Без масок Метельский Николай
Изобразив на лице удивление, я спросил:
– Нервничаешь, что ли? А то вопрос какой-то глупый. Ты вообще о скольких таких ритуалах за свою жизнь слышал? Камонтоку блокируют не просто так, обычно при этом из рода или клана выгоняют. Какой шанс, что таких людей обратно возьмут? Так что нет, Атарашики-сан никогда не проводила ритуал разблокировки камонтоку. Ну… данный вариант разблокировки. Про тот, который попроще, мы не говорим.
– Ясно, – кивнул он, снял рубашку и положил ее в одну из специально предназначенных для этого ниш. – Правда твоя, затупил.
Первое, что бросалось в глаза при входе в саму ванную, это Атарашики, сидящая на табурете. Как всегда, гордая, с прямой спиной и чуть приподнятым подбородком. И лишь потом взгляд выделяет вторую табуретку, стоящую в центре помещения.
– Садись, – махнул я рукой. – Спиной к Атарашики-сан, – дождавшись, когда он сядет, протянул ему таблетку: – Снотворное.
– Зачем? – удивился он. – Извини, опять туплю. Просто в прошлый раз ничего подобного не было.
– И это нормально, – чуть улыбнулся я. – Спиной к Атарашики-сан садись. Главное ведь не то, как блокируют, а то, как снимают блокировку.
– Согласен, – произнес он, беря у меня из рук таблетку. – Но я в целом смысла не вижу. Без вполне себе определенных артефактов все эти знания не важны.
– Практика, проверенная временем, – пожал я плечами. – Порой изгнанные возвращались… и силой получали артефакты в свои руки. Но без нужных знаний, сам понимаешь, это бессмысленно.
– Понимаю, – кивнул он, глядя на таблетку в своей руке. Пара секунд, и Рафу закинул ее в рот. – И как быстро она подействует?
– Ослабленная версия боевого варианта, – ответил я. – Чтоб организм не травмировать.
– Вообще-то мы, Мастера, ребята крепкие, – усмехнулся он.
– Думаешь, те, кто создал препарат, не в курсе? – усмехнулся я.
– Тоже верно. Атарашики-сан, – произнес Рафу, не поворачиваясь к ней. – Пока я еще в сознании, хочу попросить про… ще…ни…
Подхватить заснувшего мужчину я, естественно, успел. Удерживать спящего в сидячем положении – дело непростое, но и не сказать, что сложное. Проще было бы его на пол уложить, но тогда и Атарашики пришлось бы на пол опускаться, а этого она делать не собиралась. Типа слишком старая для этого, однако лично я думаю, что ей просто лень. Ну и несколько не по статусу: женщины в ее возрасте по полу в ванной не ползают.
Продолжая удерживать тело Рафу, встал сбоку от него. Проще было бы спереди, так как Атарашики будет стоять за его спиной, но, черт побери, мне же интересно! Хочется увидеть, как это все происходит.
– Он спит, можешь начинать, – произнес я.
После моих слов Атарашики поднялась и вытащила из рукава кимоно нож. Вполне себе обычный танто с деревянными ножнами и рукояткой. Разве что со стороны в первое мгновение могло показаться, что рукоятка черная, но это не так – просто на ней выжжены непонятные письмена. Рукоятка была почти скрыта этими самыми письменами. Зайдя за спину Рафу, Атарашики тихо заговорила на неизвестном языке. Для нас с ней это был просто набор заученных слов. Причем слов было не так много, отчего она повторяла их по кругу, раз за разом. Параллельно с этим Атарашики начала вырезать на спине Рафу опять же неизвестные знаки. Медленно и осторожно, не останавливая речитатива, она водила по спине Рафу ножом, только вот крови не было. Открытые раны – да, но кровь из них не вытекала, да и сами раны, стоило только перейти к следующему знаку, начинали закрываться, а вместе с зажившим знаком исчезал и один из старых шрамов, оставленный после блокировки камонтоку.
Реальная магия, черт возьми. Причем явно простейшая, раз уж ею мог пользоваться любой человек.
После того как Атарашики закончила, спина Рафу была чиста. Ни крови, ни старых, оставленных первым ритуалом шрамов. Убрав нож обратно в рукав, Атарашики молча отправилась в сторону выхода. Покосившись на нее, я вздохнул. Осторожно опустив тело на пол, – без моей помощи сидеть на табуретке Рафу не мог, – подошел к шкафчику над раковиной и вытащил оттуда шприц, содержимое которого и вколол спящему Рафу. Ну не ждать же, пока он очнется?
Проснулся он через минуту. Зашевелился, кашлянул, сплюнул.
– Ну и гадость! – произнес он, стоя на коленях и уперев руки в пол. – Словно де… – Тут он окинул взглядом ванную, не нашел Атарашики и продолжил: – Словно дерьма объелся.
– Спецсредство, – пожал я плечами.
Кряхтя напоказ, Рафу поднялся на ноги. Постоял, глядя на свои руки, после чего повернул ко мне голову.
– Можно? – спросил он.
– Валяй, – ответил я.
Ноль целых восемь десятых секунды, и вместо Рафу передо мной встал всамделишный элементаль огня. Фигура мужская, вместо глаз и рта – пятна более светлого оттенка общего красного цвета.
– Давненько это было, – прогудело пламя.
Кинув взгляд под ноги Рафу, отметил, что плитке плевать на то, что на ней стоит огненный человек. Еще пару секунд, и Рафу отключил камонтоку. Брюки на месте, ничего не сгорело.
– Забавная у Бунъя способность, – заметил я. – Пойдем обратно?
– Да, пошли, – ответил он.
Когда мы вернулись в гостиную, Этсу не сидела на диване, а полулежала на нем, причем в довольно сексуальной позе. С ее фигурой и сарафаном это было не особо сложно. При нашем появлении она одним движением приняла сидячую позу и, поправив одежду, окинула нас взглядом.
– Полагаю, все прошло удачно? – спросила она.
– Да, – ответил Рафу. – Синдзи свою часть сделки выполнил.
– Ну и отлично, – произнесла она. – Осталось договориться о том, когда поплывем.
– И откуда, – вставил я.
– Хм, – склонила она голову набок. – Аматэру, секретность, понимаю… Есть идеи? Мы-то придумать план сможем, но ты слишком публичная личность, и без тебя строить планы бессмысленно.
– План есть, – согласился я, усаживаясь в кресло. Рафу же сел рядом с женой на диван. – Яхту или другое судно доставать придется вам. Я же полечу в Малайзию.
– А ведь… – вскинула она брови. – Умно. Дела рода… Своя территория… Можно даже обосновать наш с Рафу визит к тебе.
– Именно, – кивнул я. – Вы археологи, а я что-то нашел на своей территории. Можно будет потом даже пару артефактов продемонстрировать. Плюс Малайзия – довольно далеко от нужного нам места.
– Мм… Лучше ничего не демонстрировать, – покачала она головой. – Слишком это показательно, а значит, подозрительно. С какой стати Аматэру вообще кому-то что-то демонстрировать?
– Репутация, – произнесли мы с Рафу одновременно. Еще и плечами одинаково пожали. Тем не менее я дополнил: – Репутация везунчика, ну и человека, который не упустит свое. Моя личная репутация, Аматэру в целом постольку-поскольку участвуют. Общественность все поймет правильно. В смысле, как нам надо. Да и «демонстрировать» – немного не то слово, я, скорее, намекну.
– Что ж, – пожала она плечами, окинув нас с Рафу взглядом. – В этих ваших аристократических заморочках вы лучше разбираетесь.
– Судно мы возьмем в аренду в Китае, – задумчиво сказал Рафу. – Есть у нас там связи, да и ближе это.
– И незаметнее, – добавила Этсу.
– Управлять судном сможете? – спросил я.
– Сможем, – отмахнулась Этсу. – Не впервой.
– Хорошо, – произнес я. – Тогда осталось обсудить, когда и где встречаемся.
* * *
Ситуация с главенством в роду Вакия довольно интересная, и я бы даже сказал – нестандартная. Чисто юридически главой является Вакия Тору, но на практике родом управляет Вакия Рю – отец Тейджо. И дело даже не в том, что Тору болеет или устал от власти, просто он свалил из Японии и отрывается где-то в Свободных землях то ли Африки, то ли Южной Америки. Развлекается, короче. А его сын Рю в это время тянет на себе весь род. Закономерный вопрос – какого хрена – никто задавать не решается. Неприлично это. Иногда Вакия Тору возвращается в Японию и выходит в свет, но случается это редко и, похоже, просто для того, чтобы показать, что он еще жив. В общем, за глаза главой рода называют именно Рю, а раздолбая Тору… именуют просто Тору. Вакия Тору-сан, если его упоминает кто-то младше по возрасту.
Это все к тому, что у меня не было мук выбора, к кому именно напрашиваться на встречу. С одной стороны, мне нужен глава рода, а с другой, речь пойдет о сыне Рю, так что лично меня данная ситуация даже устраивает.
– Добрый день, Аматэру-сан, – улыбнулся мне Рю, когда я зашел в гостиную его дома.
Гостиная, как, собственно, и сам дом Вакия, была построена в традиционном стиле, так что разговор предстояло провести на полу. Точнее, на татами. А если совсем точно, то на специальной подушке, лежащей прямо на татами. Собственно, Рю уже сидел на одной такой, приглашая меня занять другую. Нас разделял низкий столик, на который слуги уже выставили чай.
– Добрый, Вакия-сан, – кивнул я, усаживаясь напротив. – Заранее прошу прощения, если отвлек от важных дел.
– Все нормально, – улыбнулся он. – По-настоящему важных дел у меня, к счастью, сейчас нет.
– Я рад, – произнес я. – Дело у меня не то чтобы срочное, просто мне скоро по делам рода отъехать надо, да и потом неизвестно, что будет, так что беспокоить вас, когда вы заняты, было бы неприятно.
Помолчали.
– Что ж, Аматэру-сан, – заговорил Рю, – слушаю вас, с чем вы пришли ко мне?
Взяв чашку с чаем, я ненадолго замолчал, якобы собираясь с мыслями.
– Недавно у нас с Тейджо состоялся интересный разговор, – начал я. Уже на этих словах Рю нахмурился, но прерывать меня не стал. – И, признаться, его слова немного меня озадачили. Это правда, что у вашего рода, да и не только вашего, лишь одна система обучения?
– Так и есть, – ответил он, вздохнув. – Созданная Вакия для Вакия. Выверенная, отточенная веками использования. Нам просто не нужно что-то другое. Между нами, Аматэру-сан, я просто не понимаю, зачем нам что-то еще, и не уверен, что это «что-то» будет лучше имеющегося. «Система военного времени», как выразился Тейджо, это все та же система, только более интенсивная. Если позволите предположить, у вас то же самое, различия лишь в направленности. Система для членов рода, для штурмовиков, для диверсантов, для телохранителей, для слуг и так далее. Ну и все эти системы у древних родов более продуманны и отточенны.
Более интенсивная, значит.
– Спасибо за столь развернутый ответ, – поблагодарил я. – По большому счету все так, как вы и сказали, – произнес я задумчиво. – Да… По большому счету… Так вот. После нашего разговора Тейджо попросил меня о помощи, – сообщил я и сделал глоток чая.
На это Рю устало вздохнул и, уперев руки в колени, не поднимаясь на ноги, низко поклонился.
– Я прошу прощения за своего сына, – проговорил он. – За его наглость, настырность и отсутствие тактичности. – Рю выпрямился. – В его оправдание могу сказать, что Тейджо сильно… уважает вас и ваш род. Даже если чего-то нет или что-то невозможно, он уверен, что уж у Аматэру это точно есть и вы точно сможете.
– Я не имею претензий, Вакия-сан, – улыбнулся я ему. – Все нормально. Тем не менее меня заинтересовала данная задачка.
– Прошу прощения? – переспросил он немного удивленно. – Не совсем вас понял.
– У Тейджо есть потенциал, и я его вижу, – ответил я. – Мне просто интересно, насколько сильным он может стать. Проблема в том, что методы я собираюсь использовать необычные.
– Насколько необычные? – спросил он вроде как заинтересованно.
«Вроде как» – потому что мне показалось, что он, скорее, напряжен.
– Постоянное физическое и психологическое давление, – ответил я. – Без вашего разрешения я подобным заниматься не намерен. Плюс есть еще одна, на этот раз небольшая, проблема: у Тейджо довольно шаткая мотивация. Я готов помочь ему и с этим. Направить туда, где он будет развиваться до самого конца. Но…
– Мое разрешение? – покивал Рю. – И какой путь вы для него видите?
– Спорт, – улыбнулся я.
– Спорт? – удивился он. – Довольно обыденно. Вы уверены, что он захочет стать спортсменом?
Помолчал, взяв небольшую паузу.
– Да. Думаю, Тейджо втянется и не захочет все бросить, – произнес я задумчиво. – Он хочет стать сильным? Я сделаю его таковым. Я сделаю его сильнейшим в мире.
– Вы слишком высокого мнения об этом разгильдяе, – вздохнул Рю. – Мне лестно ваше мнение, но не уверен, что он потянет такое.
– Неуверенность… – проговорил я, рассматривая чашку в руках, после чего взглянул на собеседника. – Поборите ее, Вакия-сан. Вы его отец, думаете, он не чувствует вашей неуверенности? – Рю не ответил, молча глядя мне в глаза. – Если вы дадите мне разрешение тренировать вашего сына, ему будет очень трудно, больно, выматывающе. Я определенно подведу его к самому краю. И тогда он придет к вам и задаст всего один вопрос… – Тут я решил не уточнять какой, пусть сам для себя решит. – И что же вы ему ответите?
Целых шесть секунд Рю молчал и напряженно смотрел мне в глаза.
– Вы правы, Аматэру-сан, – произнес он и, улыбнувшись, расслабился. – Никакой неуверенности. Мой сын справится с чем угодно!
* * *
В Малайзию я вылетел на следующий день после разговора с отцом Тейджо. С ним самим я о тренировках не говорил, это дело будущего, а вот о своем временном отсутствии в стране сообщил. Собственно, как и остальным друзьям. Сам перелет был обычным и неинтересным, да и поездка на броневике тоже, но именно поездка вызвала у меня ностальгию – как в старые добрые времена, когда Малайзия была нашим врагом.
На том месте, где стояла военная база, строят полноценное поместье в традиционном японском стиле, с прудом, парком, садом камней и прочим. Вокруг поместья расположился военный городок, который больше напоминал пригород Мири. Со своими баром, кинотеатром, магазином, библиотекой. С востока, ближе к Мири, разместили большую четырехэтажную больницу. Военная база переехала на север, поближе к портам. Там же поставили и военные склады. И это я еще не говорю о том, что выстроено под землей, там фактически еще одна военная мини-база. Людей, правда, мало, так что все, что под землей, скорее просто поддерживают в рабочем состоянии.
Так как мое поместье только строят, я остановился у Махатхира. Мэр Мири тоже мой слуга, так что я никого из своих не обидел. Дом у Махатхира, к слову, построен в арабском стиле. Первый после приезда обед прошел у него же в расширенном, так сказать, составе. Я, Щукин, Добрыкин, Тойчиро Минору, глава целителей, и сам Махатхир. Святов с Ёхаем… Я был не против, но статус у них все-таки не тот. Мелковаты они для подобных обедов. Про сестер Ямада и вовсе молчу, они и сами бы с нами не сели, нашли бы отговорку. А вот Сейджун присутствовал, только не за столом сидел, а в самом темном углу столовой стоял. Бдел.
– С нефтью другая проблема, – вещал Махатхир. – Мы можем увеличить добычу нефти, но у нас нет возможности доставить ее адресату. Фудзивара просто не справляются, не те у них мощности. А старые перевозчики либо уничтожены в начале войны, либо не хотят рисковать судами.
– То есть сторонних перевозчиков вообще нет? – уточнил я.
Собственно, обед был полуофициальный, и большую его часть я выслушивал не то чтобы доклады, просто общую ситуацию на своих землях. И если Добрыкин занимался только военной частью дел, Тойчиро – здравоохранением, то Махатхир – всем остальным. И ему было что рассказать.
– Мм… – промычал он, подбирая слова. – Скажем так, мы уже используем всех, кого можем. Тем не менее время от времени корабли пропадают, а желающих с нами сотрудничать все меньше. Нам жизненно важно найти крупную фирму-перевозчика. Фудзивара тоже не абы кто, но у них изначально направленность другая. На рынке перевозок нефти они новички.
– А что с продуктами? – спросил я.
– То же самое, что и с нефтью, – ответил он. – По деньгам мы можем позволить себе больше, но плыть сюда готовы немногие. Острой проблемы с продуктами нет, но… – замолчал он. – Продуктовая ситуация сейчас практически такая же, как и до вашего прихода в Малайзию: желудок не то чтобы полный, но голодных смертей нет. Жить можно.
– И это при том, что деньги есть, – хмыкнул я. – Паршиво. Но полгода вы продержитесь?
– Если ситуация не изменится, то да, – кивнул Махатхир.
А там и война закончится. Так или иначе.
На следующий день я занялся инспекцией территории. Проехался по Мири и его окрестностям, навестил малайских аристократов, посетил военные базы и стройки. В общем, создавал иллюзию работы. Я ведь официально за этим сюда и приехал. Первый слой секретности, так сказать. Вторым слоем будет посещение некой нычки Древних, где я найду артефакт. А может, даже и два. Время на все это у меня было – родители физически не могут подготовиться к плаванию за пару дней.
Было скучно. Работа и не обязана быть интересной, но эта работа, откровенно говоря, была необязательной. Не бессмысленной – просто и без нее бы хуже не стало. Плюс ожидание… скажем так, приключения. Да, я взрослый человек, не авантюрист, но даже я подвержен любопытству. Мне очень хотелось узнать, что там, в этом Хранилище. Хоть немного почувствовать себя Индианой Джонсом. А тут еще малайские аристократы паломничество ко мне устроили… В общем, в ожидании чего-то впечатляющего даже обычная работа, которая никогда не напрягала, может начать подбешивать.
* * *
– Сакураи прибыли, господин, – отвлекла меня от документов старшая Ямада.
Светло-синее кимоно ей определенно идет.
– Где они? – спросил я.
– На Главной базе, – ответила она. – У Добрыкина-сана.
– Понял, – кивнул я, откладывая бумаги. – Передай ему, что скоро буду.
– Сделаю, господин, – поклонилась Эйка.
Финансовые документы Мири меня не очень интересовали, просто пытался убить время, и раз уж появился повод отложить их в сторону, особенно такой, я это сделаю без сожаления.
От дома Махатхира до базы на машине добираться недолго, так что уже через полчаса мы с Сейджуном были у дома Добрыкина. У него и в военном городке был дом, но жил он по большей части именно на базе. Щукин, Ёхай и Святов разместились у Добрыкина, а сестер Ямада я оставил у Махатхира собирать мои вещи. Сами сестры Ямада останутся у Махатхира. От идеи взять их с собой я отказался – и смысла особого нет, и как-то странно это будет выглядеть, я ведь вроде как где-то здесь буду. Так что к Хранилищу со мной поплывут Щукин, Святов и Ёхай. Они, в общем-то, тоже не особо нужны, но так как я, опять же, вроде как где-то здесь по лесам шастаю, сопровождение необходимо. Не в одиночку же я этим буду заниматься? Да и, откровенно говоря, мало ли? Лишними не будут.
Дом Добрыкина на военной базе был… Ну не хибара, конечно, но не чета тому, что в военном городке. Зато эту малютку каждую неделю проверяли на «жучки» и тому подобное. Тем не менее гостиная там была, и достаточно большая, в ней родители и расположились. Как и Добрыкин с Щукиным. Ёхай со Святовым сидели у крыльца и бдели.
– Рад, что вы наконец прибыли, – произнес я, войдя в гостиную.
– И тебе привет, Синдзи, – усмехнулась Этсу.
На этот раз они с Рафу были одеты одинаково по-военному – берцы, брюки, футболки цвета хаки.
– Как доплыли? – спросил я, садясь в кресло.
Щукин с Добрыкиным, кстати, сидели на простых стульях, а Сакураи – на диване. То есть кресло специально для меня оставили.
– Без проблем, – ответил Рафу. – Хотя ситуация в местных водах неспокойная. Это надо учитывать. Здесь сейчас злобствуют и англичане, и малайцы, и японцы.
Честно говоря, я уже не в первый раз задумываюсь о том, что делать ставку на Малайзию не стоило. Лично я никого не боюсь – но это если у меня под ногами земля. А вот на море… Не люблю море.
– Есть мысли, как нам минимизировать риски? – спросил я.
– Они не так уж и велики, – пожал плечами Рафу. – Нам необязательно придерживаться известных маршрутов. Ну выйдет чуть подороже, не обеднеем.
– Согласна с Рафу, – произнесла Этсу. – Не привлекая дополнительных людей, ничего особо и не сделаешь.
– Значит, рискнем, – вздохнул я. – Что у вас за корабль?
– Рыболовный траулер, – ответил Рафу. – Точнее морской буксир, замаскированный под траулер.
Ну здорово, блин. Вот как раз траулеры топят без разговоров. В отличие от грузовиков, с них взять нечего. То есть мы даже пикнуть не успеем, как на дно пойдем. Что уж тут про абордаж говорить? Это, правда, если англичан встретим. Японцы и малайцы рыбаков не трогают. Разве что малайцы досматривают.
– Ладно, рискнем, – сдержал я вздох.
Для похода в лес все было подготовлено заранее, так что сборы не заняли много времени. Уже через два часа наша группа вышла с территории военной базы и отправилась на юг моих родовых земель. Собственно, остаток дня мы на юг и шли, точнее, сначала ехали, а потом шли. Ночь я потратил на то, чтобы выявить тех, кто, возможно, последовал за нами, но так никого и не обнаружил. То ли мы действовали слишком быстро и неожиданно для шпионов, то ли их просто не было. В смысле, тех, кто за нами должен следить. Шпионов как таковых на моих землях, я уверен, полно. И с этим ничего не поделаешь, если только всех живущих тут малайцев выселять. Со временем станет попроще, но сейчас здесь чуть ли не проходной двор.
На следующий день мы сделали крюк и за пару суток добрались до настоящей цели нашего похода – небольшой бухточки, где стоял арендованный Сакураями траулер. Небольшой, пузатый, темно-синий, обшарпанный.
– Было бы не смешно, если бы его украли, – произнес Щукин, когда Ёхай со Святовым вытаскивали из кустов лодку.
– Здесь не бывает людей, – ответил ему Рафу. – По крайней мере, так было девять лет назад.
– То есть вы и здесь свои делишки проворачивали? – удивился я.
– Какие такие делишки? – посмотрел на меня с подозрением Рафу.
– Те самые, для которых нужна безлюдная бухта, – ответил я.
– Это были делишки клана Кояма, – влезла Этсу. – Хочешь подробностей, спрашивай у Кояма Кенты.
– Зачем мне Кента-сан, если есть ты? – спросил я после небольшой паузы.
– Мы живы не в последнюю очередь и потому, что умеем хранить секреты, – произнесла она без особых эмоций. – В том числе и чужие.
Не стал я развивать тему. Лично мне плевать на их секреты и на то, почему они еще живы, тем не менее я, например, им не доверяю, соответственно и секреты свои им не доверю, и что-то мне подсказывает, что Кента такой же параноик. То есть вряд ли у них за душой есть по-настоящему серьезные тайны. Чужие тайны, я имею в виду.
* * *
Не люблю море. Вокруг вода, причем соленая, опереться не на что, а под ногами – неведомая хрень. Так еще и чувство направления сбоить начинает. Стороны света я и в открытом океане определяю, да толку-то? Тут градус вправо, градус влево, и ты хрен знает где оказываешься. Если на земле, глянув на карту, я могу ее выбросить и просто по памяти добраться куда надо, то в море все не так. Вокруг одна долбаная вода, скорость судна не ощущается, чувство направления сбоит, стоит только прикорнуть на пару часиков, и ты уже без понятия, где находишься.
– Ты чего такой хмурый? – спросила Этсу.
Причем вид она имела несколько встревоженный. Понять ее можно. Когда человек моего уровня и силы, от которого сильно зависят твои планы, чем-то недоволен, это явно повод встревожиться.
– Не люблю открытое море, – ответил я.
– Есть причины? – поинтересовалась она.
– Мы привязаны к лоханке, которую можно уничтожить одним ударом, – посмотрел я на нее. – Тебя саму-то это не напрягает?
– Тогда тебя и самолет должен напрягать, – усмехнулась она.
– Только когда он летит над морем, – хмыкнул я.
Находились мы в рубке, и помимо меня и Этсу тут был и Рафу, который управлял траулером. Правда, Рафу стоял, а мы с Этсу сидели на раскладных стульях.
– А по-моему, от самолета ты зависишь больше, чем от судна, – заметила Этсу.
Рассказывать, почему мне плевать на самолеты, я не стал. Было тупо лень.
– Самолеты сбивают редко, а вот корабли топят на постоянной основе, – отмахнулся я и, чтобы немного отвлечься, попросил: – Лучше расскажи что-нибудь об артефактах. Хотя нет, лучше расскажи, с чего вообще эта история с Хранилищем началась.
Набрав в грудь воздуха для ответа, Этсу молча выдохнула.
– Уточни, – произнесла она. – Тебя интересует наша с Рафу история или с чего вообще все началось?
– Последнее, – ответил я. – Ваша история, уж извини, меня не очень интересует. Да и вряд ли ты честно ответишь. Я ведь правильно понимаю, в вашей личной истории секретов хватает?
– Это да, – кивнула она задумчиво. – Что ж, с чего все началось, я, пожалуй, могу рассказать.
– Темная история темных веков, – подал голос Рафу.
– Почему темных? – не понял я.
– Потому что начинается она примерно четыреста лет назад, – ответила Этсу. – Те времена… Да что уж там, мы о вступлении Аматэру в клан Кояма знаем больше, даже то, что, на секундочку, тысячу лет назад было. А вот времена ухода ёкаев из нашего мира пестрят темными пятнами. Так вот, четыреста лет назад… – произнесла она и вновь задумалась. Прерывать ее мысли я, естественно, не стал. – Примерно в ту пору род Минамото решил, скажем так, приподнять свой статус. Даже не так – изменить его. Они и до этого тихонечко ворчали, что, мол, Аматэру, может, и круты, но их «братскую» связь с императорским родом еще доказать надо, а вот они, и это все знают, как раз потомки принца, вышедшего из этого рода. Говорили они об этом тихо, а уж про «доказать» и вовсе шепотом, так как Аматэру тех времен… – запнулась она. – Я даже и не знаю, с чем сравнить их тогдашнюю силу и влияние. Клан Кояма в те годы сиял словно солнце. И был крайне агрессивен. Им это еще аукнулось после того, как Мэйдзи вернул власть своему роду. Не сразу, но обидчиков накопилось очень много, а Аматэру, потеряв Сикоку, сильно сдали в силе. Точнее, не из-за потери острова…
– Четыреста лет назад, – произнес Рафу, не оборачиваясь к нам.
– Да-да, увлеклась немного, – согласилась Этсу. – Кхм. Так вот. Минамото решили не ограничиваться словами, а получить официальное признание императорского рода. Сам императорский род в те времена был, прямо скажем, ничем, но и просто потребовать у него что-либо не получилось бы, так как за императором стояли Токугава. Нужен был повод. Причина, которую не смогли бы замолчать даже фактические правители страны. И этим поводом должен был стать подарок. И Минамото даже знали, где взять этот подарок. Тут, правда, встает вопрос – они заранее знали, куда идти, и потому приняли решение о смене статуса, или были настолько удачливы, что сразу после решения нашли, где взять подарок? Впрочем, это не важно. В любом случае сильно сомневаюсь, что Минамото понимали, за чем именно они идут. Да и если уж на то пошло, у них не было точных координат нужного места, на тот момент они знали очень мало… На самом деле это вольный пересказ всего того, что известно о той истории, – решила она неожиданно пояснить. – По факту мы не знаем о том, что у Минамото было на руках и как они пришли к тому, к чему пришли. В какой-то момент они заявили на всю страну, что Минамото – братский императорскому род и император должен это подтвердить. Это достоверный факт. То есть какой-то план у них был. И вся моя история строится на таких вот небольших фактах, часть из которых, правда, я почерпнула из записей отца, деда и прадеда. Так вот, возвращаясь к истории. Мы точно знаем, что в руки Минамото попала информация о месте битвы одного из древних императоров, но Минамото не знали точно, где это место, зато знали, кто им может помочь с поиском.
– Я… извини, прерву, – поднял я руку. – Битва императора с кем? Ну то есть… чем эта битва была так важна, что Минамото искали место ее проведения?
– Ты… – поджала она губы, – поменьше меня прерывай и все узнаешь.
– А сразу… Все, все, – махнул я рукой, решив не раздражать Этсу еще больше, – понял. Продолжай.
Прежде чем вновь заговорить, Этсу покачала головой.
– Так вот. Минамото знали, кто им может помочь с поиском, и этим кем-то были Ушедшие. В те времена их уже оставалось очень мало, а на территории Японии так и вовсе одна-единственная деревня. Так-то их было больше, но компактно проживали они только в одном селении. Там Минамото и нашли проводника. Я как археолог и историк крайне возмущена тем, что Минамото не описали, где находится место битвы, но что есть, то есть – никто до сих пор не знает, где пал император, сразивший Древнего.
После ее слов я практически мгновенно понял, о чем она говорит.
– Кусанаги-но цуруги, – взлетели мои брови.
– Именно, – кивнула Этсу. – Минамото умудрились найти место битвы, которая описана в сотнях книг и фильмах. Место, где погиб император Судзин и был потерян Кусанаги-но цуруги.
– Я думал, это сказка, – произнес я и тут же уточнил: – Битва императора и Древнего, а не сам Судзин.
– Битва имела место быть, – пожала Этсу плечами. – Разве что не один на один, как в фильмах.
– И точно не на море, – вставил Рафу. – Иначе Минамото ничего бы не нашли.
Ну да, есть и такая теория.
– В общем, – продолжила Этсу, – подарок тогдашнему императору они нашли знатный. Остается вопрос, почему они вообще его отдали? Такой артефакт… Возможно, с этим как-то связан тот факт, что Минамото вырезали ту деревню Ушедших. Фактически уничтожили последних из них в нашей стране. Те единицы, что остались, просто пропали. Ушли.
– Не понимаю, на фига они это сделали? – удивился я.
– Да кто их знает? – пожала она плечами. – Хотя… Может, Тайра теперь и знают – должны же они были хоть какие-то записи тех времен оставить. Но логично предположить, что пытались замести следы. Не хотели отдавать легендарный меч.
– А не проще было просто проводника убить? – спросил я.
– Так его и убили, – ответила Этсу. – А потом вырезали деревню. Мы ведь ничего не знаем о способах связи Ушедших. А в те времена об этом, видимо, знали больше, только вот не помогло. Да и к нашей истории это не имеет отношения, так что я не сильно интересовалась, в чем там дело.
– Как скажешь, – пожал я плечом.
Интересно, конечно, что там произошло, но мы уже вряд ли когда-нибудь узнаем. Особенно если это, по словам Этсу, «темные века».
– В общем, история с мечом нас не интересует, – продолжила Этсу. – Она тоже интересная, но лишь с исторической точки зрения. Например, по какой причине император, прямо скажем, послал Минамото? Учитывая, насколько его род был слаб, как он вообще на такое решился? Что за политические интриги происходили в тот момент? Император, Минамото, Тайра…
– Так интересует или нет? – спросил Рафу.
– Кмх. Ну да, – слегка смутилась Этсу. – В общем, история с мечом нас не интересует. Гораздо важнее, что именно нашли Минамото помимо Кусанаги-но цуруги – нашли они не только его. В записях прадеда указано, что они собрали целую телегу трофеев и среди них был артефакт, ценность которого Минамото так и не смогли оценить в полной мере. Это была маска, которая указывала координаты пользователя. Точнее, она указывала координаты чего угодно. Проблема была в том, что древние Минамото знать не знали, что вообще такое координаты. Для них это были непонятные циферки. Даже не цифры – знаки. Я уж молчу о том, что у Древних была своя система координат, из-за чего эта маска и в будущем была не сильно полезна. Тем не менее, если носить маску достаточно долго, что-то можно и понять. Только вот кому придет в голову носить бесполезную, пусть и красивую, ерунду? – усмехнулась Этсу.
– Ну, женщины ради красоты и не такое носят, – пожал я плечами.
– Именно, – улыбнулась она. – Ее звали Минамото Юми. Именно она предположила, что знаки – нечто вроде точек на карте. И именно она отметила тот факт, что при взгляде на картины Древних знаки не меняются, где бы эти картины ни находились. То есть маска показывала координаты того, что показывают картины. Эх… – вздохнула Этсу. – Мне бы эту маску… В общем, это была веха. Мой прапрадед наткнулся на дневник Юми и понял, что за сокровище в руках его рода. А моего прадеда изгнали за кражу у императорского рода картины Древних, которая показывала легендарное Хранилище, исчезнувшее тысячелетия назад. Кража, кстати, была удачной, в том плане, что императорский род про нее так и не узнал. Однако Минамото испугались и на всякий случай изгнали прадеда из рода.
– Ты говорила, что Тайра ничего не узнают, – заметил я. – Но если остались записи…
– Записи были уничтожены, – отмахнулась Этсу. – Говорю же – Минамото сдрейфили. То, что дошло до меня, было написано гораздо позже, когда стало понятно, что императорский род уже не выйдет на вора.
– Давай уточним, – вздохнул я. – Отец начинает… пусть будет поиск клада. Его сын продолжает дело, рискует и, возможно, подставляется, после чего отец изгоняет его из рода, уничтожает все записи, связанные с поиском клада… И через несколько лет поиск продолжается.
– Именно так, – кивнула Этсу. – Ты правильно понимаешь – изгнание было весьма условным, но при этом вполне себе официальным. То есть пусть не сам прадед, но хотя бы его сын должен был вернуться в род.
– А тут, как назло, война с Тайра, – усмехнулся я понимающе.
– Вот так я и осталась простолюдинкой, – развела она руками. – Зато живой. Связь моих родных с Минамото была тайной, так что про нее не знали. Для всех мы были… никем. Изгнанные без камонтоку. Даже не изгнанные – потомки изгнанных.
– О, – пришла мне в голову мысль. – Если не брать отца, то получается, что в прошлом моих предков аж три изгнания, а не два.
На что Этсу ухмыльнулась.
– Довольно редкая ситуация, – произнесла она. – Не уверена, что в истории вообще было нечто подобное. Ты уникален, Синдзи.
Смех смехом, а так и есть. Правда, думать об этом почему-то не хочется.
– Идите готовьтесь, – заговорил Рафу. – Минут через двадцать будем на месте.
Глава 4
Облокотившись на фальшборт судна, я смотрел на морскую гладь под нами. Темные воды, скрывающие в своих глубинах… всякое. На самом деле не имею ничего против дайвинга, меня напрягает то, что я землю не вижу, а ныряние с аквалангом – ерунда.
– Ну что, готов? – спросил Рафу.
– Естественно, готов, – усмехнулся я.
Наверное, даже хорошо, что я оставил Сейджуна в Малайзии. Это было непросто, но лучше так, чем выслушивать его ворчание и просьбы взять с собой под воду. На самом деле я как-то до последнего не задумывался о том, с кем именно я отправлюсь к самому Хранилищу, а когда дошло дело до выбора, с нами захотели плыть и Щукин, и Святов, и Ёхай. Только вот что там всем троим-то делать? Да и Рафу вполне четко сказал, что за двоими они с Этсу еще могут присмотреть, но оберегать от возможных ловушек четверых будет не очень удобно. Да и опять же – что им там делать? Меня защищать? Как-то даже смешно. Это, скорее, мне придется их спасать… Вот тут-то я и задумался, а какие опасности могут нас подстерегать? Ловушки? Мм… Возможно. Но если ловушка Древних активируется, то я максимум себя спасти успею. Сакураи? Честно говоря, я не представляю, зачем им причинять мне вред. Во всяком случае, там, в Хранилище. Им ведь потом на судно возвращаться, а делать это без меня… Ну что тут скажешь? Мои ребятки будут задавать им очень неприятные вопросы, и не факт, что родители эти вопросы переживут. Даже если они готовы к противостоянию с Мастером и двумя Учителями, судно это не спасет. Траулер точно не переживет потасовки подобного уровня. Ладно, предположим, что Сакураи все учли. Подготовили артефакты, разработали план, но тогда получается, что брать с собой кого бы то ни было просто опасно. Я-то довольно живучий малый, да и не знают они ничего толком о моих силах, а вот того же Мастера эти типы уконтрапупить способны. Доказано родом Токугава. Грамотная подготовка, артефакты – и тот же Щукин даже пикнуть не успеет. Ну так и на фига мне рисковать в Хранилище? Там нападать на нас будет всяко удобнее, чем на судне. И в этом случае я только подставлюсь, пытаясь защитить кого-то из соратников. Возможно, на это Сакураи и рассчитывают…
Пришлось приложить некоторое волевое усилие, дабы перестать об этом думать. Все-таки я немного параноик. Логика говорит, что Сакураям просто невыгодно убивать меня. Ладно – я, ладно – мои люди, но как они потом жить будут? Их будут искать не только Аматэру, но и как минимум Кояма. Как мне кажется. А если Атарашики попросит помощи – так и вовсе полстраны. Так себе перспективка. И это я еще не говорю о потере Хранилища и всего, что там лежит. Точнее, об обнародовании данных о существовании этого объекта. Хм, после такого за ними полмира гоняться будет. В общем, не важно, нападут они или нет, там, внизу, лишние люди будут мне только мешать.
– Вы, главное, помните, что с вами будет, если с господином случится что-то плохое, – произнес стоящий рядом Щукин.
Логику моего решения он понимал, но согласен с ним не был. Правда, и поделать ничего не мог.
– Сделай лицо попроще, русский, – усмехнулся Рафу. – Синдзи мой сын, и его жизнь дороже всего, что мы можем там найти. Нормально все будет, я присмотрю за ним.
Обойдя Святова и Ёхая, к нам подошла Этсу. Одетая, как и мы с Рафу, в гидрокостюм, с аквалангом и черной сумкой. Точно такую же всучили и мне, к слову.
– Ну что, мы идем или нет? – спросила она раздраженно.
В воду мы спускались по штормтрапу. Точнее, так спускалась Этсу, а мы с Рафу просто спрыгнули вниз. Под водой было на удивление светло, светлее, чем у берегов округа Мири. Несмотря на это, дна, естественно, видно не было, и куда плыть, я не знал, но мне это и не нужно было – я просто следовал за Рафу. Плыли мы на самом деле недолго, чуть больше десяти минут, точнее, цель нашего плавания я увидел через десять минут и тридцать восемь секунд после погружения под воду. Это сложно было назвать строением. Оно очень отдаленно напоминало что-то вроде пирамиды, но на деле из мутных морских глубин передо мной проявлялось какое-то нагромождение явно искусственно обработанных мегалитов. Слишком прямые углы, слишком много одинаковых камней. Впрочем, чем ближе мы подплывали, тем меньше это нечто походило на дело рук разумных. Не потому, что деталей больше появлялось, просто вблизи камни были огромны, и те самые детали, наоборот, терялись.
Пока плыли к… объекту, по привычке запоминал дорогу. Я бы этого и не заметил, но у самого объекта пришлось пройти через что-то типа арок, потом подниматься вверх и заплывать в какую-то нишу, потом в туннель… В общем, я бы не обратил внимания на то, что на автомате отслеживаю свой путь, если бы в какой-то момент моя память не дала сбой и мне не пришлось этот самый путь прокручивать в голове, определяя, где я сейчас нахожусь относительно нашего судна. Это я все к тому, что дайвинг, как ни крути, не мое. Одно дело – добраться из точки А в точку Б, и совсем другое – не заблудиться в каменном трехмерном лабиринте. Благо лабиринта все же не было и я смог запомнить наш путь.
Путь оканчивался тупиком в конце туннеля. Света тут, естественно, не было, так что мы использовали фонари. Рафу обернулся ко мне и помахал рукой. Что делать, я знал, так что, подплыв поближе, просто наблюдал, как он прикладывает к нужному месту артефакт-ключ, представляющий собой медальон бронзового цвета. Внешних эффектов не было, просто спустя полторы секунды он похлопал по плечу Этсу, и та, надавив на стену руками, начала проваливаться внутрь. Прям сквозь эту самую стену. После того, как она полностью погрузилась в стену, Рафу подождал полминуты и вновь приложил медальон к стене. Моя очередь. Переход ничем не отличался от такового в Хранилище Фудзи. Словно продавливаешь песчаную стену. Несколько секунд – и я на той стороне, где уже стоит снявшая маску Этсу.
– В глаза не свети, – сказал я после того, как вышел из стены.
– В сторону отойди, – произнесла она в ответ.
Но светить в глаза все же перестала.
Читать бесплатно другие книги:
