Вечеринка в турецких банях Хрусталева Ирина

Глава 9

– Рома, я больше не собираюсь ждать ни минуты, нужно срочно ехать в милицию! – решительно заявила Вероника и, распахнув дверцы шкафа, начала выбрасывать оттуда вещи прямо на пол. – Только посмотри, уже почти одиннадцать часов, их нет целые сутки, телефоны по-прежнему недоступны! Что ты стоишь? Собирайся быстрее, едем в милицию.

– Ника, что ты делаешь? – спросил муж, с удивлением глядя на кучу юбок и кофточек.

– Что делаю, что делаю! Не видишь разве, джинсы свои ищу!

– Случайно не эти? – Роман показал на штаны, спокойно висевшие на спинке стула.

– Точно! – Вероника кивнула и, схватив джинсы, начала торопливо натягивать их на себя.

– Девочка моя, может, ты сначала пижаму снимешь, а уж потом наденешь штаны? – спросил Роман, едва сдерживая смех.

– А, ну да, я забыла. – Вероника скинула пижаму и снова начала натягивать джинсы. – Ром, ну что ты сидишь? Одевайся!

– Толку от этого не будет, только время потеряем, – ответил муж.

– Почему?

– Потому что заявление принимают только по истечении трех суток с момента исчезновения человека. Лишь когда дети пропадают, сразу заводят дело и начинают поиски, а твоя мать и Марина – взрослые люди.

– И что ты предлагаешь? Спокойно сидеть и ждать целых три дня? – возмутилась Ника. – Нет, так дело не пойдет, они обязаны отреагировать на заявление, пропали два человека! Я не желаю ничего слушать, собирайся!

– Ник, успокойся, я уверен, что ничего страшного не случилось.

– А где же они болтаются до сих пор?

– Мало ли, – Роман пожал плечами. – Наверняка сидят у кого-нибудь в гостях.

– Ты сам-то веришь в это? Будь они в гостях, уже сто раз позвонили бы, согласен?

– В общем-то, да.

– Вот и я о том же. Собирайся, нужно немедленно заявить в милицию, с ними что-то случилось.

– Погоди, Ника. Лучше я позвоню Никитину Сергею и проконсультируюсь с ним. Он сыщик опытный, сразу скажет, что нужно делать в нашем случае, – как можно убедительнее проговорил Роман.

– Господи, Ребров, почему же ты до сих пор ему не позвонил? – всплеснула Вероника руками. – У меня совсем вылетело из головы, что у тебя есть друг – майор милиции. Звони, и пусть он немедленно приезжает! А если не сможет, мы сами к нему поедем.

Роман набрал домашний номер Сергея и почти сразу услышал его бодрый голос:

– Алло, слушаю.

– Сережа, привет. Узнаешь? Это Ребров.

– О, какие люди в Голливуде, – засмеялся Никитин. – Куда пропал, адвокатская ты морда? А еще друг, называется! Я почти месяц не слышал твоего голоса. Как дела? Как Вероника? Как дочурка?

– Все хорошо, Сергей, жена с дочкой в порядке, я тоже ничего. У тебя как дела?

– У меня-то? Да какие у меня могут быть дела, кроме уголовных? – хмыкнул Никитин. – Дома все хорошо, дочка в этом году закончила школу, поступила в институт, на юридический.

– По стопам отца пошла?

– Пошла, хоть я и отговаривал, – вздохнул Сергей.

– Почему?

– Не женское это дело. Я хотел, чтобы она в медицинский поступила и стала врачом, как ее бабка, моя мать. А она ни в какую, уперлась, как баран, – хочу быть прокурором! Я ей объяснял: чтобы стать прокурором, одного института мало, а она даже и слушать меня не хочет. Ладно, пусть пока учится, а дальше видно будет. Кстати, Ребров, кто-то грозился меня на барбекю пригласить в свою загородную резиденцию, да, видно, забыл ты про друга, а я до сих пор терпеливо жду.

