Тайна «Школы Приквиллоу» Берри Джули

Глава 13

На следующее утро ученицы школы Святой Этельдреды, вооружась зонтиками от солнца и корзинками, отправились в Или, дабы выполнить несколько жизненно важных задач.

День выдался ясный, и тёплое солнце вполне смягчало прохладу свежего ветерка с болот. Когда за девушками закрылась дверь пансиона, колокола церкви Святой Марии как раз пробили десять часов. Барышни, сопровождаемые ликующим криком мистера Шамблса, заперли за собой калитку и отправились в путь.

– Неплохо для разнообразия, – заявила Беспутная Мэри-Джейн, шагая по Приквиллоу-стрит в направлении Или. – Дом уже надоел до печёнок.

На дальней станции жизнерадостно прогудел поезд.

– Давайте как-нибудь сядем в этот поезд и отправимся в путешествие, – размечталась Крепышка Элис.

– Да, – поддержала её Беспутная Мэри-Джейн. – В дальние экзотические страны.

– Но до поры, пока мы не сядем в поезд, нам предстоит много дел, – строго напомнила Китти. – Сегодня покупки, завтра – стирка. Платья в ужасных пятнах, к тому же мы обещали Элис постирать вещи миссис Плакетт.

– Кстати, – оживилась Элис, – о вещах миссис Плакетт. Китти, милочка, куда ты спрятала слона адмирала Локвуда?

– В шкаф с сувенирами в гостиной, – отозвалась Китти. – А почему ты спрашиваешь?

– Даже не знаю, – нахмурилась Элис. – Он ведь очень ценный…

Почувствовав необходимость защищаться, Китти показала шипы.

– Шкаф заперт! Он вполне надёжен. Уверена, миссис Плакетт так бы и поступила.

– Я просто вспомнила о нашем убийце, только и всего. Он сумел пробраться в дом и отравить мясо.

– Может, лучше спрятать слона там, где никто и не догадается искать? – осмелилась предложить Глупышка Марта.

– Я подумаю, – заносчиво отрезала Китти, про себя понимая, что Элис права.

Однако в их маленьком клане соблюдать осторожность было привилегией Китти. Всё, о чём она не побеспокоилось первой, принципиально не имело значения.

Вскоре юные леди очутились среди городской суеты. Поскольку Или мог похвастать собором, поселение считалось городом. По любым другим параметрам это была просто маленькая шумная деревушка. Однако смышлёным общительным девушкам, слишком много времени проводящим в пансионе, Или казался чуть ли не столицей.

Вид лавочников в чистых фартуках, торговцев в сапогах, домохозяек в шляпках и с младенцами бодрил взор. Наглядное доказательство, что мир состоит не только из семи девиц, дву трупов и щенка. Даже Мрачная Элинор с любопытством посматривала на других живых существ.

Сначала они заглянули в отделение почты на Маркет-стрит, где отправили стопку счетов по одному на каждую из семей, а также несколько писем, начертанных поддельным почерком. В послании, адресованном мисс Фрингл, «миссис Плакетт» вежливо справлялась о её здоровье, в записке к миссис Рамси благодарила ту за ткань для скатерти, и, наконец, в письме адмиралу Локвуду мадам рассыпалась в любезностях за беспокойство последнего и его щедрые подношения.

– С адмиралом было ужаснее всего, – пробормотала Мрачная Элинор, бросая конверт в ящик. – Китти заставила меня переписывать дважды. Недостаточно соблазнительно!

– Фу, гадость! – воскликнула Рябая Луиза.

– Необходимость, – вздохнула Невозмутимая Китти.

– Изумительно скандально! – добавила Беспутная Мэри-Джейн.

Но Элинор никак не унималась.

– Хотела бы я знать, как заставить обычное «спасибо за слона» звучать соблазнительно.

Каждое письмо сообщало получателям, что миссис Плакетт идёт на поправку и чувствует себя много лучше. Китти решила – так будет разумно, чтобы завтрашнее появление миссис Плакетт на суаре не вызвало лишних вопросов.

На выходе из почтамта барышням встретился почтальон.

– Доброе утро, юные леди! Сожалею по поводу болезни племянника миссис Плакетт. – И вежливо приподнял шляпу.

Удивившись, они присели в реверансе, но поскольку вокруг толпился народ, обсуждать не стали и отправились дальше, держа путь на Хай-стрит.

Над крышами домов и магазинов Маркет-стрит возвышался кафедральный собор Или. Издали его очертания казались такими мирными, но вблизи эта громада едва ли не наводила ужас. Святая Этельдреда была покровительницей собора и его основательницей. Пансион девочек, как и многие учреждения в Или, был назван в её честь.

– Храм Святой Девы, – пробормотала Рябая Луиза.

– Да избавит она нас, девиц, от бед насущных, – почтительно склонилась Душечка Роберта.

Элис одобрительно похлопала её по спине.

– Нам пригодится любая помощь.

Вдруг позади раздался громкий голос:

– Юные леди!

Барышни повернулись и увидели, как им приветливо машет величественная дама в лиловой юбке и жакетке с переливчато-зелёной блузкой.

– Не будете ли вы столь любезны передать своей директрисе наилучшие пожелания от миссис Грутли-Боллз? Я так тревожусь за здоровье её племянника.

Девочки молча склонили головы и сделали книксен. Миссис Грутли-Боллз кивнула им и отправилась своей дорогой.

– Бога ради, да что происходит-то? – прошипела Беспутная Мэри-Джейн.

– Это всё мисс Фрингл, – отозвалась Крепышка Элис. – Не упустила случая растрепать о напастях Констанс Плакетт каждой живой душе.

Невозмутимая Китти мрачно поджала губы.

– Ох, не нравится мне всё это. Нам-то с того что за польза? Чем меньше людей осведомлены о наших делах, тем лучше.

– Тогда нам следует переехать в Лондон, – заявила Рябая Луиза. – Потому что в Или все суют нос в чужие дела.

Следующее задание было далеко не приятным. Девочки спустились вниз по Хай-стрит к улице Святой Марии и прошли мимо прихода. Из окна пасторского дома им отсалютовал бокалом преподобный Рамси. С улицы Святой Марии они повернули на Кромвель-авеню, где когда-то жил сам лорд-протектор. Среди ряда домов отыскали нужный. Табличка гласила, что именно здесь проживает Аманда Барнс с матерью. Невозмутимая Китти позвонила в колокольчик, но ничего не произошло. С почтительного расстояния за девочками наблюдал мальчишка, катающий обруч. Выглядел паренёк так, словно гонора у него было хоть отбавляй.

Девочки подождали и, когда уже собрались уходить, Китти показалось, будто изнутри всё же доносится какой то звук: медленные, шаркающие шаги.

Дверь со скрипом открылась. За порогом стояла совсем древняя старушка с седыми волосами, стянутыми в слабый узел. Лицо покрывали складки морщин, а усталые, измученные заботами глаза неприветливо смотрели на пришедших.

– Миссис Барнс? – начала Китти. – Аманда Барнс здесь проживает?

Миссис Барнс кивнула.

Невозмутимая Китти протянула старушке конверт.

– Передадите ей это? – В ответ ни малейшего движения. – Рекомендации и жалованье за месяц вперёд.

Миссис Барнс по-прежнему взирала на них мутным взглядом, не пытаясь взять конверт.

– Там деньги! – гаркнула Мэри-Джейн.

Крепышка Элис толкнула её локтем в бок. Старуха медленно забрала конверт. Китти сделала книксен, остальные последовали её примеру, и вся компания заторопилась обратно в сторону улицы Святой Марии. Угрюмый мальчуган метнул им вслед обруч. Услышав, как тот дребезжит по тротуару, Рябая Луиза успела повернуться и перехватить обруч, не дав ему врезаться в Мрачную Элинор.

– Что за штучки? – крикнула Луиза, сердито посмотрев на негодяя. – Чего тебе надо?

Тот не спеша приблизился и вырвал у неё обруч.

– Эх вы, воображалы! Уволили мою тётку! Братец Джимми мне всё рассказал, он доставляет вам покупки. Тётка каждую неделю тряслась над стряпнёй. Заставляла Джимми таскать ей то и это, чтобы она могла попробовать – годятся ли вам продукты. Уж как она старалась для школы – мамка так говорила. И вот как её отблагодарили! – Парнишка сморщил веснушчатый нос, наградив девочек хмурым взглядом со всей злостью, что могло отразить лицо восьмилетнего ребёнка, и показал язык.

– Смотри, когда-нибудь тебе его отрежут, – пригрозила Беспутная Мэри-Джейн.

– Хватит, – пробормотала Крепышка Элис. – Пусть себе дразнится. – А мальчику сказала: – Всего хорошего, юноша. – Повернулась и пошла прочь.

Покинув Кромвель-авеню, барышни с облегчением вздохнули. Они отправились обратно на Маркет-стрит, чтобы наполнить корзинки продуктами.

– Давайте не пойдём в наш обычный магазин, – предложила Рябая Луиза. – Кажется, я не готова испытать гнев очередного племянника Барнс.

– Ты же не считаешь, что телятину отравил сам бакалейщик или его мясник? – поинтересовалась Глупышка Марта.

Потревоженный разум бедняжки никак не мог избавиться от мыслей о яде и телятине.

– Я это обдумала, – ответила Рябая Луиза. – Окажись яд в телятине делом рук мясника, полгорода бы вымерло, а мы пока не слышали похоронного звона.

– А может, миссис Плакетт не расплатилась по счёту, – предположила Мрачная Элинор.

Они отыскали магазин, где не работало никаких Барнсов. Улыбчивый хозяин, обладатель блестящей лысины и красных подтяжек, передал миссис Плакетт пожелания скорейшего выздоровления.

– Господи милостивый, – простонала Китти, когда они наконец вышли, нагруженные банками, коробками и бумажными пакетами с едой, включая обрезки для собаки. – Неужели о наших неурядицах уже трезвонят в газетах?

– Говорю же, это всё мисс Фрингл, – повторила Крепышка Элис. – Никакая вывихнутая лодыжка не помешает ей распускать по городу сплетни.

– Дальше заглянем к моему приятелю-аптекарю, – предупредила Рябая Луиза. – Элинор нужны притирания получше для… Сами знаете, для чего.

– Он и правда твой друг? – изумилась Глупышка Марта.

– Нет, – рассмеялась Луиза. – Просто его лавочку я люблю больше всего.

Девочки вошли в аптеку. Взгляд Китти бесцельно блуждал по рядам сверкающих бутылей и склянок. Каждая была снабжена приклеенной этикеткой. Пьянящие химические запахи, смешиваясь с ароматами духов и сладостей, ударяли в нос.

Луиза, Элис и Элинор брали баночки вместе, но руководила закупкой последняя.

– Вот это отлично подойдёт, – приговаривала она. – Нам нужен кольдкрем и пластический грим.

– Устраиваете театрализованное представление, дамы? – приветствовал их аптекарь, мистер Бакли.

Элинор не ответила.

– Имеется ли у вас вазелин? – осведомилась она.

Бакли вопросу будто обрадовался.

– На самом деле да, – отозвался он и взял небольшой серый бутылёк. – Мне довелось слышать об этом средстве изумительные отзывы. Говорят, устраняет множество кожных проблем.

Беспутная Мэри-Джейн, Душечка Роберта и Глупышка Марта отправились поглазеть на духи и кремы для лица, а Китти осталась у прилавка. Она слишком задумалась и не заметила, как в аптеку вошёл ещё один покупатель и встал возле неё.

Мистер Бакли покинул юных леди, поспешив поприветствовать нового клиента.

– Чем могу помочь, сэр?

– Чайную соду, пожалуйста.

– Целую жестянку или в пакетиках?

Китти взглянула на незнакомца. Это оказался юноша в льняном пиджаке рыжевато-коричневого цвета и сером классическом цилиндре. На шее у молодого человека красовался возмутительный галстук-бабочка фиолетового шёлка. Глаза и руки незнакомца отличались необычным загаром, а речь – неуловимым акцентом.

– В пакетиках, полагаю, – ответил он.

Увидев, что Китти за ним наблюдает, молодой человек приветственно приподнял край цилиндра. Китти быстро отвела взгляд.

Мистер Бакли протянул покупателю пакетики с порошком и взял плату.

– Не слишком ли вы молоды для несварения желудка? – с улыбкой заметил он.

– Это для матушки, – ответил незнакомец, подбросил сдачу в ладони, а потом вернул две монетки аптекарю. – Пару полпенсовых тянучек, пожалуйста.

Из высокой стеклянной банки мистер Бакли достал карамель и передал юноше. Тот снял вощёную обёртку с одной конфеты и закинул лакомство в рот, затем, подмигнув, ещё раз приподнял шляпу, опустил вторую тянучку в продуктовую корзинку Китти и вышел из аптеки.

Дверной колокольчик умолк задолго до того, как Китти перестала таращиться вслед незнакомцу.

– Попробуйте, мисс, – с ухмылкой посоветовал аптекарь, протирая тряпкой прилавок. – Миссис Бакли сегодня утром сделала свежую партию.

Достав из корзины тянучку, Китти с подозрением её рассмотрела. Есть её казалось как-то неправильно. Словно это поощряло напористость незнакомца. Но он уже ушёл, а конфета в руках была такой мягкой… К тому же для негодяя юноша слишком хорошо одевался и обладал недурными манерами. Скорее всего, он не пытался флиртовать, просто его внезапно одолел порыв щедрости. Китти сунула конфету в рот, где та сразу же обволокла язык сочной маслянистой сладостью.

– Когда в следующий раз маменька пошлёт мне содержание, я вернусь за этим одеколоном… – заявила вернувшаяся Мэри-Джейн, встав рядом с Китти. Та чуть не подавилась тянучкой. – Между прочим, с кем это ты разговаривала? Чего он хотел?

Китти всячески постаралась скрыть, что жуёт конфету, и принять безразличный вид.

– Нифево.

К прилавку с выбранными покупками вернулись Элинор, Луиза и Элис.

– Это всё? – осведомился аптекарь, подсчитывая итог.

Невозмутимая Китти с деньгами в руках подошла ближе и расплатилась.

Мистер Бакли отсчитал ей сдачу.

– Вы, юные леди, из пансиона, что на Приквиллоу-стрит, так ведь?

Китти проглотила конфету.

– Верно.

Видимо, настал черёд аптекаря передать миссис Плакетт слова поддержки.

– Как продвигается уничтожение ковровых жучков?

– Простите? – недоумённо моргнула Китти.

– Жучки в ваших коврах… – подсказал аптекарь.

Китти в поисках поддержки повернулась к Рябой Луизе. Та задумчиво кивнула.

– Ах да, теперь я припоминаю. Кажется, Барнс что-то говорила о вредителях, которые ей досаждают. Я их не замечала.

– Должно быть, препарат, что я для неё изготовил, сделал свою работу. Доброго дня, дамы. Разве сейчас не время уроков?

Девочки посмотрели на Китти, предоставляя ей ответить на неловкий вопрос.

– Миссис Плакетт полагает, что время от времени нам необходимо ходить на… экскурсии, чтобы практиковаться в арифметике, совершая покупки.

– Разумно! – кивнул мистер Бакли. – Всего хорошего.

Пока они шли по Натхол-лейн, направляясь к Приквиллоу-стрит, Китти высасывала из зубов застрявшую карамель и обдумывала поведение незнакомца. Почему именно она? С чего бы ему выбирать её? Вряд ли он хотел сделать ей комплимент. Наверное, каждый день покупает девушкам сладости.

Рябая Луиза тоже размышляла о незнакомце. Какое странное совпадение: накануне этот юноша искал их пансион, и вот они встречаются с ним в аптеке. Неужели он следил за ними? Надо ли рассказать остальным? Луиза прикусила губу. Тогда придётся признаться, что вчера она о нём умолчала. Незачем, решила Луиза. Однако она всё же ему не доверяла. Вид у него привлекательный, в точности как у отпетого пройдохи. Может, он и есть отравитель. В конце концов, встретился им в аптеке… Луиза записала «странный юноша» в список подозреваемых в блокнот, который везде носила с собой.

Почти на пересечении улиц Натхол-лейн и Приквиллоу внимание барышень привлекло громкое настойчивое постукивание. Оглянувшись, они увидели за окном одного из домов сутулую фигуру адмирала Локвуда. Завёрнутый в шаль, тот стучал в стекло, жестикулируя девочкам.

– Да что ещё? – возмутилась Мрачная Элинор. – Тоже решил, что мы прогуливаем?

Они неуверенно остановились возле принадлежащего Локвуду высокого мрачного особняка в готическом стиле. Сам хозяин отошёл от окна, и девочки чувствовали себя довольно глупо, без видимой цели ожидая на тротуаре.

Наконец парадная дверь со скрипом отворилась, и на пороге показался дряхлый слуга в помпезном чёрном сюртуке, свисающем с тощих плеч.

– Юные леди, – прокаркал он. – Адмирал Локвуд просит оказать ему честь зайти ненадолго в дом и выпить лимонада.

Барышни переглянулись.

– Мы ведь должны отказаться? – прошептала Душечка Роберта. – Молодые дамы не осмелятся зайти в гости к мужчине без сопровождения. Особенно в такой жуткий дом.

– Вздор! – возразила Беспутная Мэри-Джейн. – Адмирал стар, как Мафусаил. Он не причинит нам вреда. К тому же богат как Крез. Я бы выпила лимонада, идёмте.

– Кроме того, – заявила Рябая Луиза, – мы можем кое-что разнюхать. Адмирал Локвуд – в списке подозреваемых.

– Разве это не повод не заходить? – пискнула Роберта. – А вдруг лимонад отравлен?

– И что адмирал станет делать с семью трупами? – фыркнула Мэри-Джейн. – Вместе безопаснее! Пошли.

Мэри-Джейн поднялась по ступенькам и скрылась в тёмных недрах особняка. Остальные отправились за ней, выставив корзинки вперёд, как щиты.

Дом оказался прохладным и сумрачным, обшитым тёмными панелями из орехового дерева. Слуга велел оставить корзинки в передней, а затем сопроводил в кабинет, где, опираясь на резную трость, их ждал адмирал Локвуд.

В кабинете повсюду стояли удивительные статуи гротескного вида, в том числе, отметила Элинор, и из чёрного дерева. Под пыльными стеклянными куполами лежали антикварные вещицы и монеты. На каминной доске выстроились корабли в бутылках, а стену украшал огромный якорь. Большущий глобус, а также секстанты, карты и компасы, разбросанные на столах, создавали впечатление, что адмирал планировал грядущее путешествие. На потолке, под высокими балками, даже висела вёсельная спасательная шлюпка. Она располагалась прямо над креслом, возле которого стояла Глупышка Марта, весьма тревожа последнюю. Рябая Луиза трогала навигационные приборы и научные инструменты с огромным интересом, однако, несмотря на весь морской дух, от комнаты веяло зловещим унынием склепа.

– Какая милая комната, – восхитилась Мрачная Элинор.

Хоть где-то она чувствовала себя как дома.

Беспутная Мэри-Джейн сделала перед адмиралом книксен, и остальные последовали её примеру.

– Не желаете ли присесть? – предложил Локвуд. – Юные леди любят сладости, верно? – Трясущейся от старости рукой он взял со стола серебряную коробочку. – Это шоколадные конфеты прямо из Швейцарии. Изготовлены фирмой господина Нестле.

Адмирал протянул коробку Крепышке Элис.

Та посомневалась, но, отмахнувшись от беспокойства, всё же взяла шоколад и откусила. Он оказался мягким и очень податливым и вскоре растаял на языке. Сладчайшая амброзия! Пища богов!

– Мне доводилось пробовать шоколадные конфеты, – заявила Беспутная Мэри-Джейн, – на вечере в честь первого выхода в свет моей кузины. Они чудесные! – Она тоже взяла лакомство. – М-м… Спасибо, адмирал.

Тот кивнул, явно довольный.

– Берите ещё! Мои парни из судоходства регулярно снабжают меня шоколадом. – Склонясь к Мэри-Джейн, он заговорщицки шепнул: – Ваша директриса от него без ума!

Душечка Роберта покрылась румянцем. Так это правда… Адмирал и миссис Плакетт были как-то связаны. Она вздрогнула: никогда ей не понять этих стариков!

Невозмутимая Китти тоже расправилась с конфетой.

– Очень вкусно, просто изумительно!

Адмирал повернулся к ней.

– Ваша правда, юная леди. Скажите, как вас зовут?

– Кэтрин Хитон, – отозвалась она.

– Что ж, мисс Кэтрин, в мире не счесть вкусной еды, фруктов и вина. Сказочных цветов, ароматов и благовоний. Специй, притираний и лекарств. Драгоценностей, металлов и чудес, от которых дух захватывает. Всё это я видел. Закат над Карибским морем, восход луны в Конго, северное сияние в Арктике. Видел, как дикари стреляют из трубки ядовитыми стрелами, размером не больше стрекозы, но способными убить слона. – При слове «ядовитыми» Рябая Луиза насторожённо выпрямилась. Китти же навострила ушки на «слона». – Рисовые поля в Китае, утопающие в воде, невообразимо прекрасные. Шёлковые фабрики, храмы и дворцы, полные сокровищ – рубинов и сапфиров, – где богатств больше, чем во всех банках Англии. Но не думайте, что я ничего не привёз с собой!

Элис решила, что ей очень по нраву адмирал Локвуд. Её бабушка была вдовой. Если бы Элис могла выбирать дедушку, она бы остановилась на адмирале.

– Отчего бы мужчине не разделить свои богатства с другом – зрелой дамой, любящей слушать его рассказы, проводить с ним долгие часы и есть шоколад, хотел бы я знать! – пристукнул тростью Локвуд.

– Можно мне ещё конфету? – спросила Глупышка Марта.

– Угощайтесь, – отозвался весьма довольный адмирал.

Он внимательно осмотрел всех девочек, отчего им стало немного не по себе.

В дверях появился слуга, слегка пошатнувшийся под тяжестью подноса с восемью бокалами, наполненными лимонадом. В каждом позвякивали кубики льда. Лёд в мае! Должно быть, адмирал и правда богат.

– Входите, Джефферс, – пригласил Локвуд.

Тот проковылял в кабинет и обслужил барышень. После шоколада лимонад казался терпким, зато приятно охлаждал. Слуга вскоре вернулся с кексами и сырными крекерами.

Адмирал, чей обхват талии свидетельствовал в пользу того, что хозяин часто позволял себе подобные перекусы до обеда, настоял, чтобы барышни съели угощение, и расплылся в улыбке, когда они так и поступили.

– Что ж, мисс Кэтрин, – обратился он к Китти, сидевшей с набитым шоколадом и крекерами ртом (изысканное сочетание, которое она только что для себя открыла). – Как поживает ваша директриса? Оправилась ли она от потрясения?

Китти торопливо жевала, собираясь с мыслями. Взор адмирала горел нетерпением, являя весь ужас того, что ей предстояло сделать. Локвуд был искренне привязан к миссис Плакетт, причём в романтическом смысле. Лишь Господу известно – почему. Что видел адмирал в миссис Плакетт такого, чего не замечали Китти и остальные? Китти ни минуты не оплакивала мадам, но вот перед ней сидел тот, кому она была небезразлична. Придётся соврать этому удивительному старику и ввести его в заблуждение.

– Как славно, скажу я вам, что её брат отправился в Индию, – заявил адмирал. – Очень вовремя решил послужить семье. На флоте, дети мои, в цене мужчины слова и дела! Не такие бездельники и транжиры, как Олдос Годдинг.

Локвуд сжал трость, словно представив, как он, вновь молодой и полный сил, задаёт ею трёпку мистеру Годдингу, недостойному даже топтать палубу одного из адмиральских кораблей.

– Адмирал Локвуд, – попросила Китти, – расскажите нам о слоне.

– Неужели она вам его показала? – округлил глаза адмирал.

Девочки переглянулись. Реакция говорила сама за себя.

– Не совсем… – правдиво ответила Китти. – Так получилось. Это всё мы виноваты.

– Ясно, – кивнул Локвуд. – Этого следовало ожидать в доме, полном любопытных юных леди.

– Разве юным леди любопытство не на пользу? – вмешалась Рябая Луиза.

Старик поджал губы, словно никогда раньше над этим не задумывался.

– Что ж, милое дитя… Сколько тебе лет?

– Двенадцать! – с лёгким вызовом сказала Луиза.

– Двенадцать… Замечательный возраст! Почему бы и нет? Отчего бы юным леди не быть любопытными? Я всегда говорил, моряку следует быть любопытным, иначе в море его сгубит отчаянье. Пытливый ум девицам не навредит, при условии, что они не станут досадовать на судьбу. – Он смерил девочек взглядом и, казалось, остался удовлетворён решением сего противоречивого вопроса. – Мы живём в эпоху открытий, барышни. Каждый год сотнями выходят новые книги. Даже вы можете просвещаться, читая о мире.

– Мы не хотим просто читать об этом, – заявила Рябая Луиза. – Мы хотим приключений, подобных вашим.

– Кто станет вас за это винить? – снисходительно улыбнулся адмирал. – Вот, возьми шоколада. – Он и сам взял конфету, задумчиво откусил. – Давным-давно я привёз этого слона из Восточной Африки. Маленькая диковинка, зацепившая взгляд. Я решил, вашей директрисе он понравится.

– Ещё как! – воскликнула Китти. – Но каково его предназначение?

– Предназначение? – удивился адмирал.

Китти поняла, что выдала слишком много.

– В смысле… Я подумала, что его можно как-то использовать. Кроме украшения.

– Это просто симпатичная безделушка, – покачал головой адмирал, для верности пристукнув тростью. – Однако вы собирались рассказать, как поживает миссис Плакетт…

Словно влюблённый юноша, подумала Китти, а сама ответила:

– Идёт на поправку. Отдых пошёл ей на пользу. Она будет сопровождать нас завтра на Клубничное суарэ.

– Неужели? – Адмирал заинтересованно подался вперёд. Крепышка Элис задумалась, какие ещё кошмары ей готовит грядущий вечер. Локвуд смущённо кашлянул и продолжил: – Она случайно… Не упоминала ли она обо мне?

В комнате повисло мертвенное молчание. Девочки не смели и взглянуть друг на друга. Адмирала внезапно заинтересовала родинка на тыльной стороне кисти.

– Собственно говоря, упоминала, и не раз! – Беспутная Мэри-Джейн, пытаясь заполнить тишину, вскочила с места. – Она частенько говорит: «Ах, девочки, если бы все мужчины были такими джентльменами, как адмирал Локвуд, я бы не волновалась за ваше будущее…»

Представление Мэри-Джейн казалось таким непринуждённым, таким убедительным, что Невозмутимая Китти ей сама едва не поверила. Глупышка Марта и Душечка Роберта безмолвно уставились на Мэри-Джейн. На счастье, адмирал слишком обрадовался, чтобы заметить их отвисшие челюсти.

– Ох, сомневаюсь, – запротестовал он. – Парни с корабля мои манеры не слишком жаловали. Особенно, когда перебирали рома, хе-хе! Я держал их в страхе… – Локвуд потёр подбородок. – Но благодарю за комплимент.