(Не)желанная истинная Добрая Вера

– Позови Дашу. Пусть побудет с Василисой и проверит ее самочувствие, а мы пообщаемся в твоем кабинете, – не сдавался Михаил.

Начальник департамента по габаритам не уступал Дарткану и возможно, поэтому так бесстрашно себя вёл, но я точно не хотела проверять, кто из этих мужчин сильнее.

– Я же сказал, что не разрешаю… – начал было демон, но нежный тоненький голосок заставил его замолчать и повернуть голову в сторону лестницы.

– А я не спрашиваю твоего разрешения, милый, – широко улыбаясь, произнесла блондинка, и я честно не могла поверить, что такой ангел и впрямь мог являться женой этого сурового злобного демонюги. – Здравствуй, Михаил. Василиса, рада тебя снова видеть.

– Здравствуйте, – пропищала едва слышно в ответ, с каждой секундой ощущая себя маленьким невзрачным зверьком.

Стянула с головы шапку, чтобы хоть чем-то занять дрожащие от перенапряжения пальцы.

– Пять минут, а после ты и твоя человечка незамедлительно покинете мой дом! – рыкнул Дарткан и широкими шагами направился в сторону двери, вероятно ведущей в коридор.

Михаил выпустил меня из своего стального захвата и, не сказав ни слова, последовал за хозяином особняка, а мне прям до трясучки захотелось броситься за ним следом, как верная собачонка, потому что оставаться наедине с Дарьей было всё же страшновато.

Уж если эта хрупкая женщина способна укротить огромного демона, то много ума не надо, чтобы понять, какая огромная магическая сила в ней таится. Хотя, что я понимала в этом новом совершенно незнакомом мне мире?!

Я, как слепой котенок, который выполз из своего убежища, и теперь понятия не имел, как спастись от блуждающих вокруг хищников!

Глава 7

Михаил

Дарткан злился. И я, конечно, его понимал, но в то же время осознавал, что в прошлом поступил правильно. Дарткан защищал свою дочь, а я защищал Сверхов и людей от неё.

До кабинета шли молча, и лишь наши шаги эхом разносились по пространству. Дарткан открыл дверь и галантно пропустил меня вперед, но я понимал, что это не банальная любезность и этикет, а обычная предосторожность.

Один раз он уже повернулся ко мне спиной…

Войдя в кабинет, будто оказался в другом измерении. Исчезла лёгкость и нежность в деталях интерьера. Обстановка в черно-красных тонах, в которой демоническое существо явно чувствует себя отлично. А вот у меня начало слегка рябить перед глазами.

– Во-первых, у тебя нет столько денег, чтобы оплатить мои услуги, а, во-вторых, тебе вряд ли подойдёт вариант решения проблемы, Власов, – сказал и наполнил два стакана темно-рубиновой жидкостью.

Мне льстило, что демон решил поделиться со мной запасами напитка сделанного в демоническом мире, но хотелось, чтоб мысли пока что оставались ясными.

Телефон, как назло, в кармане завибрировал, и мне не нужно было смотреть на экран, чтобы понять, кто именно звонил. Серафима.

Вероятно, ее терпение лопнуло, и она, переступив через гордость, все-таки решила выяснить, где носит ее непутевого мужа.

– Ответишь? – вопросительно приподнял бровь демон, давая понять, что готов подождать, пока я объяснюсь со своей женщиной, но я отрицательно покачал головой, ставя телефон на беззвучный режим.

– За оплату можешь не волноваться, а касаемо твоих способов… Мне нужно всего пару дней, чтобы понять, как действовать дальше. Безопаснее места, чем твой дом мне, увы, не найти, – устало потер лицо, чувствуя, как истощен морально.

Хотелось отмотать время назад, когда я ещё не был обременён этой ответственностью перед советом старейшин и не скован по рукам и ногам клятвой перед Серафимой. Тогда я, возможно, смог бы найти подход к юной Василисе…

– На, – открыл ящик стола, достал из него ключи и швырнул мне. – Адрес пришлю смс-сообщением через защищённую магией линию. Квартира защищена мощной системой безопасности. Никто без разрешения не сможет туда войти… или выйти. Даже всему твоему магическому отделу понадобиться несколько месяцев, чтобы разблокировать заклинание. Но ты же просишь всего пару дней, значит этого времени более чем достаточно. Я могу переместить девчонку туда прямо сейчас или же… открыть вам обоим доступ. Куда ты хочешь поехать, медведь? Домой к жене или же в уютное гнездышко со своей истинной?

