Ловушка для героя Крюкова Тамара

Глава 6

Вечером за ужином Артема чествовали как героя дня. Отец, как в прежние времена, был веселым и много шутил. Он ужасно гордился сыном, хотя и понимал, что тому просто повезло и он совершенно случайно угадал правильные ответы. Однако факт оставался фактом – в его комнате стоял новенький, честно заработанный компьютер. Мачеха по такому случаю испекла торт. За семейным ужином все старательно пытались создать впечатление благополучной семьи с ее маленькими радостями и торжествами.

Артема одновременно и забавляла, и злила эта суета. Ему претило играть роль удачливого вундеркинда. Он лучше, чем кто-либо другой, знал, что ему не пришлось проявлять эрудицию, отвечая на каверзные вопросы лотереи. Его заслуги в том, что он получил компьютер, практически не было. Чувство вины, оттого что он обманул отца, не отпускало его. Не то чтобы ложь была ему вовсе чужда. Он был мастером лихо приврать или выдумывать всякие байки. Но то была невинная ложь. Теперь же в глубине души всплыла мысль о расплате за дорогую игрушку. Что если ему не удастся выиграть призовую игру, ведь он даже не знает правил? Пятьдесят на пятьдесят – не слишком высокий коэффициент вероятности. Тогда придется платить по полной разметке, и обман раскроется. Отец с него три шкуры спустит. Невеселые размышления омрачали настроение Артема.

– А ты что такой понурый, будто вовсе не рад? – спросил отец, заметив его озабоченность.

Артем попытался выдавить из себя улыбку, отметив, что ему трудно скрыть что-либо от отца, и это еще сильнее разозлило его. Он уже достаточно взрослый и самостоятельный, чтобы кто-то лез к нему в душу.

– Рад, только… – Он передернул плечами, не зная, что сказать в оправдание своего плохого настроения.

– Слишком неожиданно? – закончил за него отец.

– Угу, – угрюмо кивнул Артем, довольный, что больше ничего не нужно объяснять.

– Ничего, скоро привыкнешь. С такой техникой, может, ты посерьезнее математикой и информатикой займешься. Глядишь, из тебя выйдет толковый программист, – размечтался Виктор Юрьевич, который считал математику вершиной всех наук и втайне огорчался отсутствию у сына каких-либо склонностей к точным наукам.

– Давай-ка я тебе еще тортика подложу. – Софья Петровна суетливо наполнила тарелку Артема, выбрав лучший кусок торта с большим шматком крема.

Она искренне радовалась, что мальчику повезло, и надеялась, что удача сделает его мягче и покладистее. Он был слишком ершистым. Она до сих пор не могла подобрать к нему ключик и наладить с пасынком добрые отношения, но это не обескураживало ее, и она изо всех сил старалась угодить Артему. Софья Петровна была из тех, кто считал, что капля и камень точит, постепенно все наладится и войдет в свою колею, главное – терпение.

– Хватит есть. Давайте посмотрим на это чудо техники, – предложил отец, выходя из-за стола. – Ну показывай свое богатство.

Артем поплелся в комнату, и вдруг его пронзила неожиданная мысль: что если они все сейчас попадут в виртуальный мир? Конечно, это было бы круто. Массовый психоз. Он улыбнулся, представив себе ошарашенные физиономии родственников, но стоило ему подумать, что Вика может оказаться в его неприкосновенном, заповедном мире, как улыбка сошла с его лица. Нет, он ни за что не допустит ее туда. Достаточно того, что она отравляет ему жизнь здесь.

Опасения Артема оказались напрасными. В компьютере оказалось множество разных игр, начиная с «Тетриса» и кончая всякими «мотогонками». Усевшись перед монитором, отец попробовал сыграть в «Арканоид». Он радовался, как ребенок, когда ему удавалось перейти на очередной уровень, и шумно выражал огорчение, когда проигрывал. Его жена примостилась на краешке стула и рьяно болела за него.

Артем не следил за ходом игры. Подобные пустяки его не интересовали. Он был хранителем тайны, допуска к которой не было никому. Конечно, прежде он непременно поделился бы с отцом своим секретом, но теперь все люки в его душе были наглухо задраены.

Артем был не единственный, кто не получал удовольствия от праздника. В душе у Вики клокотал вулкан, готовый извергнуть из своих недр лавину ярости. Ее бесило, когда она видела, как мать и отчим носятся с этим новоявленным «гением», а он сидит, надменный и самодовольный, и с высоты своего положения взирает, как вокруг него пляшут. Корчит из себя невесть что, даже порадоваться по-настоящему не может. Почему из всех мальчишек ей в братья достался именно он? И мама пресмыкается перед этим хамом! А он выпендривается, как принц какой. Кто он такой, чтобы так относиться к людям? Неужели не ясно, что его заслуги в том, что он получил компьютер, нет? Это просто-напросто лотерея. На этот раз выиграл он, но на его месте мог быть кто угодно.

