Ночное приключение Рай Альмира
Я почувствовала, как по щекам потекли слезы, но даже тогда отказывалась верить, что плачу. Ведь я поклялась себе никогда не раскисать, оставаться сильной. Ради мамы.
Руслан резко затормозил и даже заглушил мотор. Я тут же вышла из машины, потому что не могла дышать в этой металлической коробке. Деревьев больше не было, только бесконечное поле. Не сбежать. Но мне и не хотелось. Я даже не понимала, в чем именно нуждалась, пока Руслан не обнял меня. Только тогда, уткнувшись лицом в грудь одержимого психа и по сути незнакомца, ощутив тепло его рук на своих плечах и спине, я почувствовала себя хорошо. Всего на минуту. Но это действительно было хорошо. Без надрыва и без крышесносных эмоций, когда сам себе неподвластен, а так, как нужно – спокойно и правильно.
Он погладил меня по волосам, поднял мое лицо и стер слезы со щек. Я не хотела, чтобы он видел меня такой. Мне было не плевать, что он обо мне подумает. Должно было быть, но нет.
Он хмурился и как будто сердился на меня.
– Я не причастен к гибели твоей матери, – произнес Руслан. – Я даже не знаю ее имени. Зарицкий прятал ее и тебя очень много лет. А когда о тебе стало известно, я не смог подобраться достаточно близко. В это ты веришь?
Я кивнула почти сразу. Пускай я не знала этого мужчину, но почему-то с первого дня нашего безумного знакомства я сделала выводы, что он честный. Какими бы не были тараканы в его голове, он не хитрит.
– Хорошо, – ответил он и заметно расслабился. А после выдохнул и взглянул на наручные часы. – У нас есть час. Есть хочешь?
– И это все? – пораженно спросила я. – А остальное? Ты обещал рассказать, зачем я тебе и куда мы едем.
– Я покажу, – твердо выдал Руслан и наклонился чуть ближе. – А после ты сама решишь, оставаться со мной или нет.
А вот здесь явно чувствовался подвох. И когда неверие отобразилось на моем лице, Руслан улыбнулся уголком губ и с полной уверенностью шепнул у моих губ:
– Ты решишь остаться.
– То есть, ты как бы даешь мне выбор, но на самом деле его нет? – спросила я, все еще отказываясь верить, что такие наглецы существуют.
– Нет, – подтвердил мой маньяк и поцеловал. Опять.
У меня не было сомнений, что именно таким образом он и собирался повлиять на мое решение. Что ж, удачи ему!
Сейчас я решила не сопротивляться, а посмотреть, куда меня унесет течение. На какое-то время я могу позволить себе немного расслабиться и не думать о том, куда приткнуться. Тем более, у Руслана очень хорошо получалось меня отвлекать от посторонних мыслей.
– Почему ты одет, как бомж? – полюбопытствовала я, когда поняла, что мои руки сами собой залезли под перепачканный грязью свитер.
– Так бывает, когда я сосредоточен на своей цели – остальное не имеет значения.
Я невольно улыбнулась, а он перехватил мои разгулявшиеся руки и потянул к машине.
– У нас еще есть время все исправить.
Когда он сказал это, я предполагала, что мы найдем безопасное место, где у него припрятаны запасы еды и одежды. Уж никак я не рассчитывала, что он повезет меня в родной городок, где у папы имелся большой ресторанный комплекс вдоль трассы. Мы с мамой часто приходили сюда ужинать. Лишь спустя годы я узнала, что являюсь наследницей всего этого. Руслан ошибался. Я не была столичной девочкой. Большую часть жизни я провела в этом месте.
– Что мы здесь делаем? – запаниковала я. – Ты все же отдашь меня отцу?
– Нет, – отрезал Руслан и свернул к торговому центру напротив ресторана. – Я уже сказал, что не намерен тебя отдавать. Никому.
– Да? Когда это ты такое говорил? – нервно спросила я. Страх вновь просочился под кожу, заполнив собой все мысли.
– Три дня назад. В машине, – напомнил Руслан и припарковался. А потом посмотрел на меня и озвучил то, что я и так знала: – Я ненавижу твоего отца, Арина. И я никогда не откажусь от мести. Ты должна это очень четко понимать. Я не хочу ставить тебя перед выбором: я или он. Но…
– Но его все равно придется сделать, – закончила я. И Руслан кивнул.
Я не знала, что ему ответить прямо сейчас. У нас с Зарицким общей была только фамилия. Я никогда не выбирала его раньше. А он меня. У меня не было сомнений, что моя жизнь не изменится в худшую сторону, если в ней не станет отца. Он был чужим мне. Но и Руслан тоже. Я не знала его настолько хорошо, чтобы довериться и позволить везти меня неизвестно куда. Но все же, именно на это я согласилась. На каком-то интуитивном уровне. Ведь когда у человека нет выхода, он всегда выбирает меньшее из двух зол.
– Я знаю, кто такой Зарицкий, – произнесла я. – Но я не знаю, кто такой Кит. Понимаешь?
Руслан опять кивнул и вышел из машины.
– Пойдем.
Я покачала головой и вышла следом. А на что я вообще рассчитывала? Что он за минуту выложит все свои тайны?
Руслан имел одну примечательную способность. Можно даже сказать дар. Ему очень легко удавалось переключаться с серьезного или опасного типа на неотразимо сексуального гада. Он знал об этом. И пользовался вовсю.
– Ты сейчас шутишь, правда? – зашептала я, когда он с хитрой ухмылкой втолкнул меня в раздевалку и закрыл за нами шторку.
– Девушка, а можно вот эту кофточку на один размер больше? – послышалось из соседней кабинки.
Я в ужасе округлила глаза, от осознания того, какая замечательная слышимость в чертовой раздевалке этого чертового магазина, и что именно собрался делать Руслан.
– Сейчас? – зашипела я, когда он опустился на корточки, чтобы снять с меня джинсы. И все это с такой невинной улыбкой, но в то же время настойчивым взглядом, что мне только оставалось молча закипать от возмущения. Или чего-то еще!
– Ну как тебе? – раздалось где-то слева. – Мне кажется, это платье меня полнит.
Не место! Совсем не подходящее место для того, что делал Руслан своим ртом. Он прикусил кожу на внутренней стороне моего бедра, вызвав сотню мурашек по коже. И мне стало слишком трудно дышать. Потому когда он провел языком дорожку от бедра до трусиков, я судорожно выдохнула. Слишком громко.
– Нет, это точно не берем. Меряй следующее.
– Девушка, «эмки» нет. Есть такая же в другом цвете. Зелено-болотном. Нести?
Я послала Руслану предостерегающий взгляд и запустила пальцы в его волосы, пытаясь помешать издеваться надо мной таким способом. Но это лишь подстрекнуло его. Спустив мое белье к пяткам, он встал. Затем быстро расстегнул молнию своих джинс и поднял меня, закинув ноги себе за спину.
Я ощутила спиной прохладу зеркала, но была ей рада, потому что сама сгорала от жажды, нетерпения и желания. Черт возьми, мы оба были на пределе, и в какой-то момент реальный мир просто перестал существовать. Потому что ничего больше не имело значения, только глаза напротив. Их чернота, которая так и утягивала меня за собой.
Он вошел в меня резко, напористо, жадно. Я закатила глаза и прикусила губу почти до крови.
И как бы мир не пытался напомнить о себе…
– Молодой человек, как у вас дела? – послышалось за шторкой. – Размер подошел?
– Охренительно! – выдавил Руслан и сделал новый толчок.
Это все, что имело значение. Я давно научилась переключаться, уходить в свои мысли. Но это определенно был новый уровень. Кажется, меня заводило абсолютно все. Голоса других людей на фоне, понимание того, что в соседней кабинке хихикающие девушки уже все поняли, мое сбившееся дыхание, тихие, но резкие толчки и дикий, почти невыносимый взгляд Руслана.
Я знала, что ему нравится смотреть на меня. В меня. Стоило только закрыть глаза, он тихо позвал, а его движения стали резче. И когда наши взгляды снова пересеклись, он заполнил меня до отказа и накрыл губы в поцелуе. Как будто точно знал, что именно в этот момент меня настигнет умопомрачительный оргазм. А после, не прекращая целовать, он резко вышел из меня и получил свою собственную дозу кайфа. Тихо не получилось ни у меня, ни у него. Зато я точно знала, когда мы вместе, у него так же едет крыша, как и у меня.
Тяжело дыша, мы все еще смотрели друг на друга, впитывая остатки того безумия, которое только что пережили. Я улыбнулась, Руслан тоже. Это было лучшее, что произошло со мной за последние три дня. И это он тоже знал.
Но все же… Совершенно неподходящее место.
Как только мы оделись и открыли шторку, на нас вылупились две пары глаз – угрюмой девушки консультанта и тучного охранника.
– Какие-то проблемы? – невозмутимо спросил Руслан. Господи, я хочу быть как он! Без стыда и совести.
– По правилам магазина в кабинке не могут находиться двое людей одновременно, – заявила консультант строго.
Я даже боялась на нее смотреть. Мне и здесь, за широкой спиной своего маньяка было уютно.
– Да? – с вызовом спросил Руслан и поймал мою руку. – Ну, я без нее не могу.
А потом просто снял с вешалки нетронутую одежду и потащил меня к кассе. Охранник порывался его остановить, но Руслану хватило одного лишь взгляда, чтобы тот отступил. Я уж знала, каким пугающим он может быть.
– Кстати, мы все берем, спасибо! – крикнул он девушке и широко улыбнулся.
Вот за это хотелось ему хорошенько врезать. Какая вообще необходимость улыбаться другим людям женского пола?
Глава 8
Поначалу я была заинтригована. «Крыша» – весьма интригующее слово. Тем более что так высоко мне еще не доводилось взбираться. Так что когда Руслан по хитромудрому проходу провел меня на крышу торгового центра, я то и дело оглядывалась и глупо улыбалась. И стало даже приятнее, когда он постелил свою куртку у борта и разложил еду из пакетов. В происходящее вообще с трудом верилось.
– Что? – спросил он, поймав мой смятенный взгляд.
– Это похоже на настоящее свидание, – поделилась я своими мыслями. – Ну, знаешь… Как нормальные люди делают. Я бы сказала, это романтично.
Руслан сначала послал мне скупую улыбку, а потом помрачнел. Распаковав мой гамбургер, он дал мне откусить и ответил:
– Да, все почти как на настоящем свидании, – ответил он неторопливо. – Только мы будем наблюдать за двумя нехорошими людьми. Кто-то из них сегодня погибнет.
Еда застряла комом в горле, но я заставила себя проглотить ее. Взгляд Руслана сканировал точно, как в первую ночь. Он был строгим, а в глазах притаилась какая-то неведомая мне темная, пугающая сила. Я посмотрела прямо и увидела через дорогу папин ресторан. Его любима беседка, в которой он часто обедал, была видна как на ладони.
– На какое-то время мне удалось забыть о том, кто я, – произнесла я. – И кто ты.
Он потянулся ко мне рукой, но я интуитивно отпрянула. Я не понимала его плана, но уже хотела, чтобы это закончилось.
– Ты привел меня смотреть на смерть моего отца? – спросила я в лоб.
– Я предупредил, что тебе придется выбрать сторону, – заявил он с напором, будто бы я уже предала его.
– Я понимаю, что мой отец монстр, даже не сомневайся в этом, – в тон ему ответила я. – Но смотреть… Руслан! Ты действительно хочешь, чтобы я смотрела на его смерть? Какой бы она ни была?
Он тоже отвернулся. Наверное впервые разорвал зрительный контакт. Потому что знал, что перегнул. В моих словах был смысл, а в его действиях нет.
– Я никогда не была к нему привязана, но зависела от него, – продолжила я. – Это меня и удерживало в его доме многие годы. Но в конце концов мне хватило смелости уйти. Ничего не имея, ничего не зная, не представляя, какое будущее меня ждет. Я рискнула всем. Я оставила все, что у меня было. Не от нечего делать, Руслан! Не по прихоти, а потому что не могла больше так жить. Он постоянно…
Тут я запнулась, и прикусила язык, не желая делиться слишком откровенными подробностями. Та жизнь в прошлом. По крайней мере, я на это надеюсь.
– Суть в том, что я ушла и сожгла все мосты. А ты возвращаешь меня туда, где я быть не хочу.
Я проследила за его взглядом и добавила:
– Не хочу знать его. И что с ним станет, мне больше не важно. Понимаешь?
– Понимаю, – ответил Руслан спустя какое-то время. – Но я не могу так же.
В его словах слышался надлом. Боль. Скорбь. Слова его брата никак не выходили из моей головы. Но увидеть жизнь глазами Руслана мне было очень трудно – слишком много пробелов.
– Расскажи мне, – попросила я тихо. – О том, что случилось.
– Думаешь, для тебя что-то изменится? – с вызовом спросил он.
Я не могла знать. Возможно, я тоже хотела лучше понять этого мужчину.
– Для меня наверное уже нет. Но, возможно, для тебя. Как часто ты говорил об этом? Как часто тебя слушали? Может быть поэтому ты не можешь начать жить заново? Прошлое все еще слишком сильно держит тебя.
Руслан хмыкнул, будто бы мои слова казались ему глупостью. Но и спорить не стал. А спустя мгновение тягостного молчания, заговорил:
– Я не любил ее. Знаю, так нехорошо говорить. И твое мнение обо мне от этого не станет лучше.
– А тебе не плевать на мое мнение? – не удержалась и перебила.
Руслан не смотрел на меня, а я не стала себе отказывать в удовольствии наблюдать за его мимикой. Закатив глаза, он скупо улыбнулся и просто проигнорировал мой вопрос.
– Она забеременела. Я помню, какие чувства вызвала эта новость. Сначала разочарование. Я почему-то был уверен, что не мог допустить такую ошибку. Я уже тогда все старался держать под контролем. А тут такое. Не какая-нибудь мелочь. А проступок, который переворачивает жизнь с ног на голову. Я был в ярости. Злился не на нее. На ситуацию и на себя.
– Угу, – опять не удержалась. – Знакомо.
Руслан поморщился и опять не стал комментировать. А я все же отругала себя и пообещала больше не сбивать.
– Позже. Где-то через недели три, когда увидел снимок, тогда все осознал. Все становится неважным, – задумчиво произнес он, продолжая смотреть вдаль. – Карьера, чувства, планы на будущее – все теряет ценность. Единственное, что имеет значение – твой ребенок. Я и не думал, что это так воспринимается. Так сильно.
Он смолк, будто вспоминал что-то. У меня тоже было время подумать, провести аналогию с мамой. Я тоже не представляла, как мне повезло жить той жизнью, которую она мне подарила. А в день ее смерти мой мир рухнул. И как бы я не пыталась его отстроить по кирпичикам, кто-то постоянно рушил все мои мечты и надежды. Сначала папа. Потом Верховный. Я даже не знаю, кого ненавижу больше.
– Кто это был? – спросила я. – Мальчик или девочка?
Руслан посмотрел на меня совершенно нечитаемым, скрытным взглядом и отрезал:
– Срок был слишком маленьким, когда люди твоего отца убили их.
«Я – не мой отец!» Мне так хотелось выкрикнуть ему эти слова, ведь обвинение так и повисло в воздухе. Но слова застряли в горле. Я видела и ощущала на собственной шкуре немало жестокости, но это было слишком даже для меня. Я не представляла, что чужая боль может вызывать так много эмоций. Но сейчас даже мне хотелось отомстить.
Вот почему дрожащим голосом я спросила:
– Что теперь?
Руслан снова отвернулся и достал из внутреннего кармана куртки небольшой бинокль. Посмотрел в него сам и передал мне. По тропе к беседке шел Зарицкий в сопровождении трех головорезов из охраны.
– Твой отец продал тебя, – заявил Кит. Теперь я не могла смотреть на него. Я молча слушала, принимая всю правду как она есть, без розовых шторок, за которыми я привыкла прятаться. – Верховному. Он перспективный бизнесмен со связями, но без денег. Твой отец напротив так погряз в проблемах с властями…
– Благодаря тебе, – вставила я и снова прикусила язык.
– В том числе, – согласился Руслан. – Ему нужны были связи, чтобы решить проблемы. И ты стала идеальной разменной монетой. Ты единственная наследница Зарицкого. Верховный планировал жениться на тебе, после убрать Зарицкого и…
Руслан замолчал, но я и так догадалась.
– И меня. Хотя, возможно, если бы я себя хорошо вела, он бы меня еще пару лет подержал. Как секс игрушку, – закончила за него и убрала бинокль. – Они сели за стол. Подошла официантка.
