когда-нибудь видела его раньше?
— Нет, — отрицательно замотала я головой. — Я и тогда не видела его лица.
— А может быть, ты раньше слышала его голос?
— Нет.
— Ну а ты сама как думаешь, этот человек мог принадлежать к обитателям этого дома?
— Мне кажется, что обитателей дома я видела всех. Он не из их числа.
— Ты уверена?
— Да.
— Понимаешь, дело в том, что посторонних, случайных людей в этом доме не бывает.
Я испугалась. Страх буквально сковал меня.
— Макс, а кто это мог быть?
— Пока не могу сказать. Ты же не видела его лица.
— Но я знаю, что я никогда не видела его раньше. Я же слышала его голос.
— Голос — это ерунда, вот если бы ты видела его лицо…
— От него пахло табаком, — неожиданно вспомнила я.
— Каким табаком?
— Таким ужасным, дешевым. От него даже не пахло, а воняло. Табак какой-то наркотический. Про таких говорят — не мужчина, а папироса.
— Он так сильно вонял табаком?
— Очень. — Мой голос задрожал, стал каким-то надрывным. — Кстати, таким табаком вонял пахан, когда я отдавала ему зажигалку.
— Ты уверена? — Глаза Макса сузились, стали как щелочки.
— Уверена.
— Ты точно не ошибаешься?
— Нет. Я как только подошла к пахану, сразу почувствовала этот запах. Просто тогда у меня был стресс и я не могла все это связать. Я только подумала, что уже где-то слышала этот запах.
— Пошли. — Макс встал.
— Куда?
— К машине. Домой тебя отвезу.
— Но ведь ты не сказал мне о том, что ты знаешь…
— Я пока еще ничего не знаю. Пока я только догадываюсь. Если мои догадки подтвердятся, я обязательно тебе позвоню, мы встретимся и я все расскажу.
Я пошла за Максом, но продолжала настаивать.
— Но это нечестно! В конце концов, я мочила пахана, значит, я имею полное право узнать, каким образом он ожил.
— Придет время, узнаешь.
— Я хочу сейчас.
— Сейчас я ничего не могу сказать.
Я потеряла терпение и топнула ногой.
— До чего же ты противный мужик, черт бы тебя побрал! Твоей будущей жене нужно за вредность платить, раз она согласится жить с таким упрямым остолопом, как ты!
— Я приму это как комплимент, — совершенно спокойно сказал Макс.
— Так не расскажешь?
— Нет. Позже.
— А может, сейчас?
— Я сказал нет, значит, нет.
Мы вышли на улицу. Макс достал канистру с бензином и стал заполнять бак. Обернувшись, я вдруг увидела знакомую машину, ту самую, на которой приехали молодчики, расстрелявшие наших спасителей…
Глава 21
Я ткнула Макса в бок. Он вздрогнул и не на шутку разозлился.
— Ты что! Я чуть было канистру не уронил! Я же бензин доливаю, у нас бак на нуле. Поосторожнее пихайся.
— Я не пихаюсь. Посмотри налево. Там машина из леса. Нужно быстрее отсюда дергать.
— На пустом баке далеко не дернешь. Какая еще машина из леса?!
— Та самая, на которой приехали бандиты.
— А может, просто модель похожая?
— Я номера запомнила.
Макс посмотрел влево и моментально изменился в лице. Сначала я прочитала на нем удивление, затем панический страх. Я вцепилась в его рукав и спросила дрожащим голосом:
— Макс, я не ошиблась?
— Нет, ты не ошиблась. Слушай меня внимательно. В машине никого нет. Скорее всего, они обедают. Нам не стоит испытывать судьбу. Немедленно уезжаем отсюда. Только без паники. Ты уже вся побледнела.
— Это ты побледнел. Я нормальная.
— Это не лес. Это Москва. Тут нам никто не причинит зло.
— Сейчас могут застрелить даже на Красной площади.
— Это не Красная площадь.
И тут из кафе вышли четверо мужчин. Увидев нас, они замерли.
— Смотри, это же Сереги Белого машина! — сказал один из них, разглядывая колеса. — Я ж сам лично все колеса проколол, а она ездит.
— А каким боком она тут оказалась, если она в лесу должна быть?
— Непонятно ничего. Баба с мужиком рассекают…
— Да бичи вроде. Только какие-то перебитые. Подрались с кем, что ли?!
Как только Макс хлопнул багажником, быстро открыл мне дверь и пробурчал сквозь зубы:
— Ты какого черта тут до сих пор стоишь?!
— Макс, они нас увидели.
— Знаю, только не нужно показывать, что мы их опознали. Вообще не смотри в ту сторону.
— А я и не смотрю.
— Вот и молодец. А теперь быстро в машину!
Не удержавшись, я повернулась в сторону наблюдающих за нами мужчин и, быстро опустив глаза, села на свое место.
— Я же сказал тебе не смотреть!
— Да я нечаянно. Макс, они так на нас смотрят…
— Пусть, главное, чтобы мы на них не смотрели.
— Макс, а ты?
— Я сейчас сяду.
Закрыв за мной дверь машины, Макс хотел было направиться к другой двери, но двое мужчин перегородили ему дорогу, а двое других принялись озираться по сторонам.
— Привет, командир, — обратился один из них к Максу и похлопал его по плечу.
Я сидела ни жива ни мертва и с ужасом наблюдала за тем, что будет дальше.
— Привет, — довольно живо ответил Макс и хотел было пройти вперед, но мужчины и не думали расступаться. — В чем проблема, мужики? Мне надобно ехать.
— А на чьей машине ты собрался ехать, командир?
— Как это — на чьей? На своей.
— Ты хочешь сказать, что это твоя машина?
— Моя.
— Так покажи документы.
— А вы что, мужики, ГАИ, что ли? С чего бы я вам что-то показывал?
— Покажи документы, говорят, а то проблемы будут. Эта машина сейчас числится в угоне. Ее у нашего товарища прямо от дома угнали.
— Возможно, просто модель похожая…
— И номера тоже похожие?
— Номера тоже похожие.
— Надо же. Это ж где видано, чтоб у двух машин были одинаковые номера…
— Всякое бывает, мужики. Сейчас время такое. Ничему удивляться не нужно.
— Всякое, говоришь, бывает?
— Всякое.
Мужчины глядели на Макса довольно зло, но, по всей вероятности, рисковать не хотели.
— Послушай, ты нам давай мозги не пудри. Показывай документы, или мы милицию вызываем. Машина в угоне, тебя сразу по статье закроют. Это машина нашего другана Сереги Белого.
— Хорошо, вызывайте милицию. Пусть она в этом недоразумении и разберется. Я с удовольствием с ней пообщаюсь. Пусть она и узнает всю подноготную этой машины.
— А может, ты нам сам расскажешь подноготную этой машины?
— Да тут особо и рассказывать нечего. Я буду общаться только с людьми при погонах, а с вами, мужики, мне разговаривать не о чем. Давайте разойдемся с миром. Вы ничего не видели, а я вам ничего не говорил. Это машина не вашего Сереги Белого, я вам отвечаю. Я предлагаю спокойно разойтись, как в море корабли. Вернее не разойтись, а разъехаться. Вы езжайте в своем направлении, а я в своем.
— Разъехаться, говоришь?
— Разъехаться.
Один из мужчин толкнул Макса и процедил сквозь зубы:
— Послушай, командир, а ты как колеса надул? Они же спущены были. Ты случайно не в шиномонтажке работаешь?
— Нет.
— А мне кажется, в шиномонтажке. Говоришь, хорошо колеса клеишь?
— Я такого не говорил. Я вообще не понимаю, о чем идет речь.
— Тебе по-другому объяснить?
— Мужики, что вы в самом деле?! Если надо, я вам сейчас документы покажу.
— Давай, показывай.
— Сейчас покажу.
Макс повернулся лицом к машине, открыл дверь, нагнулся через меня и стал рыться в «бардачке».
— Анька, слушай меня внимательно, — еле слышно прошептал он. — Они нас живыми отсюда не выпустят. Сейчас я закрою дверь и их задержу, а ты пересаживайся на водительское место, включай зажигание и дави на газ.
— Что?
— Что слышала и не вздумай со мной спорить. У тебя на все про все ровно минута. Ты машину водить умеешь?
— Конечно. Я десять лет за рулем.
— Вот и замечательно. Чтобы через минуту я тебя здесь не видел.
Я похолодела.
— Макс, а ты?
— Ты обо мне не думай. Я сам о себе позабочусь.
— Как же ты позаботишься? — На моих глазах показались слезы. — Как же ты позаботишься, они убьют тебя, и все.
— Анька, если ты сейчас не уедешь…
— И что?
— Уезжай. Умоляю тебя, уезжай.
— Я не могу тебя оставить.
— Но ты погибнешь, дурочка.
Один из мужчин нагнулся и постучал Макса по спине ни чем-нибудь, а пистолетом. Я чуть было не потеряла сознание.
— Командир, у тебя зрение плохое, что ли? Ты там случайно не за пистолетом полез?
— За документами. Не могу понять, куда они подевались.
Мужчина с пистолетом перевел взгляд на меня и расплылся в совершенно неприятной улыбке.
— Привет, красавица.
— Здрасте, — еле живым голосом поздоровалась я.
— Ты откуда такая красивая?
— Из кино…
— Ты, наверно, в фильмах ужасов снимаешься? Я, ей-богу, если бы с тобой ночью встретился, умер бы от разрыва сердца. Наверно, кто-то применил твой нос вместо боксерской груши.
— Я упала…
— Это ж надо так упасть, чтобы харю в черт-те что превратить.
— А вы что, правда видели фильм с моим участием? Он назывался «Дракула».
— Да не «Дракула», а «Ночь мертвецов», ты там самого главного покойника играла, — покатился со смеху мужчина.
— Я никогда не снималась в таком фильме.
— Ну тогда снимешься. Ты когда бутылки на улице собираешь, чаще морду кверху поднимай, вдруг кто-нибудь из режиссеров мимо пункта стеклопосуды проедет и сразу обратит на тебя внимание.
Макс хлопнул меня по коленке и прошептал:
— Уезжай.
Как только закрылась дверь машины, я с ужасом посмотрела на водительское место. Из глаз бежали слезы. Слезы страха, безысходности и отчаяния. Нам вновь угрожает опасность. Именно тогда. А ведь нам обоим казалось, что самое страшное позади, что наступила долгожданная свобода.
— Ну что, командир, что так долго искал документы? Ты случайно не пистолет хотел прихватить?
— У меня нет пистолета.
— Так где документы?
— Наверно, дома оставил.
— Дома, говоришь?
— Дома.
— Ты заканчивай лапшу на уши вешать! Значит, ты и твоя горилла тоже на охоте были. Где вы спрятались, когда дом горел?
— Мужики, я вообще не понимаю, на что вы намекаете. Я вас не понимаю.
— Не понимаешь?
— Не понимаю.
— А мы тебе не намекаем, а говорим конкретно. Где ты со своей гориллой скрывался и как машину на колеса поставил?!
Наверно, в другой ситуации я бы просто не смогла стерпеть тот факт, что меня назвали гориллой, но сейчас мне было глубоко наплевать, как бы меня ни обзывали. Это меня волновало меньше всего на свете. Бомжиха, уродина, бичиха… Какая разница? Главное, чтобы я и Макс были живы. Это самое главное.
— Ладно, командир, хорош тут дурака включать. Вытаскивай свою гориллу из машины и милости просим в нашу. У нас тоже модель неплохая. Салон со всеми наворотами.
— Зачем?
— Затем, что отъехать надобно, поговорить.
Один из мужчин по-прежнему держал пистолет, который был направлен на Макса. Только он держал его где-то внизу, так, чтобы не привлекать внимание проходящих мимо людей.
Читать бесплатно другие книги:
