Годсгрейв Кристофф Джей
Мия с Меркурио притихли. Старик задумчиво нахмурил лоб. Глаза Мии сузились, изучая книжные полки, но не находили ответов на их корешках. Она посмотрела на другую стену – с коллекцией оружия Меркурио. Солнцестальный клинок люминатов, ваанианский боевой топор, гладиус с гладиатской арены Лииза…
Ее глаза сузились пуще прежнего. В голове заработали шестеренки.
Она взглянула на своего бывшего учителя, ее дыхание участилось.
– Что такое? – спросил он.
Глупо.
Безумно.
Невозможно.
– Кажется, у меня есть идея…
В тренировочном кругу во дворе собралось тринадцать гладиатов. Вокруг них вздымались стены Вороньего Гнезда, знамена семьи Рем развевались от поднимающегося ветра. Они поздно вернулись из Блэкбриджа, почти наступила неночь. Но прежде чем отправиться на ужин, они должны поприветствовать новых брата и сестру в своих рядах – самый торжественный обряд, проводимый на священной земле их коллегии.
Вотум витус.[28]
Во двор падали лучи солнц, Мия чувствовала, как пот стекает по ее оголенным рукам и животу. Она стояла на коленях в круге рядом с Сидонием. Над ними возвышался Аркад в сверкающем нагруднике с тиснением в виде двух львов, исцарапанный и мятый от многих лет сражений. Донна Леона в прекрасном шелковом желтом платье наблюдала за ними с балкона.
Посмотрев вниз на экзекутора, она улыбнулась, и в ее сапфировых глазах так и читалось: «Я же тебе говорила».
– Гладиаты, – обратился экзекутор. – Мы собрались здесь, на священной земле, для торжественного обряда, чтобы приветствовать в наших рядах этих двух достойных воинов. Нас сплачивает не сталь, а кровь. Поскольку мы – кровь, и кровью останемся.
– Мы – кровь, – раздался хор голосов по кругу. – И кровью останемся.
Экзекутор достал кинжал из-за пояса, провел лезвием по ладони и позволил алой крови капнуть на песок. Затем передал клинок гладиату слева.
Им оказался Мясник Амая. Он повторил ритуал, порезав ладонь, и передал кинжал Мечнице. Женщина посмотрела Мие в глаза и провела им по ладони. Кинжал пошел по кругу, пока обряд не повторили все тринадцать гладиатов. Ваанианские близнецы Брин и Бьерн, двеймерец Волнозор и остальные, пока, наконец, кровавый клинок не попал в руки их чемпиону, Фуриану Непобедимому.
Итреец смотрел на Мию затуманенными темными глазами, на его голове красовался новый серебряный венок. Она наблюдала, как он дрался в Блэкбридже, и его победа («непревзойденный», как называли его эдиторы, «безупречный») лишь разожгла ее любопытство. Ее тень затрепетала, когда он порезал ладонь, смешивая свою кровь с кровью гладиатской семьи на остром лезвии. Мужчина уронил алые капли на песок, а затем вошел в круг и встал перед Сидонием и Мией. Опустив взгляд с его горящих глаз и мужественного подбородка на тьму у ног, Мия увидела, что его тень тоже дрожит.
«Он препятствие на твоем пути», – напомнила она себе.
«Все они».
«Препятствие».
– Мы – кровь, – сказал он, передавая кинжал. – И кровью останемся.
Мия взяла клинок, при соприкосновении их пальцев ее живот взбунтовался. Упрекнув себя за дурость, она повернулась к экзекутору и посмотрела ему в глаза.
– Не слишком глубоко, – предупредил он. – Чтобы не навредить твоей хватке.
Мия кивнула и провела лезвием по ладони. Боль была яркой и вполне реальной, делая весь мир четче. Она здесь. Полнокровный член коллегии. Перед ней простиралась пустыня из песка и океан крови. Но в конце девушка видела великого кардинала Дуомо в лохмотьях бедняка и без троицы на шее. Консула Скаеву, протягивающего руки, чтобы надеть на нее венок победителя.
Видела, как ее тень тянется к их…
– И кровью останемся, – повторила Мия.
Сидоний забрал кинжал, резанул по ладони и повторил клятву.
– И кровью останемся.
По кругу прошла волна ободряющих криков. Экзекутор показал жестом, чтобы Мия с Сидонием встали, и их окружили гладиаты. Мечница улыбнулась Мие, ваанианка Брин прижала ее к груди и прошептала: «Ты хорошо сражалась». Мясник так сильно хлопнул ее по спине, что она чуть не упала, остальные протягивали окровавленные руки или по-дружески били ее кулаком в предплечье. Только Фуриан держался в стороне – но был ли тому виной почетный статус чемпиона или их вражда, Мия не знала.
– Мои Соколы! – раздался голос с балкона.
– Смирно! – рявкнул экзекутор, и все взгляды поднялись вверх.
Донна Леона улыбнулась им, как богиня своим детям, и широко развела руки.
– Наши победы в Блэкбридже принесли нам еще больше славы и обеспечили местом в «Венатусе» Стормвотча, который состоится через четыре недели!
Гладиаты возликовали, а Сидоний крепко обхватил рукой шею Мии и радостно закричал. Девушка рассмеялась и оттолкнула здоровяка, но обнаружила, что ее голос невольно присоединяется к всеобщему хору.
– По мере приближения к «Магни» состязания будут становиться только жестче. Утром вы вернетесь к тренировкам. Но пока… И никогда не смейте говорите, что ваша домина не вознаграждает доблесть и честь, которую вы ей оказываете каждый раз на аренах!
Леона хлопнула в ладоши, и три слуги покатили огромную бочку к столам и скамейкам на веранде.
– Это вино? – ахнул Сидоний.
– Пейте, мои Соколы! – Леона улыбнулась. – Поднимите тост за своих новых брата и сестру. Тост за славу! И тост за наши многочисленные будущие победы!
Тремя часами спустя Мия лежала в своей клетке, в ее голове все плыло.
Она пыталась пить с умом, но Сид брюзжал каждый раз, когда девушка замедляла темп, да все гладиаты пили так, словно от этого зависела их жизнь. Мия полагала, что это имело смысл – для людей, у которых ничего нет, и которые рисковали жизнью каждый раз, выходя на песок, кратковременная передышка и полная чаша наверняка казались раем. Посему она изо всех сил старалась играть свою роль и пила наравне с новой семьей, улыбаясь в ответ на их похвалы.
Похоже, двеймерке Мечнице она особо приглянулась, хотя остальные гладиаты коллегии тоже не обделили Мию добрым словом. Ее хитрость на арене – переодеться в цвет врага и сыграть раненую, чтобы приблизиться и нанести удар – показалась большинству членов новой семьи просто гениальной.
Брин, светловолосая ваанианка, подняла чашу для тоста.
– За хорошую уловку, вороненок.
– Да, – поддержал ее брат Бьерн. – Когда я увидел, как ты прижимаешь те кишки, и понял, что ты задумала, то чуть не выдал тебя своими громкими воплями!
– Ворона, как бы не так, – ухмыльнулся Мясник. – Нам стоит прозвать ее гребаной Лисой.
– Волчицей, – улыбнулась Мечница.
– Змеей, – раздался голос.
Все посмотрели на Фуриана, насупившегося во главе стола. Мия встретила его сердитый взгляд, наблюдая, как мужчина кривит губы в насмешке.
– Гладиаты сражаются с честью, – сказал он. – А не коварством.
– Да ладно тебе, брат, – возразила Мечница. – Одержанная победа – заслуженная победа.
– Я чемпион этой коллегии, – ответил Непобедимый. – Я говорю, какая победа заслужена. А какая украдена.
Мечница посмотрела на торквес на шее Фуриана, на венок на его голове, и кивнула в знак согласия. Непобедимый продолжил пить и больше не подавал голос. Вскоре после этого праздник окончился, и, по правде, Мия была этому рада. Она не привыкла пить столько вина, так что еще пара чашек – и девушка заблевала бы все стены.
Теперь она сидела в своей клетке, прутья медленно кружились. Прежде чем свет погас, из клетки Мечницы вновь послышалось пение. Мия предположила, что это своеобразная молитва. Но теперь на казарму опустилась тьма, и слышны были только звуки сна.
Сидоний лежал на спине и храпел, как умирающий бык, прерываясь лишь для того, чтобы напердеть так громко, что пол под Мией вибрировал. Девушка нахмурилась и пнула итрейца, который с ворчанием перекатился на бок.
– Гребаная свинья, – выругалась она, зажимая нос. – Мне нужна собственная клетка.
– …Я редко жалею, что не нуждаюсь в воздухе…
Глаза Мии расширились, когда она услышала шепот.
– …А в данный момент и подавно…
– Мистер Добряк!
– …Крикнула она достаточно громко, чтобы разбудить мертвых…
Из теней в другом конце клетки вышли два черных силуэта.
– …Если это не удалось храпу этого громилы, то уже ничто не разбудит…
Мия улыбнулась, когда к ней приблизились демоны и нырнули в ее тень, словно та была черной водой. Ее накрыла волна утешительного холода, проходя рябью по всему телу и оставляя после себя железное спокойствие. Она почувствовала, как Мистер Добряк расхаживает по ее плечам, извиваясь между локонами и не тревожа ни единого волоска. Эклипс свернулась вокруг Мии и опустила свою иллюзорную голову на колени хозяйки. Девушка провела по ним ладонями, их очертания задрожали, как черный дым. Она не осознавала, как сильно по ним скучала, пока спутники не вернулись.
– Черная Мать, как же я рада вас видеть, – прошептала Мия.
– …Я скучала по тебе…
– …Ой, я тебя умоляю…
– …А вот по кисе не особо…
Мия провела рукой по тенистой волчице. Она не чувствовала ее на ощупь; гладить ее было все равно что гладить прохладный ветер.
– Когда вы вернулись?
– …Вчера. Но ты была еще на «Венатусе»…
– …Я так понимаю, все прошло хорошо…
– Я жива, если это имеет какое-то значение.
Мистер Добряк потерся о ее ухо, и Мие стало щекотно. Его ласка была как поцелуй дыма сигариллы.
– …Самое большое… – прошептал он.
Трио еще долго сидело во мраке, просто наслаждаясь компанией друг друга. Мия водила пальцами по их иллюзорным телам и ощущала, как последний намек на страх, который она испытывала последние недели, полностью исчезает. Она сделала это. Первый шаг к глоткам Скаевы и Дуомо прошел успешно. А в присутствии ее спутников оставшиеся шаги казались не такими уж и далекими.
– …Как бы это ни было мило…
– …На тебя всегда можно рассчитывать, чтобы испортить обстановку…
– Нет, он прав, – вздохнула Мия. – Она ждет?
– …Да…
– Тогда ведите.
Ее спутники растворились в черноте. Мия почувствовала, как они материализуются в тенях холла, и снова, как в ту неночь, когда она посетила Фуриана, девушка закрыла глаза и потянулась во тьму. Возможно, дело было в вине, а возможно, в практике, но на сей раз шаги дались ей легче. Открыв глаза, она обнаружила, что комната лихорадочно кружится, но все же Мия оказалась в тени у лестницы.
Девушка согнулась пополам и выблевала пару чаш вина на камень, прикрывая рот, чтобы приглушить звук. Несколько гладиатов заворошились в казарме, и Мия быстро скрылась обратно в тенях, борясь с тошнотой. Она прислонилась к стене, чтобы та перестала кружиться. Вытерла рот ладонью и сплюнула на камень.
– Черная Мать, напомните мне в следующий раз, что не стоит этого делать пьяной.
– …Идем…
– …Гадюка ждет, Мия…
Девушка посмотрела на механические рычаги на стене, гадая, как они работают. Прокралась на ослабевших ногах через крепость и вышла в тень веранды. Под столом сидел Клык, наблюдая за ней с любопытством. Когда мимо проскользнули Мистер Добряк и Эклипс, загривок пса вздыбился. Мия протянула руку, чтобы успокоить мастифа, но, жалобно заскулив, Клык сбежал.
– …Эти собаки такие глупые…
– …Сказал глупец, потерявшийся на обратном пути…
– …Я не потерялся, моя дорогая дворняга, я изучал местность…
– …Это громадная крепость на вершине скалы, которую видно с любой точки города, как ты…
– Тс-с-с, – прошипела Мия, ныряя в нишу.
Быстрые шаги ознаменовали приближение магистры и служанки. Они увлеченно обсуждали вопрос организации поездки в Стормвотч, служанка старательно все записывала на восковой дощечке. Мия подождала, пока они скроются из вида, и медленно прокралась по коридору к дверям, открытым для прохладного морского бриза. Прищурившись от света солнц, выглянула с высоких каменных стен – красных на фоне голубого опаленного неба.
Собрав горсть теней, Мия накинула их на плечи. Ее пальцы были уже не такими ловкими от выпитого, но в конце концов весь мир затянуло мутно-черным и грязно-белым, и она стала почти такой же слепой, как в перемену своего рождения. Тихо шепча, спутники направили ее через передний двор, мимо патрулирующей стражи в затененную нишу у входных ворот. Тогда Мия закрыла глаза
и шагнула
в
тень
через
дорогу.
Девушка упала на колени и прижала руки к животу, борясь с желанием выблевать все содержимое желудка. Спустя пару минут в грязи она восстановила дыхание и вытерла слезы с глаз.
– …Ты в порядке?..
– Следующий глупый вопрос, пожалуйста? – прошептала Мия.
– …Нам не обязательно встречаться с ней прямо сейчас…
– Обязательно. Но времени мало. Гладиаты встают рано утром, но если кто-то каким-то чудом заметит мое отсутствие посреди неночи…
– …Вино позаботится о том, чтобы твои сокамерники крепко спали до той поры…
– И все же нам следует поспешить.
– …Идти совсем не далеко…
Она поднялась на дрожащие ноги и поплелась по пыльной дороге, извивающейся по склону, на котором стояло Воронье Гнездо. Дальше Мия не нуждалась в указаниях Мистера Добряка и Эклипс – она так хорошо знала этот путь, что могла пройти его с закрытыми глазами. Но откидывать плащ из теней не решалась. Девушка по-прежнему была одета как гладиат, а клеймо с двумя кольцами на щеке кричало, что она чье-то имущество. И хотя владельцы частенько разгуливали в компании вооруженных рабов, увидеть такого воина в одиночку было редкостью. Так что с ее стороны разумнее оставаться невидимой, чтобы избежать вопросов.
Мия слышала шум моря с юга, звон портовых колоколов внизу, чувствовала знакомый запах города в тени крепости. Известный как Вороний Покой, он служил домом трем-четырем тысячам людей – оживленный торговый порт, возникший под защитой крепости. Здания из красного камня и белой штукатурки ютились на крутых скалах, клонясь в сторону воды. В воздухе звучала песнь чаек.
Спутники привели ее в запутанный лабиринт улочек у пристани. Там Мия откинула плащ и осторожно пошла по извилистым проулкам, в соленом воздухе воняло мусором. Они прибыли к небольшой таверне, и Мистер Добряк кивнул на гостевые комнаты наверху.
– …Второй этаж, третье окно…
Мия посмотрела по сторонам, убеждаясь, что рядом никого нет, и начала взбираться. Достигнув террасы второго этажа, перелезла через железные перила и постучала по стеклу.
Окно открылось, и она тихо, как шепот, пробралась внутрь.
Девушке потребовалась пара секунд, чтобы привыкнуть к темноте после яркого уличного света. Но в конце концов она увидела силуэт, развалившийся на старом диване и вытянувший перед собой длинные ноги. Она была одета в черные кожаные штаны, короткий корсет и рубашку из темного шелка. Светлые волосы пришлось перекрасить, чтобы не выдать себя, и теперь они стали кроваво-красными, как у Джессамины. Но эти глаза было невозможно забыть.
Девушка откинулась на спинку дивана и осмотрела Мию с головы до ног.
– Ну здравствуй, красавица, – улыбнулась она.
– Здравствуй, Эшлин, – ответила Мия.
Книга 2
Кровь и слава
Глава 13
Выход
Морской воздух смешивался с гвоздичным ароматом дыма, поднимавшимся тонкими струйками из ноздрей Мии. Она последний раз затянулась сигариллой, потушила ее о стену и довольно вздохнула.
– Бездна и кровь, как же мне это было необходимо.
– Я знала, что ты будешь по ним скучать.
Эш улыбнулась, заправляя рыжие волосы за уши. Новый цвет был уловкой – если по какому-то трагическому стечению обстоятельств кто-то из Церкви увидит их с Мией издалека, Эшлин сможет сойти за Джессамину. Хлипкий обман, но, как любезно напомнил Мистер Добряк, весь этот план был хлипким, как мышцы у шахматиста.
Тем не менее Мия благодарно склонила голову и, закрыв глаза, откинулась на старый кожаный диван, наслаждаясь каждой каплей никотина в крови.
– Я рада снова тебя видеть, – сказала Эш.
Ассасин открыла глаза и посмотрела на нее сквозь ресницы. Мистер Добряк запрыгнул на диван, обвив хвостом плечи хозяйки. Эклипс свернулась вокруг ее талии и положила голову на колени. Ни один из ее спутников не доверял Эшлин, и даже после того, как они вместе затеяли этот план, Мия тоже не могла на нее положиться полностью. Эш убила Джесс. Убила Трика. Убила всех, кто стоял на ее пути к расплате.
«Но так ли она отличается от тебя?»
В конце концов, она ведь не выдала люминатам местонахождение лавки Меркурио…
Эшлин посмотрела на тряпки, в которые была одета Мия.
– Приятно видеть, что ты приоделась по такому случаю.
– Дорога сюда доставила много хлопот? – спросила та.
Эш помотала головой.
– Мистер Ворчун довольно быстро нас нашел.
Из-под пола донесся смех Эклипс. Мистер Добряк склонил голову, глядя на ваанианку, и прошептал голосом, похожим на дым:
– …Какая наглость…
Эшлин усмехнулась, достала кинжал из-за пояса и вонзила в яблоко, лежавшее в миске с фруктами на столе. Ловко крутанув запястьем, подкинула его в протянутую руку Мии.
– Мы ждали в Уайткипе, как и было спланировано. Когда Леонид вернулся, но тебя не оказалось среди его приобретений, я догадалась, что все покатилось в ебеня. Хотя я даже не представляла, в какие глубокие, пока нас не нашел Мистер Умник.
– …Прекрати…
– …Нет-нет, пожалуйста, продолжай…
Эш проигнорировала тени и подняла бровь, глядя на Мию. Девушка шумно откусила кусок яблока и долго его пережевывала, прежде чем ответить:
– Признаю, план потерпел несколько… неудач.
– У тебя всегда был талант к преуменьшению, Корвере, – Эшлин нанизала на клинок еще одно яблоко и начала ловкими движениями счищать кожуру. – Живешь в крепости, которая принадлежала твоему отцу перед тем, как его повесили за измену. Находишься в собственности жены судьи, которого ты убила. В манеже, которому не больше полугода, и всего с одним венком за душой. И как твои успехи?
– Я пережила Отсев, – Мия пожала плечами.
Эш закинула в рот дольку яблока.
– Я заметила, что ты не мертва.
– И я дала кровавый обет, – продолжила девушка. – Теперь я полноправный гладиат. План остается тем же. Просто мне придется осуществить его посредством другой коллегии, вот и все.
– Тебе нужно бороться вдвое свирепее, – заметила Эш. – Благодаря прошлогодним победам Леонид уже обеспечил свою коллегию местом в «Магни». В сравнении с ее отцом у Леоны вообще нет политического веса. Ей нужно выиграть как минимум еще три венка, прежде чем она сможет бороться в великих играх.
– Если мне понадобится, чтобы кто-то констатировал очевидное, у меня уже есть Мистер Добряк, Эшлин.
– …Некоторые вещи достаточно важны, чтобы указывать на них дважды…
– Слушайте, я как никто другой знаю, как глубоко мы погрязли в дерьме, – огрызнулась Мия. – Но если кто-то из вас может придумать способ получше убить Дуомо и Скаеву одновременно, и чтобы Красная Церковь ничего не прознала, я вся в гребаном внимании.
– Я тебе уже говорила, Мия. Я могу убить Дуомо за тебя. Я тоже обучалась в Церкви. Мы можем хоть сейчас поплыть обратно в Годсгрейв и…
– Нет, я тебе уже говорила, – девушка нахмурилась. – Дуомо мой. Скаева мой. Я хочу смотреть этим ублюдкам в глаза, когда они будут умирать. Хочу, чтобы они знали, что это была я.
– …Кровь требует крови… – прорычала Эклипс.
Эш взяла зубами еще один ломтик и подняла бровь, глядя на Мистера Добряка. Эти двое расходилась во всем остальном, но когда дело касалось безумного плана Мии, они были на одной волне.
– …Мия, возмо…
– Нет! – рявкнула она. – Это единственный путь. И у нас был уговор, Эшлин. Ты поможешь мне убить Скаеву и Дуомо, а мы с Меркурио поможем тебе уничтожить Духовенство.
– Давай будем честными, Мия, ты намерена уничтожить их не только ради меня.
– Ты уверена, что все еще знаешь, что такое честность, Эшлин?
Ваанианка закусила губу и медленно кивнула.
– Хорошо подколола.
– Я тренировалась.
– Стоит заметить, что я здесь, чтобы помочь тебе, Мия.
– Я убью Дуомо. Я убью Скаеву. Таков был уговор.
Так и было. Несмотря на сумасбродность ее плана, сидя неночи напролет в Часовне Годсгрейва, ни Меркурио, ни Эшлин не смогли придумать ничего лучше. Скаева редко появлялся на публике, а Дуомо проводил большую часть времени в Гранд Базилике. Чтобы эта парочка оказалась вместе на «Магни», на расстоянии вытянутой руки, и чтобы Дуомо был без треклятой троицы на шее… Как бы ни было трудно туда добраться, такая возможность казалась слишком заманчивой, чтобы отказаться от нее.
Посему Меркурио доложил Духовенству, что сделка с браавами пошла не по плану, и теперь Мия гонялась за картой по материку. Трио принялось искать подходящую коллегию, которая приведет Мию к «Магни», хотя Меркурио не сильно радовало участие в этом Эшлин. Это правда, что ваанианка хотела отомстить Церкви почти так же сильно, как Мия. Это правда, что из нее врунья получше, чем из Мии; они с братом единолично чуть не уничтожили всю Церковь. Но факт заключался в том, что Мия и ее бывший ментор ни капельки ей не доверяли.
Тем не менее Мия приставила к Эш Эклипс – девушка и вдохнуть не могла, чтобы демон об этом не узнал. Плавая в море с драками, никогда не помешает компания – хотя бы для того, чтобы драки могли полакомиться кем-то другим, кроме тебя.
Эшлин потянулась, как кошка, и съела еще кусочек яблока.
– Справедливо, – сказала она. – Я просто предлагаю другие варианты. Но сделка есть сделка, и я сдержу свою часть уговора. И пусть кто-то осмелится сказать, что я не человек слова.
Мистер Добряк фыркнул, обвив хвостом шею Мии.
– …Напротив, лично я считаю, что об этом стоит говорить так громко и часто, как только возможно…
Эшлин показала костяшки.
– Тебя никто не спрашивал, Мистер Оптимист.
Эклипс подняла голову, ее шепот эхом пронесся над половицами:
– …Как вы могли догадаться, в ваше отсутствие мы с донной Ярнхайм отлично поладили…
– …И почему я не удивлен…
– …Разве тебе не нужно гонять мышей, киса?..
– …Разве тебе не нужно нюхать задницы, дворняжка?..
– Ладно, ладно, хватит, – сказала Мия. – Мне пора возвращаться в свою роскошную вонючую клетку в Вороньем Гнезде, пока никто не заметил моего отсутствия. Мы должны узнать о Леоне все, что возможно. О ее отце можно написать целую книгу, но сама донна для нас загадка.
– Тогда хорошо, что я о ней поспрашивала, – Эш улыбнулась.
Девушка отрезала еще один ломтик и положила себе на язык.
Мия подняла бровь.
– Ну так? Выкладывай.
– Скажи «пожалуйста», – улыбка ваанианки стала шире.
– Эш… – прорычала Мия.
Та ухмыльнулась и откинулась на спинку дивана.
– Я пробыла здесь всего одну перемену, так что мне еще многое предстоит узнать. Но я знаю, что три года назад Леона вышла замуж за Рема. Она приглянулась ему на последних играх «Магни», и вскоре после них Рем попросил ее руки у Леонида. Очень удачная партия. Для дочери обычного сангилы выйти замуж за судью легиона люминатов… Полагаю, это показывает, насколько велико политическое влияние ее папаши.
Мия откусила яблоко и ответила с набитым ртом:
– Брак по договоренности?
– Как всегда у людей такого уровня, – Эшлин отрезала тонкий ломтик и взяла его губами. – Хотя, насколько я могу судить, Леону никто не заставлял. Рем был богат. Красив. На пике политической карьеры. Она многое выигрывала, ложась с ним в постель. Так что на твоем месте я бы не разглагольствовала о том, что это ты перерезала ему глотку.
– О, проклятье, я же как раз хотела это сделать!
Эшлин ухмыльнулась и положила еще один ломтик себе на язык.
– Что насчет Аркада? – пробубнила Мия, вновь шумно вгрызаясь в яблоко. – Он годами был чемпионом Леонида. Почему он служит экзекутором Леоны, а не ее отца?
Эшлин снова пожала плечами.
– Я пробыла здесь всего одну перемену. Дай мне время.
– Ну, мне потребуются любые козыри, какие только можно добыть, – Мия вытерла губы, встала и потянулась. – Так что чем больше ты разведаешь о моей домине, тем лучше.
Эш кивнула на тряпки, которые носила Мия, многозначительно глядя на ее обнаженные живот и ноги.
– По крайней мере мне нравится ее чувство стиля.
Мия проигнорировала комментарий, скользнула к окну и выглянула, убеждаясь, что на улице нет лишних глаз. Затем перекинула ногу через подоконник и собралась было прыгать.
– Мия.
Читать бесплатно другие книги:
