Лисандра Кудрявцев Леонид

— Так.

— Значит, ты принадлежишь к королевскому роду. Очень старинному?

— Наш род считается самым древним под землей. Думаю, и на земле найдется не так уж много правителей, способных сравниться со мной в древности рода.

Джинна так и подмывало спросить, была ли его мать верна своему супругу, но такой вопрос наверняка должен был обидеть дракона на веки вечные.

Что ж, в этом отношении приходилось рисковать.

— Отлично, — сказал джинн. — В таком случае у меня к тебе есть предложение. Ты ведь хочешь совершить подвиг?

64

Этот гаденыш, эта королевская крыса, все-таки промахнулся.

Такого некромант не ожидал.

Как это получилось? У него же все было рассчитано. И тут…

Нет, конечно, крысиному королю помешали. Его же воспитанник. Зачем он это сделал? Не важно, сейчас это было совершенно не важно.

Глядя широко раскрытыми глазами на то, как к нему летит смерть, некромант понял, что жить ему осталось всего лишь несколько секунд.

Вот сейчас…

И тут уже надо было просто спасаться. Да, придется все начинать сначала, но зато он, лично он, будет жить. Мир? Плевать на него. Главное — спастись, сохранить свою жизнь.

Конечно, смерть его снова догонит, и времени хорошо подготовиться, встретить ее как сейчас, по высшему разряду, не представится. Но оно будет — это время. А теперь…

Все эти мысли проносились в голове некроманта в течение какой-то секунды. Причем они ничуть не мешали ему шарить по карманам, отыскивая транспортный амулет.

Тот все не отыскивался.

А сгусток был уже совсем рядом. И крысиный король, каким-то чудом умудрившийся стряхнуть с себя тираннозаврика, уже вскакивал для того, чтобы нанести еще один удар. Впрочем, он все равно не успевал, не успевал…

И тогда, когда, казалось, уже ни на какое спасение рассчитывать не имеет смысла, некромант вдруг все-таки нащупал в кармане этот распроклятый амулет. Теперь оставалось только его активизировать. Сделать это некромант уже не успел.

За его спиной послышался чей-то громкий голос:

— А вот и я!

65

Тираннозавриха и Кусака сидели на пригорке и смотрели на развалины замка некроманта. Несмотря на то что замок рухнул всего лишь несколько часов назад, они казались очень старыми, может быть, насчитывающими сотни лет. Вот над полуосыпавшейся стеной поднялись и полетели прочь два стервятника. Летели они тяжело, лениво махая крыльями, над самой землей. Животы их были раздуты от пищи.

— Как он быстро рассыпался, — сказал Кусака.

— Так всегда с этими волшебниками и магами происходит, — с презрением объяснила тираннозавриха. — Все у них в высшей степени красиво и прочно. Но стоит только магу погибнуть, как большая часть созданного им великолепия растворяется в воздухе.

— Такова их судьба?

— Да, такова. Это называется жизнь, — поучающим тоном сказала тираннозавриха.

Кусака поморщился.

Вот крысиный король никогда его не поучал. Хотя он не был настоящей мамой, и значит… Что именно?

Искоса взглянув на тираннозавриху, Кусака предложил:

— А может, все-таки догоним крысиного короля и с ним попрощаемся?

— Не надо, — послышалось в ответ. — Я боюсь, что все-таки не удержусь и его съем. Потом, конечно, мне будет жалко, но тем не менее я могу это сделать.

— Ты к нему не ревнуешь? — спросил Кусака.

— Может быть… А впрочем, какая разница? Он ушел из нашей жизни, и ты его больше не увидишь.

— Ты уверена?

— Конечно.

— Это хорошо.

— Вот одного не могу понять, — проговорила его мама. — Как я здесь оказалась? Словно какое-то на меня нашло затмение. А потом я от него очнулась и увидела тебя. Наверное — это чудо.

— Именно, — откликнулся Кусака. — Оно и есть.

— Да. Меня словно что-то привело сюда. Судьба? А может быть, есть какой-то дух, помогающий матерям отыскивать их пропавших детенышей?

— Может, и так, — согласился Кусака. — Может, я его даже видел.

Он сел поудобнее и подумал, что все завершилось на удивление хорошо. Он сделал правильный выбор, настоящая мама довольна, а крысиный король умудрился убежать.

Что может быть лучше? Каждый остался доволен.

Хотя…

Кусака посмотрел в ту сторону, где должны были находиться ворота между мирами.

Он жалел о том, что не попрощался с крысиным королем.

И вообще, наверное, было бы здорово иметь не одну маму, а две. Чем плохо? Вот только настоящая мама, наверное, будет возражать. И значит… Да ничего это не значит. И если нельзя, чтобы у тебя было две мамы, то почему у тебя не может быть друга?

66

— Ты меня обманул, — угрюмо сказал дракон.

— Я? — поразился джинн. — Тебя? Обманул? Ты что, с печки упал?

— Обманул, обманул, обманул.

Тяжело вздохнув, джинн поинтересовался:

— Ну-ка, каким это образом я тебя обманул? Выкладывай.

— Ты обещал, что я совершу подвиг, слопав злого мага.

— Ты его слопал. Какие могут быть лично ко мне претензии?

— Но это оказался не маг, а некромант. У меня от него теперь живот болит.

— А некроманты разве не маги? Конечно, у них другая магия, но она все равно магия. Они ею пользуются. И значит, кем они являются фактически? Ответь-ка мне, пожалуйста.

— Ты кого угодно заболтаешь, — немного подумав, сообщил дракон.

Голос у него все еще был обиженный.

Джинн вздохнул.

Ну вот и старайся потом, делай другим хорошие дела.

— Между прочим, ты все-таки получил свой подвиг, — сказал он дракону. — И если честно, то должен мне за это быть благодарен. Нет?

— Ну, вообще-то… тут ты прав, — признал дракон. — Хорошо, уболтал, признаю. С твоей помощью я наконец-то совершил подвиг. И могу вернуться в свои владения.

— Так возвращайся. Кто тебя держит?

— Ты. У меня теперь осталось только одно дело. Отомстить.

— А в знак благодарности…

— Не могу. Нельзя. Я не должен таким образом ронять свою честь.

Джинн подумал, что бесконечно так продолжаться не может. И ничего не остается, как попытаться взять быка за рога.

— Хорошо, — сказал он. — Ты меня уговорил. Хочешь знать мое местонахождение?

— Конечно.

— Если я тебе его скажу, то ты сейчас же попытаешься меня слопать. Не так ли?

— Да, так.

— В любой ситуации?

— В любой.

— А если ты не захочешь меня есть? Что тогда?

— Этого не может быть.

— Но все-таки… Будет ли это означать, что все-таки исключения из твоего правила есть?

— Но это невозможно, — возмущенно заявил дракон. — Ты опять задумал какую-то хитрость.

— Посмотрим. И если из твоего правила все-таки есть исключения, то ты в знак благодарности за то, что я помог тебе совершить подвиг, оставишь меня в покое. Договорились?

— Это абсурдно. Такого не будет никогда, — взревел дракон.

— Тогда чем ты рискуешь? Я открою тебе свое местонахождение, и ты, слопав меня, отправишься домой. Ну как, согласен? Или ты боишься заключать со мной соглашение даже на таких условиях?

— Нет, не боюсь.

— Тогда?..

— Хорошо, согласен.

Джинн с облегчением вздохнул.

Ну вот, получил.

— Заключили соглашение, — объявил он.

— Заключили, — подхватил дракон.

Джинн ударил себя ладонями по коленям и, откинувшись на спинку кресла, удовлетворенно оглядел драконью голову.

Ну вот, теперь он так или иначе, но от этого зануды избавится. Так или иначе.

— Говори, — приказал дракон. — Мне не терпится тебя проглотить.

— Хорошо, — металлическим голосом объявил джинн. — Ты хорошо помнишь, как проглотил некроманта?

— Да.

— Помнишь, неподалеку от него был некий туманный шар? Он летел к некроманту. В тот момент, когда ты, проглотив гаденыша, ушел в землю, он был от тебя шагах в трех. Заметил это?

— Да.

— Так вот если бы этот шар успел к тебе прикоснуться, то, учитывая, что в тебе уже был некромант, он бы тебя просто прикончил. Обязательно. Заодно, конечно, он бы прикончил и весь мир, но это уже, как я понимаю, частности. Главное — он совсем чуть-чуть не успел тебя прикончить.

— Куда ты клонишь? — спросил дракон.

— Да никуда, — пожал плечами джинн. — Просто этот шар сейчас в шаге от того места, где я нахожусь. Как бы быстро ты ни вынырнул из земли для того, чтобы меня съесть, он успеет к тебе прикоснуться. Понимаешь, что это значит?

— Ты врешь, — заявил джинн. — Ты обязательно врешь.

— Это нетрудно проверить, — заявил джинн. — Сказать, где я нахожусь?

— Ты готов умереть?

— Вместе с тобой и целым миром? Почему бы и нет? В такой-то компании…

— Значит, не врешь…

— Нет, не вру.

— И мне…

— Да, выбор небольшой. Либо найти исключение из правила, либо умереть. Всего-то…

В случае нужды драконы умеют думать и быстро.

Этому хватило секунды. После того как она прошла, он осторожно спросил:

— Мы так хорошо проводили время. И ты не будешь скучать по нашим разговорам?

— Не буду, — холодно отчеканил джинн. — Счастливого возвращения домой.

67

— Сколько можно лежать и ждать неизвестно чего?

Сказав это, Широкая Кость встал и, с любопытством оглядевшись, помог подняться Хромоногому. Тот подобрал с земли копье и, опершись на него, задумчиво пробормотал:

— Ну хорошо, вот мы остались существовать. А к чему это? Повелитель попал в желудок подземного дракона, все его колдовство перестало действовать. Замок рухнул, слуги ушли в небытие, и только мы все еще существуем. Тебе это не кажется странным?

— Кажется, — согласился Широкая Кость. — И чем ты это можешь объяснить?

— Не знаю, — признался Хромоногий. — Я просто сообщил о том, что прямо бросается в глаза. Мы существуем. Для чего? Почему колдовство Повелителя в отношении нас продолжает действовать?

Широкая Кость развел руками и сказал:

— Не имею ни малейшего представления.

— Тогда, может быть, скажет что-нибудь наш командир?

— И скажу, — буркнул Проломленный Череп.

— Что именно?

— Все очень просто, — сообщил Проломленный Череп. — Проще некуда. Причем в старинных легендах такая штука встречается не раз, и будь вы посообразительнее…

— Не тяни время, — сказал Хромоногий. — Выкладывай, что ты по этому поводу думаешь.

— Да не думаю, а знаю. Мы не ляжем в землю до тех пор, пока не отомстим за своего Повелителя.

— Кому?

— Крысиному королю.

— Он-то тут при чем? — удивился Хромоногий. — Он, что ли, сделал так, что Повелителя отбыли?

— А кто еще? Думаешь, дракон появился ни с того ни с сего? Нет, его кто-то вызвал. И кто мог это сделать, кроме крысиного короля? Кому это в тот момент было выгодно, кроме него? Обратите внимание, вы, олухи, что из всех слуг Повелителя остались существовать только мы, те, кто доставил крысиного короля в замок. Разве это не знак?

— Так-то оно так… но… — задумчиво промолвил Хромоногий.

— Все верно, — заверил его Проломленный Череп. — Мы остались существовать для того, чтобы отомстить за Повелителя. Кому — мы знаем. И мы не будем знать покоя, пока не выполним последнюю волю нашего Повелителя. Так и будем скитаться по цепи. Вечно.

Они помолчали.

Наконец Хромоногий сказал:

— Нет, я так не хочу. Вечно скитаться — не согласен.

— В таком случае, — Проломленный Череп указал топором в сторону ворот мира, — нам туда. За крысиным королем.

68

В нескольких десятках шагов от ворот мира стояла каменная скамеечка. Крысиный король сидел на ней и смотрел на то, как через ворота проезжает запряженная игуанами телега, груженная сухой корой бумажного дерева. Створки ворот по этому случаю были открыты настежь, и можно было разглядеть длинную, тонкую перемычку между мирами, заканчивающуюся с другой стороны еще одними воротами.

— Меня почему-то к тебе влечет, — сказала смерть. — Словно бы слегка притягивает. К чему бы это?

Крысиный король оторвал взгляд от ворот, посмотрел на парящую рядом с ним смерть, заметил, что за последние несколько часов ее диаметр слегка уменьшился, и спросил:

— Сильно влечет?

— Не очень. Но все-таки некое влечение есть. Я бы все-таки назвала его притяжением. Оно ощущается.

Задумчиво пригладив лапой усы, крысиный король сказал:

— В мире бывают и более странные вещи. Ты не находишь?

— Это точно, — откликнулась смерть. — Например — мое существование.

— Так, — согласился крысиный король. — Только, по моему разумению, для тебя оно должно быть чем-то само собой разумеющимся. Не так ли?

— А если ты прав?

— Значит, ты хитришь.

— Почему бы и нет? — сказала смерть. — Кто в силах запретить мне хитрить? Могу я себе позволить хоть некоторые ваши штучки? В том числе и хитрость.

— Тебе она нравится? — спросил крысиный король.

— Да, что-то в ней есть, — сказала смерть. — Вероятно, я постараюсь забрать ее с собой и сохранить для того, чтобы в следующий раз использовать. Мне кажется, она должна давать некоторые преимущества во время встреч с некромантами.

— В результате на великой цепи резко сократится поголовье некромантов.

— Если бы… — сказала смерть. — Не все так просто.

— Что-то может этому помешать?

— Может.

— Не скажешь?

— А зачем? Есть вещи, которые знать не стоит. Нет смысла. Да и опасно. Понимаешь, о чем я?

— Понимаю, — сказал крысиный король. — Понимаю. И не стремлюсь…

— Не обижайся, — сказала смерть. — Но я о тебе забочусь.

— Это заметно, — сказал крысиный король.

Он подумал, что можно подвести некий итог всей этой истории.

Если разобраться, то он, собственно, ничего не потерял. Ему даже удалось добраться до ворот мира, и теперь, после того как их пройдет, его родной мир станет еще ближе. Он цел, при нем его меч, а не та здоровенная железяка, которую он бросил прямо на лужайке перед замком. Все его имущество в целости и сохранности. Значит — можно продолжать путь.

Имущество…

Какая-то у него недавно была насчет него мысль… Ах да, джинн.

Что-то он совсем притих. Странно это все. И откуда взялся подземный дракон, пожравший некроманта? Как-то очень уж вовремя он появился. Словно бы его кто-то послал.

Кто? Кто этот посторонний наблюдатель, вмешавшийся в самый последний момент? Вот вопрос, на который он хотел бы знать ответ.

Но как его получить? Спросить у джинна? Но для этого надо будет потереть лампу. А это… Нет, пусть кто-то другой занимается такими глупостями. Тереть лампу… отвечать на идиотские вопросы джинна… пытаться его перехитрить… что совершенно невозможно. И все это ради ответа на один посторонний вопрос.

Ну уж нет, не будет этого.

Крысиный король покачал головой.

А ответ на свой вопрос он получит. Представится случай.

Потянувшись, крысиный король еще раз взглянул в сторону ворот.

Пора было отправляться в путь. Ему еще идти и идти. И кто знает, какие новые опасности его подстерегают в дороге? А насчет джинна… Все выяснится рано или поздно, без дополнительных усилий. Наступает время, и все тайное становится явным. Надо лишь уметь использовать то, что тебе подсовывает судьба. А она шутница известная. Иногда такое устроит…

— Кстати, если тебе интересно… — нерешительно сказала смерть.

— Давай выкладывай, — разрешил крысиный король. — Я тебя слушаю.

— Трое слуг некроманта уцелели. После того как он умер, они не прекратили свое существование. Как ты думаешь, чем они решили заняться?

— Совершенно не представляю.

— Они решили, что в смерти их Повелителя виновен ты, и теперь идут сюда.

Ну вот, новая погоня. Это для того, чтобы жизнь не казалась медом.

— Как скоро они будут здесь?

— Еще через час, не меньше.

— Значит, мы можем еще некоторое время поболтать.

— А ты можешь себе это позволить? Думаю, скелеты так просто не отстанут.

— Как любил говаривать мой родственник Туко Бенедикто, погоня только тогда становится настоящей погоней, когда преследователи начинают буквально наступать на пятки. До этого момента есть еще куча времени на всякие посторонние дела.

— А если серьезно?

— Если серьезно, то стоит мне пройти через ворота, как о слугах некроманта можно не беспокоиться. Дэвы их в другой мир не пропустят.

— Думаю, они попытаются найти способ последовать за тобой.

— Может, и найдут. И тогда я буду думать, что предпринять. А пока… Как говорил мой родственник Туко Бенедикто…

— Да, да, — сказала смерть. — Это я уже слышала. Значит, мы еще поговорим?

— Хорошо. О чем бы ты хотела поговорить?

— Не знаю. Видишь ли, как ты уже, наверное, заметил, я исчезаю. Еще несколько часов, и я вернусь в свой мир, для того чтобы там впасть в спячку.

— А потом? — спросил крысиный король.

— Потом я получу достаточное количество энергии и отправлюсь на свидание с очередным некромантом. Простой, отработанный за многие тысячелетия процесс. Он составляет смысл моей жизни.

Глаза крысиного короля лукаво блеснули.

— А кто ты? — осторожно спросил он.

— Кто?

— Ну да. Кто ты? Как появилась на свете? Чем еще занимаешься, кроме накопления энергии и встреч с некромантами? Зачем ты живешь? Какова конечная цель твоей жизни?

— А твоей?

— Ну, я же всего-навсего крысиный король.

— А я — смерть. Дальше?

— Теперь неправильно играешь ты. Пытаешься водить меня за нос.

В голосе крысиного короля слышалась обида.

— У меня есть такое право, — сказала смерть. — Кто я — ты знаешь.

— Нет, не знаю, — упрямо сказал крысиный король. — Я знаю, что ты называешь себя смертью и что ты появляешься тогда, когда какому-нибудь некроманту, а также миру, в котором он живет, наступает пора умирать.

Смерть издала тихий звук, здорово смахивающий на сдавленное хихиканье.

— Еще мне кажется, — продолжил крысиный король, — что ты каким-то образом связана с некромантами, и не будь их… Может быть, тогда и тебя бы не было? Я угадал?

Немного поднявшись, так, что теперь она была как раз напротив мордочки крысиного короля, смерть ответила:

— Ты ошибаешься. Впрочем, доказать это нетрудно.