Лгунья Пашнина Ольга

– Что? – Мы с Гербертом переглянулись.

Он снял куртку и закутал замерзшую Ким в нее.

– Я читала, а потом услышала какие-то шаги, – тараторила Ким. – Сначала я подумала, что это вы вернулись, и вышла встречать, но никого не было в доме. Потом разбилось стекло, и я убежала.

– Где ты слышала звук? – спросил Герберт.

– На чердаке, – ответила Ким.

Она выглядела по-настоящему напуганной, и даже меня пробрала дрожь. А ведь раньше я считала, что напугать меня задача не из легких. Все эти записки совершенно выбили меня из колеи.

Кордеро-холл виднелся среди деревьев. Величественный и мрачный. Уже сгущались сумерки, на небе появились первые звезды. Несколько окон в особняке горели. Я точно узнала кабинет – забыла погасить там свет – и комнату Кайлы. Я позаимствовала платье у сестры, ибо сама взяла с собой всего два костюма и ни один из них не подходил для разговора с Белами.

– Стойте здесь, – бросил Герберт.

– Что? – Я встрепенулась. – Ты же не собираешься идти туда? Я с тобой!

– А с Ким кто останется?

– Я тоже пойду, – неуверенно произнесла сестра, на что Герберт лишь хмыкнул.

– Да, храбрые молодцы. Стойте здесь, я проверю дом. Эту ночь проведете у нас с Диналией, утром разберемся.

– А зачем проверять дом?

– А затем, что я так хочу, – отрезал Герберт и быстро направился по дорожке к дому.

Я закусила губу, чувствуя неясное беспокойство.

– Ты же вроде его ненавидишь, – сказала Ким.

– Ненавижу. Но, если честно, не уверена, что обрадуюсь, если его там убьют.

– Так ты расскажешь, что между вами произошло, когда ты сбежала?

– А, это…

Я села на траву у ворот и поежилась: земля была холодная. В воздухе пахло цветами и ночью. Полная луна уже вовсю освещала наш сад, придавая ему какое-то неестественно жутковатое свечение.

Мне вдруг показалось, что из гущи деревьев на нас с Ким кто-то смотрит. Я будто бы даже увидела мелькнувшую тень и поднялась. На кончиках пальцев зажглись огни. Ким испуганно вздохнула, но прежде чем я направилась в кусты искать источник шороха, из дома вышел Герберт. В руках он держал небольшую сумку, с которой я приехала.

– Это на вечер и утро, переночуем у меня.

– Что там?

– Окно на чердаке действительно разбито, кое-где следы. В доме никого, но завтра проверим детальнее и вызовем мастеров, чтобы поставить стекло. Идем, наймем экипаж, холодает.

* * *

Я была всего раз в доме Герберта, и мне тогда было лет пятнадцать, не больше. Кристалл брала меня в салон, а по дороге мы зашли к Герберту, чтобы передать какие-то документы. Я просидела в гостиной всего минут десять, но обстановка в доме Уолдеров привела меня в восхищение.

Герберт один воспитывал сестру Диналию, и они были невероятно похожи как внешне, так и во вкусах. В их доме не было ничего лишнего, все комнаты отличались черными и серыми тонами.

Диналия вышла нас встречать, заспанная и удивленная. Герберт быстро отправил сестру спать и кивнул Ким:

– Ложись с Дин в комнате, ладно? Только не болтать, а сразу спать!

– А мне куда? – зевая, спросила я.

Если честно, то даже на ненависть сил не было. День вышел долгим и беспокойным.

– Поднимайся на второй этаж, первая дверь, – ответил Герберт. – Я запру двери на всякий случай, хоть обычно этого и не делаю, и поставлю охранное заклятие в комнате Диналии.

Силы остались лишь на то, чтобы кивнуть. Я поднялась в уютную, хоть и небольшую, гостевую спальню. Переоделась в одежду, что взял Герберт, и села на неразобранную постель. Жутко болела голова, и я аккуратно массировала виски.

– Помочь? – раздался насмешливый голос Герберта.

– Попробуй только, – пригрозила я.

К счастью, Герберт не стал тянуть руки и просто положил на тумбочку чистое полотенце.

– Я рассчитывал хотя бы на «спасибо». За то, что спасаю вашу семейку, хотя за последние сутки меня три раза грозились уволить.

– Пожалуйста, – хмыкнула я, – Ким ты не выгонишь, а я могу и в отель отправиться.

С этими словами я поднялась с постели и потянулась к одежде.

– Эй, остынь, я всего лишь шучу. Кортни, я, конечно, понимаю, что не вызываю у тебя теплых чувств, но до побега ты не отличалась такой эмоциональностью.

Я бы не назвала себя излишне эмоциональной, хотя Герберт был одним из тех людей, которые запросто выводят меня из равновесия. Их на самом деле было немного. Отец, может.

Но уходить посреди ночи в отель, в то время как Хейвен (или не Хейвен) ждет момента, чтобы нам отомстить, было действительно глупо, и я улеглась обратно. Едва голова коснулась подушки, я поняла, что засыпаю.

– Пусть Ким останется у тебя на пару дней, – сказала я. – Я вызову магов, чтобы поставили охранные заклятия посильнее.

– Уверен, они с Диналией найдут чем заняться, – хмыкнул Герберт.

– Герберт, – окликнула я его, когда дверь за ним уже закрывалась.

– Да?

– Ты хоть раз жалел о том, что произошло?

Ответ я в принципе знала, но почему-то захотелось услышать его здесь и сейчас, в полумраке ночника, в чужом доме и на границе между сном и реальностью.

– Нет, – после недолгой паузы откликнулся Герберт, – никогда.

Засыпая, я лишь услышала, как он произнес заклинание, погасившее все светильники, и звук закрывшейся двери.

* * *

Утро выдалось пасмурным и дождливым. Я благодарила – мысленно – Герберта за то, что он взял для меня брюки и рубашку, а не какое-нибудь платье. Я планировала, пока Ким спит, облазить весь дом, проверить чердак, подвал, погреб, домик для прислуги – все, где могли остаться какие-то улики. На нашей территории вчера кто-то определенно был. Напугал Ким и наблюдал за нами в саду. Хоть какой-то след он должен был оставить.

Этими мыслями я поделилась с Гербертом, когда утром его экономка подала нам на завтрак кофе и ароматные блинчики.

– Я с тобой, – мгновенно откликнулся он.

– Ты что, вообще не работаешь? – беззлобно хмыкнула я.

– Почти. Значительную долю моего дохода составляют отчисления за то, что я терплю вашу семейку. У меня есть еще несколько клиентов, но они, к счастью, пока что не за решеткой. Кайла единственная отличилась.

– Мне не хочется оставлять Ким. Они не полезут в расследование?

– Ким семнадцать, она большая девочка.

– Для тебя наверняка, – холодно ответила я. – Не хочу, чтобы Хейвен что-то с ней сделала.

– Дом под охраной, Диналии я скажу, чтобы до нашего возвращения они не выходили. Прекрати изображать из себя наседку, Кортни. Мы не знаем, Хейвен ли подставила Кайлу, Хейвен ли забралась в дом. Возможно, это был всего лишь вор, прознавший о смерти хозяйки.

Вот в это, честно говоря, верилось мало. Мы все же не та семья, которую можно обокрасть, забравшись через чердак в дом. Но за попытку успокоить я была даже благодарна. Довольно тревожное вышло возвращение домой.

Сначала я намеревалась осмотреть сад, а затем перейти к дому. Когда мы с Гербертом вышли из кареты, стало ясно, что с садом придется подождать.

– Это что, мастер по замене стекол? – пораженно спросила я, рассматривая толпу перед домом. – Я думала, он будет один. Кого ты вызвал?

Но Герберт и сам не понимал, что происходит. Я насчитала с десяток стражников и парочку целителей в светло-зеленых халатах. В доме точно никого не было… может, Нине стало плохо? Я быстро миновала ворота и направилась к дверям.

– Леди Кордеро?

На середине пути меня перехватил мужчина. Маг, если верить моей интуиции. Блондин, высокий, совсем не старый. Черты лица были приятные, мягкие, но смотрел он внимательно, взгляд пробирал до глубины души. В руках он держал небольшой блокнот.

– Могу я поговорить с вами? Я – Кэрланд Портер, детектив Управления Стражи Хейзенвилля.

– Детектив? – не поняла я.

И повернулась к Герберту:

– Ты вызвал стражу?

Тот покачал головой, но руку Портеру пожал. Они явно были знакомы.

– Где вы были сегодня ночью? – спросил детектив у меня.

– Ночевала у друга.

– Ваши сестры?

– Кимберли со мной, она осталась у подруги Диналии Уолдер, а Кайла находится под арестом. А что случилось, кто все эти люди и зачем тут вы?

Мы все повернулись на звук открывшихся дверей. Сначала скорее машинально, лишь через пару секунд я увидела, как двое стражников выносят носилки, на которых накрытое простыней лежит тело.

– Что… – Дыхания на вопрос не хватило.

Я подскочила к носилкам, и Герберт чудом ухватил меня за руку, не давая сбросить простыню.

– Леди Кордеро, не стоит, тело – улика, – предостерег меня детектив.

– Нина? – только и спросила я.

Портер покачал головой.

– Хейвен О’Ши. Сегодня ночью ее убили в вашем доме, и я, леди Кордеро, намерен выяснить, кто именно.

* * *

После допроса я почувствовала, что сил на осмотр сада и дома уже не осталось. Мы рассказали Портеру обо всем: и об аресте Кайлы, и о том, что в дом кто-то залез. Разумеется, умолчали о нашем участии в исчезновении магии Хейвен. Мне показалось, Герберт считал, будто я способна все выложить детективу, и периодически кидал на меня предостерегающие взгляды.

По версии детектива, Хейвен пришла посреди ночи к нам, наткнулась на открытую дверь (не было следов взлома), вошла, и там на нее кто-то напал. Были небольшие следы сопротивления и след от веревки на шее. Веревку не нашли, хоть и перерыли весь дом, а еще едва ли не перекопали сад.

Меня чуть потряхивало: я была уверена, что если бы не удачное стечение обстоятельств, жертвой могла бы быть Ким или я, а вовсе не Хейвен. Не то чтобы я радовалась тому, что Хейвен убили, но… я все же немного радовалась, что все мои сестры живы. И, честно говоря, возвращаться в дом было страшно.

Но Герберт взял на себя все формальности, проверил протокол, и я просто в нем расписалась. Сил на недоверие еще и к Герберту просто не осталось, будь что будет. В итоге, когда стража уже начала убираться из Кордеро-холла, Герберт отправил меня наверх. Он явно заметил, как я держусь за голову.

Я быстро прошла через гостиную, где нашли тело, и почти бегом поднялась по лестнице. Окно мы так и не вставили, и на втором этаже было холодно. Придется, наверное, разжечь в комнате камин.

На всякий случай я заперла дверь, а еще поставила охранное заклятие. Все спокойнее. Как же хорошо, что Ким у Диналии. Хотя бы за нее я спокойна. Впрочем, может, уже перестать ее опекать, семнадцать лет – возраст, в котором я принимала вполне взвешенные решения.

Повернувшись к постели, я оцепенела. Под покрывалом явно что-то возвышалось. Небольшое и квадратное. Я быстро пересекла комнату и, не давая себе шанса передумать, отбросила покрывало.

Книги… те самые, что я приметила в магазинчике Белами. «Герберт» – первая мысль, пришедшая мне в голову. Но потом я заметила сверху небольшой конвертик точно из такой же бумаги, на которой была написана записка, когда подкинули ребенка.

«Тайны Хейвен теперь навечно с ней. Чьи еще секреты отправятся в могилу?» – прочитала я.

От громкого стука в дверь я вздрогнула.

– Кортни, это я, открой на две минуты и подпиши счет для стекольщика.

Медленно я открыла дверь и с минуту молча рассматривала озадаченного Герберта, ища хоть какой-то признак лжи.

– Что с тобой? – поинтересовался он.

Он заметил в моей руке записку и, не дожидаясь, когда я очнусь, забрал ее, быстро прочитал и нахмурился.

– Нужно сдать их Портеру.

– Это не все, – наконец смогла произнести я.

И махнула рукой в сторону книг. Герберт долго рассматривал их, листал, даже проверил на магию, но ничего не нашел. Я и сама видела, что это обычные книги.

– Странно, – нахмурился он, – очень странно. И это уже серьезно, убийство – это не шутки.

Потом он заметил мой взгляд и осекся.

– Что? Ты думаешь, это я?

– Я сейчас ни о чем не думаю, но ты единственный, кто знал, что эти книги мне понравились.

– Кортни, ты свихнулась? На кой демон мне подкидывать вам записки, убивать Хейвен и покупать для тебя книги? По-твоему, я похитил ребенка, подбросил вам под дверь, чтобы Кайлу арестовали, пошел с тобой к Белами, увидел, что тебе понравились книги, затем отвел вас с Ким к себе, в ночи пробрался в Кордеро-холл и убил там Хейвен. С утреца купил книжки и закинул тебе в спальню. Вот мне больше делать нечего!

– Я не знаю, что думать, Герберт! – взорвалась я. – И ты прекрасно знаешь, что я тебе не доверяю. И никогда не поверю больше, ясно? Я хочу вытащить Кайлу, защитить Ким и уехать, чтобы ни разу больше не оказаться в этом доме, в этом городе, рядом с тобой.

– Может, ты и хочешь этого, – сквозь зубы процедил Герберт, – но не так-то просто оставить Хейзенвилль. Ты не принадлежишь себе, как бы этого ни хотела.

– Главное, что я не принадлежу тебе, – усмехнулась я.

– Давай проверим?

Неожиданно Герберт сделал несколько шагов вперед. Я инстинктивно отступила и уперлась спиной в холодную стену.

– Отойди, – потребовала я и с недовольством заметила, что голос дрогнул.

Губы Герберта исказила кривая усмешка.

– Что ты сделаешь, если не отойду? В доме никого нет.

– Стекольщик? – не очень уверенно произнесла я.

Герберт поднял руку и указательным пальцем провел по моей нижней губе.

– Хочешь позвать стекольщика? Мне кажется, я справлюсь сам.

Он наклонился и прижался губами к моим. Я не успела сделать вдох, как тут же весь воздух отобрали, оставив жалкий клочок, которым и дышать не получалось. Поцелуй поднял все воспоминания прошлого, снова сделал меня почти ребенком, и все выстроенные за пять лет стены рухнули.

Напористо, почти больно. Я не отвечала, но Герберту и не нужен был мой ответ, он хотел поцелуй, и ничто не могло помешать. Мое сопротивление он просто сломил без особого труда, прижав мои запястья к стене. Я почувствовала, как камень царапает кожу на тыльной стороне ладони.

Губы горели, а контраст прохлады воздуха и тепла мужского тела сводил с ума. Я просто потерялась в лавине не новых, но таких забытых эмоций. В один момент просто перестала сопротивляться и послушно поддалась рукам Герберта, позволяя делать все, что ему захочется. Не знаю, куда завел бы меня этот поцелуй, если бы не звон стекла и резкий толчок, а следом за ним ворвавшиеся капли дождя.

Я застонала – ушибла колено и поднялась. Герберт уже был на ногах и осматривал камень, запущенный кем-то ловким в окно. Второй этаж… и наш дом нельзя было назвать обычным городским домиком. Моя комната располагалась очень высоко, поди докинь.

– Там стекольщик еще не ушел? – мрачно поинтересовалась я.

Ох, какая же злость накатила из-за этого демонского поцелуя…

* * *

Временно мне пришлось переехать в гостевую спальню, самую дальнюю по коридору. Крохотная комнатушка с одной кроватью и тумбочкой служила комнатой нашей няни, когда мы еще в ней нуждались. С тех пор как Ким исполнилось тринадцать, комната всегда пустовала. Можно было переехать в мраморную спальню, как ее называла Кайла за необычный узор на стенах, но с этой комнатой у меня было связано много воспоминаний. Небольших пространств я не боялась, в колледже на первом курсе жила в самой маленькой комнатушке общежития.

Вернулась Ким. Сестра без особого энтузиазма поужинала – на этот раз готовила я, Нину мы отпустили, пока в доме не установится нормальная температура. Окно на чердаке поставили, а в моей спальне не успели. Сколько все же в старом доме щелей, и как легко устроить тут пробирающий до костей сквозняк.

Ким явно было веселее с Диналией, и я подумала о том, чтобы оставить сестру там. Но самой ехать к Герберту не хотелось, а оставаться с ним наедине в Кордеро-холле… нет, пока что это не для меня.

– Кортни, ты уверена? – спросила Ким, осматривая комнату. – Можешь взять мою, а я…

– Ким, брось, это всего лишь постель, – фыркнула я. – Главное, что здесь маленькое окно и в него сложно чем-то попасть. Держись, пожалуйста, от окон подальше. Я попробую найти того, кто бросил этот камень. Ты, кстати, не замечала никого, кто ошивается возле нашего сада или осматривает дом?

Ким как-то странно замялась и покраснела. Мне бы почуять неладное, но эмоциональная усталость достигла своего предела, и я даже не обратила на это внимания, вплоть до тихого «Это я».

– Что ты? – не поняла я.

– Я кинула камень, – призналась Ким и поморщилась. – Не убивай меня!

– Зачем?! – От шока я села на постель, забыв, что намеревалась готовиться ко сну.

– Я просто шла домой и увидела вас в окне, как вы спорили, а потом Герберт, ну… тебя поцеловал. – Ким сделалась совсем пунцовой. – А потом я вспомнила, о чем ты говорила. Ну, что убежала из-за Герберта. Тогда я решила, что он может тебя обижать, взяла камень и бросила. Думала, он отвлечется и от тебя отстанет.

– Ким, ты с ума сошла? Ты же могла нас убить! Мы просто поспорили, зачем было разбивать стекло?

– Слушай, я не хотела разбивать стекло! Я думала, ударю камушком, вы услышите стук и увидите меня. А оно разбилось, я и убежала.

Даже не знаю, стоило смеяться или ругать Ким, которая в свои семнадцать была все еще немного инфантильной. Но какое же облегчение накатило от ее признания! Осознавать, что меня никто не пытался убить и что в мое окно не начнут лететь камни, было просто невероятно.

– Ладно, не переживай ты так, – наконец вздохнула я, потому что Ким едва не плакала. – Но не спасай меня больше. Мы с Гербертом не ладим, и у нас было прошлое, но он один из немногих, кто может нас защитить. И я его не уволю, даже несмотря на то, что постоянно грожусь.

– Расскажи, что между вами было, – попросила Ким. – Я никому не скажу! Даже Кайле!

Сказать? Наверное, надо, за недоверие к сестре обычно платят очень дорого. Но если все рассказать Ким… в первую очередь хуже станет мне. Некоторые вещи стоит хранить в секрете просто потому, что они слишком личные, чтобы ими делиться. Поэтому я тщательно подбирала слова.

– Когда умирал папа, я была не в себе. Перестала учиться, ничего не хотела, убегала из дома. У нас с Гербертом в это время закрутился роман.

– Ты была влюблена в Герберта? – пораженно переспросила Ким.

– Я не могу сказать, что была влюблена. Так, легкое очарование взрослым мужчиной, не более.

– Тебе было семнадцать.

– Ну, извини, – фыркнула я, – я как-то не думала о том, что мне всего семнадцать.

– А Герберт?

Мне даже стало смешно, насколько наивной и неиспорченной выросла Ким. Кристалл плотно занималась ее воспитанием. Сестра отличалась от нас не только внешне, но и по характеру. Не могу сказать, что мне никогда не хотелось быть такой милой, как Кимберли.

– А что Герберт? Ему-то какая разница, постель – все, что от меня требовалось. Мы проводили время месяца три, а потом я сбежала, едва умер отец.

– Где вы встречались?

– В мраморной спальне.

Ким замерла с открытым ртом.

– Я предупреждала.

– Если бы Кристалл узнала, она убила бы вас обоих! – пораженно покачала головой сестра. – Гербрет… не ожидала от него такого.

– А от меня, значит, ожидала? – притворно возмутилась я, но тут же посерьезнела.

Часы в гостиной били десять вечера.

– Ладно, Ким, иди отдыхай. Пойду скажу нашему поверенному, что вызывать стражу по факту разбитого окна не стоит, и завалюсь спать. Завтра, чувствую, денек будет еще напряженнее.

Сама не знаю, чем я думала, когда шла на ночь глядя к Герберту. Я, конечно, убеждала себя, что лишь предупрежу о Ким, но… но, похоже, во мне еще не улеглась та буря эмоций после утреннего инцидента.

Герберт сидел в кресле, читал. Немного непривычно было видеть его в очках, пять лет назад он их не носил. Интересно, давно начал? Спрашивать я не стала, но заметила кое-что. Его взгляд изменился, как и поведение в отношении меня. Он словно сломал стену, которую я выстроила за пять лет, и теперь шел в атаку. Ну, ничего, помимо стены у меня в арсенале есть и другое оружие.

– Стекло разбила Ким, – без предисловий сообщила я. – Не вызывай стражу, не хватало нам еще и допросов Ким.

– Что? – Герберт отложил в сторону книгу и поднялся. – Зачем Ким бросила камень в твое окно?

– Она нас видела. И решила – кстати, справедливо, – что я против происходящего.

– Ким знает?

– Не все. Но она знает, что я тебя не переношу, и этого ей было достаточно.

– И что же она знает? – Герберт говорил медленно, будто бы лениво, прекрасно зная, как меня это бесит.

– Только то, что мы спали вместе.

– Сложно было наврать, да, Кортни? Ты ведь хорошая девочка. Каково это – признаваться в том, что в семнадцать лет спала с другом отца?

– Не сложнее, чем выносить твое присутствие, – парировала я. – Стража отменяется, так что завтра займись Кайлой. Если дело дойдет до суда, я хочу, чтобы ты нашел лучших людей. Мы не можем допустить, чтобы ее лишили магии.

Я повернулась, чтобы уйти, но мое внимание привлек звук открывшегося ящика. Интуиция подсказывала, что Герберт сказал далеко не все, что собирался, и надо бы убраться из его комнаты, но… во мне еще жила слишком любопытная девица, не убила я в себе это качество.

– Удивительное растение, все же, этот кордер. Не устаю восхищаться набором его свойств.

Когда хотел, Герберт мог двигаться совершенно бесшумно. Я вздрогнула, ощутив его присутствие прямо у себя за спиной, и повернулась. В руках он вертел небольшой пузырек с алой жидкостью, поверхность которой переливалась голубовато-фиолетовым сиянием. Пузырек был размером с мой мизинец, но концентрация была до ужаса высокой, и меня немного передернуло.

– Помнишь этот вкус, Кортни?

Я молчала.

– Помнишь, – голос понизился до хриплого шепота, – как нам было хорошо?

– Тебе, – поправила я с ледяной улыбкой. – Твое удовольствие дорого мне обошлось, Герберт. Не думай, что я растаю от чувственного взгляда и одного поцелуя, я слишком много времени потратила на то, чтобы понять, какая ты сволочь. И не прыгну в твою постель, даже если ты будешь на коленях об этом умолять. Но можешь попробовать, я, может, оценю.

– Что ж, – усмехнулся и пожал плечами Герберт, – твое право. Только, Кортни, неужели ты думаешь, что я, в свою очередь, испугаюсь твоего сурового голоска в то время, как ручки-то у тебя дрожат от страха.

Он отошел, но аромат мужского парфюма окутывал меня и преследовал на каждом вдохе.

– Можешь снова сбежать в Даркфелл, милая. Но перед этим ты все равно проведешь со мной ночь.

– Если это и случится, она станет твоей последней. – Я допустила ошибку и выдала злость.

Пузырек вырвался из рук мужчины и разбился о стену. По полу растеклись клубы алого тумана.

– Занимайся своим делом, Герберт. Дочь хозяина не для обслуживающего персонала.

Я не очень умело била в таком состоянии. Умом понимала, что надо бы тоньше давить на больные места Герберта, но до темноты в глазах хотелось сделать ему как можно больнее. Не став смотреть на его реакцию, я развернулась и вылетела из комнаты. Но направилась не к себе, а прочь из Кордеро-холла, на воздух.

Пожалела, что не захватила плащ, но не стала возвращаться. Возможно, Герберт даже наблюдал за мной из окна. Он удивительно циничен и столь же удивительно отвратителен. Как выдержать рядом с ним еще хоть день? А самое мерзкое, что я даже не уверена в его непричастности ко всем последним событиям.

Я сама не замечала, куда иду, все прокручивала в голове события прошлого, настоящего и пыталась хоть немного заглянуть в будущее. Безуспешно, но эта иллюзия уверенности давала какую-никакую опору.

Остановилась я, лишь когда поняла, что до книжного магазина Белами рукой подать. Все окна были темные, что в такое время казалось странным. Дети-то спят, но взрослые? А ведь если Белами нет дома, это мой шанс выяснить, кто купил книги – вдруг поняла я. Они ведь наверняка записывают данные таких покупателей, это антиквариат, а не обычная приключенческая книжка. И если мне повезет – а мне должно повезти хоть раз за последнее время, – в журнале будут сведения о покупке.

Недолго думая, я обошла дом и, наспех проверив защитные заклятия, взялась за ручку. К счастью, ничего не среагировало на мое вторжение, замок отперся легко и быстро. Совсем неслышно скрипнула задняя дверь, впуская меня в складское помещение магазина, заполненное запахом старых книг и лавандовых саше.

На всякий случай я не шумела – вдруг в доме кто-то есть. Прошла через зал и оказалась в самом магазине, непривычно жутковатом в такое время.

Стол продавца был пуст, разумеется, всю документацию с него убрали. Вот только куда? В столе ящиков не оказалось, но я знала, что журнал где-то в помещении. Вряд ли Белами уносит его с собой каждый раз. Выручку – да, но не журнал. Сантиметр за сантиметром я осматривала пространство магазина, пока не нашла наконец за неприметной дверкой сейф.

С замком справилась без труда, такая простая магия не преграда для опытного взломщика. Я взломщиком не была, но, учась в колледже, натренировалась на взломе защиты книг от копирования. По сути, одно и то же.

С негромким щелчком дверь сейфа открылась, и моему взору действительно предстал небольшой журнал в кожаной бордовой обложке. Помимо журнала там были еще какие-то документы, но они меня не интересовали. Я осознавала, что вломилась в чужой магазин и роюсь в сейфе, но… все, что происходило, было слишком серьезным, и мне надо было знать, кто купил книги.

Я не сразу нашла нужную дату, но все же разобралась. Надо же, как много покупок антиквариата совершается в небольшом, казалось бы, городке. Энциклопедию я нашла в самом низу и, прочитав подпись покупателя, немного обомлела.

«К. Кордеро» – значилось там.

Кайла? Кимберли? Кристалл?

Нет, подпись была выведена моим почерком.

Какого демона?! Когда я уезжала, почерк у меня был совсем другим: годы в колледже и огромное желание изменить каждую мелочь в жизни сыграли свою роль. Я ни с кем не переписывалась, мало с кем общалась. Откуда тот, кто присылает нам записки, знает, как выглядит моя подпись, да еще и так виртуозно.

Потом я все же рассудила, что при желании образцы моего почерка достать можно. Взять какую-нибудь курсовую или тот же акт замены стекла в доме. К слову, документы мне принес Герберт. Правда, уже после того, как прислали книги. Но почему Белами не сопоставил личность того, кто покупал, с тем, что написано в журнале? Уж он-то должен был понять, что перед ним не Кортни Кордеро.

Если только Эдмонд Белами не замешан. Он удивительно часто всплывает во всех разговорах, это его дочь свидетельствовала против Кайлы, это в его магазине купили книги. И – вдруг пришло мне в голову – возможно, бумагу для записок.

Я вернула журнал на место и перебрала оставшиеся бумаги. Ничего интересного не оказалось: счета, расчеты, списки товара. Лишь на самом дне я нащупала тонкую кожаную папку. Нехорошо было рыться в чужих документах, но мне вдруг очень явно показалось, что я нащупала нить.

Документ был зашифрован. Один из тех шифров, что знают лишь подписывающие стороны: взломать такой очень сложно, и это дело не одного дня. Стройные ряды замысловатых символов не несли никакой информации, но вот подписи обычно не шифровались. И в одной из подписей я узнала Кайлу. В другой – Эдмонда Белами. Что подписали сестра и владелец книжного магазина?

Несколько секунд, и у меня в руках была копия документа, которую я бережно свернула и убрала в карман. Дома попытаюсь расшифровать и, может, найду ключ ко всем этим событиям.

Услышав шум наверху, я быстро убрала все документы и едва-едва успела подняться и отскочить от сейфа.

– Что вы здесь делаете? – Девочка Стелла недоуменно смотрела на меня, потирая глаза.

Конечно, Кортни, соври теперь ребенку.

– Привет, – улыбнулась я, – ты одна дома? Я шла мимо и услышала, что задняя дверь открыта. Все в порядке? Дома есть взрослые?

– Папа! – позвала Стелла, и я закусила губу, надеясь, что в полумраке не видно моей нервозности.

Поверит?

Страницы: «« 1234 »»

Читать бесплатно другие книги:

Тому, кто собирается замахнуться на нечто большее, чем простой марафон, требуются четкие советы по п...
Все дети эпизодически кашляют. Кашляющие дети нуждаются в помощи взрослых.Находящиеся рядом взрослые...
Решили выйти замуж?Почему бы и нет.Выходите! Только не связывайтесь с черными котами, повадки которы...
Каждый выбор – свои последствия. Для Лейлы это тьма или свет. Дьявольски притягательный принц темных...
Светлая волшебница и темный дозорный… Они живут в разных городах и не знают друг друга, но их судьбы...
Документальная повесть «Памяти Каталонии» – впервые на русском языке без сокращений!Гражданская войн...