Воплощение страсти, или Красота – большое испытание Шилова Юлия

Глава 12

Дома мы разбрелись по комнатам. Танька с Толиком, чуть ли не на ходу сбрасывая с себя одежду и бросая друг на друга томные взгляды, тут же отправились в крошечную восьмиметровую клетушку, где в редкие дни ночевал дома Танькин сын Кирюшка. Кроме ящика с игрушками там стояла старенькая продавленная тахта, на которой вдвоём уместиться было трудновато, но моя бедовая подруга, долго и безуспешно искавшая себе «подходящего мужика», давно уже привыкла не обращать внимания на подобные мелочи.

Нам с Максом досталась Танькина комната (этот сарай обычно гордо именовался гостиной): потёртый ковёр на полу, в углу – стол, заваленный тетрадками, полированный, с баром, сервант из чешского гарнитура Танькиной матери, телевизор, два кресла, диван. Диван! Его же разложить можно, сообразила я и села на пол, чтобы выдвинуть вперёд нижнюю часть.

– Ax ты, Ленка моя, – засмеялся Макс и легко проделал всё необходимые манипуляции.

Чувствуя всё более нарастающее волнение, я присела на край только что застеленного свежей простынёй «любовного ложа». Где я нахожусь, не имело никакого значения. Главное, что со мной был Макс. Роскошный, восхитительный Макс.

Он гладил меня по плечам, по груди, по животу, приятно возбуждая и настраивая на большее. Вскоре на помощь рукам пришёл язык. Я застонала и, желая продлить удовольствие, бесстыдно раздвинула бёдра. Мне не надо было работать, мне не надо было никого ублажать.

Оказывается, принимать ласки любимого человека так приятно… Естество моё истекало соками, тело покрылось испариной. Я готова была кричать от наслаждения. Если бы не Танька в соседней комнате… Ах!

Сжимая и разжимая губы, Макс довёл меня до полного исступления. Когда его член наконец вошёл во влагалище, двигаясь равномерно и быстро, я уже находилась на вершине блаженства и спускаться оттуда не собиралась. Отныне и навсегда – только так!

Потом мы долго лежали рядом, не в силах пошевелиться.

– Макс, скажи, а они когда-нибудь закончатся? – неожиданно для себя спросила я.

– Что именно?

– Ну, наши с тобой отношения…

– А ты этого хочешь?

– Нет, что ты! Если ты меня когда-нибудь оставишь, я, наверное, сойду с ума.

– Я никогда тебя не оставлю. Я слишком долго искал тебя, Лена.

– Но ведь ты меня почти не знаешь.

– Я знаю о тебе всё.

Услышав эту фразу, я не на шутку испугалась.

– И что же ты обо мне знаешь?

– Я знаю, что ты молодая, красивая девушка, достойная моей любви.

– Макс, а если бы ты услышал обо мне что-нибудь плохое?

– Я бы не стал это слушать.

– Ты не ответил на мой вопрос. Если бы моя биография оказалась далеко не идеальной, ты бы изменил своё отношение ко мне?

– В моей биографии, Лена, много чёрных пятен. Ну и что? Будем считать, что мы оба вылезли из дерьма, очистились и теперь будем жить нормальной, полноценной жизнью, именно такой, о которой долго мечтали. В ближайшее время я разберусь со своими делами, и всё встанет на свои места. А пока, Леночка, поживи у себя дома, ведь тебе больше ничто не угрожает.

– А ты?

– А я буду к тебе приезжать.

– Разве мы не можем жить вместе?

– Когда всё закончится, мы обязательно будем жить вместе.

– А это долго?

– Думаю, что нет.

Макс нежно коснулся губами моих волос, подул тихонечко, выдыхая тёплый воздух, и закрыл глаза.

Грудь его равномерно вздымалась. Уснул, поняла я.

А мне спать не хочется. В эти часы я привыкла работать. Но это теперь в прошлом. С завтрашнего дня начинается новая жизнь. Собственно, она уже началась. Спокойная, счастливая жизнь. Вскоре мы с Максом поженимся. Я буду ему хорошей, верной женой. И дети у нас тоже будут. Первым родится мальчик. На подбородке у него будет ямочка – такая же, как у Макса. И волосы будут такими же густыми, и глаза такими же весёлыми.

А потом – девочка. Моя маленькая дочка. Уж ей-то не придётся зарабатывать на жизнь, торгуя собой. Мы с Максом сделаем всё, чтобы наши дети выросли счастливыми.

Сначала я буду заниматься с ними сама, потом найду хорошую школу. Что ещё? Музыка, теннис, английский – стандартный, но необходимый набор. Престижный вуз, хорошая работа. Лучше всего – за границей…

Ой, что это я замечталась? Может, пойти освежиться? Душно у Таньки. Окно она попросила не открывать – стекло на соплях держится, вылететь может в любой момент. Мастера вызывать – дорого. Хотя из моих ежемесячных «взносов» вполне могла бы выкроить сотенку-другую на ремонт.

Бестолковая она!

Накинув на голое тело халат, я босиком пошлёпала в ванную. Ванная у Таньки находилась рядом с кухней.

Из-под двери пробивалась узкая полосочка света – там кто-то был.

– Да я это, я, – долетел до меня приглушённый голос Толика.

С кем это он? Ага, шнур телефонный. В Ригу, наверное, звонит. Клянётся жене в верности.

Нет… С женой так не разговаривают. Уж больно тон деловой. Это в половине-то пятого утра?

Прижавшись к стенке, я затаила дыхание и прислушалась.

– Да, деньги уже у меня, – докладывал кому-то Толик. – Правда, я рассчитывал на большую сумму, но, перевернув всё вверх дном, ничего не нашёл. Не понимаю, куда этот урод смог их спрятать? Я точно знаю, что деньги у него.

«Вот так-то… – подумала я, плотнее приникая ухом к двери. – А Толик не такой простачок, каким старается казаться. Он переживает из-за каких-то денег… Из-за каких?»

– Не бери в голову, – продолжал Танькин ухажёр, – у меня железное алиби. Бабы сами ничего не поняли. Представляю, как они испугались, увидев такой сюрприз. Но в общем-то всё прошло без лишних осложнений. Правда, с деньгами неувязочка вышла. Ну да ладно, хоть какую-то сумму наскрёб. Получается, что я всё-таки не зазря человека на тот свет отправил. Ну, до связи!

Я метнулась в кухню и, не включая света, затаилась у раковины, схватив со стола пустой стакан.

«Жажда замучила», – вертелась на языке глупая фраза. Дверь ванной едва слышно скрипнула. Неужели конец?

Удаляющиеся шаги прозвучали для меня как торжественный марш. Ликование труб, звон литавр – «Прощание славянки» да и только. Даже жалко, что, кроме меня, этой радостной какофонии не слышал никто из присутствующих в квартире.

Постояв немного, скорее для порядка, я прошла в ванную, сняла халат и встала под душ. Прохладные струи смыли с меня остатки оцепенения.

Голова заработала с удвоенной силой. «Получается, что я всё-таки не зря человека на тот свет отправил…»

С ума сойти: Толик – убийца. А с виду тихий такой. «Бабы сами ничего не поняли…» Какие бабы? Может, мы с Танькой? «Представляю, как они испугались, увидев такой сюрприз…» Когда в Танькину квартиру ввалился Драный, мы действительно испугались. Всё сходится.

Драного убил Толик. Нет… Он не мог его убить. Они же братья. Пусть не родные, двоюродные, но всё равно братья. Сколько здесь было слёз, сколько воспоминаний…

Из одной рогатки стреляли, одну сигарету делили на двоих – ах, ах! Слёзы-то как раз и настораживают. Не верю я картинно ревущим мужикам. Хотя… Нет, не знаю, не берусь судить. Утречком шепну потихоньку Таньке, чтобы была поосторожнее. Впрочем, говорить ей что-либо сейчас бесполезно. Влюблена, дурочка, в очередной раз влюблена. А значит, грудью встанет на защиту своего ненаглядного хахаля, будь он трижды проклят.

Что ещё? Деньги. «Деньги уже у меня…» Рассчитывал он на большую сумму, но и эта его вполне устраивает. Тысяча рублей – уже сумма, но Толик, судя по всему, заполучил гораздо больше. Интересно сколько? Вернёмся-ка, кстати, ещё разочек к этой фразе: «Деньги уже у меня». Переводим с русского на русский: они здесь. Остаётся только найти их.

Закрутив кран, я поспешно вытерлась стареньким полотенцем, до неприличия протёртым на концах, натянула халат и вышла из ванной. Пиджак Толика висел на вешалке. Чтобы не быть застигнутой на месте преступления, я сняла его и унесла в комнату. Пиджак был тяжёлый, почти как пальто. Наводит на мысли, однако.

Проверим, проверим, что у нас там…

Во внутреннем кармане лежал большой свёрток.

Сквозь полупрозрачный целлофан, перетянутая тонкой резинкой посередине, на меня укоризненно смотрела знакомая физиономия американского президента.

Так и есть, деньги. Доллары. Много долларов. Тысяч, наверное, двадцать или двадцать пять. Да, ровно двадцать пять. Сумма и в самом деле приличная. Но чтобы из-за неё убивать?

– Макс, – позвала я своего друга.

Макс, не открывая глаз, повернулся на другой бок.

Оставив деньги на столе, я отнесла пиджак на место.

– Макс, проснись, пожалуйста!

Я ласково потрепала Макса за ухо.

– А? Что? – Макс привстал и сонно посмотрел на меня. – Ленка, ты что не спишь?

– Не спится…

– А я вот наоборот… Даже не помню, как отключился…

Макс потянулся, сел рядом со мной и усиленно потёр глаза. Затем посмотрел на пакет и с интересом спросил:

– Лен, а что это за пакет?

– Скажи, Максим, сколько денег ты ещё должен? – задала я встречный вопрос.

– Какое это имеет значение?

– Большое. Это имеет большое значение не только для тебя, но и для меня.

– Всего каких-то двадцать пять тысяч баксов. Остальное я уже погасил.

«Ну, Толик, ну, удружил, – возликовала я. – Получается, что теперь мы с Максом будем вместе!»

Не говоря ни слова, я протянула Максу пакет.

– Что это? – спросил он.

– Это деньги.

– Какие ещё деньги?

– Те самые, в которых ты так нуждаешься! В пакете ровно двадцать пять тысяч долларов. Утром погасишь свой долг и переедешь жить ко мне. Это же так здорово! Просыпаясь по утрам, мы будем завтракать вместе, а вечером ложиться в одну постель. Пройдёт какое-то время, и я подарю тебе очаровательного малыша. Он будет похож на тебя, ведь ты очень красивый! Я буду любить его ещё больше, чем тебя. Из меня получится хорошая мать. Жизнь, настоящая жизнь, для нас только начинается, Макс. Мне хочется всё начать с чистого листа, будто бы и не было ничего в прошлом. Раньше я думала, что жизнь горькая, как пилюля, а она оказалась сладкая, как сахар. Это ты всё изменил.

– Лена, я уже тебе говорил, кажется, но ты, видимо, не услышала. Что ж, я повторю ещё раз. Я никогда не приму от тебя деньги. Я выкручусь сам.

– Но почему?! – Я почувствовала, что могу разреветься в любой момент. – Почему ты не хочешь взять эти деньги, ведь я их тебе дарю от чистого сердца!

– Потому что я их просто не возьму. И вообще, откуда у тебя такая большая сумма? Если я не ошибаюсь, когда мы ложились спать, у тебя не было никакого свёртка.

– Я взяла эти деньги у Толика, – честно призналась я. – Думаю, эти деньги куда нужнее тебе, чем ему. Тем более, он их украл. Вот и получается: пришли легко и уйдут легко.

– Ну-ка, расскажи поподробнее, – нахмурился Макс. – Как это – украл?

Я постаралась как можно подробнее передать содержание телефонного разговора, подслушанного под дверью ванной. Макс слушал меня очень внимательно, ни разу не перебив. Когда я закончила, он встал и, завернувшись в простыню, как маятник заходил по комнате.

– Да… Он мне не понравился с самого начала. Скользкий тип… Я сразу понял, что тут что-то не так. Если Драный не знал адреса твоей подруги, как он мог сюда приехать?

– Это уже не так важно. Важно, что теперь у тебя появились деньги. Завтра ты погасишь долг и будешь свободен. За тобой не будут гоняться, в тебя не будут стрелять. Мы обязательно поженимся и… Макс, ты на мне женишься? – спохватилась я.

– Ты это серьёзно? – удивился Макс.

– Серьёзнее не бывает. Считай, что я только что сделала тебе предложение.

– Лена, о какой свадьбе может идти речь?

– Ты не хочешь?

– Дело не в этом. Просто у меня очень неспокойная жизнь.

– Ничего страшного.

– Леночка, дорогая, я постоянно хожу по лезвию бритвы. Я связан с криминалом, девочка моя. Такую жизнь выдержит не каждый… Даже если мы с тобой соединимся, я не смогу находиться с тобой каждый час. Иногда я неделями не бываю дома – подумай хорошенько, сможешь ли ты, ни о чём не спрашивая, спокойно перенести разлуку? Мой мобильник может зазвонить в любой момент, даже когда мы занимаемся сексом… Ты хоть это понимаешь? А потом может наступить момент, когда я не вернусь… Неужели ты хочешь стать бандитской женой, Лена? Ведь я постоянно нахожусь вне закона и… не собираюсь меняться. Меня устраивает моя нынешняя жизнь, но ты… Имею ли я право втянуть тебя во всё это? Нет, Леночка, я не хочу, чтобы ты разделила участь женщин, живущих с бандитами. Незавидная у них доля… Конечно, в глубине души я всегда мечтал иметь собственный дом, где меня будут ждать красивая, преданная жена и ребёнок. Дом, в котором меня всегда поймут и помогут… – Макс подошёл к кровати, сел на корточки и обнял мои колени. – Малышка, прости, если я сказал что-то не то. Ты даже не представляешь, насколько сильно я тебя люблю. Со мной это впервые. Никогда такого не было! Наверное, именно поэтому я и злюсь на себя. Я дурак, Ленка. Мне досталась потрясающая женщина, а я, получается, отвергаю её.

– Это всё, что ты мне хочешь сказать? – тихо спросила я.

– Я хотел сказать только одно: Лена, я хочу на тебе жениться.

– Что? – не поверила я своим ушам.

– Я хочу на тебе жениться!

– Повтори ещё раз, – всхлипнув, попросила я.

– Я на тебе женюсь! Я женюсь.

– Как жалко, что у меня под рукой нет диктофона. Я бы обязательно это записала!

– Зачем?

– На случай, если ты передумаешь, – улыбнулась я сквозь слёзы.

– Я никогда не меняю своих решений.

– Вот это правильно! Вот это по-мужски! А то я женщина видная, интересная. Могу передумать и найти себе другого жениха.

– Лен, ты что? – испугался Макс.

– Да я так, решила тебя немного приструнить.

– На пушку решила взять? Замуж ты выйдешь только за меня. И никаких гвоздей!

Я засмеялась и протянула Максу свёрток. Макс положил свёрток на постель и задумчиво спросил:

– Ленка, если я правильно понял, Толик из-за этих денег кого-то замочил?

– Ну да… Получается так… Только кого? А, не бери в голову! Покойнику эти деньги без надобности, а Танькиному фраерочку мы их не отдадим. Утром скажем ему, что ничего не знаем, если он спросит, конечно. Пусть попробует доказать, что свёрток у нас!

Макс ухмыльнулся, повертел свёрток в руках и сунул в карман своих брюк. Увидев это, я с облегчением вздохнула.

– Впервые в жизни принимаю деньги от женщины, – сказал Макс.

– От близкой женщины, – поправила я его.

– Всё равно… Для меня это как-то унизительно…

– Во-первых, это не мои деньги. Во-вторых, хозяина денег, как выяснилось, нет в живых. Так что здесь всё по-честному. Один человек лишился жизни, другой её приобрёл, а вору, я имею в виду Толика, не досталось ничего.

Поговорив ещё немного о каких-то пустяках, мы легли спать.

Утром в комнату влетела перепуганная Танька.

Не говоря ни слова, она принялась бесцеремонно трясти меня за плечи, нисколько не смущаясь Макса.

– Ну что тебе не спится? – раздражённо спросила я. – Что ты вскочила ни свет ни заря? На работу опаздываешь, что ли?

– Я сегодня на работу не пойду, возьму больничный. У Толика деньги пропали!

– Какие деньги?

– Доллары, понимаешь, доллары!

– И много?

– Говорит, много. Мы ждём вас на кухне. Толик аж зелёный сидит. Всё пытается выяснить, куда эти проклятые деньги подевались. Мне кажется, его сейчас инфаркт хватит!

– У таких, как твой Толик, инфарктов не бывает. Пить надо меньше, а то не только деньги, но и голову можно потерять. Ладно, сейчас придём, дай хоть одеться.

– Одевайтесь, только побыстрей, – попросила Танька и выбежала из комнаты.

– Доброе утро, дорогой! – улыбнулась я проснувшемуся Максу.

– Доброе утро… – хмуро сказал он. – Насколько я понял, Лена, сейчас начнутся проблемы.

– Ну и что? Мы с тобой ничего не видели, ничего не слышали. А чужие проблемы нас не касаются.

На кухне стояла напряжённая тишина. Толик, понуро опустив голову, сидел за столом. Танька стояла у плиты и варила кофе.

– Когда я ложился спать, в кармане моего пиджака был свёрток с деньгами, а когда я проснулся, его не стало. – Голос Толика не предвещал ничего хорошего.

– Так ты его, наверное, в ресторане потерял, – стараясь казаться спокойной, сказала я. – Оно и понятно – сколько вчера выпили. До сих пор удивляюсь, как мы только до дома доехали… Жалко, конечно, но деньги теперь не найдёшь. Правда, можно позвонить в ресторан и спросить у администратора, передавали ли ему чего, но, думаю, это бесполезно. Только дурак сознается в том, что нашёл свёрток с деньгами. А потом, в ресторанах часто колдуют карманники…

– Ночью свёрток был на месте, – перебил меня Толик.

– Послушай, ты был в таком состоянии, что ты можешь помнить?

– Я всё помню. Я проверил деньги и пошёл в Танькину комнату.

– Да что же это такое творится, – запричитала вконец расстроенная Танька. – Не квартира, а дом ужасов какой-то! Не успели от покойника избавиться, как деньги пропали! Может, их барабашка свистнул? Здесь же все свои!

– Какой, к чёрту, барабашка?! – взорвался Толик. – Что ты мне лапшу на уши вешаешь?! Короче, так. Пока свёрток не найдётся, из квартиры никто не выйдет. Это не шутка, сумма там была приличная.

– Может, прикажешь нам карманы выворачивать? – захлюпала носом Танька. – Лично я у тебя ничего не брала. Да и за Ленку я ручаюсь. Она в жизни ничего чужого не возьмёт. А вот Макс… – Танька на секунду замолчала. – Макс у нас человек новый. Если на то пошло, я его вообще не знаю. Пусть он нам свои карманы и показывает.

– Что это ты такое несёшь, подруга? – возмутилась я. – Ничего он не будет показывать! Он ночью как убитый спал, даже в туалет ни разу не выходил. А вот я холодный душ принимала. Только к твоему пиджаку я не притрагивалась.

– Ужас какой-то, что же нам теперь делать-то? – застонала Танька. – Не мог же этот свёрток сам по себе испариться?! Может, ночью в квартиру воры залезли? А что? Дверь у меня хлипкая. Замки открыть тоже не проблема. Зашли потихоньку и взяли деньги. Нет, я больше в таком кошмаре жить не могу. Здесь же ничего ценного оставить нельзя…

– Хватит нести чушь! – взревел Толик. – Я хочу знать, где мои деньги!

– Послушай, ну что ты к нам прицепился со своими деньгами! – с ненавистью взглянула я на Толика. – Где клал, там и бери. Раз уж посеял в кабаке, то хоть на других не списывай. И вообще, запомни на будущее: раз уж носишь с собой большие деньги, никогда не пей.

В следующий момент произошло то, что повергло меня в состояние шока. Макс вытащил из кармана пистолет и приставил к виску Толика.

– Ты, наверное, имел в виду этот свёрток? – спросил он, выкладывая свёрток с деньгами на стол.

Толик тяжело задышал.

– Ах ты, гнида, хотел мои деньги стащить?