Голод Маш Диана

Глава 21. Лютик

«Ну почему я не умерла дома, в своей постели, подавившись клубничной зефиркой?»

Лютиэль

Холод становился нестерпимым, заставляя гореть все тело. Каждый вздох обжигал легкие так, что казалось разорвет на части. Ноги утопали в мягких сугробах. Снег набивался в сапоги, делая их еще тяжелее. Но я все равно продолжала бежать глубже в лес, ведь любое промедление могло стоить мне жизни.

Споткнувшись о корягу, я упала на колени, и тут же за спиной раздался выстрел. Последовавшую за ним тишину сменило хлопанье крыльев взлетевших в небо птиц.

Стоило всю жизнь бороться с судьбой, царапать себе путь наверх из нищеты и безысходности, чтобы замаячившую на горизонте надежду тут же убила шальная пуля?

За что Великая Луна так жестока со мной? За какие такие грехи?

Говорят, что, когда смерть дышит тебе в затылок, перед глазами, медленными кадрами, пробегает вся жизнь. В моем случае это правило претерпело некоторые изменения.

Я испытывала сожаление. Из-за того, что не успела попрощаться с сестренкой. Как она будет без меня? Из-за того, что больше никогда не смогу побывать в крепких объятиях Дэйна. Это вдруг тоже оказалось очень важным.

Если с первым все было ясно, второе – вызывало вопросы.

Мы знакомы меньше недели. Большую часть времени провели подначивая друг друга. Он - пытаясь меня разговорить. А я - желая избавиться от ненужного внимания.

Так что же изменилось?

Изменилась я сама. Позволила себе наконец-то расслабиться. Поверить в надежду, в будущее. Полностью отдаться чувствам… Зачем? Чтобы снова все потерять?

Схватившись красными от мороза пальцами за ствол ближайшего дерева, я попыталась подняться, но снова оступилась, едва не впечатавшись лицом в высокий сугроб.

Внезапно за спиной раздался знакомый голос, заставивший меня вздрогнуть.

- Попытаешься встать и я проделаю в тебе дырку.

Вот и все. Рано или поздно это должно было случиться. И лучше бы, конечно, поздно, но кому интересно мое мнение?

- Можно я хотя бы повернусь?

- Медленно и без резких движений, иначе пристрелю.

Я сделала так, как она сказала и уставилась прямо в дуло пистолета, который дрожащими руками, обтянутыми черными перчатками, сжимала Ита.

В отличие от меня, фея была одета по погоде: приталенное меховое пальто, вязанная шапка с огромным помпоном, высокие зимние сапоги. В глазах горела упрямая решимость, губы сжаты в тонкую линию, и только подрагивающие за спиной синие крылья давали понять, что не так она спокойна, как хочет казаться.

- Ты и так меня пристрелишь, разве нет?

Она тяжело вздохнула и, вроде бы, расслабилась.

- Честно говоря, мне бы не хотелось. Я не так кровожадна, чтобы наслаждаться брызгами крови. Но, увы, других вариантов я не вижу.

- Ты могла бы оставить меня в живых. Клянусь, я ничего никому не скажу, - запричитала я, хватаясь за соломинку, но не сильно надеясь на ее прочность.

- Так я и поверила подстилке копа, - хмыкнула она, окинув меня презрительным взглядом. – Думаешь, все слепые и не видят, что происходит? Излучаемую вами напряженность, ощущаешь даже в другой комнате. Впрочем, прекрасно тебя понимаю - он настоящее чудо. Так и хочется взять этого волка на поводок. Впрочем, я еще могу попробовать. Поэтому, прости…

- Подожди, - закричала я, видя, что она пытается прицелиться. – А если… если я не вернусь в отель? Если дойду до трассы и поймаю машину? Мы никогда не встретимся, а тебе не придется марать руки еще одним убийством.

- Марать? - запрокинув голову, фея громко рассмеялась. – Думаешь, я так уж боюсь испачкаться? Знаешь, что я больше всего ненавижу? Двуличных лжецов! И когда они умирают, могу только ликовать.

- Значит, Томас был двуличным лжецом? –Великая Луна, неужели мне так повезло нарваться на любящую поболтать маньячку? Только бы не спугнуть.

- Еще каким, - прошипела Ита и поморщилась. – Этот идиот решил со мной развестись. Выкинуть на улицу, как побитую собаку. Без денег и имущества. А напоследок, чтобы совсем уж унизить, изменил мне с гребаной горничной!

- Милли? – нахмурилась я.

- Она самая! Дешевка и шлюха! – процедила фея. – Когда я пришла в его новый номер посреди ночи и увидела их кувыркающихся на кровати, чуть обоих не задушила.

- Но Милли осталась жива, а на Томасе не было никаких ран. Как так вышло?

- Если бы я знала, - хмыкнула Ита и ее светлые глаза заволокла темная пелена воспоминаний. – Пока я бегала за пистолетом, который этот придурок подарил мне на годовщину, волчица успела уйти. Наверное, ненадолго. В комнате пахло похотью и развратом. Одновременно сладко и так невыносимо. А потом я уловила его - запах возбуждения. Томас ждал возвращения своей любовницы и это так меня взбесило, что я ухватилась за исходящую от него сексуальную энергию и начала есть. Как же ее было много... А он понять ничего не мог. Руки свои ко мне тянул. Корчился на постели, пока не утих окончательно.

Вспомнив, какие крокодильи слезы она лила на следующее утро, я невольно поежилась и обняла себя руками.

- А ты прекрасная актриса.

- Мне тоже так кажется, - снова рассмеялась она своим истерическим смехом. – Все так опекали меня, утешали. Даже эта тупая овца – Милли. Зря ты меня сегодня остановила. Она бы уже провалилась в Черное пекло.

- А Олаф? Он же ничего тебе не сделал.

- Он просто оказался не в том месте и не в то время, - беспечно пожала она плечами, из-за чего пистолет дернулся вверх. -  Я наткнулась на них, когда вышла погулять. Думала, пройду мимо, но уловила запах возбуждения и не смогла сдержаться. А тут ты.

- Ита, может это какая-то болезнь? Я никогда не слышала, чтобы феи убивали, кормясь энергией. Давай…

- Закрой рот! – прервала она меня и сделала шаг вперед. – Считай, что я исполнила твое последнее желание и удовлетворила твое любопытство. А теперь, пришло время говорить «пока»…

Еще шаг. Другой.

Холодное дуло уперлось в мой лоб. Зажмурившись, я почему-то начала считать от одного, но успела дойти лишь до трех, когда вдруг за спиной Иты раздался грозный рык.

***

Все произошло так быстро, что я не успела толком опомниться.

Когда открыла глаза, Ита уже лежала без сознания под соседним деревом. Ее пистолет утонул в сугробе, а вязаная шапка свисала с еловой ветки. Затем на меня упала мрачная тень. Мужские руки подхватили за подмышки и поставили на ноги. А так как я продолжала шататься, обняли за талию и прижали к широкой груди.

Такой знакомой, теплой и надежной.

Все еще находясь в ступоре, я даже головы не поднимала. Стояла столбом и почти не дышала, пытаясь понять, что сейчас случилось.

- Лютик, детка, с тобой все хорошо? – раздался в ухе обеспокоенный хриплый шепот. Обхватив пальцами мой подбородок, Дэйн приподнял мою голову и внимательно вгляделся в мое лицо.

Не в силах справиться с застрявшим в горле комом, я смогла только кивнуть. И тут из ушей словно вытащили пробки. Оглушающую тишину заполнили звуки леса: хлопот птичьих крыльев, шелест веток. И единственная мысль в голове – я жива!

- Спасибо, - просипела я и, поднявшись на цыпочки, уткнулась в его теплую шею. – Ита… Она в порядке?

- Настолько, насколько такая как она может быть в порядке.

- Великая Луна, ты успел. Я уже...

- Успокойся, малышка, - Дэйн зарылся пальцами в мои волосы и прижал к себе еще сильнее, делясь своим теплом. – Я с тобой, это самое главное. А страх скоро пройдет.

- Ты слышал, что она говорила? – затараторила я, пытаясь вывалить на волка всю информацию. – Это она… она убила своего мужа и остальных. Олаф, Милли. Великая луна!

- С ними тоже все хорошо, они живы. Она не успела, отвлеклась на тебя. За что люблю болтливых садистов – они так долго треплют языком, что забывают о времени. Ты как, можешь идти?

Осторожно переступив с ноги на ногу, я кивнула.

- Отлично. Ступай вперед. Я разберусь тут, и следом, - сказал Дэйн и подтолкнул меня к протоптанной нами дороге, что вела к отелю.

Обратный путь был длиннее, но давался намного легче.

Снег на тропинке был хорошо утрамбован. Не нужно было опасаться, что в глаз прилетит острая ветка. Страх потихоньку отступал. И исчез окончательно, стоило мне выйти к отелю.

Ступив на крыльцо и оказавшись в объятиях выбежавшей навстречу сестры, меня, наконец, прорвало. Слезы заструились потоком по щекам, обжигая оледеневшую кожу. Я украдкой вытирала их рукавом толстовки, пока Сола заводила меня внутрь и устраивала у камина.

- Лютик, милая, как ты? Не ранена? Не пострадала? - причитала она, передавая мне кружку с горячим чаем, которую из кухни принесла Фурин.

На меня во все глаза смотрели постояльцы «Отиен дроф», включая сидящих на диване Олафа и Милли.Хвала Луне, они действительно не пострадали!Не хватало только Дэйна и Иты. И пока мы ждали их возвращения, я, стараясь не сильно вдаваться в подробности, рассказала, что со мной произошло.

Узнав о том, кто стоял за произошедшими смертями, все заохали и принялись наперебой заявлять о своих подозрениях. И только неприметная жена эльфа Маглора - Татиэна выступила вперед и задала давно мучивший меня саму вопрос.

- Но разве феи могут убивать во время кормежки?

- Ита - аномалия, - завладел нашим внимаем О’Мелли, который все это время стоял, прислонившись к стене. – Всем кажется, что природа фей, как волков, эльфов, вампиров и многих других, изучена вдоль и поперек. Но это не так. Среди нас много аномалий, просто рождаются они редко. И даже родившись, могут до конца жизни так и не раскрыться полностью.

- И что это за аномалия такая? – спросил Маглор, почему-то искоса поглядывая на собственную дочь.

- Своего рода проклятие. Невозможность насытиться сексуальной энергией в тот момент, когда ты очень сильно зол. У нас даже сказка есть про прародительницу фей, что получила прозвище - «Питающаяся похотью».

- Кажется, я что-то такое слышала, - воскликнула Марисоль. – Эта та, где бедная девушка собиралась замуж, а жених за несколько дней до свадьбы ей изменил. Она сошла с ума или что-то вроде того и выпила его с любовницей досуха.

- Молодец, ушастик, - подмигнул ей Бойди. – Все верно. Если честно, я и сам считал это сказкой. Слышал, лет сто пятьдесят назад кто-то подобным способом иссушал работающих в приюте молодых фей. Одной удалось сбежать, и она опознала в убийце фею, жену одного из клиентов. Ее так и не поймали. Еще одна легенда.

- Странно, - задумчиво протянула я. – Если в случае Томаса и Милли в Ите взыграла ревность, то зачем ей понадобилось убивать мистера Свонсона? За что она на него злилась? Как смогла пробраться в подсобку, где его держали? Еще и возбудить…

Внезапно на все помещение раздался знакомый истеричный смех, услышав который, я невольно вздрогнула и вцепилась в руку сестры.

Застывший в дверях Дэйн удерживал крылья громко ржущей Иты.

- Вы еще не поняли? – отсмеявшись, она обвела нас всех издевательским, насмешливым взглядом. – Я не убивала Кармайкла. Иначе зачем мне носить с собой пистолет? Его убийца все еще среди вас!

Глава 22. Дэйн

«Когда в мире нет справедливости, приходится вершить ее самому»

Дэйн Холт

- Ты видишь то же, что и я? – уточнил я у стоявшего рядом напарника, чье пристальное внимание не отрывалось от распластанного у наших ног тела Свонсона.

Лунный свет и мой фонарь освещали его достаточно, чтобы понять, как мы с О’Мелли облажались, когда решили ограничиться первоначальным осмотром. И не устроили повторный, пока следы еще были свежими.

- Если ты про эти огромные розовые пятна, то да. Я вижу то же, что и ты, - скривившись протянул Бойди. Цветасто выругавшись, он накрыл тело полиэтиленовой пленкой, в которую, до недавнего времени, был завернут труп оборотня. – Твою мать, как мы это проглядели?

- Здесь как раз все ясно, - пожал я плечами. – Следы отравления Розовой пылью проявляются через сутки, а то и двое. Вскрыть его мы не могли. Причин повторно осматривать тело у нас не было. Да и зачем бы ему глотать порошок, если это верный путь к смерти? Или забыл, как его использовать?

- Самоубийство? – предположил фей.

- Чтобы этот высокомерный мудак вдруг решил убить себя? – приподнял я брови. – Маловероятно. К тому же, он был гребаным педантом до мозга костей. Продавал Пыль, но, чтобы самому употреблять ее? Свонсон заботился о своем здоровье. Каждые полгода посещал врачей. Проходил обследования. Проклятие, да я его медкарту в руках держал. Он был чист как стеклышко. Откуда взялась эта дрянь?

- Товар на продажу?

- Он его сбросил еще в Вулф-Роке. Наши парни должны были перехватить.

- Значит, оставил себе немного, - пожал плечами О’Мелли. – Успокойся, Холт. Мы сделали все правильно. А то, что он умер… Подумаешь, одной мразью на земле меньше стало. С минуты на минуту должен подъехать Аринтель с группой зачистки. Он уже звонил. Закончим здесь и вернемся домой.

- Мы с тобой планировали оставить обыск личных вещей Свонсона на парней, но может устроить его раньше? – предложил я. И тут же подкрепил свою речь весомым аргументом. - Так у нас больше шансов пережить головомойку от шефа Блау.

- Неплохая идея, - кивнул напарник.

- Займешься?

- А ты? – удивился он.

- А я тут вспомнил, у кого могло заваляться немного порошка.

***

Олафа я нашел сидящим на кровати в своем номере. Обхватив ладонями голову, он упирался локтями в колени и раз в пару минут издавал протяжный вздох.

Встреча с Итой, судя по пачке аспирина на прикроватном столике, не прошла для зеленого здоровяка бесследно. И как бы мне не было его жаль, нашу встречу я отложить не мог.

- Можно войти? – поинтересовался я. Орк кинул и приоткрыл левый глаз.

- Дэйн! Что-то случилось? Прости, из меня сейчас не лучший собеседник.

- Пара вопросов, приятель, и я оставлю тебя в покое, - закрыв за собой дверь, я встал у стены и осмотрелся.

Чистое помещение. Постель заправлена.  Вещи, аккуратной стопкой покоились на закрытом чемодане. Видимо, Олаф готовился выехать, но не успел закончить приготовления.

- Если ты по поводу нападения, то я уже все сказал. Мы с Милли просто болтали…

- Нет, я здесь по другому поводу, - перебил я его и встал напротив. – Подскажи, куда ты дел ту Пыль, что предлагал нам пару дней назад. Успел принять, или что-то осталось?

Парень, явно удивившись такому повороту, резко приподнял голову и тут же охнул.

- Проклятие, убил бы эту фею! Уже три таблетки проглотил, а боль все не проходит, - выругался он и, после небольшой паузы, продолжил. – Пыль… Холт, если бы я знал, что вы с Бойди копы, я бы никогда… Просто, понимаешь, я боксер. Всегда напряжен. А Пыль… она меня расслабляет.

- Я не собираюсь читать тебе нотации о вреде, что причиняет эта дрянь организму. Ты уже не ребенок, сам должен понимать. Мне просто нужно знать, ты ни с кем ею не делился?

- Я все потерял, - протянул он, подняв на меня виноватый взгляд. И тут же затараторил. - Нет-нет, я не вру, ты не подумай. У меня и с собой-то немного было. Так, на раз. Я на вторую ночь здесь на кухню оправился, воды попить, пакетик в кармане штанов лежал. А когда вернулся в номер, его уже не было. Ну, я, естественно, обратно, а там пусто. Может, где-то в другом месте выпал, или кто-то забрал? Я шум поднимать не стал. Не дурак.

- На кухне говоришь? – Орк быстро закивал. – Ясно, спасибо за помощь.

Уже спускаясь по лестнице, я задумался.

Даже если это зацепка, времени прошло достаточно, чтобы все концы были спрятаны в воду. Поход на кухню вряд ли что-то даст. Так есть ли смысл затевать расследование, если можно спихнуть его на плечи моего напарника-эльфа, который с минуты на минуту должен быть здесь?

Разум твердил «нет» и предлагал найти Лютика и решить с ней парочку насущных вопросов. А совесть, представ в моем воображении в виде шефа Блау, пригрозила пальцем. Это и решило мою дилемму.

Сидевшие в холле, на диване Сола, Коди и Ворф сторожили закованную в наручники фею, которая сушила крылья у камина и усмехалась как полоумная. Увидев меня, она расправила плечи и выпятила вперед необъятную грудь. Но не заметив особого интереса, оскалила мелкие зубы.

Пройдя мимо, я зашагал к кухне, из которой, в этот самый момент, вышла Фурин.

Видимо решив, что я собираюсь проинспектировать холодильник, она кивнула, придержала дверь и прошла мимо. А я зашел внутрь и встретился взглядом с ее матерью, которая чересчур энергичными для ее возраста движениями месила тесто.

- Мистер Холт, - радушно улыбнулась она мне. – Ужин будет готов с минуты на минуту.

- Я здесь не за этим, миссис Дворх, - пройдя внутрь, я огляделся. – Олаф пару дней назад потерял тут небольшой пакетик с розовым веществом. Вы его не находили?

Пожилая гномка отвела взгляд, и отрицательно качнула головой.

Ничего необычного. Я спросил, мне ответили. Считай, сделал все, что мог. Мне бы поблагодарить седовласую старушку и уйти. Но что-то удержало. Какое-то внутреннее чутье не дало отвести взгляд от ее лица. Благодаря чему я уловил слабое подрагивание губ.

Твою мать, ну почему я не прислал сюда Бойди? Фей умеет располагать к себе женщин всех возрастов. Отвлекать их внезапными вопросами. Щелкает как орешки. А я…

Подойдя к столу, я сел на стул, напротив нее и тяжело вздохнул.

- Миссис Дворх?

Нефти все поняла. Я осознал это по смирению, что отразилось в ее ответном взгляде.

Отряхнув от муки руки, она вытерла их о фартук, обошла стол и села рядом со мной.

- Я все расскажу. Честно, без утайки. Только пообещайте, что это останется между нами? Прошу вас, мистер Холт. Фурин не должна ничего знать.

- Я не могу вам этого обещать, Нефти. Для начала, мне нужно услышать вашу историю, - отказывать ей было тяжело. Что очень странно, ведь, судя по всем признакам, передо мной сидела преступница. А я все еще видел в ней милую и добрую старушку. – Зачем вы это сделали?

Промокнув уголком фартука глаза, гномка уставилась вниз, на свои руки.

- Мистер Свонсон – очень плохой человек. Из-за него из моей жизни ушло счастье. Ушел мой Герхи.

- Ваш муж?

Она кивнула.

- Прошло двадцать лет, но я сразу его узнала. Как только он переступил порог «Отиен дроф». Свонсон сильно поседел, но его желтые глаза… я все эти годы видела их во сне. Ненавидела так, что просыпалась среди ночи в поту с единственным желанием, найти эту сволочь и убить. И если бы не моя Фурин, давно бы наложила на себя руки.

- Что между вами произошло? Вы говорили ваш муж умер в автокатастрофе.

- Это ложь. Во спасение. Чтобы не травмировать мою маленькую девочку. Ее отца застрелили, когда он ушел в лес за грибами. Пьяный выродок Свонсон, со своими дружками принял его за какое-то животное. Ну это они так полиции сообщили, а как оно было на самом деле… Его ведь даже не арестовали. То ли связи помогли, то ли деньги большие. Отпустили на все четыре стороны в тот же день, а ко мне пришли его люди и сказали, что, если не буду держать рот на замке, мы с Фурин закончим как Герхи. Естественно, я испугалась. Не за себя. За дочь. Придумала для нее сказку с автокатастрофой и заперла свое горе на замок. Так и жила, ради нее, моей Фурин. Пока несколько дней назад не увидела перед собой этого… этого…

Старушка всхлипнула, но быстро взяла себя в руки.

