Вьюга в академии Одувалова Анна

Глава 5

Я уснула моментально, словно кто-то на ухо напевал колыбельную. Так сладко мне не спалось уже очень давно. Волшебное ощущение, словно ты переносишься в другой, сказочный, мир, где тебе на удивление комфортно. Руки и ноги стали тяжелыми, а голову было просто невозможно оторвать от подушки, и сначала мне даже нравилось это ощущение полнейшего безвременья, но потом стало страшно, потому что я с ужасом поняла одну вещь – я не могу проснуться. Разум встрепенулся, почувствовав неладное, но ситуация не изменилась. Тело спало тяжелым, беспробудным сном, а разум колотился, словно в клетке, а точнее, в стеклянной комнате, из которой не мог найти выхода.

Вокруг была тьма. Тьма, завывание ветра и редкие перекати-поле, которые с шорохом проносились по пустоте и изредка царапали мои босые ноги.

– Духов Лестат! – выругалась я и попыталась сделать хоть что-то. Но что можно сделать, если висишь в черноте, не имея ни тела, ни воли. Только мысли, которые пугают с каждым мигом все больше и больше. А если этот придурок оставит меня тут навсегда? Как вообще течет время в этом месте?

Мне было страшно. Оказывается, чтобы напугать, не нужно никаких монстров. Нужна лишь темнота, тишина и далекое завывание ветра.

– А вот теперь поиграем по моим правилам, маленькая снежная ведьма… – шепнули мне на ухо, и мое ментальное тело взвилось. Я развернулась и с ужасом отпрыгнула в сторону.

В стоящем за спиной монстре с кровожадной улыбкой было сложно узнать Лестата.

– Не нравлюсь? – спросил он и сделал по-кошачьи плавный шаг еще ближе ко мне. – Зато здесь ты на моей территории. Никакого льда и снега, ты не сможешь меня заморозить. Этот мир живет только по моим правилам и подчиняется моим желаниям.

Я не знаю, что в нем пугало сильнее. Мертвенно-бледная, сероватая кожа, алые белки глаз или клыки, словно у вампира из старых легенд. В моем сне принц был не человеком, а какой-то пугающей потусторонней сущностью. Выше и шире в плечах, чем на самом деле. С хорошо развитой мускулатурой и идеально скроенным телом. На руках имелись длинные черные когти. Лестат был обнажен по пояс, но этот факт, казалось, смущал только меня.

– Ты готова побегать, снежная мышка? – поинтересовался он с угрожающей улыбкой и, подступив вплотную, провел острым черным когтем по моей щеке. Я должна была испугаться окончательно и испугалась бы, если бы в голове не билась единственная мысль, которую я высказала вслух:

– Ну, духи! Зачем же я просила на новом месте присниться жениха невесте?!

В моем голосе, видимо, было столько страданий, что Лестат выругался:

– Да кошмар тебя забери, Вьюга! Такую игру испортила!

Темнота развеялась, а я, жадно глотая воздух, села на кровати все еще не в силах поверить, что Властелин кошмаров изволил нагло ворваться в мой сон! Вот ведь гад! Такую примету хорошую испоганил. Я не верила в глупые гадания, но все равно обидно. Образ Лестата из сна до сих пор стоял перед глазами. Брр. Интересно, он всегда такой в мире снов или для меня старался?! В любом случае мерзавец напросился.

Если принц думает, будто может нахально портить мои сны и потом как ни в чем не бывало дрыхнуть дальше, то поспешу его расстроить! Замороженная ванна – это не единственная гадость в моем арсенале.

После такого сна ложиться снова совершенно не хотелось. Кто знает, что еще придумал этот Властелин кошмаров! Голова гудела от недосыпа, и я была зла, как сотня разъяренных снежных духов. Осторожно вылезла из-под одеяла. Достала удобный длинный свитер крупной вязки, который доходил мне почти до колен, гольфы из той же пряжи, заплела русые волосы в косу и направилась темными коридорами мстить.

Собственно, я даже не особенно скрывалась. У меня родилось две идеи. На мой взгляд, они были одинаково хороши. Я не знала, какую воплощу в жизнь. Зависит от обстоятельств. Если Лестат не спит, то есть, для того чтобы нагло влезть в мой сон, ему нужно было оставаться в бодрствующем состоянии, тогда я просто на него наору. Ну и, может быть, погоняю снежным вихрем по комнате. Если его кошмарство дрыхнет, тогда мой приход останется незамеченным, и я сделаю гадость. Оба варианта казались мне вполне привлекательными, поэтому я бодро потопала к его покоям, несмотря на ночь. Сейчас я была уверена – какой бы ни был гадкий характер у Лестата, убивать меня парень точно не будет. А противостояние с ним, пожалуй, было даже забавным.

Я открыла дверь – Лестат изменил заклинание, но это было таким же формальным и примитивным, как предыдущее, – и шагнула в темную прихожую. По полу за мной стелился поземкой снежный вихрь – главный аргумент и оружие. В покоях Лестата стояла тишина. Парень, видимо, все же спал, и это было мне на руку. Я не стала пробираться к нему в спальню, лишь с удовольствием отметила, дверь в нее приоткрыта – вот и замечательно.

Я, стараясь не издавать никаких громких звуков, осторожно пробралась к окну и приоткрыла форточку – этого достаточно. Жаль только, совсем бесшумно открыть ее не получилось. Рама скрипнула в темноте. Я вздрогнула, послала снежный зов и ломанулась к выходу, понимая, если парень и спал, то сейчас проснется.

Убежать не получилось, в темноте меня схватили сильные руки. Я даже пискнуть не успела и тут же оказалась на полу. Больно припечаталась лопатками. Воздух исчез из легких, а перед глазами заплясали звездочки – головой я тоже приложилась знатно. О ковер, но приятного мало. Кажется, мысль о том, что Лестат не станет меня убивать, была несколько наивной.

– Вьюга? – раздался удивленный голос, и давление тяжелого тела сверху немного ослабло, а я смогла продышаться и увидела перед собой поблескивающие в темноте глаза Лестата. Вспыхнул неяркий свет где-то на стене, видимо, хозяин комнаты зажег светильники.

– Какого духа ты тут делаешь? – гневно поинтересовался парень.

И я предельно честно ответила:

– Мстить пришла…

Просто не смогла ничего придумать. Так и лежала на полу с задравшимся до бедер свитером, а сверху меня придавил почти обнаженный парень. Сильные руки стискивали мои запястья и прижимали их к полу над головой. Черная челка падала ему на глаза, а губы оказались как-то очень уж близко к моим губам, а его тело – к моему телу. Я чувствовала себя глупой и смущенной, а вот его, казалось, совсем ничего не беспокоило. Лежит себе с комфортом на мягком и даже не планирует вставать.

– Ты тяжелый. – Я предприняла попытку избавиться от Лестата, но он лишь пожал плечами и, приподняв бровь, нахально спросил:

– Ну и что?

– Отпусти меня.

– Не-а. И не подумаю, ты сама пришла ко мне. Моя законная добыча. Я знал, что тебя будет очень просто выманить из убежища…

– Придурок!

– Уж какой есть, – довольно улыбнулся он, и мне захотелось вмазать по наглой красивой физиономии, но вот незадача, Лестат по-прежнему не отпускал мои руки.

Я изловчилась и пнула нахала, потому что испугалась. Меньше всего мне хотелось находиться в таком тесном контакте с принцем. Слишком уж он был опасным. Я не знала свою маму, но если бы она у меня была, то непременно бы сказала: «Виталина, от таких парней нужно держаться подальше. Такой разобьет сердце и не заметит, а ты страдай».

Слова в голове придали сил, и я пнула еще раз, попала по кости голени, парень выругался и чуть ослабил хватку, этого хватило, чтобы я, извернувшись, как кошка, вскочила на ноги. Лестат попытался меня поймать, но я была верткой и хорошо умела ускользать от рук недоброжелателей – еще раз спасибо, тяжелое детство. Но, увы, время было упущено, я не успела смотаться до того, как начала воплощаться в жизнь моя заботливо приготовленная гадость. Первым в комнату ворвался снежный вихрь, в котором прослеживались человеческие очертания. Ой-ой, это тот дух, который настойчиво ломился в мое стекло. Я запомнила, он был агрессивным и наглым, а следом за ним в комнату сунул любопытный нос Писец. И поземкой скользнул куда-то под диван и там затаился. Он был скромным и осторожным, в отличие от вихря.

– Вьюга! Я тебя убью! – заорал принц. – Это твоих рук дело?

Я тактично промолчала, сознаваться глупо, отрицать бессмысленно, а молчание, все говорят, – золото. Вихрь пролетел по комнате, сшибая со стола и полок мелкие безделушки, всколыхнул и заморозил шторы, которые теперь напоминали зашедшееся в конвульсиях привидение, попытался оторвать со стола нечто золотое и безвкусное, пустил иней по переговорнику, заморозив поверхность. Я молилась, чтобы она, не дай боги, не треснула, а то не расплачусь. Порча чужого имущества не входила в мои планы, но вроде все обошлось.

– Зачем ты это устроила?! – завопил Лестат, который потрясенно стоял посреди комнаты и ошалело крутил головой, пытаясь понять, что делать с беспорядком, который устроил один нахальный снежный дух.

– А ты зачем ко мне в сны лез?! – возмутилась я.

– Сама виновата!

– А я так не считаю!

– Хорошо, теперь мы квиты? – нервно поинтересовался парень, поймав на лету обрушенный духом учебник по сноведению. – У меня диван весь в снегу! Выгони это из моих покоев!

– А ты мне дашь поспать?

– Хорошо, так и быть, только убери это! – мигом согласился Лестат, а мне осталось только поверить ему на слово.

Я притворно вздохнула и начала выманивать вихрь обратно на улицу. Обычно снежные духи послушны и им самим больше нравится в своей стихии, в помещение они заскакивают так, из любопытства или если я позвала. Но этот оказался на редкость противным и упрямым. Он мне чем-то напомнил Лестата, поэтому выгнать его получилось с великим трудом, но я справилась и прикрыла окно, правда, не до конца. Я не заметила Писца, ну и не стала ничего про это говорить Лестату, а то такой сюрприз испортил, а я любила элемент неожиданности.

– Все сделала? – недовольно спросил принц. – А теперь не хочешь привести в порядок мою комнату?

– Не хочу, – честно призналась я. – Но могу помочь. Снег не растает до утра, если ты его аккуратно сметешь с дивана, то проблем возникнуть не должно. Вот шторы, конечно, да, будут мокрые, но это тебе за то, что нагло ворвался в мой сон.

– Ну, ведь тебе понравилось? – хитро усмехнулся Лестат, и в его глазах мелькнула знакомая чернота. – Как я тебе?

– Да кошмарище! – честно призналась я, сразу поняв, о чем идет речь, а парень заржал. Только вот мне показалось или в его глазах мелькнула обида? Но какой он реакции ждал? Восхищения? Так какой идиот будет восхищаться монстром? – А ты всегда во снах такой? – поинтересовалась я.

– А как ты думаешь, почему меня называют Властелином кошмаров? – уточнил он.

– Ты, главное, не вздумай своим подружкам организовывать эротические сны, а то заиками станут, – дала я парню дружеский совет неизвестно зачем. Идиотская привычка не уметь заткнуться вовремя.

– И как это мне в голову раньше не пришло… – как-то уж очень довольно протянул Лестат, а я испуганно попятилась.

– Только посмей! Я тебе дверь входную заморожу, понял?

Но Лестат лишь мерзко улыбался, и я поняла, мне срочно нужно найти какое-нибудь средство, которое не позволит наглому Кошмару пробраться в мои сны, иначе я очень сильно пожалею.

Лестат

Эта сумасшедшая «снежинка» свалила, а я еще долго ошалело смотрел ей вслед. Вот откуда только берутся такие бесячие? Пока убирал снег, оставленный снежными духами, и закрывал окно, размышлял.

Вокруг меня постоянно мелькали девчонки. С раннего детства. Принц – это завидная партия. И не всем суждено стать законной женой, это понимали и девушки, и их родители. А когда ты не можешь получить что-то целиком, то стремишься оторвать хотя бы кусок.

Поэтому никогда у меня не было недостатка женского внимания. Кого-то я уважал и ценил, как Тейну. Она была мне дорога, и я готов был убить любого, посмевшего причинить ей вред. Хотя, будем честны, пытаться навредить пифии может только умалишенный. Кого-то игнорировал. Например, Магду – на таких не нужно обращать внимание. Они сами найдут тебя, если почуют выгоду. Кого-то презирал, как Фиону, которая уже давно встречалась с Вейном, но, как кошка, смотрела на меня (да и не только на меня). Кого-то хотел… не без этого, я мечтательно прикрыл глаза, вспомнив трех весьма милых и не избалованных вниманием первокурсниц, но никто и никогда не вызывал во мне таких сильных эмоций, как эта чеканутая, взбалмошная снежная девка!

Я был настолько зол, взбешен и, признаться, заинтригован, что еле смог успокоиться. Даже отмел идею доставать Вьюгу в снах и дальше. Во-первых, хотел хорошенько обдумать следующий шаг и сон, который хочу показать снежной ведьме, вовторых, сам хотел спать, а магия отнимала довольно много сил, а втретьих, я был обижен. Точнее, не так, я был уязвлен. Ей не понравился Властелин кошмаров. Нет, он мало кому нравился, это не самая очаровательная часть принца Лестата, но если от аристократок я ждал подобной реакции, то от Вьюги почему-то нет. И сейчас мучился тем, что не могу объяснить, почему меня это злит. В итоге совершил то, что всегда считал правильным делать в любой непонятной ситуации, – пошел спать.

Сегодня был отвратительный день, поэтому я совершенно не понимал причин, по которым бы захотел продолжать его дальше. У «бесполезного» дара, как выразился отец, имелся один неоспоримый плюс – у меня не было проблем со сном. Никаких. Я засыпал тогда, когда хочу, и никакие тревожные мысли, злость или нереализованные желания не мешали. И просыпался в нужное время, тогда, когда поставил внутренний будильник. Я ни разу в жизни не проспал, вопрос… Почему же постоянно везде опаздывал? Сколько за свою жизнь я пропустил судьбоносных встреч, значимых семейных событий и прочих важных для государства мероприятий? Даже подсчитывать не хотелось. Интересно, как это жить, когда ты никому и ничего не должен? «Или… – я невесело усмехнулся про себя. – Когда ты мертв». Развивать эту тему дальше не хотелось, и я уснул без сновидений. Сегодня мне требовались тишина и покой.

Проснулся, безусловно, когда и хотел. Как и всегда, но вот точно не так, как бы хотел. Когда в сознательном возрасте сквозь сон чувствуешь, что твоя кровать мокрая, это рождает разные мысли в голове, и все они панические. Я подскочил и с ужасом увидел на своих простынях сладко дрыхнущее снежное существо, похожее на собаку или лису средних размеров. С пушистой белой шерсти сыпался снег и таял на моей постели.

– Это что за фигня?! – возмутился я, и животина тоже испуганно подскочила, уставилась на меня черными бусинами глаз и взвилась с кровати, раскидывая длинным пушистым хвостом вокруг себя снег.

Тварь оказалась не меньше испугана, чем я, и начала метаться по комнате, оставляя за собой снежную поземку.

– Ты вообще кто такой?! – вопил я, как придурочный, бегая за снежным зверем в попытке догнать и рассмотреть. Прикольно же. Но пушистый был напуган и, видимо, считал, что я хочу его сожрать, поэтому носился по комнате кругами и засыпал ее снегом. Похоже, это подарок Вьюги! Не зря же поганка не прикрыла окно. Специально для своего знакомого оставила лазейку, а я ее закрыл перед сном.

Вьюга напросилась. Теперь я точно очень хорошо подумаю над тем, как пройдет ее сегодняшняя ночь, а вот снежный зверь был всего лишь инструментом мести. Он не виноват, его стало жалко. Поэтому я прекратил погоню – просто распахнул окно настежь и велел:

– Давай, иди на свободу, Снежок!

Белая тень метнулась мимо меня на улицу, взвилась в воздух и, превратившись в порыв ветра со снегом, скрылась где-то среди других снежинок, танцующих за окном. А мне стало немного грустно. Пушистый был прикольным, а мокрая кровать – это не его вина, а нахальной Вьюги.

Глава 6

Вьюга

Ночью я так и не смогла заснуть, ожидая подвоха от Лестата, зато вырубилась под утро и продрыхла до самого обеда, удивительно, но без сновидений. Возможно, принцу стало скучно меня доставать. Очень хотелось в это верить. Когда проснулась, Тейны не было. Есть хотелось жутко, и я направилась в столовую, а потом в гостиную, где магистры назначили общий сбор. Я представления не имела, что нам хотят сказать. Скорее всего, будут организовывать на расчистку снега, ну и вводить какие-то новые правила. Сильно сомневаюсь, что нас оставят предоставленными самим себе на неопределенное время.

В гостиной уже было много народа. И я, стараясь не привлекать ничьего внимания (ну ладно, внимания Лестата), пробралась на свободное место, устроившись рядом с Колом, который, увидев меня, заулыбался:

– О, привет, Вьюга! Тебя вчера не было видно весь день! Я успел соскучиться.

– Тебе показалось, – отмахнулась я и все же взглядом нашла в толпе принца. Почему же он не дает мне покоя? Ничего, кроме напряжения и взаимных гадостей, нас с ним не связывает.

Лестат мрачно смотрел на магический экран, где давала интервью его бледная красивая мать.

– Но что с похоронами? – спросил ведущий, старательно пытаясь замаскировать жадное любопытство за гримасой вежливой скорби. Наверное, слушать такое не очень приятно. Представить не могу, что испытывает Лестат, когда родные планируют его похороны.

– Простите, мне сложно говорить. Вы же в курсе ситуации в академии. Заложниками ее стали не только живые, но и мертвые. Мы не можем сейчас переправить тело, но надеемся, когда стихия отступит, получится попрощаться с сыном по-человечески.

– Интересно, они меня убьют или сделают вид, что я это не я? – риторически спросил парень, и я заметила, как сжалась в кулак его рука.

– Ты же знаешь своего отца, – тихо заметила Магда и змеей скользнула на подлокотник креса парня. – Он объявит тебя внезапно воскресшим. Все будет хорошо, вот увидишь.

Она обвила его шею руками и наклонилась, намереваясь поцеловать, без стеснения демонстрируя глубокое декольте.

– Ты все еще принц, Лестат.

– И тебя это заводит? – зло выдохнул парень и отодвинулся от Магды. – А вот оттуда говорят, я труп! – Он кивнул в сторону зеркала и рывком поднялся. – Я же труп, Тейна? – обратился он к пифии, которая задумчиво изучала свои ногти, и она вздрогнула. – О чем там говорят твои зеркала?

– Мои зеркала говорят, успокаивающий отвар у магистра Агнеса Сарейна, – флегматично отозвалась пифия. – Дюже как хорош. Воспользуйся.

– Ты пифия или кто?

– Вот именно, Лестат, – возмутилась она. – Я пифия, а не шар предсказаний на ярмарке, который может красиво и, главное, связно соврать. Какого духа ты от меня хочешь?

– Скажи, что меня ждет и где Вейн?

– Тебя ждет ужин через три часа и общее собрание через десять минут, а с Вейном ты все слышал. Поэтому успокойся и сядь, пожалуйста, а то сейчас придет магистр Алишер и будет орать. Вот это я тебе, как предсказательница, говорю точно. Он никогда не опаздывает.

Тейна не ошиблась. Магистр Алишер и правда не опаздывал никогда. И в гостиную он пришел минута в минуту. Мрачный, с наметившейся между черными бровями складкой. Магистру было лет тридцать пять, выглядел он отменно, физкультурой не брезговал, поэтому девчонки по нему вздыхали. Даже мое трепетное сердце он завоевал на первом курсе. Правда, потом пришла сессия, и стало как-то не до любви, а уж зачет у него и вовсе заставил избавиться от розовых очков. Более принципиального и мерзкого препода я не встречала. Так любовь и ушла, но многие были более настойчивы (а может быть, им предмет давался проще).

Сейчас магистра сопровождала совсем юная девушка-первокурсница с заплаканными глазами. Она пыталась повиснуть у магистра на руке, а он лениво отмахивался. Ее подружка, не скрывая слез, семенила рядом. Я бы вообще не узнала этих двоих, если бы уже не видела в столовой – именно в их компании Лестат провел ночь, вместо того чтобы ехать на свою помолвку. Этот факт выделил девушек из толпы им подобных. Ну и сейчас в академии осталось мало народа, хочешь не хочешь, запомнишь друг друга не только в лицо, но и по именам. Интересно, что у этих двоих произошло и куда делась третья?

– Все в сборе? – по-военному коротко уточнил магистр и окинул нас суровым взглядом. – Проверьте наличие соседей!

– Информация будет очень важная? – спросил Эд. – Просто Рин дрыхнет, я не стал его будить.

– Но ты его видел? – магистр задал странный, на мой взгляд, вопрос.

– Ну да… – растерянно отозвался Эд, который обнимал Фиону. Правда, девушка из объятий выскользнула, но осталась сидеть рядом. – Я к нему зашел. Рин сказал: «В ж… ой…» – стушевался Эд. – Короче, он сказал, что будет спать. Ну, я не стал настаивать. Все важное я ему и так передам.

– Передашь, – согласился Алишер. – К сожалению, мы с вами оказались в непростой ситуации. Не в том смысле, что заперты в снегах, хотя это неприятно. Мы не можем связаться с материком, но власти сделают все возможное, чтобы пробить к нам дорогу, только на это уйдет время. Если чуть потеплеет, то пришлют с драконом провиант. Возможно, получится его скинуть на магической подушке. Но человеческую помощь, помощь магов или медиков мы в ближайшее время не получим, а у нас двое пропавших.

– Вейн все же пропал? – подскочила Фиона, мигом забыв про Эда.

– Судя по всему, да, – нехотя согласился магистр.

– Я же говорил! – зло припечатал Лестат. – И почему вы вдруг именно сейчас отнеслись к моим словам серьезно? Прошли всего-то сутки с нашего разговора!

– Есть еще одна жертва.

– Анни исчезла. Она не вернулась вчера ночевать… – отозвалась одна из первокурсниц, та, что не могла отпустить локоть магистра.

– И какие у нас планы? – по-деловому уточнил Эд.

– Нам необходимо организовать поиски. Сейчас не так сильно метет, как ночью, но если и были следы, их завалило. Нужно искать. Чем быстрее мы освободим от снега двор, тем лучше.

– Вы предлагаете искать в сугробах труп? – взвизгнула Магда. – Вы в своем уме?

– Я согласен, – одновременно с ней отозвался Лестат, бросив на девушку презрительный взгляд.

– Я не могу вас заставить силой, как и своих сотрудников, – устало продолжил магистр Алишер. – Кто категорически не хочет идти, может остаться в академии. Я дам вам в помощь несколько духов очага и низших из обслуживающего персонала, прочешите каждый угол академии. А тем, кто готов помочь, буду благодарен. Я не машина, мегресса тоже, вы молодые и здоровые, а в снегу могут быть ваши друзья. Но кого я лично хочу попросить участвовать, это Вьюгу. Она сейчас в академии единственная, наделенная снежной магией необходимого уровня. Без тебя будет сложно.

Я кивнула, а Магда презрительно бросила:

– Вот да, пусть она и ищет трупы. Из-за нее творится это дерьмо. Так ведь, Лест? – она заискивающе заглянула в глаза принцу, но он только сжал зубы и чуть отвернулся. – А мы лучше в тепле.

– Ты дура? – спросил Лестат, вообще не стесняясь, у девицы от изумления даже рот открылся. – Там могут быть мой друг и семнадцатилетняя девчонка.

– Но они же…

– Если ты произнесешь «труп»… – прошипел парень, – поверь, в ближайшие ночи ты ничего другого во сне и не увидишь. Поняла?

Магда поняла и тут же послушно заткнулась. Я думала, она уйдет, но девушка, хоть и надулась, место рядом с Лестатом не покинула. А магистр Алишер, когда перепалка прекратилась, снова обратился ко мне:

– Ну что думаешь, Вьюга?

– Думаю, что надеть, – честно сказала я. На улице придется пробыть много времени. У меня была зимняя одежда, но не совсем то, в чем хочется провести на морозе весь день. А я понимала, парой часов мы не отделаемся.

– У меня есть запасной зачарованный костюм, – внезапно произнесла Фиона, и в комнате воцарилось молчание. – Почему вы на меня так смотрите? – раздраженно поинтересовалась она. – Там может быть Вейн, и если кто его найдет, так это Вьюга. Поэтому да, я дам свой костюм, если это поможет. У меня этих костюмов два, и еще дома есть.

– Но это же из-за нее, – возмутился кто-то из девчонок.

– Это не из-за нее, – рявкнул Алишер, и гомон снова затих, а у меня сердце скакнуло в груди, но я не хотела поднимать этот вопрос при всех.

– А из-за кого?

– Очень бы хотелось знать, но это не ваша забота. Вам стоит усвоить, никогда и никого не нужно обвинять голословно. Не в этой академии. Вы все словно пороховые бочки, только вот чтобы порох рванул, кто-то должен поджечь фитиль. В случае с Вьюгой были спички, был тот, кто поджигал, и, сдается мне, нашелся добрый человек, снабдивший поджигавшего спичками.

Новая информация вызвала возбужденный гомон. Магистр Алишер устало прикрыл глаза и скомандовал:

– Фиона, иди за запасным костюмом для Вьюги, Вьюга и Лестат – за мной, все остальные – собираться. Жду вас через час перед главным входом. Кто не станет помогать в поисках, также через час подходите к аудитории триста пять, там вас будет ждать мегресса. Она даст задание. Всем понятно?

Народ засобирался к выходу, а мы с Лестатом, как два послушных щенка, потащились за магистром. С нами планировала увязаться приставучая подружка пропавшей девушки, но магистр ее прогнал и бодрой походкой направился в кабинет. Мы двинулись за ним следом. Друг на друга старались не смотреть, Лестат только прошипел мне на ухо в коридоре:

– Я тебе отомщу за Снежка.

– Какого Снежка? – удивилась я.

– Белого, пушистого, линяющего снежинками.

– А! К тебе пришел Писец? – букву «К» я благоразумно проглотила и заработала еще один ненавидящий взгляд.

– Он спал на моей кровати! – парень заявил это таким тоном, что я не удержалась и хихикнула.

– А я тут при чем?