Не сотвори себе вампира Гончарова Галина

– Ему не больше ста лет, так?

– Вы угадали, Юля.

– Я увидела. Но у него уже сейчас мощная аура. Он станет сильным. А вот Кате такой никогда не стать. Даже если она выпьет кровь из всех людей на планете.

Даниэль медленно, но верно отводил меня поближе к нашей пятерке. Андре смотрел на меня квадратными глазами.

– Вы можете чувствовать такие вещи, Юля? – Князь явно был удивлен.

– Не знаю, – на меня вдруг навалилась усталость и опустошенность. – Наверное, могу. Я вообще быстро учусь, особенно если от экзамена зависит моя жизнь. – И я повернулась к Мечиславу: – Я должна принести извинения за свою утреннюю вспышку. Вы были полностью правы. Я ошибалась. Этого достаточно или стоит сказать что-то еще?

– Этого достаточно, – успокоил меня Мечислав. И посмотрел на Дюшку. – Я полагаю, что мы можем перейти к нашему небольшому делу?

– Пора, – согласился Дюшка. – Иди ко мне, Анна.

Катя посмотрела на него удивленными глазами, но все-таки поднялась с пола и подошла. Дюшка небрежным жестом обнял ее за талию.

– Отсюда тебе будет лучше видно.

– Спасибо, – протянула она.

– Урок первый, – заметил Дюшка. – Обращаясь к креатору, надо говорить – господин.

Катя захлопала ресницами, но кивнула.

– Спасибо… господин.

Дюшка довольно оскалился. Я покривилась.

Даниэль подвел меня к Мечиславу, а сам пожал мне руку и отошел чуть в сторону и назад. Я поняла, что теперь не надо ломать комедию. Короля играет свита.

Мечислав вдруг привлек меня к себе, обняв за талию. Стоило бы вырваться и объяснить ему, что я предпочитаю Даниэля, но я этого не сделала. Не хотелось портить такую сцену. И потом, мне просто хотелось досадить подруге. Я была зла на нее. Я тут рву жилы, договариваюсь с вампирами ради ее спасения, рискую жизнью, а она внаглую заявляет, что довольна и счастлива своей клыкастой долей! Хотя бы в мелочи, но мне очень хотелось ее уесть. Тем более что Мечислав, в отличие от Дюшки, выглядел очень уместно и просто великолепно в данном интерьере. Я представила, как мы смотримся вместе, и решила, что Катя будет завидовать. И не ошиблась. Подруга бросила на меня злобный взгляд, но рот открыть не решилась. Я послала ей очаровательную улыбку. М-да, будь у нее клыки хоть в четыре ряда, все равно это та же самая Катька. И вампирство ее не изменило. Или это только пока?

– Кто выступает с вашей стороны? – осведомился Дюшка.

– Борис. А с вашей?

– Фродо.

– Фродо? – шепотом переспросила я.

Мечислав весело фыркнул.

– Я знаком с этим… Фродо. И еще сто семьдесят лет назад его звали Федькой.

Я хихикнула. Меняется время, меняются имена.

– А с чего он так?

– А это он лично познакомился с Толкиеном.

– Что, правда?!

– Ага. Лично я считаю, что тот списал с него Гнилоуста.

Я присмотрелась к вампиру и зафыркала еще сильнее. Действительно – точная копия, как его автор и описывал. Если бы вампир сейчас проблеял: «Прелесть, о моя Прелесть» – сходство стало бы абсолютным.

– А вы лично не были знакомы с Толкиеном?

– Нет, кудряшка. Я тогда был в других местах.

– Кстати! А Мечислав – это ваше настоящее имя?

– Разумеется, нет, – пожал плечами вампир. – Это прозвище мне дали, когда я нарезал из одного оборотня мясной салат. Вы просто не видели, как я сражаюсь.

– Я уже пожалела. Но надеюсь никогда этого не увидеть, – честно призналась я.

– Я тоже надеюсь, что вы не увидите меня в бою.

Пока мы шептались, двое вампиров повторяли знакомую мне процедуру – огораживали круг.

Осиновые колья, руки в перчатках…

– А как на вас действует осина? – спросила я у Мечислава.

– Она нас парализует и разъедает нашу плоть. Сами мы удалить ее не в силах, но залечить полученные от нее повреждения – можем. И очень легко. Это не крест или святая вода.

– А что – крест?

– Он горит. И вампир будет гореть вместе с ним.

– А святая вода вас убивает?

– Растворяет, и мы рассыпаемся в пыль.

– А Дюшку мне убить не удалось?

– Это его свойство. Гипноз и устойчивость к святой воде. Давным-давно он был монахом. Вот с тех пор и осталось.

Представила себе элегантного, красивого и утонченного Дюшку в монастыре – и чуть не подавилась слюной. Мечислав вежливо похлопал меня по спине.

– Лучше, кудряшка?

– Шутите? Насчет монастыря?

– Ничуть. Я только подозреваю, что все там были больше заняты собой, а не Богом.

– А, ну в этом ничего удивительного. Бог хоть и есть, но слугам его очень хочется есть.

– А манка небесная последний раз при Моисее падала?

– Читаете мои мысли, Мечислав?

– Нет. Просто это логично.

Я кивнула и поудобнее облокотилась на вампира. Если уж он решил меня обнимать, пусть и мне будут какие-нибудь удобства.

– Как ты себя чувствуешь, кудряшка? Не тошнит, голова не кружится? Я совсем забыл спросить.

– Хорошо, – отозвалась я. – И уж точно не беременна. А что?

– Ты потратила много Силы. Как у тебя дела обстоят сейчас?

Я прислушалась к себе. Дела обстояли… неплохо.

– После того выброса Сила постепенно набирается, и я даже чувствую ее, но вряд ли смогу выпустить наружу.

– Не надо торопиться. Все придет. Достаточно того, что ты вполне адекватна и держишься на ногах.

– Адекватна?

– Некоторые люди после такого выплеска энергии впадают в транс.

– И вы об этом знали?! И все-таки готовы были рисковать!

Я резко отстранилась от вампира. То есть хотела отстраниться, но рука у меня на талии сжалась стальным обручем.

– Скандал ты мне устроишь потом. А сейчас будь любезна стоять и смотреть. Молча.

В голосе было столько… властности, что я поневоле повиновалась. И прошипела гадюкой:

– Я с вами еще поговорю! Как мне повезло, что я встретилась с Даниэлем!

Подразумевалось, что Мечиславу до моего друга – как до Китая раком. И вообще, козел он предпоследний. (Последний – Дюшка.) Вампир понял намек, но руку не расслабил. Пришлось прошипеть сквозь зубы:

– Пустите! Вы мне ребра раздавите!

– Будешь стоять смирно, кудряшка?

– Буду, черт вас дери! Пустите!

Хватка немного ослабла, но руки в любой момент были готовы сомкнуться снова. Я не стала выдираться и выставлять нас на посмешище. И потом, отсюда было лучше видно круг. А я всегда была любопытна.

Обнаженные по пояс Борис и Фродо вошли внутрь – и те же вампиры замкнули его осиновыми прутиками.

– Да начнется поединок! – прозвучал голос Дюшки.

Начался он как-то странно. Сперва вампиры пошли по кругу, обмениваясь взглядами. Потом Фродо вдруг резко выбросил вперед руку с раскрытой ладонью и отставленным большим пальцем. Борис даже не покачнулся и тем же жестом развернул ладонь.

– Что они делают? – прошипела я.

– Это называется «Волна», – «понятно» объяснил Мечислав. Пришлось толкнуть его локтем в бок, чтобы включить пояснения. – Вампир создает перед собой ударную волну. Если она достаточно сильна – ей можно разрушить кирпичную стену.

– А вы это умеете?

– Да. Но стену не сдвину. У меня не хватит силы. Смотри, кудряшка.

Двое вампиров так же передвигались по кругу, держа перед собой вытянутые руки. Я присмотрелась внимательнее. Борис выглядел огурчиком. Руки не дрожали, на губах блуждала легкая улыбка. В то же время Федор (который Фродо) двигался так, словно у него на руках вагон кирпичей. Пальцы его рук подрагивали, а на лбу выступили первые бисеринки пота. Ярко-красного. Как кровь. Или…

– Вампиры потеют кровью?

– И плачут тоже. Но Борису это не грозит. Он получил от тебя достаточно силы. Я даже не ожидал, что ее будет так много. Хотя пока он ее не использует.

Я сосредоточилась на битве. Вампиры кругами обходили друг друга, не отрывая внимательных взглядов от противника. И неожиданно со мной стало что-то происходить. Я смотрела – и видела, по-другому. Так, как видела Катину ауру. Между Борисом и Фродо, ближе к последнему, в воздухе держалась на редкость противная паутина серого цвета. Она почти не волновалась, только ее края загибались к Фродо. Каким-то образом я понимала, что создал ее именно Фродо. И паутина, достигнув вампира или человека, разрезала бы его на куски. Но Борис каким-то образом удерживал ее в воздухе. И даже умудрялся двигать ее к противнику. От Фродо отделилась еще одна паутинка – и добавилась к уже висящей. Сеть сдвинулась на пару сантиметров к Борису. Вампир был готов и не дрогнул. В свою очередь, Борис высвободил руку – и швырнул в сторону противника нечто вроде тонкого стилета. Такого же туманно-серого, как и паутина. Стилет проскользнул сквозь ячейки – и на руке Фродо появилась первая кровь. Вампир пошатнулся – и паутина приблизилась еще на тридцать-сорок сантиметров к нему.

Я злобно ухмыльнулась. Так его! Еще сантиметров семьдесят – и от Фродо останутся только запчасти. И правильно! Кто поднял на меня руку, тому я ноги выдерну! Например, Андре! Одну ногу мы ему вчера оторвали с моей скромной помощью, теперь и вторую опору сломаем. И отлично! Фродо защищался отчаянно, добавлял к паутине новые и новые сети, Борис бросал в него туманные лезвия, и у Фродо сочилась кровь уже из семи мелких порезов. Паутина плыла уже сантиметрах в двадцати от вампира, когда тот решился на неожиданный номер. Он вскинул руку к лицу и рванул зубами запястье. А потом проделал этот же фокус с другой рукой. Заструилась кровь. И из этой крови между ладонями вампира стал формироваться маленький алый шарик.

– Кровавый огонь! – выругался Мечислав. – Черт, если у Бориса не хватит Силы…

Дальше можно было не объяснять. Я отлично знала, что Силы у Бориса не хватит. Я видела, что ее много, но паутина очень сильна. Он не сможет и держать ее, и отразить алый шар. Но если… Борис же пил мою кровь! И я могу попробовать передать ему силу… Если вот так…

Мечислав вдруг тряхнул меня, как грушу, сбивая сосредоточенность.

– Какого дьявола?! – Вызверилась я.

– Если ты решишься помочь ему, нас всех растерзают на клочки! Любое вмешательство в поединок запрещено! Нарушение законов Совета Старейшин карается немедленной смертью.

– Но он же…

– Смотри!

Увидеть я уже ничего не успевала. Но почувствовать смогла. Моей помощи не понадобилось.

Ничего не понадобилось. Фродо размахнулся и с усилием запустил во врага кровавый комок. Я едва не зажмурила глаза. Мне так не хотелось видеть смерть Бориса и триумф Андре… Борис как-то небрежно взмахнул рукой. И Сила плеснула наружу. И это была очень знакомая Сила, моя Сила. Та самая, которую я сама выплеснула сегодня на них с Мечиславом. Я ахнула – и вместе со мной ахнули вампиры. Только теперь я поняла, насколько хитер был Борис. Он приберег большую часть полученной Силы напоследок. Той Силы, которая была получена от меня. То, что было лично у него, уже израсходовалось, но моя Сила волнами выплескивалась наружу, расходясь по залу лавиной. Алый шарик замер в паре сантиметров от его лица. И резко повернул обратно, к своему хозяину.

– Поднявший меч от меча и погибнет, – негромко произнесла я. Второе зрение вернулось ко мне, и я оскалилась. Это победа!

Кровавый огонь легко пролетел сквозь сеть и увлек ее за собой. Фродо закричал. Красное пятно расплескалось по нему – и вспыхнуло огнем. Вампир горел заживо. Но недолго. Сеть охватила его тело – и на землю посыпались обгорелые куски.

– Этого не может быть!

Кричал Дюшка, вскочивший с черного трона. Катька отлетела в сторону как пушинка.

– Ты не мог победить! Это было подстроено!

Мечислав резко выбросил перед собой руку. И я вновь увидела, как в сторону Андре летит серое лезвие. Блондин пошатнулся – и замолчал. По его щеке текла кровь.

– Борис дрался честно, – негромко произнес Мечислав. Но я бы поостереглась спорить с человеком, если он говорит ТАК. От голоса вампира мог замерзнуть даже Ниагарский водопад.

– Но Сила! – задохнулся Дюшка. – Такая Сила… Он не мог…

– Почему же? – в голосе вампира послышалась ирония. – Ты недооценил Юлию. Если ты еще не понял – она способна поделиться и гораздо большей Силой.

Дюшка перевел на меня выпученные глаза. Я оскалилась еще сильнее и попробовала сделать реверанс. Получилось не слишком хорошо. Надо будет в юбке попробовать.

– Я не хотела, честное слово, дяденька вампир.

Все замерло. Никто не знал, что будет в следующую минуту. Лицо у Андре было тако-ое… Мог и приказать, чтобы нас всех растерли в порошок. Запросто. А мог и сам кинуться. Тогда шансы еще оставались.

За моей спиной засмеялся Вадим. И этот смех лучше громоотвода разрядил атмосферу. Дюшка провел рукой по лицу, стирая кровь, и опустился обратно в кресло. Мечислав расслабился и улыбнулся.

– Вы оказались нашим секретным оружием, кудряшка.

– И теперь вы будете охранять меня, как стратегическую боеголовку?

– Нет. Просто как самую очаровательную девушку России.

– Ну-ну.

Я не поверила. Но мне было приятно.

– Значит, вы – аккумулятор? – уточнил Дюшка. – Кажется, я выбрал не ту подругу.

– Поздняк метаться.

Я с легким усилием отстранилась от Мечислава. И внимательно посмотрела на подругу. Катька… то есть теперь уже Анна была довольна и счастлива. Что ж, я не стану просить, чтобы она ушла с нами. Иметь в своем стане вражеского шпиона – это смертельно. Но как же больно! Раньше я никогда не думала, что будет так больно от Катиного предательства, от ее потери. Я вообще мало думала о своих друзьях. А теперь оказалось, что они что-то значат для меня. Кажется, Даниэль почувствовал мое состояние. Он вышел вперед и приобнял меня за плечи.

– Юля, тебе надо отдохнуть.

Дюшка перевел на него злые глаза.

– Интересно, а что обещали тебе, шпион?

Я бросила на Даниэля быстрый взгляд. Шпион? Как интересно!

– Даниэль?

– Я тебе потом все объясню.

– Очень на это надеюсь.

– Я полагаю, что нам пора прощаться, – негромко произнес Мечислав. – Завтра мы будем здесь в это же время.

– И пусть все решит Сила, – отозвался Андре. Лицо его было спокойно, в голубых глазах ни тени страха или сомнения, но я знала. Каким-то шестым или даже девятым чувством я ощущала его неуверенность. И этот страх проиграть был для меня достаточной расплатой. За этот страх я даже могу простить Даниэля. Хотя ему я об этом не скажу.

Борис уже вышел из круга и подошел к нам.

– Наверное, мне стоит сказать – спасибо?

– Наблюдать за твоим боем для меня было истинным удовольствием. Хотя я и волновалась.

– Юля, попрощайся с дядей вампиром, – предложил Даниэль. Я улыбнулась и помахала Андре ручкой.

– До скорой встречи. Надеюсь – последней. Катя, я буду рада, если ты останешься в живых после его смерти. Всего хорошего, ребята-вампирята.

– Буду рад видеть вас завтра – в последний раз, – откликнулся Андре. – Мечислав, Борис, Вадим – до встречи.

Мальчики поклонились – и мы направились к выходу. Я молчала. Стряхнула руку Мечислава, когда тот попытался помочь мне – и тут же споткнулась на высоких каблуках. Вадим подхватил меня под локоть и улыбнулся. Клыки блеснули в темноте.

– Не представляю, как можно ходить на таких спицах.

– У шефа спроси! Эта дрянь выбрана с его подачи!

– Красоту шеф чувствует. А вот что до удобства…

– У тебя-то какие претензии? – негромко уточнил Мечислав.

– Мне воротничок шею натер.

Я фыркнула. И замолчала до машины. В машине Даниэль снова попытался обнять меня за плечи, но я сверкнула на него глазами и подвинулась ближе к Борису. В связи с поединком машину ему не доверили – и за руль сел Вадим.

– Юля… – в голосе Даниэля звучала неуверенность. То ли даст по ушам, то ли не даст…

– Дома поговорим, – отозвалась я. – И ты еще огребешь за свое недоверие. Ясно?

Вампир заметно расслабился. А зря. Я еще надеру ему уши за всякие умолчания. Борис притянул меня к себе.

– Облокачивайся, подруга. Попробуешь уснуть?

– А это вообще возможно?

– Мы не будем разговаривать. Разве что очень тихо.

– Ловлю на слове, – отозвалась я. – Но долг за тобой!

Потом поудобнее облокотилась на вампира, щекой чувствуя глухой стук сердца, закрыла глаза – и сама не заметила, как задремала. Наверное, все-таки много сил потратила на всю эту свистопляску.

Глава 3

Первая Печать

Даниэль вынес девушку из машины и отнес в комнату. Уложил на кровать, снял сапожки и обтягивающие штаны, укрыл одеялом и погладил по волосам.

Какая же она все-таки… рысь. Любимая рысь. Единственная. Только одна женщина в его жизни была похожа на Юленьку. Но она погибла. Давно. В прошлом. Почти девяносто лет назад. Тогда ему не хотелось жить, но даже умереть ему не дали бы. Сейчас – наоборот. Даже если Мечислав возьмет власть, Даниэль не сможет поручиться за свою жизнь. Но вампиру не привыкать к смерти, стоящей за плечом. И он давно научился не оглядываться на леди с косой. Он будет наслаждаться каждой минутой, проведенной рядом с любимой. Сколько бы времени у них ни было – он заберет себе каждое мгновение. И будет помнить его – вечно.

– О чем ты думаешь?

В дверях комнаты стоял Мечислав.

– О Юле.

– Поделишься мыслями?

– Могу, – Даниэль понял, что опять придется искать компромисс между правдой и ложью. Если Мечислав заподозрит о его планах, он просто устроит старому другу несчастный случай. Ему не нужен неподконтрольный фамилиар. И Даниэля он просто уберет с пути. Навсегда. Но любовь – наконец-то он решился произнести это слово для себя – любовь стоит любой жертвы.

– Она тебя обыграла в шахматы.

– Это не моя игра, – раздраженно тряхнул черной гривой Мечислав.

– Пока все, кто играл с тобой, смотрели на тебя, а не на доску – игра тебе подходила. Роли поменялись – и ты проиграл.

– Нарываешься на трепку?

– Отнюдь. Просто Юля не реагировала на тебя как на мужчину. Это – первое. Она была сосредоточена на шахматной доске, а ты на ее груди. И второе. Ты с ней играл. А она – воевала. Ты для нее – враг.

– Ты преувеличиваешь.

– Преуменьшаю. Ты ее раздражаешь. Она тебя боится, но не любит. И то, что Юля не может себя контролировать, пугает ее еще сильнее.

– Не страшно. Как только мы хоть раз окажемся в одной постели, она позабудет все свои дурацкие страхи.

– Ошибаешься. Если это будет зависеть от нее, вы никогда там не окажетесь.

– Из-за тебя?

Даниэль не дрогнул, хотя разъяренного Мечислава стоило опасаться. В гневе вампир мог оторвать старому другу голову. Хоть и пожалел бы потом о своем поступке. Но Даниэля это не воскресит. Сейчас у художника не было права дрожать. Он помнил Юлин поцелуй, ее губы на своих губах, коротенькое слово «Да!» – и решился.

– Из-за тебя самого. Ты слишком привык, что женщины бросаются тебе на шею. Юля оказалась гораздо сильнее многих. Но она и не такая, как все. Сам знаешь, раньше бы ее назвали ведуньей. – Даниэль органически не переносил слово «ведьма». – Ты получил отказ и не можешь с этим смириться. И сейчас идешь на приступ, как дикий варвар. Лучше бы ты пообещал ей, что не будешь домогаться – и когда Юля успокоится и привыкнет к тебе, как и ко мне, аккуратно начнешь ее соблазнять. Не думаю, что она продержится больше года.

Мысленно Даниэль взмолился всем богам, чтобы друг ему поверил. Сейчас вампиру нужно было только одно. Выиграть время. Для себя и Юленьки. А то, что любимая женщина может увлечься Мечиславом, его ничуть не тревожило. Как художник он видел ее душу. И верил в то, что видел. Та женщина с портрета просто не сможет изменить любимому. Не станет лгать, предавать, бить исподтишка… У них все будет хорошо, только бы чуть-чуть выиграть время.

– У меня нет этого года.

– Тогда ты рискуешь получить врага в ее лице.

– Постараюсь, чтобы этого не произошло.

– Почему у тебя нет года?

– Потому что Первая Печать мне нужна уже сегодня. Завтра я буду сражаться с Дюшкой – и обязан вы играть. Сегодня я поговорю с Юлей. Она согласится на мое предложение. А если нет – первые три Печати можно поставить и насильно. Мне этого не хочется, но я пойду на все. И ты поможешь мне ее убедить.

***

– Я не собираюсь так поступать! Это будет подлостью с моей стороны!

– Можно подумать, ты раньше никогда не делал подлостей. Тоже мне – бутон белой розы!

– И что с того? Я не хочу, чтобы Юля возненавидела меня! А это наверняка случится, если мы сделаем по-твоему.

– Она умная девочка. Она все поймет.

Разговаривали Даниэль и Мечислав. Даниэль говорил что-то о подлости. Попробовать подслушать? Не удалось.

– Открой глаза, кудряшка. Я же вижу, что ты проснулась.

А жаль. Лучше бы я еще полежала, вас послушала… Но выбора не было.

– А если я не хочу?

– Это твое право. Но нам надо поговорить до рассвета.

– Не хочу, – отозвалась я, но глаза открыла. Я лежала на кровати в своей комнате. Мечислав и Даниэль стояли по обе стороны кровати и сверкали глазами друг на друга. Они так и не переоделись. Были заняты спором или просто я мало спала?

– Что случилось?

Мечислав непринужденно уселся на кровать.

– Пока еще ничего не случилось. Все случится завтра ночью.

– Ваш поединок? – догадалась я. Мечислав кивнул. Пять баллов мне за сообразительность. – Хорошо. А я тут с какого бока?

– Ни с какого, – поспешно вставил Даниэль. – Совсем ни с какого.

Мечислав посмотрел на него, как на собаку.

– Пошел вон.

– Нет! – Даниэль побледнел, но держался. – Я тебе этого не позволю!

– Чего именно? – уточнила я. Паниковать я не собиралась. Что не убьют – это точно. Родные вне досягаемости. Остальное не так страшно.

– Мечислав хочет сделать тебя своим фамилиаром, – выпалил Даниэль. – Поставить Первую Печать.

Я захлопала глазами. Чего только не услышишь спросонок!

– Как мило! А меня спрашивать не надо? Я тут типа для декорации?

– Я уверен, что ты согласишься, когда все обдумаешь, – пожал плечами Мечислав.

– А вот я не уверена! – окрысилась я. – Я даже не знаю толком, чем мне это грозит!

Я подумала и полезла с кровати. Слишком уж беспомощной себя чувствуешь, когда лежишь, а двое вампиров глядят на тебя сверху вниз.

– Давайте так: я сейчас умоюсь, а вы решите между собой, что именно хотите мне наврать!

Кажется, я попала не в бровь, а в глаз. Даниэль опустил глаза. Мечислав не смутился, но я от него и не ожидала. Скорее солнце погаснет.

В ванной я не торопясь умылась. Из-за двери раздавались какие-то голоса, но я решила не подслушивать. Лучше дам им еще время на разговор. Я сняла с себя все тряпки и завернулась в длинный лиловый халат, висящий на дверце. Он был мне впору и именно такой, какие я любила. До пола, с уймой мелких пуговиц и неглубоким вырезом, толстый и теплый. Потом провела расческой по волосам и вернулась в комнату.

– Хорошо выглядишь, кудряшка.

Страницы: «« 12345678 »»

Читать бесплатно другие книги:

Что может растрогать суровых мужчин? Какие слова доберутся до самого сердца?Этот сборник стихотворен...
Никогда! Никогда нельзя верить блондинам! Особенно симпатичным.Я вот поверила и в итоге влипла в так...
Черный бриллиант «Нуар Де Ла Рош» – «Черный утес» – был похищен у князя, который в XIX веке прибыл в...
Волшебный мир кино! Две подруги-соседки, Настя и Света, невольно оказались втянуты в это суматошное ...
Диана и Роман жили в одном доме, сидели за одной партой, дружили, вместе занимались спортом. Внезапн...
Двоюродная сестра поручила Марише временно опекать свою дочку-первоклассницу Катюшу. В один из дней ...