- Он меня даже не узнал. Кто я такая, чтобы помнить? А я сразу поняла, живым его отсюда не выпущу. Сначала думала ружьем мужа воспользоваться. А потом пакетик с Розовой Пылью под столом здесь на кухне нашла. В начинку к пирогу подмешала. Вы Свонсона тогда арестовали и в подсобке заперли. А я ему поесть принесла. Ничего от пирога того не оставил. Весь съел. Вот такая история, мистер Холт. Арестуйте меня. Скажите, что сошла с ума на старость лет. Только Фурин про отца не рассказывайте. Я не хочу, чтобы она еще больше страдала.

Услышав ее историю, я сцепил зубы. Холодный пот – признак накрывшего с головой бешенства – выступил на спине. А отросшие когти впились в ладони.

Я знал, что она говорит чистую правду. Этот ублюдок при своей жалкой, никчемной жизни, погубила столько невинных, что сейчас, поди, жарится в Черном пекле, на самой раскаленной сковороде.

Не то, чтобы я не знал, сколько жертв оставил после себя Кармайкл Свонсон. Тут и проданные в рабство молодые девушки. И убитые им конкуренты. И разрушенные из-за его Пыли семьи. И развязанные из-за его оружия воины.

Мы слишком поздно напали на его след.

Но история Нефти поразила меня в самое сердце. Будь он сейчас жив - и я прекрасно это осознавал - задушил бы мразь собственными руками.

Почему эта старушка должна страдать из-за гребаного мешка с дерьмом?

Да, я коп. Блюститель закона. И любой мертвец, независимо от того, насколько он был тварью при жизни – мой клиент. Но не тот ли это самый закон, которым подтерлись мои так называемые коллеги, что в свое время не засадили оборотня за решетку, а выпустили на волю? И значит тоже замарались по самую шею в крови.

Проглотив застрявший в горле ком, я поднялся со стула, подошел к гномке и положил ладонь ей на плечо.

- Миссис Дворх, я ничего не скажу вашей дочери, и вы тоже… ничего о случившемся, никому не рассказывайте.

Уловив промелькнувшее в ее глазах удивление, я направился к выходу.

Глава 23. Сола и Лютик

«Любовь в кондиционированном воздухе»

Марисоль

Забравшись с ногами на стоящий в центре холла диван, я следила за мечущимися по первому этажу копами, которые прибыли в «Отиен дроф» около часа назад и уже успели допросить всех посетителей.

Нас с Лютиком на себя взял Дэйн. Проводил в свой номер, где усадил на кровать и сообщил, что Иту отправили в клинику для проверки на психические заболевания. И если ничего не подтвердится, ее будут судить за убийство Томаса.

На мой вопрос, по поводу смерти Свонсона, Дэйн, сжав губы, процедил, что старый ублюдок, боясь попасть за решетку за свои многочисленные преступления, свел счеты с жизнью.

Не то чтобы мне было его жалко. Скорее, туда ему и дорога.

Затем Холта отвлек один из его напарников. Высокий молодой эльф по имени Аринтель. Лютик ушла в наш номер собирать вещи для грядущего отъезда. А я осталась в одиночестве со своими мыслями. Ожидая, сама не зная чего.

Или кого?

Бойди я не видела уже час. Фей и еще пара копов ушли на улицу, скорее всего исследовать трупы, да так и не объявлялись.

Лютик вот-вот выйдет из номера и скажет садиться в машину, а я этому придурку даже «прощай» сказать не успела.

Еще не хватало удариться в плач. Если сестра увидит у меня хоть одну слезинку, начнет как заведенная повторять «я же предупреждала» и хрен ее остановишь!

И не плакать тоже не могу. Я как будто частицу себя здесь, с этим крылатым гадом, оставляю. Большую такую частицу. Без которой в душе образуется Черная дыра.

Лежащий рядом кот Роджер смачно мяукнул и продолжил дремать.

- Сола, ты бледная, как привидение, - произнес подкравшийся ко мне Коди. – Все в порядке?

- Все хорошо, - я вымучила веселую улыбку и, протянув руку, потрепала парнишку по волосам. – А ты почему еще здесь? Я видела твоего отца, он тащил чемодан на улицу.

- А, папа! - беспечно махнул рукой маленький эльф. - Он уже уехал.

- Как уехал? Без вас?

- Мама сказала ему, чтобы катился к своей лю-бов-ни-це. А мы бросаем его и будем жить втроем. Она, я и Эли.

Как ни странно, грусти в его обращенном на меня взгляде не промелькнуло. Лишь озорные искорки, приправленные ухмылкой.

- Мне очень жаль, малыш.

- А мне нет, - пожал он плечами. – Я давно не видел ее такой… спокойной. У нее светятся глаза. Думаю, это очень важно.

Ну все, сейчас у меня сорвет все шлюзы, и я устрою «Отиен дроф» такой потоп, какой он еще не видал. Держись, Сола!

Прижав Коди к себе, я чмокнула его в щеку.

– Мой номер телефона у тебя есть, помнишь я записала его в твой блокнот утром? – он кивнул. - Если понадобится помощь – звони.

Помахав мне на прощание, парнишка исчез на лестнице, а его место, рядом со мной, как-то незаметно для его комплекции занял Олаф.

- Прости, подслушал ваш разговор, - смущенно улыбнулся он. – Какой умный ребенок. А я только что с кухни. Храли с Хеленой уехали вместе. А вот Ульв с Олин по отдельности. Ей вроде стало лучше, это хорошо.

Я кивнула.

- А как там наши хозяйки?

- Ох, как я мог забыть? Мистер Ворф сделал мисс Фурин предложение, и она согласилась. Миссис Дворх от радости чуть на столе не сплясала. Спина подвела.

Запрокинув голову, я громко рассмеялась, чем привлекла к себе внимание проходящего мимо полицейского. Олаф кивнул ему и поднялся.

- Прости, задержаться не могу, там… - он отвел взгляд. - Милли ждет меня в машине. Я обещал подбросить ее до города.

- Олаф, мне очень жаль с тобой прощаться. Ты прекрасный друг, - я протянула ему свою ладонь и она утонула в его. Огромной и зеленой.

Закончив меня трясти, Олаф взялся за ручку чемодана и зашагал к выходу.

В этот момент из нашего номера вышла Лютиэль. На ее плече висела сумка с вещами, которыми нас облагодетельствовала миссис Дворх. А вместо одеяла, кутаясь в которое, она приехала в этот отель, была накинута мужская толстовка.

Ну вот и все.

Проклятие, как же быстро.

Не успела я сделать шаг, как мое запястье угодило в чей-то цепкий капкан.

- Далеко собралась?

***

В моей груди разлился жар, грозивший затопить с головой. Резко обернувшись и запрокинув голову, я встретилась взглядом с феем, на губах которого играла нахальная улыбка.

И чему он радуется? Моему отъезду? Ну так мог не утруждать себя проводами.

- Прости, я не умею прощаться, так что… катись, крылатый, мы с сестрой уезжаем! – я попыталась вырвать руку из его хватки, но ничего не вышло.

Дернув меня на себя, Бойди заставил меня впечататься в его каменную грудь и накрыл нас обоих своими крыльями, создав что-то вроде ширмы.

- Знаешь, - его хриплый шепот словно наждачная бумага прошелся по моим и без того натянутым нервам. – Я никогда ни с кем не встречался. Не ходил на свидания. Не жил вместе. И думал, что так будет всегда, что мне это не нужно. Я был женат на своей работе и меня это устраивало. Нет, неверное слово – мне это даже нравилось. Никакой ответственности. Не перед кем отчитываться. Никому ничего не должен. Звучит круто, признай?

- Признаю, - процедила я, смерив его хмурым взглядом. – А теперь дай мне уйти, меня ждет Лютик.

- Ты не поняла, ушастик. Я не хочу, чтобы ты уходила. Когда я думаю, что больше тебя не увижу, мне становится так хреново, что не хочется жить. Я далеко не идеальный говнюк. У меня миллион минусов, ты, наверное, заметила, - хмыкнул фей. – Я не могу обещать тебе сказочной жизни. Но поверь, буду всегда тебя защищать и никогда не дам в обиду. Может, попробуем?