Совсем не ангел Маш Диана
Свободная рука, в кармане короткого платья, сжимала ярко-розовый шарик ведьминской пыли, которым меня и Искру снабдил Ратко. Расплющить его одним сжатием, и сделав всего один вдох, жертва отключается, заверил он нас. Продолжительность эффекта зависит от габаритов объекта, а так как Брасин весил не меньше молодого бычка, действовать мне придется очень быстро.
Остановился Свят только когда мы дошли до комнаты, расположенной в самом конце коридора, а затем вытащил из кармана связку ключей, увидев которую я затаила дыхание.
Среди них находился тот самый ключ, ради которого я и пошла на этот безумный шаг.
Отперев замок, он открыл дверь, и прежде, чем войти самому, подтолкнул меня в спину, чтобы вошла первой. А я и не возражала.
Звук закрываемой на ключ двери, отдался эхом в сердце, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Напряжение сковало мышцы, и по спине прокатил озноб, предвестник серьезных проблем.
Комнатка была небольшой и темной, но даже не включая свет, я разглядела стоящую в центре кровать, рядом с которой находилось кресло и столик. Судя по образцовому порядку, в комнате долгое время никто не жил, и Брасин прекрасно об этом знал, не зря привел меня именно сюда.
— Ну, чего ты ждешь, пупсик, снимай свое красивое платье и прыгай в постельку. Папочка ждет, — обозначившаяся на лице мужчины сальная ухмылка, заставила меня поморщится от омерзения, но пришлось тут же замаскировать свою реакцию милой улыбкой.
Отвернувшись от мужчины, я завела руки за спину и расстегнула молнию на платье, но прежде, чем оно упало к моим ногам, успела незаметно выхватить из кармана шарик.
Сзади послышался судорожный вдох.
Одетая лишь в черный лифчик и трусики, я повернулась к Святу и, спрятав за спиной ведьминскую пыль, раскачивающейся походкой направилась к нему. Приблизившись, встала на цыпочки, потянулась губами к его уху и промурлыкала:
— Теперь твоя очередь, папочка — боги, хоть бы Ангел не услышал, не хватало еще чтобы в комнату влетел разъярённый оборотень и поднял всех на уши.
На талию легли огромные лапищи, и я на секунду опешила, но быстро взяла себя в руки.
Была не была.
Поднесла ладонь с шариком к губам и дунула прямо в красную морду улыбающегося борова.
Он резко отпрыгнул в сторону и громко закашлялся, хватаясь за горло. Я быстро бросилась к тому месту, где оставила платье и начала натягивать его на себя, наблюдая, как Брасин сначала упал на колени, а затем и вовсе расстелился на полу.
— С-с-сука…
Веки его опустились, а тело охватила судорога, которая, впрочем, очень быстро прошла. Ровное дыхание подсказало, что мужчина уснул и я, бросившись к нему, упала на колени и начала лихорадочно ощупывать карманы, боясь, что он в любой момент может подняться и поймать меня на месте преступления.
Бинго!
Связка ключей была у меня в руках. Не зная, какой именно из них подходил к той двери, за которой находилась моя Ева, я схватил все что имелось, подправила одежду и парик, и бросилась к двери.
Руки дрожали, но с третьей попытки ключ подошел, и я, чуть ли не танцуя от счастья, кинулась бежать.
Чтобы добраться до лестницы, что вела на второй этаж, где мне требовалось оставить ключи, необходимо было вернуться в зал с гостями, что я и сделала.
Начала озираться по сторонам в поисках Искры, но ее нигде не наблюдалось. Администратор Павел нашел себе новую жертву, и сейчас распекал какую-то официантку, а Севара болтала с гостями мило им улыбаясь. Ни Шкурова, ни Мирона нигде не было видно, и можно было надеется, что их совещание в кабинете еще не закончилось.
