Избранная для Волка Добрая Вера

– И как ты собираешься войти? Постучишь и попросишь показать хранителей их драгоценность? – прогоняя дурные мысли, спрашиваю я.

– Ну так я уже делал и это бесполезно. Хранители не подпустят меня к зеркалу, поэтому я просто украду его, и уже дома мы решим, как и что с ним делать дальше. Поищем в книгах, сходим на болота в глушь леса…

– Украдешь?

– Да, здесь есть небольшое окно, которое открыто. Я внутрь, а ты будь здесь и если что беги и не вздумай меня спасать! – приказывает Зен и направляется в темноту по левую сторону храма.

Мне не нравится его идея, но отговорить не успеваю, потому что уже не вижу его рядом.

Приготавливаюсь ждать долго и упорно, но через пару минут огромные ворота храма открываются, и мой любимый вылетает из помещения так быстро, что я не успеваю осознать, что происходит.

– Зен… – только и могу выдохнуть я, но парень подскакивает на ноги и молниеносно снова бросается внутрь через то же маленькое окно что и раньше.

Ситуация повторяется наверное раз пять или даже больше, каждым разом парень все сильнее ударяется о землю и ему все сложнее подняться, мои уговоры по поводу того, что пора прекратить он не слушает, поэтому мне приходится лишь стоять в стороне и смотреть как то и дело моего возлюбленного вышвыривают из храма, и он бороздит своей пятой точкой землю.

– Зен! – не в силах больше это терпеть кричу я и стараюсь остановить вновь рвущегося в бой парня. – Хватит! Нужен другой план.

– Знаешь, эти старики в балахонах с капюшонами оказывается очень шустрее и сильные! Я даже не успеваю схватиться за амулет, чтобы прочесть защитное заклинание! – с досадой отвечает Зен и ударяет кулаками по земле.

– Нужно найти способ их уговорить. Вероятно силой не получится пробраться к зеркалу. – гладя парня по плечу, успокаиваю я.

Мне горько на душе, что шанс спасти Мию упущен, жалко Зена, который сейчас терзает себя за то, что он недостаточно опытен и силен в магии, но я счастлива от того, что никто не пострадал. Ведь эти монахи могли просто напросто убить воришку и их бы никто не осудил за это, потому что красть плохо, а священную реликвию вообще недопустимо ужасно.

– Надо идти на болота. – опираясь на моё плечо, тихо выдыхает парень. – Там точно есть те, кто поможет нам узнать обо всем.

– Но мама Лори говорит, что туда нельзя ходить! – хрипло отвечаю, и конечности холодеют от страха.

– Мия бы пошла… – тихо говорит Зен, чем пронзает моё сердце будто ножом.

– Я не Мия, Зен. – сглотнув комок обиды отвечаю и продолжаю идти, помогая обессиленному парню передвигаться.

– Прости, я не имел ввиду что…

– Пожалуйста , давай просто вернёмся домой и желательно молча.

Я прекрасно знаю и понимаю, что моя сестра намного храбрее и твёрже характером чем я, но мне все равно обидно. Не хочу думать о том, что Зен все же видит во мне Мию, старается сделать из меня такую, какой была она когда жила тут. Это не возможно, мы разные, слишком разные и дело даже не в том, что мы выросли в разных мирах и воспитывались по другому . Как-то раз наша няня, ещё до того, как нас забрали в замок сказала мне, что я должна бежать, прятаться, потому что моё место не там, потому что я другая, а Мия напротив создана исключительно для девятого мира, что она по натуре и крови истинная волчица, сильная и непокорная. Тогда я не поняла этих слов, но сейчас осознание приходит в голову. Нужно ли спасать мою сестрёнку, хочет ли она вообще вернуться в Зелёную Долину или ей больше по душе холодные сырые стены замка Акфондоффоф?

Оден

Стою в гостиной и встречаю вернувшийся с похода мужчин семьи. Все держаться на высоте, даже хлипковатый братец, а вот Альварс изрядно зол и потрепан. Не могу сдержать ехидной улыбки, потому что брат вероятно думает, что власть это всегда веселье и благополучие, к такому он явно был не готов.

– Доброго дня вам! – громко говорю и машу прислуге рукой, чтобы та накрывала на стол.

Волки рода явно изголодались и соскучились по терпкому вину и крепкому элю.

– Как тебе отдыхалось, брат? Не растерял ли форму, не затекли ли мышцы? – ехидно спрашивает Альварс и залпом опустошает свой кубок.

– По твоему я все время лежал на постели и развлекался с наложницами, как до этого делал ты? – рычу ему в ответ, давая понять, что его подколки не уместны.

– Кстати, на счёт наложниц , хочу трахаться, аж яйца зудят! – пищит двоюродный брат и махает рукой в сторону прислуге, приказывая подойти. – Приведи пять, а лучше шесть самых горячих и безотказных девок!

– И когда это я позволил тебе командовать в замке? – снова выхожу из себя я, хотя в действиях брата нет ничего необычного.

– Да брось, сын, мы устали, хотим повеселиться, обо всем поговорим завтра. – ухмыляясь вставляет свое слово лорд Варл.

– В следующий раз нужно взять пару девок с собой. – смеётся дядя и все поддерживают его, кроме меня, мне совершенно не смешно, потому что знаю какой разговор ожидает меня впереди.

– Ладно, вы веселитесь тут, а я к женушке, поди соскучилась по мне! – опрокидывая очередной кубок с вином, говорит Альварс и поднимается из-за стола. – Эх, придётся ей завтра лекаря вызывать, во мне столько всего накопилось, боюсь Ия не выдержит. Да и похер.

Брат поднимается и, слегка покачиваясь, направляется к лестнице, чтобы пойти к жене, которой в спальне уже давно в помине нет.

– Альварс, постой. – окликаю его я. – Вернись, нужно поговорить и обсудить кое-что.

– Оден, давай потом, а?! Сейчас я могу думать только о дырках своей женушки и о том, как сделать так, чтобы она кричала от боли.

– Потому, что кричать от наслаждения заставить ты не в состоянии? – вырывается у меня, но я не сожалею об этом, брат слишком возвысил себя, пора его немного опустить на землю.

– Что ты несёшь? – рычит он и в секунду оказывается рядом со мной, хватает за края туники-рубашки и скалит зубы.

– Сядь на место, говорю. Разговор есть. – рычу ему в ответ и тоже обнажаю клыки.

– Хватит! – рявкает отец. – Присядь, Альварс, и выслушай брата, твоя шлюшка подождёт.

Брат отпускает меня и с недовольным видом возвращается на свой стул, все остальные вопросительно смотрят на меня, ожидая новости, которую я хочу сообщить.

– В общем первое, Ия непонятным образом исчезла из замка и вероятно покинула наш мир через портал. – громко заявляю я, с наслаждением наблюдая, как искривляется лицо Альварса.

– Как это понимать, брат? – сквозь зубы рычит он, всем видом показывая, что винит меня в произошедшем.

– Второе, – пропускаю вопрос брата мимо ушей и продолжаю. – Через этот же портал в замок вернулась её сестра, которая 8 лет назад сбежала от нас. Сейчас она находиться в подземелье в одной из темниц.

– Вот это новость… – удивлённо потирая лоб, выдаёт отец.

– Она такая же аппетитная, как и Ия? – пуская слюни спрашивает двоюродный брат, и я готов прямо сейчас броситься и порвать его на мелкие куски, не обращая внимания на родство.

– Подбери слюни! – сжимая кулаки, сквозь зубы отвечаю я, и он замолкает, потупив взгляд в свой кубок.

– Я не понял, то есть моя девка пропала, а за место неё появилась другая? – не понятно для меня радостно говорит Альварс. – Тогда я поспешу в темницу, чтобы наказать беглянку за её предательство и за побег сестры!

– Не спеши, Альварс! – преграждаю путь брату и толчком в грудь заставляю вернуться на свое место. – По праву ты можешь распоряжаться только своей женой.

– Да, от которой ты отказался и отдал мне, в чем разница?

– ООО, похоже в этот раз Оден решил оставить игрушку себе. – смеясь вставляет слово Варл. – Очень интересно чем же вторая сестра лучше первой, а?

– Как это, Оден? Моя сбежала, на замену ей осталась другая, все честно, она моя!

– Она никогда не станет твоей! – громко рычу и ярость захватывает меня.

Обращение сдержать уже не в моих силах, да я и не хочу особо, давно пора напомнить братцу, кто все же старший сын и кому отец передал правление.

Через немного уже задираю волчью морду кверху и издаю вой, показывая, что готов к бою.

– Вы бы вышли во двор, разнесёте все в гостиной . – хрипит, кашляя дед, который единственный не испугался и не подскочил со своего места, увидев двух обернувшихся огромных волков, скалящихся друг на друга.

– Рррр! – отвечает Альварс и обнажив клыки бросается на меня.

Ему не победить, хотя бы потому, что он сам не понимает за что конкретно сражается, а я понимаю. Я защищаю свою самку, свою дикую волчицу, которая сидит в темнице и ещё не понимает куда она попала, но я покажу ей, обязательно, только проучу своего зарвавшегося брата.

Альварс грызёт и царапает сильно, словно в реальной схватке против врага, я же лишь обороняюсь и дерусь в полсилы, чтобы не покалечить его. Разница в возрасте и опыт дают о себе знать, и скоро серый волк, скуля отползает от меня, через секунду возвращается в человеческий облик и, держась за окровавленный бок начинает стаскивать с дивана накидку, чтобы прикрыться. У меня тоже есть раны, но я не прячу их как и свое тело, за множество лет привык находится голым в присутствии других после обращения, к тому же мне совершенно не чего стыдиться, в отличии от брата вероятно.

– На, сын! – смеясь говорит отец, бросая мне запасные штаны, которые услужливо по его приказу принесла служанка из моей спальни. – Так чего ты хочешь?

– Хочу сделать её своей. Жениться и попробовать родить потомство. – отвечаю, все ещё поглядывая на брата, который слушает меня с недовольным оскалом.

– В чем разница? – хрипит дед. – Ранее ты побрезговал её сестрой, почему решил, что другая достойна тебя?

– Да, в чем разница, брат? – сплевывая кровавую слюну, ехидно присоединяется к вопросу Альварс.

– Я хочу её, разве этого мало? – решаю не говорить родне о том, что Мия моя избранная.

– Отдашь мне её , когда надоесть, а? – ёрзая на стуле спрашивает двоюродный брат, а я снова хочу отвернуть ему голову.

– Конечно, если не родит. Соединишь нас, дед ? – ставлю на первое место наше с Мией соединение, а уж потом буду всем глотки рвать и глаза выкалывать, если кто посмеет позариться на мою женщину.

– Так тому и быть. Назначим обряд на завтра. – одобрительно кивает Варл.

– Э, а как же я?! Как быть с моей девкой? – недовольно рычит Альварс в сторону отца.

– Девка твоя, а значит и проблемы твои. – усмехается лорд и подзывает к себе забившихся в угол наложниц.

– Надеюсь она стоит того, чтобы предать брата. – рычит мне на ухо Альварс и, схватив за волосы двух наложниц, поднимается по лестнице, таща их за собой, вероятно для этих жительниц дальней части замка все закончится очень плохо, хотя это запрещено, но Альварс зол и готов нарушить исправила.

Мия

Зара больше не приходит ко мне. Еду и воду мне приносит запуганная и весьма молчаливая служанка. Она не говорит со мной, даже не поднимает глаза, когда приходит и тут же быстро убегает, стоит мне лишь попытаться начать беседу. Мне невероятно тоскливо, хочется выть от безысходности своей ситуации и единственное, что я могу делать – это просто продолжать ждать.

Неприятно удивляюсь, когда в помещение через несколько дней моего одиночества входит Наяда. Она стоит в дверях и показывает всем своим видом свое презрение в мою сторону.

– Чего уставилась? Зачем пожаловала? – говорю я, складывая руки на груди и одаривая её таким же «добрым» взглядом.

– Ты осталась такой же грубой и невоспитанной девчонкой! Я сразу поняла что ты не Ия. – ехидно отвечает она. – Советую прикрыть пасть, ты пока что всего лишь узница в этом замке и я могу наказать тебя за не послушание!

– А ты попробуй. – с вызовом рычу я и расправляю плечи, показывая, что совершенно не боюсь эту полукровку.

– Попробую, если это потребуется. Вообще я пришла не отношения выяснять, а подготовить тебя к обряду соединения. – отвечает женщина и видно, что спокойный тон даётся ей с трудом.

Она ненавидит меня, жаждет разорвать на мелкие кусочки прямо сейчас, но не может ни физически, ни морально этого сделать.

После её слов в помещение входят ещё две женщины и приносят одежду и украшения.

– Я не собираюсь наряжаться, если Оден хочет взять меня в жены, то я предстану перед ним и всеми остальными в этом одеянии. – отталкивая подошедших ко мне служанок, твёрдо заявляю я.

Внутри немного радует, что хоть и для подобного обряда, но я все таки выберусь из этого подземелья, а это уже небольшой, но шаг к побегу.

– Да что с тобой не так? Почему ты не видишь очевидных вещей? – искренне удивляется Наяда и взглядом приказывает служанкам выйти. – Стать женой мужчины рода Акфондофф великая честь, небывалая удача и счастье.

– Да, моя сестра была очень здесь счастлива! – грубо отвечаю я, сдерживаясь из последних сил, чтобы не наброситься на эту лживую сучку, потому что не без её участия страдала моя Ия.

– Твоя сестра не имеет ни внутреннего стержня, ни должного характера, чтобы добиться счастья, но ты…

– Закрой рот и убирайся! Я не хочу больше слушать эту чушь и на обряд соединения я тоже не пойду. Передай моему не состоявшемуся муженьку, чтобы он катился ко всем чертям.

– Надеюсь Оден одумается и поймёт, что такая дрянь, как ты ему совершенно не пара! – злобно выплёвывает мне в лицо Наяда и уходит, громко хлопнув дверью.

Всё понятно теперь. Эта полукровка влюблена в него по самые уши и сгорает от злости и ревности. Вот и забирала бы этого волка себе, а мне бы помогла сбежать, освободила бы так сказать себе дорожку в его спальню.

Любопытство берет верх и я внимательно осматриваю вещи оставленные слугами. Длинная, очень приятная на ощупь туника, кажется невероятно тонкой, но в то же время совершенно не прозрачная, что уже делает её в моих глазах достойной вещью. Широкой пояс, вышитый золотыми и серебряными нитями и усыпанный драгоценными разноцветными кристаллами. Накидка на голову, которая должна скрыть мои волосы и лицо на время проведения свадебного обряда и массивное, невероятно тяжёлое ожерелье, которое символизирует род Акфондоффоф. Украшение отбрасываю сразу подальше, не хочу даже касаться того, что может объединить меня с ними. Через немного в сторону улетает и все остальное, потому что я справляюсь с желанием примерить все это.

Становится невероятно душно, влажный воздух больно входит в лёгкие, и голова слегка кружится. Одетые туники неприятно липнут к телу и я со злостью скидываю их вместе с бельём которое уже грязное и не свежее. Оставшись абсолютно голой, беру кадку, где осталось немного воды и выплёскиваю все на себя. Влага приятно охлаждает кожу и приводит моё состояние в норму. Выбираю из трех туник самую чистую и одеваю прямо на обнажённое тело. Решаю, что пока что сижу в темнице и особо меня тут никто не видит вполне достаточно и одной тряпки, тело конечно все светится, но зато не так жарко.

Почти начинаю дремать, когда дверь с грохотом открывается, и в мою комнату взрываются два огромных оборотня. Не успеваю даже пикнуть, как один стаскивает меня с кровати, а второй открывает замок на цепи. Карабин щёлкает и со звоном падает на пол, от чего я прихожу в себя и хочу броситься в бегство, но стражники держат меня крепко.

– Не трогайте меня, отпустите! – визжу я и упираюсь пятками в пол, когда они тащат меня по тёмному коридору.

– Тебя ждут на церемонии, прекрати брыкаться и упираться! – с рыком говорит один из стражников и забрызгивает своей слюной мне все лицо и шею.

Уже практически выбившуюся из сил меня доставляют в огромную залу, где за большим столом сидят все мужчины, которых я искренне ненавижу. Они смотрят на меня с презрением, жаждой и грязной похотью, я отчётливо чувствую, как все жаждут воплотить немедленно свои извращенные фантазии касаемо меня. Многих я не знаю и вижу впервые, но троих за этим столом помню прекрасно. Лорд Варл, Альварс и Оден. Муж моей сестры гуляет взглядом по моему телу и злобно скалится, вероятно недовольным тем, что от второй сестры его брат не отказался. Все, кроме Одена, одеты в серые рубашки и кожаные штаны. Будущий муж же облачен в расшитую золотом белую тунику и светлые широкие штаны. Если бы я одела свадебный наряд, мы бы очень гармонично смотрелись рядом, но в данный момент я стою перед восьмью мужчинами в ничего не скрывающей грязной тунике и сгораю от стыда и злости.

– Почему она так одета? Наяда будет наказана немедленно. – стукает по столу и недовольно говорит Варл, и его голос эхом разлетается по комнате.

Я вздрагиваю, но крепкие лапы оборотней держат меня, не давая ни упасть, ни броситься в бегство.

– Какая разница как она одета, главное, что под одеждой у неё все очень даже аппетитно. – причмокивая пищит какой-то парнишка. Не могу понять вообще какое отношение этот мелкий имеет к Акфондоффам.

– Смешно подобную тряпку называть одеждой! – громко бросаю в ответ, и все присутствующие удивлённо смотрят в мою сторону.

Видимо говорить мне запрещено, как и с вызовом смотреть им всем в глаза.

– Я не понял, это что ещё за поведение?! – подскакивает на ноги Альварс, но Оден с рывком усаживает его обратно.

– Тихо! Я сам разберусь со своей женщиной, Альварс. – громко, но вполне спокойно заявляет он, а потом окидывает всех своим пугающим чернеющим взглядом. – Подберите слюни и проявите уважение к моей будущей жене, иначе я буду вынужден лишить глаз и языка каждого из вас.

Все замолкают и убирают от меня свои сальные взгляды, мне почему-то становится очень приятно и горделиво внутри, смотрю на Одена и невероятно хочу послать ему благодарную улыбку, но вовремя одергиваю себя. Один поступок не исправит всех предыдущих, не вернёт мне потерянных в разлуке лет с сестрой.

– Пусть избранница подойдёт и мы начнём обряд соединения. – хрипом нарушает звенящую тишину видимо самый старший из рода и закашливается.

Оборотни подхватывают меня и тащат к столу , где сидит старик, следом к нам подходит Оден. Честно уже и не помню, каким образом все происходит, Наяда много раз объясняла нам с Ией, но я не особо слушала, потому что была уверена, что в подобной ситуации не окажусь.

– Согласен ли ты, Оден Акфондофф , старший сын Варла Акфондоффа, происходящего из древнего великого рода взять в жены эту девушку и принять с честью её покорность и послушание? – хрипло сипит старик, смотрит на Одена мутными, уже почти побелевшими глазами, а я не сдерживаю смех.

Мужчина рычит и крепко хватает меня за затылок, отталкивая от меня стражников. Я дёргаюсь, но остаюсь на месте, потому что хватка сильна, мне приходится продолжать это безумие.

– Да, я согласен. – довольно выдыхает Оден и рывком притягивает меня, словно куклу, еще ближе к себе.

– А ты, Мия, согласна стать женой Одена Акфондоффа и служить ему до конца своих дней, быть верной, послушной и уважающей своего Господина и традиции его семьи? – задаёт вопрос уже мне старый волк.

– Конечно же нет!!! – громко восклицаю я и делаю ещё одну попытку вырваться, но этим лишь злю Одена сильнее, заставляя хватать его меня так сильно, что в глазах темнеет.

– Союз не возможен! – слышится насмешливый голос Альварса. – Невеста должна дать согласие добровольно.

Мне кажется, что я слышу как хрустят стиснутые челюсти моего будущего мужа.

– Она ошиблась, дед, спроси ещё раз. – рычит мужчина, а у меня уже слезы текут по щекам от боли, кажется ещё немного и я попросту лишусь волос, Оден их окончательно вырвет, если не ослабит хватку.