– Прости, Сережа, закрутился, как клубок моей бабушки, не продохнуть, – ответил Роман. – У меня сейчас два клиента из высшего эшелона, так что, сам понимаешь, с ними не забалуешь. А обещанное барбекю – это запросто, хоть сегодня. Если есть время, приезжай, я рад буду тебя повидать, да и Вероника тоже.

– Времени вагон и маленькая тележка, – сообщил Сергей. – Мои вчера в Турцию укатили, на солнышке погреться, а у меня положенный выходной, суббота. Так что ты попал, Ребров, конкретно. Жди, топи баньку, маринуй ребрышки для барбекю, часа через полтора буду.

– Заметано, жду. – Роман улыбнулся и положил трубку.

– Ром, у тебя как с головой? – хмуро поинтересовалась Вероника. – Какое барбекю, когда в нашем доме черт знает что творится?

– Ничего особенного не происходит, выбирай, пожалуйста, выражения, – ответил Роман, строго посмотрев на супругу. – Не думаю, что нужно было говорить Сергею о таких вещах по телефону.

– Почему же?

– Да потому что мы пока не знаем, что случилось на самом деле с твоей матерью и этой девчонкой Мариной.

– И что?

– Ничего, просто такие разговоры должны вестись с глазу на глаз.

– Ой, Ребров, что-то ты темнишь! – прищурилась Вероника. – А ну, колись немедленно, в чем дело?

– Ника, только не волнуйся, пожалуйста… но мне показалось, что наш номер прослушивается, – нехотя сказал Роман.

– С чего ты взял? – опешила Ника.

– Когда меня соединили с номером Сергея, я услышал характерный щелчок. Человек, который не сталкивался с такими вещами, просто не придал бы этому значения, а я – воробей стреляный, и меня это сразу же насторожило.

– Ты уверен? Ты ничего не путаешь, Рома? – не на шутку забеспокоилась Ника. – Может, тебе показалось?

– Нет. Я очень отчетливо слышал посторонний звук, – возразил Роман.

– Да кому мы нужны, чтобы нас прослушивать? Или мы шпионы какие-нибудь из ЦРУ? Работаем на японскую разведку? Нет-нет, тебе наверняка показалось, глупости, – махнула Ника рукой.

– Я тебе уже сказал: мне не показалось. Правда, я не совсем уверен, что прослушивают именно нас… но факт – вещь упрямая.

– Это наш дом и наш номер телефона. Кого же еще могут здесь прослушивать?

– Я разговаривал с Сергеем, а он – майор милиции, заместитель начальника убойного отдела, может, это его номер на жучке. Даже не знаю, что думать…

– И не думай. Никитин приедет, все ему и скажешь, а лучше – покажешь. О, меня, кажется, осенила гениальная идея, – оживилась Ника. – Попробуй позвонить еще куда-нибудь, и сразу поймешь – наш телефон прослушивается или Сергея. Если услышишь такой же щелчок, значит – нас, нет – это твой друг Никитин, получается, попал под «колпак к Мюллеру».

– Нам сейчас только этого не хватало, – вздохнул Роман и начал набирать какой-то другой номер.

– Кому звонишь?

– Сам не знаю, спонтанный набор цифр. Не берут трубку, – разочарованно вздохнул он, когда номер не ответил.

– Звони еще куда-нибудь.

– Ника, давай не будем пороть горячку, приедет Сергей, с ним и решим, что делать дальше. Если прослушивается именно наш номер, он что-то посоветует, прикинет, как узнать, кто это делает. Мне так все это не нравится, что прямо скулы сводит! – болезненно сморщился он.

– А меня мучают очень неприятные предчувствия, – вздохнула Ника. – С мамой и Мариной что-то случилось, иначе они бы уже давно дали о себе знать.

– В базе данных происшествий о них нет никаких сведений, выходит, в черте города с ними ничего не случалось.

– Рома, ты не маленький и прекрасно понимаешь, что говоришь сущую ерунду. В России пропадают тысячи людей без всяких происшествий, и никто их не находит. Я тебе вчера сказала, что у матери всегда при себе имеются деньги, причем достаточно крупные суммы, и меня этот факт очень напрягает.

– Деньги, деньги, деньги, – пробормотал Роман, о чем-то сосредоточенно думая. – Ника, а не в них ли все дело? Только не в тех, что она таскает с собой, а совсем в других, которые пока что находятся в Америке:

– В каком смысле – в Америке? Что ты имеешь в виду?

– Да нет, этого не может быть! Если бы… нам уже обязательно позвонили бы, – пробормотал Роман, хмурясь все сильнее.

– Рома, ты можешь изъясняться членораздельно? – прикрикнула на мужа Вероника. – Объясни, о чем ты? Кто позвонил бы?

– Ладно, Ника, не бери в голову, – отмахнулся Роман. – Просто подумалось бог знает что, когда ты о деньгах заговорила, вот и… Короче, забудь.

– Что значит – забудь? – насторожилась Ника. – Я все поняла! Ты хочешь сказать, что маму… что ее похитили с целью выкупа?! – Она ахнула, внезапно сообразив, о чем подумал муж. – Нет, Рома, скажи, что это не так!

– Да откуда мне знать, так ли это или нет? Я всего лишь предположил, что такое вполне возможно…

– Нет! – резко перебила его Ника и заметалась по комнате. – Ты прав, нам бы уже давно позвонили и… да, обязательно позвонили бы. Что делать? Господи, что же делать-то?!

– Мама, я иду гуять, – закричала Кристина, вбегая в спальню родителей, которым пришлось резко прервать обсуждение. Следом за ней влетела болонка Дуська и закрутилась под ногами у Вероники.

– Дуся, прекрати, – прикрикнула та на собаку, чуть не споткнувшись о нее. – Хочешь, чтобы я тебя раздавила?

В дверь заглянула Наталья и растерянно улыбнулась.

– Извините, я не успела оглянуться, как она убежала и вошла к вам в комнату. Кристя, пошли гулять, не мешай родителям. Дуся, выходи отсюда! Извините, – повторила она.

– Да, да, погуляйте, только не ходите далеко, – кивнула Ника, но тут же спохватилась: – Нет, лучше погуляйте сегодня в саду!

– Почему? – Няня удивленно вскинула брови. – Я обещала Кристе, что мы пойдем сегодня гулять на пруд, покормим уток…

– Сегодня пруд и кормежка водоплавающих отменяются, – резко бросила Ника и, схватив футболку с кучи вещей, валявшихся на полу, натянула ее на себя. – И этот вопрос не обсуждается, – предупредила она, увидев, что няня открывает рот для очередного вопроса. – Возьмите велосипед Кристины, пусть она покатается по дорожкам нашего сада.

– Хоцю на плу-у-ут, не хоцю лесепе-ее-ет! – закричала девочка, топая своими маленькими ножками. – Хоцю уткам, хоцю на плут!

– Тяф-тяф-тяф, – поддержала ее Дуська, подпрыгивая на месте.

– Что-то случилось Вероника Дмитриевна? – с беспокойством спросила Наташа. – Кристиночка, перестань, мы завтра пойдем на пруд, – обратилась она к девочке, но Кристя вопила, как пароходная сирена.

– Тяф-тяф! – не отставала от нее болонка.

– Господи, дурдом на выезде, – простонала Ника, схватившись за голову. – Кристя, прекрати капризничать, а ты, Дуся, немедленно заткнись! Ничего не случилось, Наташа, просто прошу: делай то, что я говорю. А ты, доченька, не плачь, раз мама сказала, что нельзя сегодня на пруд, значит, так нужно. Ты ведь уже большая девочка, правда?

– Не-ет, я аленькая, хоцю на плу-ут, уткам, – с новой силой завелась малышка.

– Рома, сделай что-нибудь, я не могу видеть, как она плачет, – взмолилась Ника, с надеждой глядя на мужа.

– Хорошо, на пруд с ней я сам прогуляюсь, а ты отправляйся к Варваре, распорядись насчет ребрышек для барбекю и баранины для шашлыка. Нельзя обманывать Никитина и не оправдать его надежд. Доча, прекратили слезы лить, папа идет с тобой на пруд, кормить твоих уток. Ты же хочешь, чтобы я с тобой пошел?

– Да-а-а! – радостно закричала девочка, и слезы на ее щечках моментально высохли.

– Как же мало нужно для счастья маленькому ребенку, – улыбнулся Роман. – Жаль, что в детство нет обратной дороги, я бы обязательно ею воспользовался.

– Вы что, больше не доверяете мне? – чуть не плача, спросила Наташа, со страхом переводя взгляд с Вероники на Романа. – Объясните, что случилось! Почему вы не хотите отпустить Кристю на пруд со мной?

Супруги растерянно переглянулись, сообразив, что ситуация в глазах няни выглядит несколько странно.

– Наташенька, ты совершенно ни при чем, – как можно мягче улыбнулась Вероника. – Просто скоро приедет наш друг, он давно не видел Кристю, и Рома пойдет с ней ему навстречу. Заодно они зайдут на пруд, это как раз по дороге. А ты отдыхай до обеда, займись своими личными делами:

– Это правда? – переспросила девушка. – Я действительно ни при чем? Может быть, я что-то не так сделала и вы на меня сердитесь? Тогда скажите, и я…

– Наташа, успокойся, ради бога! Говорю же, у нас нет к тебе никаких претензий, мы вполне довольны твоей работой. Более того, Кристя очень любит свою няню, а это самый важный аргумент в твою пользу. Рома, не стой, бери ребенка, идите гулять, – сказала Ника мужу. – Мы с Наташей сами разберемся.

– Я хлеб и печенье приготовила для уток, сейчас принесу, – спохватилась Наташа и выскочила из спальни.

Через минуту она вернулась и подала Роману пакет с кусочками белого хлеба и печеньем. Тот взял кормежку, подхватил дочку на руки и вышел из дома. Дуська увязалась за ними, подпрыгивая почти до пояса Романа, явно пытаясь запрыгнуть на руки. После каждого неудачного прыжка собачка недовольно ворчала и упрямо предпринимала очередную попытку.

– Если у меня есть время до обеда, можно, я в магазин сбегаю? – спросила Наталья у Ники. – У моей мамы во вторник день рождения, а я еще даже подарок ей не купила.

– Конечно, можно, зачем спрашиваешь? – удивилась Ника. – У меня, кстати, тоже для нее подарок есть. Когда она в прошлый раз была здесь, увидела у меня крем для лица и очень сокрушалась, что не может себе позволить купить такой дорогой. Так вот, я ей баночку купила, подаришь от меня.

– Спасибо большое, Вероника Дмитриевна, – улыбнулась Наташа. – Мне даже неудобно перед вами из-за мамы. Нет бы у меня попросить, ни за что этого не сделает! Она считает, что я должна заработанные деньги тратить только на себя. Мол, я молодая, мне замуж пора, нужно одеваться красиво, косметику приличную иметь и так далее.

– Лидия Васильевна права, – подтвердила Вероника. – Тебе действительно замуж пора, а для этого следует все время быть в форме. Наташа, ты то и дело бегаешь к моей матери за советами, – заметила Ника, решив расспросить девушку об Анне. – Помогают они тебе?

– О, еще как, я теперь ярая приверженка здорового образа жизни, – сказала Наташа. – По-моему, ваша мама сумеет убедить в своей правоте и увлечь своими рассказами кого угодно. А почему ее не видно со вчерашнего дня? – спросила она. – У меня несколько вопросов возникло, хотела бы проконсультироваться с Анной Михайловной, а ее все нет и нет. Ой, только не говорите ей, что я так ее называю, а то она ужасно сердится.

– Не скажу, не волнуйся, Наташ, – через силу улыбнулась Вероника, поняв, что девушка ничего не знает. – Она к подруге в гости поехала на несколько дней, поэтому ее и нет.

– Жалко, она мне так нужна. Я смотрю, и Марины нет?

– Марина, естественно, с Анной, они ведь все время вместе, если ты успела заметить.

– Как тут не заметишь? Неразлучные подруги! И как с такой большой разницей в возрасте люди могут находить общие темы и увлечения? Чудеса. Правда, с вашей мамой легко найти общий язык, с ней так интересно разговаривать! Она много знает, столько полезных советов я от нее услышала – век буду благодарна. Повезло вам, Вероника Дмитриевна.

– Да, у меня замечательная мать, – согласилась Ника.

Глава 10

– Мне кажется, напрасно ты его так, Марго, – нахмурилась Анна, разглядывая лицо бесчувственного Ивана. Она стянула его резиновую маску. – Господи, а почему он такой бледный? Ты его случайно не убила?

– Обижаешь, подруга, отодвинься-ка, ты мне мешаешь. Я же профессиональный каратист, знаю, как и куда бить, – пропыхтела Марго, выворачивая парню все карманы подряд. – Посмотрим, что у него тут имеется. Ага, отлично, паспорт, то, что нужно. Иван Андреевич Крылов… Надо же, полный тезка знаменитого баснописца, живут же люди, – усмехнулась она. – 1981 года рождения, а на вид и не скажешь, я думала, он постарше. Штампа о регистрации нет, значит, холост. Прописан… блин, да он же наш бывший земляк! Не поверишь, Эн, он тоже из Бирюлева, – захохотала Марина.

– Правда?

– Точно, посмотри: улица Донбасская.

– Да уж, пути господни неисповедимы, – заметила Анна. – Кто бы мог подумать, где с бывшим соседом по району встретимся, – обвела она взглядом неуютное помещение.

– О, посмотри-ка, здесь еще чья-то фотография, – сказала Марина, рассматривая снимок какой-то девушки. – «На долгую память Ванечке от Надежды. Я тебя жду с нетерпением». Откуда, интересно, она его ждет? Небось из длительной командировки. Преступники своим зазнобам обычно лапшу на уши вешают, что они в командировку уезжают, а сами в это время банки грабят или, как этот тип, людей похищают. У-у, скотина ушастая! Жаль, что ты уже в отключке валяешься, иначе такую порцию хороших плюх от меня получил бы, век бы помнил и по ночам от кошмаров просыпался.

– Мне кажется, эта неприятная перспектива ему уже обеспечена, – вздохнула Анна, с жалостью глядя на парня. – Все же зря ты его так сильно, нужно было слегка… Ты же видела, что этот… Иван задумался над моим предложением, и я не исключаю, что он помог бы нам отсюда выбраться.

– Не факт, – возразила Марго. – Тебе прекрасно известно, что у него есть напарник, и, если бы даже этот согласился, второй мог послать нас далеко и надолго.

– А я бы нашего уговорила, чтобы он ничего второму не рассказывал.

– Уверена, он не сделал бы этого, потому что прекрасно понимает: кинет напарника, и тот этот «финт ушами» без внимания не оставит, а найдет предателя и… Думаю, не нужно рассказывать, что с Иваном произошло бы в таком случае, потому что мы имеем дело с настоящими преступниками.

– А я бы предложила Ивану такие деньги, что он спокойно скрывался бы, – не согласилась Анна. – В нашем мире практически все продается и покупается. Я уверена, что свобода была уже у нас в кармане, а ты его так… неаккуратно! Теперь он разозлится, и все… просидим тут неизвестно сколько времени.

– Эн, я от тебя тащусь, до чего же ты наивная! – усмехнулась Марина. – Ты что, никогда детективов не читала? Или фильмов не смотрела? Где ты видела, чтобы бандиты похищенных ими людей отпускали? Стоит им только добиться своего – и все, пишите письма на небеса, ангел доставит конверт точно по адресу!

– Ты хочешь сказать, что они нас собирались… убить?! – Анна вытаращила глаза. – Вот так запросто взять – и лишить нас жизни?

– Естественно! – Марго энергично кивнула. – Сама подумай, на хрена им такие свидетели сдались? Или они совсем идиоты и решатся рискнуть своими шкурами, тем более если речь идет о миллионах баксов? Вот и делай выводы.

– Да уж, перспектива вдохновляющая: И на что только люди не идут ради денег, вот мерзость! А вдруг мы ошибаемся и нас похитили совсем не из-за денег, а по какой-то другой причине?

– Например? – усмехнулась Марина.

– Ну, мало ли… – Анна неуверенно пожала плечами. – Чужая душа – потемки.

– Эн, я тебя умоляю! – Марго сморщилась. – Ты только взгляни на него, – кивнула она на Ивана. – О какой душе тут может идти речь? Нет, подруга, им нужны твои миллионы – к бабке не ходи. Как сказал этот чебурахнутый, я им на фиг не упала, нужна была ты. А ты можешь интересовать преступников только с финансовой стороны, тем более что он проговорился про твой банковский счет. Такие индивидуумы мать родную продадут за деньги, а ты о какой-то душе лепечешь. Скажешь опять – не следовало мне отволтузить эту ушастую скотину?

– Нет. Наверное, ты правильно сделала… – нехотя согласилась Анна. – Только как мы выберемся отсюда без его помощи?

– Выход нужно искать там же, где вход, а посему – вперед, и с песнями, – спокойно заявила Марго и, подав пример, вышла из комнаты с целью детального обследования помещения. Анна, искоса взглянув на Ивана, пошла следом.

– Люк вон там, в конце этого коридора, за поворотом, – сказала она Марине. – Как ты думаешь, где мы вообще находимся?

– Похоже на какой-то подвал или бункер, оставшийся с лохматых времен, – ответила Марго, тщательно обследуя бетонные стены, по которым проходило множество разноцветных проводов и кабелей. – Может, заброшенная стройка или какой-то замороженный объект. Маленькими мы часто в такие подвалы забирались. Недалеко от нашего дома начинали строить универсам, там похожее подвальное помещение было. Правда, было много дверей, металлических, толстенных, видно, для будущих холодильных камер. Если бы в таком месте кого-нибудь спрятали, ни за что бы потом не нашли.

– Ты хочешь сказать, что, если мы отсюда не выберемся, нас не найдут? – вздрогнула Анна.

– Может, и найдут, когда стройка возобновится, – пожала плечами Марина. – Только уже не нас, а то, что от нас останется. Две симпатичные засушенные мумии! – хихикнула она.

– Господи, Марго, как ты можешь смеяться в такой момент? – воскликнула Анна.

– Ученые утверждают, что смех продлевает жизнь. Есть нам тут нечего, значит, посмеемся. Глядишь, и дотянем до момента спасения.

– Нет, все-таки я считаю, что надо как можно скорее привести в чувство этого Ивана, и заставить сказать, как выйти на свободу.

– Бесполезно, раньше чем через два часа он в себя не придет, – сказала Марго.

– Почему?

– Потому что я прекрасно знала, что делала, когда заваливала его. В карате есть такой специальный прием. Удар в определенное место на шее. Он перекрывает сонную артерию часа на два, а то и больше.

– Боже мой, какая ты жестокая, оказывается!

– Это я жестокая? А то, что нас с тобой вырубили какой-то вонючей гадостью, связали, как паршивых овец, и приволокли сюда, – это ты не считаешь жестокостью?

– Нет, это наглость. – Анна нахмурилась, разглядывая синяки на своих запястьях. – Сколько еще времени пройдет, пока исчезнет это безобразие?

– А у меня до сих пор из волос сыплется какая-то крупа, черт возьми, – проворчала Марина, вытряхивая из прически то ли пшенку, то ли просо. – Это надо было додуматься до такого извращения, чтобы бакалейные мешки на голову женщинам надеть! Короче, хватит разглагольствовать, ищем выход, он обязательно должен быть где-то рядом. Разделимся: ты пойдешь направо, а я налево.

– Нет, – возразила Анна. – Будем держаться вместе, вдруг этот второй внезапно явится?

– Ты права, я об этом не подумала, – согласилась Марго. – Показывай, где лестница и люк.

– Вон за тем поворотом.

Марина решительно направилась в нужном направлении, Анна поторопилась за ней. Девушка остановилась у подножия металлической лестницы и посмотрела вверх:

– Ты пробовала его открыть?

– Да, только он даже не пошевелился. Или заржавел совсем, или закрыт с внешней стороны, а может, у меня просто сил не хватило.

– Все равно, попробую, вдруг у меня получится? – пробормотала Марго и начала взбираться вверх по лестнице.

Только она долезла до верха и дотронулась до люка, как он неожиданно заскрипел и открылся. Девушка так растерялась, что чуть не свалилась вниз.

– Ой! – только и смогла вымолвить она, увидев лицо незнакомца.

Он с удивлением уставился на разноцветную взъерошенную шевелюру Марины.

– Ты кто? – наконец спросил он. – И что здесь делаешь?

– Пытаюсь выбраться наружу, – ответила Марго. – А вы кто?

– Я-то? Электрик:

– Хотите спуститься?

– Ну да, мне нужно проверить линию кабеля, где-то разрыв произошел.

– Отлично, спускайтесь, а мы пойдем отсюда, чтобы не мешать вам работать! – воскликнула Марина. – Энни, поднимайся, выход свободен! – крикнула она.

Анна проворно поднялась по лестнице и, когда ее нос оказался на уровне пяток Марго, нетерпеливо спросила:

– Долго мне ждать? Вылезай!

– Отодвиньтесь, пожалуйста, а то вы загораживаете проход, а нам нужно выйти, – вежливо попросила Марго электрика.

– А вы что здесь делали-то? – поинтересовался он, не двигаясь с места. Вытянув шею, он внимательно разглядывал Анну. – Что вы тут забыли?

– А вам не все равно? – прищурилась Марина. – Дайте нам пройти, и забудем друг о друге. Занимайтесь своей работой, а мы пойдем своей дорогой. Посторонитесь, мы вылезем.

– Нет, дорогуша, никуда ты не вылезешь!

– Это почему еще?

– А что-то не нравишься ты мне, – прищурился электрик.

– А с чего это я должна вам нравиться? – Марго ощетинилась. – Я за вас замуж не прошусь! Пропустите нас – и дело с концом… не нравлюсь я ему, видите ли!

– Даже и не подумаю, – уперся мужик. – Сейчас вызову милицию, пусть приезжают и сами с вами разбираются. Может, вы преступницы, а я вас выпущу? Еще чего!

– Скажите пожалуйста, какие мы бдительные, – усмехнулась Марина. – Да вызывай, нам даже на руку, чтобы милиция приехала.

– А вот и вызову. – Мужик нахмурился и полез в карман за мобильным телефоном. – Может, здесь секретный объект, а вы лазаете, вынюхиваете…

– Мы похожи на шпионок?

– А кто вас знает? Мое дело – доложить, а там пусть милиция решает, – упрямо повторил мужик, тыкая пальцем в кнопки мобильника. – Алло, милиция? Здравствуйте… тут такое дело, я электрик, и звоню вам… Что вы говорите? Фамилия? Игнатов, Константин Николаевич, из фирмы «Электролюкс». Вот зво-о…

Договорить ему не удалось, потому что он кулем свалился возле люка, от резкого удара по голове, и в отверстии показалось лицо какого-то человека, неприятного и с полными злости глазами.

– А ну, вниз! – строго приказал он Марине, и девушка, поняв, что перед ней второй преступник, начала послушно спускаться.

Анна сделала то же самое. Анатолий – а это был именно он – спустил ноги электрика в люк и сбросил мужика вниз. Он упал рядом с Анной, и та с визгом отскочила к стене.

– Господи, что же вы делаете?! – испуганно закричала она. – Здесь же высоко, вы его так убьете!

– Блин, кажется, влипли мы конкретно, – проворчала Марина, изподлобья озирая спускавшегося Анатолия.

– А ты не можешь его так же… как Ивана? – прошептала ей на ухо Анна.

– Не знаю. – Марго пожала плечами. – Попробую, конечно, но…

– Что это ты там хочешь попробовать? – спросил бандит, спрыгнув с лестницы. – Вы что здесь делаете? Где мой напарник?

– О, я смотрю, вы и заикаться перестали? – ехидно улыбнулась Марго, узнав в парне недавно подвозившего их водителя. – В вас умирает настоящий артист! Вы не пробовали стать абитуриентом ВГИКа, молодой человек?

– Заткнись, а то без языка останешься! – рявкнул Толик. – Я спросил, где мой напарник, он оставался с вами?

– Грубиян, – фыркнула девушка.

– В последний раз спрашиваю: где мой напарник? – процедил сквозь зубы парень, испепеляя Марго взглядом.

– Он там, – Марина махнула рукой в сторону помещения, где остался Иван. – Отдыхает, – с сарказмом добавила она.

– Что значит – отдыхает? А вы как сюда попали?

– Ногами, как же еще? – буркнула Марина. – Что за глупые вопросы?

– А теперь ногами – обратно на место, – прорычал Анатолий. – И без глупостей, – предупредил он, увидев, как Марго сжала кулачки. – Я сам не шучу и чужих шуток не люблю. Если что, пущу пулю в лоб, рука не дрогнет. – И он вытащил из кармана пистолет. – Надеюсь, все понятно, дамы?

– Куда уж понятнее, – усмехнулась Марина. – Ваш аргумент более чем убедительный, – кивнула она на оружие.

– А скажите-ка, уважаемый, зачем вам понадобилось нас похищать и привозить в это ужасное место? – завела старую пластинку Анна. – Ваш напарник почему-то не захотел нам этого объяснить, сказал, что придете вы и все скажете. Вы действительно скажете?

– Скажу, скажу, топайте, – велел Толик.

– А как же этот несчастный? – поинтересовалась Анна, показывая на бесчувственного электрика. – Посмотрите, у него голова разбита, ему необходима помощь, и желательно немедленная. Он может умереть от потери крови!

– Эту каплю вы называете кровью? – усмехнулся бандит. – Ничего с ним не случится, полежит и оклемается.

– А вдруг он умер? Вы бы хоть сердце у него послушали.

– Посмотри, – приказал Анатолий Марине.

– А почему я? – Марго возмущенно запротестовала. – Я что, врач? Что я там увижу?

– Сердце послушай.

– Не могу, я до смерти крови боюсь. Тебе надо, ты и слушай.

– Я смотрю, ты говорливая не в меру? – вызверился Анатолий. – Делай, что говорю, не раздражай меня окончательно, я и без этого злой!

– Оно и видно, – проворчала Марго, присаживаясь перед электриком на корточки. Она осторожно расстегнула пуговицы на его рабочей куртке, затем на рубашке и приникла ухом к левой стороне груди. – Ничего не слышно, – произнесла девушка.

– Господи, я так и знала, вы его убили! – ахнула Анна. – Это же преступление! Да как же вы могли, несчастный?

– А ну отойди, – взволнованно произнес Анатолий, отталкивая Марину и склоняясь над электриком. – Не так уж сильно я его ударил, чтобы убить.

– Вы его добили, сбросив с такой высоты!

– Не болтайте ерунду, – рявкнул парень, прикладывая ухо к груди электрика. – Я же его вниз не головой, а ногами бросил… Так что не надо капать мне на моз…

Договорить он не успел: Марина как пантера набросилась на него сзади и ударила ребром ладони по шее. Анатолий мешком рухнул рядом с электриком, не издав ни звука.

– Молодец, умница! – Анна подпрыгнула, захлопав в ладоши. – Послушай, а у электрика-то действительно сердце не бьется? – забеспокоилась она. – Он в самом деле умер? Какой ужас!