– Вика, смотри, как интересно! – подозвала дочь Софья Петровна.

– Я уже сто раз видела, – отмахнулась Вика.

– Молодежь у нас сегодня не в духе, – сказал Виктор Юрьевич.

Вика натянуто улыбнулась.

– Никак завидуешь?! – пошутила Софья Петровна, но дочь не восприняла шутливый тон матери.

– Тут нечему завидовать! Подумаешь, лотерею выиграл, а из него уже гения делают. Лучше бы этот гений в школе тройки исправил, – взвилась девочка и тотчас пожалела о своей несдержанности.

В комнате повисла тишина. Вика поняла, что теперь все наверняка решат, что она в самом деле завидует. Как объяснить, что это вовсе не так? Она ведь искренне радовалась днем, когда Артему привезли компьютер, но он убил радость и незаслуженно унизил ее. Артем сам делал невозможным, чтобы кто-то радовался его удачам. Он нарочно отталкивал от себя людей. Но разве родители поймут?

Артем со злорадством отметил, что впервые за все это время отец и мачеха оказались на его стороне, а их любимица осталась в меньшинстве. От этой мысли у него даже поднялось настроение. Еще один плюс Службе виртуальной реальности. Он с тайной радостью наблюдал, как Вика злится, но не может ничего возразить. Пускай побесится. Он больше пережил, пусть теперь она почувствует себя в шкуре человека, от которого отвернулись и не хотят понять.

– Вика, нельзя быть такой злой, детка, – нарушила молчание Софья Петровна.

У Вики сжалось сердце. Неужели это говорит ее мама, которая всегда понимала ее? Как она могла даже подумать такое! Значит, она считает ее завистливой и злой?

Артем решил вставить свое слово, чтобы нанести последний удар по пошатнувшейся позиции противника.

– Ничего, Софья Петровна, я на нее не обижаюсь, – примирительно сказал он и улыбнулся.

У женщины радостно подпрыгнуло сердце. Впервые Артем ей улыбнулся. Неужели все наладится, мальчик примет ее и у них будет настоящая семья? В порыве радости она не заметила, что в ее отношениях с Викой появилась трещина и она обретает сомнительное расположение пасынка за счет доверия дочери.

Перед сном все мысли Артема были поглощены компьютером и удивительной игрой. Квартира погрузилась в сон, а он все лежал и смотрел, как в темноте слегка фосфоресцирует экран монитора. Ему хотелось снова уйти в фэнтезийный мир, но, к сожалению, это было невозможно. Его ночное бдение могли обнаружить и поднять бучу. Во всяком случае, прежде предстояло выяснить, что происходит здесь, в реальности, пока он путешествует по виртуальному миру, и останется ли его отсутствие незамеченным. Так или иначе, следовало быть осторожнее и играть, только когда этому не могут помешать, решил Артем и тут же понял, что сделать это непросто. Вика – домоседка, после школы почти безвылазно торчит дома. А вечером возвращаются с работы отец и мачеха.

Он ломал голову над возникшей проблемой. Придется, пока взрослых нет дома, закрываться в комнате на стул, чтобы «любопытная Варвара» невзначай не сунула туда нос. И вдруг Артема осенило: зачем вообще запираться? Если Вика заметит его отсутствие и наябедничает, то кто же ей поверит, что человек улетучился из собственной комнаты на седьмом этаже, а потом неизвестно как туда же вернулся? Он же не Карлсон с пропеллером. Останется ее слово против его, а уж он расстарается, чтобы доказать, будто у нее крыша поехала. Мысль о том, что хваленую Вику все станут считать шизой, окончательно развеселила его. Пускай почувствует, каково это – когда говоришь правду, а тебя считают трепачом.

Он улыбнулся компьютеру и прошептал:

– Ничего, мы с тобой еще таких дел наделаем.

Он был благодарен этому чуду техники, которое, появившись в его доме, вдруг переменило жизнь к лучшему. Компьютер был точно живой, помогал противостоять невзгодам, делая их не такими тяжкими. Это был единственный и по-настоящему преданный друг.

В доме напротив погасли все окна. Артем отвернулся к стене и накрылся с головой одеялом, но сон по-прежнему не шел к нему. Он снова в деталях вспоминал свое посещение Сетапа, беседу с ведьмой. Вдруг его точно током ударила шальная мысль: а куда же делся меч и бутылочка с живой водой? И что если в следующий раз игра окажется обыкновенной ходилкой на экране монитора? Ему стало не по себе. Он убеждал себя, что такого произойти не может, но с другой стороны, не исключено, что у него была галлюцинация и все ему просто привиделось. Ведь у него как раз перед этим кружилась голова.

Артем понял, что не заснет, пока не проверит, сможет ли снова попасть в виртуальный мир. Он на цыпочках встал с постели и вышел в гостиную, где на диване спала Вика. Тишину нарушало только мерное тиканье будильника. Вика сопела, уткнувшись носом в длинноухого матерчатого зайца.

«Здоровая дурища, а до сих пор с игрушечками спит», – презрительно усмехнулся Артем. Он вообще не мог понять ее пристрастия к мягким игрушкам, которые заполонили всю гостиную. Вернувшись к себе в комнату, он плотно прикрыт за собой дверь, подошел к письменному столу и, немного помедлив, нажал кнопку включения. В ночи звук показался слишком резким, и Артем замер, но никто не проснулся.

Экран высветился, Артем вставил диск в дисковод и почувствовал знакомое головокружение.

Над головой рассыпалось желтое пшено звезд. Луна, точно прожектор, освещала поляну, делая ее похожей на театральную декорацию. Лунный свет серебрил кроны деревьев и тонкой сканью обрисовывал восковые листья плюща, увивающего домик-шалаш, где обитала ведьма. Вековые вязы сонно разинули в зевоте дупла ртов.

«Неужели здесь время суток меняется так же, как в обычном мире?» – удивился Артем.

Вдруг тишину леса нарушил зловещий хохот. Артем вздрогнул от неожиданности и, задрав голову, увидел филина. Тот снова разразился громким уханьем, похожим на смех. Артем безотчетно схватил тапок и запустил им в нахальную птицу. Филин взмыл вверх и, тяжело хлопая крыльями, скрылся в ночи.

Стоя, как цапля, на одной ноге, Артем только сейчас спохватился, что попал сюда в трусах, майке и в тапочках на босу ногу, один из которых к тому же застрял где-то в ветвях. Хорошо еще, что здесь, в отличие от реального мира, стояло лето.

Неожиданно что-то с шумом свалилось сверху. Артем едва успел отскочить в сторону и увидел, что это знакомая ведьма. Керосиновая лампа, которую она держала в руке, разлила мягкий свет, и испуганные тени бесшумно попрятались по кустам. Старуха прищурилась, привыкая к свету, и, разглядев нежданного гостя, недовольно уставилась на него.

– Опять ты явился?! Ни днем, ни ночью покоя нет. Чего тебе теперь надобно. Я уж все, что положено, выдала, – недовольно проворчала она.

– Я просто хотел проверить, что ничего не изменилось, – оправдывался Артем.

– Значит, ты меня без дела с лежанки стряхнул, мой сладкий сон прервал?! – Ведьма сердито затопала ногами.

Артем струхнул, как бы она со злости чего не наколдовала, и поспешил извиниться:

– Простите, я больше не буду. Я не знал, что у вас тут ночь.

– Ишь ты, несмышленый какой. Ходят тут всякие, землю топчут! Чтоб я больше духу твоего не видала. – Она погрозила ему пальцем и в мгновение ока поднялась по лиане в дом-шалаш, затушив лампу.

После света тьма сгустилась и плотнее окутала лес меховыми лапами. Луна обиженно смежила веко, закрыв свой глаз. Артем тихонько окликнул ведьму:

– Эй, бабуся, вы не могли бы мне дать лампу, тапок поискать?

Старуха не ответила, видимо, уже снова улеглась спать.

Пошарив немного в кромешной тьме, Артем смирился с тем, что тапок безвозвратно утерян. Пора было возвращаться, но куда? Он пошел наобум, выставив перед собой руки и стараясь не напороться босой ступней на попадающиеся на тропе коряги.

Как он нашел выход из виртуальной реальности, Артем не помнил. Вернувшись домой, он тотчас крепко заснул.

Утро наступило слишком рано и совершенно не вовремя. Кокон сна еще плотно окутывал Артема, делая ватными звуки и сковывая движения. Все уже умылись, и мачеха звала завтракать, а Артем все еще не мог оторвать голову от подушки.

«Интересно, виртуальный мир мне приснился или нет?» – была первая мысль, пробившаяся в его сонный мозг. Взвешивая все «за» и «против», Артем нехотя поднялся. В комнату заглянул отец.

– Что ты там возишься? – спросил он.

– Тапок куда-то подевался, – сказал Артем, шаря под диваном.

– Ничего удивительного, ты их вечно разбрасываешь по квартире. Иди умываться босиком, а то ты всех задерживаешь, – поторопил его Виктор Юрьевич.

– Вика, ты ведь уже управилась, поищи тапок, – попросила Софья Петровна.

– Что я ему, нянька? – огрызнулась Вика, но все-таки без особого энтузиазма принялась оглядывать комнату в поисках пропажи.

– Не маленький, сам найду, – буркнул Артем и поплелся в ванную. Он закончил чистить зубы, когда из комнаты донесся оклик Вики:

– Идите все сюда! Скорее! Полюбуйтесь!

Все поспешили на ее зов.

– Анекдот. Нарочно не придумаешь. Ой, не могу, – насмешливо тараторила она, указывая на карниз. Артем поднял голову и увидел, что там как ни в чем не бывало висит злополучный тапок.

– Ты что, жонглировал? – издевалась Вика.

– Ага. В меткости состязался, – в тон ей отрезал Артем.

Он и сам хотел бы знать, каким образом тапок оказался на карнизе и как действовали законы виртуального мира, но многие открытия ему еще предстояло сделать.

Глава 7

Весть о том, что Артем действительно выиграл компьютер, ошеломила класс. Ребята шумно поздравляли счастливчика, расспрашивали, какие в нем программы и есть ли там игры. Севка Белкин, который вечно кичился тем, что у него самая крутая машина, откровенно завидовал.

Прежде Артем любил быть на виду и с удовольствием купался бы в лучах внезапно обрушившейся на него славы, но сейчас многое переменилось. История, связанная с появлением компьютера, была столь невероятной, что, даже если бы он вздумал рассказать ее, все равно никто бы не поверил. К нему и без того в классе прочно приклеилось прозвище Фантаст. Но одно дело сочинять страшилки для школьной газеты или травить байки с одноклассниками на переменке, и совсем другое – заявить, что можешь путешествовать по виртуальным мирам. Все подумали бы, что у него крыша поехала.

Односложно отвечая на вопросы ребят, Артем понимал, что они решат, будто он задается, но ему просто было нечего сказать. Он ни бельмеса не смыслил в компьютерных программах и не интересовался, что еще заложено в машине, кроме виртуальной игры, а эта часть его жизни была его тайной, заповедной территорией, доступ на которую был запрещен для всех.

К тому же после всего случившегося слава в масштабах класса мало что значила для него. Мысли его витали за границами реальности, в виртуальном мире. Во время занятий он рассеянно рисовал на тетрадной обложке всяких уродцев, не вникая в объяснения учителей и с нетерпением ожидая окончания уроков, чтобы примчаться домой и усесться перед монитором.

Денису было не по себе. Все получилось на редкость скверно. Артем был его единственным, самым лучшим и старым другом, и он чувствовал, что виноват перед ним. Он не должен был гулять с Викой и целый час болтать с ней возле подъезда, но вычеркнуть этот эпизод из памяти было выше его сил. Чем больше Денис понимал, как сильно ему нравится Вика, тем острее ощущал свою вину. Он попал между двух огней. На переменках он несколько раз порывался переговорить с Артемом наедине, но тот нарочно избегал его.

Вика, напротив, сама, словно невзначай, заговаривала с Денисом. Он же, как дурак, в ответ брякал что-то невпопад, справедливо опасаясь, что проявляет себя далеко не с лучшей стороны.

Артем не подавал виду, что болезненно переживает разрыв с другом. Сделать это было нетрудно. Он всегда был более общительным и редко оставался один, но никогда никому он не доверял того, что творилось у него в душе. Только Денис был поверенным во всех его делах и секретах. Только ему он мог бы раскрыть тайну виртуального мира и взять с собой в путешествие. К тому же Денис был докой в физике и информатике. Уж он-то наверняка попытался бы понять, каким образом преломляются пространства.

Но теперь дружба осталась в прошлом. Денис сам виноват. Артему было противно смотреть, как Вика заигрывает с ним, а тот, вместо того чтобы отшить ее, краснеет и бормочет что-то невразумительное. Нет, все кончено.

Едва дождавшись звонка с последнего урока, Артем подхватил сумку и выбежал из школы. На улице его нагнал Денис.

– Артем, подожди. Я поговорить хотел насчет вчерашнего.

– Некогда мне тебя слушать. У тебя другие собеседники есть, – отмахнулся Артем, не собираясь прощать предательство.

– Все было совсем не так, как ты думаешь. Я же с Викой не на свиданку ходил. Твой отец попросил, чтобы мы поискали тебя вместе. Он чуть с ума не сошел.

– И ты, геройски превозмогая свое отвращение к Вике, пошел с ней в нашу рощу, – с издевкой подхватил Артем.

– Я просто решил, что ты можешь быть там. Где же тебя еще искать, не на другом же конце города?

Артем усмехнулся, подумав, что судьба занесла его именно на другой конец города, а Денис продолжал, приняв ухмылку друга за хороший знак:

– А ты не разобрался, что к чему, и сразу волну гонишь. И вообще, что такого, что мы туда пошли? Там целый день толпы ходят.

Артем посмотрел другу в глаза и медленно произнес:

– Если там ходят толпы, тогда и говорить не о чем. К счастью, теперь у меня есть место, куда, кроме меня, никто носа не сунет.

– Где это? – заинтересовался Денис, все еще надеясь, что ссора осталась позади.

– Пусть это будет моим секретом, чтобы там тоже толпы не ходили, – жестко отрезал Артем.

– Ну хочешь, я с ней больше никогда не заговорю? Хочешь? – с жаром спросил Денис, кладя на алтарь дружбы все без остатка.

– Вот так жертва! Только мне она ни к чему. Думаешь, ты ей нужен? Размечтался! Она с тобой кокетничает, только чтобы меня позлить. А ты ей до лампочки, понял? И мне не нужен такой друг.

Развернувшись, он размашистым шагом пошел прочь. Денис, будто окаменев, стоял и смотрел ему вслед. Его больно ранила правда в словах Артема. Денис и сам понимал, что вряд ли может понравиться такой девчонке, как Вика. Но главное крылось даже не в этом. Обиднее всего было то, с какой легкостью Артем перечеркнул их дружбу.

Артем почувствовал головокружение, предшествующее вступлению в виртуальный мир. Он пытался уловить сокровенный миг перехода в виртуальность, но два мира перетекали один в другой незаметно, будто лента Мебиуса, склеенная так, что наружная сторона становилась продолжением внутренней, и не понять, где кончается одна и начинается другая. Стены комнаты в очередной раз исчезли и расступились, преломившись в другое пространство.

Стояла тихая безветренная ночь. Над головой раскинулся звездный купол. Артем обнаружил, что очутился на скалистом берегу, спускающемся к небольшому песчаному пляжу. Узкие гряды скал, точно руки, простирались в море, бережно обнимая чашу лагуны. Вода фосфоресцировала, и казалось, из морских глубин исходит бледное пульсирующее сияние. Волны лениво плескались о берег, обращаясь в пену, которая с тихим шепотом растворялась, уходя в мокрый песок. Постепенно в шум прибоя стало вплетаться приглушенное, едва слышное песнопение. Голоса доносились со стороны лагуны, хотя берег был пуст. Артем прислушался, напряженно вглядываясь в темноту. Скоро он различил какое-то движение. От скал на равном расстоянии друг от друга отделились восемь теней. Сначала чуть заметные, бесплотные, как сгустки тумана, они постепенно приобретали очертания людей в просторных, черных балахонах. В лунном свете темные фигуры в островерхих капюшонах, низко надвинутых на лица, выглядели зловеще и походили на инквизиторов из далекого прошлого.

По мере того как фигуры становились более четкими и различимыми на фоне посеребренного луной песка, их слаженные голоса обретали силу. Музыка звучала возвышенно, но вместе с тем тревожно. Люди-тени медленно двинулись навстречу друг другу, к центру песчаного пляжа, отделенного от внешнего мира скалистой грядой. Сойдясь, они на минуту преклонили колена, а потом поднялись и разомкнули круг.

Из хора голосов выделился один. Глубокий и звучный, он речитативом декламировал что-то на непонятном языке. Время от времени хор вторил ему, точно заклинание, нараспев произнося одну и ту же фразу. Артему показалось, что они поют что-то вроде: «Слава разуму». Он вслушался и убедился, что в самом деле не ошибся. К своему удивлению, он начал понимать и слова речитатива.

Выстроившись вереницей, на некотором расстоянии один от другого, люди-тени медленно прошли вдоль берега, а потом свернули к скалам. Артем приблизился к краю утеса, чтобы лучше видеть происходящее, и случайно задел неустойчивый камешек. Тот соскользнул и с дробным стуком полетел вниз. Процессия остановилась.

Артем прижался к большому валуну, стараясь слиться с ним, и замер. Люди в черных плащах не производили впечатления добрых дядюшек, и ему совсем не хотелось, чтобы его обнаружили. К счастью, его страхи оказались напрасными. Через мгновение ритуальное шествие возобновилось.

Парень перевел дух и осторожно выглянул из-за своего укрытия. От представшего перед ним зрелища у него по спине поползли мурашки. Обойдя бухту, странная процессия по узкой тропе взбиралась на скалу, направляясь прямо к тому месту, где он затаился. Артему стало не по себе. Он недоумевал, как его могли заметить, ведь незнакомцы не кошки, чтобы видеть в темноте.

«А если они слуги тьмы, которые выходят на промысел ночью и видят при луне гораздо лучше, чем при солнечном свете?» – промелькнуло у него в голове. Эта мысль отнюдь не придала ему храбрости. «Бежать!» – мгновенно решил он и метнулся прочь.

Как назло, что-то попало ему под ноги, он споткнулся и упал, ссадив коленку об острый камень. Артем невольно вскрикнул от боли. Теперь он наделал столько шума, что в любом случае не мог остаться незамеченным. Он нагнулся потереть ушиб, и его рука наткнулась на странный предмет. У него на боку, на кожаном поясе, висел меч. В сочетании с джинсами украшенный самоцветами пояс выглядел довольно нелепо. Артем вспомнил про другой подарок ведьмы, поспешно сунул руку в карман и нащупал неизвестно откуда появившуюся там бутылочку с живой водой. Ну и ну! Значит, волшебные вещи бесследно исчезали в обычном мире и появлялись, как только он перешагивал границу виртуальности.

Находки напомнили Артему, что это всего-навсего игра, и придали уверенности. Встреча с таинственными незнакомцами перестала пугать его. Успокоившись, он огляделся. Вокруг не было ни души. Люди в черном исчезли без следа. Озадаченный, Артем торопливо направился по тропке, ведущей вниз. Его уже не радовало, что он остался один. Он сожалел, что упустил незнакомцев, ведь не случайно они были посланы ему на пути. Может быть, суть игры и состоит в том, чтобы раскрыть их тайну? Надо же было так бездарно прошляпить свой шанс! К тому же чего ему бояться, если у него в запасе три жизни?

Стоило Артему поразмыслить разумно, как чувство страха отступило. Артем остановился и весь обратился в слух. Едва различимый хор доносился из-под земли. В этом замогильном пении чудилось что-то жуткое, но Артем скорее обрадовался, что снова слышит голоса, чем испугался. Что и говорить, быть смелым гораздо легче, когда у тебя в запасе три жизни. Его удивила и приятно поразила собственная отвага.

В памяти всплыли слова только что услышанного гимна: «Чувства – тьма, а разум – свет. Только разум даст ответ». Страх больше не сковывал его. Рассудив хладнокровно, искатель приключений решил, что в подземном пении нет ничего сверхъестественного. Наверняка в скалах прячется пещера. Голоса удалялись и доносились все глуше и глуше.

Артем прибавил ходу. Нужно было спешить, пока хор не стих совсем. Местами дорожка была едва различима в темноте. Мелкая галька осыпалась из-под ног и с перестуком катилась вниз, но Артем не обращал на это внимания. Все равно скрываться было не от кого. Меч то и дело цеплялся за камни и бил по ногам, отчего спускаться приходилось гораздо медленнее. Когда ножны в очередной раз больно ударили Артема по щиколотке, терпение героя иссякло.

«Достала меня уже эта железяка! Как только такие бандуры раньше таскали?» – с возмущением подумал он, отцепляя ножны. Нести меч в руках оказалось еще более несподручно. На крутой, узкой тропе то и дело приходилось придерживаться за камни или хвататься за стебли скудной растительности, чтобы не сорваться вниз. Решение проблемы пришло внезапно. Возле тропы рос приметный куст. Артем быстро сунул меч под него, замаскировал ветками и, убедившись, что тут оружие никто не найдет, отправился дальше. Не успел он сделать и нескольких шагов, как увидел вход в пещеру.

Пение окончательно затерялось где-то в недрах земли. Снизу не доносилось ни звука, но Артем не сомневался, что он на верном пути. Если пещера и была творением природы, то полустертая лестница, ведущая вниз, без всяких сомнений, являлась делом человеческих рук. Любопытная луна заглядывала в узкий лаз, услужливо освещая Артему дорогу. Ее лучи подсинили ступени, и те казались стекающим вниз каскадом водопадов. Конец лестницы терялся во тьме. Прижавшись спиной к стене, чтобы не загораживать себе свет, Артем боком начал спускаться, но, вспомнив про меч, спохватился. Теперь, когда он знал, куда идти, не мешало бы иметь оружие при себе.

Внезапно в пещере потемнело. Артем обернулся. На фоне высвеченного луной входа четко вырисовывалась зловещая фигура в черном плаще. У Артема подкосились ноги. От страха он забыл, что это игра, и геройство шелухой слетело с него. Мысли метались, как испуганные бабочки. Он с безысходностью обреченного понял, что оказался в ловушке. Путь к отступлению был отрезан.

– Следуй избранной дорогой, – бесстрастным голосом приказал человек в черном, указав Артему на лестницу, ведущую вниз.

Меньше всего Артему хотелось сейчас обследовать пещеру, но у него не было выбора. Ни жив, ни мертв от страха, он покорно возобновил спуск. Идущий следом загораживал лунный свет, и каждый шаг приходилось нащупывать ногой. Выщербленные, со сколами ступени были неровными, на них ничего не стоило подвернуть ногу.

– Я не вижу ступенек. Тут темно, – в очередной раз споткнувшись, пролепетал Артем.

Человек в черном хлопнул в ладоши, и сразу же зажегся огонь. В крюке, вбитом в стену, потрескивая, горел факел. Пламя трепетало, освещая ступени теплым желтым светом. Артем не ожидал, что его пожелание будет тотчас исполнено. Постепенно к нему возвращалось самообладание.

«Это игра. Здесь со мной не может ничего случиться», – мысленно подбадривал он себя, но окружающая обстановка и зловещая личность в черном выглядели так убедительно, что Артему не сразу удалось унять дрожь в коленках. Когда он поравнялся с факелом, сопровождающий как бы невзначай заметил:

– Каждый сам освещает свой путь.

Не зная, правильно ли он понял намек, Артем нерешительно вытащил факел. Незнакомец не выказал недовольства, и Артем почувствовал себя увереннее.

– Куда вы меня ведете? – решился спросить он.

– Я не веду, я лишь следую велению Великого Проводника.

– А он куда велел меня отвести? – допытывался Артем.

– Никому неведомы его мысли.

– Он тут что, самый главный?

– Он больше, чем главный. Великий Проводник направляет ход истории и распоряжается судьбами.

– Крутая шишка. Мы к нему идем? – поинтересовался Артем.

Человек поперхнулся. Сначала Артему показалось, что он закашлялся, но скоро он понял, что это не кашель, а смех. Человек в черном смеялся, и его надтреснутый хохот эхом отдавался в глубине пещеры.

– Что смешного я сказал? – обиделся Артем.

Видя, что незнакомец настроен довольно миролюбиво, он окончательно пришел в себя.

– Ты слишком много о себе мыслишь, чужестранец. Великого Проводника может видеть только тот, кто пройдет посвящение. Не многие на это решаются.

– Почему?

– Потому что за этим – тьма.

Пытаясь осмыслить сказанное, Артем прикидывал, в чем состоит суть игры. Наверное, надо сразиться с Великим Проводником. Он с тоской вспомнил про меч. Оставить боевое оружие было непростительной глупостью, но не просить же этого в черном вернуться за мечом, чтобы пообтесать их шефа. Нужно было что-то придумать.

К сожалению, времени на раздумья не осталось. Лестница привела их в просторный округлый зал, мало походивший на пещеру. Пол и гладкие стены, плавно переходящие в высокий купол, были целиком облицованы обсидианом, черным, блестящим камнем с вкраплениями серебряных песчинок. От этого свод зала казался похожим на бескрайний, зияющий чернотой космос с мириадами серебряных звезд.

Посередине помещения из красновато-бурого авантюрина был сложен шестигранный очаг, в котором горел огонь. Языки пламени лизали тьму. Искры взметались вверх, исчерчивая темноту горящими следами своего полета. Отблески пламени красноватыми бликами плясали на гладкой поверхности стен и высвечивали семь мрачных фигур, стоящих вокруг огня.

Сопровождающий молча указал Артему, где встать. Все взоры обратились к вошедшим. Лица людей были по-прежнему скрыты капюшонами, но Артем чувствовал на себе пытливые, изучающие взгляды.

– Кто сей отрок? И почему он здесь, брат Октавус? – спросил один из присутствующих.

На груди у задавшего вопрос висел золотой медальон в виде причудливого сплетения латинской буквы и цифры: F1. Видимо, он был здесь за главного.

– Он пытался проникнуть сюда. Силы тьмы не дремлют, они окружают нас шпионами, брат Премьер. Поистине, перст судьбы заставил меня задержаться, чтобы я застиг этого лазутчика на месте преступления, – сказал Октавус.

Артем понял: игра это или не игра, а нужно выкручиваться, чтобы не попасть в скверную историю.

– Я вовсе не лазутчик, – громко вставил он.

– Вот как? Тогда почему ты оказался здесь и откуда узнал про собрание Ордена? – спросил Премьер.

– Я и не знал ни про какое собрание. Просто пошел следом за вами и увидел лестницу, – чистосердечно признался Артем.

– Значит, ты признаешь, что шпионил за нами? – тоном обвинителя проговорил Премьер.

– Да нет же! Я увидел вас, и мне стало интересно, – объяснил Артем.

– Ты проговорился. Почему тебе интересны дела Ордена? Что ты замышляешь? – подозрительно спросил Премьер.

Артем подумал, что ему не доводилось встречать более тупых людей. Уж если такой тут верховодит, можно представить себе, какой скудный интеллект у остальных.

– Ничего я не замышляю. Я про ваш Орден слыхом не слыхивал. И вообще, тут оказался случайно, – пытался откреститься от обвинений Артем.

– Ты готов поклясться в этом? – спросил Премьер.

– Пожалуйста. Хоть двадцать раз! – уверенно выпалил Артем.

– И ты ни с кем не говорил об этом?

– Когда бы я успел? – искренне изумился Артем.

Премьер обернулся к стоящему рядом с ним и вопросительно произнес:

– Брат Секундо?

В ответ тот утвердительно кивнул.

– Брат Терцио? Брат Квартус? Брат Квин-то? – Премьер по очереди обращался к каждому из присутствующих, и они в свою очередь отвечали легким наклоном головы. – Брат Секстус? Брат Септимус? Брат Октавус?

«Имена прямо по номерам идут», – подумал Артем. Откровенно говоря, он совсем не разбирался в латыни, но когда был маленьким, целых два года ходил в музыкальную школу и с тех пор помнил названия музыкальных интервалов.

Между тем Премьер снова повернулся к нему и сказал:

– Хорошо. Мы верим тебе.

У Артема отлегло от сердца, но оказалось, радоваться рано. Премьер воздел руки и торжественно произнес:

– Жертвенный огонь скроет тайну, случайно узнанную тобой, и тем самым очистит твою вину.

По его знаку двое служителей Ордена подошли к Артему, подхватили его под руки и потащили к огню. Опомнившись, что его ни за что ни про что собираются изжарить живьем, Артем рванулся и что есть силы заорал:

– Нет! Что вы делаете?! Отпустите меня! Вы не имеете права!

Он упирался и лягался, но у братьев из Ордена была железная хватка. Пламя было уже так близко, что на лице ощущался его жар. Игра принимала скверный оборот, и только мысль о заветном флаконе с живой водой поддерживала в Артеме остатки мужества.

Когда до огня оставалось всего ничего, на лестнице раздались торопливые шаги, и в зал вбежал запыхавшийся карлик. Видавшая виды фетровая шляпа с отвислыми полями не скрывала уродства его оплывшего лица. Коротенькие ножки, обтянутые штанами из грубой шерстяной ткани, были таким кривыми, что походили на колесо.

– Клико нашел вот это! Там, возле дорожки. Клико нашел вот это! – возбужденно восклицал уродец, показывая находку, при виде которой у Артема невольно вырвался приглушенный стон.

Пухлые ручки карлика сжимали не что иное, как его боевой меч. «Вот когда пригодилось бы оружие! Нужно же было свалять дурака и оставить меч под кустом! Ну уж в следующий раз такого не произойдет», – решил Артем, готовый к тому, что сегодняшний тайм игры закончен отнюдь не в его пользу.

Неожиданно Премьер приказал приостановить казнь. Он принял меч из рук Клико и обратился к Артему:

– Что тебе известно про этот меч? Ты знаешь его хозяина?

Артем лихорадочно соображал, как лучше ответить. В прошлый раз откровенность со служителями Ордена не пошла ему на пользу Стоит признаться, что меч принадлежит ему, они наверняка решат, что он пришел тут все крушить. Впрочем, хуже, чем попасть на костер, уже ничего быть не могло, поэтому Артем с вызовом выпалил:

– Я хозяин. Это мой меч.

Воцарилась тишина.

– Ты лжешь, – резко сказал Премьер.

– Лжет. Лжет. Лжет, – один за другим вторили ему остальные.

– Клико знает, это зачарованный меч. Он принадлежит герою, – проговорил карлик, подбежав к Премьеру, и, как собачонка, ожидающая одобрения хозяина, попытался поймать его взгляд.

– Я и есть герой, – с издевкой сказал Артем, жалея о том, что капюшоны скрывают лица незнакомцев. Он дорого бы дал, чтобы посмотреть на замешательство, написанное на их физиономиях.

Присутствующие загомонили. Премьер поднял руку, взывая к тишине, и произнес:

– Если это так, то зачем ты оставил меч?

Артем хотел было ляпнуть: «Чтоб не мешался», – но вовремя сообразил, что это не слишком геройское объяснение. Странно, но несмотря на то, что перед ним по-прежнему маячила угроза сожжения, его охватила удивительная бесшабашность, и ему захотелось напоследок поиздеваться над этими чернобалахонщиками.

– Герой не обязан отчитываться в своих поступках, – нахально сказал он.

Видно, его дерзость произвела на присутствующих впечатление. Служители Ордена явно растерялись.

«Неужели они меня боятся?» – подумал Артем, но тут же отмел эту мысль. Двое громил все еще стояли по обе стороны от него и могли с легкостью отправить его в огонь. Тут крылось что-то другое.

– Мы ожидаем появления героя, но мы должны убедиться, что ты и он – одно лицо. Тебе предстоит пройти испытание, – наконец сказал глава Ордена.

– Какое? – живо откликнулся Артем, радуясь, что хотя бы на время идея принесения его в жертву позабыта.