Это мой мужчина, или Мечта сильной женщины Гринева Екатерина

Слова повисли в воздухе.

Я решила обратиться к соседке справа, худенькой девушке с русыми волосами, распущенными по плечам. Кажется, ее звали Олей. Когда Николай Александрович представлял меня новому коллективу, то знакомил с сотрудниками. Я старалась запомнить имя-отчество каждого, но боюсь, что получилось не идеально.

– Оля… – неуверенно начала я.

Та кивнула.

– У меня вышел из строя компьютер. К кому я могу обратиться за помощью?

Та обвела взглядом сидевших в комнате. Я на минуту задержала дыхание. Это означало, что она решает, на чьей она стороне: моей или своих коллег.

– Нужно оставить заявку у Веры Михайловны, потом спуститься вниз на второй этаж. Там находится компьютерный отдел, с которым у нас подписан договор на обслуживание.

Я поднялась со стула. Вера Михайловна сидела за стенкой. Она подписала мою заявку, и я отправилась на второй этаж, нарочно сделав крюк, чтобы пройти мимо приемной. Я надеялась наткнуться на шефа и еще раз поздороваться с ним. Но мои надежды на мимолетную встречу были напрасны. В приемной сидела только Юля и говорила по телефону.

На втором этаже меня сначала отфутболивали от одного компьютерщика к другому: у всех была срочная работа, никто не хотел тратить на меня время. Но потом плотный молодой человек с сальными волосами, собранными в маленький хвостик, согласился подняться наверх и решить мою проблему.

Возился он недолго, минут пятнадцать, мурлыча какую-то песенку. Затем поднял голову, положил руку на компьютер и сказал, смотря мне прямо в глаза:

– Все в порядке. Будет работать как зверь.

– Спасибо.

– Спасибочки будете говорить потом, – со смешком сказал он.

Я посмотрела на часы. В общей сложности час рабочего времени потерян. Правда, не по моей вине, но кому от этого легче?

За две недели до описываемых событий

Франция. Сен-Тропе

В номере было прохладно. Работали кондиционеры. Роскошный интерьер пленял воображение: стены, обтянутые синей шелковой тканью, бело-золотистые диваны с округлыми спинками, такие же стулья. Шторы, спускающиеся красивыми воланами… Высокие потолки, хрустальная люстра с пятью светильниками… Ночное бра, своим узором повторяющее люстру… Все в одном стиле и цветовой гамме.

На балконе в шезлонге сидела женщина и смотрела на пляж.

Жара стояла такая, что пересыхало в горле. И только легкий бриз, дувший с моря, приносил немного свежести.

Стук входной двери заставил женщину повернуть голову.

– Это ты?

– Ну да! Кто же еще? – раздался мужской голос.

– Иди сюда, – проворковала она.

– Сию секунду, – с легкой насмешкой отозвался мужчина.

Он подошел ближе, и женщина скользнула по нему взглядом. Мускулистое тело, в меру накачанные бицепсы и этот разящий наповал сексуальный взгляд…

«М-мм, – подумала она. – Сейчас я кончу прямо здесь».

Она провела языком по пересохшим губам.

– Садись.

– Спасибо.

Какое-то время они молча сидели в легких шезлонгах и смотрели на побережье, где в буйной зелени виднелись виллы миллионеров, выглядевшие как сказочные детские домики. А потом переводили взгляд на море, на ослепительно синюю гладь, по которой лениво скользили белоснежные яхты.

– Ты думаешь, он ни о чем не догадывается? – спросил мужчина.

– Я уверена в этом, – ответила она.

– Это хорошо. Значит, все под контролем?

– Как всегда. Беспокоиться абсолютно не о чем.

Женщина накрыла рукой руку мужчины. Он улыбнулся.

– Как твоя кожа? Не обгорела?

– Сегодня жжет меньше. Все эти масла – полная чушь. Мажешь-мажешь, а кожа все равно слезает, – капризным тоном произнесла женщина.

– Завтра уже пройдет.

– Надеюсь. Скоро вылетать в Москву, а так не хочется. Осталась бы здесь еще на недельку.

И она выразительно посмотрела на мужчину.

– Что делать, – пожал он плечами. – Се ля ви!

* * *

К концу месяца я уже вполне освоилась со своими обязанностями. Светлану я при первой же возможности ставила на место. Вера Михайловна немного оттаяла и относилась ко мне более ровно и спокойно, чем на первых порах. Остальные «атланты» были слишком заняты собой и своими проблемами, чтобы долго обмывать кости новому сотруднику.

Коллектив я завоевывала постепенно. Я помнила советы, которые давали нам на курсах. Чтобы утвердиться на новом рабочем месте, нужно четко расставить акценты и найти к каждому из коллег свой подход. Но при этом иметь в виду, что противника следует побеждать не спеша, рывком ничего не получится.

С Верой Михайловной я играла в игру: послушная ученица и строгая учительница. Когда она меня вызывала, чтобы дать задание, я опускала глаза вниз и время от времени кивала головой в знак согласия. Ни в коем случае нельзя было долго и пристально смотреть на Веру Михайловну. Вообще, если вы спокойно и твердо смотрите на своего босса, он может расценить это как посягательство на его власть. Здесь нужно отводить взгляд в сторону, чтобы ни у кого не возникло сомнений, кто главный.

Других сотрудников я разбила на группы: двое нейтральных, один – сочувствующий, одна яркая стервоза (Светлана Репина) и трое хамелеонов, готовых в любой момент сплясать и вашим и нашим. С нейтральными и сочувствующим (шофером Георгием Аванезовым) все было более-менее понятно. Со стервозой – тоже. Труднее с хамелеонами: они внимательно наблюдали за моим негласным поединком с Репиной и чутко реагировали на исход каждого раута.

Я старалась изо всех сил, чтобы переманить хамелеонов на свою сторону. Как только Репина делала выпад, я отвечала ей усмешкой, благо с чувством юмора у меня все в порядке. Если хочешь уничтожить своего противника – высмей его. Ничто так не воздействует, как смех.

Но я понимала, что этого мало. Мне нужно было выведать какой-то секрет Репиной, который отдал бы ее целиком в мои руки. Честно говоря, даже ее внешность раздражала меня. Это была яркая загорелая блондинка. Незадолго до моего прихода на работу она где-то отдыхала и блистала красивым загаром.