Еще раз оглядевшись, я быстрым шагом направилась к лестнице, поднялась на второй этаж и нашла глазами оконную нишу. Подошла ближе, села на корточки и начала искать глазами тот самый проем между подоконником и полом, куда бы уместилась связка ключей, а когда нашла, быстро засунула их туда и постучала по наушнику.
— Ангел, ты здесь? — прошептала я чуть слышно.
— Здесь, и слышал каждое твое слово, лисенок, — раздался в ухе мрачный голос волка, — я еле сдержался, зная, что ты не простишь мне сорванную операцию, но Брасин свое получит, попомни мои слова.
Вспомнив, как я обратилась к Святу «папочка» и понимая, что мимо ушей Цанева это точно не проскочило, я зарделась от стыда.
— Зато ключ у меня, и я только что оставила его в проеме.
— Отлично. Искра не могла тебя ждать, Ратко приказал ей возвращаться к фургону. Беги на кухню, к задней двери, мы скоро приступаем, — переживая за него, и за дочь я находилась в крайне нервном состоянии.
Прикусив нижнюю губу, я тихонько прошептала:
— Ангел, пожалуйста, будь осторожен.
— Осторожность, мое третье имя, малышка, — усмехнулся оборотень.
— Третье? А какое второе?
— Сладкие губки, — встрял в наш разговор Никита, и все, кто находился на линии, засмеялись.
Я тоже не сдержала громкого смешка, но быстро прикрыла рот ладошкой, чтобы не привлечь к себе ненужное внимание.
— Я хотел сказать, отличная задница, но это тоже пойдет, — веселый голос мужа успокаивал меня как ничто другое, — Есения, иди на кухню.
— Да-да, я уже почти спустилась в зал.
Когда все происходит без сучка и задоринки, впору искать подвох, так как очень редко высшие силы дарят стопроцентную удачу, ничего не забирая взамен. Вот и в моем случае, все не могло пройти как по маслу, где-то обязательно бы что-то вылезло.
И оно-таки вылезло…
У входа на кухню меня остановил рассерженный Павел, и брызжа слюной, начал выговаривать.
— Где твоя подружка, с которой вы вместе пришли? У нас рук не хватает, зашиваемся, а вы шаритесь не пойми где. Если у хозяина что-то пропадет, вы первые попадете под подозрение!
— Я как раз шла на кухню за напитками, — уперла глазки в пол, чтобы он по лицу не понял, как я тороплюсь, — меня один из гостей отвлек, просил показать, где в доме туалет.
— Если через минуту не вернешься в зал, вылетишь с работы, как пробка. Ни в одно приличное заведение не возьмут, уж я-то позабочусь! — наверное, будь это моей настоящей работой, я бы испугалась, но сейчас меня волновал только успешный исход нашей операции, а потому быстро кивнула ему и, юркнув на кухню, устремилась к запасному выходу.
Ни повара, ни их помощники не обращали на меня внимания, так как были заняты готовкой. Дошла до двери, которая оказалась не заперта, дернула за ручку и… впечаталась в стену, которой оказалась мощная грудь одного из охранников Шкурова.
— И куда мы спешим, девочка?
* * *
— Ратко, что-то не так, — произнес Ангел, спрыгивая с подоконника на пол.
По изначальной договоренности, Никита сейчас должен был сторожить фургон, на котором они приехали и дожидаться возвращения девушек, но прошло уже десять минус с его последнего разговора с Есенией, а она так и не вышла из здания.
В наушнике тоже тишина, она не отвечала, сколько бы он ее не звал.
Беспокойство скручивало внутренности в тугой жгут, который не давал волку сосредоточится на поставленной перед ним задаче: забрать ключ из тайника, вырубить охрану и забрать девочку.
Зверь внутри ходил из угла в угол тихонько поскуливая и умоляя хозяина плюнуть на все, и бежать спасать ту, что успела, за короткое время их знакомства, занозой пробраться к нему под кожу.
— Ты о чем? — спросил Ратко отстегивая страховку.
— Есения уже десять минут не выходит на связь, и мой зверь… что-то не так и мы с ним это чувствуем, — твердая ладонь опустилась на его плечо.
— Пока мы не сунулись в самое пекло у тебя есть выбор. Ты можешь броситься на поиски своей женщины, но тогда весь план летит к чертям и ее дочь мы отсюда вытащить не сможем, а она тебя за это по головке не погладит. Либо мы идем за девочкой, а уже потом, если что-то действительно произошло, возвращаемся за Есенией. Решай, приятель, никто кроме тебя не может принять это решение.
Шумно выдохнув, Ангел сжал ладонями виски, будто боролся с сильнейшей головной болью. Он прекрасно знал, никаких, нахрен, вариантов у него нет. Если он отступит от плана и им не удастся вытащить малышку, лисенок его никогда не простит.
Окружив вторую сущность непробиваемой клеткой, Ангел поднял решительный взгляд на Ратко.
— Идем за девочкой, — напарник кивнул, поднял вверх руку и потряс уже добытыми ключами.
* * *
— В фургоне лежат штаны и футболка, может переоденешь уже это платье? — оскалился Ник, когда перед его глазами в очередной раз сверкнули соблазнительные бедра Искры.
— Чем тебе так помешало мое платье? У твоей любовницы, что сейчас развлекает гостей своего босса еще короче, но ей ты претензии не предъявляешь.
Послышалось низкое рычание, на которое девушка не обратила никакого внимания, так как прекрасно знала, что мужчина и пальцем к ней не притронется.
— Сколько можно повторять, мы с ней давно расстались!
— Ну, конечно, а помогать она нам по доброте душевной решила, — передразнила его Искра, и чтобы уж окончательно добить оборотня, положила ногу на ногу, отчего подол платья задрался чуть ли не до самой талии.
— Если не прекратишь меня изводить, я переброшу тебя через колени и живого места на твоей заднице не оставлю, — голос Ника звучал неестественно хрипло, будто каждое слово давалось ему с большим трудом.
— Это обещание? — Искра, пытаясь скрыть улыбку, прикусила нижнюю губу, и подняла на волка невинный взгляд.
— Испытай меня и узнаешь, — сверля друг друга голодными взглядами, они ждали кто первый сдастся и пойдет на попятную, но прошла минута, две, и ничего не происходило.
Искра положила ладонь на коленку и начала медленно вести ее вверх, будто нарываясь на те самые неприятности, которые обещали глаза мужчины.
Вот только сделать никто ничего не успел, так как резко открылась дверь и внутрь фургона влетел Ратко, а за ним и Ангел, держащий в руках завернутый в одеяло сверток.
— Гони скорее, — крикнул Нику Ратко, — скоро здесь будет жарко.
Глава 15
— И куда мы спешим, девочка? — не ожидая встретить тут кого-то из людей Шкурова, я застыла на месте, не в силах вымолвить ни слова.
Сердце забилась, будто птица в клетке, а душа, от страха, ухнула в пятки. В горле мгновенно пересохло, и единственное, на что я была способна, это словно рыбка открывать и закрывать рот.
— Я…я… — икнула и, шумно сглотнув, постаралась выдавить из себя улыбку, но ничего не получалось, — внутри душно. Выбежала на минутку, воздухом подышать.
— Здесь запрещено шастать без разрешения, — охранник схватил меня за локоть, открыл дверь и собрался уже было завести меня обратно, но внезапно отвлекся на стоящего в проходе повара.
Воспользовавшись моментом, я вырвала из его хватки руку, и со всех ног дала деру в сторону парковки.
— Стой, стерва! — бросился он за мной следом, но понимая, что бегаю я намного быстрее его огромной туши, решил позвать подкрепление, — эй, ребята, ловите ее.
Мне наперерез выскочило два огромных лба, и я даже притормозить не успела, как оказалась в лапах одного из них. Схватив меня за косы, он со всей силы дернул их и, слава богам, парик выдержал.
Но не наушник.
Мужчина проследил взглядом, как похожий на малюсенькую пуговицу прибор, вылетел из моего уха и упал на землю. Сев на корточки, он поднял его, покрутил в руках, и с ехидной улыбочкой взглянул на меня.
— Хозяину это понравится, — резко поднявшись, он снова уронил наушник и наступил на него. Раздался чуть слышный треск.
Этот звук отозвался эхом в самом сердце. Я будто наяву наблюдала за тем, как рушится моя мечта вызволить отсюда дочь, обнять ее и увезти из этого города, подальше от моего мерзкого бывшего босса.
Если я в скором времени не выйду на связь, Ангел, скорее всего, бросится на мои поиски пустив коту под хвост всю операцию. Ему нет никакого смысла спасать мою малышку. Он даже сюда приехал по моей просьбе.
На глаза навернулись слезы, которые я даже стереть не могла, так как охранник скрутил мне руки за спину и повел внутрь здания.
Сейчас доставят к Шкурову, и эта мразь получит то, чего он так хотел — меня, в полное свое распоряжение.
Сомневаюсь, что на этот раз мне станут предлагать руку и сердце. Скорее вытряхнут из этого платья и бросят на кровать. А там… хоть кричи, хоть не кричи.
Двое приятелей того амбала, что сейчас тащил меня через кухню обратно в дом, остались караулить на парковке, и я задалась вопросом, как же у Искры получилось проскользнуть незамеченной. Да и получилось ли? Очень надеюсь, что эта милая девушка, оказавшаяся здесь по моей вине, не пострадала.
Как ни странно, охранник не повел меня в зал, откуда громко лилась речь виновника торжества. Мы свернули в темную арку, и начали спускаться вниз по ступенькам. В лицо пахнуло плесенью и духотой. К горлу тут же подступила тошнота.
Цокольный этаж, в этом доме, кажется, обходили стороной, иначе как объяснить запахи и лежащую повсюду пыль?
Остановившись около небольшой подсобки, мужчина начал искать ключи по карманам.
— Куда вы меня привели? — едва не заикаясь прошептала я, не надеясь на ответ, но охранник попался разговорчивый.
— Посидишь пока тут. Хозяин освободится и решит, что с тобой делать.
— Но почему? Я же ничего не сделала? Я обычная официантка, и хочу домой, — громко шмыгнула носом, надеясь вызвать жалось в этом бесчувственном сухаре, но, похоже, только напрасно тратила время.
— Ничего не сделала? Только инструкции от кого-то через наушник получала. Тут одно из двух, ты либо журношлюха, что проникла сюда ради интервью с Владимиром Николаевичем, либо обычная воровка. В любом случае разбираться с этим будет уже он.
Открыв дверь, он впихнул меня в темноту и тут же запер на замок, но уйти далеко не успел, когда я услышала, как пиликнула его рация.
— Что за, мать вашу, проблема? Какого черта вы, три здоровых шкафа, упустили одну малявку? — пауза, — да мне плевать, что на вас внезапно напали. Носом землю рыть начинайте, и чтобы к утру она была на месте, иначе Владимир Николаевич вам яйца на голову натянет.
Стоя в тесной подсобке, где видимость была хоть глаз выколи, я чуть не скакала от счастья, узнав, что моя малышка спасена и она с Ангелом.
Он выполнил свое обещание. Он сдержал слово.
* * *
— Почему она молчит? — спросила Искра, когда Ангел передал Никите сверток, что всю дорогу до дома держал в руках.
— Спит, похоже. Не удивлюсь, если они чем-то ее накачали. Будем надеяться, что обычным снотворным, — бросил в ответ оборотень, по лицу которого было заметно, что мыслями он находится где-то очень далеко.
— Твари, она же малышка. Беззащитная маленькая девочка, — громко всхлипнув, Искра, оставив в гостиной Ратко и Ангела, побежала вверх по лестнице вслед за Никитой.
Они остановились напротив комнаты, которую ранее выделили Есении, Искра толкнула дверь, и пропустила вперед мужчину со спящей крохой на руках.
— Аккуратно, она может проснуться и испугаться, — бросившись к кровати, девушка скинула с него покрывало и взбила подушку.
Ник положил на кровать небольшой, завернутый в одеяло сверток, из которого торчали черные волосы, и половина детского личика с закрытыми глазками, и сделал шаг назад.
— Ты собираешься сидеть тут пока она не откроет глаза? — усмехнувшись, поинтересовался он, глядя, как Искра устраивается на кровати, рядом со спящей малышкой.
— Конечно, она проснется одна, в незнакомой комнате, и поднимет крик. А так я ее быстро успокою, — девушка пропустила сквозь пальцы мягкие локоны малышки, и расплылась в блаженной улыбке.
— Не знал, что ты любишь детей, — нахмурившись заметил Никита, словно под гипнозом следя за каждым движением ее руки.
— Как их можно не любить? Они такие милые и сладкие, разве не видишь? Когда-нибудь, и надеюсь, что скоро, у меня их будет двое, мальчик и девочка.
— Откуда такая уверенность?
— Гадалка, — пожала плечами Искра, не отрывая глаз от ребенка, — Ратко пришлось хорошенько раскошелится, когда я, в шестнадцать лет, при встрече с одной, вдруг решила узнать, какая меня ждет судьба.
— И что она тебе сказала?
— Ничего существенного на самом деле. Рано встречу истинную любовь…. — Ник низко зарычал, сжимая рукой спинку кровати, на которой лежали девушка с малышкой, но не сказал ни слова, — предсказала двоих детей, и… какие-то неприятности, но в подробности не вдавалась, поэтому я пропустила эту часть мимо ушей. Услышанного мне более чем хватило.
— Очень сомневаюсь, что Ратко позволит тебе в таком раннем возрасте думать о любви и детях.
— Мне уже восемнадцать, если ты забыл, — огрызнулась девушка, подняв на Никиту полный злости взгляд, — и я сама могу решать с кем и когда мне встречаться.
Не сдержавшись, мужчина резко схватил Искру за талию и, не давая ей коснуться ногами пола, прижал к себе.
— Хочешь, поспорим? — грубо прорычал он, когда она попыталась ударить его коленом в пах.
Девушка не успела ему ответить, так как сверток на кровати зашевелился и послышался тоненький детский голосок.
— Мамаська, де ты? — Ник с Искрой резко повернули головы в ее сторону и наткнулись на внимательный взгляд до боли знакомых серо-голубых глаз.
— Ангел! — их крик разнесся по всему дому.
* * *
Даже на расстоянии он чувствовал ее страх, ее тревогу за малышку и, кажется… за него. Вторая сущность рвалась на волю, желая лишь одного, добраться до Шкурова и оставить от него только мокрое место, пусть это и было подобно самоубийству.
Даже не учитывая тот факт, что ведьмак был одним из сильнейших в своем роде, наличие у него огромного штата охранников делало задачу Ангела в тысячу раз сложнее, и он это прекрасно понимал.
Оставшись вдвоем с Ратко в гостиной, он ходил из угла в угол, мысленно перебирая различные варианты спасения его девочки.
Голову разрывало от боли. От волнения хотелось выть на луну, но сейчас самое главное, это держать себя в руках.
— Успокойся, ты на грани обращения.
— Как я могу успокоиться, зная, что она в руках этой дряни, и он в любую секунду может причинить ей боль. Мне нужно было остаться там. Отдать вам девочку и вернуться за ней.
— За нами гнались по меньшей мере сорок охранников, ты бы и двух минут не выстоял. Пуля в сердце и поминай как звали.
— Я не могу тут сидеть, мне нужно ехать за ней.
— Стой! — бросил Ратко, поднимаясь с дивана, — давай дождемся Мирона, через час он должен выйти на связь. Он все еще в доме Шкурова и сможет помочь нам вытащить оттуда Есению.
— Целый час? Да за этот час с ней может произойти все что угодно…
— Ничего с ней не произойдет. У ведьмака полон дом гостей, и они будут там как минимум еще пару часов. Он не оставит их ради маленькой ведьмы. Максимум запрет где-то, но не тронет.
— Я не собираюсь строить предположения, когда на кону ее жизнь, Ратко, — схватившись за ручку входной двери, Ангел собрался дернуть ее на себя, но тут со второго этажа, где находились Искра, Ник и малютка Ева, раздался громкий крик.
— Ангел!
Не чувствуя под собой ног, оборотню потребовалось всего несколько секунд, чтобы взлететь вверх по лестнице и ворваться в комнату, где на него с удивлением уставились две пары глаз.
— Что, черт возьми, случилось?
— Тшшш, не ругайся, — стоящие вплотную друг к другу Искра и Ник около минуты переводили взгляд с него на кровать, а затем отошли в сторону.
Свесив пухленькие ножки в красивых туфельках, на кровати сидела маленькая принцесса. Накрутив на один из своих пальчиков черный локон, она прижимала второй ручкой к себе одеяло и сверлила Ангела пристальным взглядом таких же как у него глаз.
— Ты ничего не хочешь нам сказать? — решил прервать тишину Никита.
— Сказать…
— Ну да. Когда это вы с Сеней успели ребенка заделать? Вроде с того дня, когда я по телефону ритуал для вас проводил, не так много прошло.
Сглотнув образовавшийся в горле комок, Ангел медленно подошел к малышке, и сел перед ней на колени.
Внимательно изучая каждую черточку на ее лице, волк чувствовал, как образуется безвоздушное пространство, а сердце начинает щемить от боли. Незнакомые эмоции стали рваться наружу. Те, что раньше он никогда не испытывал.
Протянув вперед дрожащую руку, Ангел коснулся пухленькой щечки, и зверь внутри тут же заскулил.
Почему дочь Есении является зеркальным его отражением? Этого просто быть не могло. Нужно срочно вспомнить, что она рассказывала об отце девочки…
«Мы очень давно расстались и сейчас не поддерживаем никаких отношений». Вот и все. Больше она ничего не сказала, а он и не спрашивал, не желая мысленно представлять своего лисенка с кем-то еще.
— Привет, красавица, — голос вышел неестественно хриплым, — тебя зовут Ева?
— Дя, — кивнула девочка, — я Евя, а де мая мамаська?
— Ее сейчас тут нет, но она скоро вернется. Обязательно вернется, — ребенок кивнул, отпустил одеяло и, так же как и Ангел до этого, коснулась пальчиками его лица.
— Ти кьясивый, — смущенная улыбка на ее щечках обозначила две умилительные ямочки, увидев которые Ангел чуть лужей у ее ног не растекся.
— Ева, скажи, ты видела меня раньше? — решил попытать удачу волк. Малышка снова кивнула.
— Где это было и когда?
— Ва сне.
Глава 16
Даже находясь на нижнем этаже, в запетой подсобке, где стены были отнюдь не тонкими, я отчетливо слышала играющую наверху музыку, обрывки речи Шкурова, и громкие аплодисменты гостей.
Эйфория, от осознания, что моя девочка была в безопасности, стала потихоньку стихать, и на ее место пришел панический ужас.
Каждую секунду я ждала, что дверь откроется, и сюда ворвется изрыгающий пламя бывший босс, что пройдется по мне своим похотливым взглядом, и прикажет своим крысам затащить меня в его комнату, раздеть и привязать к кровати.
Забившись в самый угол темной коморки, я, согнув ноги в коленях, обнимала их руками и раскачивалась назад и вперед.
Я настраивала себя на борьбу не на жизнь, а на смерть. Не важно, узнает ли кто-то, что я не такая светлая ведьма, какой мне хотелось казаться. Пусть я умру, но прихвачу на тот свет парочку мразей, что работают на Шкурова, а если очень повезет, то и его самого.
На кончиках пальцев начала скапливаться энергия для удара, и больше всего на свете я сейчас жалела, что не попросила Аглашу научить меня чему-то более существенному, чем заклятие остолбенения. Но именно благодаря ему я и избавилась от четверых охранников, посланных Ангелом, значит не все еще было потеряно.
Аглая… как она там одна в нашей квартире, где сейчас не было ни Евы, ни меня? Конечно, волнуется и скучает. А я даже весточку ей отправить не могу, предупредить, что со мной, и где меня искать. Какая же я ужасная подруга.
Внезапно на меня навалилось чувство тоски. Не знаю, от чего, но в груди защемило, да так больно, что я не могла вздохнуть. Знала только одно, все эти ощущения, они не мои. Они принадлежат кому-то другому и, скорее всего, этим другим являлся мой муж.
Он узнал.
Как я могла надеяться на то, что в процессе вызволения Евы, он на нее даже не взглянет. Ее черты в мельчайших деталях копировали его собственные. Не заметить этого просто невозможно. Если не он, то его друзья уж точно не оставят это без внимания.
А если с узнаванием, к нему вернется память?
Стерла кулачком покатившуюся по щеке слезу.
Если это произойдет, я больше никогда не увижу в его глазах тот лукавый, многообещающий взгляд, каким он смотрел на меня в ванной комнате в особняке, что занимала его команда. Он вспомнит все, и как изменял, и что я… убийца.
Все эти приключения, что свалились на нашу голову, заставили меня забыть о причинах моего побега от Цанева три года назад. Я будто заново родилась, купаясь в его внимании. Но когда-то сказка должна была закончиться. Когда-то карета должна была превратиться в тыкву.
Вот так изнывая от неизвестности я и сидела в темноте, когда внезапно раздавшийся голос заставил меня подскочить на месте.
— Есения, вы тут? — я его сначала не признала, и даже раздумывала, нужно ли отвечать, но дальнейшие его слова вызвали во мне небывалое облегчение, — это я, Мирон.
Черт, черт, черт, это же сам король гоблинов! И насколько мне известно, он играет на стороне Ангела, а значит, ему можно было доверять.
— Я здесь, в подсобке, — громко прошептала я, боясь, как бы нас не услышал кто-то из охраны.
— Отлично! Я боялся, что не смогу вас отыскать до того, как закончится вечер. Ратко сказал, что Шкурову удалось добраться до вас, попросил помочь. А тут один из моих ребят услышал, как охрана перешептывалась о пойманной девушке. Я решился сам за вами спуститься. Вряд ли бы вы доверились кому-то еще, после короткого знакомства с Амиром.
Послышался глухой смешок. Похоже, Мирон вспомнил о том, как меня чуть не зализал один из его подопечных. Не очень приятные воспоминания, но сейчас мне было абсолютно не до этого.
— Мирон, у вас есть ключ? — мой голос дрожал от волнения. Я изо всех сил гасила любую надежду на спасения, боясь, что, если отдамся ей, разочарование будет неизбежным.
— Лучше, девочка моя. У меня есть дамская шпилька, которую мне одолжила моя хорошая знакомая, и по совместительству гостья данного мероприятия — Кружина Елена Николаевна, — он продолжил рассказывать о том, какая необыкновенная женщина, эта Елена Николаевна, а сам параллельно работал с замком.
С моей стороны слышались скрипы и скрежеты, а сама я стояла вплотную к двери, переминаясь с ноги на ногу, готовая в любую секунду выскочить пулей наружу и бежать отсюда без оглядки.
— Ну вот, вроде, и все, — произнес Мирон, и входная дверь распахнулась, явив мне темный коридор, по которому меня тащил охранник, и стоявшего рядом с подсобкой гоблина.
От переполнявших меня чувств, я не придумала ничего лучше, как броситься его обнимать, и судя по тому, как старик закряхтел, немного перестаралась.
— Пошли, девочка, покажу тебе выход, который мои подданные в этот дом прокопали. Только ползком придется, а на тебе платье коротенькое, — стрельнул на меня веселыми глазками и тихонько засмеялся, — да не переживай, я первым пойду.
А я и не переживала, так как мыслями была уже с Евой и… Ангелом.
* * *
— Повтори еще раз, малышка. Где ты меня видела? — дрожащим, от переполнявшего его щемящего чувства, голосом спросил Ангел.
— Ва сне. Ти зил в бассом замки и мы с мамаськой този там зыли. Вы укьядывали миня спать, цеовали в носик. Ты гаваил сто я твая пинцесса.
С той стороны, где стояла Искра, раздался громкий всхлип. Девушка прижала ладони к лицу, и отвернулась от всех.
Ангел сглотнул и втянул побольше воздуха. Голову пронзила режущая боль, когда перед глазами встала сцена, как будто из прошлого, где Есения, обхватив руками его лицо, тянется к нему своими пухлыми губками.
Через секунду образ испарился, но в мельчайших подробностях остался в памяти.
— Когда ты видела этот сон?
Девочка подняла вверх ручку и начала загибать пухленькие пальчики.
— Вчия, ни вчия, — нахмурив лобик, она прикусила нижнюю губу, — я много яз видеа.
— Евочка, ты хорошо себя чувствуешь? Тебя злой дядя не обижал? — Искра, у которой глаза все еще были на мокром месте, села на колени рядом с Ангелом, — может, ты хочешь кушать?
Малышка кивнула, и этот кивок явно относился к последним словам. Искра вскочила с колен и со всех ног понеслась на кухню.
Ева, видимо что-то вспомнив, грустно вздохнула.
— Дядя пвахой, у ниво валосики загоелись и он пиказал миня атшьепать, — волк низко зарычал, но тут же прекратил, боясь испугать ребенка, — дугой дядя ни атшьепал, я сказава сто и ему че нибуть падпаю.
Никита хмыкнул в ответ на признание девочки, за что Ангел подтолкнул его к выходу.
Когда они остались наедине, Ева снова коснулась пальчиком лица Цанева, рисуя на нем только ей известные узоры, а он ей не мешал.
— Ти мой папаська? — ее вопрос ударил оборотня словно обухом по голове. Сердце застучало с бешеной скоростью, а зверь внутри зарычал и потребовал от него немедленного положительного ответа, признав эту малышку как свою собственную.
— А что мама рассказывала тебе про папу?
— Сто он пинц и зывет в боссом зямки. У ниво осень осень много дел, но када нибуть мы его увидим.
— Я не принц, солнышко, и живу не в замке, но я буду счастлив, если ты будешь называть меня папой, — как ни странно, слова дались ему легко, и даже стоящий в горле комок не помешал произнести их вслух.
— Будю, — оказалось, что он, затаив дыхание, ждал ее ответа.
Сейчас Ангелу было не важно, его она дочь, или нет. Она ребенок Есении, и этим все сказано. Правда, это не исключает того факта, что им с ее «мамаськой» о многом нужно будет серьезно поговорить.
Внизу раздался стук, но Ангел не обратил внимание, зная, что и Ратко, и Никита смогут разобраться с любыми не прошенными гостями.
Ева, понимая, что все его внимание сосредоточилось на ней, начала рассказывала волку про игрушки, которые остались у нее дома, с некой «Агласой». А когда Цанев пообещал, что они непременно поедут туда вместе с ее мамой и заберут их, запрыгала по кровати, напевая, что ее «папаська» самый лучший на свете.
В этот момент, дверь в комнату распахнулась, и внутрь влетела запыхавшаяся Есения.
Глава 17
Сергей стоял, прижавшись к стене, и не мог оторвать глаз от разворачивающейся перед ним картины: взбешённый ведьмак, плавно водя руками в воздухе, прожигал гигантскую дырень в груди его приятеля и коллеги, который все еще находился в сознании, но, так как сорвал голос, даже пикнуть не мог в ответ.
Читать бесплатно другие книги:
