Ведьма против мага Черчень Александра

Глава 16

О том, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок

Когда мы вышли из пространственного перехода, то вокруг было темно, хоть глаз выколи. И в этом беспроглядном мраке до предела обострились все остальные органы чувств. Ведьмы всегда быстро подстраиваются под новые условия и обстоятельства. Я чуяла запах дерева с легкими оттенками пыли, свидетельствующей о запустении, слышала тихий скрип половиц под подошвами домашних туфель и ощущала горячую руку на талии, которая не спешила разжиматься… Наоборот скользнула выше по спине, достигая уровня волос и запутываясь в волнистых прядях.

Эта рука, эта ситуация, этот мужчина целиком и полностью лишали меня разума. Хотелось встать на цыпочки и коснуться губами его щеки, а быть может осмелеть и поцеловать по настоящему… по взрослому… как он меня недавно.

Моему падению не позволила свершиться лиса. Она пошевелилась на руках замершего эльфа, съездила когтистой лапой мне по груди, приводя в чувство, и поинтересовалась:

— А собственно, что мы стоим? Замечательный мужчина тут, я тоже тут… осталось только раздобыть пирожки! А для этого у нас есть ведьмочка!

— Ведьмочка у нас есть не только для этого, — бархатным, чувственным голосом отозвался лорд Соэр и тотчас разжал руку, выпуская меня из объятий.

Уточнить альтернативное назначение для крайне многофункциональной ведьмочки Веданы я не успела, потому что произошло сразу несколько событий.

Под потолком в магической сфере вспыхнул огонь, заливая все вокруг мягким янтарным сиянием, а из рук Соэра на пол шмякнулась Одуванчик.

— А-а-а… хам, грубиян, я не люблю тебя больше, — тряся ушибленной лапой причитала фамильяра, обиженно посматривая на мужчину.

— А ты кто, зверь лесной или мешок с картошкой? — вполне миролюбиво спросил ее тот, ни капли не впечатленный громкими словами лисы. — Лапы для чего даны? Совсем обленилась с женщиной-хозяйкой!

— Да лучше с ней, чем с таким изувером, — пробормотала рыжая, неприязненно покосившись на Соэра, и, задрав морду, гордо прошла мимо. — Показывайте, где тут кухня!

Мы находились в небольшой прихожей добротного, но не роскошного дома, от которой вели три двери, и, немного подумав, Одуванчик свернула к правой и встала на задние лапы, толкая тяжелую створку передними.

— У меня временами ощущение, что у нее интуиция в животе расположена, — негромко прокомментировал Соэр. — За едой хоть на край света!

— Я просто, в отличие от вас, понимаю, что в этом мире по настоящему важно! — пафосно отозвалась Одуванчик и двинулась во мрак за дверью. — Веда, иди сюда! Ты мне нужна как женщина!

— Это как? — я хмыкнула и, бросив взгляд на очевидно хозяина дома и получив его молчаливое одобрение, двинулась вслед за наглой подопечной.

— Это у плиты, — охотно пояснила фамильяра, грациозно запрыгивая на стул и пытаясь уместить на нем и попу и хвост. — Как там? Босая, беременная и на кухне. Так и быть, ради меня можешь не разуваться и с дитенком повременить, но все остальное — приступай!

Я смотрела на эту рыжую хитрую морду с таким чистым незамутненным взглядом и очень хотела у нее все уши повыдергивать!

— Одуванчик, ты жить хочешь? — флегматично поинтересовался Соэр, устраиваясь на другом стуле.

— Таки да, а у вас есть возражения?

— Я к тому, что жить можно или долго или весело. И обычно это два взаимоисключающих понятия… а ты сейчас живешь весело.

Судя по всему, лиса отличалась умом и сообразительностью, потому что уши прижала, виновато на меня посмотрела и хвостом вильнула. Ну а Энрис Соэр вытянул длинные ноги и, сложив руки на груди, заявил:

— Мне кстати тоже Веда нужна как женщина…

Сердце трепыхнулось, сбившись с ритма, на несколько секунд замерло, а после рвануло вскачь с такой скоростью, что мне казалось еще немного и выпрыгнет у меня из груди и застынет у ступней этого мерзавца окровавленным комочком. Воплощением надежд на лучшее…

— Вы мне тоже пирожки обещали, — любезно напомнил эльф, одной фразой меняя эмоциональный оттенок и смысл своих слов. Но судя по прищуру темных глаз, первая оговорка была сделана сознательно.

Гад.

Я повернулась к кухонной утвари и потерла ладони, рассеянно думая о том, что пирожки — дело не быстрое. Стало быть, придется провести рядом с лисой и Энрисом минимум пару часов… а у меня от пары минут в его обществе коленки подкашиваются, и в голове такой туман, что я совсем не могу думать о рецептах, а только о колдовских глазах противного коменданта.

Но, кстати, о рецептах… мне нужно все для теста и начинки, а этот дом кажется давно опустевшим, разве можно что-то найти в ящиках?

— Во-о-от там стоит корзина со всем необходимым, — прямо над ухом раздался голос эльфа, и моя кожа мигом покрылась мурашками, а дыхание сбилось. А вот Соэру было все нипочем — он дышал ровно и горячо… касаясь моей шеи и мягко заставляя повернуть голову в нужную сторону. Издевался в общем.

Я практически отпрыгнула в сторону и правда стоящей на полу корзинки, подняла ее дрожащими руками, поставила на стол и так крепко сжала кулаки, что ногти впились в нежную кожу ладоней, отрезвляя и приводя меня в чувство.

Ведана, приди в себя! Ты же не обычная тупая влюбленная женщина! Угу, я необычная, но тупая и влюбленная, последние два параметра изменений не претерпели.

К счастью, комендант больше не действовал мне на нервы, он отошел обратно к большому обеденному столу, присел и, закинув ноги на нижнюю перекладину, светски поинтересовался у лисицы:

— Ну как же вам живется-поживается, красота наша рыжая?

— Если ты думаешь так себя реабилитировать после грубого обращения в коридоре — оставь надежды! — сразу расставила “точки на схеме заклинаний” хвостатая. — Я на тебя обиделась.

— И даже пирожки не помогут? — насмешливо хмыкнул остроухий.

— А где связь между тобой и пирожками? — наигранно удивилась Одуванчик. — Выпечка относится к Ведане, за что я ее люблю в два раза больше, а у тебя из достоинств — энергетика.

— Ладно, ладно… я извиняюсь, — примиряюще промурлыкал эльф, перемещаясь поближе к моей фамильяре и начиная почесывать ту за ушком.

Лисица попыталась было увернуться, но быстро растаяла и прикрыла глаза от удовольствия.

— Вот противный ты мужчина, господин Соэр… но руки золотые!

Я спрятала улыбку и вернулась к осмотру предоставленных для готовки продуктов. К моему удивлению, он и правда купил все необходимое, разве что кроме вишни тут также был фарш и зелень.

Вишня, кстати, оказалась с косточками, потому я помыла ее, ссыпала в плошку и с громким стуком поставила перед эльфом.

Он взглянул на спелые ягоды, скривился и брезгливо, одним пальцем отодвинул тарелку подальше.

— Я не стану это есть, и не надейся. И вообще, это вроде как засыпается внутрь пирожков?

Я недоуменно вскинула бровь, безмерно удивленная… нет, даже не ЗАСЫПАЕМОЙ, прости Природа, в пирожки вишне, а его отношению к ягодам. Он же эльф! Да будь хоть сто раз некромантом, но эльф! Они по умолчанию фанатеют по всему растительному и не любят пищу животного происхождения. А Соэр мало того, что потребовал еще и пирожков с МЯСОМ, так и настолько брезгливо относится к вишне.

Лиса подалась вперед и, помня наш совместный опыт готовки, сообщила коменданту:

— Как понимаю, из ягод надо вытащить косточки.

Выражение недоумения на красивой, хоть и несколько худой и бледноватой физиономии, стоило всех мучений сегодняшнего вечера! Как и дальнейшее представление!

Я замешивала тесто и косилась на то, как эльф неумело выковыривает косточки, причем в глазах у него стоял вопрос адресованный самому себе: зачем я этим занимаюсь?!

Да, у меня тоже периодически эта мысль в голове мелькает. Я замесила тесто на волшебных дрожжах, которые обещали, что оно поднимется в течении получаса, и вытерла пот со лба, и фыркнула, заметив, что испачкала в муке челку. А после подняла взгляд и заметила, что Соэр медленно вытирает руки от сока, и не отрываясь смотрит на меня.

Я тоже смотрела… а вернее я любовалась. Темно-бордовые подтеки на его белой коже смотрелись просто потрясающе, словно кровь из вскрытых вен. И она была приятным цветовым разнообразием в его черно-белой внешности. Темный костюм, белые волосы и кожа, и антрацитовые глаза.

Заправив прядь волос за острое ухо, он лишь усмехнулся. А я внезапно подумала, что никогда не видела как эти уши двигаются. А у эльфов они длинные и довольно подвижные, у меня временами было ощущение, что бедность лицевой мимики этот народ компенсировал именно ушами.

Но еще поразмыслить на тему комендантской анатомии мне не позволили.

— Знаешь, Веда… сейчас ты стала для меня откровением. — Он плавно поднялся и пошел ко мне, остановившись в шаге и уперевшись руками в стол по обе стороны от меня, тем самым поймав в ловушку. — Я никогда не видел женщину за готовкой… и оказывается в этом есть что-то очень притягательное. Даже в том, что ты запачкала щеку мукой…

Он поднял руку и коснулся меня кончиками пальцев, стирая белый след, и чуть заметно улыбнулся, когда ощутил покалывание — знак прилива магии.

— Волшебная девочка, — шепнул он, склоняясь все ниже и ниже, и его дыхание уже касалось губ, и мои веки тяжелели словно свинцовые. Хотелось закрыть глаза, положить ладони на его плечи… и позволить все решать самому. Это же так правильно, когда решает мужчина, а женщина лишь следует за ним. Исконно верно. По древнему мудро.

Но я взяла за жабры остатки своей воли и отвернулась в последний момент, и спустя миг Соэр коснулся губами моей щеки. Я почувствовала его улыбку, а потом мужчина отстранился и выпустил меня из плена своих объятий с комментарием:

— Еще и строптивая. При твоих-то исходных данных… странно. Или зелья не было, Ведушка, и чувства естественные?

Я порывисто к нему развернулась, крепко сжимая в руках только что взятую скалку, и спросила:

— Так вы знаете про зелье?!

— Ну, я предполагаю, — спокойно кивнул комендант и пояснил. — Потому как до встречи с “семейными обстоятельствами” ты не испытывала такого восторга по поводу моей персоны.

— Значит знаете и так себя ведете?! — злобно рявкнула я, сузив глаза.

— А почему нет? — повел плечами Энрис. — Как ты верно поняла, дорогая — у меня колоссальный энергетический дефицит, и просто пребывая рядом с вами, он восполнялся очень медленно. А влюбленная ведьмочка одним поцелуем вернула почти все прежние возможности. По моим прикидкам, еще буквально пара штук, и я буду здоров. Ты же не откажешь любимому мужчине в такой малости?

Судя по самодовольной роже, иные варианты даже не рассматривались. Он был уверен, что я по умолчанию в восторге!

А во мне шла гражданская война. Самая безумная и кровопролитная, когда брат идет на брата и кромсает родных тебе по крови и духу. Гордость и самоуважение резали на куски слепую любовь, которая не ведала ничего кроме лютой потребности быть с этим мужчиной, и ей было плевать, если ради этого придется даже встать на колени. И прощать все… даже то, что я для него лишь удобная вещь. Внезапно полезная ведьмочка среди толпы таких же презренных студенток. Да-а-а, я прекрасно помню как именно Энрис Соэр относится к моему племени.

Помню… знаю… но все равно не могу найти в себе решимости стряхнуть с тела его руки. Очень наглые и смелые руки, от которых по коже разбегались мурашки, а сердце падало в живот и все быстрее гнало огненную от желаний кровь по венам. Я не знаю, чего я хотела… слишком мало опыта. Зато, судя по усмешке на красивых губах эльфа — он знал. И не терял самообладания, по всей видимости собираясь начать целоваться прямо сейчас.

Все, на что меня хватило, это разжать пальцы, выпуская скалку из судорожной хватки. Тяжелая, добротная кухонная утварь с размаху рухнула на ногу Соэру, который не ожидал такой подлости от очарованной ведьмочки. Он сдавленно зашипел и чуть отстранился, и этого хватило мне для того, чтобы выскользнуть из его хватки и отбежать к обеденному столу. Я схватила с него миску с ягодой и отгородилась ею, почти сразу развернувшись к эльфу. Но он стоял на прежнем месте и задумчиво смотрел на меня, и не думая преследовать. Несколько секунд я тонула в его взгляде, понимая, что если он продолжит настаивать — я сдамся.

А мне хотелось… мне уже сейчас безумно хотелось вернуться обратно и жаться к его рукам как последней кошке, год не ведавшей ласки от рук человеческих. Меня ломало по нему почти физически. Кончики пальцев дрожали от невозможности прикоснуться к его гладкой коже, губы покалывало от безумной потребности ощутить на себе его поцелуи.

От падения меня спасло лишь то, что он сам отступил.

Соэр лишь усмехнулся, покачал головой и вернулся на свое место, вновь закидывая ноги на перекладину и начиная почесывать лису.

Мне дали передышку.

Я, с все еще дрожащими руками, вернулась к готовке. Сделала начинку для мясных пирожков и, пока шинковала зелень, то злобно косилась на совершенно бессовестную лису, которая и не подумала что-то предпринять, пока ее хозяйку самым бессовестным образом совращали!

Но ничего, на эту тему мы с ней поговорим потом… когда наедине останемся.

А еще меня дико нервировало то, что Гриард опять сошел с ума и ползал по всему телу, никак не находя себе места.

— Как учеба? — вдруг совершенно невинно спросил Энрис Соэр, словно и не он меня тут лапал минуту назад, за что получил скалкой. Пока по ноге, но ведь все может быть впереди!

— Спасибо, хорошо, — нейтрально ответила я, от всей души рассчитывая на то, что обходительный джентльмен в Соэре скончается в муках в самые кратчайшие сроки. Но увы.

— Я слышал, что вы с подругами вновь сосланы в подвалы к некромантам? — мягко спросил эльф, склоняя голову и изучающе глядя на меня. — И как можно быть настолько невезучей девочкой, а Ведана?

— Это всего лишь учебный процесс, — спокойно ответила я, доставая тесто из кадушки и грезя о том, что кидаю его в сторону до боли совершенной физиономии коменданта. И тесто такое шмя-я-як и…

— Веда, ты меня слышишь?

— Да, — кивнула я, а после указала на очевидное. — Но к сожалению, никто не торопится мне помочь с готовкой, потому я сосредоточена на ней!

И еще вот на этой глубокой тарелке с вишней, которая тоже, быть может, будет просто отлично смотреться на голове эльфа…

— Ну, если дело только в этом… — он пружинисто встал, подошел ко мне и окинул стол орлиным взором. — Что нужно делать?

Мне очень хотелось сказать, что самое лучшее, что он может сделать — это провалиться сквозь землю и задержаться там на пару сотен лет, но увы…

Немного подумав, я поручила высокородному эльфу заворачивать начинку и получала огромное удовольствие от процесса!

Мать Природа, да это лучше поцелуев!

Наблюдать за тем, как профессиональный некромант, остроухий знатного рода, страх и ужас нашего общежития пытается сохранить невозмутимое лицо, накладывая ложкой фарш на тесто! Когда мы почти закончили, я вспомнила про старую традицию и спросила:

— У вас есть мелкие монетки?

— Эм-м-м… зачем?

— Согласно традициям нужно в один из пирожков засунуть денежку, — промурлыкала я, быстрыми движениями запечатывая тесто.

— И какой смысл в этой варварской традиции?

— Говорят, что тому, кто вытащит тот самый — будет сопутствовать удача. Так есть монета или нет?

Он только закатил глаза к потолку, но, порывшись в карманах, отыскал мне требуемое, и я, сполоснув металл под водой, любовно запечатала этот маленький сюрприз в последний пирожок с мясом.

Соэр помог мне поставить противень в печь и, вернувшись за стол, кивнул мне на свободное место напротив и спросил:

— Веда, что ты делаешь… ммм… скажем в пятницу вечером?

— Учусь, — тихо ответила я, пристально рассматривая деревянную столешницу.

— А в субботу?

— Тоже учусь.

— И в воскресенье, как полагаю, твоя чрезвычайно “насыщенная” программа не претерпит изменений?

Я прикинула, что возможно попробую в этот день развести Аэрна на то, чтобы он организовал мне допуск в лабораторию, но вслух ответила иное.

— Да, господин комендант. Кроме учебы у меня еще отработка и дежурства по общаге, потому я очень занята.

— Даже если я позову тебя… ну, скажем, погулять?

Я резко вскинула голову, неверяще глядя на совершенно невозмутимого эльфа, который с легким прищуром смотрел на меня.

— Даже если так, лорд Соэр.

Мать природа, чего мне стоило это сказать… Каждое слово через силу выталкивалось из горла. Я сидела и спокойно смотрела на безмерно любимого мужчину, а хотелось вскочить, броситься ему на шею и закричать “Да!”. А лучше “Да-да-да, и не в какую-то там пятницу, а прямо завтра!”

Воображение, не слушая голос разума, уже достало яркие краски и стало рисовать мне радужные картины наших с Соэром свиданий. Ведь это свидание, верно?

Он встретит меня на пороге, обнимет и закружит, нежно улыбаясь и трепетно касаясь щеки поцелуем. А потом мы пойдем гулять… ну… да хоть по центральной улице Вумска! Все встречные девушки станут с завистью поглядывать на моего кавалера, а я буду держаться за его руку и таять от близости. А потом мы зайдем в самую лучшую кондитерскую, а потом на ярмарку, а потом он проводит меня до комнаты, стр-р-растно прижмет к стене и вопьется в губы с ума сводящим поцелуем!

Дальше, по идее, тоже что-то может быть за закрытыми дверями, но пока рано.

Увы, красивые картины совместных прогулок были в клочья изрезаны острыми ножницами реализма и критического мышления.

Скорее всего, Ведушка, тебя сводят “погулять” до его башни, пару раз и правда поцелуют, чтобы получить нужную силу, а после… после зависит от порядочности коменданта. Или продолжит или выставит из комнаты, как отыгравшую свою роль игрушку.

А потому…

— Нет, лорд Соэр. Для вас я всегда занята.

Он вновь усмехнулся и вернулся к беседе с лисой, которая сегодня была на удивление тиха.

А я думала, что тактика у этого эльфа самая верная. Да, можно взять женщину штурмом, но зачем, если есть возможность создать все условия, и она сама упадет к тебе в руки. Изнывающая, сходящая с ума от чувств и готовая на все. Такого ты никогда не получишь, проламывая сопротивление…

Пирожки поспели на удивление быстро, и на кухне вновь воцарилась хлопотная суета. Я перекладывала выпечку на блюда, Энрис заваривал чай, а Одуванчик просто крутилась под ногами у всех по очереди и стенала о том, какая она голодная.

Счастливый пирожок таки достался эльфу. К тому моменту он уже успел с огромным энтузиазмом слопать штук пять, и все с мясом, и когда в очередной раз, блаженно закатив глаза, он запустил белые зубы в очередной, то там что-то хрустнуло.

Мы с лисой с одинаковым ужасом уставились на лорда Соэра, а мое воображение вновь схватилось за краски и на этот раз по быстрому намалевало этюд в темных тонах под названием “Ведана сломала зуб коменданту”. На следующей картине вырисовывалось уже что-то совсем жуткое и непотребное в тот момент, когда Соэр, скривившись, сплюнул на ладонь… половинку монетки. А вторую достал из пирожка.

— К счастью говоришь?

Я, мысленно восторгаясь крепостью зубов эльфийского народа, зачарованно кивнула.

— Это примета такая.

— Ведьмочка, в общем не знаю как, но это самое счастье тебе теперь придется мне самостоятельно обеспечивать, — критически оглядев пирожок, эльф снова откусил его и продолжил. — Крутись как хочешь!

— Ничего не знаю, все претензии к судьбе! — поспешно открестилась я.

Наш обмен любезностями прервал умирающий голос с пола.

— Дайте мне кто-нибудь водички… ик!

Заглянув под стол, я обнаружила там распластавшуюся по доскам лису. Она слабо подергивала задней лапкой и бормотала:

— Зато умру счастливой.

Умереть мы животине не дали. Соэр что-то поколдовал, я добавила в воду отвар лекарственных трав, что нашла в мешочках, и наша вновь сферическая лисица встала на тонкие, особенно по сравнению с пузом, лапки.

Затем мне помогли собрать оставшиеся пирожки, и нас с Одуванчиком вернули в мою комнату. В ней было темно и тихо, лишь луна светила сквозь незадернутые шторы, да хвостатая со стонами пыталась дойти до своей лежанки.

Комендант притянул меня к себе за плечи, и как я не старалась сопротивляться, все же коснулся губами лба с тихими словами:

— Ш-ш-ш… не нужно всегда сражаться, маленькая ведьмочка. Иногда самое правильное, что можно сделать, это плыть по течению. Довериться течению. Мне, Веда.

Он пропал в портале, словно и не было, а я еще несколько секунд пыталась успокоить сумасшедшее сердцебиение и часто-часто моргала, не давая слезам пролиться из глаз.

Увы, Энрис Соэр. Течение бывает разное. Вы — бурная река с крутыми порогами, и меня разобьет о камни, если я вам доверюсь.

Но хочется, мать Природа, как же хочется!

Глава 17

О том как весело проходить отработку у некромантов

Вот за что я любила свой характер, так это за отсутствие возможности на чем-либо долго концентрироваться. Кроме очевидных минусов в виде трудностей учебного процесса это несло в себе и неявные плюсы. О негативе я тоже долго не могла думать, и быстро начинала с оптимизмом смотреть в будущее.

В конце концов, даже в моей ситуации есть плюсы. Лорд Соэр явно хочет, чтобы я добровольно на все согласилась, а у меня, слава Природе, пока хватает мозгов этого не делать. Вдобавок, совсем скоро я получу данные о составе той гадости, которой меня напоил Аэрн, и окончательно освобожусь от ярма искусственных чувств.

Но уже на грани яви и сна меня посетила одна весьма интересная мысль о моей фамильяре.

Почему все таки она Скелетона как отца родного слушается?!

Утро пришло ко мне, притащив в заплечном мешке мигрень и напоминание о том, что вечер придется провести в местах несколько отдаленных вниз от уровня земли.

Как и всегда бывает в преддверии чего-то неприятного — день промелькнул словно час. Не успела оглянуться, как вот уже пробило семь вечера, и мы с Радой ни живы и не мертвы стоим у большой двери с вырезанными рунами, которые едва заметно искрились, напитанные магией. Табличка гласила, что это практический склеп номер девять, и там сегодня занимается четвертый курс некромантов во главе с преподавателем Хорором Даэ.

Господин Хорор, без преувеличения, был легендой ВУМа. Пожилой некромант-флегматик высшей категории. Ведьмочек он, в отличие от остальной трупной братии — любил. Но весьма странною любовью.

— Нужно заходить, — тоскливо протянула на одной ноте Радомира. — Иначе выговор впаяет уже Хоррор, и мы с тобой завтра будем не скучно проводить вечер, а коротать досуг в обществе боевиков.