Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры (сборник) Берн Эрик

Коллекция игр, представленная ниже, была завершена к 1962 г., но она до сих пор продолжает пополняться. Иногда то, что кажется очередным примером известной игры, при более тщательном анализе оказывается совершенно новой игрой, а игра, которая на первый взгляд кажется новой, предстает вариантом старой. По мере накопления знаний меняются и особенности анализа: например, поскольку имеется несколько способов описания динамики, принятый ранее способ может со временем оказаться не самым неоспоримым. Однако и список игр, и процедура анализа приемлемы для клинического использования.

Некоторые игры обсуждаются и анализируются in extenso[6]. Другие, требующие дополнительных исследований или встречающиеся редко, а также такие, значение которых очевидно, только упоминаются. Водящий обычно именуется агентом или обозначается именем Уайт, а другой игрок называется Блэком[7].

Игры классифицируются по группам в соответствии с ситуациями, в которых они чаще всего разыгрываются: «Игры на всю жизнь», «Супружеские игры», «Игры на вечеринках», «Сексуальные игры» и «Игры преступного мира»; затем рассматриваются игры профессионалов — «На приеме у психоаналитика», и наконец дается несколько примеров «Хороших игр».

1. Обозначения

В протоколах анализа игр используются следующие обозначения:

Название. Если у игры длинное название, используется буквенное сокращение. Если игра или ее варианты имеют несколько названий, в индексе игр приводятся перекрестные ссылки.

Тезис. Он формулируется как можно убедительнее.

Цель. Автор на основе собственного опыта пытается выбрать наиболее значимую из имеющихся целей.

Роли. Роль Водящего, с точки зрения которого обсуждается игра, указывается первой.

Динамика. Замечание то же, что и относительно цели.

Примеры. 1. Вначале даются примеры в таком виде, в каком играют в детстве, причем обычно приводится самый узнаваемый прототип. 2. Затем дается пример из взрослой жизни.

Парадигма. Она в сжатом виде иллюстрирует важнейшие трансакции на социальном и психологическом уровнях.

Ходы. Дается минимальное количество стимулов и реакций, какое встречается на практике. В различных ситуациях количество ходов может неограниченно увеличиваться или сокращаться.

Вознаграждения. 1. Внутреннее психологическое — попытка показать, как игра способствует внутренней психологической стабильности. 2. Внешнее психологическое — попытка показать, каких тревожных ситуаций или ситуаций близости избегает при помощи игры Водящий. 3. Внутреннее социальное — указывается типичная фраза, которая используется в игре с близкими. 4. Внешнее социальное — указывается ключевая фраза, используемая при игре не с близкими людьми или при развлечении, производном от данной игры. 5. Биологическое — попытка охарактеризовать тип поглаживания, получаемого каждым участником игры. 6. Экзистенциальное — утверждение позиции, исходя из которой игроки участвуют в данной игре.

Родственные игры. Сообщаются названия дополнительных, родственных игр или игр, содержащих антитезис к данной.

Адекватное понимание игры достижимо только при участии психотерапевта. Люди, играющие в деструктивные игры, гораздо чаще обращаются к психиатрам, чем те, чьи игры конструктивны. Поэтому большинство известных и хорошо описанных игр являются по преимуществу деструктивными, но читатель не должен забывать, что люди, которым больше везет, играют в игры конструктивные. А для того чтобы предотвратить вульгаризацию термина «игра», как произошло со многими психиатрическими терминами, нужно еще раз напомнить, что это четко ограниченное понятие: игры следует отличать по указанным выше критериям от процедур, ритуалов, развлечений, операций, маневров и отношений, которые возникают в связи с различными позициями. Игра начинается с определенной позиции, но сама по себе позиция или соответствующее отношение — еще не игра.

2. Разговорные выражения

Многие используемые ниже разговорные выражения предложены пациентами. Если они употребляются к месту и вовремя, игроки принимают и понимают их и даже получают от них удовольствие. Если некоторые из них покажутся вам уничижительными или непочтительными, вспомните, что заключенная в них ирония адресована не игрокам, а самой игре. Первое требование к таким выражениям — уместность, и если они звучат еще и забавно, то именно потому, что попадают не в бровь, а в глаз. Как я уже не раз пытался показать, иногда целую страницу ученых длинных слов можно заменить коротким утверждением, что эта женщина — шлюха, а тот мужчина — извращенец. В академических целях я и сам пользуюсь строгим научным языком, но, чтобы точно передать всю силу эмоционального заряда, вызванного определенной ситуацией, нужны иные средства. Поэтому мы предпочитаем играть в «Какой ужас!», а не в «Вербализованную и проецированную анальную агрессию». Разговорное выражение не только выразительнее и оказывает более сильное воздействие на слушателя, оно еще и гораздо точнее. И иногда люди быстрее выздоравливают в ярко освещенных, а не сумрачных комнатах.

Все игры при обычных социальных условиях оказывают на судьбу игроков важное и, возможно, решающее влияние; но некоторые из них гораздо чаще, чем другие, становятся делом всей жизни и чаще вовлекают непричастных к играм наблюдателей. Эту группу игр мы назовем «играми на всю жизнь». В нее входят «Алкоголик», «Должник», «Ударь меня», «Попался, сукин сын!», «Смотри, что я из-за тебя сделал» и их основные варианты. С одной стороны, они граничат с супружескими играми, с другой — с играми преступного мира.

1. «Алкоголик»

Тезис. В анализе игр нет такого понятия, как «алкоголизм» или «алкоголик», но есть роль в игре определенного типа, которая называется «Алкоголик». Являются ли причиной пьянства биохимические или физиологические отклонения от нормы (эта точка зрения пока еще не доказана) — этим вопросом пусть занимаются врачи-терапевты. Мы занимаемся анализом игр, и интересует нас совсем другое — социальные трансакции, которые связаны со злоупотреблением спиртным. Отсюда название игры «Алкоголик».

В полном виде эта игра рассчитана на пятерых участников, хотя один игрок может исполнять и несколько ролей, так что игра может начинаться и заканчиваться с двумя участниками. Центральная роль — роль Алкоголика, Водящего, исполняется Уайтом. Основная второстепенная роль — роль Преследователя, которую обычно играет лицо противоположного пола, чаще всего супруга (супруг). Третья роль — роль Спасителя, обычно исполняемая лицом того же пола; часто это семейный врач, который интересуется пациентом и проблемами алкоголизма. В классической ситуации врач успешно избавляет алкоголика от его пагубного пристрастия. После того как Уайт в течение полугода не брал в рот ни капли, они поздравляют друг друга. А на утро Уайт валяется в канаве.

Четвертая роль принадлежит Простаку. В литературном произведении обычно это деликатный человек, который одалживает Уайту деньги, бесплатно дает ему сэндвич или чашку кофе и не пытается ни преследовать, ни спасать его. В жизни эту роль обычно исполняет мать Уайта, которая дает ему деньги и часто поддакивает ему, когда он говорит, что жена его не понимает. Общаясь с Простаком, Уайту приходится искать правдоподобное объяснение, зачем ему деньги. Причем оба делают вид, что верят ему, хотя оба знают, на что он потратит большую часть денег. Иногда Простак начинает исполнять и другую роль, не самую существенную, но тоже характерную для ситуации, — роль Подстрекателя, «хорошего парня», который снабжает спиртным, даже когда его не просят: «Пойдем выпьем (и покатишься вниз еще быстрее)».

Вспомогательный персонаж любой алкогольной игры — профессионал, например бармен или продавец спиртного. В игре «Алкоголик» это пятая роль — роль Посредника, непосредственного поставщика спиртного, который понимает язык алкоголиков и является важнейшим персонажем в жизни пьяницы. Разница между Посредником и остальными игроками — это разница между профессионалом и любителями в любой игре: профессионал знает, когда нужно остановиться. В определенный момент хороший бармен отказывается обслуживать алкоголика, который оказывается лишенным припасов, если только не отыщет более снисходительного Поставщика.

На начальных стадиях «Алкоголика» все три второстепенные роли может исполнять жена: в полночь она в роли Простака раздевает героя, подает ему кофе и позволяет вымещать на себе зло; утром в роли Преследователя бранит мужа за его поведение и вечером, натянув маску Спасителя, молит мужа отказаться от спиртного. На более поздних стадиях, когда физическое состояние мужа обычно ухудшается, он может обходиться без Преследователя и Спасителя, но может и терпеть их, если они служат дополнительным источником выпивки. Уайт может явиться в благотворительную организацию и позволить «спасти» себя, если ему там дадут бесплатно поесть, или может стерпеть разнос, любительский и профессиональный, если только потом получит подаяние.

Исходя из современного уровня знаний, мы утверждаем, что выигрыш в «Алкоголике» (как это характерно для игр вообще) достигается там, где большинство исследователей вовсе не ожидают его обнаружить. Анализ данной игры свидетельствует, что сама выпивка является лишь дополнительным удовольствием на пути к истинной кульминации — похмелью. То же самое в игре «Растяпа»: сами промахи, привлекающие наибольшее внимание и приносящие удовольствие Уайту, для него лишь способ, ведущий к главному — к получению прощения Блэка.

Для Алкоголика похмелье не столько физическая боль, сколько психологическая пытка. Два любимых вида развлечения пьющих: «Коктейль» (сколько выпили и что смешивали) и «На следующее утро» (я расскажу тебе о своем похмелье). В «Коктейль» играют люди, пьющие на вечеринках. Многие алкоголики предпочитают психологически более жесткое «На следующее утро», и такие организации, как «Анонимные алкоголики», предоставляют им для этого неограниченные возможности.

Пациент, посетивший психотерапевта после загула, обычно ругательски себя ругает; психотерапевт слушает молча. Позже, пересказывая этот эпизод в психотерапевтической группе, Уайт заявляет, что это психотерапевт его отругал. Когда в психотерапевтической группе обсуждают алкоголизм, для большинства алкоголиков интересно не пьянство — они говорят о нем только из уважения к Преследователю, — а их последующие страдания. Трансакционная цель пьянства, помимо личных удовольствий, которые оно приносит, — создать ситуацию, в которой Ребенок мог бы быть строго отруган не только внутренним Родителем, но и любой оказавшейся поблизости и снисходящей до брани родительской фигурой. Поэтому терапия в этой игре должна сосредоточиться не на самом пьянстве, а на следующем после запоя утре: нужно отучить алкоголика заниматься самобичеванием. Однако встречаются сильно пьющие люди, у которых не бывает похмелья; они к настоящей категории не относятся.

Существует также игра «Непьющий алкоголик», в которой Уайт проходит процесс финансовой или социальной деградации без бутылки, делая ту же последовательность ходов и нуждаясь в тех же вспомогательных ролях. И здесь главное — следующее утро. Это сходство между «Непьющим алкоголиком» и обычным вариантом «Алкоголика» подчеркивает, что в обоих случаях это игра: например, в обоих случаях имеет место процедура потери работы. «Наркоман» также аналогичен «Алкоголику», но эта игра куда более зловещая и драматичная, она разворачивается быстрее и приводит к более серьезным потерям. По крайней мере в нашем обществе она сильно зависит от Преследователя, который всегда наготове. Простаки и Спасители встречаются гораздо реже, зато резко возрастает роль Посредника.

Существует множество организаций, вовлеченных в игру «Алкоголик», — национальных, международных и местных. Многие публикуют правила этой игры. Почти все объясняют, как играть роль Алкоголика: выпей до завтрака, потрать на выпивку деньги, предназначенные для других целей, и т. д. Они также объясняют функции Спасителя. Например, в «Анонимных алкоголиках» Уайт продолжает участвовать в той же игре, только ему предлагают по-пробоваться в роли Спасителя. Предпочитаются бывшие Алкоголики, потому что они знают правила игры и лучше подготовлены для вспомогательных ролей, чем те, кто никогда раньше не участвовал в этой игре. Известны также случаи, когда запас бывших Алкоголиков в организации иссякал и ее члены возобновляли пьянство: другого способа продолжить игру в отсутствие людей, которых надо спасать, у них не было.

Существуют также организации, цель которых — улучшить положение других игроков. Некоторые настаивают на том, чтобы супруги сменили роль Преследователя на роль Спасителя. Та организация, которая ближе остальных подошла к теоретическому идеалу лечения, работает с детьми алкоголиков: этим молодым людям помогают выйти из игры вообще, а не просто сменить роль.

Психологическое излечение самого алкоголика тоже заключается в отказе от игры, а не в смене роли. В некоторых случаях этого удавалось достичь, хотя это трудно: самому Алкоголику ничто так не интересно, как продолжение игры. Поскольку он боится близости, способ заключается в замене одной игры другой, а не в поиске жизни, вообще свободной от игр. Часто так называемые излеченные алкоголики не очень интересны в обществе, они сами испытывают недостаток жизненных интересов и постоянно испытывают искушение вернуться к прежней жизни. Критерий подлинного «исцеления от игры» таков: бывший алкоголик способен выпить на вечеринке, не подвергая себя опасности. Обычное «полное воздержание» не удовлетворяет аналитика игры.

Из описания этой игры видно, что у Спасителя существует сильное искушение сыграть в «Я только пытаюсь вам помочь», у Преследователя — в «Посмотри, что ты со мной сделал», а у Простака — в «Славный малый». С увеличением числа организаций, утверждающих, что алкоголизм — это болезнь, алкоголики учатся играть в «Деревянную ногу (калеку)». Закон, который особенно интересуется такими людьми, склонен поддерживать такую точку зрения. Акцент сместился с Преследователя на Спасителя, от «Я грешник» к «А что можно спросить с больного?» (это часть общей для современности тенденции поворота от религии к науке). С экзистенциальной точки зрения смещение это сомнительно, а практически оно ничуть не уменьшило количество спиртного, продаваемого пьяницам. Тем не менее «Анонимные алкоголики» для большинства все еще олицетворяют терапию, не лишенную сочувствия.

Антитезис. Хорошо известно, что в «Алкоголика» обычно играют всерьез и расстаться с этой игрой очень трудно. В одном случае пациентка, страдавшая алкоголизмом, почти не участвовала в работе психотерапевтической группы, пока не решила, что достаточно знает участников, чтобы начать свою игру. Она попросила их сказать все, что они о ней думают. Поскольку вела она себя нормально, о ней говорили разные приятные вещи, но она возразила: «Я хочу не этого. Мне нужно знать, что вы думаете на самом деле». Она совершенно ясно давала понять, что ей нужны критические замечания. Но члены группы отказались выступать в роли Преследователя. Тогда, вернувшись домой, эта женщина сказала мужу, что, если она еще раз напьется, он должен будет либо развестись с ней, либо отправить в лечебницу. Он пообещал, в тот же вечер она напилась, и он отправил ее в больницу. В приведенном примере остальные члены группы отказались выступать в роли Преследователей, которую отвела им миссис Уайт. Такое антитезисное поведение она не смогла вынести, хотя все пытались помочь ей глубже понять ситуацию, в которой она оказалась. А дома она нашла человека, согласившегося играть нужную ей роль.

В других случаях, однако, удается успешно подготовить пациента к отказу от игры и попытаться достичь подлинного исцеления, причем терапевт при этом отказывается играть роли Преследователя или Спасителя. Столь же неверно с терапевтической точки зрения принимать роль Простака, позволяя пациенту пренебречь своими финансовыми и другими обязательствами. Правильная терапевтическая процедура с трансакционной точки зрения в том, чтобы после тщательной подготовки занять позицию Взрослого и отказаться вообще участвовать в игре в любой роли, надеясь, что пациент выдержит не только воздержание от алкоголя, но и вообще конец игры. Если он не сможет это сделать, его следует направить к Спасителю.

Антитезис особенно труден, поскольку закоренелый алкоголик в большинстве западных стран рассматривается как желанный объект порицания, заботы или щедрости, и тот, кто отказывается играть одну из таких ролей, рискует вызвать общественное негодование. Рациональный подход может оказаться для Спасителей еще более непереносимым, чем для самих Алкоголиков, и иногда это связано с самыми нежелательными последствиями для терапии. В одной клинике группа сотрудников серьезно интересовалась игрой «Алкоголик» и пыталась добиться полного исцеления путем отказа от игры, а не просто помогая пациентам. Как только это стало ясно, благотворительный комитет, финансировавший клинику, отказался от услуг этих сотрудников, и больше никого из них не приглашали для помощи этим пациентам.

Родственные игры. В игре «Алкоголик» есть интересный эпизод, который называется «Выпьем по одной». На него впервые обратил внимание один проницательный студент, занимавшийся вопросами промышленной психиатрии. Уайт и его жена (непьющий Преследователь) отправляются на пикник с Блэком и его женой (оба Простаки). Уайт говорит Блэку: «Выпьем по одной!» Если они выпьют по одной, у Уайта появляется разрешение на четыре или пять. Если Блэк отказывается выпить, это раскрывает игру Уайта. По правилам пьющих Уайт должен почувствовать себя оскорбленным и для следующего пикника найдет себе более сговорчивого компаньона. То, что на социальном уровне кажется щедростью Взрослого, на психологическом оказывается дерзостью: Ребенок Уайта получает Родительское снисхождение со стороны Блэка путем открытого подкупа под самым носом у миссис Уайт, которая бессильна что-либо сделать. На самом деле миссис Уайт только делает вид, что бессильна, поскольку согласилась на всю эту затею: она так же стремится к продолжению игры, исполняя роль Преследователя, как мистер Уайт — в роли Алкоголика. Легко представить себе, как она будет его обвинять на следующее утро. Если Уайт — босс Блэка, вариант может быть связан с дальнейшими осложнениями.

В целом Простак не так прост, как кажется по этому названию. Простаки — часто одинокие люди, которые много выигрывают от того, что бывают добры к Алкоголикам. Например, хозяин закусочной, играющий в «Славного малого», таким образом не только приобретает много знакомств и репутацию щедрого человека в своем социальном кругу, но и считается отличным рассказчиком.

Кстати, один из вариантов «Славного малого» разыгрывается, когда человек у всех спрашивает совета, как ему лучше помочь людям. Это пример веселой и конструктивной игры, которую стоит поддерживать. Ее противоположность — «Крутой парень», который берет уроки насилия и спрашивает совета, как причинить людям больше боли. Хотя советы никогда не осуществляются на практике, игрок имеет право ассоциироваться с настоящими крутыми ребятами, которые играют в эту игру всерьез, и может купаться в отраженном свете их славы. Это представитель породы, которую французы называют un fanfaron de vice[8].

Анализ

Тезис. Какой я был отвратительный. Посмотрим, сможешь ли ты меня остановить.

Цель. Самобичевание.

Роли. Алкоголик, Преследователь, Спаситель, Простак, Посредник.

Динамика. Оральная депривация.

Примеры. 1. Попробуй поймать меня. Прототип трудно соотнести с самой игрой из-за его сложности. Однако дети, особенно дети алкоголиков, часто пользуются маневрами, характерными для алкоголиков. Дети, играющие в «Попробуй поймать меня», лгут, прячут вещи, напрашиваются на брань, ищут тех, кто им посочувствует, и обычно находят сердобольную соседку, дающую им подачки, и т. д. Самобичевание при этом часто откладывается на последующие годы. 2. Алкоголик и его круг.

Социальная парадигма. Взрослый — Взрослый.

Взрослый: «Скажи, что ты на самом деле обо мне думаешь, или помоги мне прекратить пить».

Взрослый: «Я буду с тобой откровенен».

Психологическая парадигма. Родитель — Ребенок.

Ребенок: «Попробуй поймать меня».

Родитель: «Ты должен перестать пить, потому что…».

Ходы. 1. Провокация — обвинение или прощение. 2. Снисходительность — гнев или разочарование.

Вознаграждения. 1. Внутреннее психологическое — а) пьянство как процедура — бунт, утешение и удовлетворение желания; б) «Алкоголик» как игра — самобичевание (возможно). 2. Внешнее психологическое — возможность избежать сексуальной и других форм близости. 3. Внутреннее социальное — «Посмотрим, сможешь ли ты меня остановить». 4. Внешнее социальное — «На следующее утро», «Коктейль» и другие способы времяпрепровождения. 5. Биологическое — чередующийся обмен проявлениями любви и гнева. 6. Экзистенциальное — «Все хотят меня обидеть».

2. «Должник»

Тезис. «Должник» больше, чем игра. В Америке она для многих становится сценарием, планом всей жизни, точно так же, как в джунглях Африки или Новой Гвинеи. Там родственники молодого человека за огромную цену покупают ему невесту, и он на всю жизнь оказывается в долгу. У нас есть такой же обычай, по крайней мере в наиболее цивилизованных частях страны, только у нас вместо платы за невесту — кредит за дом, и если родственники не могут помочь, роль кредитора выполняет банк.

Таким образом, и молодой человек в Новой Гвинее, который для достижения успеха подвесил к уху старые ручные часы, и молодой человек в Америке, для достижения успеха нацепивший на запястье новенький хронометр, — оба чувствуют, что приобрели «цель» в жизни. Большой праздник — свадьба или новоселье — происходит не тогда, когда заем выплачен, а когда он взят. Телевидение, например, воспевает не человека средних лет, который наконец выплатил все по закладной, а молодого человека, который вместе с семьей переселяется в новый дом, гордо машет только что подписанными документами, которые связывают его на большую часть самых продуктивных лет жизни. После того как выплачены все долги — закладная, плата за обучение детей в колледже, страховка, — он считается «почтенным гражданином», которому общество должно предоставить не только материальный комфорт, но и новую «цель». Как и на Новой Гвинее, если он умен, он может из должника превратиться в кредитора, но так случается относительно редко.

Когда я пишу эти строки, по моему столу ползет мокрица. Если ее перевернуть на спину, можно видеть, какие огромные усилия она прилагает, чтобы снова встать на ноги. В этот промежуток времени у нее есть «цель жизни». И когда мокрица переворачивается, кажется, можно почти увидеть выражение торжества у нее на «лице». Мокрица уползает, и можно представить себе, как она рассказывает свою историю на следующей встрече мокриц и смотрит на молодых ракообразных свысока, как добившаяся своей цели. Но к ее самодовольству примешивается оттенок разочарования. Теперь, когда она достигла вершины, жизнь кажется лишенной цели. Может быть, мокрица вернется, надеясь повторить свой триумф; стоит пометить ее спинку чернилами, чтобы узнать, когда она решится рискнуть. Смелое ракообразное эта мокрица. Неудивительно, что живет многие миллионы лет.

Однако большинство молодых американцев серьезно относятся к своим закладным только в минуты стресса. Если они испытывают депрессию или экономическая ситуация ухудшается, долговые обязательства могут удержать их от опрометчивых поступков, иногда даже от самоубийства. Большинство их играют в легкую игру «Если бы не долги», но в остальных отношениях они наслаждаются жизнью. Только немногим выпадает жребий сыграть в «Должника» в полную силу.

«Попробуй получи» (ПП) — это обычно игра молодых семейных пар; она строится так, чтобы игрок выигрывал при любом исходе. Уайты в кредит приобретают всевозможные вещи и услуги, дешевые или роскошные, в зависимости от воспитания и от того, как их приучили играть родители, дедушки и бабушки. Если после нескольких тщетных попыток получить долг кредитор отказывается от усилий, Уайты безнаказанно пользуются полученным, и в этом смысле они выиграли. Если кредитор начинает действовать энергичнее, Уайты наслаждаются тем, что заставляют его побегать за ними, и одновременно пользуются приобретенным. Жесткую форму игра приобретает в том случае, если кредитор намерен во что бы то ни стало получить долг. Здесь обычно включаются элементы принуждения — обращение к нанимателям Уайта или появление у его дома шумного пестрого грузовика, на котором большими буквами написано «Агентство по сбору взносов».

В этот момент в игре происходит перелом. Уайт понимает, что ему, вероятно, придется заплатить. Но из-за элемента принуждения, в большинстве случаев выраженного «последним предупреждением» сборщика («Если вы в течение сорока восьми часов не появитесь в конторе…»), Уайт считает себя вправе возмутиться; теперь он переключается на вариант «Попался, сукин сын!». В этом случае он тоже побеждает, демонстрируя, что кредитор жаден, безжалостен и недостоин доверия. Два наиболее обычных вознаграждения при этом таковы: 1) укрепляется экзистенциальная позиция Уайта, которая представляет собой замаскированную форму «Все кредиторы — алчные люди», и 2) Уайт получает большое внешнее социальное вознаграждение, поскольку теперь имеет право в кругу друзей открыто обвинять кредитора, не утрачивая своего статуса «славного малого». Он может получить и внутреннее социальное вознаграждение при встрече с самим кредитором. Вдобавок это оправдывает его злоупотребление системой кредитования: если все кредиторы таковы, как этот, зачем вообще платить?

Мелкие землевладельцы часто играют в игру «Кредитор» в форме «Попробуй не заплати» (ПНЗ). Игроки в ПП и ПНЗ обычно сразу узнают друг друга и, так как предвидят взаимные трансакционные вознаграждения и удовольствия, легко вступают в контакт. Независимо от того, кто выигрывает в финансовом смысле, оба укрепляют свои позиции, играя впоследствии в «Почему со мной всегда так?».

Игры, связанные с деньгами, могут иметь очень серьезные последствия. Некоторые говорят, что наши описания этих игр выглядят поверхностными. Так происходит не только потому, что мы описываем всякие мелочи, а потому, что обнаруживаем мелочные мотивы в делах, к которым люди привыкают относиться серьезно.

Антитезис. Очевидный антитезис к ПП — требование немедленной платы наличными. Но у хорошего игрока в ПП есть способы обойти это препятствие, которые действуют на всех, кроме самых закаленных кредиторов. Антитезис к ПНЗ — честность и своевременная уплата. Поскольку закаленные игроки в ПП и ПНЗ — настоящие профессионалы в полном смысле этого слова, у любителя столько же шансов выиграть у них, как и в спорте у любителя против профессионала. Хотя любитель выигрывает редко, он по крайней мере может наслаждаться участием в игре. Поскольку по традиции к обеим играм относятся серьезно, ничто так не расстраивает профессионала, как смех, которым любитель встречает печальный исход. В финансовых кругах такое считается совершенно недопустимым. В известных автору случаях смех над должником, случайно встреченным на улице, действует на него так же обескураживающе и раздражающе, как игра в «Антирастяпу» против игрока в «Растяпу».

3. «Ударь меня»

Тезис. В этой игре обычно участвуют люди, у которых словно на лбу написано: «Пожалуйста, не бейте меня». Искушение почти непреодолимо, и, когда наступает естественный результат, Уайт жалобно восклицает: «Но ведь написано же „Не бейте меня“!» И, не веря самому себе, добавляет: «Почему со мной всегда такое?» (ПСМВТ). Клинически ПСМВТ может быть диагностировано как клише из игры «Психиатрия»: «Когда у меня стресс, я совершенно не в себе». Один игровой элемент в ПСМВТ можно определить как гордость наизнанку: «Мои несчастья хуже твоих». Эта черта часто наблюдается у параноиков.

Если Уайт окружен людьми, которых удерживают от удара доброта, или участие в игре «Я только пытаюсь тебе помочь», или социальные условия, или правила организации, поведение Уайта становится все более провокационным, пока он не переходит границы и не вынуждает их сделать ему одолжение. К этой категории могут относиться всякого рода изгои, проститутки и те, кто постоянно теряет работу.

Соответствующая игра, принятая у женщин, называется «Поношенное платье». Женщины, часто из благополучных семей, прилагают все усилия, чтобы выглядеть жалкими. Они стараются, чтобы их доходы — по «уважительным» причинам — не превышали прожиточного минимума. Если им сваливается на голову наследство, всегда находятся предприимчивые молодые люди, которые помогают от него избавиться, давая взамен акции какого-нибудь несуществующего предприятия или что-то подобное. В просторечии такую женщину называют «маминой подругой», всегда готовой дать рассудительный Родительский совет и живущей жизнью других. Их игра ПСМВТ бессловесна, и только манеры и поведение как бы говорят: «Почему со мной всегда так?»

Интересная разновидность ПСМВТ связана с хорошо приспособленными людьми, которых постоянно встречает успех, часто превосходящий их собственные ожидания. Здесь ПСМВТ может привести к серьезным и конструктивным размышлениям и к росту личности в самом лучшем смысле, если приобретет форму «Чем я в действительности это заслужил?».

4. «Попался, сукин сын!»

Тезис. В классическом виде можно наблюдать во время игры в покер. У Уайта непобедимое сочетание карт, например четыре туза. В таком случае, если Уайт игрок в ПСС, его больше занимает тот факт, что Блэк полностью в его руках, чем то, что он может выиграть деньги.

Уайту необходимо починить в доме канализацию. Он тщательно проверяет расчеты водопроводчика, прежде чем согласится. Наконец договорились о цене, договорились и о том, что дополнительные расходы не будут вноситься в счет. Когда водопроводчик представляет счет, он включает в него несколько дополнительных долларов за клапан, который также пришлось заменить, — примерно четыре доллара при стоимости всей работы в четыреста. Уайт приходит в ярость, звонит водопроводчику по телефону и требует объяснений. Водопроводчик не сдается. Тогда Уайт пишет ему длинное письмо, обвиняя в нечестности и неэтичности, и отказывается платить по счету, если не будут исключены дополнительные четыре доллара. Водопроводчик в конечном счете уступает.

Вскоре становится очевидным, что и Уайт, и водопроводчик играли в игры. В ходе переговоров они поняли возможности друг друга. Водопроводчик совершил провокацию, представив счет. Поскольку Уайт взял с него слово, водопроводчик в данном случае явно не прав. Уайт считает себя вправе изливать на него всю силу своего гнева. Вместо того чтобы, как подобает Взрослому, провести приличные переговоры, Уайт начинает критиковать весь образ жизни водопроводчика. Внешне это спор Взрослого и Взрослого, законное обсуждение договоренной платы. На психологическом уровне это диалог Родителя со Взрослым: Уайт воспользовался банальным, но социально приемлемым поводом, чтобы излить накопившуюся за многие годы ярость на своего противника, которого считает мошенником. Он ведет себя так, как вела бы в аналогичной ситуации его мать. Он сразу узнает предложенную игру ПСС и сознает, насколько благоприятной для него является провокация со стороны водопроводчика. Уайт может вспомнить, что с раннего детства его всегда задевали подобные несправедливости, он встречал их с радостью и выжимал из них все, что возможно. Во многих случаях, которые ему вспоминаются, он даже забывал о первоначальной провокации, но в мельчайших подробностях помнил весь ход схватки. Очевидно, водопроводчик играет какой-то вариант «Почему со мной всегда так?» (ПСМВТ).

ПСС — игра, рассчитанная на двоих участников, и ее следует отличать от «Какой ужас!» (КУ). В КУ Водящий ищет несправедливости, чтобы иметь возможность пожаловаться на них третьему участнику. Таким образом, это игра на троих: в ней действуют Агрессор, Жертва и Доверенное лицо. В КУ играют под девизом: «Несчастье нуждается в сочувствии». Доверенное лицо — обычно человек, который тоже играет в КУ. ПСМВТ — тоже игра на троих, но в ней водящий пытается доказать свое превосходство по числу и размаху несчастий и негодует на соперничество со стороны других неудачников. В коммерческом варианте ПСС — это игра профессионалов, рассчитанная на троих участников, и называется она шантажом. В более или менее утонченных формах ее можно проводить как супружескую игру с двумя участниками.

Антитезис. Лучший антитезис — это правильное поведение. Если имеешь дело с игроком в ПСС, нужно при первом же столкновении подробнейшим образом обсудить все детали отношений и в дальнейшем строго придерживаться принятых правил. В клинической практике, например, нужно сразу договориться о цене пропущенной встречи или преждевременного прекращения лечения; следует также принять дополнительные предосторожности, чтобы не допустить никаких ошибок при оформлении документов и при учете. Если возникают непредвиденные неприятности, антитезис требует уступить без спора и подождать момента, когда терапевт будет готов иметь дело с этой игрой. В повседневной жизни отношения с игроками в ПСС всегда связаны с рассчитанным риском. К жене такого человека следует относиться вежливо, но избегать малейших проявлений галантности или флирта, особенно если эти проявления одобряются мужем.

Анализ

Тезис. Попался, сукин сын!

Цель. Оправдание.

Роли. Жертва, Агрессор.

Динамика. Гнев ревности.

Примеры. 1. На этот раз я тебя застукал. 2. Ревнивый муж.

Социальная парадигма. Взрослый — Взрослый.

Взрослый: «Смотри, что ты наделал».

Взрослый: «Теперь, когда ты привлек к этому мое внимание, я вижу, что ты прав».

Психологическая парадигма. Родитель — Ребенок.

Родитель: «Я все время слежу за тобой и жду, когда ты ошибешься».

Ребенок: «На этот раз ты меня поймал».

Родитель: «Да, и на этот раз ты почувствуешь всю силу моего гнева».

Ходы. 1. Провокация — обвинение. 2. Защита — обвинение. 3. Защита — наказание.

Вознаграждения. 1. Внутреннее психологическое — оправдание гнева. 2. Внешнее психологическое — возможность избежать осознания собственных недостатков. 3. Внутреннее социальное — ПСС. 4. Внешнее социальное — они всегда готовы поймать тебя.

5. Биологическое — обмен гневными трансакциями, обычно между людьми одного пола. 6. Экзистенциальное — людям нельзя доверять.

5. «Смотри, что я из-за тебя сделал»

Тезис. Это классический пример супружеской игры, и ей принадлежит первое место в соревновании на самую распространенную причину разводов; но в эту игру могут играть также дети, и родители, и сотрудники по работе.

1. Первая степень СЧЯИТС. Уайт, не желая ни с кем общаться, занимается делом, которое изолирует его от людей. Возможно, он хочет только, чтобы его оставили в покое. Однако его одиночество нарушает жена или кто-нибудь из детей, они ждут поглаживания или спрашивают о чем-нибудь, например: «Где плоскогубцы?» Помеха заставляет Уайта выронить кисть, стамеску или напильник, ударить не по той клавише пишущей машинки, в результате он яростно обрушивается на того, кто ему помешал, и кричит: «Смотри, что я из-за тебя сделал!» Если так будет продолжаться год за годом, члены семьи постепенно учатся не трогать Уайта, когда он занят. Конечно, ошибка вызвана не вмешательством, а его собственным раздражением, и Уайт только рад происшествию, которое дает ему право выгнать посетителя. К несчастью, эту игру легко усваивают дети, и поэтому она передается от поколения к поколению. Чем более провокационными методами ведется игра, тем яснее скрытые удовлетворение и вознаграждение, которые она приносит.

2. Вторая степень СЧЯИТС. Если СЧЯИТС — основа образа жизни, а не изредка используемый защитный механизм, Уайт женится на женщине, которая играет в «Я только пытаюсь помочь тебе» или одну из родственных игр. В таком случае Уайту легко переложить всю ответственность на ее плечи. Часто это делается под маской тактичности или галантности. Уайт вежливо или почтительно предоставляет жене решать, куда пойти обедать или какой фильм посмотреть. Если все получается удачно, он наслаждается выбором. Если нет, он может во всем обвинить ее, сказав: «Смотри, во что ты меня втянула!» — это простой вариант СЧЯИТС. Или он может взвалить на жену всю тяжесть решений, связанных с воспитанием детей, приняв на себя роль исполнителя; если с детьми возникают проблемы, он прибегает к игре в СЧЯИТС в чистом виде. Это дает основания много лет упрекать мать во всех неудачах детей. В этом случае СЧЯИТС не самоцель, а лишь промежуточный ход к тому, чтобы заявить: «Что я тебе говорил?» или «Смотри, что ты со мной сделала».

Профессиональный игрок, который с помощью СЧЯИТС освобождается от психологических нагрузок, может играть в эту игру и на работе. В таких случаях слова обычно заменяются долгим, полным страданий взглядом. Игрок, притворяясь «демократом» или под видом «новых методов управления», просит помощников высказать предложения. Для него это способ занять неприступную позицию, с которой он терроризирует подчиненных. Любую свою ошибку он может объяснить тем, что послушался их. Если игра используется против старших по должности (обвинение их в своих ошибках), она ведет к самоуничтожению, например к увольнению, а в армии — к переводу в другую часть. В таком случае это компонент игры «Почему со мной всегда так?» с обидчивыми людьми или «Я опять за старое» — со склонными к депрессии (обе игры относятся к группе «Ударь меня»).

3. Третья степень СЧЯИТС. В жесткой форме в СЧЯИТС играют параноики против тех, кто был настолько неосторожен, что дал им совет (см. «Я только пытаюсь вам помочь»). Такая игра может стать опасной, а в некоторых случаях даже смертельной.

«Смотри, что я из-за тебя сделал» (СЧЯИТС) и «Ты меня в это впутал» (ТМВЭВ) — игры дополняющие, так что комбинация СЧЯИТС — ТМВЭВ — это классическая основа скрытого игрового контракта многих браков. Такой контракт можно проиллюстрировать таким случаем.

По взаимному согласию миссис Уайт вела семейный учет и платила по счетам, беря деньги с их общего счета в банке, потому что мистер Уайт «слаб в арифметике». Каждые несколько месяцев их извещают о перерасходе счета, и мистеру Уайту приходится договариваться с банком. Когда он попытался выяснить причину перерасходов, выяснилось, что миссис Уайт совершала дорогостоящие покупки, не сообщая об этом мужу. Когда это становится известно, мистер Уайт в праведном гневе играет в ТМВЭВ, а жена со слезами принимает его выговор и обещает, что больше такого не случится. Некоторое время все спокойно, но затем неожиданно появляется агент кредитора и требует оплатить давно просроченный счет. Мистер Уайт, который ничего не знал об этом счете, спрашивает о нем у жены. Она начинает играть в СЧЯИТС, говоря, что это его вина. Так как муж запретил ей делать перерасход, она могла свести концы с концами, только скрыв от него этот свой долг.

Такая игра продолжалась в течение десяти лет на том основании, что каждый случай — последний и больше такое не случится, отныне все пойдет по-другому. Что и делалось — несколько месяцев. Обратившись к психотерапевту, мистер Уайт очень проницательно, без всякой помощи со стороны врача, проанализировал эту игру и сам же предложил средство от нее. По взаимному согласию счет в банке был переведен только на его имя. Миссис Уайт продолжала вести учет и делать покупки, но теперь мистер Уайт первым видел счета и контролировал их оплату. Таким образом, ни долги, ни перерасходы не могли пройти мимо него, и теперь расчет семейного бюджета производился совместно. Лишившись удовлетворения и вознаграждений СЧЯИТС — ТМВЭВ, Уайты вначале чувствовали себя неловко и были вынуждены отыскать более честные и конструктивные способы взаимного общения.

Антитезис. Антитезис к игре СЧЯИТС первой степени — оставить игрока в покое, второй степени — предоставить самому Уайту принимать решения. У игрока первой степени может возникнуть реакция одиночества, но редко — гнева; игрок второй степени начнет дуться, если вынужден будет брать на себя инициативу, так что систематическое использование анти-СЧЯИТС может иметь неприятные последствия. Антитезис СЧЯИТС третьей степени должен осуществляться под руководством опытного профессионала.

Частичный анализ

Цель игры — оправдание своего поведения. Динамически ее мягкая форма может быть сопоставлена с преждевременным семявыделением, жесткая форма — с гневом, основанным на «страхе кастрации». Хорошо заметен внешний психологический знак (стремление избежать ответственности); игру часто ускоряет угроза интимной близости, поскольку «оправданный» гнев помогает избежать сексуальных отношений. Экзистенциальная позиция — «Меня не в чем винить».

Почти любая игра может стать основой супружеской и семейной жизни, но некоторые, как, например, «Если бы не ты», расцветают пышнее, а другие, как «Фригидная женщина», держатся дольше под воздействием юридически узаконенной близости. Разумеется, супружеские игры произвольно отделяются от сексуальных игр, которые рассматриваются в особой главе. Игры, которые разворачиваются в наиболее полном виде именно в супружестве, таковы: «Тупик», «Суд», «Фригидная женщина» и «Фригидный мужчина», «Загнанная домохозяйка», «Если бы не ты», «Видишь, как я старался» и «Милая».

1. «Тупик»

Тезис. В «Тупике» в более явном виде проявляется главная цель игр вообще — манипулировать людьми — и их функция служит преградой интимной близости. Как ни парадоксально, эта игра состоит в изворотливом и неискреннем отказе от участия в игре, предложенной супругой (супругом).

1. Миссис Уайт предлагает мужу пойти в кино. Мистер Уайт соглашается.

2а. Миссис Уайт допускает «непреднамеренную» ошибку. В ходе разговора она совершенно естественно упоминает, что дом нуждается в покраске. Это дорогая затея, а мистер Уайт недавно сказал жене, что у них туго с деньгами; он попросил ее не приставать к нему с дополнительными затратами, по крайней мере до начала следующего месяца. Следовательно, момент для разговора о покраске дома выбран неудачно, и мистер Уайт отвечает грубостью.

2б. Альтернативный вариант. Мистер Уайт ведет разговор так, что миссис Уайт трудно удержаться от искушения и не сказать о покраске дома. Как и в предыдущем варианте, мистер Уайт отвечает грубостью.

3. Миссис Уайт обижается и говорит, что, если у него дурное настроение, она не пойдет с ним в кино и ему лучше идти одному. Он отвечает, что, если она так считает, он пойдет один.

4. Уайт уходит в кино (или гулять с детьми), оставив миссис Уайт дома залечивать душевные раны. В этой игре могут быть два скрытых механизма.

А. Миссис Уайт по прошлому опыту хорошо знает, что не стоит серьезно воспринимать раздражение мужа. На самом деле он хочет, чтобы она показала, как ценит его напряженный труд, чтобы содержать семью; в таком случае они, вполне довольные, могут отправиться в кино. Но она отказывается подыгрывать ему, и он чувствует себя глубоко обиженным. Он уходит, кипя от разочарования и негодования, а она остается дома, изображая обиду, но втайне наслаждаясь ощущением триумфа.

Б. Мистер Уайт по прошлому опыту знает, что не должен серьезно воспринимать нападки жены. На самом деле она хочет, чтобы он приласкал ее; в таком случае они, довольные, пойдут в кино. Но он отказывается играть, понимая, что поступает нечестно: он знает, что она хочет, чтобы ее ласково уговаривали, но притворяется, будто не понимает этого. Он покидает дом, испытывая облегчение и радость, но притворяясь обиженным. А жена испытывает разочарование и негодование.

В обоих случаях позиция победителя, с точки зрения наивного наблюдателя, выглядит безупречной: он или она всего лишь поняли друг друга буквально. Это особенно очевидно в варианте Б, в котором Уайт принимает отказ миссис Уайт за чистую монету. Они оба знают, что это обман, но поскольку она сама так сказала, она оказывается в тупике.

Наиболее очевидное вознаграждение в данном случае — внешнее психологическое. Оба сексуально возбуждаются в кино, и более или менее очевидно предполагалось, что после возвращения из кинотеатра они будут заниматься любовью. В зависимости от того, кто из них хочет избежать близости, игра пойдет по варианту 2а или 2б. Это особенно раздражающий вариант игры «Скандал» (см. главу 9). «Обиженный» партнер считает, что испытывает вполне справедливое негодование и имеет законное право отказываться от близости, а загнанный в угол супруг не может возразить.

Антитезис. Для миссис Уайт он прост. Ей нужно только передумать, взять мужа за руку, улыбнуться ему и пойти с ним (переход от Я-Ребенок к Я-Взрослый). Для мистера Уайта найти выход из тупика несколько труднее, поскольку инициатива принадлежит миссис Уайт; но, если он проанализирует ситуацию в целом, он, возможно, сумеет уговорить ее пойти с ним либо как капризного Ребенка, либо, что гораздо лучше, как Взрослого.

«Тупик» приобретает несколько иную форму, когда в семейную игру включаются дети; в таком случае она напоминает «двойной узел», описанный Бейтсоном и его школой. Здесь в тупик загоняют ребенка, и что бы он ни сделал, он все равно окажется не прав. По Бейтсону, это может послужить важным этиологическим фактором при возникновении шизофрении. С нашей точки зрения, следовательно, шизофрения может быть названа антитезисом Ребенка на «Тупик». Опыты лечения взрослых шизофреников с помощью анализа игр подтверждают такое предположение. Если подготовленному пациенту при помощи анализа игр показать, что шизофреническое поведение возникло как ответ на эту игру, наступает полная или частичная ремиссия.

Повседневная форма «Тупика», в которую играют всей семьей и которая оказывает особое воздействие на младших детей, чаще встречается в семьях с назойливыми родителями типа Я-Родитель. Маленького мальчика или девочку заставляют больше помогать по дому, но, когда дети слушаются, родители во всем находят недостатки — «плохо, когда делаешь, и плохо, когда не делаешь». Этот «двойной узел» можно назвать игрой «Тупик» типа «дилемма».

Иногда «Тупик» становится этиологическим фактором астмы у детей.

Маленькая девочка: «Мама, ты меня любишь?»

Мама: «А что такое любовь?»

Такой ответ не оставляет для ребенка выхода. Девочка хочет говорить о матери, а мать начинает философский разговор, который девочка еще не в состоянии понять. Она начинает тяжело дышать, мать раздражается, у девочки начинается приступ астмы, мать извиняется, и игра «Астма» развивается беспрепятственно. Эту игру «Астматический тупик» предстоит еще изучить.

Иногда в психотерапевтических группах встречается элегантный вариант игры в «Тупик», который можно назвать игрой типа Рассела — Уайтхеда[9].

Блэк: «Ну, во всяком случае, когда мы молчим, никто не играет в игры».

Уайт: «Молчание само по себе может быть игрой».

Рэд: «Сегодня никто не играет в игры».

Уайт: «Но не играть в игры тоже может быть игрой».

Терапевтический антитезис тоже элегантен. Логические парадоксы запрещены. Когда Уайту запрещают его маневр, быстро обнаруживается тревожность, лежащая в основе его поведения.

Супружеская игра «Пакет с завтраком», с одной стороны, близко родственна с «Тупиком», а с другой — с «Поношенным платьем». Муж, который вполне в состоянии позавтракать в дорогом ресторане, тем не менее каждое утро делает несколько бутербродов и уносит к себе в контору в бумажном пакете. Для этого он использует хлебные корки, остатки вчерашнего обеда и бумажные пакеты, которые сберегает для него жена. Это обеспечивает ему полный контроль над финансами семьи — разве жена посмеет купить себе норковый палантин перед лицом такого самопожертвования? Муж получает дополнительно немало вознаграждений, например возможность завтракать в одиночестве и работать в сэкономленное время. Во многих отношениях это конструктивная игра, которую одобрил бы Бенджамин Франклин[10], так как она поощряет экономность, усердие и пунктуальность.

2. «Суд»

Тезис. По описанию эта игра принадлежит к той группе игр, которые особенно ярко проявляются в ходе судебного разбирательства. К ним относятся также «Деревянная нога» (оправдание на основе невменяемости) и «Должник» (гражданский иск). Клинически игра чаще всего встречается в кабинетах консультантов по семейным проблемам и в семейных психотерапевтических группах. В сущности, очень часто беседы в таких кабинетах и группах представляют собой сплошную игру в «Суд», в которой ничего не решается, так как игра не заканчивается. В таких случаях становится очевидным, что консультант и терапевт активно участвуют в игре, не подозревая об этом.

В «Суд» может играть любое количество игроков, но обычно игра рассчитана на трех участников: истца, ответчика и судью, представленных мужем, женой и психотерапевтом. Если игра происходит в психотерапевтической группе, на радио или телевидении, остальные присутствующие исполняют роли присяжных заседателей. Муж начинает жалобно: «Позвольте мне рассказать вам, что она (имя жены) сделала вчера. Она взяла…» и т. д. и т. п. Жена, защищаясь, отвечает: «Вот как было на самом деле… И к тому же он… и вообще в то время мы оба…» и т. д. Муж галантно добавляет: «Я рад, что вы можете выслушать обе стороны. Я хочу только справедливости». В этот момент советник рассудительно говорит: «Мне кажется, что если мы подумаем…» и т. д. Если присутствует аудитория, терапевт может обратиться к ней: «Послушаем, что скажут остальные». Или, если группа подготовленная, ее члены могут сыграть роль присяжных без всякого указания со стороны терапевта.

Антитезис. Терапевт говорит мужу: «Вы абсолютно правы!» Если муж расслабляется, испытывая торжество или самодовольство, терапевт спрашивает: «Как вы относитесь к моим словам?» Муж отвечает: «Очень хорошо». Тогда терапевт говорит: «На самом деле я считаю, что вы не правы». Если муж честен, он ответит: «Я с самого начала знал это». Если он нечестен, то должен какой-то своей реакцией продемонстрировать, что игра продолжается. Тогда можно анализировать ситуацию дальше. Игровой элемент заключен в том, что, хотя истец шумно торжествует победу, в глубине души он понимает, что не прав.

После того как будет собран достаточный клинический материал, игру можно прекратить маневром, который из всех антитезисов отличается наибольшим изяществом. Терапевт устанавливает правило, запрещающее использование третьего (грамматического) лица в группе. Следовательно, пациенты могут обращаться друг к другу непосредственно — «вы», могут говорить о себе «я», но не имеют права сказать: «А сейчас я расскажу о нем» или «Позвольте мне поговорить о ней». В этот момент семейная пара либо вообще перестает играть, либо переходит к игре «Дорогая», что является значительным улучшением, либо принимается за «Более того», что ничуть не лучше «Суда». Игра «Дорогая» описана в другой главе. В «Более того» истец предъявляет одно обвинение за другим. Ответчик на каждое из них говорит: «Я могу это объяснить». Истец не обращает никакого внимания на объяснения, но как только ответчик замолкает, он пускается в описание следующего инцидента, за которым следует новое объяснение — типичный обмен репликами Родитель — Ребенок.

В «Более того» особенно увлеченно играют ответчики-параноики. Поскольку они все понимают буквально, то легко могут вывести из себя обвинителей, которые изъясняются метафорически или юмористически. В целом метафоры — самые распространенные ловушки в игре «Более того», и их следует избегать.

В повседневной форме эту игру легко наблюдать у детей. Это трехсторонний вариант, который разыгрывается между двумя детьми и родителем. «Мама, она забрала у меня конфету». — «Да, но он забрал мою куклу, а перед этим ударил меня, и вообще мы договорились делить конфеты поровну».

Анализ

Тезис. Они должны признать, что я прав.

Цель. Самоутверждение.

Роли. Истец, Ответчик, Судья (и/или Присяжные).

Динамика. Соперничество братьев и сестер.

Примеры. 1. Дети ссорятся, родители вмешиваются. 2. Супружеская пара в поисках «помощи».

Социальная парадигма. Взрослый — Взрослый.

Взрослый: «Вот что она мне устроила».

Взрослый: «На самом деле было так».

Психологическая парадигма. Ребенок — Родитель.

Ребенок: «Скажи, что именно я прав».

Родитель: «Прав этот» или «Правы вы оба».

Ходы. 1. Подача жалобы — оправдательное выступление.

2. Истец выдвигает опровержение, согласие или делает жест доброй воли. 3. Решение судьи или вердикт жюри. 4. Оглашение окончательного решения.

Вознаграждения. 1. Внутреннее психологическое — проекция вины. 2. Внешнее психологическое — освобождение от вины.

3. Внутреннее социальное — «Дорогая», «Более того», «Скандал» и др. 4. Внешнее социальное — «Суд». 5. Биологическое — поглаживание со стороны судьи и жюри. 6. Экзистенциальное — депрессивная позиция «Я всегда не прав».

3. «Фригидная женщина»

Тезис. Это почти всегда супружеская игра, так как трудно представить себе, чтобы внебрачная связь долго продолжалась на таких условиях.

Муж обращается к жене с определенными притязаниями, но она их отвергает. После нескольких таких попыток она сообщает ему, что все мужчины животные, что он на самом деле ее не любит или любит не ради нее, что ему нужен только секс. На некоторое время муж воздерживается, потом пытается снова — с тем же результатом. Постепенно он смиряется и больше поползновений не делает. Проходят недели или месяцы, жена становится все менее церемонной и временами забывается. Принимая душ, просит мужа принести свежее полотенце, которое будто бы забыла. Если она ведет жесткую игру или много пьет, может начать флиртовать с другими мужчинами на вечеринках. Наконец муж поддается на провокацию и делает новую попытку. Но его снова отвергают, начинается игра «Скандал», в которой вспоминаются поведение обоих, другие пары, родственники, семейные финансы и неудачи, и заканчивается все тем, что муж хлопает дверью.

На этот раз муж принимает решение покончить с сексом: они найдут несексуальный modus vivendi[11]. Он не обращает внимания на неглиже жены и маневр с забытым полотенцем. Жена ведет себя все более провокационно и рассеянно, но муж держится стойко. И вот однажды вечером она сама начинает делать попытки сблизиться и целует его. Вначале муж не реагирует, но природа после долгого воздержания берет свое, и ему кажется, что на этот раз все получится. Его первые пробные шаги не отвергаются, как раньше. Муж становится все смелее. И в самый критический момент жена отшатывается от него и кричит: «А я тебе что говорила? Все мужчины — животные, мне нужна любовь, а ты заинтересован только в сексе!» Супруги переходят к игре «Скандал», причем обычно минуют предварительные стадии типа обсуждения поведения их самих и их родственников и сразу же приступают к финансовым проблемам.

Следует отметить, что, несмотря на свои протесты, муж в такой же степени боится интимной близости, как и жена, он и жену-то выбирал такую, чтобы не перенапрягаться, не подвергать риску свою сомнительную потенцию и иметь возможность винить во всем супругу.

Иногда в эту игру играют незамужние женщины самого разного возраста, тогда ее в разговорной речи называют «Крутить динамо». У них эта игра часто сливается с другой — «Насилуют!», в которой они разыгрывают негодование.

Антитезис. Игра эта опасна, и в одинаковой степени опасен возможный антитезис. Заводить любовницу рискованно. Перед лицом такого подстегивающего соперничества жена может отказаться от игры и попытаться вести нормальную супружескую жизнь; иногда эта попытка оказывается запоздалой. С другой стороны, жена может использовать эту связь, часто с помощью адвоката, как оружие в игре «Попался, сукин сын!». Исход игры в равной степени непредсказуем, если муж обращается к психотерапевту, а жена нет. По мере того как муж становится сильнее, игра жены может совсем расстроиться, и это приведет к более нормальным взаимоотношениям; но если жена — заядлый игрок, улучшение в состоянии мужа может привести к разводу. Наилучшее решение, если оно возможно: оба супруга должны посещать семейную терапевтическую группу, в которой вскрываются скрытые вознаграждения этой игры и ее сексуальная патологичность. После такой подготовки оба супруга могут заинтересоваться интенсивной индивидуальной психотерапией. В результате их брак может психологически возродиться. Если же этого не получится, супруги по крайней мере смогут рациональнее подойти к положению.

Пристойный антитезис повседневной формы этой игры — в смене круга общения. Некоторые более проницательные или жестокие антитезисы граничат с развратом и даже с преступлением.