Волчонок Ваня Суслин Дмитрий

Неужели он сможет выстрелить?

– Выстрели в нее! – приказал он капитану, который все еще стоял рядом с ним.

Капитан побледнел. Он получил приказ от вышестоящего начальства выполнять любые требования этого человека.

– Выстрели в нее и уходи, – еще раз приказал Николай.

Капитан послушно вытащил пистолет и выпустил три пули в волчицу. Та с воем опрокинулась на спину, покаталась немного на полу, затем затихла. Капитан встретился взглядом с Николаем и поспешил уйти. Николай остался наблюдать за зверем. Прошло не больше минуты, и волчица зашевелилась. Человек обратил внимание на то, что после выстрелов капитана не было ни капли крови. Наконец волчица поднялась и уставилась пьяным взглядом на Николая. На ее морде появилась злость и ярость. Еще мгновение, и она бросится на металлическую сетку и станет рвать ее. Человек не стал дожидаться этого. Он повернулся и пошел. Он пошел к своей машине. Волчица проводила его тревожным взглядом.

Через минуту он вернулся. В руках у него был длинный сверток. Он стал разворачивать его, и когда развернул, волчица шарахнулась к задней стенке своей темницы. Она узнала ружье.

Николай не стал тянуть. Он быстро зарядил двустволку двумя патронами с серебряными пулями, после чего прицелился и два раза выстрелил. Он очень хорошо стрелял. В каждой глаз зверя попало по пуле. Волчица упала и уже больше не поднималась. Утром пришли люди из краеведческого музея и унесли ее труп.

Золотая волчица огромная редкость. Но в местном музее через месяц посетители увидели ее чучело. И никто из людей не догадывался, что когда-то этот красивый зверь с золотой, словно у льва шкурой, был человеком. Ни друзья, ни родители, ни родственники девушки Оли тоже не знали, что пропавшая дочь, подружка и племянница на самом деле находится так близко от них. Но наверно это и лучше, что они об этом не знают. Вряд ли от такого знания им стало легче.

* * *

Лето было в самом разгаре. Стояла невыносимая жара. Волки разленились и не вылезали из логова. Охотиться уже не было такой необходимости. Да и ни за какие деньги Волк и Волчонок не стали бы сейчас шататься по душному и вонючему городу в поисках пресловутой добычи. В квартире, которую они снимали, было довольно прохладно, особенно в тех комнатах, которые смотрели на север, и друзья блаженствовали. Смотрели до одури телевизор, видик, играли в компьютерные игры, пили прохладительные напитки и купались в ванной. В общем, вели паразитический образ жизни и прожигали деньги. Поездку в Париж они решили отложить на осень, когда спадет туристический бум. Не хотелось привлекать к себе внимание слишком большого количества людей. Главной же причиной того, что они сидели дома, было то, что город, в котором они жили, наконец, обратил на них внимание. В газетах стали появляться их приметы в колонках с происшествиями, и волки поняли, что они нарушили главный волчий закон – на той территории, где живешь, не разбойничай. Поэтому они решили затихариться до поры до времени, и больше в этом городе не охотиться, а со временем переехать в другое место. А до этого они продолжали развлекаться, ходить в рестораны, кинотеатры, а перед ужином на Волгу, где привлекали внимание завсегдатаев пляжа своим спортивным видом.

Подвиги Волчонка Волк воспринял без особой тревоги. Он лишь сделал пару замечаний по поводу его действий и попросил быть осторожней. Волчонок пообещал, но по его хитрым глазам было видно, что он не очень-то собирается следовать этому правилу. Волк решил постараться больше не отпускать его от себя и держать все время в поле своего зрения.

Вроде бы все было хорошо. Так хорошо, что не могло быть и лучше. Жизнь не обещала ничего плохого. Только хорошее. На первый взгляд. На самом же деле Волк все последние дни жил с чувством глубокой тревоги. Он никак не мог забыть тот вой в ночи. Словно это был вой по нему. От этого становилось очень тоскливо и в то же время, он каким-то седьмым чувством понимал, что он ничего изменить не сможет. С каждым днем тревога в душе росла и наконец превратилась в реальное чувство опасности. Эта опасность шла со всех сторон, и невозможно было точно определить, откуда конкретно. Волк внимательно следил за окружающим его миром, но ничего не видел. Впервые он был бессилен перед опасностью. Все, что было до этого лишь щекотало нервы и заставляло быстрее двигаться кровь, но теперь все было совсем по-другому. Все вокруг угнетало и страшило. Волк нервничал. Он старался не показать своего состояния Волчонку, чтобы не напугать его, и это ему удалось, потому что мальчик был более чем беззаботен. Он был счастлив. По настоящему счастлив. Ему ничего не надо от жизни. Он уже все получил. Главное, что он не один, а с Волком. И тот его любит и играет с ним, и учит его охотиться, и никогда ни за что не ругает. Все остальное его не интересует. Так здорово быть волком! Скоро опять будет полнолуние, и они снова будут бежать по лесу или по полю, и от них будет убегать все живое. Здорово! Но так думал Волчонок. Волк же был напуган. Настал день, когда он проснулся и почувствовал, что ужас сковал все его тело. Он так сильно дрожал, что даже разбудил Волчонка.

– Что с тобой, Волк? – испуганно спросил мальчик.

Волк посмотрел на него невидящим взглядом. Облик его уже начал меняться и приближаться к волчьему, но Волчонок этого не замечал. Для него друг оставался самым красивым существом на земле.

– Что с тобой? – еще раз спросил мальчик. – Ты увидел плохой сон?

– Что? – молодой человек сел на постели.

Да, да. Сон. Волк действительно увидел плохой сон. Очень плохой сон. Он увидел ОХОТНИКА. И еще он увидел волчицу. Очень красивую волчицу. С золотой шкурой. Какая шикарная самка. Почему он ни разу не встретил ее в лесу? Но дальше произошло то, от чего ему стало страшно. К золотой волчице подошел ОХОТНИК и убил ее. Волк увидел ее страдающие глаза. Но это были не волчьи глаза. Это были человеческие глаза. Это были очень красивые глаза, и он видел их. Он хорошо знает, кому принадлежали эти глаза. Серые, с маленькими черными точками вокруг зрачков…

Волк вспомнил то, что было несколько недель назад в поезде. Оля! Конечно, эта была она. Но что это все значит? Что значит этот ужасный сон? Волк снова лег. Волчонок прижался к нему горячим телом, и это подействовало несколько успокаивающе. Они всегда спали вдвоем. Волку не удалось убедить мальчика, что это совсем не обязательно. Тот не хотел и слушать о том, что каждый из них должен иметь свою кровать.

– Нет, я буду спать только с тобой, – твердым голосом заявил он, когда они только начали жить вместе. – Один я боюсь. Вдруг я проснусь, а тебя не будет рядом?

Волку пришлось с этим смириться. Впрочем, Ваня спал спокойно, во сне не ворочался, и спать не мешал. Теперь он лежал и вслушивался в мирное дыхание ребенка, который уснул через секунду после случившегося. Ему было тоскливо и хотелось плакать. Впервые после того, как они стали оборотнями, Роману хотелось плакать. Он чувствовал не просто тоску, а такое отчаяние, какого не испытывал никогда в жизни. И еще он чувствовал, что всему приходит конец. Всему. Каков будет этот конец, он не знал. Но что он обязательно будет, Волк был уверен. Он с жалостью смотрел на Волчонка и думал, что будет с ним дальше, когда его Волка не станет? Что он будет делать один в этом большом мире? А может быть и его тоже скоро не будет?..

Нет, Роман не хотел в это поверить. Своя судьба его уже не интересовала. А вот что будет с мальчиком, он ничего не мог придумать, чтобы устроить его судьбу. Так оказалось, что он прожил два слишком десятка лет, но в итоге остался совершенно один. Не было ни одного человека, который мог бы ему помочь. Ни друзей, ни родных. Он, в сущности, такой же сирота, как и Ваня, и тоже никому, кроме себя, не нужен. Вернее, он был не один. У него был Волчонок. Но именно его и надо спасать. Только вот кому? Кому, кроме Романа, нужен этот мальчик, который вовсе и не мальчик, а оборотень? Урод, попросту говоря. Как какой-нибудь монстр из фантастического романа. Ихтиандр. Человек-амфибия. Человек-волк. Волчонок Ваня…

Роман уснул только под утро. Он спал долгим и тревожным сном. Волчонок не стал его будить. Он словно почувствовал, что с его старшим другом творится неладное, и решил его в этот раз не тревожить.

Все стало ясным и простым вечером, когда они вышли поужинать в центральный ресторан. Даже сейчас стояла жара. Вечерней прохладой и не пахло, и в зале было совсем немного народу. Ваню швейцар сначала не хотел пускать, но бумажка с напечатанной на ней крупной суммой решила все проблемы, и молодой человек с мальчиком заняли свой столик в самом углу, там, где особенно густо росли в кадках пальмы. Волк заказал жаркое с кровью, бутылку пепси и прочую снедь. Ужинали не торопясь, старательно пережевывали пищу. Было скучно. Оркестр не появился, и вместо него звучали записи старых прошлогодних шлягеров. В провинциальных городах, пусть даже и очень больших, в ресторанах всегда звучат старые шлягеры.

Внезапно к их столику подошел мужчина и попросил разрешения сесть. Волк увидел его и вздрогнул: так неожиданно подошел этот человек. А ведь он его не видел, хотя несколько раз внимательно осматривал весь зал и всех, кто в нем сидит. Этого он видел в первый раз. Как и когда он вошел в зал, он тоже не видел. Волк внимательно посмотрел на него и подумал, что где-то уже видел этого человека. Он ему не понравился, и Волк недовольным голосом ответил:

– Тут много свободных столов…

– Я хочу с вами поговорить, Роман Сергеевич.

Ответ огорошил Волка. Его уже никто так не называл очень много месяцев. Откуда этот человек знает его имя?

– Вижу, вы не возражаете, – сказал мужчина, отодвинул стул и сел на него.

– Что вам надо и откуда вы знаете, как меня зовут? – сразу же, как только опомнился, спросил Роман.

– Я все о вас знаю. И об этом молодом человеке тоже. – Незнакомец кивнул на мальчика. – А что мне от вас нужно, я вам сейчас скажу.

Он немного помолчал, по очереди, внимательно осматривая то молодого человека, то мальчика. Как ни странно, но оба оборотня растерялись под его строгим изучающим холодным взглядом.

– Я думаю, что мальчик уже поел и вполне может покинуть наше общество, – наконец сказал он. – Ему совсем ни к чему слышать то, что я вам буду говорить. Пусть он пойдет погулять.

– Я никуда не пойду, – заявил Волчонок, но, увидев тоскливый и испуганный взгляд Романа, сразу осекся. Он внимательно посмотрел на обоих мужчин, но не найдя сочувствия ни у одного из них, обиженно вышел из-за столика.

– Подожди меня внизу! – крикнул ему Волк.

Мальчик, который был уже у выхода, угрюмо оглянулся, кивнул и вышел.

– Славный малыш, – заметил мужчина. – А главное послушный… Теперь мы с вами можем поговорить откровенно. Меня зовут Николай. Ваше имя я знаю. Я все о тебе знаю, Волк.

Последнюю фразу Николай сказал, приблизившись к Роману вплотную. Почти к самому лицу. Тот отшатнулся и почувствовал, как у него на голове шевелятся от страха волосы. Волк, наконец, узнал этого человека. Вернее вспомнил, где его видел. Он видел его сегодня ночью. Во сне…

ЭТО БЫЛ ОХОТНИК.

Тот самый человек, который убил золотую волчицу.

Роман рванулся с места. Он хотел бежать.

– Сидеть!

Приказ словно пригвоздил его обратно к месту.

– Боишься? – без всякого торжества или радости в голосе спросил Николай. – Рано боишься. Охота еще не началась. Пока я тебя только выследил.

– Что вам надо? – не своим голосом спросил Роман.

– А ты не догадываешься?

Роман молчал.

– Я должен убить тебя. Тебя и твоего мальчика. Не знаю, кто из вас первым стал этим… Но это не важно. Умрете вы оба. Так нужно. Ты должен понять, что такие, как вы не должны существовать. Вас необходимо уничтожить. А я тот, кто должен это сделать.

Охотник выпалил это все разом. Словно выпустил из себя сжатый воздух. Он смотрел на Волка, и в глазах у него было даже сожаление. Он не хотел убивать. Но не делать этого он не мог.

Волк смотрел на него помутневшими глазами. Он с трудом соображал, что происходит, и что ему говорят. Голос охотника казался ему приглушенным, словно доносился откуда-то из погреба. Слова доходили до его ушей не полностью, и он не всегда улавливал их смысл. Но одно он понял хорошо: его хотят убить. И Волчонка тоже…

– За что? – с трудом ворочая языком, спросил Волк.

– Я же тебе объяснил, – охотник начал раздражаться. Ему был неприятен этот разговор, но он ничего не мог поделать. Предупредить оборотня о том, что он на него охотится, было его обязанностью. – Такие, как вы, не должны существовать на свете. Ты и твой мальчик – угроза для людей.

– Мы угроза? – удивился Волк. – Разве мы причинили кому-нибудь зло?

– А ты думаешь, нет? – охотник горько усмехнулся. – Подумай хорошенько.

– Мы никого не убивали.

– Верю. Но это только пока. Потом вы не сможете уйти от искушения. Зверь, который сидит внутри вас, не позволит этого сделать. Мальчик может еще протянет лет пять, не убивая, а ты нет. Ты очень скоро начнешь убивать.

Волк сидел раздавленный этими словами. И все-таки он не верил тому, что услышал.

– Нет, – сказал он, – пока я не один, пока у меня есть Волчонок, я убивать не буду. Я это знаю.

– Может быть, – согласился охотник. – Но только это неважно. Важно другое. Ты ведь охотишься? Я знаю, что ты охотишься. Волки не могут жить, не охотясь.

– Я не убиваю, – упрямо пробормотал Волк.

Ему так хотелось схватить этого человека за горло и выпустить из него дух! Одним движением. Но он не мог. Впервые он не мог выдержать человеческого взгляда. Он боялся глаз Николая и не мог глядеть в них. И он знал почему. Потому что этот человек знал, кто он такой. И это его знание делало Волка бессильным перед ним.

– Есть кое-что страшнее убийства, – тихо сказал Николай. – И ты уже это сделал…

Волк не понимал его. Николай посмотрел на него и произнес:

– И мозги у тебя уже не так хорошо работают, как раньше. Не правда ли? Если честно признаться хотя бы самому себе. Так всегда бывает с такими, как вы. Когда вы стали волками? Что произошло? Вы гуляли по лесу, да?

Роман усмехнулся и согласно кивнул головой.

– На вас напал волк? Он вас укусил? И когда наступило полнолуние, вы превратились в волков? – Охотник спрашивал, а Волк каждый раз с ним соглашался. – Не правда ли это похоже на бред сумасшедшего?

– Это и есть бред, – сказал Волк. – Вы бредите. Рассказываете мне плохой фильм ужасов и хотите, чтобы я вам поверил.

– Не валяй дурака! – закричал Николай так громко, что на него даже стали оглядываться люди сидевшие в зале. – Кому угодно говори это, только не мне. Я знаю про тебя все и даже больше. Я знаю даже то, чего ты не знаешь. Хочешь, я расскажу тебе историю про девушку, которая дружила с таким парнем, как ты? Слушай. Ее звали Оля. Оля. Очень милая и симпатичная девушка. Она была студентка и однажды летом работала в пионерском лагере…

– Сейчас нет пионерских лагерей, – неожиданно для себя поправил его Роман.

– Неважно. Важно то, что потом она встретила парня, с которым работала в одном отряде, и который уже не был человеком. Но она не знала, что он оборотень. Не знаю, что между ними было. Я даже не знаю, когда и где они встретились. Но и это тоже не важно. После встречи с этим парнем она тоже стала оборотнем. Волчицей. Очень красивой волчицей. У нее была золотая шкура. Я пристрелил ее. Теперь ваша очередь. Иначе на земле появятся еще оборотни. Теперь ты меня понимаешь? Тебе знакома эта девушка? Оля… А может быть, это ты сделал ее волчицей?

Все это Николай сказал быстро и громко, словно боялся, что его речь не дойдет до этого туповатого оборотня. Глаза Романа расширились оттого, что он услышал.

– Оля? – медленно растягивая это короткое слово, произнес он. – Что с ней? Золотая волчица?.. Так это она? Но почему?

И тут он вспомнил, как в ту ночь, когда они… Ну, в общем, он тогда укусил ее за шею. Даже полилась кровь. Такая она была горячая и вкусная.

– Неужели это я?

– Да это ты сделал ее такой. Поэтому ты должен умереть, чтобы этого не повторилось. И твой щенок тоже.

Больше всего Волка поразило то, с каким спокойствием, словно речь шла просто о важном деле, сказал эти слова охотник.

– А в принципе все правильно, – согласился он. – Мы ведь теперь не люди.

Он встал из-за столика и побрел к выходу.

– Охота началась! – догнал его крик охотника. – Я уже спустил собак, и они бегут по следу!

* * *

– Почему мы должны бежать? – спросил Волчонок, когда они с Волком собирали необходимые вещички.

– На нас охотятся, – ответил Волк.

Его страх передался мальчику, и тот стал серьезным и испуганным.

– Это тот мужик, да? Это он на нас охотится? А кто он такой?

– Охотник. Он знает, кто мы такие.

– Ну и что? Разве мы ему мешаем?

Волк был в затруднении. Он не знал, как все объяснить мальчику, потому что был убежден, что тому не следует все знать.

– Он охотник на оборотней. Оказывается, есть и такие.

– Ну конечно, если на свете есть оборотни, то должны быть и охотники на них, – по взрослому рассудил Волчонок. – А что он с нами сделает, когда поймает? Он нас убьет? Но ведь пули нас не берут. Ты сам говорил. Как он сможет нас убить?

– Не знаю.

– А почему он не убил нас там в ресторане?

Волк задумался. Он тоже не мог понять поступка охотника.

Зачем вообще ему понадобился этот разговор?

– Он наверно хочет, чтобы было интересней, – продолжал вслух размышлять мальчик, набивая сумку игрушками. – Он специально спугнул нас, чтобы мы побежали, а он будет нас догонять. А давай сами на него нападем.

Волк вздохнул. Он вспомнил глаза охотника. Серые чистые глаза, которые смотрят так, что не можешь даже рукой пошевелить. Нет, на такого не нападешь.

Уже вечером они покинули свою квартиру. Раньше выйти просто не решились. Волк боялся. Он очень сильно боялся. Он не боялся так никогда в жизни, даже когда однажды в армии ему пришлось находиться под огнем вооруженной банды. Как воры они пробирались по городским улицам. Выбирали самые тенистые и узкие улицы, старались, чтобы их видело как можно меньше людей. Оба были напряжены. Слух, зрение и обоняние работали с удесятеренной силой. Вроде вокруг все было спокойно. Но Волк знал, что охотник рядом, что он просто сохраняет дистанцию, и поэтому они не видят и не чувствуют его. И в этом тоже была их слабость. Волк был уверен, что охотник прекрасно знает, в какую сторону они побегут. Он ведь сказал, что собаки пущены по следу. Как сделать так, чтобы не оставить следов?

Вокзал и аэропорт они решили оставить в стороне, а из города уходить своим ходом. К тому же они давно уже не ходили пешком. Это было только на руку. Уставшие от безделья мышцы, словно сами просили работы, и Волк с Волчонком шли целую ночь, ни разу даже не остановившись на привал. Они шли и весь следующий день и всю ночь быстрым шагом. Усталость дала о себе знать только на третий день. Они были в лесу. Как в нем было хорошо! Но они не обращали внимания на его прелести. Теперь ими владело безраздельно одно чувство и стремление – бегство.

И все-таки Волк сделал привал. Волчонок повалился на землю и сразу засопел носом. Последние несколько часов он буквально спал на ходу. Волк осторожно огляделся кругом, принюхался и, не обнаружив ничего опасного, пристроился рядом с мальчиком.

Они спали четыре часа. Затем оба проснулись и стали собираться в дорогу. Поев взятые с собой съестные припасы, Волк стал что-то искать в земле.

– Что ты ищешь? – спросил его Ваня.

– Пока не знаю.

Наконец он нашел старую барсучью нору и стал рыть ее прямо руками. Когда яма была вырыта достаточно, чтобы в ней можно было спрятать чемодан, Волк закопал в ней полиэтиленовый пакет с деньгами.

– Запомни это место, – сказал он Волчонку, – и пометь его.

Волчонок знал, что значит метить места, чтобы любой зверь знал, что это его, волка, территория, и послушно расстегнул на брюках ширинку.

– Если вдруг ты останешься один, – сказал Волк, когда все было сделано, – а такое может случиться, – тебе нужны будут деньги. Доберешься до этого места и возьмешь их.

– А теперь мы куда?

– Не знаю. Думаю, нам больше не следует жить среди людей.

Мы уедем подальше отсюда. Совсем далеко. Купим дом где-нибудь в лесу, и будем там жить. Надо только найти очень большой лес. Такой, чтобы за неделю из него нельзя было выйти.

Эта мысль очень понравилась мальчику. С Волком он готов был жить где угодно. Он даже закричал:

– Ура! Волк ты гений!

– Штаны застегни, – впервые за последние три дня улыбнулся Волк.

И они снова отправились в путь. Долгий и утомительный. Теперь волки избегали не только людей, но даже старались не задерживаться в человеческих поселениях. Только через неделю они сели в поезд, который шел на восток. Вскоре Поволжье осталось за спиной. Они пересекли Уральские горы, и впереди замаячила Сибирь. Еще два дня протащились в вагоне, после чего вышли на каком-то полустанке. Вокруг был лес. Это был такой лес, какой они никогда и не видели. Он простирался до горизонта и там таял в синей дымке.

Только теперь Волк вздохнул облегченно. Они с мальчиком направились к будке обходчика, чтобы спросить, где поблизости можно найти жилье.

* * *

Когда Николай обнаружил, что волки исчезли из города, он тоже облегченно вздохнул. Ему показалось, что на этом его миссия закончилась. Он был уверен, что оборотни сбежали туда, где нет людей, и поэтому они больше не страшны. Он пошел по волчьим следам, но вскоре потерял их. Все-таки это были оборотни. Значит, он их больше не найдет, и ими должен заниматься уже не он, а другой охотник на оборотней. Это его успокаивало. Он своего волка уже убил. Больше ему убивать не хотелось. В сущности, Николай мог убить оборотней очень быстро, сразу после разговора с ними. Но дело тут обстояло несколько сложней. Однажды, когда он только стал ОХОТНИКОМ, ему пришлось встретиться с оборотнем – тот был тогда в облике человека. Тогда-то Николай и узнал, что он не может стрелять в человека, даже зная, что тот не человек. Он не смог выстрелить, и оборотень ушел и убил еще двух человек. И Николай до сих пор винит себя в этом. Потом он встретился с другим ОХОТНИКОМ, и тот сказал ему, что он тоже не может стрелять в людей.

– Когда я вижу перед собой человека и знаю, что он волк, – сказал ОХОТНИК Николаю, – я не могу глянуть ему в глаза. А как можно спустить курок, когда не видишь его глаз? Нет, Коля, если ты хочешь убить человека, то убивай человека. Но если ты хочешь убить волка, то стреляй в волка. Я, например, в человека выстрелить не могу.

Николай тоже в человека стрелять не мог. Поэтому он не стал ждать, когда золотая волчица превратится в человека, чтобы удостовериться в ее оборотнической сущности. Он поспешил убить зверя, чтобы не мучиться потом образом девушки. Ему вполне хватило и тех глаз, которые он увидел в зеркале, чтобы с криком просыпаться по ночам и дико всматриваться в темноту воспаленными глазами…

Он и так проклинал себя за то, что потом отыскал Олин портрет, чисто ради любопытства, и теперь постоянно видит ее лицо с черно-белой фотографии снятой на паспорт. Тогда Николай провел настоящее расследование, когда узнал, что она пропала. Он был единственным человеком в большом городе, который связал два события – ее пропажу, о которой даже писалось в газетах, и появление и поимка волчицы. В свое время он, пользуясь дружбой с органами правопорядка так тщательно изучил все документы связанные с детским лагерем «Буревестник», что вспомнить, что Роман работал с девушкой в одном отряде, и там же был сбежавший из детдома Ваня Никаншин, ему не составило никакого труда. Он еще внимательнее изучил дело исчезновения Оли и просмотрел до мельчайших деталей все места, которые она посетила за последний месяц. Он сделал единственный вывод: девушка встречалась с Романом или мальчиком и от них схватила ЭТО. Другого быть не могло. И, скорее всего это произошло в поезде, на котором девушка возвращалась из Петербурга. Тут то и потянулась ниточка к Роману и Ване Никаншину, и он смог вычислить, в каком поезде и куда они отправились после встречи с Олей в вагоне. А встреча эта была. Николай был в этом уверен. Следы волков стали отчетливей проявляться перед его мысленным взором. Остальное было делом техники. Он просто проследил путь луны в небе за тот месяц и понял, что волков надо искать в таком-то районе. В том районе был всего один большой город, и Николай отправился туда. Найти и выследить волков было совсем просто. Стояла сильная жара, и охотник знал, что при такой температуре оборотни не охотятся. Они, скорее всего, крутятся возле воды. Николай пошел на городской пляж и быстро нашел на нем тех, кого искал.

Предупредить оборотней, что он охотится на них, Николай решил в тот же день, когда их обнаружил, хотя до полнолуния оставалось почти две с половиной недели. Это было сделано прежде всего из-за мальчика. Он подозревал, что ребенок тоже стал оборотнем, поэтому его и таскает с собой этот парень по имени Роман. Вплоть до этого дня Николай не верил, что такое возможно. Он никогда не слышал, чтобы оборотнями становились дети. Случаи превращения в оборотней вообще невероятно редки: два за последнее десятилетие на все Поволжье. На западе страны несколько чаще, но только в самых больших городах, таких как Москва или Петербург. На всю страну было всего пять охотников на оборотней, чьей святой обязанностью было выслеживать их и беспощадно уничтожать. Так ведется испокон веков. И никто об этом не знает, кроме них самих. И никогда ни от кого, Николай не слыхал про оборотней детей. И как поступить в этом случае он просто не знал. С одной стороны он должен был убить и Волка и Волчонка, оставив в кармане жалость. С другой стороны у него был сын такого же возраста, как и Ваня и очень на него похожий… Неужели он сможет выстрелить в этого мальчика, даже если тот будет в шкуре волка? Господи, и как же он в нее попал то? Разве такое возможно? Николай, как никто знал, что такое возможно. Цепь совпадений и случайностей, неправильное поведение при встрече с волком, который вовсе и не волк, может быть всего одно неверное движение, и эти двое стали оборотнями. В то, что мальчика оборотнем сделал взрослый, Николай не верил, а после встречи с Романом он убедился в этом окончательно.

Он предупредил волков о своем существовании и о своей цели специально для того, чтобы спугнуть их и заставить покинуть его территорию. Если бы они этого не сделали, он бы начал охоту и тогда бы ему уже не пришлось выбирать между долгом и жалостью, но они скрылись, и это облегчало его задачу. Охотник оставался с чистой совестью, а этих двоих пусть разыскивает его коллега за Уралом. Он позвонит ему и предупредит, что гонит на него двух оборотней. И тогда ему не придется самому стрелять в мальчика. В волчонка.

Таким образом, успокоив совесть, Николай вернулся домой, предварительно позвонив уральскому охотнику, и несколько дней прожил спокойно. Но потом к нему пришел охотник с северо-запада. Его звали Артур.

– Ты что же это, Николай? – сказал он. – Почему ты их выпустил? Где их теперь прикажешь искать?

Николай молчал. Он не знал, что должен был говорить этому невысокому человеку с поседевшей бородой. А тот смотрел на Николая выжидающе, и его чистые светлые глаза пронизывали того словно рентгеновские лучи.

– Ты забыл, – наконец сказал он, – что убить сразу двух оборотней может только тот, кто их увидел первым.

– Я не видел их в волчьем обличье, – попытался возразить поволжский охотник.

– Ты разговаривал с ними. Этого достаточно. Ты выдал им себя, а после этого свалил все на Ивана Андреевича. Ты же знаешь, что старик совсем сдал за последнее время. Он не справится сразу с двумя. Они прикончат его. Так что решай, что ты будешь делать дальше.

– У меня есть время?

– Ты прекрасно знаешь, что нет. У тебя три полнолуния. Если ты не убьешь хотя бы одного из них, то уже ни один ОХОТНИК не сможет убить оборотня. Ты представляешь, что тогда будет? Или ты забыл ту девушку?

– Нет, я ее никогда не забуду.

– Тогда наш с тобой разговор закончен.

– Я все решил. Ты не поможешь мне?

– Нет, Коля. Не могу. У меня в Питере стая. Пять волков. Двоих я уже… Осталось трое. Они тоже знают, что я охочусь за ними.

В этот же вечер Николай сел в поезд, который шел за Урал. Перед ним стояла трудная задача: найти и пристрелить двух оборотней. До сих пор он имел дело только с одиночками. Все что ему сказал Артур, было правдой, и он все это тоже прекрасно знал, просто он позволил себе забыться. Отрезвление пришло очень скоро. Охотник не имеет права на жалость.

Приехав в Екатеринбург, он первым делом пришел к Ивану Андреевичу. Тот встретил его в постели. Старик жил совершенно один в маленькой однокомнатной квартирке. Когда-то у него была жена, и до сих пор хозяйство в квартире велось по ее правилам. Все было чисто и аккуратно прибрано. Впрочем, особенного здесь ничего и не было. Немного старой мебели, как у всех одиноких пенсионеров, много цветов на окнах и повсюду охотничьи трофеи. Иван Андреевич был знатный охотник. Но это было раньше. Теперь только чучела животных напоминали об опасной жизни Ивана Андреевича. Николай посмотрел на него, с трудом передвигающего тяжелые старческие ноги и подумал, что старик и впрямь неспособен на то дело, которое он на него по малодушию возложил. Уральский охотник посмотрел на Николая и, прокашлявшись, сказал:

– Их здесь нет, Коля.

Волжанин сразу понял, кого он имеет в виду. Сообщение так поразило его, что Николай вздрогнул.

– Как так нет?

– Я все проверил. Их здесь нет.

Это было неожиданным известием. Николай был уверен, что волки за Уралом. Неужели он ошибся?

– Но они здесь были, – успокоил его Иван Андреевич. – Четыре дня у меня болели ноги. Они проезжали Урал.

– Четыре дня?

– Да.

– Значит они теперь в Сибири?

– Да. Ищи их там, где тайга встречается с лесом.

Николай был озабочен.

– Это значит, что они теперь с волками?

– Да. К ним теперь просто так не подберешься. Ты говорил, что один оборотень ребенок?

– Да. Мальчик лет десяти-одиннадцати. Ваней зовут.

– Волчонок Ваня, – пробормотал старик. Он с трудом еще раз после того, как открыл Николаю дверь, встал с постели. – Я никогда не слышал про подобные случаи. Ты будь с ним осторожнее, Коля. Мы хорошо знаем повадки взрослых зверей, но про детенышей нам ничего не известно. Тебе надо было убить их людьми.

Иван Андреевич был единственным из пяти охотников, который мог убивать оборотней, когда те находились в человеческом облике. Николай нечего ему не сказал. Старик между тем вытащил из книжного шкафа карту и стал ее рассматривать.

– Они где-то здесь, между Томском и Красноярском, – ткнул он в одну точку. – А вот здесь живет мой товарищ по службе Кириллов Алеша. Ты его найди. Он тоже охотник. Не такой конечно как мы, но волков стреляет. Пригласи его на охоту. На стаю. Ты будешь не один. В стае найдешь этих двоих и… Только смотри, чтобы никто кроме тебя не приближался к ним. Гоните волков в степь, а там с вертолета. Но ты будь на земле.

Долго еще Иван Андреевич давал различные советы Николаю. Тот мрачно его слушал и запоминал. Все-таки старик был самым опытным охотником из них всех. Жаль, что недолго ему осталось. И жаль, что он может помочь теперь только словами. Ну что ж, и на этом спасибо.

* * *

Прошел целый месяц, как Волк и Волчонок жили в тайге. Они нашли небольшой рубленый домик и купили его у старого лесника, который прекращал работать, уезжал в город к дочери и выходил на пенсию. Его сменщик не пожелал селиться в допотопном жилище, которое было построено наверно еще при царе Горохе, и срубил себе новую избу совершенно в другом квадрате, да к тому же очень далеко от этого места. Одно только не нравилось Роману. Он хотел жить в самой глуши, как можно подальше от людей, чтобы до них нельзя было добраться и за неделю, но вышло так, что не получилось в самой глуши. Сторожка лесника оказалась почти на самом краю леса. Через десять километров тайга кончалась, и начинались казахские степи. Но самое главное, что рядом не было людей.

Молодой человек и мальчик с энтузиазмом принялись устраиваться на новом месте. Жизнь Робинзонов на этом острове в море лесов и степей привлекала их, как оказалось, куда больше чем городские джунгли, наполненные механическим животными и тесными квартирами. Здесь в их распоряжении была вся тайга с ее непроходимыми зарослями, мириадами комаров, которые были им не страшны, потому что не могли прокусить их толстую и крепкую кожу, зверями и птицами. Они как-то сразу почувствовали себя королями в этих местах. Точно так же наверно чувствовал себя в джунглях Африки Тарзан, человек-обезьяна. Они были волками и в первое же полнолуние обежали все подвластные им окрестности и пометили границы своей территории.

На четвертый день своей жизни в волчьей шкуре они повстречали настоящих волков. Это было огромным событием, которое буквально перевернуло всю их жизнь. Они наткнулись на волков на невысоком холмике, когда те, собравшись в кольцо, выли на луну. Чужаков они встретили без злобы или агрессии и спокойно пропустили их в свой круг. На то, что один из них был всего лишь маленьким по волчьим понятиям волчонком, они тоже не обратили внимания. Они всласть навылись на луну, потом волки долго играли друг с другом. Игра их заключалась в том, что они выбирали среди собратьев одного волка и назначали его на роль добычи, а потом долго ловили его по лесу. Тот кто бежал первым бросался на добычу и вцеплялся ему в загривок. Со стороны казалось, что тот, в загривок которого вцеплялись острые волчьи зубы, сейчас упадет замертво, но на самом деле ему даже не было больно. Это самая любимая и безобидная волчья игра. Волчонок тоже бежал вместе со всеми и один раз даже прыгнул на «беглеца», но промахнулся и жалобно заскулил, но Волк ткнул его носом, и тот снова побежал за играющими волками.

Оборотни впервые почувствовали себя по-настоящему счастливыми и сильными. Волки приняли их в свою среду. Волк даже присмотрел среди них симпатичную самку с серебристой шкурой. Волчице тоже приглянулся огромный черный самец, который был крупней и сильней самого большого местного волка. Он подошел к ней и внимательно ее обнюхал. У него был очень приятный запах. Он притягивал к себе, и волчица лизнула Волка в нос. Но тут перед ней вырос Волчонок. Он весь трясся от ярости и грозно рычал. Волчица удивлено посмотрела на Волчонка. Детеныш наскочил на нее еще раз. Он уже не рычал. Он просто захлебывался в рыкающих звуках. Волчица сначала отступила на один шаг, затем ее лапа мелькнула в воздухе, и Волчонок с визгом отлетел в сторону. Волк подошел к нему и, лизнув его в нос, утешил. Тот стал ему жаловаться на обидчицу. А волчица, увидев, что про нее забыли, возмущенно фыркнула и отошла прочь.

Когда они вновь превратились в людей, то на следующий день к их дому пришел один волк. Он молча делал круги вокруг сторожки, а когда видел людей, то старался скрыться среди деревьев. Наконец Волчонок не выдержал и без всякого страха побежал к зверю. Роман не успел ничего крикнуть, как тот уже сидел верхом на волке и трепал его за уши. Волк недовольно ворчал, но терпел. Когда к нему подошел Роман, тот стал лизать ему руки и заглядывать в глаза. Роман не выдержал и в свою очередь стал гладить зверя по спине и по бокам. Волчонок радостно прыгал на спине волка, словно тот был его лошадью.

– Правда ведь здорово, Волк? – мальчик просто сиял от счастья. – Это ведь за ним мы гнались ночью?

– За ним.

Послышался треск. Люди оглянулись и увидели, что к ним подходят еще три волка. Одна из них была та самая волчица, которая приставала к Роману ночью. Увидев ее, Волчонок запыхтел от негодования, но волчица, словно поняла, что он на нее сердит, подбежала к мальчику и стала перед ним кататься по земле и жалобно поскуливать.

– Смотри, Волк, она просит прощения! – Волчонок рассмеялся.

– Простим ее?

– Простим.

Ваня слез с волка, на котором сидел, и подошел к волчице. Та восторженно склонила перед ним голову и заурчала от удовольствия, когда мальчик стал трепать ее за ушами.

С этого дня Ваня целые дни проводил с волками. Роману было некогда. Молодой человек поручил ребенка заботам новых друзей, а сам уже не так много времени проводил с мальчиком. Он был занят хозяйством. Это было для него трудным и необычным делом. Он запасал дрова на зиму, крыл крышу и делал множество других подобных и неотложных дел. Ваня когда мог, помогал ему, но чаще слонялся по лесу со своими хищными друзьями, посещал их жилища, в которых на днях как раз появились волчата, которые мотали слабыми головками со слепыми глазками и жалобно попискивали, когда мальчик гладил их. Родители малышей с любовью смотрели на своих детей и позволяли мальчику делать с ними что угодно. Тот не злоупотреблял их доверием и нянчился с щенками не хуже родной матери.

Так проходили дни и недели. Казалось, ни что не может нарушить покой двух отшельников, которые добровольно покинули человеческое общество и сменили его на лесную глушь, где их товарищами могли быть только дикие звери. Но этот мир куда более подходил двум оборотням, которых уже почти ничего не связывало с людьми. Они уже начали забывать ту жизнь, которую они вели прежде. Перед ними был лес с его огромными пространствами, нехожеными тропами, непроходимыми зарослями. Если бежать целую ночь на юго-запад, то можно было добежать до степи. Это тоже прекрасное место. Оно прекрасно тем, что можно бежать, не останавливаясь, и не видеть перед собой никаких препятствий, кроме невысоких холмов или крутых и обрывистых скал. Но на них так здорово забегать на полной скорости, а потом так же стремительно прыгать или сбегать вниз. А рядом такие же существа, как и они. Волки. Самые верные и преданные товарищи. Они никогда не предадут. Они всегда будут с тобой – охотишься ли ты, или охотятся на тебя. Серые братья.

Волки стали не просто друзьями, такими например, как собаки. Они стали еще и же преданными слугами. В тот день, когда они впервые пришли к Волку и Волчонку, мальчик обнаружил, что может повелевать ими. Не надо было никаких слов, волки не понимали их. Нужно было просто посмотреть волку в глаза и мысленно его попросить о чем-нибудь. Волк обязательно это сделает, если это конечно будет в его возможности. Это было великое открытие. Они стали повелителями волков. В это время года, когда волки выводят волчат, они никогда не собираются в стаю. Но эти волки нарушили вековое правило леса и хотя бы раз в день обязательно собирались вместе и приходили к дому. И это ради Волка и Волчонка. А тот волк, который самым первым пришел к людям, и которого Волчонок назвал Акелой, хотя тот совсем не был вожаком, а напротив был совсем молодым и обреченным на вечную холостую жизнь волком, просто не покидал мальчика ни на час, превратившись чуть ли не в его верную собаку. Вернее в верного волка. Он стал приносить людям добытых им зверей. Увидев это, также стали поступать и остальные. Потом пришли еще три незнакомых зверя и тоже присоединились к стае.

Пришло время, когда Роман и Ваня еще раз превратились в волков. Теперь они жили в стае. Охотились сообща и наслаждались обществом хищников. Своим присутствием оборотни нарушили размеренную и определенную природой жизнь волков, и те вместо того, чтобы растить свое народившееся потомство и жить парами, охотились стаей. К счастью для лесных жителей, только в те дни, когда светила полная луна.

Вернувшись в человеческое обличье, и Роман и Ваня уже совсем перестали воспринимать свою старую оболочку. Волк еще держался и не хотел забывать о том, что он человек. Он упорно не общался с волками и занимался домом. По-прежнему носил одежду и ел приготовленную на огне пищу. Это было трудно. Он с каждым днем все больше боялся огня. Но Роман перебарывал себя. А вот с Волчонком все обстояло иначе, и его старший друг ничего с этим не мог поделать. Мальчик совсем одичал. Общение с волками ускорило процесс отторжения его от людей. Волчонок почти перестал бывать в доме. Он целыми днями бродил с Акелой по лесу, где они вдвоем выслеживали добычу. Человеческая одежда уже начала стеснять его и мешать движениям, поэтому втайне от Романа мальчик часто сбрасывал с себя все и бегал нагишом, одеваясь только перед тем, как вернуться домой. Он сильно оброс и стал похож на настоящего дикаря. Впрочем, он таковым уже был. Однажды они с Акелой поймали зайца, причем схватил его Волчонок. Акела выгнал косого прямо на мальчика, и тот, выскочив бедняге наперерез, нагнал его и на полной скорости схватил прямо за прижатые к голове уши. Волчонок испустил на весь лес победный крик и тут же освободил зайца от шкуры и разорвал его на части. После этого они с Акелой съели его тут же на месте. Только когда мальчик вытер руками кровавый рот, он вспомнил, что Роман ему запрещает есть сырое мясо. Мальчику стало стыдно. Но не надолго. Ледяная вода лесного озера, которое лежало в пятнадцати километрах от волчьего логова, и до которого мальчик и волк добежали меньше чем за час, смыла уже засохшую кровь с его тела и темные тревожные пятна с его совести.

Вечером Ваня все-таки рассказал Роману, что произошло. Тот не стал его ругать, но еще раз попросил мальчика впредь воздерживаться от сырого мяса. Волчонок пообещал и держался целых пять дней. Но на шестой ему в руки попалась крупная сова, и он не выдержал. Забыв обо всем, мальчик растерзал несчастную птицу, ощипал ее и… В этот раз он решил ничего не говорить Роману, но тот догадался сам, когда за ужином мальчик не смог проглотить ни одного куска вареного мяса.

«Это уже не остановишь», – подумал Волк и ничего не сказал ребенку. Он сделал вид, что ни о чем не догадывается. К тому же ему очень не хотелось портить Волчонку настроение. Тот выглядел таким счастливым. Он с упоением рассказывал Волку о своих приключениях, о новых местах, в которых побывал и многое другое. Ему принадлежал весь мир, и поэтому он был счастлив. Главным же его счастьем было то, что он не задумывался о том, кто он теперь. Он воспринимал это как должное. Его нисколько не интересовало, что будет потом. Его интересовало только то, что будет завтра, какие новые события будут его ждать за дверью маленькой избушки, и что нового он узнает про лес и его обитателей.

С Романом же было все наоборот. Чем более был беззаботен Волчонок, тем более тревожился и тосковал Волк. Он не мог так легко, как ребенок воспринимать жизнь. Он не мог признать страшную действительность и смириться с нею. Для этого надо было слишком многое забыть. А Волк не мог забыть прежнюю жизнь, а в последнее время его мозги то ли от чистого лесного воздуха, то ли по какой другой причине, прояснились, и Волк словно кинофильм просматривал всю свою прежнюю жизнь с того момента, как начал себя помнить до последних месяцев. Но если события давности не волновали его, то последние годы причиняли невыносимую боль. И особенно страшился он двух человек, которые всплывали в его воспоминаниях чаще остальных. Это были Оля и Охотник. Глаза той и другого пугали его и заставляли просыпаться по ночам, а днем ему казалось, что они наблюдают за ним из леса. Волк начал бояться леса, хотя больше всего на свете ему хотелось стать таким же, как Волчонок, убежать в самую глухую чащу снять с себя штаны и рубашку и бегать, бегать, бегать.

Но он был Волком, а не Волчонком и стать другим не мог. И это было ужасно. Только дни полнолуния приносили ему облегчение. Только в шкуре зверя он не чувствовал себя несчастным. Когда в последний раз он снова стал человеком, то испытал настоящее разочарование и подумал о том, что лучше бы ему навсегда остаться волком и подобно Акеле бродить с Ваней по земле на четырех лапах а не на двух ногах.

Через три с половиной недели он почувствовал опасность. Это открытие застало его днем, когда он полез чистить колодец. Защемило в груди сердце. Не сильно, совсем слегка. Опасность была еще далека. НО ОНА БЫЛА.

Волку захотелось позвать Волчонка, но того не было. Мальчик был очень далеко. Волк знал, что он далеко. Следы мальчика вели на север. И В ТОЙ ЖЕ СТОРОНЕ БЫЛА ОПАСНОСТЬ.

* * *

Волчонок ушел из дома очень рано, почти с рассветом. Утро было холодным, так как уже наступила осень, и дули довольно холодные ветра. Мальчик поежился, потом потянулся. Одежду он уже не снимал, потому что, не смотря на свою нечувствительную кожу, все-таки мерз и сильно завидовал своему другу волку, у которого была шикарная и теплая шкура с густым и плотным мехом. Акела его уже ждал. В этот раз они ушли так далеко, как еще ни разу не уходили, когда мальчик не был волком. Но охота не удалась. Они никого не выследили и не поймали. Звери попрятались так глубоко, что два хищника без толку проплутали восемь часов и сильно притомились. Вернее утомился Волчонок. Акела был еще полон сил и энергии. Он готов был бежать еще неделю. Волчонок даже ему еще раз позавидовал. Почему он уже так долго волк, а еще не научился быть таким выносливым и неутомимым, как Акела или Волк? Возвращаться домой не хотелось. Мальчик сел на волка верхом и стал с ним играть в Ивана-царевича. Он велел ему везти себя на поиски Елены Прекрасной, и они понеслись. Изредка Волчонок позволял себе такие забавы, а Акела был таким же послушным исполнителем его капризов, как и Роман.

На одной затопленной сентябрьским солнцем поляне они сделали привал.

– Давай, теперь ты будешь собакой, а я твоим пограничником, – предложил Волчонок своему другу. – А эта поляна будет нашей территорией. Тут граница…

Это была их самая любимая игра. Обходить окрестности в поисках чужаков. Они стали красться и ползти по земле, прячась в густой высокой траве. Они уже вволю наигрались и наборолись друг с другом, когда по очереди каждый из них изображал нарушителя границы, и уже собирались уходить, когда на них вдруг обрушился страшный грохот. Он испугал их. Непонятно было, откуда он шел. Казалось, что он отовсюду. Этот шум просто прижал их к земле. Волчонок первым сообразил, что грохот идет сверху. И он же увидал вертолет, который летел на низкой высоте прямо на них. Он вынырнул из-за деревьев и стал кружить над поляной. Друзья к счастью были почти у леса. Волчонок дал Акеле мысленную команду пробираться под деревья, и они поползли. Несколько секунд, и они спрятались в кустах под густыми елями. Притаились, словно две мышки и стали внимательно наблюдать за происходящим. Обоим было очень любопытно. Никто из них еще не чувствовал ничего плохого. Пока было только чистое любопытство. Особенно заинтересовался Волчонок. Он не дал порывавшемуся сбежать волку, скрыться, хотя тот умирал от страха, а заставил его оставаться на месте. Сам же он спрятался за ним, обеими руками вцепившись в густую волчью шкуру. Он был уверен, что люди его не заметят, потому что очень давно не купался и не мыл лицо, и оно стало, чуть не землистого цвета, да к тому же, когда они ползали по поляне, он весь испачкался соком трав. Маскировка лучше не придумаешь. Только блестевшие от любопытства глазенки могли его выдать. Волчонок еще так и не научился скрывать сверкание своих глаз. Да и как тут не сверкать глазами, когда можно здорово поохотиться? Или хотя бы просто поиграть в охоту.

Примяв траву и сделав ее похожую на разволновавшуюся поверхность моря, вертолет опустился не поляну. Он сел в самом ее центре. Это был простой гражданский вертолет, но из него почему-то вылезли три человека в военной форме. Когда, наконец, затих двигатель, два друга услыхали совсем другие звуки. Звуки, которые им совсем не понравились.

Они услыхали лай собак.

Акела вздрогнул. Волчонок тоже испугался. Он никогда еще не имел дело с собаками. Конечно, нельзя сказать, что он вообще не встречал на своем пути собак. Наоборот. Он часто встречался с ними, когда они с Романом жили в городах. Мальчик даже любил встретить на своем пути собаку и смотреть на то, какой ужас ее охватывал при этом. Даже самые здоровые овчарки или доги, поджав хвосты, шарахались от него в сторону и скулили от страха, пряча при этом глаза. Волчонок испытывал в такие мгновения истинное наслаждение и с гордостью смотрел на удивленных хозяев напуганных им до полусмерти собак. Но сейчас было что-то другое. Собаки вели себя странно. Они совершенно не боялись. Играть в охоту сразу расхотелось. Захотелось убежать от их уверенного и грозного лая. Собаки были с людьми. С людьми, у которых есть ружья, и поэтому они ничего не боялись и чувствовали себя хозяевами леса. Их лай оглушал и заставлял прижиматься к земле. Он не давал возможности, как следует подумать и принять правильное решение. Волчонок не знал, что ему надо делать. Он хотел бежать, но не мог сдвинуться с места. Мысль, что на него охотятся, словно парализовала мальчика.

А люди между тем продолжали стоять на поляне и что-то спокойно обсуждали между собой. Волчонок напряг слух и без труда услышал весь разговор. Ветер дул в его сторону, и все звуки и запахи достигали его ушей и носа. Однако ребенок ничего не понимал из того, что они говорили. Разговор их был обыденным, и что они собирались делать, из него не было ясно. Собаки, их было две, тоже успокоились и уже не лаяли, а просто крутились около людей и нюхали землю. Хорошо, что они были на поводках, а в том месте, где сел вертолет, Волчонок и Акела побывали только один раз, и теперь мальчик внимательно смотрел, не нападут ли псы на их след.

Мужчины, наконец, прекратили разговор и разошлись в разные стороны. Двое с собаками пошли – один влево от того места, где были мальчик и волк, другой вправо. Но зато третий пошел прямо на них. Волчонок открыл от изумления рот, потому что узнал этого человека. Это был тот самый мужик, который подошел к ним, когда они с Романом, сидели в ресторане.

ЭТО БЫЛ ОХОТНИК.

Холодок страха пробежал по спине Волчонка. Он захотел заскулить и поползти прямо к нему. Но это чувство охватило его лишь на секунду. Он быстро пришел в себя, и страх куда-то улетучился.

– Нам надо уходить, – шепнул он в ухо волку, забыв, что может командовать зверем мысленно.

Но волк его понял. Они стали осторожно, как это умеют только хищники, отползать назад. Через двадцать шагов они смогли подняться на ноги, не опасаясь, что человек их увидит. Они слышали его спокойные и уверенные шаги и устремились прочь от них. Волчонок захотел побежать домой к Волку, чтобы все ему рассказать, и найти у него защиту, Но оказалось, что сделать это было не так то просто. Прячась от людей, они оказались на противоположной от дома стороне, и теперь их отделяла от родного логова поляна, на которой были люди и собаки. Они были отрезаны от дома. Был только один выход из создавшегося положения. Обход. Это было сложно. Во-первых, поляна была очень длинная, и чтобы обежать ее, нужно было сделать огромный крюк. Во-вторых, там тоже были охотники, да еще и с собаками. Те двое, которые разошлись по сторонам. Они были не менее, а может даже и более опасными, чем этот. Хотя этот все же опасней. Он идет прямо за ними, словно и без собаки взял нужный ему след. В том, что этот человек охотится именно на него, Волчонок был уверен. Он хорошо помнил тот страх, который был на лице Романа, и то, как они спешно бежали через всю страну. Значит, он их все равно выследил. Так зачем же они тогда от него убегали?

На то, чтобы рассуждать и раздумывать, не было времени. Рядом жался к его ногам Акела. Его жалобный взгляд молил быстрее принять решение и действовать, а не стоять на месте и чего-то дожидаться. Волчонок решился. Они побежали вправо, там обход был короче, и охотник совсем молодой, которого в случае чего может, удастся обмануть. Бежали изо всех сил, но ни один сучок, ни одна ветка не хрустнула под их ногами и лапами. Если бы они знали, что ОХОТНИК был с прибором, который пеленгует все, что движется в радиусе двух километров, то сердца бы их наполнились отчаянием. Но они этого не знали и продолжали бежать без особого страха и, стараясь беречь силы. Волчонок бежал рядом с волком и был от него так близко, что его бедра касались волчьих боков. И он не знал, что это очень скоро спасет ему жизнь, потому что Николай видел на своем приборе только одну точку, которая стремительно уходила из зоны его пеленга. Он оживился и выстрелил в воздух. Это был сигнал. И его приняли.

Как не быстр и хитер был Волчонок, кольцо вокруг него стремительно сужалось. Он не знал, что его окружают, но когда впереди и слева раздался собачий лай, они с Акелой заметались среди деревьев, в ужасе ожидая смерти. Людские голоса, лай собак и топот шагов приближались с каждой секундой. В последнее мгновение Волчонок заметил молодой кедр и стал на него карабкаться. Он ободрал руки, порвал штаны, но все-таки добрался до кроны, сел на ветку и стал делать отчаянные попытки дать мысленное приказание волку бежать отсюда как можно подальше.

– Беги, Акела, беги! – громко шептал он серому брату, но тот не слышал его, а с волнением бегал вокруг дерева и смотрел на мальчика тоскливыми глазами.

Волчонок почувствовал на своем лице слезы. Как давно он не плакал.

Выскочили два пса и стали прыгать около ощетинившегося волка. Напасть на него они не смели, но и уйти не давали.

– Поймали! – послышался крик.

Выскочили два человека и вскинули ружья. Акела увидел их и прижался к земле словно готовился к последнему в своей жизни прыжку. Но прыгнуть он не успел. Два выстрела слились в один, и волк перевернулся от боли на спину. Он стал кататься по земле, и тут на него с остервенением накинулись собаки. Они стали вгрызаться в уже поверженного хищника с яростью и злобным рычанием, словно мстили за свое недавнее унижение, когда они не смели напасть на него без помощи человека.

Сжав кулаки, сидел на ветке кедра Волчонок и пытался сдержать рвущиеся наружу рыдания.

Охотники оттащили от Акелы собак. Волк был мертв.

К нему подошел Николай и внимательно его осмотрел.

– Точно, они тут, – сказал он и снял с шеи животного белую ленточку, которую тому привязал Ваня, когда хотел сделать другу подарок.

– Ты это о чем, Колян? – спросил его один из охотников.

– Да так, – уклонился от ответа волжанин.

Сибиряки – народ неразговорчивый и приставать не стали. Они привязали мертвого волка к длинному шесту и поволокли его к вертолету. Николай остался осмотреть окрестности. Он внимательно оглядел место убийства, но ничего подозрительного не нашел. Что-то ему говорило, что оборотни рядом, но до конца он своему чувству не верил. Да и встречаться сейчас с ними ему было совсем неохота.

С дерева за ним внимательно наблюдал Волчонок. Он смотрел на врага ненавидящими глазами, и, если бы тот почувствовал этот его взгляд, мальчику сейчас же пришел бы конец. Но тот ничего не почувствовал. Слезы мешали Волчонку смотреть. Он дрожал и не мог успокоиться. Хорошо, что ветка, на которой он сидел, была толстой и крепкой, не то бы она выдала его присутствие.

За мальчика смерть принял невинный Акела. Милый добрый волк, который первым пришел к мальчику и стал его другом. Была секунда, когда Волчонок был готов броситься на человека, чтобы отомстить за друга. Он не смог разжать рук, вцепившихся в дерево, и поэтому остался на месте. Ему оставалось только ждать. Ждать, когда этот страшный человек уйдет.