Узор твоих снов Калинина Наталья

– Да ну?! – удивленно присвистнула Лариса. Как-то очень не состыковывались банковская должность, синяя «Ауди» и карты Таро. – Может, он не для себя?

– Ага, для дяди! – весело хохотнул Сашка. – Ладно, заказ принят. Получит твой Дохновский сайт в лучшем виде. А в качестве оплаты пусть погадает мне. На картах Таро!

Сашка громко загоготал и повесил трубку.

* * *

Синяя «Ауди» уверенно перестроилась в крайний ряд и свернула на полупустое шоссе. Измученная простоями в пробках и наконец-то попавшая на свободную дорогу, она плавно набрала скорость и полетела легко и стремительно, словно вырвавшаяся на волю птица. Вадим любил быструю езду, и дорога от дома до работы, когда большую часть времени приходилось простаивать в пробках, казалась ему сплошным мучением. Другое дело – дорога к Инге! Шоссе не так давно расширили, поэтому оно не было перегружено, как в центре.

Как же хочется увидеться с ней… Даже не столько хочется, сколько необходимо. Может, она бы поняла, что с ним происходит. Что вдруг пошло не так? Но Инга сегодня уехала. Толком ничего не объяснила, забежала рано утром и сообщила, что уезжает на несколько дней. Чмокнула на прощание в щеку и попросила заглядывать в ее квартиру и кормить золотых рыбок. Может, она что-то и объясняла, да только он со сна ничего не понял? Инга что-то говорила, а он стоял в коридоре, щурился на свет и сонно хлопал глазами.

– Вадим, я тебе потом позвоню, когда окончательно проснешься! Я тороплюсь, – оборвала она себя. И так же стремительно, как и появилась, убежала, оставив после себя аромат сладких духов.

После работы Вадим сразу же поехал к Инге. «Рыбок кормить…» – усмехнулся он и отмел хлипкое оправдание. Не стоит врать самому себе. Он ехал к ее жилью, как раненый – к лечебнице, в надежде получить помощь и покой просто от нахождения в стенах «целильни».

Что, черт возьми, происходит?! Почему на душе так погано, словно случилось большое горе? Ничего ведь не стряслось. Ну да, был небольшой разлад, ну да, Инги нет в городе – и все. Все! Но какое-то острое желание разрушить то, что имеется, неприятно точило изнутри. Словно кто-то его звал, манил в пустоту. Бред какой-то… Инга бы посмеялась, сказала, что он заработался, и посоветовала взять отпуск. А может, не стала смеяться, просто посидела бы с ним рядом, и все бы прошло. Его любовь к ней переходит разумные границы и, похоже, превратилась в зависимость. Впрочем, так было и раньше, так будет всегда. Между ними особая связь. Интересно, она чувствует сейчас, что ему… нехорошо? Вполне возможно, учитывая ее особые способности.

До дома Инги оставалось не больше десяти минут, когда на перекрестке образовалась неожиданная пробка. То ли сломался светофор, то ли небольшое ДТП. Вадим досадливо хлопнул ладонью по сигналу – просто так, в сердцах, и «Ауди», тоже протестуя против стояния в пробке, отозвалась длинным гудком.

– Ничего не поделаешь, придется ждать, – произнес Вадим то ли себе, то ли машине, порылся в бардачке в поисках дисков и сунул в магнитолу первый попавшийся.

Диск Инги. Она, как ребенок, умудряется заполнять собой все пространство. Ее духи, песни с дисков, забытые вещи постоянно напоминают о том, что она рядом.

Как зовут эту девушку «с диска»? Инга в последнее время только и говорила, что об этой певице. Лека, кажется. То ли имя, то ли псевдоним. По словам Инги, будущая рок-звезда. Ну что ж, песни и в самом деле неплохие, чем-то цепляют.

Дальше дорога была свободной, и уже минут через пять Вадим припарковался возле нужного дома. Выйдя из машины, он по привычке задрал вверх голову, надеясь увидеть свет в окнах. И тут же одернул себя: ну что он как маленький… Ничего, сейчас войдет в ее квартиру, заварит себе чаю с какими-то ароматными травами и с чашкой усядется на удобный пуфик в гостиной. И на душе вновь станет легко и светло.

* * *

Алена, уткнувшись лицом в подушку, тихо плакала. Причина для слез была очень серьезная: за весь день парень не позвонил ей. Ни разу! И даже не сбросил ни одного сообщения. Безобразие! Или трагедия? Вначале Алена склонялась к первому и сердилась. Ну, она покажет ему! Покажет! А потом поняла, что никакое это не безобразие, а самая что ни на есть трагедия. Неужели он ее не любит? Быть такого не может… Не может, и все тут. Она ведь красивая. Ну и что, что немного взбалмошная, мужчинам и нравятся непредсказуемые девушки, а не постные серые мышки. Правда, мама любит повторять, что женятся-то как раз на домашних скучных мышках, а такую, как Алена, замуж брать побоятся. Ну, мама так говорит в сердцах, а на самом деле очень любит ее.

Наревевшись, Алена вытерла кулаком злые слезы и села на диване. С чего это она решила, будто ее бросают? Не может он ее бросить! С ней так еще не поступали. Она сейчас сама позвонит ему и во всем разберется.

Алена схватила мобильник и набрала нужный номер. И едва в трубке раздался знакомый голос, как она выплеснула свое негодование:

– Ты мне не позвонил сегодня!

– Алена, здравствуй для начала… – голос у него был то ли уставший, то ли недовольный, словно она ему помешала.

– Ну, здравствуй! Ты мне не позвонил!

– Алена, не веди себя как маленькая девочка. Я забыл телефон дома.

Ну вот, примерно это она и ожидала услышать! Алена улыбнулась и капризно проныла в трубку:

– А я волновалась! Мог бы найти, откуда позвонить… Я соскучилась!

Обычно она никогда не говорила первой мужчине, что соскучилась по нему.

– Как провела день? – Он словно пропустил ее признание мимо ушей.

– Обычно. Скучно! Ездила в институт, высидела там целых четыре пары! Чуть от тоски не померла. Представляешь, поставили подряд три лекции! О чем они думают, в этом деканате? Не люблю универ! И зачем меня туда родители запихнули, ума не приложу.

Он тихо рассмеялся и сказал, как говорил и раньше:

– Аленка, ты – забавная зверушка.

От этих слов у нее потеплело на душе. И с какого перепугу она решила, что он бросает ее?! Чушь.

– Маленькая еще и несмышленая, – продолжил он. – Университет – это хорошее дело. Пригодится в жизни. Ну бросишь ты его – и куда пойдешь? Будешь темная и неученая.

– Я не люблю экономику! – пожаловалась Алена. – Я хотела стать актрисой или моделью, а папа сказал, что в модели берут одних шалав. Или ими там становятся! И отправил меня в этот гребаный универ.

– Але-ена, ну как ты выражаешься? Красивая девушка, а знаешь такие некрасивые слова.

– А ты мне не папочка – учить, – надула она губы.

– И слава богу! – рассмеялся он.

– Почему «слава богу»?

– Потому что тогда не мог бы приглашать тебя на свидания.

Вот это уже ей нравится!

– Когда мы увидимся? Завтра? Я хочу завтра!

– Ладно, давай завтра, – согласился он. – Хочешь, сходим в кино?

– Нет, в ресторан!

– М-м-м… Ладно, – устало произнес он, а Алена тут же потребовала:

– Скажи, что любишь меня!

– Люблю.

Этого оказалось достаточно. Счастливо засмеявшись, она попрощалась и отключила телефон.

– Алена!

В коридоре раздались шаги, и мгновением позже в комнату вошла мама.

– Ты сделала то, о чем я тебя просила утром? Отправила поздравительную телеграмму бабушке? У нее завтра день рождения.

– М-м-м, – невнятно промычала Алена.

– Ясно, – мать поняла все и без слов и укоризненно покачала головой: – Поэтому я и попросила Ларису тоже отправить телеграмму. Знала, что ты, как всегда, забудешь. Как так можно – забыть поздравить бабушку Зою с днем рождения?

Мама вышла из комнаты, и Алена сердито показала ей вслед язык. Забыла и забыла, с кем не бывает.

Глава 6

Осенью время тянется бесконечно долго. Это весной и летом дни проносятся со скоростью ветра, а осенью из-за бесконечного конвейера одинаковых серо-тоскливых дней, пропитанных промозглой сыростью, кажется, будто время впадает в спячку. Бабье лето закончилось, и наступил период занудных моросящих дождей. Лариса всей душой ненавидела подобную погоду. Она впадала в грусть и постоянно мерзла. Не спасали даже толстый безразмерный свитер, надетый в офисе вопреки дресс-коду, и кружка горячего чая. И если от унылого настроения можно было избавиться, загрузив себя работой, то от холода скрыться было негде. Пока не начался отопительный сезон, зябко было и дома, и в офисе.

К концу сентября работы в агентстве прибавилось, и Лариса стала задерживаться в офисе допоздна. Еще одна причина, по которой она не спешила домой, – Влад. Отношения с ним катастрофически разлаживались. И если раньше зачинщиком ссор выступал он, то теперь Лариса всячески провоцировала его, чтобы громко, от души поскандалить. Ссориться не получалось, поскольку Влад неожиданно стал стараться гасить все конфликты. Удивительно! Они словно поменялись ролями. Она взрывалась, он искал компромиссы и первым делал шаги к примирению. И все бы хорошо, но Ларису такой поворот событий уже не устраивал. Ей хотелось бури и выяснения отношений, чего раньше за ней не наблюдалось. Ее будто подменили. Что произошло, она не могла понять. Но ей стало невыносимо тяжело находиться рядом с Владом, не только морально, но и физически. От мысли, что она сейчас приедет домой, а Влад – там, ждет ее, хотелось выть, а к горлу подступала тошнота. И Лариса стала задерживаться на работе.

За эти дни она два или три раза мимолетом виделась на работе с Вадимом Дохновским. Он, как и сказал ей при первой встрече, приезжал по финансовым делам – к директору агентства и по поводу сайта – к Саше Ловцеву. Короткие встречи в коридоре, вежливый обмен приветствиями – и больше ничего. Если не считать того, что после каждой такой встречи Лариса долго и скрупулезно перебирала в памяти мельчайшие подробности вплоть до тех, что и с какой интонацией говорил ей Вадим, как улыбнулся, как поздоровался и как попрощался, вспоминала каждый его жест и взгляд, запах одеколона и цвет галстука. И каждую «подробность», словно драгоценность, мысленно упаковывала в отдельную «коробочку» и убирала в отдельный «ящик» – для лучшей сохранности.

Ловцев уже не хихикал по поводу «ведьминской хиромантии», а, увлекшись работой, ваял заказанный сайт.

– Это не «конфетка» будет, а гораздо лучше! Шоколадка, вот! – довольно похвастал Саша, когда его все же удалось оторвать от компьютера и вытащить в курилку.

Ларисе хотелось расспросить Сашу о Дохновском, и она завуалировала свой интерес вопросами о сайте. Но тут же об этом пожалела, поскольку Саша с энтузиазмом принялся вываливать технические подробности своей работы.

– Ловцев, не выражайся! – услышав от приятеля очередное техническое словечко, недовольно поморщилась Лариса.

– Ты же сама спросила, – недоуменно захлопал голубыми глазами друг.

– Я спросила лишь, как движется работа, близится ли к концу. Мне шеф наказал стоять у тебя над душой.

– Мне шеф и сам постоянно названивает. Между прочим, пока я этот сайт делаю, много чего интересного узнал. «Племянничек» столько разной литературы натащил, что я уже сам, как бабка-гадалка, скоро будущее предсказывать начну. Хоть на картах, хоть на рунах, хоть на звездах. И сны читать научился! Каждое утро, вскочив с постели, анализирую приснившееся – к чему бы это.

– И что, сбывается? – скептически сморщила нос Лариса.

– Не-а, – беззаботно ответил Саша и рассмеялся.

– Не понимаю, зачем Дохновскому этот сайт…

– А это не ему! Для девушки его.

– Для девушки?

Ларисе почему-то неприятно было услышать такое объяснение, хоть она и ожидала нечто подобное. Ну не самому же Дохновскому понадобился сайт магии и оккультных наук! А Саша, не замечая изменившегося выражения Лариного лица, продолжал вываливать подробности:

– Да, для девушки. Он приезжал с ней пару раз. А потом она и одна появлялась, говорила, что и как ей сделать. Красивая, черт возьми! Очень красивая! Влюбишься в такую, сам не рад будешь. Потому что такие девушки не из простых. Из высшего света, что ли… Не знаю, как объяснить. Вся такая из себя… Красавица. А не зазнаистая, вот парадокс! Легкая и приятная в общении.

– Ты увлекся, что ли, ею? – подозрительно покосилась на друга Лариса. Слишком мечтательное выражение приняла его физиономия.

– «Увлекся»! – с какой-то горечью фыркнул Саша. – Такой, говорю, простому смертному, как я, увлекаться нельзя! Себе дороже. Ей вон под стать банкиры типа этого племянничка.

У Ларисы этот разговор оставил неприятный осадок и чувство безнадежной тоски. Себя она тоже относила к простым смертным, которым не стать парой разъезжающим на новеньких «Ауди» банкирам с ямочками на щеках и бездонными серыми глазами.

* * *

В один из вечеров Влад, желая сделать Ларисе сюрприз, заехал за ней на работу и, раздуваясь от важности, пригласил в ресторан. Он ожидал, что Лара от радости бросится ему на шею, но она собралась без особого энтузиазма.

Весь вечер Влад старался ее развлекать. И даже, хоть и не любил танцевать, заказал романтичную мелодию и пригласил Ларису на танец.

– Влад, что происходит? Ресторан, романтический ужин, музыка, танец… Ты – сама любезность и обходительность…

– Я тоже хочу знать, что происходит… с нами. Но об этом не сейчас, хорошо? Тебе нравится эта песня?

– Да, нравится. Влад, и все же, ты за мной будто снова начал ухаживать. Как в первое время после знакомства.

– Тебе не нравятся мои ухаживания? – насторожился он и обеспокоенно заглянул ей в глаза. – Ты стала от меня отдаляться, а я не хочу тебя потерять!

«Ты меня уже потерял…» – мелькнула мысль, которая тут же была испуганно задавлена. Неужели и в самом деле так все плохо? Лара почувствовала себя неловко, ведь Влад старался, явно желая ей угодить. Только вот ей от этого только хуже. Лучше бы он вел себя как прежде. Тогда было бы легче с ним… расстаться.

– Влад, вернемся за столик?..

– Как хочешь, – согласился он, но было заметно, что расстроился.

Опустившись на стул, Лариса набросилась на принесенное горячее. Есть не хотелось, но тогда пришлось бы разговаривать с Владом, улыбаться ему, делать вид, что ей хорошо, что она довольна вечером.

– Вкусный шашлык! – нарочито бодрым голосом провозгласила она и полила мясо соусом.

Влад же в отличие от Лары не притронулся к своей порции. Поставив локти на стол и сцепив пальцы в «замок», он внимательно смотрел на спутницу.

– Лариса, может, поговорим? Сегодня и сейчас.

Она вздрогнула и, отложив вилку, подняла глаза.

– Давай… Поговорим.

– Лариса, что происходит между нами? Что происходит с тобой?

– Между нами, Влад, а не со мной, – поправила она его. – И знаешь, происходило раньше, а сейчас уже ничего не происходит. Мне кажется, наши отношения изжили себя.

Шалея от собственной решимости, Лариса выпалила все, что уже не первый день занозой сидело в мыслях. Влад, хоть и ожидал подобного разговора, готов к нему не оказался. Он удивленно хлопал глазами, и Лариса вновь почувствовала себя виноватой. Хотя, черт возьми, в чем она виновата? Это она выступала в роли хранителя очага их отношений, делая все возможное, чтобы он не угас, а Влад принимал ее усилия как должное. Этот ужин – капля в море по сравнению с тем, что раньше делала она и что не делал он. Лариса вдруг почувствовала злость на себя, и от этой злости на душе стало легче, а решимость расправила крылья и теперь гордо взирала с высоты орлиного полета. «Молодец! – одобрила бы Майка. – Давно пора!»

– Да, Влад, изжили, – словно закрепляя печатью все произнесенное, уверенно повторила Лариса. Чуть сощурившись, она рассматривала ошарашенное лицо Влада. Красивое лицо, которым она любовалась на протяжении полутора лет. И которое теперь не вызывало никаких эмоций.

– Ларка, мне кажется, ты торопишься с выводами. Еще все можно вернуть! Видишь, я стараюсь…

– Вижу. Только уже поздно, Влад. Мне кажется, я… не испытываю к тебе прежних чувств.

Эта фраза все же далась нелегко, получилась скомканной и неуверенной, словно Лариса еще сомневалась в том, что ее чувства к Владу иссякли. И он ухватился за ее неуверенность.

– Лара, я понимаю, что доставил тебе много неприятных моментов… Но все же я люблю тебя.

– Вах, дождалась, – горько усмехнулась она. – Лучше бы ты раньше говорил мне о своих чувствах. Хоть иногда. И еще бы сказал об этом своей бывшей жене, а то она что-то слишком навязчива в последнее время.

– А-а, вот в чем дело! – обрадованно улыбнулся он, сделав свои выводы. – Ты просто ревнуешь меня к Ленке! А я голову сломал, думая, что с тобой происходит! Ну, что она такого наговорила? Не бери в голову, Лариска, ну ее к черту! Хочешь, прямо сейчас позвоню ей и скажу, что люблю только тебя!

– Ой, Влад, – досадливо поморщилась Лара. – Я не ревную тебя ни к ней, ни к кому бы то ни было. И это правда. Правда.

Она сделала паузу, словно набирая в легкие воздуха перед прыжком в воду, и выпалила коронную фразу, которую в последнее время чуть ли не репетировала перед зеркалом:

– Знаешь, нам лучше расстаться.

– Расстаться?! Ну что ты говоришь такое! Лариска, ну что, что произошло?! Объясни мне! – уже всерьез обеспокоился Влад. К такому повороту событий он совсем не был готов. – Ты меня разлюбила? Почему? Когда это произошло? Как? Почему я ничего не заметил?

«Потому что вообще мало что вокруг замечал…»

– Влад, давай не будем выяснять отношения в ресторане. Успокойся.

– Я спокоен! – прокричал он так, что на них стали оборачиваться.

– Тш-ш, Влад, давай уйдем отсюда.

– Нет, мы выясним все здесь и сейчас! Почему ты хочешь со мной расстаться?

– Потому что мне тяжело с тобой! Потому что я не люблю тебя! Все.

Влад помолчал, обдумывая сказанное ею. Скомкал салфетку и бросил на тарелку.

– Кто он?

– Что? – не поняла Лариса.

– Скажи мне, кто он! Где и когда ты с ним познакомилась? На работе? Ты в последнее время стала часто задерживаться.

Лариса, не дослушивав его, решительно встала. Влад вскочил за ней:

– Куда ты? Я отвезу тебя домой!

– Не надо. Я поймаю такси.

Торопливым шагом она покинула ресторан. А выйдя на улицу, расправила плечи, будто с них свалилась тяжесть, и отправилась прочь.

* * *

Алену кто-то тихонько похлопал по плечу, и она проснулась. Из окна лился холодный свет полной луны, не ярко, но достаточно для того, чтобы можно было рассмотреть обстановку комнаты. И женщину. Ту самую – уже знакомую ей непрошеную гостью.

– Не бойся.

– Я и не боюсь. – Алена села на кровати и потерла глаза.

Освещенная серебряным светом луны, незнакомка казалась молодой и красивой. Она, как и в прошлый раз, была облачена в легкие белые одежды – многоярусные то ли платья, то ли длинные развевающиеся туники. «Сейчас так не одеваются…» – подумала Алена, с интересом рассматривая одеяние.

– Вы что-то хотели мне показать.

– Да, хотела, – вздохнула женщина то ли сокрушенно, то ли устало. – Но немного позже, Алена. Еще рано. Всему свое время, – проговорила женщина и, ласково улыбнувшись, слегка провела ладонью по волосам Алены. – Узнаешь все, обещаю. Пока скажу, что ты сделала все правильно, но не до конца. Ну ничего, я доработаю…

– Что я сделала правильно?

Игры в загадки порядком надоели.

– Объясните!

– Нетерпеливая какая! Всему свое время.

– Скажите, вы мне… снитесь?

– Снюсь? Даже не знаю, как тебе сказать… И да, и нет. Пойдем, – женщина поманила ее за собой.

Алена торопливо встала с кровати и отправилась следом.

Они вышли в коридор и прошли на кухню, освещенную, как и комната, серебряным светом луны. Женщина, не оборачиваясь, подошла к окну и остановилась, выглядывая что-то на улице. Алена приблизилась… И в это мгновение кухню наполнил яркий свет электрической лампочки. От неожиданности Алена вздрогнула и резко обернулась. Возле выключателя, щуря на ярком свету сонные глаза, стояла мама.

– Дочь, это ты?

Она медленно кивнула и украдкой оглянулась на окно. Женщины, конечно же, не было.

– Я услышала, что ты тут бродишь. Думала, тебе не спится.

– Я попить вышла.

Вернувшись в свою спальню, Алена еще долго ломала голову над тем, приснилась ли ей незнакомка или явилась на самом деле. Хотелось бы думать, что просто приснилась, но как тогда объяснить факт, что Алена «проснулась» не в своей кровати, а на кухне? Может, она стала страдать лунатизмом? Жуть, жуть какая!

И все же, что такого важного хотела ей сообщить загадочная женщина?..

Глава 7

День прошел с тремя «звездочками», как про себя характеризовала Лариса степень неприятностей. Прямо с утра, едва она вошла в офис, ее вызвал к себе шеф и долго и обстоятельно «песочил» по поводу провороненного ею важного клиента. Случай был уже недельной давности, но, видимо, информация к шефу поступила только сейчас. Клиент, представляющий крупный косметический концерн, попал к Ларисе по рекомендации. Промучив девушку часа полтора, дотошно выспрашивая каждую мелочь и после каждого Ларисиного ответа отпуская ехидные реплики, противный мужичонка ушел с туманным обещанием «подумать». И потом обратился в другое агентство, гораздо более известное, чем Ларисино. Виновной в том, что она упустила клиента, Лара себя не чувствовала (положа руку на сердце, даже тихо возрадовалась тому, что он ушел к конкурентам), но шефу ведь этого не объяснишь!

– Лескова, если ты можешь позволить себе швыряться такими клиентами, значит, с выполнением плана у тебя все в порядке. Может, тебе поднять планку ежемесячных сборов? – ехидно завершил «лекцию» шеф. И, отчитав Ларису, уже с беспокойством поинтересовался: – Что там с сайтом Дохновского?

– Близится к завершению. И заказчик вполне доволен.

– То-то же… – с удовлетворением заметил шеф и наконец-то отправил раскрасневшуюся после выволочки сотрудницу восвояси.

Следующую «звездочку» дню присвоила атака на телефон от Влада. Проскучав без Ларисы два дня, он решил, что тайм-аут, взятый ею в их отношениях, истек, и перешел к активным действиям в виде нескончаемого потока сообщений. И ругался, и умолял, и признавался в нежных чувствах, и жалобно истерил по поводу того, что ему без Ларисы – «сущая смерть». Не дождавшись в ответ ни одного ее сообщения, снова ругался и даже попробовал угрожать. И в итоге получил от Ларисы долгожданный ответ. Она в сердцах отстучала лаконичное: «КОЗЕЛ!» И отключила телефон.

Третьей «звездочкой» послужило Сашино сообщение о том, что опять приезжали Дохновский и его девушка – советоваться по поводу завершающих штрихов. Саша на этот раз опустил подробное описание технических моментов своей работы, зато отдал должное описанию раскрасавицы-подружки «племянничка». Ларисе было неприятно слушать восторженные Сашины разглагольствования, и он, заметив это, удивленно рассмеялся:

– Эй, Ларка, ты что, ревнуешь?

Ревнует? Его вопрос неожиданно и остро кольнул где-то под сердцем, причинив секундную боль. Неужели она и правда ревнует этого Дохновского? И это… так заметно?

– Ты аж прям в лице переменилась! – расплылся Саша в довольной улыбке. – Ведь ревнуешь, да? Меня к этой красотке!

– Еще чего! – фыркнула Лариса и от неожиданности, и от Сашкиной самоуверенности.

– А жаль, – как-то сник друг.

И в Ларисину голову закралось подозрение, не старается ли он рассказами о красивой подружке банкира вызвать ее ревность.

– Это был просто кошмарный день! – пожаловалась Лариса потом по телефону Майке. – Отчитали меня сегодня все, кому не лень, – начиная от шефа и заканчивая Сашкой.

– А он-то что? – недоуменно спросила подруга.

Лариса, опомнившись, прикусила язык: и в самом деле, Саша ее не ругал.

– По работе опять поспорили! – нашлась она. – Май, давай встретимся? В кафе посидим, поболтаем? Отдохнем от работы.

– М-м-м… – задумчиво промычала подруга. – На вечер у меня запись в одно место, не хотелось бы отменять.

– К своей гадалке, что ли, записана? – небрежно спросила Лара. И судя по тому, как Майя что-то промычала в трубку, увиливая от прямого ответа, собралась она именно туда.

– А давай сходим вместе! – нашлась подруга. – А потом в кафе посидим! Я запишу тебя!

– Да зачем мне это! – поморщилась Лара. Но в итоге согласилась.

«Центр магии Госпожи Леонеллы», – прочитала Лариса на вывеске. Она никогда не была в подобных местах, но, слушая Майку, представляла себе обстановку такого заведения несколько иначе. Ладно, допустим, Центр магии тоже снимает помещение, подобное офисному, – не в избушке же, в конце концов, ему размещаться! Но от внутренней обстановки Лара ожидала большего. Или, правильней сказать, иного. Где таинственный полумрак, в который, по ее представлениям, должен быть погружен Центр магии? И где магические шары и кристаллы? И свечи в серебряных подсвечниках? Или хотя бы ароматические палочки и благовония? Нет, внутри Центр очень напоминал маленькую частную клинику: те же дерматиновые кресла для посетителей вдоль крашеных стен, плиточный пол и стойка ресепшен, очень напоминающая поликлиническую. Для полного сходства с медицинским учреждением не хватало белого халатика на девушке-администраторе. Но и ничего «магического» в стиле одежды администраторши тоже не было: черная водолазка и синие джинсы. Лариса разочарованно уставилась на поднявшуюся им навстречу девушку: хоть бы какие-то амулеты повесила на шею для «антуража».

– Здра-авствуйте, вы по записи? – нараспев спросила администратор у Майи, улыбаясь, как дорогому гостю, самой приветливой улыбкой (впрочем, как отметила про себя Лариса, они с Майей здесь и правда были дорогими гостьями – судя по цене только за одну консультацию у «ясновидящей»).

– Да. Мы записаны к Госпоже Леонелле. Майя и Лариса.

Подруга облокотилась о стойку и уставилась в журнал записи, по которому девушка, сверяясь, уже водила пальцем.

– Записаны к Самой?.. – пропела администратор и, найдя нужные имена, подняла сияющие радостью глаза: – Заплатите, пожалуйста, за прием и проходите. Одной из вас придется подождать.

– Иди первая, – тихо шепнула Лариса подруге на ухо. Та кивнула и расплатилась.

– Пойдемте, я вас провожу, – пригласила девушка.

Лариса опустилась в одно из дерматиновых кресел рядом с дверью, за которой скрылась Майя, и, чинно сложив на коленях руки и отказавшись от предложенного чая, приготовилась ждать.

Подруга вышла через двадцать минут с сияющими глазами. Никак магиня пообещала ей в скором будущем замужество с молодым красивым олигархом.

– Иди! Леонелла ждет тебя.

«Иди, мой друг, настал твой звездный час!» – вспомнились слова то ли из какого-то фильма, то ли из книги. Лариса, фыркнув от разбиравшего ее смеха, шагнула за приоткрытую дверь.

Комната не разочаровала, а, наоборот, реабилитировала Центр магии в ее глазах. Здесь были и таинственный полумрак, и тихая музыка, и магический шар на причудливой подставке, и любовно расставленные по периметру комнаты свечи в канделябрах. Ну и, конечно, ароматические палочки… Вдохнув «благовония», Лариса тут же позорно громко чихнула.

– Извините… – пробормотала она и робко глянула на солидных габаритов даму, восседающую за столом, подобно царице. Одета дама была, как и подобало, по Ларисиным представлениям, магине: в темный с серебристым отливом балахон. На шее у нее болталось несколько причудливых амулетов, черные, вьющиеся, как у Майи, волосы сдерживала украшенная камнями и бисером повязка. Госпожа Леонелла собственной персоной.

Кивком Госпожа извинила Ларису и поманила к себе унизанной перстнями рукой:

– Проходи, дочь моя. Присаживайся.

Царственным жестом дама указала на стул напротив себя. Лариса послушно присела, и Госпожа заулыбалась ей медовой улыбкой.

– Ну, дочь моя, с какой бедой пожаловала?

– Я… вообще-то в первый раз, – несколько растерялась Лариса, не зная, с чего начать. Ни с какой бедой она не пожаловала, пришла за компанию с подругой, но не расстраивать же подобным признанием Госпожу Леонеллу.

– Ах, ясно! – нашлась дама. – Посмотрим по Таро, изучим ладонь и, если Он будет благоволить, просканируем ауру. У многих обратившихся ко мне за помощью оказываются закупоренными чакры, из-за этого энергетические потоки блокируются. Отсюда и многие беды.

Госпожа сокрушенно покачала головой, и камни на повязке тут же «заиграли», отражая блики множества свечей. Лариса как завороженная рассматривала богатый головной убор Леонеллы. Ни слова из сказанного ею она не поняла: что такое чакры, потоки и что собираются ей сканировать, если таинственный Он позволит… Но богатое убранство Госпожи приковывало к себе внимание.

– Клади ладони на стол, – мягко приказала магиня, быстро тасуя колоду карт, и Лариса повиновалась.

– О-о, хм… – Госпожа Леонелла выложила первый ряд карт и, разглядывая его, задумчиво нахмурилась. – Был у тебя не очень счастливый период, надо сказать. Недомогание, ссора, на работе неприятности, не сильные, но малоприятные. На дальнейшей твоей карьере они вряд ли сказались. Короля рядом с тобой вижу. Брюнет. Красивый. Да?

– Да, – растерянно согласилась Лариса. Может, и права Майка? Леонелла пока говорит то, что было на самом деле.

– Из-за женщины вы с ним ссорились, я права? – Госпожа, хитро подмигнув, постучала украшенным перстнем пальцем по карте. – Не переживай, напрасны были твои подозрения. Так, посмотрим, дальше.

Леонелла бодро принялась выкладывать второй ряд, по ходу комментируя:

– Потеря. Ты потеряла этого короля. Не переживай, встретишь другого. Другой пока не выпадает, но вижу думы о нем… Женщина… Ох, нет!

Госпожа, выложив еще одну карту, неожиданно вскрикнула и испуганно прикрыла ладонью рот. Лариса с любопытством уставилась на карты, силясь понять, что же так напугало гадалку.

– Посмотрим, посмотрим… – зашелестела колодой магиня. Выложив целый веер, она прижала к груди пухлые руки.

– Ох, беда, беда… Не могу я тебе сказать такое! – покачала головой Леонелла, испуганно глядя на Ларису, а затем внезапно сгребла выложенные карты в кучу. – Не могу!

Лариса непонимающе глазела на Госпожу, гадая, в самом ли деле та увидела в карточном раскладе что-то ужасное или просто затеяла эффектное представление с целью дальнейшего «развода» на деньги. Почистить ауру, пробить потоки, продуть чакры – или еще что там…

– Дай-ка ладонь! – Леонелла, сменив плаксивый тон на командный, схватила Ларисину руку. Поизучав ее ладонь с минуту, закрыла глаза и с чувством выдохнула: – Беда.

– И… что за беда? – осмелилась нарушить затянувшееся молчание Лариса.

Леонелла открыла глаза и внимательно посмотрела на нее:

– Дочь моя, мне не хотелось в этом признаваться, но у тебя очень несчастливый и путаный расклад. Сильнейшая порча, наложенная на поколения. Или, страшно сказать, даже проклятие… Мне, магу в третьем поколении, боюсь, и то не под силу будет справиться с ним.

– И что же мне делать? – Ларисе, как ни странно, страшно не было, напротив, все происходящее казалось ей театральным представлением. Ох и выскажет она потом Майке все, что думает про ее гадалок!

– Молиться! Молиться, дочь моя! И то… Смерть на твоем раскладе, вот что. Смертью помечено!

– И… что это за проклятие такое? Чем оно вызвано? И кто его наслал?

– Не знаю! – Госпожа Леонелла, как ни странно, занервничала. – И врать не буду! Все, дочь моя, сеанс окончен. Я потратила много сил. Скажу, чтобы сегодня ко мне больше никого не приводили.

С этими словами Леонелла поднялась, давая понять, что вопросы больше не принимаются и, сложив на груди руки, с трагическим выражением лица подождала, пока посетительница выйдет.

Уже на улице Лариса набросилась на подругу:

– Зря я тебя послушалась и отправилась к этой Леонелле!

– А что она тебе такого сказала? – растерянно спросила Майя. Она, видимо, ожидала от подруги восторгов, но никак не бурного возмущения.

– Да ничего! В том-то и дело, что ничего! Промурлыкала какие-то общие слова, а потом сгребла карты в кучу и прогнала меня.