Дублин Резерфорд Эдвард
— Я графиня Кейтлин Бирн. А вы, сэр?..
— Прошу прощения. Капитан Бадж.
— Бадж? — Лицо Кейтлин вспыхнуло радостью, как будто она всю жизнь только и делала, что ждала этой встречи. — Вы не родня миссис Бадж из Ратконана? Ой, наверняка родня!
— Да, она моя тетя. — Манеры офицера изменились, слегка смягчившись.
— Я ничем не могу вам помочь с этим беглецом, капитан Бадж, но надеюсь, вы немного задержитесь и выпьете со мной чая. — Она посмотрела на его солдат. — Я знакома с семьей капитана, — объяснила она им без всякой на то необходимости, сияя улыбкой. — Прошу, садитесь. Я велю подать чай.
— О, я действительно не могу задерживаться, — сказал Бадж.
— Ваша тетя — изумительный человек. Вы, конечно, знаете, что она утверждает, будто в следующей жизни вернется в Ратконан в теле птицы? Вам не кажется, что это прекрасно? — (Бадж явно смутился.) — Говорят, она до сих пор носит все тот же тюрбан и ни разу не снимала его за тридцать лет! — продолжала радостно болтать Кейтлин. — И вы, конечно, видели у нее фотографию скульптур голых индийских танцоров, правда?
К этому моменту Бадж уже стал пунцовым. А его солдатам явно хотелось услышать что-нибудь еще.
— Капитан, а вы тоже верите в переселение душ? — спросила Кейтлин.
— Конечно нет! Я принадлежу к Англиканской церкви. А она просто эксцентричная старая леди. Ну, нам нужно идти.
— А мне бы так хотелось, чтобы вы задержались чуть-чуть! — задумчиво произнесла Кейтлин.
Но небольшой отряд Черно-рыжих уже выходил из комнаты. Когда входная дверь захлопнулась за ними, наступила долгая пауза. А потом из-за шторы послышался голос Вилли:
— Если бы я рассмеялся, мне бы пришел конец.
— Ну наверное, — откликнулась Кейтлин. — Тебе лучше пока оставаться в доме.
Тем вечером после ужина они сидели в гостиной, где шторы были тщательно задернуты, и Кейтлин вдруг поймала себя на том, что очень внимательно изучает взглядом Вилли. Он стал красивым мужчиной. И был способен на сердечность, но Кейтлин чувствовала, что до отца ему далеко. Ну, подумала она, он тем не менее доказал свою правоту во многих вещах. И если все это сделало его холодным, значит такова судьба.
Вилли посмотрел на нее.
— У тебя когда-нибудь был возлюбленный? — спросил он.
— Нет. — Кейтлин помолчала. — Зато, полагаю, в твоей жизни было много женщин.
— Ну, несколько. Конечно. — Вилли кивнул, потом улыбнулся. — А тебе не кажется, что пора?
— Да, — согласилась Кейтлин. — Думаю.
И вправду, время пришло. И Вилли, подумала Кейтлин, ничуть не хуже всех остальных.
Он прятался в ее доме десять дней.
Пусть их роман не имел продолжения, это не особо задело Кейтлин. Наверное, она сразу знала, что так будет. Вилли должен был снова отправиться в Америку.
А Кейтлин радовалась тому, что больше не принимает участия в борьбе, поскольку это был бы слишком болезненный выбор. Год спустя представители «Шинн Фейн», в числе которых был и сам беспощадный Коллинз, подписали с Британией весьма несовершенный договор, обещавший покончить с конфликтом. Ирландия становилась свободным штатом, доминионом Британской империи, как Канада. Шесть северных графств объединились под властью протестантов, и подавление католиков там продолжалось. Даже с границами не было ясности. И Кейтлин вполне понимала, почему де Валера отказался иметь с этим дело.
Но сама она, как и большинство ирландского народа, вполне могла жить даже и при несовершенном устройстве, и пусть это продолжалось бы если и не вечно, то хотя бы с поколение. И когда де Валера и его последователи затеяли новый конфликт, теперь уже восстав против собственных прежних коллег, Кейтлин поняла, что спрашивает себя: не почему это происходит, а когда это закончится? Гражданская война полна странностей. Коллинз, зачинщик Ирландского революционного братства, теперь защищал компромиссный договор, и довольно жестоко, выступал против новой революционной армии, называемой незаконной. Старые товарищи по оружию убивали друг друга. Коллинз был убит наемником до того, как все утихло. Странно, но большинство женщин, вместе с которыми Кейтлин тренировалась в «Куманн на мБан», предпочли встать на сторону де Валеры. Даже добрая, веселая Рита. Но Кейтлин не могла идти таким путем. И когда в 1923 году конфликт наконец сошел на нет, Кейтлин с облегчением думала, что свободный штат Ирландия, как бы ни было несовершенно все это в законе, сможет теперь жить в мире.
Лишь один раз ее призвали к действию. В конце июля 1922 года Кейтлин получила неожиданное письмо. Его доставил какой-то мальчик на велосипеде и тут же уехал.
Прочитав письмо, Кейтлин не колебалась. Она поспешила в банк, взяла денег и собрала кое-какие вещи, включая одну-две, которые могли понадобиться ей самой. Теперь у нее была машина, и Кейтлин нравилось водить ее самой. Она аккуратно уложила все в машину, сказала экономке, что уедет на несколько дней, и направилась на юг, к западному склону гор Уиклоу.
Ферму она нашла без труда. Она находилась около поселка Блессингтон.
Он почти не изменился. Но ясно было, что он не на шутку страдает. Осмотрев его ногу, Кейтлин заявила:
— Это не перелом, но очень серьезное растяжение. Тебе нужно как следует отдохнуть, если ты вообще хочешь ходить.
— Как хорошо, что ты приехала, — сказал Вилли. — Я знал, что ты приедешь.
— А что случилось? — спросила Кейтлин.
История была короткой. И Кейтлин не особо удивилась, услышав, что Вилли О’Бирн присоединился в гражданской войне к силам, выступавшим против договора. Но дела у них пошли плохо. Вилли отправился на встречу с республиканцами, собиравшимися в Блессингтоне с разных концов Ирландии. И там их жестоко избили сторонники правительства. Им пришлось разбежаться в разные стороны из Блессингтона. Но Вилли не мог идти, а поскольку он поссорился с лидером тех, кто решил уйти в горы, то подумал, что лучше ему переждать здесь, в одиночестве.
— Думаю, для меня все закончилось. Для меня эта борьба больше не имеет значения.
Но он не мог просто ждать, когда его найдут противники. Гражданская война оказалась делом куда более кровопролитным, чем старый конфликт с британцами.
— Если они меня найдут, мне конец, — спокойно произнес Вилли.
— Я могу спрятать тебя в Дублине, если хочешь, — предложила Кейтлин.
— Нет. Я предпочел бы Ратконан. Думаю, отец смог бы позаботиться обо мне. А если нет…
— Я привезла тебе двести фунтов, — сказала Кейтлин. — Если понадобится, уедешь во Францию.
— Меня очень беспокоят те парни, что ушли в горы до меня. Это настоящий сброд, и я им не нравлюсь.
— Я отвезу тебя в Ратконан, — успокоила его Кейтлин. — И я привезла «уэбли».
Дорога была узкой, извилистой. Со всех сторон открывался прекрасный вид на Долину Лиффи, протянувшуюся до Килдэра. Вилли сидел впереди, рядом с Кейтлин. И ему, похоже, не хотелось любоваться пейзажем. Как-то раз, когда они встретились с пастухом, Вилли спросил, не проходили ли здесь днем раньше люди из Блессингтона. Да, ответил мужчина, но они пошли по дороге на юг, а не через горы в сторону Ратконана. Похоже, это весьма успокоило Вилли.
— Скоро приедем, — заметил он. — И ты снова увидишь моего отца.
Дорога поднялась на перевал, затем начала спускаться вниз и превратилась уже почти в тропу. Наконец они подъехали к Ратконану. Несколько детишек, игравших у дороги, сначала уставились на них во все глаза, а потом помчались вперед, чтобы сообщить новость, ведь здесь воистину не часто приходилось видеть настоящий автомобиль.
Кейтлин улыбнулась, увидев знакомую длинную долину, спускавшуюся к Ирландскому морю. Машина с громким треском испустила выхлопные газы, когда они проезжали мимо ворот большого дома. Кейтлин расхохоталась. Если старая Роуз Бадж была там, то наверняка подумала, что это послание от мира духов.
Коттедж Финтана О’Бирна выглядел заброшенным. Кейтлин заглянула в дом. Никого.
— Хочешь, я тебе помогу? — спросила она.
— Нет, я просто посижу здесь на солнце, — ответил Вилли. — Вот здесь. Если ты пройдешь до Бреннанов, то они, может быть, знают, где он.
— А ты как?
— А что может со мной случиться в доме моего отца в Ратконане?
— Я скоро вернусь.
Ощущение лучей полуденного солнца на лице было очень приятным. И Вилли казалось, что, когда вся эта военная история закончится, он ничего не желал бы сильнее, чем вернуться сюда. Он может найти жену. Пора уже было. Какой она должна быть? Похожей на Кейтлин, возможно, но и непохожей на Кейтлин. Деньги — ужасная вещь, если хорошо подумать. Десять дней, которые он провел в красивом доме Кейтлин на Фицуильям-сквер, научили его этому. Да, там было удобно, просто прекрасно. Но он задыхался в роскоши. Он, впрочем, не сказал об этом Кейтлин. Не было смысла. А кроме того, он ведь любил ее. Интересно, гадал Вилли, должен ли он когда-нибудь сказать ей об этом? Он закрыл глаза.
Если бы он находился не в безопасном Ратконане, то услышал бы шаги еще издали. А здесь он услышал тихую поступь по траве лишь тогда, когда кто-то подошел к нему футов на десять. Но даже тогда Вилли не открыл глаз. Он пытался понять, кто это может быть. Не Кейтлин. Шаги слишком тяжелые. Его отец? Возможно. Один из Бреннанов? Может быть. Вилли улыбался и ждал.
— Спишь?
Теперь он открыл глаза. Обросшее щетиной лицо. Жесткий взгляд. И мушку двустволки в футе от своего носа.
— Услышал выхлоп. Подумал, стоит проверить. В наши дни никогда не знаешь, кто может сюда заглянуть.
Виктор Бадж. А Вилли и забыл о нем. Он думал, Бадж вернулся в Англию. Вилли был уверен, что он наверняка узнал бы, если бы старая Роуз Бадж умерла, а Виктор вступил во владение поместьем. К сожалению, со всеми этими сражениями и путешествиями последних нескольких месяцев он совсем не имел связи с отцом.
— А что, старая миссис Бадж…
— Жива и здорова. Ждет, когда превратится в ястреба. — Похоже, Виктору это казалось забавным, но стволы не сдвинулись с места. — Мы с ней договорились. Теперь я смотрю за имением. Уже два месяца. И все гадаю, увижу ли однажды и тебя здесь.
— Ты разве не боишься? Такого, как ты, здесь не могут слишком любить.
— Ну, я просто не упустил шанс. А нам с тобой надо рассчитаться. Ты убил моего друга, помнишь?
— Может быть. Когда-то давно.
— Мне так не кажется.
Кейтлин говорила, что привезла револьвер. Вилли размышлял, где он может быть. Он не думал, что девушка взяла его с собой. Наверное, лежит под сиденьем машины. Он мог бы попытаться добраться до него, но вряд ли. Нога не позволяла. Вилли представить не мог, что еще можно предпринять. Но с другой стороны, он мог бы все же попробовать. В конце концов, это выглядело бы как трусливая попытка ускользнуть от встречи со смертью.
Еще он мог схватить за стволы дробовик Баджа. Глупая мысль. Бадж знал, что делал. Так что Вилли бы просто умер как идиот. Поэтому он откинулся назад.
— Ты готов хладнокровно застрелить человека?
— Я застрелю тебя как собаку.
— И как ты это объяснишь?
— Вряд ли мне это понадобится. Времена нынче такие.
— Так пусть на тебя ляжет ирландское проклятье.
Кейтлин услышала выстрел, когда стояла перед домом Бреннана. Она побежала. И добралась до машины как раз вовремя, чтобы увидеть, как Вилли растянулся на земле. А какой-то мужчина с дробовиком отходит от него. Кейтлин посмотрела на лицо Вилли. Но лица не было — просто огромная кровавая рана.
Кейтлин потянулась под сиденье машины и окликнула мужчину. Он обернулся. Кейтлин его узнала. Виктор Бадж. Черно-рыжий, который приходил в ее дом в поисках Вилли. И он тоже ее узнал. Та девушка, что была знакома со старухой Роуз. Виктор нахмурился, быстро соображая.
— Ты убил его! — крикнула Кейтлин.
— Ну и что?
Единственный выстрел — и пуля угодила Виктору точно между глаз. Кейтлин не растеряла сноровки. Мгновение-другое она смотрела на Баджа, кивая самой себе, а потом вложила револьвер в правую руку Вилли и сжала его пальцы вокруг рукоятки.
Потом она услышала голоса. И отступила назад. Приближались несколько человек. И одним из них, как сразу увидела Кейтлин, был старый Финтан О’Бирн.
Сначала, глядя на кровавое месиво на траве, он не понял. А потом, когда Кейтлин подошла к нему и взяла его за руку, осознал. Он склонил голову и опустился на колени.
Так он стоял около Вилли минуту или две, а потом посмотрел на Кейтлин:
— Они убили друг друга?
— Должно быть, — ответила она.
— Мне показалось, я слышал два выстрела в разное время.
— Этого не может быть.
Финтан долго молчал и глядел на нее:
— Конечно. Я наверняка ошибся.
Он с трудом поднялся на ноги, подошел к Виктору Баджу, всмотрелся в аккуратную дырку в его лбу и кивнул. Проходя мимо Кейтлин, он коснулся ее руки и тихо произнес:
— Спасибо.
Несколько лет спустя миссис Роуз Бадж перешла в следующую жизнь, и имение Ратконан было продано. Иногда новым владельцам таких имений приходилось сталкиваться с тем, что местные жители сторонились их. В конце концов, они давно научились быть настороже, когда на их землю приходили чужаки. Этот урок преподавался им много столетий подряд. Но новую хозяйку Ратконана, со сверкающими зелеными глазами, с мужем и детьми, отлично приняли сразу.
В конце концов, Кейтлин была здесь своим человеком.
Благодарности
Я благодарен тем, чья помощь и профессионализм были для меня величайшей поддержкой: директору и всем сотрудникам Национальной библиотеки в Ирландии; директору и кураторам Национального музея Ирландии; библиотекарям и служащим библиотеки Тринити-колледжа; управляющему и штату офиса общественных связей Дублинского замка.
Я с благодарностью получил разрешение цитировать тост оранжистов из «Personal Sketches and Recollections», опубликованных «Ashfield Press».
Особую благодарность я выражаю Саре Джерти из Королевской академии Ирландии за то, что она так любезно подготовила карты, и миссис Хейди Бошофф, ведь без ее терпения и опытности, которые она проявила при перепечатке и проверке моей рукописи, книга никогда не была бы завершена.
Я также в большом долгу перед всеми, чья помощь, консультации и рекомендации оказались бесценными. Это Джозеф Бирн, автор «War and Peace, the Survival of the Talbots of Malahide», доктор Деклан Дауни, преподаватель исторического факультета Университетского колледжа Дублина; профессор Колм Леннон, факультет современной истории Ирландского национального университета в Мейнуте; Джеймс Макгуайр, редактор ирландского королевского академического «Словаря ирландских биографий». Я благодарен за то, что получил возможность полностью прочесть неопубликованную диссертацию Моред М. Б. Ни Медахи «Contending Neihbours: Society in Fingal 1603–60».
А сверх того, я в долгу перед тремя учеными, без чьего руководства, терпения, поощрения и невероятных усилий этот проект не мог быть даже задуман и, уж конечно, никогда не был бы воплощен в жизнь. Они совместно вычитали рукопись и помогли мне исправить ошибки, таким образом проделав колоссальную работу, отнявшую у них немало времени. И если остались какие-то ошибки, то они только мои. Я благодарю доктора Раймонда Гиллеспи, старшего преподавателя факультета современной истории Ирландского национального университета в Мейнуте; доктора Джеймса Келли из колледжа Святого Патрика в Драмкондре; и доктора Т. П. О’Нейла из Университетского колледжа Дублина.
И наконец, как всегда, я благодарю моего агента Джилл Колридж — без нее я совсем растерялся бы, моих прекрасных редакторов Оливера Джонсона из «Century» и Уильяма Томаса из «Doubleday», чья невероятная скрупулезность и творческий отклик на проблемы в огромной степени улучшили этот роман.
Читать бесплатно другие книги:
