Проект «Средний палец». Радикальное решение для тех, кто задолбался Эмбирджи Эш
или Непристойные предложения делают не только Деми Мур
Неважно, работаете вы на корпорацию или на себя: умение составлять оригинальные, воодушевляющие, полезные предложения и делать это систематично и продуманно позволит вам всегда добиваться успеха. Вам не нужно ждать момента, когда обстоятельства вынудят вас провести ночь в своей машине (и, черт возьми, я надеюсь, что этого не случится). Делайте предложения миру каждый день в течение всей своей жизни. Именно это отличает тех, кто имеет доход ниже среднего и живет соответственно ему, от тех, кто зарабатывает исключительно много и живет столь же исключительно.
Открою секрет: дело не в образовании. И не в связях. И не в том, что вы «заслуживаете» чего-то большего или работаете усерднее других.
Все дело в вероятности.
Чем больше предложений миру вы сделаете, тем больше возможностей сказать «да» предоставите другим людям. Почему-то мы забываем эту логику, особенно когда чувствуем, что наступил период застоя в карьере и жизни, и постоянно ждем, что нам подвернется «что-то стоящее», нам предоставят «подходящую возможность» или нам сделают «достойное предложение». У меня есть для вас новость: никто не торопится делать вам предложение. Никто о вас не думает. Никто не волнуется о том, достаточно ли денег вы зарабатываете. Никто не собирается уступить вам дорогу, отказавшись от своего пути. Никто не желает материализоваться перед вами и просто вложить вам в руку двести долларов. И это значит, что ответственность лежит на вас, если вы стремитесь к чему-то большему. Вам следует гореть энтузиазмом и учиться справляться со сложностями, а также предвосхищать события и выступать со своим предложением заранее: «Кстати, я могу вам помочь».
«Вот что я могу для вас сделать».
«Вот как я готова вложиться в ваше дело».
«Вот так было бы отлично, по моему мнению».
«Вот что я способна предпринять ради общей цели».
«Вот в чем я действительно отлично разбираюсь».
«Вот что меня воодушевляет».
«Вот над чем я работаю в этом месяце».
«Вот какую инициативу я беру на себя».
«Вот проект, который я запускаю».
«Вот что я предлагаю тебе, мир».
«Вам нужна моя помощь?» – единственный вопрос, который вы должны задавать, чтобы продавать все что угодно в любой точке мира. «Вам нужна моя помощь?» Ведь суть продаж не столько в самих продажах – суть всегда состоит в помощи. Кому вы способны помочь сегодня? Как именно? Задавайте себе эти вопросы каждый день и когда-нибудь вы обнаружите, что достигли успеха.
Я усвоила этот урок еще в то время, когда устроилась на свою первую очень скромную работу в сфере маркетинга в Филадельфии. И это один из самых важных уроков из тех, которые мне преподавала жизнь. Линда, мой босс, укладывала свои пушистые золотисто-каштановые кудри лаком так, будто собиралась на пробы мюзикла в стиле 1980-х, и именно с такой укладкой я видела ее ежедневно. Она приносила из дома на обед запеканку в крошечных пластиковых контейнерах, водила минивэн нежно-голубого цвета и приходила в небывалый восторг, когда в супермаркете можно было купить два моющих средства по цене одного.
Наш офис размещался на втором этаже четырехэтажного здания, и на тот момент я едва ли бывала в зданиях повыше. Компания The ICS Group представляла собой кадровое агентство премиум-класса, и они без промедления наняли меня, девчонку из округа Саскуэханна. К тому же они предложили мне потрясающие 32 тысячи долларов в год в качестве стартовой заработной платы – сумму, в четыре раза превышающую ту, на которую мы с мамой жили в трейлере в течение года. Мне пришлось поторговаться: сперва я получила предложение о 28 тысячах долларов, большое спасибо.
Мое первое задание в качестве полезного работника: сделать свежий кофе.
Я нашла кофемашину – галочка. Приметила пустой графин с белыми полосками, чтобы отмерить нужное количество воды, – галочка. Лихорадочно огляделась по сторонам в поисках самого кофе.
– Прошу прощения, Линда. – Я тихонько постучала в открытую дверь ее кабинета.
– Да?
– Вы не возражаете, если я посмотрю, что находится в шкафчике над раковиной?
– Гхм, нет, – ответила она, едва не закатив глаза.
Я благодарно кивнула и вернулась в зону кухни. Открыла первый шкафчик. Ага! Двумя руками ухватилась за пластиковый контейнер, спустила его и прочитала инструкцию. «Для приготовления одной порции вам понадобится одна столовая ложка кофе и одна порция воды. Для приготовления десяти порций, используйте стакана кофе (восемь столовых ложек)». Я выдвинула ящик из-под раковины и взяла нужную ложку. Затем сконцентрировалась на кофемашине и методом дедукции определила, что а) кофемашину необходимо включать в розетку; б) воду следует наливать внутрь; в) должна быть некая емкость, в которую засыпают кофе. Довольно просто. С помощью графина я дозировала воду, разобралась, как открывается крышка кофемашины. С невероятной тщательностью отмерила ровно восемь столовых ложек кофе и насыпала его во второй из двух доступных отсеков внутри машины. Вуаля!
Вернулась к своему рабочему месту, гордясь собой. Щелкнула мышкой, чтобы вернуть к жизни белый монитор. Я была убеждена, что мне действительно понравится моя новая жизнь. Все в ней казалось таким официальным; даже поход в туалет этажом ниже напоминал выход на красную дорожку.
И тут я услышала, как Линда вскрикнула:
– Что ты наделала?
Я стремительно бросилась на кухню. Мутная вода выплескивалась из кофемашины. Аппарат пищал, шипел и плевался. Линда схватила бумажные полотенца и начала разбрасывать их по столешнице.
– Ты что, не вставила фильтр?
Я пробормотала что-то невнятное. В этот момент она достала упаковку чего-то круглого и белого, похожего на огромные одноразовые формочки для капкейков.
– Экспонат номер один – фи-и-ильтр-р-р для кофе, – объявила она так, будто я была несмышленым ребенком, которому приходится все объяснять по буквам. – Надо вставить вну-у-утрь кофемаши-и-ины.
– Ну да, конечно, – произнесла я, хотя это и не было для меня очевидным. – Мне очень жаль. Я никогда не готовила кофе таким образом.
– А каким образом ты его готовила? Заваривала в носке? – Она сердито уставилась на меня, качая головой.
– Моя мама пила кофе из микроволновки.
– Растворимый? – Она задохнулась от изумления и ужаса.
– Не знаю, полагаю – растворялся он молниеносно.
– Ну-ну. – Она самодовольно ухмыльнулась, словно получила подтверждение каким-то своим мыслям. – Нам многому предстоит научить тебя, насколько я вижу.
Я не знала, удастся ли мне проявить себя на той работе. Я испытывала смущение множество раз в течение дня, так как мое местечковое невежество постоянно давало о себе знать. Частенько мне хотелось развернуться и отправиться обратно в свой округ Саскуэханна, где я определенно лучше понимала, как устроен мир. Я заказывала бы куриные крылышки под самым острым соусом, пила бы очень холодное пиво и вежливо отказывалась от секса втроем с парами за сорок. Как обычно.
Но затем кое-что случилось.
