Быстрые деньги, или Я жду, когда ты нарисуешь сказку Шилова Юлия

Я промолчала и подошла к окну.

– Ты хотела сбежать после всего, что у нас с тобой было сегодня ночью?

– Это было не по обоюдному желанию.

– Я бы не сказал. Ты полночи подо мной стонала как сумасшедшая. Я даже не на шутку испугался, думал, на твои вопли деревенские прибегут.

– Не говори ерунды.

– Я понимаю, ты была пьяна, но все-таки ты заводная девчонка. Боюсь, я вообще не смогу тебя отпустить. Может возникнуть сексуальная привязанность.

– Кончай надо мной издеваться. Лучше скажи, какой план у тебя на сегодняшний день?

– Для начала я хочу тебя трахнуть. Это называется утренний секс вместо горячего кофе, а там видно будет.

– Что видно-то? Мы должны куда-то ехать или сидеть в этой деревне?

– Чем тебе не нравится эта деревня?

– Тем, что есть близкие люди, которые за меня волнуются.

– Тебе же не десять лет, чтобы за тебя волноваться. Может, ты встретила парня и загуляла с ним на несколько дней.

– Я так парней не встречаю, а уж тем более не гуляю. У меня голова на плечах есть.

– Ты что, не теряла никогда голову? Иди ко мне, а потом я скажу тебе, что будет дальше.

– Не хочу.

– Неужели, чтобы тебя о чем-то попросить, нужно обязательно показывать пистолет?!

– Ты не просишь, ты заставляешь.

– Я не умею просить.

Зэк встал с кровати, подошел ко мне и с силой рванул трусики.

– Ты с ума сошел?! Знаешь, сколько стоит мое белье?!

– Не знаю и знать не хочу.

Через минуту я уже была на полу.

– Извини, если я немного неласков. Я должен привыкнуть к свободе, я еще не отошел от тюремной жизни. Тем более что уже черт знает сколько времени не общался с нормальной женщиной.

– Мне все равно, ласков ты или нет. Ты только делай свое дело побыстрее, и всё.

Зэк со всей силы ударил меня по щеке и процедил сквозь зубы:

– Я убью тебя, гадина!

– А обещал больше не бить, – прошептала я.

– Тебя невозможно не бить. Ты кого хочешь выведешь из себя.

– А ты хочешь, чтобы я тебе врала?! – разозлилась я, на некоторое время утратив чувство страха. – Ты хочешь, чтобы я в этом гадючнике лежала под тобой, стонала и делала вид, что мне хорошо? И к тому же под дулом пистолета! По-твоему, это нормально? Я не знаю, останусь ли жива, и это интересует меня намного больше, чем секс.

– Одевайся, – сказал зэк, оттолкнув меня.

– Тебе расхотелось?

– Одевайся, пока я добрый, и не задавай лишних вопросов, а то врежу.

Я быстро оделась. Он надел шорты и футболку. Похоже, мы все-таки куда-то едем. Зэк подошел ко мне, обнял за плечи и сказал:

– У меня к тебе серьезный разговор.

– Говори, – растерялась я.

– Пошли на бережок, а то здесь воняет плесенью.

– Странно, вчера ты этого не замечал.

Мы сели на траву. Под нами катила свои воды речка. Зэк оглядел меня с ног до головы.

– Мне требуется твоя помощь.

– Что?

– Одна услуга. Я хорошо заплачу.

Я удивилась.

– Зачем же просить, если ты можешь пригрозить мне пистолетом. Когда человека о чем-либо просят, он может отказать, а когда машут пистолетом, он выполнит это наверняка.

– Сейчас я не машу пистолетом, а прошу тебя мне помочь. Я не могу больше кататься на машине.

– Вот и замечательно, – обрадовалась я.

– Ты должна съездить в Кронштадт.

– Зачем?

– Я напишу тебе адрес. Найдешь нужного человека, встретишься с ним и объяснишь, где меня искать.

– Ты считаешь, что я сделаю это после всего того, что ты со мной сотворил? – удивилась я.

– Ты, конечно, можешь сдать меня ментам, но я не советую, земля круглая, встретимся, я в долгу не останусь.

От радости о предстоящей свободе у меня закружилась голова и поднялось настроение. Неужели я буду дома? Я согласна на все условия, лишь бы навсегда освободиться от этого зэка.

– Я все сделаю! – Я не смогла сдержать улыбки. – Давай говори свой адрес, и я поехала.

– Только не пытайся меня обмануть! Если вздумаешь ментов навести, я тебя из-под земли достану! Сегодняшний день ты проведешь со мной, а завтра я тебя отпущу.

– Почему завтра? – спросила я, чуть не плача.

– Потому что я так хочу.

– Может, я лучше сегодня поеду? Быстрее доберусь до Кронштадта, быстрее прибудет помощь. Сам посуди, что тебе в этой деревне тусоваться? Вернешься и приступишь к своим делам.

– Я же сказал, завтра утром! Только ты сразу в Кронштадт, не тяни.

– О чем разговор?! Я бы прямо сегодня и рванула.

– Неужели тебе так хочется от меня уехать?

– Мне хочется, чтобы сюда поскорее приехали твои друзья, – соврала я.

Искупавшись, мы сходили к старушке за едой. Правда, на этот раз сумка с тем же самым содержимым стоила всего сотню. Наверное, бабулька решила сделать нам скидку как постоянным клиентам. Я протянула ей деньги. Старушка сунула их в карман.

– Что ты будешь есть, когда я уеду? – На радостях я готова была проявить заботу о зэке. – Хочешь, я тебе денег оставлю?

– Старуха так обрадовалась плееру, что готова меня кормить бесплатно.

Зэк предложил мне сходить в лес за грибами, и я без особого энтузиазма поплелась за ним. На глаза попадались только бледные поганки и мухоморы. Вот бы сварить ему из них супчик и накормить с добавкой!

– Что-то ты еще ни одного гриба не нашла, – усмехнулся зэк, срезая крепкий подосиновик.

– Я в них не понимаю. Я, кроме магазинных шампиньонов, грибов не ела. Можно нарваться на какую-нибудь гадость, съесть и отправиться на тот свет.

– Положись на меня, я в грибах толк знаю.

– Когда я поеду в Кронштадт? Скучно одному грибы собирать? – поинтересовалась я.

– Как только тебя отпущу, вряд ли когда-нибудь увижу, а если увижу, то ты наверняка не захочешь со мной общаться. Мне приятно с тобой еще один денек провести. Если бы ты сразу покладистая была, то я бы тебе руку не прострелил.

– Как я могу быть покладистой, если ты так со мной обращаешься?!

– С тобой по-другому нельзя.

Грибы мы отнесли старухе, и она их пожарила, правда, на каком масле, я так и не догадалась, но запах от них исходил не самый лучший. Зэк сказал, что мы туристы, любуемся красотой нетронутой природы. Старуха улыбнулась и пожелала нам хорошего отдыха. Я с нетерпением ждала, когда наступит вечер, и, когда сгустились сумерки, вздохнула с облегчением. Осталась ночь. Одна-единственная ночь, и я буду дома. Расстелив покрывало, я с удовольствием выпила самогонки. Зэк подозрительно поглядывал на меня и постоянно хмурился.

– Только не вздумай кого-нибудь навести!

– Я это уже слышала. Никого наводить я не собираюсь. Мне этого не надо. Хоть ты мне много плохого сделал, но считай, что я тебя простила. Все-таки не с курорта сбежал, а из тюрьмы.

Зэк накинулся на еду, но вдруг резко вскинул голову и внимательно посмотрел на меня.

– В чем дело? Бабка не так курицу пожарила или картошку недоварила?

– Я подумал о том, что даже не знаю, как тебя зовут.

– Татьяной.

– А меня Вадимом.

– Очень приятно познакомиться.

– Не ври, тебе совсем не приятно это знакомство.

– Можно подумать, если бы ты был на моем месте, то тебе бы понравилось все, что сегодня и вчера произошло.

– Давай каждый из нас останется на своем месте.

– Ради бога. Я совершенно не хотела бы оказаться на твоем месте. Меня как-то свое больше устраивает.

Зэк выпил самогонки, потом разделся. Я тихо спросила:

– В чем дело?

– Иди ко мне. Я думаю, сейчас мы можем отдохнуть.

– Может, не стоит?

– Стоит. Я же не виноват, что у тебя так хорошо получаются некоторые вещи…

Я залилась краской и опустила глаза.

– Господи, и откуда ты свалился на мою голову, – прошептала я, раздеваясь.

…В эту ночь зэк был удивительно нежен и даже шептал мне на ухо ласковые слова. Я закрыла глаза и решила, что сама не ведаю, что творю. Лежу в каком-то заброшенном доме совершенно голая, а зэк, сбежавший из тюрьмы, изо всех сил пытается доставить мне удовольствие. Я расслабилась и позволила ему делать с собой то, что никогда не позволяла другим мужчинам. Во всем этом кошмаре был один плюс: я утолила свой животный инстинкт, вволю насладившись острыми сексуальными ощущениями. Зэк взял меня на руки и отнес на кровать. Я свернулась калачиком и крепко уснула. Зэк сидел рядом, гладил меня по волосам и что-то шептал…

Глава 7

Утром я проснулась оттого, что зэк слегка тряс меня за плечи.

– Таня, просыпайся, тебе пора.

Я быстро оделась. Бинты на руке стали черного цвета, и я опять подумала о заражении крови. Зэк сидел на кровати и с грустью наблюдал за мной.

– Бинт засох.

– Ничего, приедешь домой, поменяешь повязку.

– Только бы заражения не было.

– Не бойся, – усмехнулся он. – Ты одна живешь или с родителями?

– Одна.

Я достала косметичку и провела помадой по губам.

– Может, подкинешь адресок? Как все улажу, встретимся.

– Это невозможно.

– У тебя кто-то есть?

– Я не стала бы с тобой встречаться, даже если бы у меня никого не было. Что плохо началось, то хорошо не закончится.

– Выходит, ты здесь со мной отрывалась по полной программе только потому, что эта история не имеет продолжения?

– Верно. Это оттого, что мы с тобой больше никогда не увидимся. Нам нет смысла встречаться. Мы разные. Я не пью самогонку и не ем собак, да и вообще не привыкла к грубому обращению и рукоприкладству.

– Ты хочешь сказать, я лох, а ты крутая?! Но ведь ты же не знаешь, кто я.

– Мне и незачем это знать. Ты без стука ворвался в мою жизнь, а я не люблю, когда ко мне не стучатся.

– Скажи хотя бы одно: тебе было хорошо сегодня ночью?

– Неплохо, но я не хочу повторения. Мне стыдно за себя. Что сделаешь, секс штука сильная, иногда так приспичит, что не отвечаешь за свои поступки.

– Получается, тебе сегодня ночью приспичило?!

– Приспичило. Послушай, что ты злишься? Ты меня ранил, я выслушала кучу грубостей, и после всего этого ты говоришь о продолжении. Я, слава богу, еще в здравом уме и светлой памяти.

Зэк тяжело вздохнул и протянул бумажку с адресом.

– Это в самом центре. Пойдешь по этому адресу, спросишь Толика. Если его нет, обязательно его дождись. Другому не передавай.

– А если этот Толик куда-нибудь уехал, ты что, тогда будешь жить в этом лесу, что ли?

– Толик в курсе. Он никуда не уезжал. Он ждет меня по этому адресу. Он знает, что со дня на день я должен объявиться.

– Не проще ли было, чтобы этот твой Толик ждал тебя в машине у тюрьмы? Мне бы хлопот было меньше. Он бы тебя дождался, и поехали бы вы на все четыре стороны. Зачем нужны посторонние, если Толик в курсе твоего побега?

– Значит, так надо было. Толику временно нельзя в Питере показываться. Он в Кронштадте отсиживается. На него совсем недавно покушение устроили.

– Если уж он сам не мог, то попросил бы кого-нибудь из своих товарищей.

– Таня, это уже не должно тебя касаться. Толик будет по этому адресу. Я хотел объявиться там сам, но это, пожалуй, опасно.

– Ты тоже какой-то странный тип. Сказал бы сразу, куда тебе надо, а то притащил меня в какую-то глушь. Я бы тебя сразу до Кронштадта домчала.

– Мне там тоже показываться нежелательно. У нас договор, что, как только я найду место, где можно обосноваться, пошлю.

– Значит, меня ты решил использовать в качестве гонца?

– И в качестве ширмы, и в качестве гонца, – засмеялся зэк.

– Не смешно. Ладно, пора ехать. Давай ключи от машины.

Зэк встал и протянул ключи.

– Только смотри не потеряй бумажку с адресом. Это в самом центре. Ты легко найдешь.

– Господи, да что там искать! Этот городок можно за полчаса пешком обойти. Я вообще не понимаю, как там можно отсиживаться? Ведь это деревня, все друг друга знают.

Я села в машину и завела мотор. Зэк наклонился и тихо сказал:

– Таня, ты не могла бы мне оставить немного денег?

– Да, конечно.

Я достала из кошелька триста рублей и протянула ему. Он свернул деньги в трубочку и небрежно сунул в карман.

– Я тебе верю. Поэтому отпускаю.

– Я сделаю то, что ты просишь.

– Я могу оплатить твою услугу, чтобы все было по-честному.

– Господи, о какой оплате можно говорить, если у тебя на пропитание денег нет?

– Это сейчас, а потом будут.

– Не надо мне твоих денег. У меня есть только одно желание: чтобы наши пути никогда больше не пересеклись.

– Ты уверена, что этого хочешь?

– Вполне. Ладно, удачи тебе. Жди подмоги.

– Давай…

Зэк отошел от машины. Я надавила на газ и помахала ему рукой. Вот и всё. Какая гадкая история!

Я включила музыку, с трудом сдерживая слезы. Проклятое животное! Пусть хоть сдохнет в этом лесу! Чтоб он этой самогонкой отравился! Гад ползучий! Немного успокоившись, я попыталась разобраться, что произошло. Самое страшное, что к этому зэку я испытывала двойственное чувство. Наверное, последняя страстная ночь дала о себе знать.

Добравшись до дома, я поставила машину у подъезда и поднялась в квартиру. Я решила не рассказывать брату о том, что произошло. Пусть это останется моей маленькой тайной. Пройдет время, и все забудется как страшный сон. Всё сотрется из памяти.

Внезапно зазвонил телефон. Я вздрогнула. Это была Марта.

– Где тебя черти носят? Славка вчера весь вечер названивал.

– Он где?

– Сегодня с утра рванул по делам. А ты-то где была?

– Да так, встретила одного старого знакомого.

– Ничего себе! На двое суток пропала! В тот день, когда ты ездила в Кресты, зэк какой-то сбежал. Славка волновался, не случилось ли чего.

– А что может случиться?

– Может, он тебя похитил и убил.

– Слава богу, нет. И что, ищут этого зэка?

– Наверное, ищут. По телевизору фотографию несколько раз показывали. Представляешь, умудриться из тюрьмы сбежать!

– А что там сбегать, если вся обслуга в тюрьме продажная. В камеру при желании и деньгах можно даже проституток заказать.

– Откуда ты знаешь?

– Слышала.

– Говорят, какой-то крутой сбежал.

– С чего ты взяла?

– Славка сказал, что простой смертный из тюрьмы не сбежит. Нужен авторитет, большие деньги и надежные связи.

Я постаралась перевести разговор на другую тему и осторожно спросила:

– Марта, а тебя больше не беспокоили?

– Нет. Деньги украли, одежду. Самые дорогие веши, гады, увели. Ни одной шубы не оставили.

– Вот сволочи. Представляю, как ты страдаешь.

– Еще бы! Все теперь ложится на плечи твоего братца. Он пообещал в кратчайшие сроки обновить мой гардероб. Знаешь, у меня было зверское желание рассказать Славке, кто все это сделал, чтобы он этих подонков живыми закопал, но я не смогла. Ты же его знаешь. Мало того что опять пошла воровать, так еще и тебя приобщила! Да еще труп, эти трое в масках… Нельзя этого делать. Он мне тогда голову оторвет. Славка тряхнул всех домушников в округе, пытался узнать, чьих рук дело, и пришел к выводу, что кто-то из залетных поработал…

Я посмотрела на часы и перебила Марту:

– Извини, мне нужно по делам. Когда приеду, встретимся и обо всем поговорим. Славке скажи, что все нормально, я документы передала. Даже кофе в тюрьме попила, – усмехнулась я.

– Ну и что, вкусный тюремный кофе?

– Да обычный.

– Ты что-то скрываешь! Ничего не хочешь рассказать своей близкой родственнице?

– Как приеду, обязательно расскажу.

Повесив трубку, я встала под душ, высушила волосы феном, оделась и спустилась к машине. Я приняла твердое решение поехать в Кронштадт…

Глава 8

На Васильевском острове я купила билет на речное такси. Как только «Комета» причалила к берегу, я купила баночку колы и устроилась поудобнее. До Кронштадта плыть минут сорок, не больше.

Я очень часто плавала туда на личной яхте моего брата. Когда он бывал свободен, то брал нас с Мартой на борт. Мы надевали купальники, пили шампанское и махали проплывающим мимо судам. На яхте красовалась огромная надпись, сделанная ярко-розовой краской: «Марта». Надпись появилась в тот день, когда мой брат женился на Марте.

Добравшись до Кронштадта, я без труда нашла нужный дом. Он находился недалеко от храма. Я зашла в обшарпанный подъезд и поднялась на второй этаж. Остановившись у нужной квартиры, прислушалась. За дверью было тихо. Я нажала на звонок. Тишина. Мысленно я уже тысячу раз отругала себя, что приперлась сюда. На черта мне нужны такие приключения! Я нажала на кнопку еще раз и решила, что больше не буду испытывать судьбу и уйду подальше от этого мрачного дома. За дверью ни звука. Я уже хотела спуститься по лестнице, но случайно толкнула дверь, и та открылась. Инстинкт самосохранения подсказывал мне уйти, но любопытство пересилило. Я затаила дыхание и вошла в квартиру.

– Есть здесь кто-нибудь?

Ответа не последовало.

– Толик, вы где?

Заглянув в две комнаты, я приоткрыла дверь в третью и чуть не закричала от ужаса. На кровати лежал мужчина и тихо мычал. Он был связан, рот заклеен скотчем, на теле кровоподтеки и следы от ожога. Видимо, его били чем-то тяжелым, потому что раны сочились кровью. Удивительно, но мужчина был еще жив. Я бросилась к нему и стала развязывать веревку. Пальцы не слушались. Я испугалась, что он в любую минуту может умереть, сбегала на кухню, схватила какой-то нож и разрезала путы.

– Вы живой? – спросила я, оторвав скотч.

– Живой, – простонал мужчина.

– Держитесь, сейчас вызову «скорую».

Я бросилась к телефону, но в трубке была гробовая тишина. Телефонный провод оказался перерезанным.

– Сейчас, я к соседям. Я быстро… Вы только держитесь.

– Постой. Мне нельзя «скорую».

– Как это нельзя? В вашей ситуации разве можно выбирать?

– Нельзя… Не смей.

– Скажите, вы Толик?

– Откуда ты знаешь?

– Я от Вадима. Он ждет вас в условленном месте.

– Ты должна мне помочь. Я могу умереть.

– Именно это я и пытаюсь сделать. Нужен врач.

– Нет. Я в розыске, мне нельзя. У меня есть свой доктор, хирург. Я могу довериться только ему. Отвези меня к нему. Это недалеко.

– Но ведь я не дотащу вас до машины. Вы истекаете кровью. Может, позвать соседей?

– Ты должна отвезти меня сама. У подъезда стоит джип, это мой.

Я попыталась приподнять его, но моих сил явно не хватало.

– Я не могу даже приподнять вас, не говоря уже о том, чтобы спуститься со второго этажа. Если вам хочется умирать, то пожалуйста. Я вам больше ничем помочь не могу. Все, что могу для вас сделать, это вызвать «скорую» или съездить на вашем джипе к вашему врачу и привезти его сюда.