Проданная боссу Невеличка Ася
Оклик Марка приморозил меня к полу. Все руководители, партнеры, мой муж уставились на меня. Я медленно развернулась, попыталась улыбнуться, но губы дрогнули.
— Что-то случилось? Тебе чего-то нужно? — босс без задней мысли прервал важное итоговое совещание, чтобы спросить меня, чего я хочу.
Это выбивало из колеи. Он сам в начале предупредил, что не будет отвлекаться, но теперь против своего же обещания, заставил ждать подчиненных, пока не решит вопрос со мной.
— Я возьму стакан воды и вернусь, — выдавила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Марк кивнул:
— Не задерживайся, — и сразу переключился на работу, будто ничего не случилось, но по взгляду мужа я понимала, что то, чего я так боялась, только что произошло, и он мне этого не спустит.
Если бы и дальше сидела мышкой, все бы подумали, что я в офисе с Витей, а теперь знают, что нет. Какая же я дура!
Тихо прикрыв за собой дверь, выдохнула. Уже ничего не поправишь. Вот только секретаря на месте не оказалось. Я сделала два шага от двери и услышала тихий разговор за перегородкой, где обычно заваривали чай и готовили кофе.
— И эта приперлась с наглой мордой повиснув на руке московского босса…
— А шеф что?!
— Видела бы ты его скорбное лицо! Они же семь лет прожили в браке, а как на горизонте нарисовался хрен по богаче, она сразу на него и перескочила.
— Вот потому она и не беременела. Ждала случая наставить мужу рога и поменять его на богатого москвича.
— Да-да…. Бедный Виталий Алексеевич… Не представляю, как он переживет ее измену…
Воды перехотелось, хотя во рту сразу образовался горький привкус чужой желчи. Надо же как сплетни перевернул правду. Это не муж меня продал, а я предала бедного Витю.
Я вернулась в кабинет, не поднимая глаз, дошла и села на диван, но при этом чувствовала внимательный взгляд Марка. Его взгляд на себе я узнаю из тысячи. К счастью, он не стал останавливать совещание, чтобы узнать, почему я вернулась так быстро и без стакана. Но до конца совещания я утонула в омуте отчаяния.
— На сегодня всё. Расходимся. Все действия координирует Виталий Алексеевич. Спрашивать буду с него. Всем доброго вечера и хороших выходных.
Отодвигались стулья, слышались прощания, разговоры вполголоса. Я сидела и ждала, пока в кабинете не остался босс и муж.
— Не устала?
Я вздрогнула, обнаружив рядом Марка, протягивающего мне руку. Витя стоял у стола и смотрел то на меня, то на протянутую руку босса. Вот что он хочет? Чтобы я игнорировала Марка? Чтобы наоборот подыгрывала ему?
Я встала самостоятельно, но босс словно специально выводил Витю из себя, притянул меня, обвивая рукой за талию и легко целуя в висок.
— Оставишь нас? — чуть громче предложил он мужу.
Я вцепилась в руку Марка, но он продолжал удерживать, словно понимал, что затягивает на моей шее петлю. А Витя, буквально пару секунд помедлив, кивнул и вышел из кабинета, плотно закрыв дверь.
— Я соскучился, — горячо прошептал Марк и потянулся к губам.
— Не здесь… не сейчас.
— Здесь. Я хочу.
Попытки вырваться ни к чему не привели, в два шага мы оказались у стола, где босс развернул меня и положил животом на столешницу, нетерпеливо задирая платье и оголяя зад.
Я попыталась встать, оттолкнуть его, но Марк только сильнее прижал меня рукой, тесно прижимаясь пахом к ягодицам.
И я сдалась, понимая, что меня уже несет по течению против воли, сил и возможности. Я закрыла глаза и приготовилась терпеть столько, сколько понадобится, пока Марк не наиграется.
— И всё? Всё, я спрашиваю? Ты сдалась? — вдруг зло зарычал Марк, одним рывком поднимая меня со стола, разворачивая и усаживая голыми ягодицами на стол, за котором работает мой муж, подписывает бумаги, пьет кофе.
— Что ты от меня хочешь? — сдерживая рыдание, выдавила я.
— Чтобы ты хотя бы пыталась сопротивляться! Он только что вышел, оставив тебя со мной. Зная, что сейчас я буду трахать тебя в его гребанном кабинете! И ты сдалась? Простишь? Вернешься к нему?
— У меня нет выбора…
— Выбор есть всегда, Таша.
Я вздрогнула, поймав его взгляд, уже не злой, но сердитый.
— Да, нашел тебе домашнее имя. Точнее подслушал в интернате. Выбор есть всегда. Будь ты моей, я бы хер тебя отдал другому не то, что на ночь, на час. А раз он отдал, раз ушел — ты не его. Так сопротивляйся же, черт!
— Не могу! — заорала я, отталкивая Марка. — Ты не понимаешь!
Он перехватил мои запястья, чтобы я не размахивала руками, вклинился между ног и снова оказался нос к носу.
— Так объясни!
— Он не отпустит. Я хотела сбежать, но у меня ни копейки денег.
— Ты не откладывала на черный день?
— Я не планировала сбегать от мужа, пока не появился ты… Ты. Ты! Ты всё испортил!
Вырвав руки из его захвата, я беспорядочно молотила по груди босса, не сдерживая злые слезы.
— Это ты виноват! Ты! Теперь все считают, что это я бросила мужа ради тебя.
— Зачем?
— Ради денег!
— Хм… А это мысль.
Я все еще рыдала, прижавшись к Марку, но характер его поглаживаний изменился.
— Какая мысль? — устало поинтересовалась я, чувствуя, что события сегодняшнего дня окончательно выжали меня.
— Это выход для тебя, — продолжал намекать босс.
— Какой?
— Кто мешает тебе заключить со мной сделку?
Я неохотно подняла голову, принимая от Марка платок, вытирая слезы и хлюпающий нос. А он продолжал рассуждать:
— Например, ты можешь попросить у меня денег…
— Я не бу…
— Взамен за классно проведенную неделю. М?
Я притихла. Предложение было отвратительное! Но если бы он согласился — единственно возможное.
— Ты заплатишь мне за?..
— Секс. Качественный, безотказный, без истерик и самоистязаний. Мне, конечно, нравится играть в принуждение и брать силой, но не постоянно. Я люблю инициативных партнерш.
— Ты ужасен, — хмыкнула я, копируя его кривую улыбку.
— Я знаю. Так подыграй? Причем не ради меня, а для себя.
— И сколько ты мне заплатишь?
— Мммм, мне нравится твой подход…
Марк уже мурлыкал, выводя круги по спине и настойчиво подталкивая ближе к себе, совершенно убирая разделяющее нас расстояние. Его рот мгновенно атаковал мой, требуя немедленного исполнения желаний. Язык лаской прошелся по губам и внутрь. Я тихо всхлипнула, чувствуя собственный отклик.
Черт, я же ничего не теряю! Всё, что можно, я уже потеряла. А теперь Марк предлагает помощь. И мне будет нетрудно… Мне же до умопомрачения нравится секс с ним.
Он уже подхватил меня под ягодицы и сдвинул к самому краю стола, где я почувствовала его напор. Откинулась руки, подставляя ему шею и подрагивая от набегающих мурашек, пока босс разгонялся.
Платье спущено с плеч, груди, Марк рычит, пытаясь успеть за своим голодом добраться до всего. На мой протяжный стон, он с чертыханием лезет в карман брюк за защитой и замирает, когда моя ладонь накрывает его пах.
Я вижу, как раздулись и подрагивают его ноздри, но он не шевелится, боясь меня спугнуть. Только я уже согласилась на сделку. Раз уж он довел меня до черты — то пусть и помогает.
Не торопясь, я провожу пальцами по вставшему члену, еще стиснутому плотной тканью брюк. Марк чуть поддает бедрами, тычась в мою ладонь, подталкивая к дальнейшим действиям. Я смотрю на него, облизываю пересохшие губы и берусь за молнию на ширинке. И снова выдержка босса летит к чертям. Он хватает меня за затылок и впивается злым, ненасытным поцелуем, плотно прижимаясь к промежности и двигая бедрами, чтобы через секунды уже я нетерпеливо застонала ему в рот.
Он высвобождает подрагивающий член, раскатывает презерватив по стволу и берет меня под коленки, фактически раскладывая на рабочем столе, где еще полчаса назад шло серьезное совещание.
Одна моя нога у него на плече, И Марк входит под каким-то неимоверным углом, что я изгибаюсь и слишком громко охаю. Он останавливается и ждет, пока я нетерпеливо не качну бедрами, только потом входит до упора и с облегчением целует ногу, потом кусает и делает первое движение, от которого внутри все скручивается от тянущего предвкушения удовольствия.
Мне уже насрать, что мы трахаемся в кабинете мужа, что он с секретаршей стоят за стеной, куда наверняка доносятся наши крики и стоны. Сейчас я хочу, чтобы Марк не останавливался! Сейчас я чувствую каждый миллиметр его охренительной длины, входящей и выходящей из меня, медленно, с нарочитым растягиванием удовольствия.
Я знаю, что скоро ритм изменится, станет бешенным, мы оба будем торопить друг друга, подгоняя к феерическому концу, но пока каждый толчок смакуется, каждый выпад приветствуется довольным урчанием, скольжение приносит удовольствие не меньше оргазма, и его хочется продлить, чувствуя, как собирается напряжение в точке соприкосновения и поднимается выше, наполняя тело предгрозовым состоянием, готовым рвануть в любую секунду.
И я сбиваюсь, я неосознанно начинаю подталкивать Марка брать меня жестче, быстрее. Он тяжело дышит и вбивается, удерживая мои бедра, чтобы вогнать член еще глубже, чтобы дотянуться до точки и взорвать меня окончательно.
Я кричу… Он кричит… И я разлетаюсь на осколки, каждой клеточкой своего тела, каждым нервным окончаниям, хватаясь напряженными пальцами за край стола, чтобы не потеряться в другой реальности.
Слишком хорошо… Всё слишком…
Плечи Марка подрагивают, и я слышу его смех где-то в районе своей груди.
— Почему ты смеешься?
— Ты сможешь выйти отсюда, не покраснев? — хитро улыбается босс, приподняв голову. — Как будто мы только что пили кофе?
Я с сомнением пожала плечами. Хотя… Если уж про меня пустили слухи, что я сама оторва, то почему бы не подыграть? Тогда мой уход от мужа и последующий развод воспримут как само собой разумеющееся.
Марк аккуратно стянул презерватив и кинул в корзину для мусора. Я невольно проследила полет и нахмурилась.
— Ты так и оставишь его там?
Босс недоуменно посмотрел на меня, потом на корзину.
— А что не так? Мы еще не вышли, а ты уже смущаешься.
— Надо было завернуть… в салфетку.
Пока Марк неторопливо заправлял рубашку, застегивал брюки, я сползла со стола и привела себя в порядок, снова и снова натыкаясь взглядом на использованный презерватив поверх порванных и скомканных бумажек.
Черт, нельзя так оставлять.
Обернулась, достала из принтера лист бумаги, чтобы завернуть в него доказательство своей измены и не успела даже наклониться, как Марк перехватил меня, недовольно бросив:
— Оставь. Кто будет рассматривать мусор?
Но я точно знала кто. Витя такие вещи не пропускает. Он очень внимателен и дотошен до мелочей. Однажды на новый год я неделю сидела дома, лечила синяки и снимала отеки из-за того, что муж нашел чужой черный волос у меня на воротнике. Я понятия не имею, как он там оказался, но первым делом купила липкий валик и в конце рабочего дня обязательно обрабатывала всю одежду, чтобы не дай бог муж снова что-нибудь не нашел!
— Идем, — босс потянул меня к выходу.
— Ой, — я оступилась, — сейчас, стельку поправлю и догоню.
Тут же наклонилась, сняла туфлю и отвернулась от Марка, чтобы незаметно закопать чертов презерватив в груде мусора. Очень надеюсь, что Витя не станет дотошно перебирать обрывки руками.
— Всё?
— Да, — выдохнула с облегчением, надела туфлю и подала руку Марку.
— Поедем ужинать в ресторан. Мой желудок не вынесет отельной еды два раза подряд.
Я кивнула и напряглась, когда босс открыл дверь в приемную, где нас ждал Витя. Секретаря не было, видимо отпустил.
— Хороших выходных, Виталий Алексеевич, — улыбнулся Марк. — Еще раз простите, что заставил задержаться.
— Ничего, — процедил муж, стараясь не сорваться. — Можно тебя на минуточку?
Теперь он обращался ко мне, и по спине прошелся холодок. Вряд ли он меня изобьет, ведь рядом будет Марк, но ударить исподтишка может. Я не хотела с ним оставаться даже минуточку, но я представляла, что сейчас испытывает мой муж. Представляла, и сердце сжималось от жалости и боли за него.
Я подняла взгляд на Марка, но тот смотрел не на меня, а на Витю:
— Нет, я не могу отдать тебе ее на минуточку. Эта неделя моя, помнишь? Значит и она моя. А я своих женщин не отдаю. Даже на минуточку.
Марк решительно толкнул меня вперед к двери и пошел за мной сам, оставив мужа в приемной. А я не могла понять, чего во мне сейчас больше: жалости к Вите или облегчения, что не придется с ним объясняться?
— Мы можем заехать ко мне домой? — попросила я Марка, пока мы шли через лабиринты коридоров к парковке.
— Зачем? — настроение босса испортилось, он говорил скупо, отрывисто.
— Я заберу побольше вещей. Стирать в отеле негде, а это единственное платье. Остались только джинсы и пара футболок.
— Хм…
Марк остановился и оглядел меня:
— Джинсы практичнее, но платья удобнее и главное быстрее. Заедем. Ключи у тебя есть?
— Да.
— Тогда я сейчас организую дополнительное задание твоему мужу, чтобы мы без спешки могли забрать из квартиры твои вещи.
Я облегченно улыбнулась, он как чувствовал, что мне бы не хотелось сегодня сталкиваться с Витей еще раз.
— Спасибо, Марк.
— И всё? — он возмущенно вскинул бровь.
Я обвила руками его шею, встала на цыпочки и поцеловала.
— Ещё, — потребовал он, стискивая в ответ мои бедра и прижимая к своим.
— Ну, нет! Сначала вещи, потом ужин, и только потом добавка.
— Кто учил тебя маркетингу? — презрительно фыркнул босс, разворачивая меня к машине и поддавая рукой под зад. — Так ты много не заработаешь.
Я засмеялась:
— Я работаю с детьми, большой босс, и знаю, что сладкое надо выдавать дозировано!
— Вот черт, я мог бы это предусмотреть, — засмеялся в ответ Марк, а я почувствовала, как спадает напряжение.
Все же босса в плохом настроение я еще не видела, не знала на что он способен, когда разгневан. Улыбающийся и смеющийся Марк, довольный и удовлетворенный, мне нравился намного больше. Такой Марк не пугал, в такого я вполне могла влюбиться…
Но не буду. Нельзя.
Марк снова ходил по моей квартире… по Витиной квартире и всё разглядывал, трогал, передвигал.
— Здесь очень уютно, — задумчиво изрек он. — Вы нанимали дизайнера?
— Дизайнера? — удивленно переспросила я. — Нет, что ты. Я сама подбирала мебель, шторы, обои…
— А декор?
Я выглянула из шкафа, чтобы посмотреть, что он имеет в виду. Марк как раз стоял под моей нелепой попыткой научиться рисовать картины. Но почему-то именно эту я не выкинула, а повесила в рамку на противоположную стену от кровати.
Медленно подошла к Марку, взяла под руку и прислонилась щекой к плечу. Мы вместе стояли и смотрели на картину, где желто-красное солнце тает, соприкасаясь с лазурным морем, и растекается по нему ярким пятном, и будто смотрим мы на закат через распахнутое окно.
После черных дней в моей жизни, я смотрела на эту картину зареванными и отекшими глазами и верила, что когда-нибудь такое окно действительно появится в моем доме, я распахну его и буду каждый вечер смотреть на тающее, как мороженое, солнце и дышать морским воздухом, и улыбаться…
— Это я пыталась рисовать…
— Ты?!
— Знаю, бездарно, но мне нравилось…
Марк обнял меня одной рукой, продолжая разглядывать картину.
— Значит, картина твоя?
— Она единственная у меня осталась, остальные пришлось выбросить, но эту я отстояла.
— А почему бросила рисовать? Только не повторяй, что бездарно. У тебя определенно хорошие навыки к рисованию.
— Витю раздражал запах красок и растворителя, которым я промывала кисти, — я с сожалением поджала губы.
Когда я стану самостоятельной, обязательно попробую еще раз вернуться к рисованию.
— Раз она твоя, возьмем её с собой, — вдруг произнес Марк, отпуская меня и подходя к стене, чтобы снять картину.
— Подожди… Я буду рада, если вещи смогу уложить в одну сумку, но таскаться еще и с картиной?..
— Раз тебе не нужна, возьму ее себе.
Глава 5. Мечты
— Раз она твоя, возьмем её с собой, — решил Марк. — Раз тебе не нужна, возьму ее себе.
Я ошеломленно замолчала, пока Марк деловито снял картину с самореза и мимо меня отнес в прихожую.
— Повешу на стену дома, раз вы с мужем не ценители.
— Ты серьезно? — я отморозилась, чувствуя, как меня снова начинает потряхивать.
— А ты слышала, как я шучу? — Марк нахмурился, потом перевел взгляд с меня на постель и обратно.
— Нет-нет-нет! — заголосила я. — Сейчас я забираю вещи, и мы уходим! Даже не думай в этом направлении!
— В каком? — прищурился Марк и на его губах заиграла кривая улыбка.
— В том, в котором сейчас думаешь, — отрезала я.
Еще не хватало, чтобы босс трахал меня на супружеской постели. Черт, я ухожу от Вити, но я не собираюсь втаптывать его гордость в грязь. А Марк и так уже проехался по его самолюбию. Причем несколько раз.
— Я всё взяла, можем идти.
— А может…
Закатив глаза, я просто вышла из спальни и дождалась Марка в прихожей. Вещи вместе с картиной уложили в багажник.
— Теперь в ресторан, — распорядился Марк, пропуская меня в салон и садясь следом. — Хороший у вас город, даже в час пик столики в ресторанах заказывать не надо — всегда есть свободные.
Он подхватил меня за колени и закинул мои ноги на свои.
— Что ты делаешь?
— Ты напряжена, пытаюсь тебя расслабить…
Я попыталась вырваться, но босс не позволил, сдвинув мои ноги так, что я почувствовала, кто из нас на самом деле напряжен. Хотя Марк уже не скрывал своего желания, придвинув меня и сразу начиная целовать.
Некоторое время я пыталась анализировать неуемную сексуальную энергию Марка, который взял меня ночью, потом днем пару раз и вот снова готов на подвиги… Но думать, когда он своим поцелуями выбивает почву из-под ног, совершенно невозможно.
И вот я уже сижу на нем верхом, обнимаю ладонями колющиеся щеки, целую его в ответ, теперь уже покусывая ему губы от нетерпения, и бесстыже трусь об охренительно большой член в штанах.
— Что ты делаешь, — Марк задыхается, приподнимает меня, и опускаюсь я уже с упирающимся сзади между ягодиц горячим членом.
— Ты с ума сошел?!
— Глазищи сумасшедшие у тебя, — хрипло выдает босс и лезет в карман за презервативом.
— Нет, не здесь…
— Начинается, — возмущается он и разрывает фольгу, его рука ныряет мне под платье.
Вот только тогда я соображаю, что водитель ничего не видит, все скрыто подолом. Но секс трудно будет не заметить.
— Марк, пожалуйста, не надо…
Я беспокойно оглядываюсь на водителя, который специально отвернул зеркало заднего обзора и деланно равнодушно смотрел в окно. Но мое беспокойство против желания босса оказалось ерундой. Он снова приподнял меня и опустилась я уже на член.
Легкий шок от секса при свидетелях, короткий миг дискомфорта от неделикатного вхождения, и голодный рык мужчины, нетерпение которого я чувствую в сильной хватке пальцев.
Марк всего несколько секунд дал мне пометаться от стыда и начал подкидывать, побуждая меня к активным движениям. Я упрямо отцепила его пальцы и развела ему руки в сторону, оставаясь верхом на боссе.
— Не мешай, — тихо прошептала ему на ухо и стала раскачиваться, не столько насаживаясь на каменный орган, а больше скользя по нему.
Марк застонал, откинул голову на сиденье и закрыл глаза. Его состояние можно было понять только по неровному тяжелому дыханию. Я в очередной раз приподнялась и коснулась Марка губами. Он мгновенно отреагировал, выплескивая в поцелуй свою неуемную энергию.
— Тебе всегда нужно резко? — спросила я на очередном вздохе.
— Не всегда, но пока мне тебя мало. А когда я жадный — я резкий. Может даже грубый. Извини.
Зачем он извинился, я поняла в следующий момент, когда босс снова взял инициативу в свои руки и подкинул меня вверх, жестко опуская обратно. Я охнула, но уже не могла повлиять на темперамент Марка. Он просто трахал меня на заднем сидении едущей машины, а я растекалась в его руках.
— Держись, Таша, еще немного…
Лучше бы он молчал. От его голоса мгновенно пробило разрядом и очередной толчок стал точкой взрыва, от которого меня выгнуло. Я вцепилась в Марка и кричала, громко, протяжно, потому что с каждым разом оргазм становился все сильнее и интенсивнее.
За своим криком я не услышала рёв Марка, но почувствовала, как он перехватил меня за плечи, поддался вперед и прижался к груди.
Ситуация немыслимая. Я пыталась отдышаться, прижимала к себе босса, сзади водитель пытался делать вид, что его нет, Марк с нахальной довольной улыбкой разглядывал мое наверняка пунцовое лицо, одновременно снимая меня с колен.
— Признайся, ты первый раз трахаешься на заднем сидении автомобиля? — Марк подмигнул, открыл окно, без стеснения стаскивая презерватив и выбрасывая из машины. — Гриш, подай влажные салфетки, я тут немного перестарался.
Водитель невозмутимо протянул упаковку салфеток, не поворачиваясь, словно делал так уже миллион раз. Хотя… Зная теперь Марка на один день больше, я не сомневалась, что он мог и миллион.
— Надеюсь в ресторане у тебя не встанет, — с досадой ответила я, чувствуя, как портится настроение.
— Ты удивишься, но последние сутки у меня практически не ложится, когда ты рядом.
Босс перехватил мою руку, прижал к только что отстрелявшемуся члену, и тот под моей ладонью снова запульсировал и дёрнулся. Я с беспокойством посмотрел мужчине в лицо, разглядывая увеличенные зрачки:
— Марк, ты на таблетках? Только честно!
- На каких? — нахмурился Марк, а потом расхохотался, отпуская мою руку и приводя свою одежду в порядок. — Ты про возбудительные что ли? Нет. Это просто чувство новизны. Пройдёт.
Я хотела знать про любые таблетки, которые Марк принимает, но после его слов о новизне, перехотелось. Зачем мне учить его жизни, лезть в неё глубже, чем меня пускают, если мы оба знаем, что всё скоро закончится?
В ресторане он выбрал место у окна, долго хмурился изучая меню, потом дотошно расспрашивал бледнеющего официанта о мясе, степени прожарки, свежести гарнира, пока наконец не определился и не сделал заказ.
Мне было легче, потому что есть не хотелось. Взяла салат, чтобы составить Марку компанию.
— Этим ты не наешься, — прокомментировал босс, но мешать не стал.
Буря разразилась, когда нам принесли блюда. Мой салат с увядшими листьями и местами почерневшими и отбивную босса, слегка почерневшую и даже на вид несъедобную.
— Да что же это, мать его, такое?! В этом городе хоть где-нибудь нормально пожрать горячего можно?!
Его раскатистый рык наверно прогремел по всему городу. Я привычно вжала голову в плечи и притихла. К нам на всех парах неслась администратор, как будто еще надеялась, что это просто недоразумение и капризы посетителя. Но я еще не видела человека, не склонившегося перед большим боссом.
Уже через три минуты, сложив руки на груди в умоляющем жесте, она лепетала перед Марком, обещая сейчас же все приготовить заново и за счет заведения.
— Самое свежее мясо, идеально прожаренное, сочное с корочкой, — уверяла администратор. — Гарнир приготовим заново…
— И не надо овощи переваривать в кашу! — еще злился босс.
— Конечно. Шеф-повар лично…
Она уже убегала от стола, задом, боясь отвернуться от Марка, но и тут он ее остановил:
— И этот салат замените. Моей девушке нужна свежая зелень!