– Ты правильно сделала, что ушла, – неожиданно похвалил Руслан. У меня даже брови на лоб поползли. А как же его нелепые обвинения в том, что меня к нему подослали? Я почему-то думала, что он еще отчасти в это верит.
– Я знаю! – заверила я. – Потому что пришла к тому же выводу раньше тебя. Мне одного взгляда Верховного хватило, чтобы понять, что он спит и видит, как наденет на меня ошейник и начнет пороть. Ну, знаешь, как эти шибанутые господины.
– Не знаю. Но мы можем попробовать, – предложил мой маньяк. Кто бы сомневался!
– Не отвлекайся, – предложила я и передала ему бинокль.
– Когда ты сбежала, Верховный запаниковал. К тому же, он перестал быть осторожным и забыл, что его могут подслушать в любом общественном месте. На днях в одном из столичных ресторанов состоялся разговор между ним и его информатором. Зарицкий аннулировал завещание. Оно больше не в твою пользу, Арина. Тебе не останется ничего.
Руслан сказал это так, будто бы случилось что-то страшное. Он думал, меня это расстроит? Я готовила себя к этому всю сознательную жизнь.
– Мне не нужны его грязные деньги, – заверила я. – Очень хорошо, что теперь мое имя никак не будет связано с его бизнесом. Разве нет?
Я послала мужчине вопросительный взгляд и поймала его на том, что он снова меня внимательно изучал.
– Да.
– В чью пользу завещание? – спросила я.
– Ни в чью. Нового завещания нет. Потому Верховный и запаниковал. Он теперь не знает, есть ли вообще смысл искать тебя. От тебя теперь ему никакой пользы. Похоже, Зарицкий своим безразличием спас тебе жизнь.
Я насмешливо фыркнула, но Руслан мое веселье не поддержал. Зато он заметно повеселел, увидев что-то в бинокль. Я и сама заметила, что к беседке приближаются другие люди в черном. И хоть было далеко, тучную фигуру своего неудавшегося жениха я узнала сразу.
– Но как я сказал, – продолжил Руслан. – Верховный расслабился. Разговор с информатором был записан и передан Зарицкому сегодня в полночь. Сейчас Верховный идет к твоему отцу, подозревая засаду. А Зарицкому нужно поддерживать авторитет, потому что он знает, что запись разговора разошлась по всем его друзьям. Вот и получается…
– Ты натравил их друг на друга, – заключила я. И даже не понимала, что чувствую при этом. Умно. Можно даже сказать, правильно. Но все же, от неприятных ощущений никак не избавиться.
– Я не хочу быть частью всего этого, – произнесла я, изучая сосредоточенное лицо Руслана. Он наблюдал за встречей, а я не могла оторвать взгляд от него. – Я понимаю, что уже замешана, но все равно не хочу. Не хочу быть здесь. Видеть все это, знать, обсуждать, помнить. Я просто…
Слова закончились, осталось лишь чувство безысходности. Я не знала, как донести до него. И хуже всего, что он бы не стал слушать. Это имело значение для него. Но мне просто хотелось уйти.
Я встала. И молча направилась к двери.
– Арина!
Он окликнул меня, но я не смогла обернуться. Я была не в правильном месте, и больше всего на свете мне просто хотелось уйти. Руслан ошибался. Я не смогла бы остаться с ним. Я выбрала жить вдали от всего этого задолго до встречи с ним. И как бы хорошо мне не было, нам было не по пу…
– Если ты не будешь доедать свой резиновый бутерброд, то можно это сделаю я? – спросил вдруг выросший передо мной мужчина. Не просто догнал, а еще и схватился за ручку двери, придерживая ее для меня. – У нас больше нет налички, следующий перекус будет только вечером, когда доберемся до двенадцатого объекта.
Я перевела непонимающий взгляд с борта крыши, где мы устроили засаду, на пакет еды в его руке. Он забрал все вещи и ушел.
– Что ты делаешь? – спросила я, сама толком не понимая, что хочу знать. Все!
Но он, конечно, ответил буквально.
– Жду, когда ты пройдешь.
– Шоу закончилось? Ты осуществил свою месть и готов жить дальше? – с нескрываемым сарказмом вопросила я. – Ух! Это было быстро. Но знаешь, я наверное дальше сама. Еду можешь оставить себе, да.
Я попыталась пройти мимо, но теперь Руслан перекрыл мне дорогу. А мне, как оказалось, было что сказать еще.
– Ты сказал, что я сама решу остаться или уйти. И только что я поняла, что иметь общего врага недостаточно, чтобы двигаться в одном направлении. Как оказалось, для этого еще нужно иметь одну цель. У меня есть цель. Я хочу начать новую жизнь. А как на счет тебя, Руслан? Когда все мафиози друг друга перестреляют, чем ты будешь жить? Для кого? Ты об этом думал?
С каждым моим словом черты его лица ожесточались. И когда я закончила, он грубо схватил меня за руку, не давая сдвинуться ни на сантиметр.
– Я решила уйти, – озвучила я очевидное. И на секундочку даже пожалела. В черных глазах напротив слишком явно читалась обида и разочарование. Будто бы на меня смотрел не взрослый мужчина, а обиженный мальчик. Впрочем, это длилось всего мгновение. А после Руслан вернулся и отшвырнул мою руку.
– Отлично, – процедил он и отошел, давая мне проход. Но когда я сделала шаг и открыла дверь, он последовал за мной. По лестнице вниз. По коридору торгового центра и до самой парковки. Только не к своей машине он пошел, а встал сразу за мной на автобусной остановке.
Я все ждала, когда он уйдет. Но он буквально превратился в мою тень. И в конце концов моему терпению пришел конец.
– Ну чего тебе? – слишком громко прокричала я, обернувшись к нему. Даже ожидающие в очереди люди уставились на нас. Теперь и им стало интересно.
– Ты свой выбор сделала? – спросил Руслан с претензией. И сам тут же ответил: – Вот и молодец. Я свой тоже сделал.
– И какой же? – спросила я, медленно закипая. Всем, черт побери, нужна передышка и время все осмыслить. А он мне этого не дает. Одно потрясение за другим.
– Я остаюсь, – твердо заявил этот невыносимый и совершенно непробивной тип.
– В смысле? В этом городе? На остановке?
Мне, правда, очень нужно было уточнение. Чтобы держаться от этого места подальше.
Руслан обреченно вздохнул, поднял глаза к небу и снова посмотрел на меня. Как на дурочку.
– Я остаюсь с тобой, Арина. Куда ты, туда и я.
И все сказано с такой обыденностью, будто все само собой разумеющееся, а я вот одна единственная никак не пойму. Переварив немного и покосившись на людей, я шепотом добавила:
– Это же преследование.
Руслана мое предупреждение не проняло. Он только небрежно пожал плечами, мол, мне все равно. И вообще, я мужик, и все уже решил.
Ну, с ним вообще разговаривать трудно.
– Это не сработает, – заявила я честно и указала на него. – Ты и я.
Он прищурился и покачал головой.
– Ты не можешь этого знать. Мы не пробовали.
Тут уж я не сдержала смешок.
– А как же то время, что мы провели вместе? Тебе этого мало, чтобы понять? Это… Все… Знаешь, оно либо есть, либо его нет.
– Что, «это все»? – раздраженно спросил Руслан. Самой бы знать. – Искры? Чувства?
С каждым словом он подступал все ближе, гипнотизируя меня движением губ. Пока не оказался неприлично близко. Настолько, что я больше не думала о пялящихся на нас людей.
– Охренительный секс? Чего из этого у нас нет?
– Взаимопонимания? – предположила я.
Руслан выглядел так, будто уже выиграл этот спор.
– Я и говорю, мы не пробовали, – проговорил он медленно. – Даже не пытались.
Возможно. На это у нас действительно не было времени. Но для того, чтобы понять этого мужчину, проникнуться его болью, проблемами и взглядами, мне нужно сблизиться с ним максимально. Впустить его в свою душу, запустить под кожу, привязаться и полностью довериться. А я… Разве я могу так? После всего, что мне преподнесла жизнь?
Мне было достаточно секундного воспоминания, и решение пришло само собой.
– Прости, – шепнула я. – Нам действительно лучше разъехаться по разным дорогам сейчас. А не тогда, когда нам двоим будет слишком трудно это сделать.
Руслан фыркнул. Он не верил мне и не понимал. Наверное потому, что не знал. В этом все и дело. Как можно узнать человека, если он больше не хочет быть собой?
Закрыв глаза, я медленно развернулась. Смотреть в черные глаза и видеть в них разочарование – пытка. А еще этот его запах, не дающий дышать ровно. Нет, я отказывалась думать, что этот момент, когда мне будет слишком трудно уйти, уже наступил.
– Ты одна не выживешь, – шепнул Руслан, заставляя покрыться мою кожу пупырышками. Его близость сводила с ума, но я усердно отталкивала эти мысли. Руслан не входил в мои планы. Ни он, ни любой другой мужчина. Я просто хотела убраться от проблем как можно дальше, устроить жизнь, научиться дышать свободно, не бояться. И только тогда я буду готова к отношениям. Нормальным и здоровым, а не таким, какие у меня были с Верховным.
– Ты даже не знаешь, будут ли тебя искать, – продолжил Руслан. – Это неведенье будет держать тебя в страхе всю оставшуюся жизнь. Думаешь, сбежишь и забудешь? Я хотел, чтобы ты собственными глазами убедилась, что никто тебя больше не тронет. А теперь ты будешь гадать – выжил кто-то из них или нет. Найдут ли они тебя однажды? Тебя загрызет паранойя.
Он прервался, когда к остановке подъехала бесплатная маршрутка торгового центра. Эта ехала к городскому вокзалу, совсем недалеко от нашей с мамой старой квартиры. Соседка – мамина подруга. Думаю, я могла бы пожить у нее какое-то время или одолжить немного денег. Я не пропаду.
– Если сядешь в этот автобус, потеряешь свой шанс начать жизнь сначала, – предупреждающе произнес Руслан.
Люди постепенно заполняли автобус, пока на остановке не осталось никого, кроме нас. Я знала, что делать. По крайней мере, у меня был план. И были убеждения, приведенные в порядок мысли, разложенные по полочкам факты и доводы. Я не пропаду! Всего-то нужно придерживаться порядка. Тогда почему у меня такое чувство, будто я совершаю самую большую ошибку в жизни?
Я сделала шаг и ухватилась за поручень. Рука Руслана легла на мой живот, останавливая.
– Пусти, – произнесла я с чувством, что самой себе делаю назло. Делаю и все равно не могу остановить этот процесс. Будто ноги сами меня ведут, и это необратимо.
– Вечно сбегать – это не жизнь, – проговорил он и отпустил свою руку. Ведь я сама его попросила. – Это не та жизнь, которую ты хотела.
А после он развернулся и ушел. Сначала я почувствовала это. Потом обернулась и убедилась сама. Он уверенным шагом шел к парковке – сильный и непоколебимый. Наверное, ничто уже не смогло бы подкосить Кита. После того, что с ним сделал мой отец.
Я отпустила сомнения и позволила телу руководить. Ноги поднялись по ступеням, задница уселась на свободное кресло в конце автобуса, а голова прижалась к холодному стеклу. Автобус тронулся, и я вспомнила, что нужно дышать.
Поначалу мыслей не было, только сердце гулко колотилось, а живот стянуло тянущей болью. Но потом в моей голове невесть откуда появились слова Руслана. Они повторялись снова и снова, зомбируя мой мозг.
«Это не та жизнь, которую ты хотела… Мы даже не пытались… Потеряешь свой шанс начать жизнь сначала…»
Он ушел. Легко.
Нет, он пытался переубедить меня, я не могла не оценить этого. Переубедить, а не просто ударить по голове, закинуть на плечо и утащить в свое логово. Наверное, свидетелей было многовато.
Мои губы дрогнули от этой мысли, но сил улыбаться не было. Такое чувство, будто кто-то отнял у меня последние крупицы радости, и я оказалась полностью опустошенной.
Он ушел.
А теперь, что? Я буду сожалеть об этом? Корить себя до конца своих дней, что не пошла с ним? Он так уверенно говорил о новой жизни, будто это так легко сделать. А сам? Десять лет прошло – это огромный срок – а он так и не смог отпустить свою месть. Растягивал ее, смаковал, и что в итоге? Он ушел. За мной.
Он пошел за мной.
Десять лет ждал мести, ждал дня, когда собственными глазами увидит смерть врага, но за мгновение до этого все бросил и последовал за мной.
Я прокручивала эту мысль беспрерывно, повторяла мысленно и бормотала под нос. И все никак не могла осмыслить. Мне казалось это чем-то нереальным.
Зачем?
Зачем я ему сдалась? Дочь врага. Девушка без имени и места. Фактически никто. Наверняка ему что-то нужно от меня. Не представляю, что… Но другого объяснения у меня нет. В другое верить я просто отказывалась.
Мне едва исполнилось двадцать, когда в мою комнату постучал папин друг. Все напрягались, слыша имя Верховный, а я все не понимала, почему. Он был милым, улыбчивым, добрым. Ничуть не симпатичным, но по сравнению с угрюмыми лицами отца и его охраны – разительный контраст. Только мне он разрешал называть его по имени. Сам попросил – «Просто Костя». И он был простым. Мы ходили в кино, в рестораны, он давал мне время привыкнуть к нему, привязаться. Он был терпеливым со мной, когда я чего-то не понимала. Не таким, как отец. Хотя по возрасту младше его всего на шесть лет. Переход из дружеских отношений в сексуальные стали для меня шоком. Я сама не поняла, как это произошло. Он напоил меня и не стал слушать невнятное «нет», не замечал слабые попытки протеста. А после сказал, что вынужден на мне жениться. Так нужно. И это повторялось. Снова и снова. Первые месяцы он не был грубым. Наверное, наблюдал за реакцией Зарицкого. А когда и я, и Верховный поняли, что отцу в принципе все равно, мой жених открыл свое истинное лицо и дал волю своим извращенным желаниям. И никто его не остановил. Ни разу. Мне повезло только в том, что я получила отсрочку в два года, пока Верховный разводился со своей женой. Они все никак не могли поделить кровавые деньги и купленные на них особняки. Так что все это время я была… грязной любовницей.
«Сопротивляйся, мне так больше нравится» – говорил он.
Белые полосы на сером асфальте как будто гипнотизировали. Глядя на них я погрузилась в такие дебри своих воспоминаний, которые думала, что давно похоронила. Но они как вирус – всплывают когда тебе уже и так паршивей некуда.
Серое пятно появилось в поле моего зрения, чем вывело меня из некого транса. А когда я присмотрелась, вздрогнула и выпрямилась. Руслан!
Опустив окно водительской дверцы, он курил сигару и с небрежным видом рулил свободной рукой. А потом вроде как случайно поднял глаза, заметил меня, окатил оценивающим взглядом и подмигнул.
Боже, мне захотелось врезать ему за эту похабную ухмылочку! А еще взобраться на его колени и зацеловать до потери сознания. И залезть в его штаны. Однозначно! А после сделать все, что он скажет. Буквально все. Потому что, что бы мы не делали, я еще ни разу не чувствовала себя грязной с ним.
Это все какое-то безумие. Ошибка. Точно ошибка. И я обязательно пожалею. Потом.
– Остановите! – крикнула так громко, как могла.
Автобус начал сбавлять ход, и серый седан пропал из виду. Я пыталась найти его в окнах, но не нашла. А когда вышла на дорогу, она оказалась пустой. Лишь когда дверцы с шипением закрылись, и автобус отъехал, я увидела подъезжающую машину.
Руслан остановился, потушил сигару и вышел. Я все никак не могла разгадать его. Он казался таким безмятежным, даже игривым. А я ждала злости, раздражения, ну хотя бы нотаций.
– Чудная погодка, – произнес он, глянув в небо.
Я нахмурилась и с сомнением на него уставилась. А других слов он не нашел?
– Тебя подвезти? – вдруг спросил Кит так, будто бы не понимал, для чего я сошла с того клятого автобуса.
– Было бы неплохо, – несмело призналась я. А он в ответ улыбнулся. Так широко и сексуально, что у меня все сжалось от желания броситься ему в объятия, стиснуть так крепко, как могу, и не отпускать.
Будто почувствовав это, он подошел ко мне. Но не обнял, а протянул руку.
– Руслан.
Я сжала губы, борясь с улыбкой, и посмотрела в эти хитрые глаза.
Читать бесплатно другие книги:
