Интриганка Шелдон Сидни

Ив сидела напротив Джорджа, наблюдая, как тот с трудом пытается проглотить ломтик сыра.

– У меня и Алекс всегда все было общим, – сказала она, – и сегодняшний вечер не исключение. Но в следующем году только одна из нас будет праздновать день рождения. Настало время, дорогой! Моя сестрица достаточно пожила. По-моему, с ней вот-вот должен произойти несчастный случай! Потом бедная старая бабушка умрет от тоски. И все будет нашим, Джордж. А сейчас пойдем в спальню – отдашь мне свой подарок.

Джордж с тоской ждал этой минуты. Он был мужчиной сильным и властным, но Ив подавляла его, заставляла чувствовать себя импотентом…

Ив медленно разделась, раздела Джорджа, искусными ласками довела до лихорадочного возбуждения.

– Ну вот, дорогой, – прошептала она, медленно опускаясь, насаживая себя на налившийся кровью фаллос и ритмично двигая бедрами. – Ах-х как хорошо… Но ведь ты не можешь кончить, правда, бедняжка? И знаешь, почему? Потому что ты урод. Психопат. И не любишь женщин, да, Джордж? Наслаждаешься только, когда причиняешь боль. Ты ведь хотел бы избить меня? Скажи, хотел бы?

– Скорее убить.

– Только ты этого не сделаешь, – расхохоталась Ив, – если хочешь, конечно, заполучить компанию… Ты никогда ничего мне не сделаешь, Джордж, а если попытаешься, один из моих друзей немедленно доставит в полицию письмо, где я во всем признаюсь.

– Ты блефуешь! – недоверчиво усмехнулся Джордж. Ив с силой провела длинным заостренным ногтем по его обнаженной груди:

– Это можно проверить только одним способом, не так ли? – съехидничала она.

И Меллис неожиданно понял, что любовница не лжет. Никогда ему от нее не избавиться! Она вечно будет издеваться, унижать, преследовать его! Джордж не смог вынести мысли о том, что до конца жизни останется в лапах этой суки. Что-то взорвалось в мозгу, глаза застлало багровой пеленой, и Меллис потерял всякое представление о том, что было дальше, словно кто-то чужой управлял им. Все происходило словно при замедленной съемке. Он помнил только, как оттолкнул Ив, перевернул на живот, раздвинул ей ноги, потом крики ужаса и боли, непрерывно опускающиеся на что-то живое кулаки и восхитительное чувство оргазма, будто все его существо снова и снова корчилось в непрерывных судорогах почти невыносимого наслаждения. Боже! Как долго он ждал этого!…

Откуда– то издалека опять донеслись дикие вопли. Красная дымка начала рассеиваться. Джордж опустил глаза. Ив лежала, откинув голову, вся в крови, нос раздроблен, тело покрыто синяками и ожогами, глаза распухли, челюсть сломана.

– Прекрати, немедленно прекрати, – лепетала она разбитыми губами.

Джордж встряхнул головой, пытаясь прийти в себя. Ужасная реальность повергла его в панику. Он никогда не сможет объяснить, почему сделал это. Теперь конец всему. Он погиб!

Трясясь от озноба, Меллис наклонился:

– Ив?

Девушка с трудом приоткрыла заплывший глаз:

– Доктора…, вызови…, доктора.

Каждое слово давалось с величайшим трудом.

– Харли… Джон Харли.

Джордж смог пробормотать только несколько слов в телефонную трубку:

– Не можете ли вы сейчас приехать? С Ив Блэкуэлл произошел несчастный случай.

Бросив один лишь взгляд на забрызганные кровью постель и стены, доктор Харли, побледнев, пробормотал:

– Господи Боже!

Нащупав слабый пульс, обернулся к Джорджу:

– Вызовите полицию. И скажите, что нам необходима карета скорой помощи.

Сквозь дымку боли Ив прошептала:

– Джон…

Харли наклонился поближе:

– Сейчас все будет в порядке. Отвезем тебя в больницу. Невероятным усилием подняв руку, Ив сжала пальцы доктора:

– Не нужно полиции…

– Я обязан их известить.

Ив мертвой хваткой вцепилась в ладонь Харли:

– Никакой…, полиции…

Доктор еще раз взглянул на раздробленную скулу, сломанную челюсть и тело, покрытое сигаретными ожогами:

– Не пытайся разговаривать.

Боль все нарастала, но Ив изо всех сил пыталась не потерять сознание.

– Пожалуйста…

Каждое слово давалось с огромным трудом.

– Никакого…, скандала… Бабушка…, не простит…, нет…, сбила машина на…

Времени на споры не было. Доктор Харли набрал номер и назвал адрес Ив.

– Немедленно пришлите карету «скорой». Найдите доктора Уэбстера и попросите встретить нас в больнице. Пациент в критическом состоянии – готовьте операционную.

Послушав несколько секунд, он добавил:

– Дорожное происшествие. И бросил трубку.

– Спасибо, доктор, – выдохнул Джордж.

Харли с омерзением оглядел мужа Александры. Одежда Меллиса была в беспорядке, костяшки пальцев сбиты, руки и лицо забрызганы кровью.

– Не благодарите. Я делаю это для Блэкуэллов, но с одним условием: вы должны согласиться пройти курс лечения у психиатра.

– Мне не нужен…

– Тогда, ублюдок, я вызываю полицию. Таким, как ты, нельзя оставаться на свободе!

Доктор Харли вновь потянулся к трубке.

– Подождите!

Мысли Джорджа лихорадочно заметались. Он чуть не выбросил на ветер все, чего достиг с таким трудом, но судьба каким-то чудом подарила ему еще один шанс.

– Хорошо. Обещаю пойти к психиатру. Вдали послышался вой сирены.

***

Она неслась по длинному туннелю, где то и дело вспыхивали и гасли цветные огоньки. Тело было совсем легким, невесомым: Ив подумала, что, если захочет, может взлететь высоко-высоко… Она попыталась взмахнуть руками, но что-то свинцовым грузом давило на них.

Ив открыла глаза. Двое мужчин в зеленых халатах и колпаках везли ее на каталке по белому коридору.

– Я играю в какой-то пьесе, – подумала она, – и забыла роль… Где сценарий?

Ив вновь открыла глаза и оказалась в большой комнате на операционном столе. Маленький человечек в зеленом хирургическом костюме наклонился над ней.

– Меня зовут Кит Уэбстер. Сейчас вас будут оперировать.

– Не желаю остаться уродом, – прошептала Ив, хотя почти не могла говорить от боли. – Сделайте что-нибудь, умоляю.

– Все будет хорошо, – пообещал доктор Уэбстер. – Заснете и проснетесь такой же красавицей, как были. Только не волнуйтесь.

Он подал знак анестезиологу.

***

Джордж отправился в ванную комнату Ив, постарался смыть кровь, пригладить волосы и почистить одежду. Взглянув на часы, он злобно выругался. Три часа ночи! Оставалось надеяться, что жена уже спит, но, когда он вошел в гостиную, Александра все еще сидела за столом.

– Дорогой, я чуть с ума не сошла!

– Все хорошо, Алекс.

Подбежав к мужу, она крепко обняла его:

– Я уже хотела звонить в полицию. Думала, случилось что-то ужасное.

Джордж подумал, что жена даже не понимает, насколько права.

– Ты привез ему контракты?

– Контракты? – недоуменно повторил Джордж. – Ах, контракты. Ну конечно.

Казалось, прошли годы с той минуты, как он придумал эту ложь.

– Почему ты так поздно?

– Рейс задержали, – без запинки отговорился Джордж. – Он уговорил меня остаться, и я все надеялся, что вылет вот-вот объявят; а потом было уже слишком поздно, боялся, что разбужу. Прости, родная.

– Все в порядке! Главное, ты здесь, со мной.

Джордж вспомнил об Ив, которую укладывали на носилки.

– Иди…, домой, – пробормотала она уголком искривленного разбитого рта, – ничего…, не…, случилось.

Но что, если она умрет?!

Его арестуют за убийство. Если Ив выживет, все будет в порядке, пойдет, как раньше. Ив простит, потому что он ей необходим.

Джордж так и не заснул, думая об Ив. В ушах звучали ее вопли, мольбы о пощаде, под кулаками вновь хрустели кости, в ноздрях стоял запах горящей плоти. Именно в этот момент он почувствовал, что почти любит эту женщину.

***

Ив необыкновенно повезло: Джону Хартли удалось уговорить Кита Уэбстера делать операцию. Доктор Уэбстер был одним из лучших в мире специалистов по пластическим операциям. У него был собственный кабинет на Парк-Авеню и своя клиника в Нижнем Манхэттене, где доктор специализировался на исправлении врожденных уродств.

Пациенты, приходившие за исцелением, платили кто сколько может. Доктор Уэбстер привык к виду людей, попавших в аварию, но при взгляде на Ив Блэкуэлл потерял дар речи. Он видел фотографии этой девушки в журналах, и сама мысль о человеке, хладнокровно уничтожившем такую красоту, наполнила его бессильной яростью.

– Кто это сделал, Джон?

– Ее сбило машиной.

– Ну да, – возмущенно фыркнул Кит, – а потом водитель вышел из машины, сорвал с нее одежду и тушил о тело зажженные сигареты?

– Боюсь, я не вправе обсуждать это. Ты можешь сделать что-нибудь? Собрать ее заново?

– Это моя работа, Джон, заново собирать таких пациентов.

Только в полдень доктор Уэбстер сказал наконец своим ассистентам:

– Закончили. Отвезите ее в реанимацию. Если появятся хоть малейшие признаки опасности, немедленно вызывайте меня.

Операция продолжалась девять часов. Только спустя двое суток Ив перевели из реанимационного отделения в палату. Джордж немедленно приехал в больницу. Ему было необходимо увидеть Ив, поговорить, убедиться, что она не таит зла и не замышляет какой-нибудь ужасный способ отомстить.

– Я поверенный мисс Блэкуэлл, – объяснил Джордж дежурной сестре. – Она просила меня прийти. Небольшое дело. Я недолго пробуду.

Сестра, оценивающе поглядев на красивого мужчину, кивнула:

– К ней никого не пускают, но, думаю, если вы войдете, ничего страшного не случится.

Ив лежала в отдельной палате, забинтованная с ног до головы; бесчисленные, торчащие в разные стороны трубки, прикрепленные лейкопластырем к рукам и телу, напоминали некие непристойные придатки. Из-под повязок видны были только губы и глаза.

– Здравствуй, Ив…

– Джордж… – еле слышно прохрипела она.

Меллис нагнулся поближе, чтобы услышать хоть слово.

– Ты…, не сказал Алекс?

– Нет, конечно, нет. Джордж сел на край кровати:

– Я пришел, потому что…

– Знаю, почему… Мы…, должны идти до конца… Чувство непередаваемого облегчения охватило Меллиса.

– Прости меня, Ив. Мне так стыдно. Я…

– Попроси…, кого-нибудь…, позвонить Алекс…, и сказать…, что я уехала…, вернусь…, через…, несколько…, недель.

– Хорошо.

Налитые кровью глаза уставились на Меллиса.

– Джордж…, сделай мне одолжение…

– Что, Ив?

– Сдохни…, да так…, чтобы помучиться…, подольше.

***

Она долго спала, а когда проснулась, у постели сидел доктор Уэбстер.

– Как вы себя чувствуете? – мягко, спокойно спросил он.

– Очень…, устала. Что…, со мной?

Доктор поколебался. Рентгеновский снимок показал перелом скуловой кости; скуловая дуга впилась в височную мышцу так, что она не могла открыть рот: боль была невыносимой. Нос и два ребра тоже сломаны, на ягодицах и ступнях глубокие ожоги.

– Что? – повторила Ив.

Доктор Уэбстер как можно осторожнее объяснил:

– Раздробленные скулы и сломанный нос. Лобные кости смещены. Обломок скуловой дуги давит на мышцу, открывающую и закрывающую рот. Сигаретные ожоги. Но мы постарались все исправить.

– Дайте зеркало, – прошептала Ив. Этого Кит допустить не мог.

– Извините, – улыбнулся он, – у нас не держат зеркал.

– Как…, как я буду выглядеть, когда с-снимут бинты? – запинаясь, спросила Ив, боясь услыхать ответ.

– Потрясающе! Точно так же, как раньше.

– Не…, верю!

– Вот увидите. А сейчас, может, все-таки расскажете, что произошло?

Последовало долгое молчание.

– Меня сбил грузовик.

Кит Уэбстер вновь потрясение спросил себя, неужели нашлось животное, способное поднять руку на эту прелестную девушку, но только покачал головой: он давно уже перестал удивляться тому, до каких глубин жестокости и подлости может опуститься человек.

– Мне нужно имя, – мягко повторил он. – Только имя. Кто это сделал?

– Грузовик.

Доктор Уэбстер недоуменно нахмурился. Почему они так дружно лгут? Сначала доктор Харли, теперь Ив Блэкуэлл.

– Мы обязаны сообщать полиции о каждом случае разбойного нападения, – объяснил он.

Ив с трудом дотянулась до руки доктора, лихорадочно сжала:

– Пожалуйста…, если узнают сестра…, или бабушка…, это их убьет… Газеты… Умоляю…, не надо.

– Я не могу написать в рапорте, что это было дорожное происшествие. Дамы не бегают по улицам в голом виде!

– Прошу…, вас.

При взгляде на несчастную девушку сердце Кита сжалось.

– По-моему, вы споткнулись и упали с лестницы. Она чуть крепче стиснула ладонь Уэбстера:

– Именно…, так все и произошло.

– Значит, я прав… – вздохнул доктор Уэбстер. Кит ежедневно навещал Ив по два-три раза, приносил цветы и маленькие подарки из больничного магазина. И каждый день Ив встревоженно спрашивала:

– Почему я лежу здесь целыми днями, просто так, без всякого лечения?

– Ошибаетесь, вами занимается мой коллега, – объяснил Уэбстер.

– Коллега?

– Мать-природа. Под этими устрашающими повязками непрерывно идет процесс заживления.

Каждые несколько дней он снимал бинты, внимательно обследовал Ив.

– Позвольте мне поглядеть в зеркало, – умоляла она, но в ответ неизменно слышала:

– Пока нельзя.

Ив ни с кем больше не общалась и постепенно привыкла с нетерпением ожидать его визитов. Доктор Уэбстер не обладал располагающей к себе внешностью: худой человечек, небольшого роста, с редкими волосами песочного цвета и близорукими, непрерывно мигающими карими глазами, держался скованно и смущенно, что очень забавляло Ив.

– Вы были когда-нибудь женаты? – спросила она однажды.

– Нет.

– Почему же?

– Я…, не знаю. Наверное, потому что вряд ли гожусь в мужья. Меня постоянно вызывают в больницу.

– Но девушка у вас, конечно, есть? Кит неожиданно залился краской:

– Ну, как вам сказать…

– Так и скажите, – продолжала шутливо допрашивать Ив.

– Ничего постоянного. Так, случайные встречи.

– Готова поклясться, все сестры без ума от вас.

– Нет. Боюсь, я не очень-то гожусь для романов. Ив мысленно согласилась с ним. И все же, когда она говорила о докторе с медсестрами и практикантами, ухаживающими за ней, все отзывались о нем как о некоем божестве.

– Этот парень делает чудеса, – сказал какой-то практикант. – Нет на свете того, чего он не смог бы сделать с человеческим лицом.

Ей рассказывали о работах Уэбстера по исправлению врожденных уродств детей и взрослых, но, когда Ив спросила об этом самого доктора, тот отделался несколькими сухими фразами:

– К сожалению, люди привыкли судить своих близких по внешности. Я пытаюсь помочь тем, кто имел несчастье родиться с физическими недостатками. Такая операция может совершенно изменить их жизнь.

Ив никак не могла понять Уэбстера. Он работал не ради славы и денег. Никогда еще не встречала она столь бескорыстного человека, и мотивы его поведения были совершенно неясны. Но в действительности заинтересованность ее не шла дальше праздного любопытства.

Кит Уэбстер сделал свое дело и больше не был нужен ей.

Еще через полмесяца Ив перевезли в частную нью-йоркскую клинику.

– Там вам будет удобнее, – заверил Уэбстер. Ив знала, что теперь доктору приходится проезжать гораздо большее расстояние, чтобы навестить ее, но все же тот по-прежнему появлялся каждый день.

– Разве у вас нет других пациентов? – удивилась она как-то.

– Таких, как вы, нет.

Пять недель спустя после того дня, как Ив появилась в клинике, доктор наконец разрешил снять бинты. Осторожно повернув голову Ив налево, потом направо, он спросил:

– Боли не чувствуете?

– Нет.

– Скованности?

– Никакой.

– Сестра, принесите мисс Блэкуэлл зеркало. Ив вся сжалась от внезапного нерассуждающего страха. Все это время она хотела только одного – взглянуть на себя, и вот теперь, когда настал решающий момент, боялась открыть глаза. Она желала видеть свое, собственное лицо, а не физиономию чужой женщины.

Когда доктор Уэбстер протянул зеркало, Ив слабо прошептала:

– Не могу…, страшно…

– Посмотрите на себя, – мягко уговаривал он. Ив медленно подняла зеркало. Случилось чудо: на коже не осталось ни малейших следов, словно не было той кошмарной ночи. Из серебряного стекла на Ив глядело ее лицо. Никаких шрамов. Ни морщины. Из глаз Ив брызнули слезы.

– Спасибо, – пробормотала она и, бросившись на шею Уэбстеру, прижалась губами к его губам. Ив хотела всего лишь выразить признательность за чудесное исцеление, но неожиданно ощутила странный голод в ответном поцелуе.

Кит быстро смущенно отстранился:

– Я…, очень рад, что все в порядке.

– В порядке?! Знаете, мне правду сказали, вы настоящий волшебник.

– Я работал с великолепным материалом, – застенчиво пробормотал он.

Глава 31

Джордж Меллис был потрясен случившимся. Он едва не уничтожил все, к чему стремился. До этого момента Меллис не сознавал, как много значит для него возможность получить «Крюгер-Брент Лимитед». Он привык жить на деньги одиноких женщин и до поры довольствовался подачками, но теперь, когда появилась возможность жениться на внучке Кейт Блэкуэлл и заполучить компанию, по сравнению с которой фирма отца ничего не стоила, приходилось рассчитывать каждый шаг. Подумать только, скоро он сможет сказать отцу:

– Смотри, старик! Я снова жив! И богат так, как тебе не снилось!

То, что было раньше всего-навсего игрой, превратилось в самоцель, навязчивую идею, и Джордж знал, что готов убить, совершить преступление, лишь бы добиться желаемого. Он сделал все, чтобы казаться образцовым мужем; и свободное время проводил с Александрой, а по вечерам теперь обязательно сидел дома.

Они часто проводили уик-энд в пляжном домике Кейт на Лонг-Айленде или самолетом компании вылетали в Дарк Харбор. Меллис восхищался старым домом, его великолепной антикварной обстановкой и бесценными картинами, часто бродил по огромным комнатам. Очень скоро этот дом будет принадлежать ему. И при одной мысли об этом у Джорджа кружилась голова.

Он не забывал и о Кейт Блэкуэлл, неизменно стараясь быть любящим и внимательным. Кейт уже исполнился восемьдесят один год, но она была по-прежнему бодра и полна сил. Джордж взял за правило обедать у старой дамы каждую неделю, а кроме того, чуть не ежедневно звонил ей, чтобы просто поболтать. В глазах Александры и Кейт он был лучшим человеком на свете. И когда настанет час, кому придет в голову заподозрить Мел-лиса в убийстве самых дорогих ему людей?!

Но мирное существование Джорджа продолжалось недолго. Об этом позаботился доктор Харли.

– Я записал вас на прием к психиатру, доктору Питеру Темплтону, – резко сказал он в телефонную трубку.

– Поверьте, доктор Харли, – как можно мягче и любезнее начал Джордж. – Теперь это больше не понадобится. Я думаю…

– Мне плевать на то, что вы думаете! Помните наш разговор: я не стану обращаться в полицию, если вы согласитесь лечиться у психиатра. Если собираетесь нарушить…

– Нет, нет, – поспешно перебил Джордж, – раз вы так считаете, я согласен.

– Запишите номер телефона доктора Темплтона: 5-55-31-61. Он ожидает вашего звонка. Сегодня. Доктор Харли бросил трубку.

– Зануда проклятый! Вечно сует нос в чужие дела! – злобно прошипел Джордж.

Не хватало еще связаться с психоаналитиком! Но и Харли очень опасен! Что, если он заговорит?… Придется договариваться с Темплтоном сходить туда раза два, и на этом все будет кончено.

Ив позвонила Джорджу на работу:

– Я дома.

– Ты…

Он боялся спросить:

– Ты…, все в порядке?

– Сегодня же приходи ко мне.

– Не могу. Сложно уйти из дома. Алекс и я…

– В восемь часов.

Джордж не мог поверить глазам. Перед ним стояла Ив, такая же прекрасная, нежная, улыбающаяся. Меллис попытался найти хоть какие-то следы зверского избиения, но не смог:

– Просто невероятно! Словно ничего не было!

– Да, я по-прежнему красива, не так ли, Джордж? Она усмехнулась лениво, по-кошачьи, думая о том, что сделает с этим человеком. Такое омерзительное создание не должно поганить землю! Но сейчас не время. Он все еще ей нужен. Пока.

Они долго стояли, улыбаясь друг другу.

Страницы: «« « ... 2425262728293031 » »»