Несмотря на все мои социальные недостатки – изъяны, которые, по моему мнению, предопределили всю мою будущую жизнь, – я вскоре заметила кое-что… другое. Клиенты, звонящие в офис, просили именно меня, да еще и называли меня по имени. (Для безымянного новичка такое отношение – мягко говоря, событие неординарное.) Владелец компании начал интересоваться моим мнением. Мужчины втрое старше меня спрашивали, нет ли у меня идей. Женщины, с которыми я встречалась на нетворкинг-мероприятиях, приглашали меня выпить с ними мартини. Мои коллеги хотели, чтобы я сопровождала их на встречах с потенциальными клиентами. И уже через год я обзавелась новенькой визиткой, на которой было указано «Директор по развитию бизнеса», пройдя путь от выполнения рутинной административной работы в офисе до встреч с главами компаний, включенных в ежегодный рейтинг мировых лидеров журнала Fortune, и решения вопросов о получении прибыли.
Несмотря на мои постоянные размышления о «соответствии образу», мой первый успех не имел ничего общего с моим образом и с тем, как я выглядела: к моему удивлению, важно было лишь то, как чувствовали себя люди, работая со мной. Я испытывала бесконечное желание выполнить работу хорошо, поэтому выкладывалась полностью, чтобы оказаться максимально полезной. Я искренне пыталась помочь любым возможным способом – а это, в свою очередь, позволяло другим выполнять их работу. Когда объем продаж был весьма скромный из-за нехватки потенциальных клиентов, я предложила переписать тексты на сайте. Когда выяснилось, что нет дизайнера, который мог бы заняться внешним видом сайта, я захотела сам этому научиться и сообщила об этом. Когда владелец компании искал спутника для поездки на переговоры, я с радостью составила ему компанию. Когда фирме понадобились новые маркетинговые материалы, я вызвалась помочь. Когда кому-то из клиентов требовалось что-либо, я самостоятельно искала творческие решения.
В конце концов, когда компания выбирала, кого отправить на тренинг по повышению продаж, выбор остановили на мне – не потому, что я была «высококвалифицированной», а потому что никто не выказал такого же энтузиазма в связи с этим событием.
С неменьшим энтузиазмом я отношусь к работе и сейчас. Я предлагаю свою помощь с огромным удовольствием. Если я отмечаю, что клиенту необходима дополнительная помощь, я о ней упоминаю – и да, выставляю за это счет. Если клиент участвует в мероприятии, я нахожу способ сделать его участие максимально продуктивным. Если клиент работает над рекламными текстами, я предоставляю свои варианты. Если возникает какая-то сложность у клиентской службы, я размышляю над возможными решениями. Подобный подход полностью противоречит позиции «это не моя работа». Моя работа заключается в том, чтобы быть наиболее полезным сотрудником в компании.
Но также я, предвосхищая сложности, составляю предложения заранее – все, что может принести пользу клиентам, которые прибегают к услугам моей компании. Я предлагаю им среди прочего присоединиться ко мне на конференциях, ретритах или длинных выходных, а также проконсультироваться по телефону. Купить мои идеи, мое время, мои советы или мои заготовки. Всю информацию о предложениях я отправила большим компаниям. И своих коллег не забыла. Люди могут приобрести мои книги, мои курсы, мои консультации, отправиться в Коста-Рику или встретиться со мной в Лондоне. Однажды я даже задумала лично выбрать рождественский подарок для каждого, кто этого пожелает, ведь все мы недостаточно заботимся о себе и редко себя балуем. Такого рода предложение – весьма неожиданное, если не сказать безумное, однако в его основе лежит искреннее желание помочь. В этом и заключается суть любого бизнеса. В помощи.
Хотите больше зарабатывать? Быть более заметными? Получить повышение? Делайте больше предложений. Сообщите клиенту, что вы обратили внимание на его сайт и отметили, что он выглядит недостаточно современно, а потому не желает ли он поручить вам заняться этим вопросом? Объявите невесте, чью свадьбу вы снимаете, что с радостью устроили бы ей еще одну съемку как-нибудь утром в субботу – не хотела бы она провести дополнительную, личную фотосессию? Скажите оратору, которого готовите к выступлению, что будете счастливы отрепетировать с ним речь еще несколько раз на этой неделе – вдруг он сам думает об этом? Известите редакцию журнала, для которого создаете тексты, что мечтаете написать для них еще одну статью – можно ли набросать план?
Каждый доллар, который я заработала – трудясь на корпорации или на себя, – это плата за предложения, которые я составила сама. Люди, на которых вы работаете, слишком заняты, чтобы думать о том, как еще вы могли бы им помочь. Хотя мы и воображаем, что наше начальство и клиенты знают о нашем существовании и доступности и потому обратятся к нам, если возникнет необходимость, все работает совсем не так. Вы упускаете бесконечное количество возможностей и приличные суммы, ожидая, что другие подберут задачи вам.
Ваша работа состоит в том, чтобы выявить проблему, которую вы могли бы с удовольствием решить, а затем предложить свои услуги.
Всего пару лет назад я подкинула пяти женщинам идею: отправиться в Лондон на фотосессию мечты, чтобы они смогли обрести нужную им уверенность, заявить о себе и стать заметными. Какой деловой интерес я преследовала, устраивая фотосессию? Совершенно никакого. Но это не помешало мне собрать нужных людей и предложить им помощь.
Я помню, как мы с Хайди, моим фотографом, обсуждали: «Можешь поверить, что наша работа прямо сейчас помогает появлению чего-то удивительного, красивого, невероятного, обновляющего?» И ничего не получилось бы, если бы мы не набрались дерзости создать сайт, установить цену и разослать информацию этим дамам по электронной почте.
Вы должны быть дерзкими.
Должны. Но не стоит относиться к своей задаче как к чему-то пафосному и амбициозному (как будто вы делаете «более чем»), потому что все ваши действия – это искренняя помощь. Вы создаете предложение, суть которого состоит в том, чтобы кому-то помочь. Никто не обязан его принимать. Вы не приставляете оружие к чьей-то голове. Вы не ведете себя нахально, самонадеянно или навязчиво. Вы просто сообщаете: «Вот так я могу помочь, вот так это работает, вот так я оцениваю свою помощь и вот что я прошу взамен».
Что будет дальше, решают те, кто получил ваше предложение. Ваша работа сделана. Она заключалась в том, чтобы донести информацию. И это самое важное и смелое дело из всех, которыми вы могли бы заняться. И вы с ним справились. Вы заявили о себе. Рассказали миру, что искренне желаете быть полезной – причем лучшим из известных вам способов. Будь то помощь вашему начальнику, менеджеру, коллегам, друзьям, сообществу, клиентам (кому угодно), все, что вы можете сделать, – предложить.
Это не превращает вас в мошенницу.
Это не делает вас эгоисткой.
Это не демонстрирует вашу жадность.
Это не говорит о том, что вы продажный человек.
Все наоборот. Заявляя о себе и выполняя значимую работу, вы становитесь самой благородной версией себя. Даже если берете плату. Особенно если берете плату. Плата означает, что к вашему предложению стоит относиться серьезно.
Большинство людей действуют совсем не так. Они ждут, когда им дадут задание, и затем выполняют его. Многие к своей работе относятся ответственно, но это еще сильнее подчеркивает проблему: никому и никогда не платят сумасшедшие деньги за ответственность и компетентность. Люди получают сумасшедшие деньги за то, что отличаются от прочих опасными идеями.
Вот в чем дело: квалификация не гарантирует, что кто-то вас заметит. Никому еще не вручали приз за то, что он вовремя справился с заданием. Напротив, мы хотим работать с теми, кого ненавидят. Легко быть любимчиком: просто кивай в знак согласия. Быть тем, кого ненавидят, намного сложнее. Ненависть подразумевает, что вы пугаете остальных. Что представляете угрозу для своей сферы деятельности. Что вы работаете слишком хорошо, и потому вас презирают и опасаются.
Ирония состоит в том, что вы обретаете чувство безопасности, когда за столом нет никого опаснее вас. А если вы самый безопасный человек среди собравшихся? В этом случае ищите другую работу.
Повсюду предоставляются возможности внести свою опасную лепту – и что же случается, когда вам это удается? Когда вы действительно концентрируетесь на этом? Вы ведете себя как первый номер в баскетбольной команде, управляя игрой. Вы больше не являетесь наемным работником. И не играете второстепенную роль. Вы не просто человеческий ресурс. Вы активный участник процесса. Все, что может быть создано лучше, должно быть создано лучше – вами. Все, что можно усовершенствовать, следует усовершенствовать – вам. Все, что сделает проект успешнее, должно быть сделано – вами. Не просто уведомите кого-то об ошибке на сайте компании, а лично обратитесь в службу поддержки. Не жалуйтесь боссу на то, что в принтере заканчиваются чернила, а зайдите в магазин товаров для офиса по пути с обеденного перерыва. Пусть самый ценный игрок в команде технически и должен отчитываться перед другими, но у него нет такой необходимости. Он действует по своей инициативе.
Не бойтесь отдавать слишком много – вы все, каждая из вас. Инициатива – основное условие обретения абсолютной уверенности в себе. На свете множество людей, просто принимающих заказы. Много тех, кто будет заниматься той работой, которую им предложат. И только избранное меньшинство пойдет дальше. Вы можете стать настолько ценным активом, насколько пожелаете, со всеми прилагающимися к этому статусу финансовыми и эмоциональными бонусами. Но вы должны быть готовы повести всех за собой. Уметь оценить ситуацию и объявить: «Эй, у меня есть идея». Потом сесть и слушать, очень внимательно слушать. Принять к сведению, поразмыслить.
И набраться смелости, чтобы действовать.
Пока весь остальной мир старается сохранить официальное лицо, используйте свою возможность. Свой шанс установить контакт, услышать и привести в восторг – убедить, демонстрируя энтузиазм, искренность, желание помочь, а главное – себя. Мы хотим, чтобы вы заразили нас своим энтузиазмом. Чтобы напомнили нам о том, что мы действительно можем сделать это. Чтобы убедили нас в том, что добро существует и мы не одиноки.
Если вы способны подарить другим надежду, то не будете голодать ни дня в своей жизни.
Не сомневайтесь – это приведет вас к успеху. Такое отношение к работе поможет добиться большего, чем образование, стажировка и прочие галочки в традиционном списке. Энтузиазм поднимает уровень продаж до нереальных высот. И знаете что? Он бесплатный. И доступен каждому, кто готов заявить о себе. Не нужно соответствовать каким-то особым условиям и требованиям, никаких бюрократических проволочек в процессе. Пользуйтесь им в любой момент и применяйте в любой ситуации.
Вам необходимо одно – начать.
Глава 17. Не позволяйте никому стыдить вас за то, что вы умеете зарабатывать деньги,
или Детка, скажи им, чтобы вели себя прилично, ведь умение зарабатывать – это добродетель
Знаете, что происходит, когда вы планомерно трудитесь над воплощением своих опасных идей? Вы зарабатываете деньги.
Обсуждение финансов пугает женщин много больше, чем любые другие темы, даже больше, чем разговоры о Боге. (Ну хорошо, ничто так не выводит людей из равновесия, как Бог, – возможно, только зомби. Зомби и – если вы похожи на меня – еще караоке. Лично я боюсь караоке больше всего.)
Женщины так часто извиняются из-за денег. Из-за того, что просят деньги, берут деньги, зарабатывают, тратят, имеют, распоряжаются и поступают с ними так, как им нравится. Мы испытываем целый спектр страданий из-за комплекса неполноценности, вызванного этими особенными бумажками. Синдром самозванца проявляется первым делом именно в этой области – денежной.
И меня он тоже затронул.
Сперва я ужасно себя чувствовала из-за того, что беру со всех деньги. В первый год существования моего агентства креативных решений я произносила в слезах «Мы можем что-нибудь придумать!» примерно в 10 094 раза чаще, чем следовало. Причем мои расценки были весьма скромными: я придумала услугу «Мозг-на-час», которая подразумевала возможность воспользоваться моими навыками в течение дня, и мы с клиентом могли вместе написать все, что ему требовалось. В зависимости от пожеланий мне приходилось работать над самыми занятными и дерзкими текстами, которые вы только можете себе представить. Я составляла речи для конкурса «Мисс Америка», информационные тексты для сайтов, пошаговые инструкции, оригинальные описания товаров, забавные рассылки, объявления о поиске работы, гомерически смешные договоры между риелторами и собственниками, креативные биографии, аннотации для мобильных приложений, заявки на получение грантов, рекламные заголовки и обращения, коммерческие предложения, фразы для рекламных щитов, статьи для журналов, материалы для некоммерческих организаций, слоганы, названия компаний, посты для социальных сетей, каскадные рассылки, сценарии телевизионных рекламных роликов и аудиороликов, манифесты, брошюры и бесконечное количество текстов для сайтов университетов, фирм, работающих в области высоких технологий и оказывающих бухгалтерские услуги, а также для фотографов, психологов, предпринимателей и даже – готовы? – для фермеров, выращивающих каннабис. В последнем случае наше общение почему-то несколько затянулось.
Мне было неважно, какой именно поступит заказ: мы работали вместе в течение дня, и я установила фиксированную цену за день. Девятьсот девяносто семь долларов – это практически даром, если благодаря такой услуге продажи взлетали на 20 %. Фактически во многих смыслах я оказывала плохую услугу себе, ведь, скажем, одна каскадная рассылка, благодаря которой продавались товары на сотни тысяч долларов, в обычной ситуации обошлась бы заказчику в несколько тысяч долларов. То же самое касается и информационных текстов для сайтов, рекламных кампаний и всего, что требует навыка убеждать письменным словом. Мой опыт в рекламе оказал мне отличную услугу, но синдром самозванца давал о себе знать. Полагаю, вы уже догадались, почему в первый год я продавала свой «Мозг-на-час» по фиксированной цене?
Это освобождало меня от дискомфортной необходимости вести переговоры.
Переговоры – процесс, во время которого вы пытаетесь обосновать собственную ценность, а собеседник ее отрицает. Нет ничего хуже момента, когда по телефону клиент задает вопрос: «Так, и сколько это будет стоить?» Это действовало на нервы даже мне, ветерану маркетинга, чья работа полностью состояла из продаж. И не потому, что я не верила в ценность своего продукта – я абсолютно не сомневалась в том, что предоставляю качественные услуги, – а потому, что женщинам, как правило, сложно что-либо получать.
Все из-за негласного кодекса поведения, которому как будто должны следовать все женщины – по мнению многих. Они обязаны лишь отдавать, отдавать, отдавать и становиться мученицами. Подумайте, например, за что традиционно хвалят матерей: «Она стольким пожертвовала ради семьи», «Она никогда ничего не просила взамен», «Она так бескорыстна», «Она всегда ставит на первое место других, а не себя».
Нам всю жизнь говорят, что быть женщиной – значит отдавать. И когда приходит наша очередь получать, мы понятия не имеем, как это делается. Получать плохо. Получать эгоистично. И разумеется, мысль о том, что заработать деньги можно, только забрав их у кого-то, усугубляет ситуацию. Выгода одного человека сопряжена с потерями другого. Бог свидетель, мы, женщины, даже комплименты с трудом принимаем, не то что арендную плату.
Этим же объясняется то, почему вы, скорее всего, делаете слишком много, оставаясь совершенными дурочками, исполненными благих намерений. И я такой была. Да, нет ничего дурного в желании привести в восторг клиента (или босса, или любого, для кого вы выполняете работу), но важно понимать, что движет вами в процессе выполнения работы – стратегия или вина.
Слишком многие из нас отдают, подталкиваемые чувством вины.
В тот первый год доходило до смешного, когда я усердствовала в попытках ослабить напряжение, которое испытывала при оценивании своих услуг. Я не могла просто взять деньги за обещанные шесть рабочих часов: неоднократно я продолжала работать и на следующий день, и даже еще пару дней, все проверяя и выверяя, пытаясь полностью убедиться в том, что все безупречно, – чтобы никто не смог усомниться в моей старательности. Но причина была не в перфекционизме: я хотела продемонстрировать клиенту, что я хороший человек. В моих глазах самоотверженность являлась показателем добродетели, мне казалось, что клиенты более благожелательно примут результат, если поймут, как усердно я трудилась.
Я сама себя сводила с ума, доказывая, что достаточно вкладываюсь.
Разумеется, отчасти это был результат психологических травм, полученных за время жизни в трейлер-парке. Именно они вызвали у меня сложности как с самоуважением, так и с восприятием денег в целом.
Вот в чем дело: деньги – понятие относительное. Тысяча долларов – величина не абсолютная, она разная для каждого человека. Для меня и тех, с кем рядом я росла, эта сумма была огромной. Мы с мамой и за месяц столько не получали. Такая сумма считалась приличной заначкой. А для других, более благополучных людей? Тысяча долларов кажется им купюрой в 20 баксов: легко потратить и сложно заметить, каким образом она испарилась. Все равно что угостить кого-то пивом[21].
Мне пришлось приложить усилия и вспомнить о том, что моя финансовая история отличается от других. И несмотря на склонность к эмпатии, заставлявшей меня из сострадания к остальным оценивать свою работу ниже, чем следовало, я училась быть более объективной в рабочих вопросах: не считать назначаемую цену ни высокой, ни низкой, а просто назначать.
Вот сколько это стоит.
Вот как это работает.
Вот мои условия.
Мне понадобилось много времени, чтобы добиться успехов в этом вопросе. Кстати, подобных проблем не возникало в период моего сотрудничества с журналом, когда я продавала то, что мне не принадлежало, но ведь продавать себя – это совсем иное? Слишком много поводов для неуверенности в себе. Именно поэтому я решила, что неуверенность в себе следует исключить из этого уравнения.
И вывела Хот-Дог-Теорию Денег.
А) потому что хот-доги восхитительны,
и б) в этом ракурсе тема денег выглядит проще.
Вот суть этой теории: если бы вы были продавцом хот-догов на пляже – сами решите, носить ли вам золотую цепь, – и покупатель спросил бы у вас, сколько стоит хот-дог, вы не стали бы потеть, заикаться и мямлить, что, гм, вы будете счастливы сотрудничать в установленных клиентом рамках бюджета.
Нет, дорогие! Вы просто назовете цену этих чертовых булок.
И не станете из-за этого испытывать чувство вины. Вы не начнете на автомате предлагать скидки или просить за хот-дог какие-то гроши, просто чтобы избежать давления. И вести переговоры из-за цены вам тоже не придет в голову. Хот-дог стоит столько, сколько стоит хот-дог, и стоит он так по определенным причинам.
Так же стоите и вы.
И ваши таланты.
И ваша энергия.
И ваш ум.
В этой гипотетической сценке, достойной рекламных роликов компании Oscar Mayer Weiner[22], вам не позволено озвучивать покупателям разные цены, играя в лотерею – будет ли у вас в этот день какая-то прибыль или нет. И в реальной жизни вы тоже так не можете делать. Цена есть цена, она существует в фиксированном виде по определенным причинам. Одна из самых важных причин, помимо прочего, – подсказка (ангелы и арфы) – прибыль. Женщины испытывают чувство вины из-за получения прибыли, но ее необходимо учитывать. Что получится, если не рассматривать прибыль как решающий фактор? Отсутствие прибыли. Так что, если вы не планируете основать некоммерческий фонд сродни тому, где исполняются последние желания смертельно больных детей, прибыль должна быть прописана отдельной строкой. И что же делать каждый раз, когда вы чувствуете вину из-за того, что прибыль имеет для вас значение? Вообразите, как вы говорите местному подрядчику, что купили все-е-е материалы для постройки дома и потому остальное он должен сделать бесплатно.
Вы же знаете, что он ответит, верно?
И будет прав. Ведь никто из нас не трудится шутки ради. Мы работаем, чтобы приносить миру пользу. И обеспечивать себя. Вы не можете испытывать в связи с этим негативные эмоции, потому что таковы реалии бизнеса. И вам не следует огорчаться, получив отказ, – есть люди, которым просто не нужен ваш хот-дог. Возможно, у них нет настроения на хот-дог. Или не хватает на него денег. Или они предпочли бы веганский. Или сегодня у них разгрузочный день. Или кто-то наконец рассказал им, из чего делают хот-доги. Да все что угодно! И это нормально. К вам это никакого отношения не имеет, только к ним.
Ваша цена – что-то вроде декларативного заявления: ни больше ни меньше. Никаких эмоций, просто формальное объявление: вот как я могу помочь, вот сколько это стоит. Она не имеет никакого отношения к вашим жадности и честолюбию. Просто факты, ребята. Скажем, как описание розового цвета. Розовый не старается стать более зеленым в надежде выглядеть привлекательнее для каждого, кто на него посмотрит. Розовый есть розовый, вы либо выбираете его, либо отказываетесь. Никаких извинений и оправданий: розовый – лишь то, чем он является. Розовый не для всех, это нормально. Единственное, что вы можете сделать, – заявить о себе и предложить лучшие и наиболее яркие из своих возможностей. Думаю, все согласятся, что это скорее говорит о благородстве, чем об его отсутствии, не так ли?
Иными словами, порой в отношении денег следует быть стервой. Быть стервой в финансовых вопросах – не значит вести себя как злобная стерва: это значит уважать себя и свою работу и настаивать на том, чтобы другие уважали вас и вашу работу. Ведь даже если вы чувствуете, что клиент получает от сделки всю выгоду, а вы самый настоящий самозванец, помните: не бывает сделок с нулевой суммой. Если вы не всегда можете увидеть ценность сделки (как видели бы кучу стодолларовых банкнот), это не говорит о том, что ценности не существует вовсе.
Представьте на секунду, что единственным свидетельством любви к вам другого человека было бы количество потраченных на вас денег. В корне ошибочный взгляд на любовь, согласитесь? («Иди к черту со своим глупым стихотворением, Рональд!») Все мы знаем, что любовь не измеряется деньгами.
Догадываетесь, о чем я?
То же касается и ценности.
Мерилом ценности являются не только вполне себе осязаемые доллары и центы. Обладают ценностью и ваш уникальный взгляд на мир, и ваш опыт, и мудрость, которой вы делитесь, и чувство юмора, с которым относитесь ко всему, и ваша способность устанавливать эмоциональные связи с окружающими. Ценно то, как вы заставляете себя чувствовать других людей, и то, как вы выполняете свою работу. А еще – ваша рациональность, ваша доброта, ваша щедрость, ваша забота, ваша предусмотрительность, ваше мнение, ваше умение решать проблемы, ваша личность, ваши идеи, ваши связи, ваши приоритеты, ваша преданность идеям, ваша проницательность, ваши странности и даже ваши предрассудки. Эти элементы делают ваш вклад в общее дело уникальным, а ведь здесь не учтены такие суровые факты, как количество времени, затраченное вами на работу, и знания, которыми вы обладаете.
Есть лишь одна причина, по которой кто-то платит вам деньги: этот кто-то уверен, что имеющаяся у вас ценность заслуживает материального поощрения. Другим людям нужно то, что есть у вас. Они хотят ваш хот-дог! И вам не стоит больше стыдиться этого. Даже если вы просите за свои услуги впечатляющие сто миллионов долларов, а кто-то согласен заплатить их, значит, для него вы стоите именно столько. Если бы люди не нуждались в том, что есть у вас, они не стали бы это покупать. Решение о покупке человек обычно принимает добровольно. Вы просто окажете услугу, если она кому-то потребуется. И если в ней есть потребность, то ее купят. И сделка будет считаться завершенной и состоявшейся – независимо от уровня цен. Вы выкладываетесь по полной программе, искренне стараетесь и выполняете все, что обещали? Тогда не волнуйтесь о том, достаточно ли усилий приложили, – ваши усилия уже посчитали достаточными, иначе не стали бы за них платить.
Пока мы говорим о деньгах, добавлю кое-что: назначая высокую цену, вы не становитесь плохим человеком, а устанавливая цену «низкую и демократичную», не превращаетесь в хорошего. Предполагается, что низкая цена означает большую доступность вашего продукта, а большая доступность говорит о вас как о человеке заботливом, чутком, щедром и добром, но невозможно быть заботливым, чутким, щедрым и добрым и одновременно получать столько, сколько вы действительно стоите.
Вот над какими вопросами следует подумать. Вы чувствуете себя комфортнее, устанавливая «низкую и демократичную» цену, потому что, возможно, это решение кажется самым простым? Ведь тогда вы не станете ощущать сильного давления? И не будете отражением собственной ценности, если вдруг окажется, что вы ей не соответствуете?
Моя клиентка, которая сомневалась, обнародовать ли ей на сайте тот факт, что она всему «научилась сама», признала актуальность вышеперечисленных доводов. «Полагаю, я надеялась, что в случае неудачи у меня всегда будет оправдание: ведь вы знали, что я не настоящий дизайнер». Но проблема была не в том, что она не являлась «настоящим» дизайнером: проблема была в том, что она себя таковым не воспринимала. Ее Комитет Истины и Подлинного Величия представлял собой листок бумаги, подтверждающий, что у нее имеется соответствующее образование, а отсутствие этого листка привело к тому, что она постоянно извинялась.
За то, что заявила о себе.
За то, что осмелилась заниматься Делом Своей Жизни.
И назначила настоящую и справедливую цену за свое мастерство, которое не считала подлинным, хотя ее клиенты думали иначе.
Дамы, запомните: никакие бумажки не дадут вам навыки и знания для того, чтобы вы могли предложить свою помощь другим. Сосредоточьтесь на главном и помните, что ваша цель – помогать. Вы не продаете что-то людям, вы им помогаете. Что же нужно делать, если вы считаете себя достаточно компетентной для этого? Действовать и верить в себя!
А может, эта самая бумажка способна помочь вам лучше выполнять свою работу? Вдруг благодаря ей ваше участие в процессе станет максимально полноценным? Что, если с ней вы будете чувствовать себя максимально уверенной и неотразимой? Тогда получите эту бумажку и ни секунды не извиняйтесь за это. Я всеми руками голосую за то, чтобы женщины прибегали к любым трюкам, работающим на повышение их самооценки. А иногда для этого нужен небольшой толчок.
Но!
Не смейте назначать мизерную цену только потому, что уровень вашего самоуважения пока не соответствует уровню вашего мастерства.
Даже когда появляются «доброжелатели», готовые стыдить вас за желание заработать.
Знаете почему? Вы можете быть самым щедрым и благородным человеком на свете, однако все равно найдется тот, кто решит покритиковать ваши взаимоотношения с финансами. Все равно кому-то ваши расценки покажутся непомерно высокими, поскольку стоимость – понятие относительное. Все люди имеют собственные представления о финансах, и их может обидеть та дерзость, с какой вы запрашиваете «астрономические» для них суммы. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, принимайте это как должное. Многие считают астрономической цену и за куриную грудку, и за бутилированную воду, и за бургер в хорошем ресторане. Мешает ли это компаниям, предлагающим эти товары, работать, причем работать хорошо? И, что важнее, мешает ли это обслуживать тех, кто счастлив заплатить такую цену и предпочитает именно эти товары, потому что такой выбор полностью соответствует их представлению о ценности, которую они желают приобрести? Разумеется, нет.
Вот в чем дело: в мире много разных людей, и выбирают они продукты, опираясь на свои личные представления. Некоторые согласны платить за качественные товары больше, отдавая себе отчет в том, что цена не всегда напрямую зависит от стоимости. В случае с бургером цена отражает его общую ценность: и атмосферу, и живую музыку, и профессиональных барменов, и булочку бриошь, и сыр от местных производителей, и чувство гордости и удовлетворения от того, что принадлежишь к тем людям, которым доступна такая роскошь – выбирать подобные вещи. Цена складывается не только из стоимости ингредиентов бургера: в нее включено все, что вы получаете от визита в заведение.
То же самое относится и к вашей работе.
Что получает заказчик от сотрудничества с вами, помимо самого очевидного? Могу поспорить, что много всего. Ваша энергия представляет ценность. И ваше отношение к тому, что вы делаете. И то, как чувствуют себя другие в процессе сотрудничества с вами и благодаря вам. Все это очень ценно. И все это входит в вашу цену.
Тем не менее пристыдить вас из-за денег могут те, кто, возможно, не понимает, в чем состоит ваша ценность – не говоря уже об их собственной ценности. Вы пугаете их, потому что становитесь одной из тех восхитительно опасных женщин, о которых я столько говорю.
«Она самодостаточная».
«Она дерзкая».
«Да кем она себя возомнила?»
Именно такого отношения со стороны окружающих боятся женщины во всем мире. И этот страх парализует их: вдруг кто-то подумает, что они о себе слишком высокого мнения. Этожесамоеужасноечтотолькоможетслучиться. Это так оскорбительно. Это значит, что нас «слишком много». Это значит, что мы глупые. Это значит, что мы тщеславные, жадные, корыстные. И что, возможно, другие верно нас воспринимают. И нет у нас права открывать свое дело, или брать с других деньги, или предполагать, что наши идеи имеют ценность.
На заметку: женщины боятся, что другие женщины подумают о них так, потому что другие женщины в самом деле так думают. С этого и начинаются все сложности. Это не безосновательно. Действительно существуют женщины, считающие, что вы не заслуживаете денег. Такое случается со всеми нами. Недавно я получила электронное письмо, в котором меня стыдили за то, что я беру деньги за созданный мной семинар. Автор использовал глагол «оскорбляет» и возмущался тем, что я, и так уже успешная, не работаю безвозмездно, неужели мне мало?
Да как я смею.
Я скажу, почему я смею: потому что ни вы, ни я не должны когда-либо извиняться за желание создать как можно больше ценностей для этого мира и получить от него как можно больше ценностей взамен. Потому что мы не собираемся извиняться за то, что приносим пользу. Потому что мы не собираемся извиняться за свои амбиции. Потому что мы не собираемся извиняться за стремление быть лучшими и самыми-самыми в чем-либо.
Вы знаете, когда будет «достаточно»? Когда вы ощутите, что оставили после себя след самым грандиозным и ярчайшим способом. Вот тогда будет достаточно. А пока что – нет, и никому другому за вас это решать не позволено. Никто не смеет вам говорить, чего вы заслуживаете и в каком объеме.
Многие отрицают и не понимают, что зарабатывать деньги – дело хорошее. Никто не смотрит на деньги так. Их называют шальными, грязными, неправедными, особенно если вы зарабатываете слишком много. Зарабатывать слишком много – оскорбление для хороших трудолюбивых людей, ведь они предполагают, что подобные суммы можно получать только неэтичным путем. Подумайте, а вы сами, услышав, что кто-то зарабатывает много, не задаетесь вопросом, хотя бы на мгновение: «Что же такое надо делать, чтобы столько получать?» Контекст никогда не бывает положительным, особенно если речь о женщинах. Женщину, много зарабатывающую, обвиняют в том, что она достигла своего положения через постель, называют злобной c****, авантюристкой, содержанкой. Неудивительно, что женщины не решаются хотеть большего: их всегда учили, что хотеть большего стыдно. Хотеть большего неправильно.
Но зарабатывать деньги хорошо, ведь это значит, что вы занимаетесь делом, которое приносит пользу другим людям (иначе вы вообще ничего не зарабатывали бы).
Хорошая новость: на каждого человека, считающего возможным стыдить вас за то, сколько вы зарабатываете, – даже если он это делает неявно, посредством одного лишь укоризненного взгляда, – найдется тот, кто поблагодарит вас. Вот почему некоторые из нас занимаются Своим Делом: ведь когда вы делаете это правильно, вы помогаете кому-то улучшить свою жизнь. А когда вы улучшили чью-то жизнь, вас не устанут благодарить за это.
В тот же день, когда я получила тот обличительный имейл, на мой адрес пришел еще один:
«Дорогая Эш!
Я в абсолютном восторге от каждого момента семинара и всего, что с ним связано! Меня поразило количество времени и заботы, которое вы вложили! А как подана информация! И сколько инсайтов случилось благодаря вам! Так щедро с вашей стороны! Это помогло мне снова поверить в то, что мы все есть друг у друга. Это не просто впечатляюще, это очень-очень круто.
Способ подачи информации максимально практичный, деталей достаточно, чтобы вникнуть в суть дела. Большего мне и не надо.
Вместо того чтобы останавливаться раз за разом из-за парализующего меня незнания, с чего начинать, и страха выглядеть глупо, пришло озарение: больше никакого тумана, никаких игр, никаких сомнений. Только методические рекомендации, к которым я могу обращаться снова и снова по мере необходимости. Меня также необычайно воодушевило то, что вы показали реалии своей работы и рассказали, как пробовали другие способы, но вернулись к тому подходу, который учитывает ваш голос, понимая, насколько это важно. Спасибо, что поделились всеми своими пробами и ошибками и тем, через что вам пришлось пройти, это помогло мне меньше бояться возможных промахов. Спасибо, что показали нам саму себя. Вы проявили смелость и доброту, и это так помогает мне дышать в процессе, а не задерживать дыхание, постоянно переживая!
Спасибо вам за все, что вы делаете,
Эш, вы лучшая».
Что все это значит? Не стоит идти вперед маленькими шагами только потому, что кому-то другому некомфортно. Действуйте решительнее и смелее, ведь есть люди, которым необходимо, чтобы вы набрались храбрости и сделали это. Есть те, кто нуждается именно в том, что вы желаете создать, и кто будет очень, очень благодарен вам за это. Не сдавайтесь.
Щедрость невозможно измерить, так же как и пользу.
К счастью, чем больше вы отдаете одного, тем больше приобретаете другого.
Глава 18. Перфекционизм – это профессиональный риск,
или Заработаться до смерти не круто и не полезно (особенно для объема вашей талии)
Знаете, кем я никогда не хотела бы работать? Дальнобойщиком, который ездит по замерзшим озерам и снежным дорогам. Вы когда-нибудь слышали о таких людях? Они ничем не отличаются от обычных дальнобойщиков, но, вместо того чтобы колесить по нормальным дорогам, такой водитель надевает свою гангстерскую бандану и ведет 45-тонный грузовик по замерзшему озеру. И это не какой-то там своеобразный спорт, а обычная, повседневная работа.
Кажется, она существует только в северной части Канады и на Аляске и, видимо, занимает всего несколько месяцев в течение года, но платят за нее шестизначную сумму или даже больше. Я с энтузиазмом выяснила, что ключ к выживанию – не останавливаться на льду. Сорок пять тонн не смогут повредить лед, пока машина продолжает ехать. А если она остановится по какой-то причине? Есть вероятность, что грузовик отправится прямиком в ледяную западню, так как лед способен выдержать вес не более 27 тонн.
К счастью, я не могу справиться даже с ручной коробкой передач, не говоря уже о восемнадцатиколесном гиганте, поэтому такой карьерный путь пришлось исключить с самого начала. Но интересно поразмышлять о профессиональных рисках, связанных с подобной работой. Впрочем, тут все на поверхности. Допустишь ошибку – и умрешь.
А вот в других сферах деятельности профессиональные риски не столь очевидны. Иногда самые высокие риски таковыми даже не кажутся. Они успешно маскируются под #горящие_дедлайны. Под #самоотверженность. Под #преданность_делу.
И тоже могут убить вас.
С шести утра до девяти вечера.
Однажды я обнаружила, что работаю так каждый день, прерываясь лишь на то, чтобы съесть яйца. Тогда это был мой максимум: яйца. Не из-за дешевизны, а потому что их приготовление занимало минимум времени (а еще я умела их готовить, что сопоставимо с библейским чудом).
Я также обожала листья салата, заправленные оливковым маслом, соком лимона и солью. Я хотела бы сказать, что это полезная зелень, но тот салат однозначно не был полезным. Это как наггетсы, только из вымытых и порванных листьев салата «айсберг», залитых жидким жиром и обсыпанных натрием. Время от времени я покупала курицу-гриль и отрывалась, добавляя ее в так называемый салат. Ведь именно так поступает очень амбициозный человек: отказывается от хорошего ради лучшего.
Однако.
Неудивительно, что однажды я проснулась, покрытая красными пятнами с головы до ног. Я перестала есть яйца (совсем), подумав было, что у меня аллергия. Такая аллергия, при которой даже пиццу нельзя, – в самом деле, разве вообразишь судьбу хуже этой? К счастью, крапивница исчезла так же быстро, как и появилась.
Но пятна продолжали то возникать, то пропадать – снова и снова, в течение многих месяцев, в бесконечном круге мучительного зуда и жжения.
Мне и в голову не приходило, что причиной может быть стресс. Ну у кого бывает сыпь от стресса? Без сомнения, в моей жизни случались моменты и похуже, чем выход за пределы рабочего графика. Но теперь, оглядываясь назад, я понимаю, как это было: тогда я боялась, что остановка даже на пять минут вмиг вернет меня на пустую парковку перед супермаркетом.
Так что я сохраняла (в основном) спокойствие и продолжала в том же духе – как и все. Горькая ирония заключалась в том, что я чувствовала себя наименее виноватой тогда, когда нагрузка была наибольшей. Сложности означали, что я могла не переживать из-за своего успеха. Я же ничего ни у кого не отбирала – только у себя.
Это темная сторона амбициозности. Один из самых опасных обоюдоострых мечей человечества. Вы можете владеть миром, но он способен вас доконать. Амбициозность требует больших усилий и одновременно немалого самообладания: вы должны знать, когда стоит жать на тормоз так же энергично, как на газ.
И это на удивление сложная задача.
Когда вы работаете на кого-то, закончить рабочий день в пять легко. Вы преданы делу, но не отдаетесь ему полностью. В этом и разница. Максимальная вовлеченность бывает тогда, когда ваши жизнь и смерть зависят от вашего собственного меча. Вы не только пожинаете плоды, но и страдаете от последствий, а последствия могут оказаться куда более разрушительными, когда вы сами по себе. А значит, такая ситуация требует другого подхода.
К тому дню, когда у меня наконец случилось то, что я могу описать как нервный срыв с истерикой, я уже три года работала на себя: три года прошли с той ночи на парковке супермаркета с 26 долларами в кармане и до моих первых 300 тысяч долларов, заработанных творчеством и писательством.
Я была в Филадельфии, стоял сентябрь: прекрасное время, чтобы отправиться на пробежку, собрать корзинку для пикника или заняться чем угодно вне дома. Вместо этого я сидела за ноутбуком в квартире с задернутыми шторами – утром, днем, ночью, прерываясь, только чтобы справить малую нужду. У меня же горели сроки проектов! И были электронные письма, требовавшие ответа! И клиенты с вопросами! И люди, которые от меня зависели!
В общем, огромные проблемы.
Тот день начался так же, как любой другой: я ругала себя, еще не успев открыть глаза. Я встала на пятнадцать минут позже, что по моим стандартам того времени являлось катастрофой. Я подскочила в панике, вскрикивая: «О нет, о нет, о нет!»
Мужчина в моей постели – мужчина, в которого я влюбилась, несмотря на то что времени на любовь у меня практически не было, – рассмеялся и предложил мне расслабиться. «Легко тебе говорить, – усмехнулась я мысленно. – Ты-то в отпуске».
Но приятным тот отпуск не назовешь. Он прилетел из другой страны – из Коста-Рики, – чтобы провести время со мной, а я едва могла выкроить для него минутку. Мне очень хотелось быть с ним, но работа стояла на первом месте. К сожалению, работа всегда занимала первое место.
Помню, в тот день он вышел из дома за обедом для нас двоих – так, по крайней мере, у него появилось хоть какое-то дело, помимо наблюдения за мной, уставившейся в экран. Потом он купил баскетбольный мяч и отправился на площадку неподалеку, чтобы покидать его в кольцо в промежутке между поездкой в Target по моей просьбе и заменой масла в машине. Но человек может бегать по вашим поручениям лишь до тех пор, пока ваша жизнь не выжмет все соки и из него.
Он хотел, чтобы я была с ним.
Я хотела, чтобы он был сам по себе.
Все это привело к легкопредсказуемому конфликту, во время которого он мне тихо сказал: «Мне надо уехать». Я рявкнула: «Так покупай билет на самолет». И он ответил: «Я уже купил».
Он оставил меня одну в Филадельфии уже на следующее утро. Сел в самолет и улетел. А я внезапно осознала, что больше так не могу.
Вот что я хочу вам сказать: если бы я верила в силу молитвы, я помолилась бы за вас, друзья, – чтобы вы никогда не работали до состояния, при котором ваше лицо приобретает цвет и форму рыбы-шара. Нет ничего менее привлекательного, чем рыба-шар, и именно это происходит с вами, когда вы: а) работаете до изнеможения; б) становитесь вампиром, который света белого не видит; в) игнорируете самые важные вещи; и г) превращаетесь в очень несчастливого человека – даже если весь смысл вашей деятельности заключается в обретении счастья.
Удивительно, как легко попасть в капкан такой модели, и довольно быстро я обнаружила, что безумно устала и неспособна справиться с потребностями растущей компании. Проблема жителя страны первого мира, согласны? Но именно это случилось со мной, когда я боялась оторваться от компьютера, держась за него, словно за спасательный плот, и думая только о том, как много всего я успею сделать за день. Я хваталась за каждого клиента и за каждую задачу, какие бы ни появлялись. За все, что попадало на мой рабочий стол (или, точнее, на мою подушку, лежащую на коленях). Я также взялась сразу за несколько более грандиозных проектов – тех, которые подразумевали переговоры и интервью и требовали постоянного и пристального внимания.
Каков первый признак того, что вы сами уже не справляетесь и нуждаетесь в помощи? Вы невероятно сердитесь, когда кто-то отвлекает вас от работы. Становитесь жестокими. Злобными. Язвительными. Ничто не раздражает вас сильнее, чем слезливая история об умирающей собаке – да любые слезливые истории, если говорить начистоту. Все бледнеет в сравнении с тем, что происходит в вашей жизни.
Затем вы начинаете ссориться с теми, кто не сдается и продолжает попытки общаться с вами, несмотря ни на что. Вы рассматриваете их привязанность как навязчивость и из-за этого избегаете их. Вы негодуете из-за того, что они пишут вам на Facebook, шлют эсэмэски, отправляют электронные письма и вообще что-то говорят. Все это вы начинаете воспринимать как еще одно дело, требующее вашего внимания. Они и не думают прибавлять вам работы, но вам это видится именно так.
На следующем этапе вы забудете не только о том, как заботиться о других, но и о том, как заботиться о себе. При росте 160 сантиметров вы превратитесь в 90-килограммовый шарик, что весьма некомфортно. Вы начнете покупать платья из эластичной ткани, чтобы прикрыть свой позор. Вы станете женщиной, проводящей вечера в первом попавшимся баре с вечным 15-долларовым бокалом в руках. Вы будете скрывать свою силу совершенно по-новому, выстроив еще одну стену между собой и миром и оказавшись в еще большей изоляции. Отныне ваша внешность соответствует вашему внутреннему состоянию: вы выглядите так же, как чувствуете себя, – будто совершенно не владеете собой.
Но – вы абсолютно уверены в том, что заслуживаете и вино, и хлеб, и кратковременную отсрочку, которую они дарят вам, не так ли? Вы заслуживаете отдых. У вас так давно не было перерыва. Однако, несмотря на то что все это вам явно вредит, вы будете видеть ситуацию в ином свете. Считать, что это ваш крест, который вы должны нести и не можете себе позволить остановиться сейчас. И одновременно вы будете себя ненавидеть. Ненавидеть горы жира, которые образовались на том месте, где раньше находилась талия. Ненавидеть свои ощущения в любом положении – сидя, стоя; каждое свое движение, каждый вздох. Вы будете ненавидеть себя за то, что не находите в себе сил придерживаться дисциплины – по крайней мере, в этой сфере вашей жизни. Это единственная сфера, где вы совершенно недисциплинированны, потому что дисциплинированность требует энергии, а ее у вас не осталось. За всеми прочими сферами своей жизни вы заботливо следите – в них вы тверды как кремень, – но почему же не в этой? Именно здесь в первую очередь ваше полное истощение дало о себе знать.
Вы слишком устали, чтобы оставаться хорошей.
Когда вы молоды, отдыхать легко – есть и выходные, и праздники, и больничные, и летние каникулы. Но как отдыхают взрослые?
Когда ты взрослый, отдыхать безответственно. Это несерьезно – так относиться к работе. Если вы слишком много отдыхаете, то вы ленивы. Если вы слишком много отдыхаете, то найдется кто-то другой, получше вас. Вы беспокоитесь, что удача покинет вас, если ваш перерыв продлится на секунду дольше, и тогда все закончится. Но загвоздка в том, что если вы не остановитесь, то ваши ноги сами подкосятся – в буквальном смысле.
Перфекционисты, пожалуйста, кивните в знак согласия! Я знаю, что вам знакомо состояние, которое я описываю, а если еще нет, то вскоре оно вас настигнет (позитивное мышление!). Сложно перестать работать, если заветные пять часов вечера никогда не наступают, а за каждый час без работы вы как будто теряете хватку. Больше никто не платит за то, что вы провели на работе восемь часов. Но иногда платят за отработанные двадцать.
Есть и еще одна, менее ожидаемая сложность: вам действительно настолько нравится ваша работа, что вы не хотите останавливаться. Это особый вид зависимости – интеллектуальная форма азартных игр, где награды куда значительнее, чем бесплатные ром и кола. Вы можете делать что угодно. Вы можете создавать что угодно. Нет предела вашим возможностям, а также количеству денег, которые вы способны заработать, и количеству идей, которые сумеете воплотить. Похоже на блек-джек, только вы сами контролируете, какие вам выпадут карты.
Но как бы ни складывалась ситуация, вы должны обучить себя навыку уходить с работы, когда заканчивается рабочее время. А что поможет вам стать неотразимой и неуязвимой женщиной? Мало уметь принимать мир с высоко поднятой головой: вам необходимо научиться принимать с высоко поднятой головой саму себя.
Глава 19. Мы должны стать мамами самим себе,
или Иногда признак сильного человека – умение проявлять слабость
Уже начался октябрь, когда я села в машину и отправилась на север. Всю дорогу я слушала аудиокнигу Элизабет Смарт[23], в которой во всех подробностях рассказывалось о ее похищении и о том, как ей удалось выжить. Возможно, мне требовалась история о стойкости или же я хотела отвлечься от мыслей, которые любого нормального человека заставили бы повернуть назад.
Я помню, как одеяло спокойствия окутало меня, едва я заметила сосны. Сосны – мои любимые деревья; мне всегда нравилось, как из их иголочек, сухих и коричневых, образуется мягкий лесной ковер. Это напоминало мне о временах, когда мы ходили в походы. Дядюшка Джимми, его друзья, их дети и я. Вместе мы искали усыпанное сосновыми иголками ровное местечко, ставили на нем палатку, жарили на костре маршмеллоу и до ночи рассказывали страшные истории.
После семи часов поездки по прямой (и всего одной остановки на площадке для отдыха – настолько удаленной, что я была готова увидеть в унитазе человеческую голову) я включила поворотник и повернула налево. Я ехала со скоростью 50 километров в час по типичному сонному городку Новой Англии и гадала, не совершила ли ошибку. Кем я себя возомнила, решив отправиться сюда? Я не чувствовала себя на своем месте ни в Вермонте, ни в Канзасе – и уж точно «моим местом» мне не казался оздоровительный курорт для женщин. Я закатывала глаза от одного упоминания о йоге, что уж говорить о месте, где палочки сельдерея ели с явным удовольствием. И однако же именно там я и оказалась. Лицом к лицу с тем, кого боялась больше всего: собой.
Я выбрала на парковке место, наиболее удаленное от здания, и не заглушила мотор. Я молча наблюдала, как женщины всех форм и размеров оставляли здесь свой транспорт и направлялись к переоборудованной лыжной базе. Они шли по пешеходной дорожке, которая вела через лужайку к зданию, и останавливались, чтобы посидеть. Снова шли и снова присаживались. Я думала тогда, что это выглядит странно. Но вскоре поняла, почему по обеим сторонам дорожки стояли стулья: для женщин, которые не могли идти без передышки.
Это напугало меня. Напугало так сильно, как не должны бы пугать стулья. Но в тот момент я особенно ясно осознала, что, возможно, мне там не место. Туда приезжали реальные люди с реальными проблемами, а мое присутствие там внезапно показалось мне глупым розыгрышем. Я занималась легкой атлетикой и гимнастикой, участвовала в соревнованиях по плаванию и круглый год играла в волейбол. Я все еще была в приличной физической форме, несмотря на 23 килограмма лишнего веса – часть этих килограммов я списывала на свое «ширококостное» телосложение. (Еще изящнее преподносит подобную информацию сервис ДНК-тестирования 23andMe: «Ваш генотипически обусловленный конституционный тип телосложения схож с типом телосложения лучших профессиональных атлетов». Меня невероятно утешают мысли о том, что в какой-нибудь альтернативной реальности я участвую в забеге с препятствиями и бегу наравне со спортсменкой по имени Беверли.)
В тот момент на парковке я вдруг забеспокоилась, что другие женщины меня не примут. Я чувствовала себя мошенницей больше, чем когда-либо; вдруг они подумают, что я просто самовлюбленная девица, и не пустят в свой круг. Как я вообще смею вести себя так, будто мои проблемы похожи на их. Я думала, они станут насмехаться надо мной, шептаться за моей спиной и закатывать глаза. Да ла-а-адно, поговорим, когда у тебя будут настоящие проблемы.
Более того, я боялась не только их осуждения. Меня страшила и вероятность, что я стану кем-то другим. Даже мой выход из машины уже означал перемены, а перемены подразумевали потери. Потерю собственной идентичности, потерю того, что я знала ранее, потерю моей прежней тактики преодоления – и потерю невинности, которая и привела меня сюда. Решившись приехать, я должна была попрощаться со множеством вещей, которые меня утешали, хотя одновременно и подводили. И что еще страшнее? Согласившись остаться здесь и следовать предписаниям, я снова бралась за работу. Пусть это была другая работа, но все же работа.
Иногда мы не меняемся потому, что у нас не хватает ресурсов. Но я дала себе целый месяц на то, чтобы сосредоточиться только на этом деле, так что у меня не осталось никаких отговорок. Хотя я и пыталась их придумать. Да еще как пыталась! Я сидела в машине на той парковке и называла миллион причин, почему мне не стоит заходить в здание. «Мне на самом деле это не нужно. Я веду себя нелепо. Скорее всего, я все возненавижу. Я все еще могу получить свои деньги обратно. Ни у кого нет такой роскоши; кем я себя возомнила?»
В моей голове тогда крутилось множество разных мыслей, но спустя полчаса яростной полемики с самой собой я все-таки вышла из дурацкой машины. Я вышла из дурацкой машины, потому что именно так обязана поступать каждая женщина, берущая на себя ответственность за собственную жизнь: иногда, чтобы двигаться дальше, приходится признаться себе в том, в чем совсем не хочется.
Синдром самозванца никогда не дремлет, друзья мои: даже тогда, когда вы делаете для себя что-то хорошее. Никто на планете не сказал бы мне, что мне не стоит отправляться в то место, а значит, синдром самозванца – плохонький инструмент для понимания истинной ситуации. В данном случае все действительно только в голове (и это единственный случай, когда подобное приемлемо сказать женщине), и запомните это на будущее, когда вы засомневаетесь, сделают ли вас счастливой запись в фитнес-клуб, курсы французского или основание собственной школы по выживанию при зомби-апокалипсисе. Синдром самозванца – забавный маленький лжец: с ним чувствуешь себя в безопасности, но сил он вам не прибавит.
Однако вы намного сильнее, чем думаете. Верите вы или нет, но иногда достаточно просто совершить действия, требующие проявления силы – открыть дверь машины, поставить стопы на землю и встать прямо, – чтобы убедить себя в ее наличии. Отлично! Притворитесь сильной, если вам это необходимо! Притворитесь храброй! Да хоть Китнисс из «Голодных игр» себя представляйте! Неважно, что вы кем-то притворяетесь, – важно, что так вы действуете.
С такими мыслями я и достала из багажника чемодан, посмотрела по сторонам в последний раз и сказала себе то же, что твердила годами: «Ты должна быть сильной и не бояться стать причиной проблем – даже если это твои собственные проблемы».
Без преувеличения заявляю, что месяц, который я провела в Зеленых горах, изменил мою жизнь. Программа оздоровления представляла собой именно то, что требовалось большинству участниц, но мне просто был необходим способ выдохнуть. Когда вы инвестируете значительное количество денег и времени в то, чтобы быть где-то – а такого количества денег я прежде в принципе не тратила на что-либо, – вы занимаетесь тем, для чего приехали. И я собиралась заниматься тем, ради чего приехала.
Читать бесплатно другие книги:
