Делить тебя Невеличка Ася

Глава 14. Распахнутые двери

Яна.

Я судорожно стягивала полы прозрачного халата, прекрасно понимая, что он меня не прикроет, даже если семь раз обернуть вокруг себя. Черт! Почему Женя не проверяет место свидания заранее?

— Игорь — это я. Но если ты предпочитаешь давать членам имена…

— Н-нет… Я…

…Не могу отвести взгляд от подрагивающего кончика, от аккуратно подстриженной интим-зоны, от стекающих по телу Игоря капель, оставляющих мокрые дорожки на вылепленном животе, на мощных бедрах…

У меня внутри налилась тревожная сосущая тяжесть. Какие там бабочки! Только голодная алчная потребность. И мне неприятно осознавать, что хочу я не секса, не просто секса. Я хочу его с Игорем. А-а-а-а!

— Ты здесь надолго? — я старалась не выдать голосом бушующие во мне чувства.

— Нет, закончил. Полотенце не подашь?

Наконец-то получилось отлипнуть от созерцания его эрекции и навязчивых позывов провести рукой по члену вверх-вниз, дотронуться до яичек…

— Э?

— Полотенце.

Я оглянулась, заметив за спиной на топчане большое полотенце, которое подхватила и протянула Игорю. Он словно поймал меня взглядом и не торопился забрать, подошел близко, слишком близко, а потом резко дёрнул, что я покачнулась вперед, падая на него, прижимаясь к мокрому телу.

Через тонкую ткань халата влага просочилась на мою кожу, мгновенно нагрелась между нашими телами и разве что не зашипела испаряясь. Зато зашипела я:

— Мы же договорились?

— Да, — прошептал Игорь, не придерживая меня, но и не отступая. — Я обещал не трогать тебя, но…

И без окончания фразы было понятно, что все подстроено и сейчас именно я лежу на нем, а договоренностями это не запрещается.

И я все еще на нем, чувствую твердое тело и упирающийся в живот напряженный член. И мое дыхание сбивается, глаза заволакивает туман, а по спине расходится наслаждение. Меня передернуло до мурашек, и только тогда Игорь сжал мне плечи и толкнул к стене, нависнув надо мной.

— Ты плохо продумала свои условия, Яна. Потому что я могу вывести тебя из равновесия не дотрагиваясь. Есть много способов… показать желание.

Он качнулся, и на секунду мне показалось, что поцелует. Я непроизвольно выгнулась, вскинув руки ему на грудь, и прикрыла глаза, подставляя губы.

Почувствовала его дыхание и услышала шепот:

— И только один — удовлетворить его. Я буду ждать, когда ты попросишь.

В ту же секунду Игорь отодвинулся, а мне стало холодно без жара его тела и в мокром спереди халатике.

Гад!

Я открыла глаза, только чтобы снова разочарованно простонать от его неторопливых, нарочито показательных вытираний тела. Глаза Игоря насмехались надо мной, когда он медленно промакивал полотенцем влажное тело, начиная с груди, подмышек, по рукам, вниз по прессу и пах.

— Спину не вытрешь?

Я вздрогнула и усердно замотала головой. Зачем я сюда пришла? Ведь не плавать, иначе не напялила бы на себя дорогущий комплект кружевного белья… Но зачем-то пришла в бассейн.

— Мне надо идти.

— Куда?

Хороший вопрос! Я зачаровано смотрела на перекат мускулов на спине, когда Игорь свернул жгутом полотенце и встал ко мне вполоборота, вытирая спину, двигая лопатками и руками. И как нарочно заостряя внимание на заднице, крепкой, накаченной, идеальной заднице… Я выдохнула и в два шага подскочила к двери и вышла из бассейна, услышав донесшийся в спину смех.

Только добравшись до спальни, я вспомнила, что у меня свидание! Да-а-а… Руки до сих пор трусило, возбуждение накручивало узлы внизу живота, грудь болезненно чувствовала каждое движение намокшего халата, а перед глазами все еще стоял обнаженный, наглый и не меньше меня возбужденный Игорь.

Я стянула халат и вытянулась поперек кровати. Закрыла глаза и представила вместо Игоря Женю. Пульсация между бедер притупилась. Не пропала, а стала не такой острой, что ли. Чувства к Жене были другими, более спокойными, предвосхищающими наслаждение. И когда я думала про Женю, про секс с ним, меня не плющило от неправильности, от чувства вины и стыда.

А вот когда я представила Игоря… Рука потянулась вниз, я задела сосок через кружево бюстика и вздрогнула. Разряд чувствительности прошил насквозь, ударяясь в промежность, заставляя сильнее сжать бедра и застонать от неудовлетворенности.

Не знаю, где ходит Женя, возможно, ему придется меня подождать, но сейчас, наедине с собой, я хотела бы попробовать еще раз. Сама. Поэтому легла поудобнее и запустила руку в трусики.

Между ног сыро, очень сыро, даже трусы промокли, зато внутрь скользнула пальцами без какого либо дискомфорта. Вот только удовольствия от проникновения не испытала. Безрезультатно имитировала движения несколько раз и выскользнула, надавив на клитор. Легкая вибрация прошлась по телу, но облегчения не принесла. Я снова нажала на бугорок, но следующая волна оказалась слабее предыдущей. Зато томление внутри собиралось по нарастающей. Что он сказал?

«Есть много способов показать желание и только один — удовлетворить его».

А еще сказал, что «будет ждать, когда я попрошу», но этого не случится, потому что я с Женей. И как буду себя чувствовать, если вдруг переметнусь к Игорю? Что скажу ему, им? Как объясню себе? Нет, это невозможно. Я с Женей, к тому же на свиданиях у нас все очень жарко.

На свиданиях. Черт! Я забыла!

Рядом хлопнула дверь, значит, Игорь уже вернулся из бассейна в спальню, а я могу спуститься в бассейн и дождаться Женю. Нужно как-то заканчивать с этими играми. Мне кажется нам уже пора доверять друг другу и перестать прятаться за масками. Он знает, что я принимаю его более жесткий секс гораздо лучше, чем нежные неторопливые ласки в спальне. И не буду смеяться, если Женя захочет поэкспериментировать в сексе.

Подхватив маску и замотавшись сухим большим полотенцем, я поспешила на место свидания, планируя, что сегодня, под конец, обязательно сниму маску и попрошу повторить Женьку снова, глядя мне в глаза.

* * *

Оставив на себе свой чудный комплект вдохновляющего белья, я закрылась в душевой комнате больше напоминающей грот, выдолбленный в мраморной скале. Тут даже душевой лейки не было, зато много примочек с подачей воды — от симуляции водопада, до струйного массажа. Все никак не могла выбрать время, чтобы испробовать все возможности модернизированного душа.

Я натянула маску и обратилась в слух.

Уже минут через пять стеклянная дверь отъехала и закрылась следом за входящим. Носом привычно втянула в себя резкий парфюм и в животе инстинктивно тренькнула пружина, начиная снова сжиматься и тянуть.

Прислонившись к холодному мрамору, я резко выдохнула. Желание получить секс, сразу, без прелюдий, лишало терпения. И я уже знала, что сегодня избавлюсь от стыдливых фантазий насчет Игоря. Мой секс будет ассоциироваться только с Женей и ни с кем больше.

Его руки развернули меня лицом к стене, прижали. Снизу он втиснул колено, и я раздвинула ноги, чтобы не мешать творить ему с моим телом все, что захочет. А он похоже хотел так же сильно, как и я, поэтому быстро избавил меня от белья и сжал груди, вжимаясь в промежность твердым членом.

Мои мысли предали меня, как и тело. Я выгибалась и выпячивала попу, стонала от его грубых ласк и бесстыдно терлась о член. Все наше общение сейчас состояло из прерывистых выдохов, тяжелого дыхания, подавляемых стонов нетерпения и тихих вскриков, моих, которые прорывались сквозь стиснутые зубы.

Он вошел в меня резко, на всю длину и замер. Я почувствовала себя пришпиленной бабочкой, но очень счастливой бабочкой, которая родилась только чтобы коллекционер её поймал и наколол для себя…

Да, несколько раз… Много раз…

Я вскрикивала не сдерживаясь, прекрасно понимая, что меня никто не услышит, кроме любовника. Каждый его выпад бедрами расходился по телу раскатами грома. Я все ближе скатывалась к краю, с которого рухну. Не понимала, откуда в моем теле столько эмоций, почему я так остро чувствую своего мужчину внутри, почему это всегда происходит на грани с болью?

Боль я тоже чувствовала, вздрагивая от мощных толчков его члена, от впечатывающихся в меня жестких бедер, от сжимающих соски пальцев, от укусов за шею, плечи, спину.

Женя брал меня не жалея, почти больно, если бы не было так щемящее сладко.

Я умирала от испытываемых чувств и жадничала, пытаясь получить еще больше. Сейчас я совершенно не думала про Игоря, и даже про Женю не думала. Сейчас я упивалась процессом и затапливающим чувством приближающегося оргазма.

Вдруг движения прекратились, член выскользнул из меня, а я не сдержала стон разочарования. Черт, я ненавижу, когда кульминация срывается! Ненавижу! Хочу получить его, хочу чтобы он снова наполнил меня и двигался, двигался… Ведь было так близко, рядом…

Его пальцы сжали ягодицы и ладонью он размазал мою смазку между ними. Я пошевелилась, безмолвно предлагая закончить начатое, и дернулась, когда почувствовала поглаживания дырочки попы. Не-е-ет! Стоп.

Я отдернулась от его руки и шлепнула по ней, скидывая с задницы. Может, я и согласна на эксперименты, но не со входами, а скорее с позами, местами встреч. Он тут же ударил ладонью по попе и снова надавил пальцем в проход, проникая внутрь. Я взвилась, но Женя удерживал меня за талию другой рукой, вжимая в стену.

К черту. Я не готова. Нет.

— Нет!

Снова отодвинула его руку от попы. Еще раз получила шлепок и он прижал мои ягодицы к каменному члену, чуть подвигал и отстранился. Я разочаровано вздохнула, но повторила.

— Нет, я не готова к такому опыту. Извини.

Руки с талии переместились на живот, одной он прижимал к себе, чтобы я чувствовала его напряжение, другую спустил ниже, пальцами погружаясь между скользких губ, терзая ноющую неудовлетворенную плоть. Я застонала, потому что этого было мало, чертовски мало!

Пальцы сжимали бугорок, потом скользили вниз ко входу, возвращались, снова сжимали и скользили, и так бесконечно долго и дразнящее. Я хныкала, пыталась насадиться на пальцы, но он удерживал меня, пыталась отстраниться и заправить член себе между ног, но он не давался.

Под конец, взбешенная от желания, я уже рычала и сама пыталась закончить пытку, но Женя перехватил запястья и завел мне руки за спину. Теперь я не чувствовала ни его пульсирующего большого члена, ни его бесстыжих пальцев между ног, только напряженной грудью — мёртвую поверхность мраморной плитки, горящей щекой — ее холод, и запястьями — его злость…

Он поднял мне руки за спиной, пока я от боли не упала на колени. Хотя тут скорее подойдет определение, пока не сползла по стене на колени. Потом перехватил волосы на затылке и я почувствовала на своих губах горячую головку члена. Открыла рот и задохнулась от собственного отклика на его движение в меня, в мой рот, неглубокое, дразнящее.

Я облизала кончик, растирая на языке смазку, и медленно потянула освобожденные руки верх. Не знала, могу ли помочь себе руками. Женя только сильнее перехватил волосы и глубже погрузился в рот, и еще. Я схватилась за его бедра, разворачиваясь так, чтобы не задохнуться от его глубоких толчков.

Когда мне не хватало воздуха, я перехватывала член и лизала головку, шумно пытаясь отдышаться, потом Женя снова входил на всю длину и помогал мне поймать ритм, уже не дергая за волосы, а поглаживая и подталкивая затылок.

Член выпрямился под диким несгибаемым углом, головка налилась и Женя вдруг отодвинулся, оставив меня на коленях с открытым ртом.

Что не так? Может царапнула зубами?

Я чувствовала его затрудненное сквозь зубы дыхание, он погладил меня по щеке и поцеловал в висок, но когда я попыталась встать — нажал на плечо, запрещая подниматься.

Еще никогда время не длилось так мучительно долго. Я стояла на коленях, замерзая, но дрожа не от холода, а от дикого возбуждения. Между ног пульсировало и текло, губы сводило от засыхающей смазки, колени болели от твердой поверхности, а он все не подходил.

Я обхватила себя руками и сместилась, прислонившись к стене, только сейчас начиная догадываться, что я одна, что Женя ушел, но из-за шума в ушах я не слышала звука закрывающейся двери. Телефон остался в спальне, так что, даже если на него пришел сигнал об окончании свидания — я об этом не узнаю.

Стянула маску, проморгалась и убедилась, что в душевой я одна.

Что это было? Зачем он так со мной?

Слезы сами собой потекли по щекам. Я врубила душ-водопад, сделала погорячее и встала в водное полотно, не сдерживая рыдания, рвущиеся из груди.

Мне кажется, я все испортила. Теперь Женька никогда не откроется мне, даже если буду находиться в чертовой маске. Я совершенно не понимала его и не знала к кому можно обратиться за помощью.

* * *

Уже к вечеру мне пришла в голову мысль про Ивлеву. Как же я забыла, что она сама предлагала помощь, если что-то в отношениях начнет напрягать? Женя еще не вернулся от отца, и я полагала, что он там задерживается как раз из-за нашего неудачного свидания.

В обед проигнорировала Игоря и его желание пообщаться. Меня не интересовали светские беседы и еще меньше я хотела говорить на его скользкие темы. Хотя Игорь и сам был не в настроении, поэтому обед прошел в давящей тишине, а кофе он ушел пить в кабинет.

Ну и скатертью дорога. Ты тоже еще тот садист! Как вспомню этот наглый взгляд и протяжное смазанное движение по всей длине члена рукой, сжимающей полотенце, что дрожь берет.

От прогулки отказалась из-за погоды. Прокатчики прислали свежий прайс фильмов, но ни один не впечатлил. И вот тогда я вспомнила про Ивлеву.

Набрала ее по телефону и услышала автоответчик, что сексолог в длительной командировке, работает с группой в изоляции и предлагает записаться на встречу со своими коллегами. Далее список неизвестных мне фамилий и клиника, где их можно найти.

Я приуныла, бестолково слоняясь по дому и выглядывая парковку, в надежде, что подъедет Женя и мы с ним поговорим. И про игры, и про некомпетентную Ивлеву, про анальный секс и мою неготовность к радикальным экспериментам. Еще про переезд поговорим. Я все больше склонялась к мысли, что раз уж мы с Женей теперь имеем личную охрану, то можем, наверное, снять отдельное жилье. Арендуем небольшой домик, или квартиру, и съедем от Игоря. Он меня беспокоит, но обсуждать его с братом я естественно не собиралась. Это мои тараканы, значит, и разбираться мне с ними самой.

Я поплелась в кабинет, чтобы взять пару журналов на вечер, и застала там Игоря, удобно устроившегося с планшетом на диване.

На нем мягкая рубашка-поло, сверху бежевый пуловер, на ногах обтягивающие спортивные брюки. Он вытянулся на диване как лев после обеда, лениво смотрит в планшет и хмурится. Снова работает?

Я закрыла за собой дверь кабинета и прислонилась к ней спиной. А что если мне воспользоваться знанием и опытом Игоря? Если он поймет, что для меня важно быть с Женей, если поможет, то вполне возможно не будет больше создавать опасных прецедентов между нами. А я смогу лучше узнать и понять Женю.

— Игорь?

* * *

Игорь.

— Игорь, я могу тебя попросить об одном щекотливом деле?

Я лениво приоткрыл глаза, чтобы увидеть мнущуюся у порога Яну. Не думал, что обсуждение щекотливых тем наступит так скоро.

— Конечно. Правда, не уверен, что смогу выполнить, но попробую.

Она наконец-то отлипла от двери и прошла вглубь кабинета, забираясь в глубокое кресло с ногами. Я в очередной раз залюбовался маленькими пальчиками в носочках. Как я не настаивал, она упорно отказывалась носить домашнюю обувь или тапочки, зато везде настелила ковры и коврики.

Яна смотрела в окно и теребила шнурок от пояса на кофте. Я не торопил её, видел, как она в который раз прокручивает беседу в голове, нервно закусывая губу.

— Мне не у кого спросить. Это касается секса…

Я подобрался. Разговор про секс может повернуться в нежелательное русло.

— Помоги понять, что делаю не так? Чувствую, что Женя недополучает от меня чего-то, но не понимаю чего. Я совершенно не знаю, что от секса хотят мужчины, но чувствую, что Женя ждет.

Весь её вид транслировал пожалеть, утешить и прийти на помощь. И вряд ли она рассчитывала, что вызывает во мне совершенно другие желания. Я согнул ногу в колене, чтобы не смущать её своим откликом на предмет разговора. А еще в голове сверлила мысль, что она нарочно провоцирует меня, прекрасно осознавая, какие желание во мне вызывает.

— Почему не поговоришь об этом с Женей?