Билли Саммерс Кинг Стивен

– Ладно, привет жене. Пусть скорее поправляется. Я слыхал, медные браслеты творят чудеса. Те, что по телевизору рекламируют.

– Попробуем как-нибудь, – говорит Дин (впрочем, к его чести, без особой уверенности).

Когда они минуют стойки, Билли замечает на коленях у охранника свежий номер «Спортс иллюстрейтед» – ежегодный выпуск с супермоделями в купальниках. Он делает себе мысленную пометку при случае купить номерок. «Тупой я» любит спорт, а ему самому нравятся красивые девчата.

Они поднимаются на лифте и выходят в безлюдный коридор.

– Вон там бухгалтерская компания, – говорит Хофф, показывая пальцем в дальний конец коридора. – Два смежных офиса. Потом юридическая фирма. И какой-то стоматолог. Вроде. Если не съехал. Наверное, съехал, раз таблички на двери нет. Надо будет спросить у агента. Весь остальной этаж свободен.

О да, у тебя большие неприятности, снова думает Билли. Он украдкой косится на Джорджо, но Джорджо – вернее,Джордж – глазеет на пустую дверь стоматологического кабинета. Было бы на что смотреть.

В конце коридора Хофф достает из кармана пиджака маленькую матерчатую визитницу с золотыми буквами «БД» на обложке.

– Это вам. Здесь две запасные карточки.

Билли прикладывает одну из карточек к считывателю замка и входит в небольшую переднюю – или приемную зону, будь это действующий офис. В помещении жарко и душно, воздух спертый.

– Ох, кто-то забыл включить кондиционер! Секундочку, погодите… – Хофф нажимает какие-то кнопки на стенной панели управления и обеспокоенно ждет – ничего не происходит. Наконец из решеток под потолком начинает идти прохладный воздух. Хоффа сразу отпускает: он стоял навытяжку, а теперь вновь ссутулился.

Следующее помещение – большой рабочий кабинет (или небольшой конференц-зал). Письменного стола нет, только переговорный, за которым впритирку поместятся шесть человек. На столе – пачка блокнотов «Стейплз», коробка с шариковыми ручками, стационарный телефон. В этой комнате – его будущем писательском кабинете, судя по всему, – даже жарче, чем в передней, потому что ее заливает утреннее солнце. Жалюзи опустить тоже забыли. Джорджо приподнимает ворот своей рубашки.

– Фух!

– Скоро будет прохладно, вот увидите, – заверяет его Хофф. Он явно волнуется. – У нас отличная система кондиционирования, последнее слово техники! Уже стало лучше, чувствуете?

Билли плевать на температуру воздуха, по крайней мере сейчас. Он подходит к правой части большого окна, выходящего на дорогу, и смотрит по диагонали на ступени здания суда. Затем чуть смещает взгляд и видит небольшую дверь – служебный вход. Он представляет, как к суду подъезжает полицейский автомобиль или фургон с надписью «УПРАВЛЕНИЕ ШЕРИФА» либо «ГОРОДСКАЯ ПОЛИЦИЯ». Выходят стражи закона – минимум двое, может, трое. Четверо? Вряд ли. Они открывают заднюю дверь автомобиля со стороны тротуара или боковую дверь фургона. Джоэл Аллен покидает салон. Узнать его – не проблема: он в наручниках и окружен полицейскими.

Когда время придет –если оно придет, – произвести выстрел не составит никакого труда.

– Билли!

Голос Хоффа выдергивает его из размышлений.

Застройщик стоит в дверях третьей, совсем крошечной комнатки – мини-кухни. Убедившись, что Билли обратил на него внимание, Хофф обводит рукой бытовые приборы (ни дать ни взять манекенщица из телешоу «Верная цена»).

– Дэйв, – поправляет его Билли. – Меня зовут Дэйв.

– Точно. Простите. Ошибся. Здесь у нас плита на две конфорки, духовки нет, зато есть микроволновка для попкорна и разогрева полуфабрикатов – ну, там «Хот покетс», готовые обеды и все такое. Тарелки и кастрюльки – в шкафах. Посуду можно сполоснуть в мойке. Мини-холодильник. Туалета здесь нет, но в конце коридора есть общий – в вашем конце, так что идти недалеко. Да, и вот что.

Он достает из кармана ключик и тянется к прямоугольной деревянной панели над дверью между кабинетом/конференц-залом и мини-кухней. Вставляет ключ, сдвигает в сторону панель, и та сама собой поднимается. Внутри пустое пространство около восемнадцати дюймов в ширину, четырех футов в длину и двух футов в глубину.

– Нычка, – сообщает Хофф и делает вид (ей-богу!), что палит из воображаемой винтовки. – Ключ нужен, чтобы запирать ее по пятницам, когда приходят уборщики…

Билли хочет его перебить, но вместо него это делает Джорджо. Вот и славно: думать здесь должен он, а не Билли Саммерс.

– В этом офисе – никакой уборки. Ни по пятницам, ни в любой другой день. Секретный литературный проект, помнишь? Дэйв у нас парень чистоплотный, верно, Дэйв?

Билли кивает. Он в самом деле чистоплотный.

– Скажи это Дину, второму охраннику – Логану, да? – и Бродеру тоже. – Он поясняет для Билли: – Стивен Бродер – управляющий.

Билли кивает и мысленно заносит имя в свою «базу».

Джорджо водружает сумку с ноутбуком на стол, отодвигая письменные принадлежности (Билли находит этот жест одновременно грустным и символичным), расстегивает молнию.

– «Макбук-про». Последняя модель, лучшее, что сейчас есть на рынке. Дарю. Можешь пользоваться своим, если привык, но эта крошка… У нее куча всяких фишек и приблуд. Запустить сможешь? Тут должна быть инструкция или…

– Разберусь.

Это не проблема, но есть один нюанс. Если Ник не превратил эту роскошную черную машинку в волшебное зеркало, через которое можно подглядывать за творческим процессом Билли, то он упустил очень неплохую возможность. А Ник Маджарян ничего не упускает.

– Елки-палки, вы мне напомнили! – Вместе с ключом от тайника Хофф вручает Билли еще одну карточку. – Пароль от вайфая. Не переживайте, у нас все безопасно – как в банке.

Брехня, думает Билли, пряча карточку в карман.

– Что ж, – говорит Джорджо, – на этом, пожалуй, все. Оставляем тебя творить. Пойдем, Кен.

Хофф не торопится уходить – ему как будто хочется показать Билли что-то еще.

– Звоните, если что-то понадобится, Би… Дэйв. Что угодно – может, развлечения какие-нибудь? Телик? Радио?

Билли мотает головой. У него приличная музыкальная библиотека на телефоне – в основном кантри и вестерн. Дел в ближайшие дни будет немало, но рано или поздно он перекачает свою музыку на этот новенький ноутбук. Если Ник захочет за ним понаблюдать, то услышит Рибу, Вилли и всю лихую компашку Хэнка Уильямса-младшего[8]. А потом, возможно, Билли все-таки начнет писать. На своем личном компьютере. Только сперва надо будет дополнительно обезопасить оба компа от хакеров – новый и старый, проверенный временем.

Джорджо наконец уводит Хоффа, и Билли остается один. Он возвращается к окну и какое-то время изучает обе диагонали: ту, что упирается в широкие ступени, и ту, что ведет к служебному входу. Снова в красках и подробностях представляет, как именно все произойдет. Обычно в жизни бывает чуть иначе, чем представлялось, но работа над заказом обязательно начинается с картинки, которую ты должен увидеть в своем воображении. Этим убийца похож на поэта. Что-то неизбежно изменится, возникнут непредвиденные обстоятельства, жизнь внесет коррективы, но сначала ты должен все увидеть.

На телефон приходит сообщение.

Дж. Руссо: Извини, что притащил Хоффа. Знаю, он придурок.

Билли С.: Мне еще придется с ним общаться?

Дж. Руссо: Не знаю.

Конечно, Билли хотел бы получить более определенный ответ, но на первое время сойдет. Деваться ему все равно некуда.

6

Домой – то есть туда, где теперь его дом – Билли возвращается с новым пропуском на имя Дэйва Локриджа в кармане. Завтра он поедет на работу на своем новом подержанном автомобиле. У входной двери стоит мешок газонного удобрения «Миракл-гро» с приклеенной скотчем запиской: «Решил, что вам пригодится! Джамал А.»

Билли машет соседнему дому рукой, хотя и не знает, есть ли там кто-нибудь – сейчас половина двенадцатого утра, вероятно, оба Акермана на работе. Он заносит мешок в коридор и едет в «Уолмарт», где покупает два одноразовых мобильника (основной и запасной) и пару флешек, хотя пригодится ему скорее всего только одна. Памяти на ней предостаточно: полное собрание сочинений Эмиля Золя не займет и сотой ее части.

Еще он спонтанно покупает дешевый ноутбук «Оллтек», который убирает в шкаф, даже не достав из коробки. За компьютер он платит «визой» Дэвида Локриджа. Никаких определенных планов на эти устройства у него нет, возможно, ему даже не придется ими воспользоваться. Все будет зависеть от стратегии бегства с места преступления, которая пока неясна.

По дороге домой он заглядывает в «Бургер Кинг», а когда подъезжает к желтому домику, замечает на тротуаре двух ребят с велосипедами. Мальчик и девочка, он белокожий, она темнокожая. Девочка – вероятно, дочь Акерманов.

– Вы наш новый сосед? – спрашивает парень.

– Да, – отвечает Билли, а сам думает, что пора привыкать к новой роли. Может, будет даже весело. – Меня зовут Дэйв Локридж. А вы кто?

– Я Дэнни Фасио, а это моя подруга Шанис. Мне девять. Ей восемь.

Билли пожимает руку Дэнни, потом девочке, которая застенчиво поглядывает на него, когда ее коричневая ручка скрывается в его большой белой руке.

– Приятно познакомиться. У вас уже летние каникулы начались? Наслаждаетесь свободой?

– В этом году со списком литературы клево придумали, – говорит Дэнни. – За каждую прочитанную книжку дают наклейку. Я уже четыре собрал, а Шанис пять, но ничего, я скоро ее догоню. Мы идем ко мне в гости. После обеда будем с ребятами играть в «Монополию» в парке. – Он показывает пальцем в нужном направлении. – Шан принесет игру из дома. Я всегда гоночной машиной хожу.

Дети гуляют сами по себе, и это в двадцать первом веке, восхищается Билли. Надо же! Только тут он замечает толстяка в двух домах от них – майка-алкоголичка, бермуды, забрызганные скошенной травой кеды, – который поглядывает на него. И на то, как он, Билли, общается с детьми.

– Ладно, счастливо! – говорит Дэнни, садясь на велосипед.

– В попе слива, – отвечает Билли, и дети дружно смеются.

Днем, немного подремав – как писатель, он, наверное, имеет право на дневной отдых, – Билли достает из холодильника упаковку «Бада» и относит его на крыльцо Акерманов, снабдив запиской: «Спасибо за удобрения. Дэйв».

Что ж, здесь начало положено, причем хорошее. А в городе? Наверное, тоже. Будем надеяться.

Вот только этот Хофф… Чертов Кен Хофф не дает ему покоя.

7

Вечером, когда Билли удобряет свою лужайку, Джамал подходит к нему с двумя из подаренных шести банок пива. Он одет в зеленый комбинезон: с одной стороны на груди нашивка с его именем, с другой – «СУПЕРШИНЫ». Вместе с ним, держа в руке банку пепси, идет мальчик.

– Здравствуйте, мистер Локридж! – говорит Джамал. – Этот малый – мой сын Дерек. Шанис рассказала, что вы уже познакомились.

– Да, и с ее приятелем Дэнни тоже.

– Спасибо за угощение! Слушайте, а чем это вы удобрение рассыпаете? Похоже на сито для муки, как у моей жены.

– Оно и есть. Я думал купить сеялку в «Уолмарте», но тратиться на этот так называемый газон… – Он косится на лысый клочок земли перед домом и пожимает плечами. – Многовато чести.

– Смотрю, у вас неплохо получается. Тоже так попробую. А что с лужайкой на заднем дворе? Там травы побольше будет.

– Ее надо сперва покосить, а у меня нет косилки. Пока.

– Можете взять нашу, правда же, пап? – говорит Дерек.

Джамал ерошит ему волосы.

– Конечно. В любое время.

– Нет, это уж слишком. Я себе куплю – если, конечно, дело пойдет и я тут останусь.

Они поднимаются на веранду и садятся на ступеньки. Билли открывает пиво и делает глоток. Ему сразу становится хорошо, и он сообщает об этом гостям.

– А о чем ваша книга? – спрашивает Дерек, сидящий между ними.

– Секрет фирмы, – с улыбкой отвечает Билли.

– Да, но это правда или вымысел?

– Понемногу того и другого.

– Ну все, хватит, – говорит сыну Джамал. – Не выпытывай, это невежливо.

Из дома в дальнем конце улицы к ним идет женщина. На вид ей лет пятьдесят: седеющие волосы, яркая помада. Она держит в руке высокий стакан и шагает нетвердо.

– Это миссис Келлогг, – тихо поясняет Джамал. – Вдова. Потеряла мужа в прошлом году. Инсульт. – Он задумчиво оглядывает жалкую лужайку у дома Билли. – Когда он стриг газон, между прочим.

– Смотрю, у вас вечеринка? Можно напроситься? – спрашивает миссис Келлогг. Она еще не подошла вплотную, и ветра нет, но Билли издали чует, как от нее разит джином.

– Можно, если вы не против посидеть на ступеньках, – говорит он, вставая и протягивая руку. – Дэйв Локридж.

Тут к ним подходит тип, который днем приглядывал за Шанис и Дэнни. Майку-алкоголичку и бермуды он сменил на джинсы и футболку «Властелины Вселенной». Компанию ему составляет высокая тощая блондинка в домашнем платье и кедах. Из соседнего дома выходят дочка и жена Джамала с тарелкой шоколадных брауни. Билли приглашает всех в дом, где можно нормально сесть.

Добро пожаловать в Мидвуд, думает он.

8

Тип в футболке «Властелины Вселенной» и его тощая белобрысая жена – это Рагланды. Вскоре подтягиваются и Фасио (без сына), а Петерсоны с дальнего конца квартала приносят бутылку красного. Гостиная битком набита людьми – получилась маленькая импровизированная вечеринка. Билли даже рад. Отчасти потому, что можно наконец не включать «тупое я», а отчасти потому, что ему нравятся все эти люди, даже Джейн Келлогг, которая изрядно наклюкалась и без конца бегает в туалет. Который называет сортиром. К тому времени, когда народ начинает расходиться – не поздно, потому что завтра всем на работу, – Билли приходит к выводу, что отлично сюда впишется. К нему проявляют интерес, поскольку его призвание пока всем в диковинку. Это ненадолго: к середине лета, при условии, что Джоэл Аллен не заявится слишком рано на свидание с пулей, Билли окончательно примелькается в Мидвуде и станет для всех обычным соседом. Своим человеком.

Билли узнает, что Джамал работает бригадиром на шиномонтаже «Супершины», а Кори – как тесен мир! – стенографисткой в суде. Во время летних каникул за Шанис присматривает Диана Фасио. Брат Шанис – Дерек – ходит в летний лагерь при школе, а в августе поедет в баскетбольный. Еще Билли рассказали, что Дуганы, которые съехали из желтого дома в октябре, никого не предупредив (смотали удочки, как говорит Пол Рагланд), были «с претензией», поэтому Дэйву Локриджу все очень рады. После убийства они будут говорить репортерам, что он производил впечатление хорошего и доброго человека. Вот и хорошо. Билли тоже считает себя хорошим человеком, просто работа у него грязная. По крайней мере, думает он, я никогда не убивал пятнадцатилетних пареньков по дороге в школу. Впрочем, не факт, что это делал и Джоэл Аллен, он же Джо.

Прежде чем лечь спать, Билли достает из коробки ноутбук «Оллтек», открывает браузер и гуглит Кена Хоффа. В Ред-Блаффе он, оказывается, известный деятель, чуть ли не первое лицо – член Братства оленя и ротарианец, в свое время был президентом местного филиала Американской молодежной торговой палаты, а в 2016-м – председателем местного отделения Республиканской партии (на просторах Интернета нашлось даже фото Кена без бороденки, зато в красной бейсболке «MAGA»[9]). Входил он и в комиссию по планировке города, но в 2018-м покинул пост после обвинений в злоупотреблении положением. Ему принадлежат полдюжины городских зданий, включая «Башню Джерарда» (что в глазах местных должно делать его мини-версией Дональда Трампа), и три телеканала, один в Ред-Блаффе и два в Алабаме. Все три входят в структуру Дабл-ю-дабл-ю-и (вот что имел в виду Хофф, когда говорил про телеканалы). Жена у него была не одна, а целых две, с обеими он в разводе – на одних алиментах недолго разориться. Был план построить поле для гольфа, но сорвался в конце прошлого года. Строительство еще одного офисного здания в центре города подвисло на неопределенный срок. Иными словами, картина маслом: маленькая бизнес-империя на краю пропасти. Толкнешь разок – и ухнет вниз.

Билли ложится и какое-то время просто смотрит в темноту, пряча руки под подушкой. Он не может понять, что привлекло Ника в Кене Хоффе, а Кена Хоффа – в Нике. Да, последнему обаяния не занимать (одна улыбка на миллион чего стоит!), и он умнее среднестатистического уголовника, но будем честны: он – гиена, а гиены промышляют тем, что замечают самое слабое, хромое животное и ждут, когда оно отобьется от стада. Кен Хофф – козел отпущения. За само убийство его, конечно, не посадят, на этот случай у него будет железное алиби. Но когда копы начнут искать заказчика, они выйдут не на Ника, а на Кена. Что ж, Билли это вполне устраивает.

Запасы прохлады под подушкой иссякли, поэтому он перекатывается на правый бок и сразу засыпает.

Все-таки утомительное это дело – быть хорошим соседом.

Глава 4

1

На следующий день Билли приезжает в офис, включает новенький «мак» и закачивает на него пасьянс «Солитер». Вариантов великое множество. Он выбирает «Кэнфилд» и настраивает компьютер так, чтобы тот делал ход раз в пять секунд. Если Ник и Джорджо захотят посмотреть, чем он занимается (или поручат это Фрэнки Элвису), они не догадаются, что компьютер играет сам с собой.

Билли подходит к окну и выглядывает на улицу. Вся Корт-стрит под завязку забита припаркованными машинами, среди которых много полицейских патрульных. Столики под тентами возле кафе «Место под солнцем» заполнены людьми, жующими пончики и слойки. Несколько человек спускается по ступеням здания суда, но куда больше народу идет наверх. Одни легко взбегают по лестнице, демонстрируя неплохую физическую подготовку, другие еле плетутся. Последние – в большинстве своем адвокаты, которых легко узнать по огромным пухлым портфелям. Скоро начнется очередное слушание.

Словно в подтверждение этой догадки на улицу въезжает микроавтобус – некогда красный, но с годами выцветший до розового. Он медленно подкатывает к зданию суда, минуя главную лестницу, и останавливается у служебного входа в правом крыле каменной громадины. Дверь автобуса открывается. Оттуда выходит коп, следом – вереница заключенных в оранжевых комбинезонах, в конце еще один коп. Заключенные под конвоем обходят автобус. Дверь служебного входа распахивается, и они проходят внутрь, где каждый из них будет дожидаться решения суда по своему делу. Зрелище интересное и вполне заслуживает занесения в базу, полагает Билли, однако Ник прав: Аллена наверняка поведут не к служебному входу, а по лестнице к главному. Впрочем, Билли все равно. На дистанцию это почти не повлияет. Куда важнее то, что по будням на Корт-стрит куча народу. Может, днем по улицам шатается меньше людей, но большинство деловых встреч происходит утром.

Ты у нас чертов Гудини – сделал дело и исчез, как по волшебству. Когда пыль уляжется, тебя уже и след простыл.

Будем надеяться, думает Билли. Потому что именно за такое волшебное исчезновение ему, по сути, и платят. Ник, конечно, не просто так нанял Билли. Даже если исчезнуть он не сможет, у него нет друзей или родственников, которые будут на него давить, уговаривая пойти на сделку с полицией и выдать имя заказчика. Пусть (по мнению Ника) Билли далеко до самой яркой лампочки в люстре, ему хватит ума не пытаться в обмен на заветное имя смягчить приговор. Если ты пристрелил человека из снайперской винтовки с пятого этажа офисного здания, в котором несколько недель или месяцев просидел в засаде, в чем тебя могут обвинить? Ежу понятно, что это убийство первой степени – умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах.

Да, если Билли все-таки заметут, обвинение может предложить ему только одну сделку (и Ник, естественно, в курсе). В этом штате убийство карается смертной казнью. Умный окружной прокурор предложит Билли вместо инъекции пожизненное заключение в исправительной колонии «Ринкон». Билли думает, что даже если все сложится таким образом, он по-прежнему может не упоминать Ника. Он может назвать Кена Хоффа, потому что Хоффу и так жить останется недолго, если Билли повяжут на выходе из «Башни Джерарда». А может, ему в любом случае недолго осталось. Попадая в круг общения Ника Маджаряна, козлы отпущения долго не живут.

Вероятно, Билли и самому осталось не так много: для верности могут убрать и его. Например, он случайно упадет с тюремной лестницы – при этом руки у него, конечно, будут скованы наручниками за спиной. Или его пырнут заточенной зубной щеткой в душе, запихнут кусок мыла ему в глотку… Допустим, с одним человеком он еще справится, даже с двумя, но с целой толпой «восемьдесят восьмых» или тремя-четырьмя головорезами «Народной нации»? Нет. Да и хочет ли он сидеть в тюрьме до конца жизни? Тоже нет. Лучше уж смерть, чем клетка. Ник наверняка понимает и это.

Впрочем, если Билли не попадется, все будет отлично. Его еще ни разу не поймали – семнадцать раз он благополучно скрывался с места преступления. Но и подобная ситуация ему в новинку. Обычно стреляешь тайком из подворотни, а рядом стоит машина, которая тут же увезет тебя прочь из города по заранее спланированному маршруту.

Как скрыться из офиса на пятом этаже здания в центре города, застрелив человека из снайперской винтовки? Причем вокруг будет тьма полицейских, городских и окружных. Билли знает, как это выглядело бы в кино: крутой наемник воспользуется прибором бесшумной и беспламенной стрельбы, глушителем. Только здесь это не прокатит. Дистанция велика, и в случае промаха второго шанса не будет. Кроме того, щелчок пули, преодолевающей звуковой барьер, заглушить невозможно. ПББС тут бессилен. И у Билли есть личный пунктик: он никогда не доверял «банкам». Накрути подобную штуку на дуло хорошей винтовки – и имеешь все шансы запороть выстрел. Значит, будет громко, и хотя в первые секунды никто не определит, откуда стреляли, позже, когда люди перестанут прятать головы и начнут озираться по сторонам, они увидят окно на пятом этаже «Башни Джерарда» с вырезанной в стекле круглой бойницей. Окна-то здесь не открываются.

Все эти проблемы не пугают Билли. Наоборот, они делают задачу увлекательнее. Как всевозможные опасные трюки (выбраться из окованного цепями сейфа, брошенного в Ист-Ривер, или освободиться из смирительной рубахи, болтаясь под крышей небоскреба), несомненно, увлекали Гарри Гудини. План у Билли пока не готов, но начало положено. Парковка на первых двух уровнях оказалась чуть более заполненной, чем следовало из слов Ирва Дина – вероятно, сегодня в суде идет особенно много слушаний, – но на четвертом уровне свободно. Читай, уединенно, а уединение – это всегда хорошо. Билли уверен, что с этим согласился бы и Гудини.

Он возвращается к столу, на котором дорогущий «макбук-про» до сих пор играет в «Кэнфилд» сам с собой, включает свой личный компьютер и заходит на «Амазон». На «Амазоне» можно купить что угодно.

2

На небольшой участок тротуара у «Башни Джерарда» с помощью трафарета нанесена надпись: «ПАРКОВКА ТОЛЬКО ДЛЯ СЛУЖЕБНОГО ТРАНСПОРТА». В одиннадцать пятнадцать здесь останавливается красочный фургон с нарисованным на боку сомбреро, под которым написано: «ЗАКУСОЧНАЯ ХОСЕ: TODOS COMEN![10]