Цена успеха, или Женщина в игре без правил Шилова Юлия

— Мама, все не так просто. Еще неизвестно, чем бы эти моменты для меня обернулись. Я оставила Илью его жене и его детям. И я ни минуты не сомневаюсь, что сделала правильно. Зачем мне нужны чужие проблемы, когда мне хватает своих собственных?

— И ты нашла мужчину без проблем, без прошлой семьи и детей. Уж лучше пусть мужчина будет с проблемами, чем какой-то прохиндей без проблем.

— Да никакой он не прохиндей! И как это он за мой счет может самоутвердиться? Я не слышала большей глупости, честное слово! Да кто я такая? Что я собой представляю?

— Ты спрашиваешь, кто ты такая?

— Да.

— Это кто он такой! Хитрец, каких миллионы. Ты у меня умница, красавица, хорошо зарабатываешь.

У тебя прекрасное будущее. Ты хочешь от жизни многого Ты особенная, потому что умеешь этого многого добиваться. Да ты мечта любого мужчины, у которого есть хоть немного мозгов. Когда я тебя родила, я знала, что родила ребенка с исключительной судьбой. У тебя все впереди. А этот хитрец будет тянуть тебя назад. Ты будешь рваться вверх, а он — тащить назад, в свое болото.

— Да что такого у меня впереди?

— Я верю в то, что ты обязательно достанешь звезду с неба. Помнишь, все дети в детстве говорили то о своем желании стать космонавтом, то съездить на Северный полюс, то мечтали еще о чем-нибудь.

А ты никогда не меняла своего желания и всегда говорила о том, что хочешь достать звезду с неба. — Выпив сердечные капли, мама слегка успокоилась и с болью в голосе спросила:

— Люба, ты хоть сказала ему о том, что ты слишком многого хочешь от жизни? Ты говорила ему про звезду?

— Говорила.

— А он?

— А он пообещал мне не мешать. Сказал, что подставит лестницу и будет держать меня за ноги, чтобы я не упала. — Я не могла не рассмеяться.

— Да уж… У него же на лице написано, что если у тебя будет что-то получаться, то он у тебя эту лестницу из-под ног выбьет, чтобы ты носом в землю упала и посильнее ударилась.

— Мама, ну что ты такое говоришь…

— А то, что у него даже квартиры нет. Надо же!

Он сделал тебе великую честь: переехал с вещами в твою квартиру. Перевез к тебе свои грязные портки.

У него же ни черта нет. Ты даже не знаешь толком, где он работает и чем занимается. Я у него спросила, а он нормально не смог мне объяснить. Учредитель.

Да какой он, к черту, учредитель?! Ухренитель, вот он кто!

— Мама, прекрати!

— Прекращаю. Только… У учредителей хоть в кармане что-то имеется, а у этого и карманов-то, наверно, нет.

— Его фирма только развивается.

— Да она у него всю жизнь будет развиваться, вот увидишь. Сколько будешь с ним жить, столько она и будет развиваться.

— Мама, все сразу не бывает.

— У таких, как он, никогда ничего и не будет.

— Ты не права. Я вообще не пойму, почему ты так сильно против него настроена. Во-первых, я уже устала жить одна, и его присутствие мне помогает, успокаивает. Во-вторых, до того, как жить со мной, он снимал большую, хорошую квартиру и сам ее оплачивал. А когда мы съехались, в той квартире отпала необходимость. Зачем выкидывать деньги на ветер, если мы все равно живем вместе?

— Подожди, придет час, и он потребует от тебя дать ему московскую прописку. Этот малый с дальним прицелом.

Обняв маму за плечи, я улыбнулась и поцеловала ее в затылок:

— Мама, я правда не пойму, почему ты против него так агрессивно настроена. Вполне приличный мужчина. Главное, чтобы мне было с ним хорошо, а все остальное неважно.

— Просто он тебе не подходит, — вынесла свой вердикт мама.

— Да где же сейчас найдешь того, кто по всем статьям подходит? Пойми, я начинаю к нему привыкать. Мы притираемся. Придет время, и мы сроднимся…

Вспомнив тот свой разговор с матерью, я еще раз подумала: мама просто не разглядела Артура. И улыбнулась. Любая мать хочет своему ребенку лучшей доли, и она всегда скептически относится к тому, кого он выбрал. Но проходит время, которое отличается тем, что умеет лечить наши души, и уж оно-то обязательно расставляет все на свои места, и некогда плохое мнение наших родителей о наших избранниках изменяется в лучшую, положительную сторону.

— Люба, ты о чем думаешь? — шепнул мне в ушко Артур и крепко сжал мою руку.

— Я думаю о том, что сегодня у нас первая брачная ночь. У тебя остались для нее силы?

— Будем искать резервы. Постараемся что-нибудь изыскать.

— Думаешь, получится?

— Еще бы, ведь меня просит об этом ужасно красивое и милое создание.

После ЗАГСа мы поехали в уютный ресторанчик и стали отмечать наше торжественное событие, которое, казалось, перевернет нашу жизнь, потому что теперь мы уже не можем существовать разрозненно.

Мы будем представлять собой целый и единый организм, который будет жить по правилам семьи и считаться со всеми ее требованиями.

За столом с красивыми витыми свечами, усыпанным лепестками роз, я посмотрела на Артура любящим взглядом и, не обращая внимания на выстроившихся у нашего столика официантов, сказала слова, которые не ожидала услышать сама от себя:

— Артур, я тебя люблю.

— Ты это точно знаешь? — Артур посмотрел на меня преданным взглядом и слегка покраснел.

— Мне кажется, что я попала в любовный омут.

Я тону, но в спасении не нуждаюсь.

— Быть может, тебе кинуть спасательный круг?

— Не стоит. Я думаю, что уже слишком поздно.

Меня уже ничто не спасет.

Оглянувшись на музыкантов, я вновь посмотрела на счастливого Артура и подняла ногу для того, чтобы провести по тому месту, где у мужчины находится ширинка.

— Ну, ты озорница! Ты что творишь? Ты только посмотри: нас же видно со всех сторон. Музыканты, официанты… И все на нас смотрят. Любимая моя развратница, сейчас не место.

— Ерунда. Нас не видно. Тут длинная скатерть.

Как только нам подали холодные закуски, позвонила мама и пожелала мне счастливой семейной жизни.

— Мамуля, как жаль, что ты не можешь приехать.

Ты не представляешь, как нам тебя не хватает.

— Нет уж, уволь. Я не сяду с этим прохиндеем за один стол, — взволнованно проговорила мама. Хоть она и старалась скрывать свое волнение по поводу нашего поспешного брака, у нее ничего не получалось. — Ладно, доченька, несмотря ни на что, я тебя поздравляю…

— Вот это другое дело. Спасибо, мамуля. А Артуру дать трубку?

— Боже упаси! Зачем ты меня так подставляешь?

Все, что я могу сказать этому проходимцу, так только то, что ему крупно повезло. У него в руках жар-птица. Я надеюсь, что он не сможет ее удержать. Она обожжет ему руки и улетит высоко в небо.

— Мамуля, сегодня я так счастлива и так тебя люблю! — попыталась я подлизаться к собственной матери, но она была непреклонна.

— Свое теперешнее счастье ты сама себе надумала. Таких банальных счастий, которое сидит сейчас рядом с тобой, полно. Даже больше, чем предостаточно. Стоит только свистнуть, и они выстроятся перед тобой в ряд. Сегодня я думала о нем всю ночь и не нашла у него ни одного достоинства. Хоть ты и не создана жить с подобным проходимцем, потому что создана для карьеры и для мужчины, который бы снял с тебя хоть какой-то груз ответственности и превратил твою жизнь в сказку, я действительно хочу пожелать тебе счастья. Только не банального, а настоящего женского счастья, такого, как было у меня, когда я жила с твоим отцом, пока он не разрушил все в один миг и не ушел к другой женщине. И почему все приличные мужчины обходят тебя стороной, а всякие проходимцы липнут к тебе, как мухи на мед?

Быть может, мы с тобой сами в чем-то виноваты, а быть может, сейчас такая жизнь пошла, что проходимцев становится все больше и они все постоянно находятся в поисках жертвы. Моя приятельница вообще сказала о том, что все приличные мужчины уже давно женаты. Остались только одни неприличные.

Так что особо выбирать не из кого.

— Я рада, что ты позвонила мне для того, чтобы поздравить.

— Я поздравляю тебя с тем, что этот душевно щедрый хитрец теперь будет разбрасывать свои вещи по твоей квартире, раскидывать свои носки и всячески подбивать тебя оформить ему московскую прописку. Но я очень надеюсь, доченька, что твой здравый рассудок никогда тебя не покинет, и ты не будешь верить его красивым речам, а будешь просчитывать его каждый шаг и видеть его насквозь.

— Спасибо, мама, за поздравления, — ласковым голосом произнесла я и сунула мобильный обратно в сумку.

— Мама звонила? — спросил Артур — Как жаль, что сегодня она не с нами.

— Она приболела. — Я отвела глаза в сторону и подняла свой бокал.

— Я надеюсь, что она искренне за нас рада. Или она хотела для своей дочери другого мужа? Может, она хотела банкира или нефтяника?

Задав этот вопрос, Артур немного вспотел, и я поняла, что нужно срочно переводить разговор на другую тему, потому что рассуждения моего новоиспеченного супруга по поводу нечистоплотности богатых людей могли тянуться бесконечно долго, а у меня сейчас не было никакого желания их слушать.

— Моя мама уважает мнение своей дочери. А еще мне кажется, что об этом уже не стоит говорить, потому что у меня нет времени передумать. Ведь я стала твоей законной женой.

В этот вечер мы веселились на славу. Пили шампанское, танцевали, громко смеялись и, конечно же, страстно целовались. Выпив несколько бокалов шампанского, я принялась кружиться с Артуром в медленном танце и задавать ему один и тот же вопрос:

— Артур, а я похожа на замужнюю даму? Ну скажи, похожа?!

— Семейного огонька в глазах у тебя еще нет, но, думаю, скоро появится, — насмешливо отвечал он и поддерживал меня, чтобы я не упала. — Любка, а ведь я, честно, и не знал, что любовь бывает. Думал, все это сказочки для лохов. А тут раз — и тебя встретил.

— Что, ни разу никого не любил?

— Ни разу!

Артур ответил на поставленный вопрос, не задумываясь, и мне хотелось ему верить. Нет, даже не хотелось — я ему верила. Просто было как-то непривычно, что такие изречения исходят от взрослого мужчины.

— А как же первая любовь?

— Моя первая любовь — это ты. Первая и последняя. Единственная на всю жизнь!

— И тебя что, никто не ждал из армии?

— Мать ждала.

— А девушка?

— Было их несколько.

— Ах, даже несколько…

— А я парень видный, что тебя так смущает?

— И что, со всеми было несерьезно?

— Обыкновенные увлечения молодости. А с тобой все по-другому. С тобой меня пронзило током с первой минуты, как только я тебя увидел. Знаешь, как только разделаемся с делами, сразу рванем в свадебное путешествие. Я об этом просто мечтаю. Только ты и я.

— А куда мы полетим?

— Конечно же, в Париж.

— А почему именно в Париж? — немного удивилась я, потому что всегда представляла себе, что медовый месяц обязательно проводят на море.

— Потому что Париж — это город моей мечты.

Медовый месяц в Париже с самой прекрасной из всех женщин, с самой любимой, это же сказка! Мы прилетим в Париж и расположимся в каком-нибудь маленьком отеле.

— Почему в маленьком? Я терпеть не могу маленькие отели.

— Тебе нравится шум?

— Я люблю отели с большой территорией, где можно гулять и с интересом проводить время. В таких отелях можно и себя показать, и на других посмотреть.

— Себя ты уже напоказывалась. Хватит. Все, баста! Разреши теперь смотреть на тебя только мне. И не спорь. Мы поедем в маленький отель, и я научу тебя ловить кайф от маленьких отелей. Он будет очень крохотный и уютный, а его окна будут выходить на Сену. Они обязательно будут с деревянными ставнями, а на подоконнике будет стоять горшочек с геранью.

— Боже мой, а ты, оказывается, романтик! Только я не переношу запах герани. А тебе нравится герань?

— Это запах моего детства.

— В который раз я убеждаюсь в том, что мы с тобой разные. Я ненавижу герань.

— Я надеюсь, что из-за того, что ты не любишь герань, мы не разведемся? — шутливо спросил Артур и послал мне воздушный поцелуй.

— Из-за герани нет.

— А из-за чего тогда мы сможем развестись?

— Артур, мы с тобой только что поженились, а ты уже думаешь о разводе.

— Я?!

— Ты!

— Да я вообще такого слова не знаю. Если ты когда-нибудь мне про развод заикнешься, то знай заранее: я никогда тебе его не дам.

Мы шли из ресторана пешком, потому что, перед тем как сесть в такси и поехать домой, решили немного прогуляться по ночной Москве. Я прислонилась к плечу Артура и рассмеялась пьяным смехом.

— Люба, ты что? Что смешного-то?

— Я от счастья смеюсь! Понимаешь, от счастья!

— Разве счастье у тебя какое-то смешное?

— Совсем недавно я была совершенно одна, а сейчас у меня есть свой собственный мужчина! С головой, руками и ногами.

— А еще с чем?

— Ну, у него есть еще одно важное достоинство…

— А мне показалось, что ты о нем забыла.

— Милый, я постоянно про него помню. Это ж надо такому случиться?! Какая все-таки странная штука жизнь — все может перемениться за считанные дни.

— Ну скажи хоть: при мужике легче, чем без мужика?

— Конечно, легче. Теперь я всегда могу спрятаться за твою широкую спину.

— Прячься себе на здоровье. У меня действительно спина широкая.

Проходя мимо автобусной остановки, я посмотрела на сидящего на лавочке алкоголика и, показав ему язык, тут же спряталась за спину своего мужа:

— Эх, здорово!

— Любка, что творишь?

— Испытываю кайф от того, что могу делать все, что угодно, потому что у меня есть собственная широкая спина.

— Так уж и что угодно?!

— Что угодно! — парировала я. — Ты же никогда не дашь меня в обиду.

Увидев, что я пристально смотрю на сотрудников милиции, Артур сгреб меня в охапку и принялся ловить такси:

— Любка, завязывай дурачиться, а то нас сейчас с тобой в отделение увезут.

— Извини, просто я наконец-то дорвалась до собственной мужской спины.

— Я уверен, что у тебя было столько мужских спин… Только непонятно, почему ты на мне остановилась.

— Мужских спин было много, но мне совершенно не хотелось за них прятаться.

— А за мою, значит, хочется?

— Еще как хочется!

Всю дорогу, пока мы ехали до дома, Артур целовал меня, словно сумасшедший. Создавалось впечатление, что он просто не верил своему счастью. Не верил в то, что я его жена, что я никуда от него не денусь и что теперь все наше свободное время мы будем проводить вместе. Я знала, что замужество в чем-то похоже на ложе из роз, но о том, что в этих розах будет столько шипов, что я буду часто колоть себе руки, не думала. Как не осознавала и того, что фейерверк страсти быстро пройдет, и начнутся обычные будни, где мне придется делить всю свою душевную боль и весь свой быт на двоих. Но я этого не боялась…

В такси Артур наклонился ко мне как можно ближе и прошептал:

— Знаешь, когда я тебя целую, мне каждый раз кажется, что я целую абсолютно новую женщину.

Мне настолько с тобой хорошо… Когда я увидел в первый раз тебя в, аэропорту, в очереди на регистрацию, я так долго о тебе фантазировал… А теперь мне не нужно о тебе фантазировать, потому что ты — моя реальность.

Как только мы поднялись в квартиру, у меня вновь зазвонил мобильный, и я полезла за ним в сумочку.

— Кто это в такой поздний час? — обеспокоенным голосом спросил Артур.

— Мама, наверно. Хочет спросить, как у нас прошла свадьба и добрались ли мы до дома.

— Передавай ей привет.

— Обязательно передам.

— Она же знает о том, что я очень сильно ее люблю.

— Да, конечно.

— Теперь она не только твоя мама, но и моя тоже.

Но это была не мама. Увидев, что на моем телефоне высветился номер Александра, я постаралась скрыть охватившее меня волнение и со словами:

— Это с работы. Видимо, что-то срочное, — прошла на кухню.

— Привет, узнала? — услышала, ответив на звонок.

— Конечно, узнала. Номер высветился.

— Значит, ты вбила мой номер в свою записную книжку?

— Вбила. Как-никак, ты же мне не чужой человек.

— Не спишь еще?

— Собираюсь. В моем интересном положении нужен режим. Ты же знаешь. Токсикоз измучил.

— Значит, ты по-прежнему растишь ребенка?

— Растить его будет нужно, когда он родится, а пока он растет сам.

— Люба, а тебе кто-нибудь говорил, что ты настоящая сука?

Я и сама удивилась тому, как моментально мог изменять тембр своего голоса Александр. Буквально за считанные секунды из совершенно спокойного, тихого и серьезного голоса он мог стать жестоким, злым и надменным.

— Ты позвонил для того, чтобы меня оскорбить?

— Я позвонил тебе, чтобы сказать, что с этим долбаным помещением у меня все получается. Еще немного, и оно будет твое…

— Приятная новость.

— Я просто хочу сказать тебе, что я с тобой сделаю, если после того, как это помещение перейдет к тебе, ты когда-нибудь попадешься у меня на пути или я хотя бы услышу твое имя…

— Можешь не продолжать. Я все поняла. Я умею держать свое слово.

— Я свяжусь с тобой на днях.

Положив мобильный на кухонный стол, я постаралась унять дрожь в коленях и испуганно посмотрела на вошедшего на кухню мужа.

— Кто звонил?

— Администрация нашего округа приготовила мне сногсшибательный подарок к свадьбе.

— Какой?

— Если все срастется, то двухэтажное здание, про которое я тебе говорила, будет моим. Лучшего подарка к свадьбе нельзя было и придумать.

— Ты известила их о том, что у нас свадьба?

— Зачем? Мы же с тобой договорились, что, кроме тебя, меня и наших родителей, об этом необязательно знать кому-то еще. А подарок… Обычное совпадение. Так расположились звезды.

— Слишком дорогой подарок.

— Дорогая женщина стоит дорогих подарков.

— Я не верю, что это здание могут подарить забесплатно, — пытался докопаться до истины Артур. — Оно же огромных денег стоит.

— Его забрали за долги и отдают по бросовой цене.

— Но ведь бросовая цена тоже денег стоит.

— Я же сказала, что если все получится, то мне его подарят за красивые глаза. Посмотри внимательно в мои глаза. Они красивые?

— Очень.

— И ты считаешь, что за них нельзя подарить двухэтажное здание?

— Люба, что я тебе сделал плохого, что ты надо мной издеваешься?

— А что я сделала тебе плохого, что ты не радуешься вместе со мной моим достижениям? Все, хватит! От малого бизнеса идем к большому! И вообще, у нас с тобой брачная ночь. Ты позабыл о своих прямых семейных обязанностях.

— С каких пор умопомрачительный секс с моей любимой женщиной стал для меня обязанностью?

— С сегодняшнего дня, дорогой. С сегодняшнего дня…

Артур засмеялся и, схватив меня на руки, понес на постель.

Глава 19

Прошло ровно полгода

Я сидела рядом с Галининой матерью, слушала ее рыдания и пыталась ее успокоить.

— Изверги! Сволочи! За что ж они так мою доченьку? Кому моя кровиночка помешала? Она же никогда и никому плохого не сделала. Она же всегда такая честная была. Наверно, именно эта честность ее и сгубила. А ведь я говорила ей, что нельзя быть такой честной. А она меня не слушала, вечно говорила, что врать не умеет. Ума не приложу, кому она могла плохое сделать…

— Елена Викторовна, родная… — Я плакала вместе с женщиной и пыталась успокоить не только ее, но и себя. — Кто бы мог подумать, что такое может произойти? Кто бы мог подумать… Мне так ее не хватает. Я постоянно ее вспоминаю. Каждый день.

Смотрю на ее фотографию в рамке и громко реву. Но вы должны жить дальше. Вам еще вторую дочь поднимать. Елена Викторовна, милая, держитесь.

Галину нашли в каком-то подмосковном лесу совершенно случайно. Она была засыпана ветками и землей, и, конечно же, опознать ее было сложно, практически невозможно. И все же ее опознали. В глубине души мне стало значительно легче, потому что теперь тело Галины, как и положено, будет предано земле, и я сама лично закажу ей памятник, который будет так же красив, как и она, когда была жива. Положив на стол целую пачку долларов, я вышла от матери своей подруги с тяжелой душой и направилась к своему автомобилю.

Сев в машину, я заехала в парфюмерный магазин, чтобы побаловать себя какими-нибудь вкусными духами, и в самом центре магазина столкнулась с выбирающей духи Викой.

— Привет, — еле слышно поздоровалась я, пройдя мимо нее, как могла, ускорила шаг и от греха подальше пошла к следующей секции.

— Люба! — Вика сама окликнула меня довольно громко. Мне пришлось остановиться и выдавить из себя улыбку. — Что мимо проходишь, будто первый раз в жизни меня видишь?

— Я же поздоровалась.

— А когда-то ты со мной не только здоровалась, но и могла пообщаться.

— А тебе нужно это общение?

— Я хотела, чтобы ты этот запах попробовала. Не знаю, купить или нет. Как тебе?

Виктория поднесла ко мне пробник, но я сразу отрицательно покачала головой:

— Абсолютно не мой запах.

— Почему?

— Мне кажется, что он слишком сладкий. Я люблю более резкий.

— Мы с тобой очень разные, — улыбнулась Виктория. — А я не люблю резких запахов. Не думала, что когда-нибудь мы с тобой встретимся и ты пройдешь мимо.

— Я же пообещала.

Страницы: «« « ... 1314151617181920 » »»