Девятый герцог Империи Буревой Андрей

Но не успел я, уже было приготовившись к жесткому столкновению с землей, перевести дух, как… как воздушный щит резко исчез!

— М-мать!.. — успел только выдохнуть я, прежде чем с новой скоростью ухнул вниз.

Хряпнулся здорово… От жесткого удара аж дух выбило напрочь. О том, чтобы встать на ноги, не стал даже помышлять. На спину кое-как перевернулся, и то хорошо…

Да и не хотелось, если честно, подниматься. В какое-то особое удовольствие было просто полежать так, раскинув в стороны руки и тихо радуясь жизни…

Только вот насладиться этим уникальным моментом просветления мне не дали. Там же, на верху крепостной стены, такой шум поднялся после моего падения…

— Ах ты!.. — раздался разъяренный возглас Кейтлин. Мгновение спустя пребывающая в полной растерянности, а оттого не готовая к сопротивлению Энжель была схвачена за шкирку и безжалостно вышвырнута со стены вслед за мной.

Понятно, что я, позабыв о внезапно нахлынувшей боли, выбившей слезы из глаз, подскочил, чтобы свою подопечную ловить. Только вот этого не понадобилось… Когда она преодолела примерно половину расстояния до земли, под ее ногами возникла знакомая мне призрачно-голубая полусфера воздушного щита. Превратившая падение девушки на последнем отрезке пути в практически мягкий спуск.

Мигом позже Энжель уже была рядом со мной. Немного опередив Кейтлин, спустившуюся со стены с помощью сотворенной ею воздушной подушки.

В течение нескольких минут я в четыре руки был тщательно обследован на предмет полученных повреждений, а потом, когда магессы признали мое состояние не внушающим опасения, начались разбирательства по факту дела.

— Это и было, значит, твое доведение до ума «прыжкового средства»? — насела Кейтлин на пребывающую в смятении златовласку.

— Но я все сделала правильно! Правда! — попыталась оправдаться взволнованная Энжель. И привела неоспоримый довод: — Ты же сама видела, мой «Прыг-скок» сработал как надо!

— Я видела, что тот, который у Кэрридана, как надо не сработал! — отрезала пышущая негодованием Кейтлин, отвергая таким образом столь сомнительный, на ее взгляд, аргумент.

— Но… Но я не знаю, почему так произошло! Все «Прыг-скоки» совершенно одинаковые! — прикусила нижнюю губку едва не плачущая златовласка.

Перстень с этим самым хитрым воздушным щитом, обозванный Энж «Прыг-скоком», после недолгих раздумий девушек был с меня снят. И тщательно исследован. Кажется, причина чуть не случившейся трагедии нашлась… Судя по тому, что Кейтлин возмущенно поинтересовалась у моей подопечной:

— А почему накопитель абсолютно пуст?

— Это у тебя надо спросить! — срезала ее, воспрянув духом после осмотра магического эффектора, Энжель. — Я ведь тебе вчера «Прыг-скоки» отдавала для наполнения энергией! — И высказала вслух свое видение причин произошедшего: — Видимо, ты при заполнении накопителей пожадничала, не залив их под завязку, и энергии не хватило для поддержания воздушного щита под нагрузкой выше определенной.

— Что? — закономерно вспыхнула Кейтлин. — Да я все накопители дополна залила!

Начались жаркие препирательства, едва не перешедшие в рукоприкладство… А потом магессы затеяли расследование по горячим следам. Которое дало свой результат. Несколько неожиданный, прямо скажем. Виновником всего этого оказался я, непроизвольно поглотив развернувшийся воздушный щит под влиянием охватившего меня в падении волнения…

Ох и попал я в итоге из-за этого… Лечили меня потом почти без применения магии — одними только целительными эликсирами исключительно мерзопакостного вкуса. Отведав преподнесенное мне снадобье в первый раз, я преисполнился решимости бесстрашно спрыгнуть откуда угодно, хоть даже с колокольни, лишь бы не принимать его во второй. Но как тут отвертишься, когда эти двое не выпускают меня из своих цепких лапок и, ласково-ласково так улыбаясь, убеждают выпить следующий эликсир? Да говорят еще при этом:

— Не доводи до греха, Стайни. Пей что дают. А то тебе же хуже будет…

С таким изуверским лечением оклемался я ну очень быстро. Практически за день. Но тут еще повлиял тот факт, что я не получил никаких серьезных травм, сверзившись с крепостной стены. За что следует благодарить «прыжковое средство», которое хоть и активировалось всего на мгновение, но все же заметно замедлило мое падение да изрядно возросшие в последнее время физические кондиции моего тела. Не совсем человеческого тела. Или, точнее, совсем не человеческого, а лишь искусно притворяющегося им.

Да и некогда мне разлеживаться к тому же. Пришел ведь ответ из столицы на отправленный нами запрос! Вернее, не пришел, а приехал. Его доставил самолично мой старый знакомец — ас-тарх Эрих Кован. Которого отправили к нам новым начальником римхольского отделения Охранной управы. А тьера Рабле за достигнутые в последнее время — прямо скажем, не без моей скромной помощи — успехи ожидал перевод с повышением в столицу.

Стоило получить от Кейтлин такие сногсшибательные известия, как удержать меня в постели стало просто невозможно. Не слушая никаких возражений моих мучительниц-целительниц, я быстренько оделся подобающим случаю образом и из дому умотал. Отправился с Кованом повидаться… Я же так давно об этом мечтал… Буквально со дня своего появления на Коуриджской женской каторге!

Да и ас-тарх, как вскоре выяснилось, тоже был весьма рад меня увидеть. Судя по тому радушию, с которым он меня поприветствовал, да тому, с каким энтузиазмом начал немедля живописать перипетии в столице. Где, по его словам, малый императорский совет едва ли не двое суток кряду заседал, решая, как отнестись к нашему прошению. То ли разрешить, то ли запретить, то ли вообще запереть где-нибудь эдаких экспериментаторов от греха подальше…

Только сбить меня всем этим с толку ему не удалось. Я не забыл, зачем пришел… И продолжал смотреть оценивающе на ас-тарха, то налево голову склоняя, то направо. Прикидывая, примеряясь…

— Что с вами, сэр Кэрридан? — прервался и спросил, обратив таки внимание на мое странное поведение, Кован.

— Да вот никак не могу решить, какой глаз вам подбить — правый али левый… — простодушно сознался я. — По-вашему, как красивше выйдет?

— Гхм, — подавился следующей фразой не ожидавший такого Кован и осторожно осведомился: — Позвольте узнать, а за что вы хотите набить мне рожу, сэр Кэрридан?..

— А что, разве не за что? — возмутился я и с неприкрытым сарказмом вопросил: — Или то, что леди Энжель, сдавшись имперским властям, будет отдана под суд и отправлена затем на жуткую каторгу, входило в наши договоренности?

— Нет, не входило, — вынужден был признать справедливость моего упрека Кован. Да тут же попытался оправдаться: — Но это подразумевалось само собой! Ибо все должно быть по закону!

— По закону?! — совсем уж вскипел я и прорычал, надвигаясь на серомундирника: — А вы сами на той каторге посидеть не пробовали?! Чтобы понять, каково там будет хрупкой девушке?!

— Не пробовал, — сознался Кован, отодвигаясь от меня и несколько смущенно одергивая рукава форменного мундира. Да тут же сам перешел в атаку, с непоколебимой уверенностью заявив: — Но тем не менее ваш упрек не вполне справедлив, сэр Кэрридан. Ибо леди Энжель была отправлена мной не абы куда, а на самую образцовую каторгу!

— Ах-ах! Образцовую! — не выдержав, засмеялся я в голос. — Хорошая шутка! — С жалостью посмотрев на ас-тарха, я сказал ему: — Советую вам как-нибудь побывать там, на этой вашей образцовой каторге. Чтобы убедиться, что все там не так радужно, как это выглядит на бумаге!

— Вы неправы, сэр Кэрридан, — хладнокровно ответствовал Кован, которого, похоже, ничто не может пронять. Пояснив, что он имеет в виду: — Бумаги на самом деле никогда не врут. И Коуриджская женская каторга действительно является образцовой. Хотя бы потому, что количество повторно совершенных преступлений лицами, побывавшими на ней, на порядок ниже, нежели среди бывших узниц других каторг.

— Вы просто не знаете, какими методами такие успехи достигаются! — фыркнул на это я.

— А это и не важно, — срезал меня Кован. — Главное, что свое предназначение каторга действительно выполняет. — Он невозмутимо сцепил пальцы рук. — Кстати, хотел вас поблагодарить за то, что вы осадили тамошних набольших. Начали слишком наглеть в последнее время. Но полученного урока им надолго хватит. Изящная комбинация у вас получилась, бесспорно. Да еще и ударила их по самому больному — по кошелю, — вроде как похвалил меня даже ас-тарх.

— Э-э-э… — растерянно проблеял я, сбитый с толку неожиданным заявлением Кована. И невольно озвучил сразу возникший у меня вопрос: — А вы-то откуда знаете об уроке, который я преподал этим чинушам?

— Так как не знать, если в императорскую канцелярию поступила петиция от лица жителей небезызвестного вам городка со слезной мольбой не передавать Коуридж вам в ленное владение и оставить его коронным, как прежде, — пояснил, разведя руками и пряча улыбку, серомундирник. — Разумеется, нашей управе немедля было поручено разобраться в причинах всего этого, — добил он ошарашенного меня.

— Вот же блин! — в сердцах высказался я, придя в себя.

— Надеюсь, это все, что вы имели мне предъявить? И возникшее меж нами недопонимание полностью исчерпано? — выдержав краткую паузу, поинтересовался ас-тарх.

— Вовсе нет! — заставил меня опомниться этот наглый вопрос и перейти в новое наступление. Я прозрачно намекнул Ковану, продолжающему упорно изображать непонимание сути моих претензий: — А за статус бесправной любовницы, который Энжель в результате получила, я вас, считаете, благодарить должен? Столько неприятностей мне это принесло!

— Сэр Кэрридан, но я-то тут при чем? — растерянно развел руками ас-тарх. — Неужели вы считаете, что я самостоятельно принимаю решения по вопросам, непосредственно касающимся семейства ди Мэнс, учитывая, кто возглавляет нашу управу?

— То есть это была не ваша дурная инициатива? — несколько смешавшись, уточнил я.

— Сэр Кэрридан, — устало вздохнул Кован, — еще раз говорю — решение таких вопросов находится просто вне моей компетенции.

— Ладно… — пробормотал я, лихорадочно соображая. — Ладно… — И прямо спросил: — Значит, решение повернуть таким образом операцию с Энжель было принято не кем-либо, а непосредственно самым высоким вашим начальством?

Кован не ответил. Лишь прикрыл на миг глаза в знак согласия.

— Но на кой ему это надо было? — озадаченно вопросил я, откровенно недоумевая относительно того, что подвигло графа ди Ноэля, главу Охраной управы, всучить мне Энжель в статусе бесправной любовницы. Он же по идее, наоборот, должен ратовать за сестру жены.

— Может, с целью проверить вас на здравомыслие? — неуверенно предположил Кован.

«Да нет, это скорее всего семейство ди Мэнс просто решило таким образом задобрить тебя», — поделился своими соображениями и бес.

«Задобрить? — опешив, уставился я на него. — Но для чего?!»

«Ну дак известно, для чего, — осклабился в ответ рогатый. Выдержав интригующую паузу, он выдал: — Чтобы ты, не дай Создатель, не передумал жениться на их расчудесной младшенькой!»

— А что, взятие ди Самери под опеку вылилось в большую проблему для вас? — осторожно уточнил меж тем ас-тарх, похоже, пытаясь понять, что это на меня нашло.

— Да вы просто не представляете, в какую! — не сдержавшись, в сердцах воскликнул я. И, найдя в лице Кована благодарного слушателя, начал жаловаться ему на свою беду. Когда и Кейтлин оставить категорически не хочу и не желаю, и Энжель бросить просто не могу…

Кован послушал-послушал, да и, задумчиво так глядя на меня, сказал:

— Да, если бы я знал, что так оно все выйдет, то ни за что не стал бы так стараться и добиваться передачи ди Самери вам на поруки… Сидела бы на каторге, и пусть ее…

— Чего? — поперхнувшись, удивленно вытаращился я на него.

— Дело в том, сэр Кэрридан, что раньше вы всегда показывали себя как человека, не только способного совершать поступки с большой буквы, но и, что так импонировало мне, готового за них отвечать, — пояснил ас-тарх и сокрушенно развел руками. — А сейчас я вас просто не узнаю.

Уел меня Кован, что тут сказать. Уел. Оно ведь и правда, со стороны все выглядит как попытка увильнуть от ответственности за собственное решение… Как желание и другу помочь, и чтобы за это ничего не было… Что по-детски совершенно…

На этом наша беседа как-то сама собой и увяла. Так и не начистив в итоге Ковану рожу, я скомканно распрощался с ним и покинул отделение Охранной управы. Отправился готовиться к предстоящему походу за фамилиаром для Энж, а заодно поразмыслить на досуге над сказанным ас-тархом. До самого вечера из-за этого сам не свой ходил. Все думал, думал… прикидывал… и так, и эдак… Пока не решил — хватит! Хватит слабоволию поддаваться и пытаться спрятать голову в песок, подобно одной иноземной птице — страусу! Пора уж понять, что проблема с Энжель не рассосется как-нибудь сама собой, и проявить храбрость принять все как есть. И раз уж я взял златовласку под полную опеку, то надо за это отвечать. Как минимум — восстановив статус девушки… Какими бы серьезными неприятностями мне это ни грозило. Да, понятно, конечно: шансы на то, что Кейтлин не порвет меня за это на маленькие-маленькие клочки, исчезающе малы, но это, похоже, было предопределено изначально каким-то злым роком…

Бросив взгляд на крутящуюся неподалеку златовласку, не решающуюся побеспокоить меня, не на шутку озабоченного чем-то, я мысленно вздохнул: «Так что, как ни крути, а быть тебе все-таки моей женой, Энж… Пусть даже формально… Не суть, главное, от клейма бесправной любовницы ты будешь избавлена».

Разумеется, я не стал сразу огорошивать девушек всем этим, решил погодить до более подходящего момента. К примеру, подожду, пока мы выберемся за город, в безлюдные места… Где не достанется случайно кому-то, помимо меня…

А пока я занялся делом. Сначала пришлось в спешном порядке собрать, снарядить и отправить к месту обитания ближайшего огнедышащего дракона наш отряд. На что у меня ушли почти сутки, и это притом, что крутился я как белка в колесе. Потом по вполне понятной причине мне понадобилось в кратчайший срок развить навык управления виверной, который у меня пока отсутствовал как таковой. Чем мы занялись на пару с Кристофом, затеяв игру в салочки в небе над Римхолом. Энжель с Кейтлин эти довольно-таки опасные шалости, возможно, и не одобрили бы, знай девушки о них, но им, к счастью, было не до того — они целиком ушли в приготовления к предстоящему ритуалу Единения.

* * *

За всей этой суетой как-то незаметно подошел день, когда пришла пора и нам выдвигаться к цели. Сверхмощный кличчер, сотворенный Кейтлин специально для этой цели, донес до нас зов отряда, достигшего оговоренного места.

На следующий день, как только солнышко немного прогрело воздух, мы вылетели. Я, Кейтлин и Энжель — на одной виверне, а Кристоф, Джегар и Лютер — на другой.

Прокатились славно! Аж дух у всех захватывало, когда мы то взмывали ввысь, преодолевая очередной горный отрог, то стремительно падали вниз и проносились буквально над самыми верхушками деревьев, коими обильно поросли здешние ущелья и долины. С одной стороны, даже хорошо, что мы из нежелания попасться на глаза кому-то из истинных владык здешних небес избрали такой сложный маршрут движения, вместо того чтобы величаво плыть под облаками, разглядывая с выси тонкие голубые нитки рек и ручьев, змеящиеся шрамы горных отрогов и похожие на клочки травы рощи и леса.

Порадовало также и то, что до места, до которого наш отряд добирался по земле почти шесть дней, мы долетели всего-то за пару часов! Это просто несопоставимо!

— Все-таки хорошо, что мы не прибили тогда виверн, — поделился я с Кейтлин, когда мы приземлились на опушке небольшого леса, под сенью которого расположился наш отряд.

Кейтлин со мной согласилась. Хотя и заметила, что это транспорт исключительно для теплого времени года. Зимой на вивернах не полетаешь — ведь околеешь буквально за пару минут.

— Что верно, то верно, — поддержал свою госпожу Джегар, ставший необычно словоохотливым после полета.

Чуть передохнув, а заодно и перекусив, наша группа летунов, потерявшая Кристофа, остававшегося присматривать за вивернами, отправилась дальше, уже на своих двоих. Неслабый такой пеший поход нас ожидал — длиной в восемь миль. Ну да ничего, вполне посильный. И для нас, шагающих практически налегке, и для команды наших наемных работников под предводительством Джозефа Тирага, которые тащили уйму всякой всячины, потребной для проведения ритуала. Да что говорить — одного алхимического мела, по-моему, было как бы не полтора десятка мешков! С изрядным запасом, конечно, набрано всего, но то вполне понятно: если вдруг не хватит чего, взять его здесь неоткуда.

Пусть с двумя непродолжительными привалами, но до наступления темноты мы добрались до заранее присмотренного нашими следопытами места под лагерь. Дошагали-добрели до разрушенного практически до основания старого замка, от которого уцелела лишь одна башенка. Тут и порешили временно разместиться. Хорошее место-то. И отлеты-прилеты дракона, обитающего всего в миле отсюда, прекрасно видно, и размещение за каменными стенами всяко лучше того, чтобы остаться посреди дикого леса.

Пока располагались, вечер наступил. И к нам пожаловала Хисса… прямо-таки излучающая расстройство тем фактом, что ей не удалось обнаружить ни одного водоема поблизости. Это ведь означает, что столь любимая ею рыбалка срывается! Ну да я ж, предполагая подобное, на всякий случай захватил для кошки пару хороших рыбин. И не абы каких! Зеркальных карпов! Втихую отловленных из крошечного пруда, расположенного позади принадлежащего римхольскому градоначальнику дома.

Явился, в общем, мой талиар во всей свой зловещей красе. И… И, кажется, не только мы с Кейтлин испытали одинаковые чувства и, закатив глаза, хлопнули себя раскрытыми ладонями по лицу, покачав головой, но и Хисса, повторившая тот же жест, но уже лапой в силу отсутствия у нее рук, когда при виде внушающей оторопь огромной демонической кошки Энжель с детской непосредственностью восхитилась:

— Ой какая кошечка-ня! — и немедля устремилась к ней со всей возможной скоростью.

Впрочем, до Хиссы она так и не добежала, хотя я уже напрягся немного и готов был подавить своей волей любую попытку талиара причинить вред моей подопечной. Выражение наших лиц остановило златовласку и заставило смущенно спросить:

— Переигрываю, да?..

— Еще как, — подтвердила, хмыкнув, Кейтлин.

— Ладно, не буду тогда, — немедля решила Энжель. И уже спокойно подошла к Хиссе. Постояла немного, разглядывая ее, и что-то тихо-тихо ей сказала. После чего развернулась и направилась в лес… А излучающая в эмоциях недоверчивость Хисса — за ней…

— Что она там такого ей наговорила? — озадаченно вопросила наблюдающая столь необычную картину Кейтлин.

— Я сам не понял, — пожав плечами, сознался я. — Что-то про рыбок и птичек…

Впрочем, кое-какое подозрение насчет того, что затеяла златовласка, у меня возникло довольно быстро. Которое переросло в догадку сразу же после того, как до меня донеслись слабые отголоски стихиальных эманаций, сопутствующих всякому применению магии, а следом из леса раздалось довольное урчание Хиссы. Ну а последние сомнения в верности предположения исчезли, когда излучающая довольство демоническая кошка вернулась к нам, слизывая на ходу с морды капельки крови и чьи-то цветастые перья. И преспокойно везя Энжель на своей спине! Притом что вид тех же лошадей, таскающих на себе людей, всегда вызывал у моего талиара чувство снисходительного пренебрежения!

— Ди Самери, но как тебе это удалось?.. Кошка ведь никого к себе, кроме Стайни, не подпускает! — вырвалось у растерянно хлопающей глазами Кейтлин при виде всего этого.

— Оно само как-то получилось… — прикусив нижнюю губку и виновато потупившись, пролепетала Энж. И тут же, стряхнув с себя образ раскаивающейся в совершенном проступке маленькой девочки, весело прощебетала: — Кэр, ты только не обижайся, но я рассказала Хиссе, что ты для нее рыбку приготовил!

— Ну знаешь ли. — опомнившись, прошипела сузившая глазки демоница, поняв, что над ней подтрунивают.

Круто развернувшись, она умотала прочь. Не иначе проверять, все ли донесли наши носильщики, не выбросили ли чего незаметно по пути, чтобы облегчить себе работу.

Потом все отдыхали, дожидаясь, пока вернувшийся на закате в свое логово дракон благополучно заснет. А когда наступила глубокая ночь, поднялась суета. Вновь закинув на плечи все притащенное, наш небольшой отряд, старающийся теперь соблюдать при передвижении максимальную тишину, выдвинулся к расположившейся на склоне каменистого горного отрога пещере. Дабы под руководством наших следопытов сделать ухоронки близ нее… Участие работников-наемников на последнем этапе подготовки к ритуалу нами изначально не планировалось. Ведь чем больше людей, тем выше опасность обнаружения… Что нам вовсе ни к чему. Лучше уж мы повозимся чуть дольше с Кейтлин и Энжель, чем бессмысленно рисковать людьми, которые в случае чего банально не успеют добежать до прилегающего леса. Так что перетащат наши носильщики все потребное нам поближе к месту проведения ритуала, и довольно с них.

Подобраться к драконьему логову совсем уж без шума у нас, правда, не вышло. Но тут помог разгулявшийся ветерок, благодаря которому издаваемые нами при передвижении звуки скрадывались сонмом других. Дракон, во всяком случае, не вылез посмотреть, кто это шныряет тут, спать ему не дает.

Пока Кейтлин на пару с Энжель осматривали-размечали место проведения ритуала, мы быстро сделали три ухоронки в расселинах меж камней и тщательно их замаскировали. А то ведь драконы эти — твари дюже глазастые…

Сделав свое дело, мы быстренько смотались оттуда всей толпой. В темпе до развалин замка дотопали, где дали людям немного передохнуть. А потом спровадили всех прочь. В лагерь отправили. Ну а что тянуть? Все, дальше мы тут уже сами справимся.

Я, Кейтлин и Энжель, оставшись втроем, если не считать Хиссу, приступили к позднему ужину. Или скорее уже — раннему-раннему завтраку, так как той ночи осталось тут ровно чуть. Ну а насытившись, мы поднялись на самый верх башни и стали готовиться ко сну.

Да, небольшое круглое помещение под обветшалой черепичной крышей, с выходящими на все четыре стороны света узкими окошками-бойницами — это, конечно, не апартаменты столичной гостиницы, ну да ничего. После того как Кейтлин выгнала отсюда всю пыль порывом воздуха, а затем подогрела огненным заклинанием каменный пол, стало вполне себе уютно.

Некоторые затруднения у нас возникли только с выбором мест для сна. Девушки что-то мялись, косясь то друг на дружку, то на меня. Неизвестно, сколько бы оно продолжалось, если бы я не плюнул на все это дело и не раскатал свою войлочную скатку-коврик у ближайшего окна. Хотел ведь дождаться да подальше от девушек устроиться, чтобы их не стеснять, но раз так — пусть теперь сами думают, где им расположиться.

Впрочем, размышляли после этого они недолго, надо признать. Кейтлин немедля раскатала свой походный коврик в трех ярдах справа от меня, а Энжель последовала ее примеру, демонстративно устроившись ровно на таком же расстоянии. Только уже слева… Такие вот дела.

Стараясь не улыбаться, я смежил веки. И быстренько притворился спящим, от греха… Ага. Да и сам не заметил, как моментально провалился в сон. Похоже, все-таки вымотался чутка за эти суматошные сутки…

Продрых я, судя по ощущениям, довольно долго. А открыв глаза и проморгавшись, удостоверился в этом, увидев краешек солнца в прореху между черепицами на западной стороне крыши.

«Время уж за полдень, похоже…» — лениво подумал я.

Подумал — и тотчас забыл об этом. Потому как обнаружил вдруг, что на меня мало того что кто-то навалился сбоку, так еще и обнимает за шею!

Недоуменно нахмурившись, я неловко повернул голову вправо. Да так и замер, изумленно вытаращив глаза. Кейтлин! Кто бы мог подумать…

«Что это на нее нашло?» — задался мыслью я, чуть отойдя от первоначального ошеломления и непроизвольно залюбовавшись умиротворенным и нечеловечески прекрасным лицом своей невесты, которое с такого крохотного расстояния можно было разглядеть в мельчайших деталях. Рассмотреть тщательно и не найти в нем ни малейшего изъяна…

Но налюбоваться вдосталь безупречным ликом обольстительной суккубы мне, видно, было не суждено. Она начала просыпаться… то ли оттого, что почувствовала мой взгляд, то ли просто пришла ее пора.

Скорее второе все же. Ибо, пробудившись, она не открыла сразу глаза, а потянулась в сладкой неге и попыталась подтянуть-подгрести меня, как любимую подушку. А в довершение всего что-то сонно пробормотала и потерлась своим милым носиком о мое лицо! И замерла… Кажется, осознав, что что-то тут не то…

Нет, у Кейтлин, конечно, большие глаза… Очень большие… Но до сего мига я даже не подозревал, что они могут быть настолько огромными! Как сейчас, когда она, только распахнув их, обнаружила рядом с собой меня!

— Стайни! — взвилась буквально до потолка, опомнившись наконец, ди Мэнс. — Ты… ты как посмел перебраться ко мне, пока я спала?! — задыхаясь от негодования, вопросила она.

— Да никуда я не перебирался… — робко возразил я, приведенный в замешательство прозвучавшим обвинением. Ну не мог же я забыть такого! И, вдруг зацепившись краем глаза кое за что, обрадованно ткнул пальцем, указывая на заметную выщерблину на полу, близ которой я давеча раскатывал свой войлочный коврик: — Вон, сама глянь, я на том же месте и лежу!

— Намекаешь, что я сама к тебе перебралась?! — взвилась пуще прежнего рассерженная демоница.

— Да ни на что я не намекаю, — попытался я успокоить свою негодующую невесту и неуверенно предположил: — Может, оно случайно как-то у тебя вышло… Продрогла и переползла в поисках человеческого тепла.

— Вместе с походным ковриком?! — возмущенно срезала меня Кейтлин, обличающе ткнув пальчиком в войлочную подстилку, с которой она только что вскочила, приткнутую вплотную к моей.

— Да, не складывается картинка, — вынужден был согласиться я. И потянул левую руку к затылку, чтобы почесать в нем. Вот только не смог этого сделать, ибо за нее меня кто-то держал…

Впрочем, мне уже и не требовалось затылок чесать для стимуляции соображения. Догадка пришла и без того. Причем к нам обоим.

— Ди Самери! Энжель! — одновременно воскликнули Кейтлин и я. И обратили наконец свои взгляды на прикидывающуюся мирно спящей златовласку. Которая расположилась на коврике слева от меня! И оккупировала мою левую руку.

— Значит, это ты все устроила, ушастая?! — с негодованием изобличила ее Кейтлин, когда отреагировавшая на наш возглас Энжель распахнула глаза.

— Ня?.. — изобразила безмерное удивление та, взирая то на Кейтлин, то на меня чистыми-пречистыми глазами. Что заставило мою невесту вознегодовать пуще прежнего, а меня — невольно покачать головой и укоризненно произнести:

— Энж, Энж… А я еще подумывал тебя второй женой взять…

Живо встрепенувшаяся Энжель немедля уставилась на меня с нескрываемой надеждой. Сделав умильное личико, она проникновенно так протянула:

— Я буду хоро-о-ошей… Правда-правда!

Кейтлин громко фыркнула, услышав такое заявление. А я невольно улыбнулся. Все же Энж — прелесть!

Но стервозная демоница не была бы собой, если бы ей не принадлежало последнее слово.

— Нет, Стайни, нет! Пусть ребячится дальше, раз ей это так нравится! — запротестовала Кейтлин. — Тогда мы ее просто удочерим! — торжествующе заявила она, с непривычной теплотой посмотрев на Энжель.

— Что? — ахнула явно не ожидавшая такого поворота Энжель и не на шутку разволновалась: — Как это «удочерим», как это «удочерим»?!

— А вот так! Возьмем и удочерим! — мстительно поведала Кейтлин и закатила глаза в предвкушении сказочного удовольствия. — Тогда можно будет пороть тебя за твои выходки на совершенно законных основаниях!

— Пороть? Меня? — совершенно закономерно искренне возмутилась златовласка.

— Так, хватит! — вмешался я, пока дело не дошло до драки между сузившими глазки и стиснувшими кулачки девушками. — Давайте обсудим все, когда разберемся с драконом и вернемся в Римхол, — миролюбиво предложил я.

К счастью, мне удалось унять рассерженно шипящих друг на дружку девушек, напомнив им о том, зачем мы, собственно, сюда прибыли. И они угомонились.

Остаток дня мы скоротали там же, на верху башни, чтобы не мешать отдыхать оккупировавшей первый этаж Хиссе, которая, как и люди, предпочитала устраиваться поспать под какой-никакой крышей. Кошка она все же, пусть и демоническая. И льющуюся с небес воду страшно не любит…

Не найдя себе занятия получше, я занялся наблюдением за драконьим логовом через выходящее на ту сторону окно. Хотя, честно говоря, все больше косился на присутствующих девушек, которые, разумеется, отправились в поход не в платьях, а в так дивно обтягивающих и подчеркивающих их потрясные ножки штанах. Кейтлин по своему обыкновению взялась читать притащенную с собой книгу Ушедших, расположившись на сотворенном ею тут же из спрессованного воздуха призрачно-прозрачном пуфе. А Энжель, посмотрев сначала на меня, а потом на мою невесту, отошла к другому окошку, через которое в башню проникали солнечные лучи, и устроилась там прямо на полу. Устроилась и, расстегнув точно такую же поясную сумку, как у Кейтлин, тоже вытянула из нее книгу Ушедших. Проигнорировав обратившую на нее внимание и негромко фыркнувшую ди Мэнс, златовласка принялась самозабвенно ее читать…

«Очень интересная, должно быть, ей попалась книга, — подумал еще я. — Судя по тому, как разгорелись у златовласки щечки, а дыхание стало сбивчивым, прерывистым, это явно не всученный ей как-то Кейтлин букварь!»

«Да уж наверняка!» — с ехидцей молвил широко осклабившийся бес.

Напрягши зрение, я попытался рассмотреть, что же там Энж эдакое волнительное читает. И все же разобрал, хоть и с некотором трудом, поскольку взгляд мой непроизвольно соскальзывал непосредственно с книги на восхитительные девичьи ножки, на которых она возлежала, что за произведение взяла с собой моя подопечная. Это оказался хорошо знакомый мне любовный роман о принцессе Ушедших и демоне искушения Маркусе!

«Все же не стоило давать Энжель эту книгу… — наблюдая за чуть нервно облизнувшей губки и быстренько перелистнувшей страничку златовлаской, обеспокоенно заметил я. — Слишком уж много там достаточно откровенных моментов… которые могут оказать весьма пагубное влияние на неокрепший девичий разум».

«Об этом надо было раньше думать, а не когда девчонка прочла эту книжку уже в десятый раз!» — фыркнул рогатый.

Бес прав. Поздно… Скрепя сердце я отказался от мысли изъять у Энжель столь провокационное чтение. Оставил все как есть.

Так до вечера, благодаря тому что девушки целиком погрузились в чтение, в башне царили тишина и покой. А там уж не до новых ссор стало — пришла пора выдвигаться к драконьему логову для начертания ритуального круга… Что мы и сделали вскоре. Поели только плотно и отправились туда.

До места добрались спокойно, без проблем. И прокрались тихонечко к самой пещере… А там Кейтлин пустила в ход магию. Вызвав отсутствовавший сегодня, к сожалению, ветер, дабы тот своими завываниями заглушал издаваемый нами шум. Да еще вход в пещеру прикрыла стеной плотного тумана, призванного еще больше гасить звуки, а заодно приглушать свет.

После того как сильно могучая магесса продела все это, мы взялись за дело. Сначала, где своими руками, а где при помощи магии, расчистили на уступе перед пещерой здоровущий пятак. Да не просто расчистили, убрав мешающие камни и всякий сор, а еще и выровняли его! Превратив в настоящий каток по примеру тех, что заливают по зиме в городах для увеселения люда. Только каменный, а не ледяной. Но все равно — гладкий-гладкий, после того как Кейтлин прошлась по нему огненной волной.

Потом я с час, наверное, изнывал от безделья, слоняясь вокруг этого пятачка и наблюдая за тем, как Кейтлин с Энжель, негромко шипя друг на дружку, вымеряют, вычерчивают и выжигают в камне ритуальный круг. Ну хоть передохнул… Перед тем как впрячься в настоящую работу. Доставлять-то из ухоронок припасенные компоненты пришлось мне… Таскать мешки с алхимическим мелом, засыпая им приготовленные канавки; носить сундучки с кристаллами-накопителями, вставляя наполненные внутренним сиянием камни в предназначенные для них ямки-углубления; да мотаться укладывать отлитые из лунного серебра рунные символы на уготованные им места. И все бегом, бегом, под поторапливающие возгласы Кейтлин…

Умаялся я из-за этой спешки в итоге просто страсть как. Под конец у меня даже начала возникать крамольная мысль, что прибить дракона было бы проще…

Однако поторапливались мы не зря. Благодаря этому успели все сделать за раз — за одну ночь, хотя изначально полагали, что, возможно, придется потратить на подготовку к ритуалу две. Что было чревато определенными проблемами: неизвестно же, как дракон воспримет эдакие рисунки перед своим логовом. А ну как снимется с места и улетит?

Но раз уж все сложилось так удачно, мы решили не откладывать проведение ритуала Единения для Энжель. Самую малость передохнув и попив воды, сделали последнее, что следовало: поместили златовласку в специально выжженное углубление в центре рисунка и накрыли его каменной пластиной. Это чтобы не подвергать мою подопечную риску быть съеденной драконом в процессе ритуала. Чудовище-то крылатое будет в полном здравии пребывать, не связанным и не бесчувственным… И явно возжелает слопать девушку, едва увидит ее… Вот Кейтлин и решила воспользоваться известной особенностью ритуального круга, являющегося после его активирования сферой, а не плоскостью, как это уже однажды проворачивала со мной и Хиссой.

После всего этого Кейтлин еще раз прошлась по площадке огненной волной, и мы убрались оттуда. На разные расстояния, правда. Сильно могучая магесса засела в расселине совсем рядом с пещерой, а меня отогнала куда подальше. Чтобы я ненароком не запорол ритуал своим плохо контролируемым даром поглощения стихиальных энергий. Такие вот дела… Пришлось мне, ворча, подчиниться, убраться от непосредственного места событий и дальше за их развитием наблюдать издалека…

А посмотреть там было на что. Едва солнце поднялось над вершиной горного отрога, как из пещеры выбрался здоровущий дракон с отливающей алым пламенем чешуей. Наполовину выбрался и остановился, с безмерным удивлением обозревая преобразившуюся за ночь площадку перед его логовом. Такую удивительно чистую и странным образом разрисованную… Минут пять он так стоял, дивясь на такое дело и не иначе как подозревая во всем этом какой-то подвох. Он даже осторожно протянул лапу и поскреб когтем ближайшую меловую черту. Но ничего, разумеется, не произошло. И, совсем по-человечески недоуменно пожав плечами, дракон решился. Ступил в круг! Который был специально размещен нами таким образом, что чудовище не могло как-либо миновать его. Например, перескочив.

Едва алый дракон оказался в круге, ловушка моментально захлопнулась! Ритуальный круг полыхнул призрачно-голубым пламенем, и над площадкой с громким хлопком материализовался купол из переливающегося всеми цветами радуги стекла! Который, несмотря на свою кажущуюся хрупкость, взревевшее и рванувшееся вперед чудище не сумело разбить, несмотря на то что врезалось в него всей своей огромной массой!

Пока дракон ярился да кидался на стенки своего узилища, близ него объявилась Кейтлин, неспешно выбравшаяся из своего укрытия. Без всякого пиетета глядя на крылатого хищника, она извлекла из своей сумки потрепанную книгу. Раскрыла ее да начала медленным речитативом читать заклинание.

Мне, к сожалению, было не разобрать произносимых ею слов, а потому я наблюдал лишь за внешними проявлениями творящегося ритуала. За тем, как сдерживающий беснующегося дракона купол наполнился свечением и стал зеркально-голубым; за тем, как вокруг него устроили хоровод белоснежные снежинки; и за тем, как повсюду вдруг распространилась оглушающая тишина, а затем внезапно как грохнуло! — когда на зеркальный купол с небес обрушился громадный фиолетовый клинок, пронзив преграду и вонзившись в землю.

А потом… Потом Кейтлин, не дожидаясь, пока истончающийся на глазах купол окончательно исчезнет, быстренько убрала свою книжку в поясную сумку и рванула прочь. А за ней, опомнившись, и я. Удрали в лес, пока крылатое чудовище не продавило удерживающую его преграду и не взмыло в небо, ревя на всю округу.

Часа два пришлось нам просидеть, как мышкам, в густых лиственных кустах, пока огнедышащий дракон барражировал над горным отрогом в поисках злодеев, сотворивших над ним какое-то непотребство. Но потом он все же унялся, перестал реветь и пыхать направо и налево огнем и куда-то улетел. Мы вздохнули с облегчением. Да отправились тотчас же вызволять златовласку из ее каменной темницы. Она ж там, верно, замучилась уже сидеть…

Однако когда мы освободили Энжель, недовольной она не выглядела. Скорее наоборот. Сразу же уставившись на нас сияющими глазами, девушка радостно выдохнула:

— Кажется, все получилось! Я уже могу своего дракошу ощущать!

— Ну и отлично, — порадовался я за успех нашей затеи и за Энжель в частности. Могло ведь и сорваться что-нибудь. Учитывая, что Кейтлин чуть видоизменила ритуал, чтобы меж моей подопечной и ее фамилиаром образовалась полноценная ментальная связь. Как между мной и Хиссой. Чтобы можно было драконом управлять.

Забрав Энж, мы спешно ретировались с места событий. Пока магический дракон не вернулся. Свою хозяйку-то фамилиар не спалит, а вот от атаки на нас не удержится. И златовласка его вряд ли удержит, так как на стабилизацию образовавшейся меж ними ментальной связи нужно какое-то время.

Сначала мы направились в башню разрушенного замка, а потом — в лагерь. Откуда поутру вылетели на вивернах в Римхол.

Пара часов захватывающего полета — и мы дома. Ну или почти дома. Сесть-то пришлось за крепостной стеной, там где хоромы для виверн поставлены.

Не успели слезть с виверн да от упряжи ездовой их избавить, как Кован с каким-то свитком нарисовался. И как только, спрашивается, успел за столь короткий срок добраться досюда из центра города?

Поприветствовав нас как полагается, он, посмотрев на наши довольные лица, улыбнулся:

— Ну, похоже, вопрос об удачности вашего предприятия будет излишним.

— Это да, — согласился я.

— Тогда позвольте вручить вам это, леди Кейтлин, — немедля протянул ас-тарх моей невесте скрученный в трубочку свиток, увешанный блямбами гербовых печатей.

— Что это? — немного настороженно спросила она, принимая переданную бумагу, но не спеша ее разворачивать.

— Высочайшее утверждение вас маркизой Дерро, — просветил ее добродушно улыбающийся Кован. — Мои поздравления, леди Кейтлин, — коротко поклонился он, убирая пустые руки за спину.

— И мои тоже… — немного ошарашенно произнес я, переводя взгляд с серомундирника на начавшую излучать безмерное довольство Кейтлин.

— И мои… — слабо вякнула заметно расстроившаяся Энжель.

— Спасибо, — поблагодарила нас новоиспеченная маркиза. И обратилась с ожидаемым вопросом к ас-тарху: — Но с чего так вдруг? Ведь мы еще не очистили толком Палорские горы от драконов…

— Так ведь больше это и не требуется, — простодушно развел руками Кован. — Драконы теперь, когда вы доказали реальную возможность взятия их под контроль, — стратегический ресурс!

«Так-так… А нам что же — фигу, а не награду?!» — возмущенно возопил опомнившийся бес.

«Да, похоже на то», — без особой радости констатировал я, ведь больше никаких бумаг в руках ас-тарха не наблюдалось.

— А вам, сэр Кэрридан, по высочайшему повелению следует явиться на предстоящий Зимний бал, — заметив мой взгляд и едва заметно усмехнувшись, сказал Кован.

— Это еще зачем? — вскинулась Кейтлин, моментально оторвавшись от любования развернутым ею документом, в котором имелась даже подробная карта ее владений с указанием места установки межевых столбов.

— Так для представления сэра Кэрридана свету в качестве девятого герцога Империи, — немного удивленно поведал ей Кован, очевидно полагавший, что моей невесте ведомо, что запросил у императора ее жених.

— Что?! — ахнула она, едва не выронив при этом свиток из рук. И перевела неверящий взгляд на меня.

— Ну а что? — пожал я плечами, быстренько напустив на себя самый невозмутимый вид. Бросив взгляд на засиявшую, как солнышко, Энжель, не удержался, взял ошеломленную демоницу за безвольную руку и добродушно молвил: — Может, пойдете теперь под мою руку, прекрасная маркиза? Я обещаю быть вам хорошим сюзереном…

— Ну Стайни… — потрясенно выдохнула она, опомнившись. И, прикусив нижнюю губку, возмущенно вопросила: — Как тебе вообще в голову пришло затребовать у императора целое герцогство?

— А что тут такого? — сделал я вид, что не понял сути претензий. Не говорить же, что на эту идею меня натолкнул рассказ Деда о прежнем устройстве здешних мест, услышанный на одном из привалов. Ведь раньше, незадолго до мятежа архимагов и появления драконов, тут как раз герцогство и затевалось. В которое должны были войти маркизат Дерро, а также другая сторона Палорского хребта, ну и свободные территории за ним, какие удастся обезопасить от обитающей там нелюди. Вот я и вспомнил об этом, едва моя невеста заикнулась о маркизате Дерро…

Судя по ее виду, Кейтлин много чего еще хотела мне сказать, но из-за большого количества присутствующих людей сдержалась. Одарила только весьма выразительным взглядом и промолчала.

Столь добрые вести, в особенности насчет того, что отныне, по сути, завязано с опасной охотой на магических драконов, мы в итоге решили отметить в узком кругу друзей и приближенных. Что и сделали, превратив обычный обед в праздничный.

Вышло все отлично. Даже учитывая тот факт, что обо мне практически не вспоминали, а поздравляли в основном с обретением титула новоиспеченную маркизу Дерро. Ну да я был нисколько не в обиде. Оно ведь действительно рановато меня поздравлять. До Зимнего-то бала еще о-го-го сколько, и случиться до той поры может все что угодно.

Так добро мы посидели, что даже расходиться никому не хотелось. Но обед — не ужин, засиживаться после него до утра как-то не полагается. Так что потихоньку зазванные гости начали прощаться… Первой, не выдержав, нас оставила Энж, умчавшись куда-то опробовать свои возросшие магические силы. А за ней потянулись и остальные.

Последним выбрался из-за стола Вельд, которого я вызвался проводить до дверей. Таки проводил. И даже на крыльцо вместе с ним вышел, да там еще постоял, болтая со своим приятелем. Балагурили, пока Рыжий не вспомнил о каких-то неотложных делах и не распрощался со мной быстренько.

Проводив взглядом Вельда, я уже взялся было за дверную ручку, чтобы зайти в дом, да остановился, привлеченный приближающимся шумом — стуком многочисленных колес по мостовой. Ну и задержался на крыльце, гадая, что это за обоз к нам катит. Оказалось, пожаловала ди Орлар… Век бы ее не видеть!

Жаль, мои чувства явно не разделяла Кейтлин, моментально выскочившая встречать подругу. В отличие от меня, хмуро поприветствовавшего заявившуюся баронессу, демоница встретила ее с куда большим энтузиазмом — с улыбкой обняла немедля и расцеловала в обе щечки.

Но этим они, к сожалению, не ограничились… Заметив, как я, сощурившись, гляжу на них, Кейтлин передумала выпускать подругу из своих объятий. И, воровато оглядевшись по сторонам, не иначе как выискивая взглядом мою подопечную, прямо в алые губы Мэджери чмок! — страстно поцеловала. Зараза такая! Весело рассмеявшись, глядя на мою преисполнившуюся праведного негодования физию, Кейтлин подхватила подружку свою нежную под локоток и потащила в дом.

— Вот же з-заразы такие… — выдохнул я, когда сумел справиться с собой и разжать непроизвольно стиснувшуюся при виде всего этого возмутительного действа челюсть.

Хозяйка дома и ее гостья, не закрывшие за собой дверь, услышали меня. Потому как оглянулись и засмеялись. И, убыстрив шаг, дальше пошли. Начав при этом о чем-то бурно переговариваться. Вернее, не о чем-то, а о ком-то. Так как свое имя я услышал совершенно отчетливо, прежде чем они, еще раз оглянувшись на меня, понизили голос до шепота.

«Жаль, что у меня не такие длинные уши, как у Энжель», — невольно позавидовал я в этот момент златовласке. Очень уж хотелось узнать, что там говорят обо мне эти две… л-леди…

«Да разве ж дело в длине ушей? — фыркнул бес и заверил меня: — Твои, несмотря на куда более скромные размеры, нежели у одной ушастой, обладают куда большими возможностями. — Да еще добавил эдак заговорщически, блеснув глазками: — А если к этому приложить еще мои несомненные таланты…»

«И чего мне это будет стоить?» — с подозрением осведомился я, правильно поняв намек.

«Да ровным счетом ничего! — немедля ответствовал рогатый. И вынужденно сознался, видя мой скептицизм по поводу обуявшей его вдруг бескорыстности: — Самому просто любопытно, о чем они там болтают. — Да подначил еще, когда я задумался над тем, достойно ли будет подслушать чужой разговор: — Глумятся небось над одним ослом…»

«Делай!» — рассердившись, рыкнул я. И рогатый тотчас исчез.

Миг-другой, и я, закрыв глаза, словно вплыл бесплотным духом в представшую туманной пещерой утробу дома. Не сдвинувшись при этом на самом деле с места ни на шаг! Вплыл в холл, проявляющийся из грязно-серой дымки все четче и четче и постепенно обретающий яркие краски, и устремился к лестнице, по которой поднимались леди. Очутившись возле них как раз в тот момент, когда ди Орлар с интересом спросила:

— И как долго ты еще собираешься подначивать вот так Стайни?

— Знаешь, подозреваю, что очень долго! — фыркнула в ответ моя невеста и уточнила: — Пока до него не дойдет, что нельзя быть таким испорченным и подозревать девушек во всяком-разном просто потому, что они с большой теплотой относятся друг к дружке! А что? — спросила она в свою очередь у Мэджери.

— Да просто мне уже самой все это нравиться начинает, — чуть смущенно созналась подружка. Пояснив, что имеет в виду: — Ну, поцелуи эти наши страстные с развратными обнимашками.

Кейтлин, остолбенев, уставилась было на нее, но, разглядев что-то в глазах Мэджери, отмерла и, возмущенно произнеся:

— Ах ты… — легонько стукнула подначивающую ее подругу кулачком по плечу.

И девушки одновременно захихикали. Захихикали на пару просто как сумасшедшие!

Меж тем, несмотря на то что мой разум продолжал упрямо отвергать услышанное, до меня дошел его смысл. Я едва ли не вскричал в голос: «Чего-о?!» — распахивая глаза.

Отчего сотворенная моим симбионтом картинка, как он выразился, — визуализации присутствия, рассыпалась. Ну да это меня нисколько не взволновало. Я изумленно уставился на рогатого, ища у него подтверждение того, что до меня донесли мои уши!

«Они, они что, специально разыгрывали меня?!» — растерянно вопросил я.

«Дык похоже на то», — развел лапками бес.

— Ну… Ну стерва! — ошеломленно выдохнул я, поверив во все наконец. И припечатал с неприкрытым возмущением: — Каких еще свет не видывал! — Да пояснил не то самому себе, не то уставившемуся на меня бесу: — Ведь только непревзойденная стерва могла провернуть такое немыслимое издевательство! Заставляя глупцов вроде меня после знакомства с ней и ее подружкой с негодованием отказываться от женитьбы на Черной Розе Империи! Заставляя самих отказываться от своего счастья! Которое было так близко — буквально только руку протяни…

— Ох и стерва… — повторил я, в этот раз уже с оттенком восхищения. И возбужденно потребовал от своего рогатого симбионта, заранее закрывая глаза и напрягая слух: «Давай послушаем, о чем они там дальше трепаться будут!»

Широко осклабившийся бес кивнул и с легким хлопком исчез. А через несколько мгновений все повторилось… Я опять словно отделился от тела и невидимым и невесомым призраком вплыл внутрь дома, на глазах обрастающего деталями и становящегося не отличимым от настоящего. Единственное только, в этот раз пришлось забраться куда как дальше — аж в апартаменты Кейтлин. Где две эти подружки-стервы, усевшись на низеньком мягком диванчике, в четыре руки гладили подаренного мной невесте щенка, изрядно подросшего за это время на добротных харчах.