Издевался гад рогатый! Заставлял и без того окровавленную душу выворачиваться наизнанку. Предоставлял с одной стороны такой простой и вполне отличный выход отдалиться от Василисы, хотя бы на несколько дней, но с другой мне невыносимо сложно было сделать этот выбор.

Я измучен тоской, изранен до ошметков своим зверем, который в любой момент просто сорвется с воображаемой цепи и уничтожит всех, кто встанет между ним и его истинной, даже ни в чем не повинную Симочку.

– Я сам отвезу Василису. Боюсь, перемещение через огненный портал напугает ее или оставит ожоги, – ответил, шумно выдыхая и слыша в своем голосе обреченность.

– Я так и думал, – усмехнулся Дарткан, но тут же стал пугающе серьёзным, давая понять, что пришло время платить по счетам. – Мне не нужны твои копейки, Власов, оставь их на подарочки для своей человечки. У меня лишь одно условие – вышвырни пинком под зад моего любимого кровососущего зятя из департамента, и мы квиты.

– Марк отличный сотрудник, даже несмотря на то, что вампир. Заносчивый правда и упрямый, но кто без греха? – ответил вдумчиво, уже понимая, что иного варианта не будет.

– А ещё он муж моей дочери, которая скоро родит. Не хочу, чтоб мой внук или внучка в чем-то нуждались, а на зарплату департамента особо не разгуляешься. Марк слишком гордый и не согласится на мое предложение, но я хочу, чтобы ты подтолкнул его к принятию правильного решения.

– Может, не стоит вмешиваться в жизнь дочери? Однажды из-за твоей чрезмерной опеки она чуть не уничтожила мир.

– А ты сначала отцом стань, а потом советы давай! Время вышло. Выбор за тобой, – рявкнул Дарткан, и его зрачки вспыхнули пламенем.

Что ж… Выбор очевиден. Поднялся на ноги и, крепко сжимая в руках ключи, направился к выходу.

Главное – не сорваться и не натворить глупостей…

Глава 8

Василиса

Дарья любезно предложила мне присесть и попросила горничную принести нам кофе. Я бы сейчас, наверное, влила в себя что-то покрепче, хоть и не пью спиртное после похода с Маликой в ночной клуб, с которого наша с ней жизнь и перевернулась с ног на голову.

– Вы снова заставите меня потерять память? – уткнувшись носом в кружку с ароматным напитком, спросила и замерла в ожидании ответа. – Или убьёте? – добавила спустя пару секунд уже шёпотом.

– Оу, что ты, милая. Никто не собирается вредить тебе. А касаемо памяти… тут я затрудняюсь ответить. Решение за Михаилом, но думаю, он не станет этого делать… снова, – мило улыбнулась, и мне в ее компании на самом деле стало легче.

Мышцы расслабились, сердце нормализовало свой ритм, а сознание перестало рисовать картинки моего обезображенного трупика где-нибудь на обочине.

– Скажите, Дарья, а вы знаете что-то про мою подругу? Как Малика? Я извелась уже вся, а этот… Михаил ничего мне не говорит.

– О, Василиса, с твоей подругой всё отлично. Правда, сейчас у нее напряжённый период в жизни, но она определённо счастлива, – заботливо коснулась моего плеча, а я снова начала нервничать и чаще дышать.

– Что значит напряженный период? Где она? – вскрикнула и пролила кофе себе на коленки, но это сейчас меня волновало меньше всего, хотя кожа начала ощутимо гореть и щипать от ожогов.

– Успокойся, ты так разрыв сердца заработаешь! – засмеялась по-доброму и, забрав из моих рук чашку, отставила ее на столик. – Малика стала мамой. Ее мальчики ещё малыши совсем, но уже заставляют свою мамочку изрядно понервничать. Самаэль, конечно, помогает, но его частенько не бывает во дворце, потому что он представляет интересы Ценарда в мире людей, но уверяю, что это всё мелочи. Твоя подруга любит и любима, а это самое главное, – ведьма говорила, а сама производила манипуляции рукой над моими обожженными коленками, которые чудесным образом спустя пару секунд перестали болеть.

– Малика родила детишек? – произнесла ошарашенно, из-за шока пока не в состоянии адекватно отреагировать на эту новость и порадоваться за подругу. – Они поженились с Самаэлем? А что за дворец? Кто такой Ценард? И в смысле в мире людей?! Есть еще какой-то мир? А может их множество?

– Ты всё узнаешь в свое время, Василиса. Ты такая открытая, добрая и чистая внутри. Я чувствую это. Михаилу очень повезло с тобой, – теперь ее улыбка стала загадочной и немного грустной, а меня начало распирать от любопытства еще больше.

Хотела спросить, при чем тут Михаил и какое отношение я имею к его везению, но мужчины вернулись в гостиную, и я, как напружиненная, подскочила на ноги, неожиданно испытывая какой-то щенячий восторг от того, что оборотень вернулся.

– Идём. Всего доброго, – без всяких эмоций произнес Власов и, не задержавшись возле меня ни на секунду, широкими шагами направился к выходу.

Я чуть ли не бегом отправилась следом, снова натягивая на голову шапку, которую чудом не забыла на диване. Мне было бы жаль с ней расставаться, потому что это память о нашей дружбе с Маликой. Она подарила мне ее спустя месяц после нашего знакомства. На складе было прохладно, и она…

Чёрт! Работа!

– Не знаю, куда мы теперь поедем, но мне к восьми на работу, – заявила Михаилу, который даже не удосужился сбавить шаг и проверить, не закутырялась ли я в снегу или успела ли проскочить через стремительно закрывающиеся ворота.

– У тебя больше нет работы, – рявкнул и демонстративно открыл заднюю дверцу своего черного шикарного автомобиля, давая понять, что не желает, чтобы я сидела рядом с ним.

Ну и ладнушки. Больно надо! Целее буду!

– Вы не имеете права! Не знаю, как у вас, оборотней, происходит, но нам, людям, чтобы не помереть с голоду, нужно работать! – обиженно произнесла, усаживаясь на предложенное место и утопая в смеси запахов из кожаного салона, лёгких ноток хвои и уже знакомого парфюма Михаила.

– У нас, оборотней, мужчина обеспечивает женщину всем необходимым, а женщина в свою очередь хранит домашний очаг и воспитывает детей, – ответил довольно грубо, и я столкнулась с ним взглядом через зеркало.

Щеки сразу вспыхнули огнем, а горло начало саднить от сухости во рту. Смотрел так, будто я нанизанная на шпажку креветка – вроде и вкусно, но невероятно мало…

– Думаю, среди вашей братии очень развит шовинизм, – пробубнила себе под нос и отвернула голову, не в силах выдерживать его взгляд.

– А ты у нас значит заядлая феминистка?

– Ну… не прям, чтобы заядлая, но не из тех, кто готова прыгать перед мужчиной на задних лапках и становиться в позе рака по щелчку пальцев! – выпалила на одном дыхании, покраснев до кончиков волос.

Конечно, я перед этим мужчиной, что пигалица малолетняя и, наверное, стоило бы проявить уважение к старшим и не выражаться такими словами, но в голове, будто не мозги, а каша манная.

А в груди нестерпимое желание доказать, что я нисколько не хуже, хоть и человечка.

– Под твое описание подходит несколько иное определение, нежели феминистка, но делая скидку на твой возраст и амбиции, не стану заострять на этом внимание. Главное, что я тебя услышал и понял, – ведь издевался же, специально тыкал носом в мою якобы необразованность!

– Хотите сказать, что я тупая? Так мне всего двадцать, вся жизнь впереди.

– Я не сказал, что ты тупая. Просто еще совсем юная и многого не знаешь, – голос Михаила стал мягче, что нельзя было сказать о его насупленном выражении лица.

– В кого вы оборачиваетесь? – решила сменить тему разговора, чтобы избежать очередного падения лицом в грязь.

– Неважно.

– Хотите я угадаю?

– Нет!

– А бывают оборотни-гориллы? – мне нравилось его доводить.

Наверное, я не феминистка, а адреналинщица.

– Василиса!

– Что? Я хочу знать. Может Кинг-Конг?

– Угомонись!

– А мамонты точно вымерли? Мне кажется, с такой комплекцией вы вполне бы могли быть одним из них, – надо бы прекратить испытывать судьбу и не искать грань терпения сидящего за рулём оборотня, но я не могла остановиться. – Нет? Ладно. Давайте я буду перечислять, а вы просто кивнете, когда я попаду в цель. Ага? Крокодил… Лев…

– МЕДВЕДЬ! – рявкнул так, что уши на пару секунд заложило, но я все-таки довольно улыбнулась, радуясь своей маленькой победе.

Медведь… и как я могла не понять?! Это же очевидно. Такой большой, сильный и суровый…

Ну, точно мишка! Которого разбудили во время спячки и отняли последнюю банку мёда…

– А какой? Белый? Говорят, они самые крупные в мире, – теперь уже на самом деле сгорала от любопытства, а не от желания позлить.

– Белобрысых предпочитаешь? – оскалился, и в глазах вспыхнуло что-то очень недоброе и опасное.

Понимала, что сморозила чушь и вряд ли шерсть жгучего брюнета окажется светлой, но зачем же так грозно смотреть? Я ведь новичок в этом деле…

– А шёрстка мягкая?

– Василиса, ты могла бы помолчать?! Твой голос… меня бесит! – рыкнул сквозь стиснутые зубы, и я обиженно поджала губы.

Голос как голос. Не лучше и не хуже, чем у других. Подумаешь, раздражительный какой. Медведь, одним словом!

И шерсть у него, пожалуй, короткая и грубая на ощупь, как поверхность щетки для чистки пола!

Запоздало пришла мысль о том, что следовало бы поинтересоваться, куда все-таки мы едем, но говорить больше не хотелось.

Пусть хоть в свою берлогу меня везёт в качестве запасов на зиму, которыми можно полакомиться в периодах между спячкой, все равно не пророню ни звука. Не хотела больше злить его, потому что люблю животных даже таких грубых и неправильных!

Глава 9

Михаил

Эта девчонка и мертвого достанет! Ну надо же быть такой упертой и совершенно бестактной?!

Ведь и мысли не возникло в этой маленькой симпатичной головке, что оборотням подобные вопросы задавать не принято! Горилла…

Я что же на обезьяну похож?!

Злила. Бесила до трясучки. И сбивал с толку тот факт, что сейчас эта злость и негодование исходили исключительно от моей человеческой составляющей, потому что зверь довольно урчал. Ему плевать, что болтала эта взбалмошная девчонка, он просто наслаждался звуком ее голоса.

Феминистка блять! Да попадись на ее пути такой истинный, как Дарткан…

Так, а вот эти мысли точно не помогут мне успокоиться. Тут даже зверь насторожился, но, учуяв насыщенный медовый аромат, успокоился. Предатель.

Перевел взгляд с дороги в зеркало и увидел, как Василиса, обиженно надув губы, уставилась в окно. Вывела меня из себя и замолчала.

Хоть бы спросила, куда я ее везу. Запаха страха я не чувствовал, а значит девушка – либо слишком погрузилась в свои мысли, либо на самом деле мне доверяет, что заставило мою ярость лопнуть, как воздушный шарик, и вылететь в окно. Слишком уж покладистая для убеждений феминисток.

Интересно, а в постели она ведёт себя, как ласковый послушный котенок, или все же, как дикая страстная кошечка?!

Одной такой мысли хватило, чтобы возбуждение забурлило в венах с новой силой, а член встал по стойке смирно, больно натягивая ширинку.

Показалось, я нахожусь уже на краю пропасти, осталось сделать лишь один незначительный шаг и сорвусь головой вниз навстречу истинному притяжению и неизвестности.

Зверь активизировался, чувствуя мою слабость, и взревел во весь голос «Моя! Присвой!», а у меня перед глазами вместо дороги появилось печальное лицо Серафимы. Ее глаза наполнены слезами и болью от предательства. По ее дрожащим губам прочитал фразу «как ты мог меня предать?» и зажмурил глаза, чтобы прогнать это видение.

Что со мной не так?

Почему, как все нормальные оборотни не могу плюнуть на всё, сграбастать свою истинную в охапку и свалить вместе с ней на край света, подальше ото всех опасностей и проблем?

Почему помимо истинного притяжения испытываю странный нездоровый груз ответственности перед Серафимой? Она же оборотка и смогла бы понять, но…

– Миша!!!! – визг Василисы оглушил, и я открыл глаза за пару мгновений до того, как столкнуться лоб в лоб с огромным внедорожником. Как я мог не услышать его предупреждающий сигнал?

Выкрутил руль, и машину занесло на обочину. Ещё мгновение спустя капот авто смачно поцеловался со столбом, а моя морда припечаталась лбом и носом о руль.

Удар достаточно сильный, но, конечно, совершенно безопасный для меня, а вот для Василисы…

Резко обернулся назад и столкнулся с безумными перепуганными карими глазами, которые стали такими большими, что девушка теперь напоминала анимешный персонаж из мультика.

Василиса хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыбка, а я метался взглядом по ее лицу и телу, стараясь выявить хоть какие-то повреждения.

Из-за дутой куртки особо и не поймёшь, но на лице следов от столкновения не было, да и пахла сейчас Василиса жутким испугом, без примеси болевых ощущений.

Облегчённо шмыгнул, понимая, что из носа и разбитой губы сочится кровь. И спрашивается, где был мой зверь в момент столкновения? Почему не предупредил об опасности?

Хотя тут нет ничего странного. Последнее время стоило мне только подумать о Серафиме, медведь прятался так глубоко, что порой я пугался от страха потери второй своей ипостаси навсегда.

– У вас кровь… надо в больницу, – пролопотала Василиса, но я знал, куда именно нам надо попасть и как можно скорее.

– К черту больницу. Идём, – выскочил из машины, огляделся по сторонам и, определив местоположение, вытащил девушку за руку из автомобиля.

– А как же машина? – заплетаясь в собственных ногах, снова подала голос Василиса, а я поддался порыву и подхватил ее на руки, практически переходя на бег.

Ещё не рассвело, но время близилось к утру. На улицах города сейчас вряд ли встретишь людей, а вот нелюдей проще простого. В своих силах я уверен, но не хотелось бы обращать в пепел какого-то новообращённого кровососа на глазах у молодой девушки, которой ещё только предстоит узнать все тонкости темного мира Сверхов. Она ведь моя истинная и теперь часть этого мира, как бы я не старался это отрицать.

Василиса всё вспомнила, и скорее всего доносчики уже доложили об этом Шахову, поэтому я должен был как можно скорее спрятать девушку, а потом попытаться доказать то, что это не меняет нашей договорённости с Василием.

Ведь истинность – это не только башенный ураган эмоций, но и огромная ответственность! Я должен позаботиться о своей избранной даже во вред себе и своему зверю!

Глава 10

Василиса

Не было сил сопротивляться, когда здоровяк подхватил меня на руки. Такой огромный и пугающий…

С разбитым носом и алыми пятнами на рубашке Михаил выглядел во сто раз опаснее, но мои физические и моральные силы были на исходе.

Мы не в лесу, поэтому берлога явно отменяется, а значит, мне нечего бояться… кроме самого Михаила конечно.

Прижиматься к его груди приятно, тут не поспоришь. Тело такое горячее, словно печка.

Думаю, мужчина носит пальто лишь для отвода глаз, потому что спокойно бы разгуливал по заснеженному городу голышом без всякой вероятности замерзнуть или заболеть. Везёт же некоторым.

Посильнее уткнулась носом в шею оборотня, жадно вдыхая аромат его парфюма и кожи.

Похоже, к моим недостаткам смело можно приплюсовать и склонность к фетишизму. И эта моя особенность активизировалась лишь рядом с Михаилом, потому что я хоть убейся, не могла припомнить, как пах друг Самаэля, хотя у нас с ним было куда более тесное общение без помехи в виде одежды.

Правда, тогда я была под градусом, да и моя головушка прошла через процедуру прочистки мозгов, но понимала, что-то нас с Власовым всё же связывает. Какая-то невидимая нить, характер которой мне пока оставался не ясен. Но я обязательно разберусь в этом, чуть позже. Сейчас на это попросту не хватало сил.

Мельком заметила, как мы вошли в какой-то незнакомый мне подъезд, потом лифт, звук поворота ключа в замке, и мы оказались в небольшой, но очень уютной квартирке.

Михаил опустил меня на ноги, а сам бросился проверять и буквально обнюхивать каждый угол, а я просто озиралась по сторонам, пытаясь предугадать, что же будет дальше.

– Все чисто, опасности нет, – сделал вывод мужчина, а у меня почему-то не было такой уверенности внутри. – На кухне полно еды. Сначала перекусишь или примешь ванну?

– Ванну? – уточнила дрожащим голосом, и Михаил криво улыбнулся, видимо угадав, о чем именно я подумала.

– Тебе нужно согреться и успокоиться. Горячая ванна поможет. В шкафу есть вещи и полотенца. Тут ты в безопасности, – сказал, а сам направляется к выходу, что напугало меня намного сильнее, чем его возможные приставания.

Я не хотела находиться в незнакомой квартире одна. К тому же понятия не имела, к чему всё это и чего мне нужно опасаться. Ясно, что Михаил привез меня сюда, чтобы от кого-то спрятать, но от кого? И почему?

– Не уходите! Не бросайте меня тут одну! Пожалуйста… – поддалась порыву и схватила мужчину за рукав пальто.

– Василиса… поверь, тебе будет безопаснее, если я уйду, – произнёс сквозь стиснутые зубы, и желваки нервно задергались на щеках.

Хочет убедить в том, что за меня беспокоится, а сам ждёт не дождется, когда в объятия своей женушки вернется!

И плевать! Какое мне вообще до этого дело?!

Я молчала, а он стоял и будто ждал моего разрешения. А во мне прям одновременно проснулись все самые гаденькие качества, благодаря которым я становлюсь невыносимой, капризной эгоисткой.

– Я страдаю сомнамбулизмом и, проснувшись в незнакомом месте, могу попросту выйти в окно… например. Какой тут этаж, не особо высоко? – состроив невинное личико, ответила и по-детски поводила носком ботинка по полу. – А еще я иногда теряю сознание. Пару раз чудом не утонула в ванной. Душ тут есть?

– Кухня для тебя, как я понимаю, тоже сродни минному полю? – изогнул бровь Михаил, скорее всего разгадав мои смешные манипуляции, но, кажется, не злился из-за этого, а забавлялся.

– Угу, – ответила, стараясь не думать о том, как румянец окрасил лицо.

Вообще я не такая и не люблю давить на жалость, играя роль несчастной жертвы, но помню с отцом, когда я была маленькой, всегда срабатывало.

– Понятно. Ладно, я останусь, но учти, назад дороги не будет, Василиса, – произнёс слова медленно и очень вкрадчиво, будто пытался с одной стороны напугать, а с другой разжечь интерес.

И этот рычащий звук, исходящий прямо из груди… реально сводил с ума, заставляя ноги подкашиваться.

Любопытство меня погубит… точно-преточно!

– Хорошо, – кивнула, схватила из шкафа первые попавшиеся вещи, даже не проверив, точно ли они женские, и сломя голову, полетела в ванную комнату, желая как можно скорее привести себя в порядок.

– На щеколду не запирайся! Я ведь должен следить за тем, чтоб ты не утонула! – раздался насмешливый голос оборотня, а я прижала ладони к щекам, чувствуя, как они пылают огнем.

И как мне быть? Я не особо хотела, чтоб во время моего купания в ванную комнату ввалился возбуждённый амбал, размеры члена которого даже моя фантазия отказывалась представлять.

Хотя ведь не факт, что природа везде сделала Михаила таким идеальным и… большим?

От трепетного предвкушения даже не заметила обстановку ванной комнаты. Пришла в себя только, когда встретилась со своим отражением в зеркале, и захотелось реально расплакаться.

Под глазами черные круги от потекшей туши, на голове чёрте что, а запах… Подняла руку и принюхалась, недовольно сморщив нос. Будто марафон бежала летом, предварительно нацепив на тело много слоев одежды.

Хотя, наверное, я преувеличиваю, осознавая как неидеальна по сравнению с той же Дарьей. Наверное, и жена Михаила невероятная красотка, которая даже уборку по дому делает с макияжем, причёской и в стильных эротичных шмотках.

Положила куртку на корзину для белья, с грустью отмечая, что на ней остались следы крови Власова. Джинсы тоже заляпаны кофе.

Мне не потрудились объяснить, сколько придётся сидеть в этой квартире, но думаю, если постирать бельё и повесить на горячую сушилку, то оно успеет высохнуть.

Скинула вещи, понимая, что в этом жилище имеются все удобства, и такая роскошь, как стиральная машинка, но забросить в стирку футболку и джинсы не решилась. Мало ли…

Просто сложила вещи, положила их в сторону рядом с курткой и ботинками. Вот ведь свинюшка! Даже не разулась на входе.

Осмотрела то, что схватила из шкафа и облегчённо выдохнула, поняв, что это что-то наподобие домашнего спортивного костюма: штаны и футболка. Самое то.

Взяла с полки первый попавшийся пузырёчек, вылила его содержимое в огромную белоснежную ванну и включила воду, установив практически максимальную температуру.

Помещение быстро заполнилось приятным ароматом морского бриза и паром. Не дожидаясь пока ванна наполнится до нужного объема, нырнула в пену и закатила глаза от блаженства.

На моей съёмной квартире есть только душ, а к родителям мне стыдно ходить для того, чтобы понежиться в пене.

Надеялась, в будущем у меня будет достаточно денег, чтобы пусть не купить, но оплатить аренду такого же комфортабельного жилья, как это.

Глава 11

Михаил

Чувствовал, что она нагло врёт, но все же побоялся проверять правдивость этих бредней касаемо ночных похождений и обмороков. Как только опасность минует, отвезу ее в клинику и досконально проверю здоровье.

С другой стороны не стану скрывать, что безумно приятно осознавать то, что девушка, пусть и так необычно, но всё же попросила меня остаться.

Василиса хлопнула дверью и после моих слов показательно щёлкнула щеколдой, наивно полагая, что эта хлипкая преграда сможет остановить меня, если я захочу войти.

А я хотел. Войти. В Василису. Но понимал, что как только между нами произойдёт близость, я растеряю последние крупицы контроля и уже не смогу отказаться, буду не в силах отпустить от себя, обрекая тем самым Василису на страдания.

Потер лицо руками, прогоняя очередное наваждение, и, скинув туфли, поплёлся на кухню, чтобы, во-первых, умыться, а, во-вторых, приготовить что-нибудь перекусить.

Ничего такого прям ахового я делать не умею, но омлет с беконом и помидорами вполне смогу изобразить. За качество продуктов не беспокоился, потому что Дарткан отлично знает свое дело, за что получает немалые деньги.

– Вот ведь сын дьявола! – усмехнулся, обнаружив в холодильнике бутылку шампанского и коробочку с клубникой.

Решил помочь старику Михаилу соблазнить молоденькую девчушку?!

Не думал, что это будет так просто, как предполагает Дарткан. Люди не любят Сверхов, боятся и отказываются воспринимать их, как часть своего мира. Именно поэтому мы храним свое существование в тайне.

Я помню испуганный и затравленный взгляд Малики, когда она узнала, что беременна от своего огненного волка.

Она не говорила этого и возможно, даже сама до конца не осознавала, как данному событию противилось ее сознание, как билось в истерике человеческое нутро, считая малыша от оборотня или демона чем-то неестественным, инородным. Но у них на радость всё наладилось, а меня вряд ли ждёт счастливый конец, но я согласен пожертвовать своим внутренним равновесием и удовольствием ради Василисы.

Не стану давить на нее, пусть решает сама. И согласится ли она на то немногое, что я мог ей предложить.

Несмотря на то, что не поверил в слова маленькой манипуляторши, поглядывал на часы, прикидывая, сколько времени нужно молодой девушке, чтобы принять ванну.

Раньше никогда об этом не задумывался, а вот теперь терялся в сомнениях – стоит ли уже бежать спасать девчонку от смерти или еще повременить. Знал одно, если ворвусь и обнаружу ее в сознании и обнажённой – крышу сорвет окончательно и бесповоротно.

Поэтому, оставив готовый омлет на сковороде, переместился в комнату и начал расхаживать из стороны в сторону неподалёку от двери. Попытался прислушаться, но там было подозрительно тихо.

– Василиса, ты в порядке? – постучал в дверь, надеясь, что девушка не воспримет мой поступок как трусость или того хуже как отсутствие желания в ее адрес.

Я просто не хотел, чтоб всё случилось так. Ведь когда забрало упадёт на глаза, и зверь сорвется с цепи, я даже не замечу, будет ли она сопротивляться или отвечать взаимностью.

– Василиса? Ответь, иначе я выбью нахрен эту дверь и тогда… – ударил кулаком по деревянной поверхности.

– Не надо! Всё нормально! – тут же пропищала в ответ, и я выдохнул, упираясь лбом всё в ту же чертову дверь.

Чего спрашивается, сразу не ответила? Нарывалась?

Понятия не имел, как вести себя со столь юной девушкой, да еще и человечкой. Хоть к психологу иди!

Да уж…

Думаю, первые пару часов кобра Фиссани будет плеваться ядом и ржать на весь департамент и лишь потом вспомнит, что я все же ее начальник, а она отличный специалист в сфере психологии не только касаемо Сверхов, но и людей.

– Замкнутый круг, – пробормотал, доставая телефон, на экране которого высветилось двадцать пропущенных от Серафимы и три смс-сообщения.

«Милый, приезжай скорее домой. Нам нужно поговорить», – гласило первое сообщение.

Смску от Василия пропустил, оставив ее на потом, и открыл следующее от Симочки.

Оно не имело текста, а содержало лишь фото документа с результатами анализов, судя по которым женщина… беременна…

Едва не выронил из рук телефон, протер глаза и снова всмотрелся в цифры и одно единственное слово «положительно», вообще не понимая, как такое возможно.

Может, я сошел с ума?

Или Серафима втайне от меня нашла истинного и кувыркалась с ним, пока я терзался и буквально разрывался надвое между любовью к ней и притяжением к Василисе?!

«Я ее все равно найду. Не дури. Последнее предупреждение, Власов!» – быстро пробежался глазами по присланному Василием тексту, но оказался не в состоянии как-то адекватно отреагировать на его угрозы и предупреждения.

Василиса в безопасности в этой квартире, поэтому пока угрозы Василия лишь бесполезно сотрясали воздух.

Сима беременна… Моя Симочка носит под сердцем ребёночка…

Моего ли?

Столько лет я представлял, что предки смилуются над нами и даруют счастье стать родителями, но сейчас внутри не возникло ожидаемой радости, там лишь горечь непонимания и ярости от возможного предательства.

Забыв обо всем на свете, сорвался с места, наплевав на пальто и обувь. Не видя перед собой дороги, пронесся вниз по лестнице, желая как можно скорее взглянуть в зелёные глаза жены и увидеть там радость от общего счастья, потому что не знал, как отреагирую, если прочитаю среди ее эмоций чувство вины и почувствую запах чужого ребенка.

Глава 12

Василиса

После угрозы выбить дверь эйфория пропала, и страх за свою жизнь возвратился. Как мне себя вести с этим… медведем?

Как не совершить роковую ошибку, из-за которой он из ласкового медвежонка станет грозным Гризли и оторвет мне голову?!

– Михаил, простите, что так долго. Горячая вода на самом деле расслабила напряжённые мышцы и не хотелось выбираться из… Михаил?!

Ушёл? Просто, без всяких объяснений взял и ушёл?

Не прошеные слёзы обиды скатились по щекам, и я злобно их утерла, потому что не собиралась плакать из-за какого-то оборотня!