Шестеренки ведьминой любви Пашнина Ольга
![](/book/56933.jpg)
© О. Пашнина, 2015
© ООО «Издательство АСТ», 2016
Глава первая
Шестеренка
Первое правило техномага: работает – не трогай!
Народная мудрость
– Девушка, вы здесь на каком основании находитесь?
Я оторвалась от листочка, где выводила какие-то завитушки. Так увлеклась, что даже не сразу услышала, как открылась дверь, и не обратила внимания на мужчину, остановившегося около стола.
– На основании трудового договора. Номер не помню, но можете уточнить в канцелярии, – улыбнулась я.
Очень вредная часть моего характера требовала продолжить самозабвенно рисовать в чужом блокноте, но все же вот так начинать знакомство с руководителем практики – не лучшая идея. Я ведь пришла учиться, а не доводить в первую же минуту до истерики начальство. Даже если очень хотелось: мне не понравилось, как мужчина начал разговор, он ведь явно должен был знать, что к нему на практику пришлют техноведьму.
– Что вы забыли в моем кабинете, юная леди?! – наконец незнакомец справился с шоком.
– Меня зовут Ария, – подала руку, – я практикантка. Из Теля-на-Рейне. Институт техномагии, третий курс. Я техноведьма общего профиля.
Руку мужчина проигнорировал, как и мое имя, но при взгляде на него у меня сложилось впечатление, что он прекрасно понял с первого же взгляда, кто я такая. Только предпочел забыть. Я скосила глаза на браслеты, украшавшие его руку, и быстро определила, что моему новому руководителю тридцать пять, род его не представляет ничего особенного, инкуб… так, и техномаг первой категории. Здравствуйте, господин Саймон Кларк, приятно познакомиться. А вот вам, похоже, не очень…
– Кыш из моего кресла, – бросил господин Кларк мне. – Кто разрешил войти?
– Мужчина какой-то, я не запомнила. – Сдавать секретаря я не стала. – Я думала, вас предупредили обо мне. А где будет мое рабочее место?
В кабинете действительно не было второго стола для маленькой, но очень способной практикантки. Хотя обещали настоящую практику: с реальной работой, собственным столом и даже бейджем с указанием гордой должности «помощница техномага».
– В коридоре, – разом разрушил мои мечты господин Кларк. – Можешь начать обустраиваться прямо с этой минуты. Меня ни о каких практикантках не предупреждали.
– Но…
– В коридоре! – почти рявкнул инкуб. – И никуда не ходить, особенно в цех, поняла? Ни с кем не разговаривать. Сидеть на диване, пить чаек. Все ясно?
С сомнением я кивнула и поплелась в коридор – двери кабинета уже распахнулись, словно подгоняя. Как тут удержаться и ни с кем не говорить, когда все такое новое, интересное, серьезное? И что это значит? Я не могу просидеть всю практику, потягивая чаек. Во-первых, у меня есть задание, которое нужно выполнить. Во-вторых, у института с фабрикой договор, они не имеют права отказаться от практиканта!
За три года обучения на техномага я разного наслушалась. И что не женская профессия, и что магия у меня из з… в смысле, неудачная, и что ум не заточен для техники. Я едва дождалась этой практики, чтобы окончательно удостовериться: в выборе профессии я не ошиблась! А еще, конечно, чтобы доказать это всем. Не было ни минуты, когда я сомневалась бы в выборе специализации, а потому и учеба шла неплохо, и на практику я попала довольно легко.
Приехали мы еще утром, разместились в общаге, искупались, перышки почистили, и сразу на фабрику. Пока оформляли кристаллы-пропуски, пока слушали лекцию по безопасности, грянул обед и руководство пятого цеха, техномагического общего, в полном составе ушло. Как выглядел Саймон Кларк, назначенный моим руководителем, я не знала, но по совету миловидной девушки из приемной села ждать в кабинете. Села в единственное доступное кресло, откуда и была согнана недружелюбным инкубом.
Если практика началась так, боюсь представить, как она закончится.
– Выгнал? – сочувственно вздохнула секретарша.
Молодая, кстати, с озорными кудряшками и чуть вздернутым носиком.
– Выгнал, – согласилась я. – Чаю можно?
– Конечно, бери, там печеньки есть. Он забыл, что подписал согласие на проведение практики. Вернее, как подписал… сначала не хотел, потом пришло начальство, погрозило пальчиком и заставило. Жди, скоро вспомнит, чья ты дочь, совсем озвереет. Но вообще он адекватный, просто сейчас такое время – годовые отчеты. Не представляешь, сколько бумаг требует с нас канцелярия. Недавно маг-механик потерял целый станок. Вот как можно потерять целый станок? Оказывается, отдел наномагии случайно перепутал станки для консервации и уменьшил его до размеров бисера. Такое разбирательство было, даже меня достали. Так мы его до сих пор найти не можем.
Болтливая, но милая – мне она понравилась и, в общем-то, я была не против сидеть вместе с ней в приемной. Ежу понятно, что слишком серьезную работу студентке не доверят, так что в кабинет начальника я не стремилась. Я налила ароматный чай и откусила крекер. Обед был совсем недавно, но раз все равно делать нечего, подкреплюсь – решила я.
– Я думала, он старше, – догрызая печенье, сказала я. – Папа что-то говорил о Саймоне Кларке, но я не уловила. А всего-то тридцать пять.
– Откуда ты знаешь, что тридцать пять? – Секретарша бросила поверх очков заинтересованный взгляд в мою сторону.
– По браслетам, – я указала в приоткрытую дверь, – на руке.
В проеме виднелся Кларк, читавший какую-то толстую кипу бумаг. На его руке болтались четыре браслета.
– Вон, красный с черным узором означает, что он инкуб, это амулет, сдерживающий магию, – ну, чтобы его специфическая энергия не причиняла неудобств. Он обязателен для каждого инкуба. Только благодаря этим браслетам они могут работать в обществе. Снимают его при, – я смутилась, – ну, с любимой девушкой наедине, и то не всегда. Тонкий металлический браслет как раз определяет возраст, тут нужно видеть сияние. Ну а на третий будет вешать бусины. Сейчас там только обозначение категории мага, потом будут всякие дети, награды и так далее. Все, чем стоит гордиться.
– Ты ведьма, – догадалась секретарша. – Ведьмы разбираются в браслетах.
Вместо ответа я продемонстрировала собственное запястье, где тоже болтались три браслета. Разница лишь в том, что мне их носить совершенно необязательно. У меня нет энергии, способной причинить неудобства или создать опасную ситуацию. Правда, на одном из браслетов еще не было бусин. Ничего, все впереди – мне два года до диплома, а там сразу сдам на третью категорию техномага. Если не завалю практику.
Улыбаемся, улыбаемся, а не то выгонят в первый день.
– О, вспомнил, – хмыкнула секретарша, когда двери кабинета Кларка распахнулись.
– Так, Линда, это студентка, оформи ее и договорись, чтобы сюда поставили второй стол. Ты…
Он обращался ко мне, но сказать ничего не успел – в приемную заглянул господин Виер. Этого пожилого улыбчивого джентльмена за нами закрепили в канцелярии – для эффективного решения насущных вопросов и просто ради общения. Студентов он, как оказалось, просто обожал.
– Ария… о, Саймон, вы уже познакомились! Идемте на экскурсию, пока все в сборе.
Кларк скривился. А я, в принципе, была не против глянуть, что и как на фабрике, хоть и немного ныли ноги в неудобных туфлях.
– Оставь, я помою, – улыбнулась Линда и кивнула на чашку в моих руках. – Беги.
А все же в небольших городках люди намного приветливее. Не знаю, правда, почему.
– «Айрис» – крупнейшая фабрика в стране, – говорил господин Виер, пока мы шли между цехами под палящим летним солнцем. – Ее история насчитывает более сотни лет взлетов и падений. В это сложно поверить, но мы начинали с небольшой лавки, которая выпускала по две кареты в год. Покупали их богатые и знатные горожане, всего в Теле насчитывалось не более десяти карет при населении более чем в миллион человек.
Я украдкой зевнула и скорчила рожу Шер – однокурснице и лучшей подруге. Ее определили в шестой цех, реставрационный. Туда мы и направлялись в рамках этой, без сомнения, познавательной, но жутко скучной экскурсии.
Стараясь остаться незамеченной, я рассматривала Саймона Кларка. Отец частенько его упоминал дома, рассказывая о работе, но я действительно думала, что он старше. Инкуб, что с него взять? Ему, как и многим его собратьям, природой дана внешность, а вот с характером беда. Но кто смотрит на характер, когда рядом широкоплечий, высокий и отлично сложенный мужчина? А вот интересно, он красит волосы? Или это природный цвет такой – черный, редкий для наших мест и для инкубов вообще?
Мама с детства учила, что сильные маги не оставляют без внимания ни одну мелочь. Все в облике Саймона Кларка может дать мне информацию. Например, то, как он держится, говорит, ест, ходит…
Из шестого цеха нам навстречу вышла девушка, немного нескладная, но на вид очень дружелюбная. Огромные очки делали ее похожей на забавную застенчивую стрекозу. Если стрекозы, конечно, вообще умеют стесняться.
– Всем здравствуйте! Дорогие студенты, добро пожаловать в реставрационный цех. Шер, Итан и… Ария? Ты…
Я фыркнула. Да, редко находился кто-то, кто не спрашивал о происхождении моего имени. Впору начать носить бейдж, вместо того чтобы каждый раз произносить:
– Да, меня зовут Ария, и моя мать – муза Мелодия.
Девушка пару раз моргнула и рассмеялась.
– Что ж, приятно познакомиться, Ария, дочь Мелодии. Идемте, нам как раз привезли новую карету и ее готовят к осмотру.
Никогда не хотела быть магом-реставратором, но это уже звучало интересно. Кареты в «Айрис» реставрировались, конечно, далеко не все. Лишь самые интересные экземпляры попадали на главную фабрику. Кареты знатных особ, памятники значимым историческим событиям, последние разработки.
Но все же я хотела заниматься именно тем, чему меня учили, а потому с нетерпением ждала начала практики. Я – техномаг, то есть мои силы дают энергию различным механизмам. У нас их очень много, так что недостатка в техномагах нет. Работа не женская, но зато интересная. Я хоть и по имени мамина дочка, по магии все же папина: он много лет проработал директором фабрики «Айрис». Неужели кто-то думал, что я найду себе какое-то другое место практики?
«Айрис» занимается исключительно каретами, причем самыми разными – и городскими, которых полно на каждой мало-мальски оживленной улице, и спецзаказами для королевских лиц, и даже театральными экипажами. Пожалуй, это действительно крупнейшая фабрика из тех, где я могу поискать себе работу. И самая интересная.
– Вот наша красавица, – с гордостью произнесла девушка из цеха, проведя нас в сам цех. – Возраст четыре века, одна из первых, стоимость порядка двух миллионов рубиновых лир.
Шер вытащила меня из-за спины Кларка, и я увидела наконец карету своей мечты!
Как и большинство девушек, я обожала старинные украшения, наряды и замки. Эта карета была из романтичного и далекого прошлого. Да, знаю, на деле четыре века назад все было не так романтично, как в книгах (можно себе представить: у них даже не было душа!), но иногда так хотелось мечтать. Особенно глядя на такую красоту!
Карета была небольшая, рассчитанная на двоих. По сравнению с современными, немного угловатая и громоздкая, но прекрасно сохранившаяся: голубая вышивка осталась цела, посеребренные колеса и ручки немного потемнели, но отмыть – и как новенькая! Наверху, там, где обычно устанавливали табличку с гербом или принадлежностью кареты, красовался синий камень с немного неровными краями.
Мне до жути захотелось посмотреть, что внутри, но карету только привезли и вскрывать будут нескоро – легко повредить двери и другие элементы, если действовать грубо. Сначала ее очистят, все соединения смажут и проверят. И лишь потом решатся открыть. Может, папа разрешит посмотреть, когда это случится.
– Сначала мы ее почистим сверху, потом проверим все соединения и осторожно откроем, – практически продублировал мои мысли господин Виер. – Обивка и ткани очень дорогие, менять не будем.
– И куда она потом? – спросила Шер.
– В музей, конечно! – улыбнулась девушка.
– На магию-то проверили? – буркнул Кларк. – А то грохнет по нам каким-нибудь антикварным проклятьем…
– Все норма…
Ее слова потонули в оглушительном грохоте. Двое рабочих крепко выругались и едва успели подхватить опасно накренившуюся карету. До нас, к счастью, было далеко, но повредить такую красоту было бы преступлением. Не говоря уже о санкциях начальства за подобную небрежность. Но камень с крыши все же отвалился и покатился прямиком в мою сторону.
Я наклонилась, чтобы помочь поднять. Ко мне уже поспешил один из рабочих. Но едва я подняла камень с пола, из него выпала какая-то стекляшка. Я разглядела небольшую шестеренку, сделанную из стали с необычным фиолетовым оттенком. На ощупь шестеренка была холодная, даже, пожалуй, ледяная.
Я почувствовала, как в лицо ударил сильный ветер, но задуматься о причинах этого странного явления не успела. Накатило такое головокружение, что весь мир превратился в мешанину цветных пятен. Камень я выронила, а вот шестерню отчего-то крепко сжала, оседая на пол.
– Ария! – услышала я, прежде чем упасть в обморок.
– Час! Тайлус, всего один час она пробыла здесь, прежде чем вляпаться в неприятности! И ты предлагаешь мне пустить ее на производство?
– Саймон, давай обсудим это немного позже. Сейчас дай мне заключение по этому… что это вообще такое?
– Подвеска или кулон, мне-то откуда знать? Я, как и ты, впервые вижу эту шестеренку. Фонит магией очень сильно, ничего больше пока сказать не могу.
– Почему Ария упала? Она в порядке?
Голоса я узнала. Саймон Кларк и мой отец, Тайлус Темпл. Его, конечно, немедленно вызвали, а меня отнесли… куда?
Третий, незнакомый, голос произнес:
– Она будет в порядке. Вот только…
– Что?
– Мы не можем снять с нее кулон. Та магия, что есть в нем, не дает ей с ним расстаться.
– Почему? – немедленно спросил папа.
Незнакомый голос был женский. Наверное, целитель.
– Пока не знаю. Тут дело, кажется, во взаимодействии магий… Наверное, на кулон наложено какое-то заклинание. В любом случае, мы будем искать способ и исследовать заклинание, а так состояние приходит в норму. Пока не пытайтесь снять – как только мы поймем, что это такое, и будем уверены, что Арии не грозит опасность, попробуем.
– Замечательно, но что мне сказать охране труда? – проворчал Кларк. – Они уже жаждут моей крови.
– Я бы тоже испить не отказался, – буркнул в ответ папа.
Тут я не выдержала и улыбнулась.
– Проснулась? – тут же спросили меня.
– Привет.
Хмурая рожа Кларка не очень воодушевляла, а вот папа смотрел с теплотой и беспокойством. Надеюсь, он не скажет о моем обмороке маме, а не то я буду обречена на пару недель интенсивной заботы.
На груди, где раньше болталась золотая бабочка, подаренная маминой подругой, я чувствовала прохладу металла. Ощупала грудь и действительно обнаружила там шестеренку. Кто-то снял со шнурка подвеску и заменил ее на эту гадость.
– Не снимай, Арюш, – попросил папа. – Пока что не пытайся.
– И… как она на меня влияет? Что это такое?
Целительница помогла мне подняться и облокотиться на подушку. Ощущения были такие, словно я проснулась после того, как выпила лишнего. Только что жажды не наблюдалось.
– Идти сама можешь? – спросил папа. – Отвезу тебя домой.
– Нет!
При мысли, что придется пропустить половину, а то и больше, практики, я мигом забыла обо всех неприятностях.
– Я в общагу. Посплю, и все пройдет, а завтра приду на работу.
– Ария…
– Не надо расстраивать маму. И практику мою тоже не надо… расстраивать. Все, я в порядке. Пойду, съем шоколадку, она лечит все.
– Ага, особенно геморрой, – раздался недовольный голос Кларка.
– Это уж вам виднее, – фыркнула я, быстро влезла в туфли и направилась к выходу.
– Ария!
Отец быстро прекратил изображать из себя воплощенную обеспокоенность и не мог не отреагировать на явное хамство своему приятелю. Хотя, как по мне, Кларк началпервый.
Глава вторая
Проклятье
Девиз техномагов
- Ехала карета, упала в болото,
- Какая зарплата, такая работа.
Наутро прошло даже легкое головокружение, которое не отступало до самой ночи. И я чувствовала себя идеально здоровой, только червячок сомнения не давал покоя. Что за магия в этой шестерне?
Я долго рассматривала себя в зеркало, ища изменения, ощупывала кулон, пробовала накладывать мелкие заклятья. Пытаться снять не решилась, помня о разговоре в медпункте. Зато выяснила любопытную вещь – если немного покрутить шестеренку, она продолжала крутиться самостоятельно в воздухе.
– Мне кажется, это часть механизма, – поделилась мыслями Шер, когда мы собирались на практику. – В котором до сих пор есть магия. Отдельные его части еще помнят свои функции и движутся.
– Да, – я согласно кивнула, – но зачем шестерню спрятали в карете?
– Может, просто завалилась? Перевозили мусор или какой-то механизм, и шестеренка закатилась, маленькая ведь!
– Ага, закатилась в поддельный декоративный камень на крыше старинной королевской кареты. Там была специальная выемка. Шестеренку спрятали, а я ее нашла, и неизвестно, что за магия в ней скрыта.
Шер только обеспокоенно покачала головой.
Мы дружили с детства, лет с десяти. Сначала дружба возникла на фоне того, что Шер была из бедной семьи, а я всегда угощала ее чем-то вкусным и приглашала к себе играть, а потом, когда мы стали старше, дружба уже началась по-настоящему, и нам было плевать, кто и в чем кого превосходит. Моя семья была обеспеченной, а семья Шер дружной, я была веселой раздолбайкой, а Шер – умной и рассудительной. Всех все устраивало.
Даже когда Шер лишилась родителей и осталась с больной сестрой, мы не стали меньше общаться. Если бы папа не оплатил обучение Шер, она наверняка бы бросила институт.
– И для кого это ты ногти полируешь? – прищурилась подруга. – Ты же сказала, Саймон Кларк – скотина?
– Да, но внешне очень ничего. И потом, что мне, за собой теперь не следить? Я хочу произвести впечатление, не обязательно на него. Просто подружиться со всеми и быть милой.
– И немножко пофлиртовать, да?
– Мне девятнадцать! И последний раз я была на свидании два года назад. Между прочим, мы даже не целовались. Я хочу хоть немного романтики, а там столько симпатичных магов… может, хоть кому-то я понравлюсь?
Часть красоты мамы передалась и мне, разве что я была намного темнее, почти брюнетка. Но с правильными чертами лица, аккуратными носом, губами. Не слишком высокая, не полная, но и не болезненно худая. Но почему-то я или никому не нравилась, или недостаточно сильно, чтобы пригласить меня хотя бы на свидание. Я надеялась, практика хоть как-то поможет – сменю круг общения, познакомлюсь с ребятами, а там как пойдет. Пока я познакомилась только с Кларком, и как-то эта смена круга общения мне не понравилась.
Общежитие находилось в небольшом городе, фактически обслуживающем фабрику. Здесь жили рабочие, маги, руководство – в общем, все, кроме заказчиков. Было и небольшое двухэтажное общежитие, где нас разместили. В нем селили практикантов, временно оставшихся без жилья сотрудников и командировочных.
Раз в час до фабрики ходил омнибус на двенадцать мест, и неизменно, когда мы входили в него, два места в конце пустовали – фабрика оплатила нам проезд до конца практики. Всю дорогу мы с Шер читали, благо ехала карета мягко, словно по идеально ровной дороге. Не зря «Айрис» зарабатывает столько денег – работает на славу.
Шер сразу после входа свернула к себе, а я направилась в цех через совсем небольшой участок, засаженный молодыми деревьями. Вся территория фабрики была зеленой, усыпанной цветами. Здесь и дышалось легко.
– Привет, – поздоровалась я с Линдой.
В приемной уже стояли небольшие, видавшие виды деревянные стол и стул, а на столе лежала такая кипа бумаг, что мне стало плохо.
– И что это?
– Шеф велел дать тебе откопировать и подшить, – осторожно, словно боясь моей реакции, ответила Линда.
– Вообще-то у меня диплом техномага… будет. И чему я так научусь?
Копировать и подшивать. Буду работать в канцелярии старшим помощником младшего копировальщика.
– Ну уж нет! – изрекла я, чуть подумав.
– Ария…
Как Линда уживается с Саймоном Кларком, если не может даже остановить злую практикантку, которую вдруг не устроила предложенная работа?
Я резко толкнула тяжелые двери, ведущие в кабинет Кларка. И успела заметить, как от инкуба отскакивает блондинка в длинном красном платье, а сам он, завидев меня, судорожно застегивает браслет, блокирующий сущность инкуба.
– Темпл! – Кларк медленно багровел. – Кто тебе разрешил так врываться?!
– Я не собираюсь копировать и подшивать ваши бумажки! В договоре между институтом и фабрикой четко сказано, что вы должны обеспечить мне практику в соответствии с учебным планом. В учебном плане нет предметов «Основы перекладывания бумажек» и «Теория изображения бурной деятельности и сильной занятости».
Саймон кивнул блондинке, и та быстро прошмыгнула мимо меня в приемную, красная, под цвет собственного платья. К собственному удивлению, внутри что-то кольнуло: не то злость, не то какая-то совершенно дурацкая ревность. Вот как такие, как эта блонди, получают таких мужчин, как Саймон Кларк? И главное, что мне надо сделать, чтобы на меня хоть половина такого мужика посмотрела.
«Верхняя или нижняя?» – спросила я саму себя и фыркнула. Разговоры с самой собой – признак сумасшествия. Рановато оно пришло.
Кларк коснулся камня связи – такие стояли во всех кабинетах, цехах и приемных.
– Лукас, ты на месте? – рыкнул он.
– Да, шеф, что такое?
– Забери ее! – рявкнул Кларк так, что я даже подпрыгнула. – Забери отсюда эту практикантку!
– Э-э-э… а что я с ней буду делать?
– Возьми замуж, сделай ребенка, и пусть она сидит в декрете всю оставшуюся жизнь и не достает меня!
От его воплей даже боязливая, но любопытная Линда сунула нос в кабинет. Я сначала все думала – ну чего так вопить? Сам виноват, дал бы простенькое задание, но по специальности – я бы не вякнула. Любая студентка озвереет, если заставлять ее перебирать шкафы со старыми листочками. А потом догадалась, что Кларка больше бесит не то, что я возмутилась, а то, что прервала их милое рандеву и пришлось застегнуть браслет.
Ладно хоть браслет, а не ширинку – я еще вовремя зашла, пусть скажет спасибо.
Раньше я за собой не замечала такой язвительности.
– Ты идешь с Лукасом, – бросили мне. – От него не отходить ни на шаг. Никуда не лезть, ничего не трогать, даже не думать о том, чтобы потрогать, поняла?
Я быстро кивала, немного боясь, что начальник вдруг передумает и таки заставит меня копаться в старой макулатуре.
– Ах да, распишись за технику безопасности и инструктаж.
– А я его не слушала! – справедливо возмутилась я.
Саймон Кларк не смутился:
– Я тебе только что озвучил. Все, свободна, обед с двенадцати до часу.
Выходя, я не удержалась и поинтересовалась:
– Блондинку обратно позвать?
Захлопывала дверь уже очень быстро. А вдруг что вслед кинет?
Про декрет и замужество Саймон шутил, ибо Лукас оказался средних лет мужчиной, немного полноватым, но дружелюбным. И уж точно его не интересовали заезжие студентки.
– Привет, Ария! – улыбнулся он мне.
Потом осмотрел с ног до головы и задержал взгляд на туфлях, которые явно не подходили для прогулки по цеху.
– Что ж, пойдем, выдадим тебе одежду и разберемся, что ты будешь делать. Меня зовут Лукас, я главный цеховой маг.
Рабочая одежда оказалась адом для молодой девушки. И если бы дело было во внешнем виде – я бы без проблем пережила. Но рабочие ботинки оказались такими жесткими и неудобными, что ноги начали ныть, едва я влезла в эти пыточные инструменты. Грубая кожа была пропитана кровью дракона, дабы ничто из упавших предметов не добралось до ноги. Штаны, понятное дело, были мне велики, как и куртка. Получился какой-то шебуршун, а не техноведьма. И волосы заставили убрать в высокий пучок. Ни специального мусса, ни подходящего заклинания под рукой не было, так что пучок получился лохматый.
В таком виде я прошла через весь цех, собрав пару десятков удивленных взглядов.
– Мы сейчас работаем над очень интересным проектом, – говорил маг, – хотим попробовать отойти немного от механических двигателей и запустить энергию жидкости. Должно получиться красиво. Только пока неизвестно, насколько выгодно с точки зрения расхода магии. Ты ведь знаешь, что магам, работающим непосредственно на механизмах, платят не только за работу, но и за расход магии по тарифам? Так вот, мы уже давно бьемся, чтобы снизить эти расходы. С одной стороны, техномаги будут получать меньше, но с другой – существенно снизится нагрузка на их здоровье, что намного ценнее денег.
Неподалеку от нашего цеха был еще один, поменьше. Туда меня и привели.
– Я сейчас только с этим и работаю, так что ты мне поможешь. Ты учила что-нибудь о механизмах, которые используют энергию жидкости?
– Э-э-э… да, – пробормотала я. – И знаю, что вот так делать нельзя…
Я махнула рукой в сторону. В этот же момент парень, копавшийся в огромном механизме, полном прозрачных трубок с зеленоватой жидкостью, вскрикнул, но отскочить не успел и оказался облит этой самой зеленой гадостью. Его товарищи громко заржали, а Лукас нахмурился.
– Да… добро пожаловать, Ария. Постарайся, чтобы с тобой не случилось такой неприятности. Иначе Саймон открутит мне голову.
– И мне тоже, – усмехнулась я. – А что я буду делать?
– Для начала сходи на склад и принеси запчасти. Вот список.
Передо мной появился небольшой кусочек пергамента со списком запчастей: подшипники, гайки, клапаны и шайбы с винтами. Ничего сложного. Вот по сути – работа, аналогичная копированию бумажек, но хотя бы она связана с моей профессией. Может, в конце практики мне и разрешат использовать магию.
А пока я схватила тележку и потащилась искать склад. Лукас наверняка меня жалел и список составил с учетом того, что может унести девушка. Я без особых проблем привезла нужные детали, лишь чуть заблудившись на обратном пути. И все оставшееся время наблюдала, как Лукас и какой-то молодой техномаг меняют в механизме отработавшие свое запчасти.
Обедали мы весело, в общей комнате отдыха. С рабочими и магами. Я немного стеснялась, но Лукас, к счастью, меня одну не оставлял. Да и парни оказались дружелюбные. Заинтересованно на меня поглядывали, расспрашивали, как же меня так угораздило поступить. Я слушала разговоры и понимала, что вот это – мое. Вся эта атмосфера… пусть не очень чисто вокруг, пусть я сижу на шатающемся деревянном стуле и ем наспех разогретую картошку, здесь ко мне относятся намного теплее, чем в институте или в сверкающем дороговизной кабинете Кларка.
Один минус – возвращалась я в совершенно неподобающем виде. После обеда все, что достали из механизма, мы разобрали и разделили по секциям, промыли и просушили. Совсем негодные детали выбросили, а те, что могли еще послужить, аккуратно упаковали: на склад. Лукас делал все то же, что и я, так что было вполне приятно поработать. И физическая активность… сплошные плюсы!
Вот только из-за непривычной обуви я хромала, а волосы выбились из пучка и спадали на чумазое лицо, мешаясь. Я мечтала оказаться дома, в ванне, а затем и в теплой постельке. И не думала ни о чем, кроме цели. Но что же могло заставить забыть обо всем и застыть у двери начальника?
Голос отца, доносившийся сначала неясно, приглушенно, но, по мере того как я вслушивалась, слова становились различимее. Линда уже ушла домой, так что я могла беспрепятственно подслушивать. И даже подглядывать.
– Так что давай с ней помягче, пока мы не поймем, как эту шестерню с нее снять.
А я уж было и забыла о новом украшении за время работы. Но холодная шестерня никуда не делась – болталась на груди, словно и не нагреваясь от тепла моего тела.
– Это что, твой хитрый план? – спросил Саймон. – Девку-то не жалко, а, Тайлус?
– Прекрати, пожалуйста, – устало попросил папа. – Я бы никогда не обидел Арию и уж тем более не повесил бы на нее какую-то гадость. Просто постарайся быть с ней помягче, чтобы не сильно задевать. Она молодая девочка, наделает глупостей, зачем?
– Подытожим. – Я отчетливо услышала в голосе Саймона смешок. – Некто Елизавета Катери наложила проклятье на украшение, и Ария…
Последние слова я не расслышала – за окном проехала грузовая карета.
– А я теперь должен с ней возиться, чтобы девка не полезла в петлю от безысходности. Чувствуешь, Тайлус? Бредом пахнет. И как я объясню это Марианне?
– Марианна – девушка умная, потерпит пару недель без тебя, не умрет. Встречайтесь на здоровье, только не при Арии.
– А дышать мне при Арии можно? – пробурчал Кларк.
Я поняла, что дальше разговор будет неинтересным, и отскочила к дверям, сделав вид, будто только что пришла. Даже нарочно громко отодвинула стул и села. Ноги возликовали, и я едва не застонала от счастья.
– Ария, – из кабинета вышел отец, а за ним и Саймон. – Устала, детка?
– Угу, – вздохнула я.
– Нет желания вернуться к документам? – язвительно поинтересовался Саймон.
– Нет! – отрезала я.
– Пойдем, подвезу, – сказал папа. – Саймон, не забудь о том, что я тебя просил подготовить все механизмы к ремонту и заполнить заявки на закупку. И о разговоре тоже не забудь.
Саймон махнул рукой, мол, все понял.
Я поплелась вслед за отцом, а в голове вертелись многочисленные вопросы. Что за Елизавета Катери, что Саймон должен объяснить загадочной Марианне, и как все это связано со мной?
Конечно, по пути домой я не выдержала и спросила отца:
– Я слышала ваш разговор. Кто такая Марианна?
– Так я и думал, – вздохнул папа. – Егоза ты, Арюш. Марианна – невеста Саймона.
Вот так и знала – свободным он точно не будет. Но хотя бы та блондинка – его невеста, а не просто какая-нибудь любвеобильная подчиненная. Или невеста не она?
– А почему ему нельзя встречаться с ней при мне?
– Потому что есть работа, а есть личная жизнь, и их нужно разделять. Саймон Кларк отличный специалист, и мы многое ему прощаем, но сейчас он еще и педагог, так что пусть ведет себя соответственно. Он за ребенка отвечает.
– Я не ребенок, – насупилась я.
– Не важно, Арюш, отношения студента и преподавателя априори должны быть иными, чем просто отношения начальника и подчиненной. Поэтому Саймон потерпит и будет встречаться с Марианной вне работы. Ничего страшного.
– А почему он должен относиться ко мне мягче? – задала я следующий вопрос.
– Потому что у Саймона крутой нрав, а ты моя дочь. Не задавай глупых вопросов, если не хочешь услышать глупые ответы.
Все так складно, логично. Только меня никак не покидало ощущение, что папа все это придумал, словно зная, что я начну задавать вопросы.