– Брось, к чему это представление? Отправь девку к наложницам и дай нам наконец развлечься с ней. – слышу какой-то незнакомый голос и меня бросает в дрожь от подобного заявления.

Начинаю понимать, что категорически не хочу быть подстилкой для всех, и как не противно признавать, но лучше уж потерпеть одного Одена, чем всю его проклятую семейку.

– Хочется быть общей вещью, милая? – шепчет мне на ухо мужчина и неожиданно отпускает меня, но я не в состоянии бежать.

Понимаю, что смысла нет, не сегодня и не сейчас. Впервые мне безумно страшно, я не знаю, что ждёт меня дальше и с гулом в ушах слышу, как старик повторяет свой вопрос.

– Да, согласна. – хрипло выдавливаю из себя, еле шевеля губами.

Остальное вижу словно через какую-то пелену, чувствую себя сломленной , поставленной на колени и униженной. Старый Акфондофф что-то ещё говорит, наливает густую красную жидкость в большой украшенный кристаллами кубок и протягивает его мужу, тот поклонятся и отпивает, затем протягивает мне. Руки дрожат так сильно, что никак не могу поднести переданный мне предмет к губам, всхлипываю и растерянно смотрю на Одена, который в свою очередь тут же помогает мне, накрыв мои руки своими. Не понимаю, что пью, не различаю ни запаха, ни вкуса, ощущаю только горячее прикосновение, которое приятным ядом растекается по венам.

Оден забирает кубок из моих рук, отставляет его и после слов «союз заключён», подхватывает меня на руки. Вокруг все молчат и просто смотрят, как мужчина медленно несёт меня в сторону лестницы, его дыхание тяжёлое и прерывистое, словно он также боится и волнуется, как и я.

– Надеюсь она не опозорит тебя, брат. Кто знает, что и с кем она делала в другом мире. – ехидно бросает вслед Альварс и Оден с рыком сильнее сжимает меня в руках, но не отвечает, а продолжает подниматься по лестнице.

Кажется не дышу вовсе, пока идём по коридору и даже не могу пошевелиться. Силы возвращаются ко мне лишь когда мы входим в спальню, и мужчина закрывает дверь. Я резко ударяю мужа кулаком в грудь и выскальзываю из его рук, отбегаю подальше, на другой конец комнаты. Хоть и дала свое согласие, но это совсем не означает, что я буду послушной и стану исполнять все его желания.

– Ты теперь моя, Мия. – довольно протягивает Оден, стягивает с себя праздничную тунику и отшвыривает её в сторону, обнажая свое идеальное, словно выбитое из камня тело.

– Я не верю и не подчиняюсь вашим дурацким обрядам! – дерзко отвечаю и продолжаю отходить от наступающего на меня мужчины.

– Веришь и подчинишься. – твёрдо и весьма самодовольного заявляет муженек и отбрасывает в сторону уже снятые штаны, представ передо мной совершенно обнажённым.

Щеки загораются огнём, во рту пересыхает и горло начинает першить, когда я вижу насколько идеально он сложен. Возбуждение быстро накатывает на меня, пульс учащается, а между ног становится невыносимо горячо и влажно. По горящему огню в глазах мужа, понимаю, что он хорошо чувствует моё состояние и очень доволен происходящим, но совершенно не довольна я. Гоню от себя все мысли, стараюсь не смотреть, но не могу заставить себя отвернуться, особенно когда вижу огромный орган уже в полной боевой готовности.

– Не подходи, Оден! – тихо говорю, спотыкаюсь и падаю навзничь.

Не успеваю подняться, потому что мужчина наваливается на меня сверху, придавливая своим телом к полу.

– Ты моя! Моя слышишь и всегда была только моей. Скажи это, скажи! – рычит на ухо и разрывает пополам мою тунику, оголяя грудь с предательски затвердевшими сосками.

Он смотрит на них так жадно, что кажется хочет съесть их. Хочу оттолкнуть его, но он хватает мои руки за запястья и прижимает к полу над головой. Затем набрасывается на меня с поцелуями, я пытаюсь увернуться, кусаю, но Оден не реагирует. Из его рта сочится кровь, но это не останавливает его, он жадно целует мою шею, затем грудь, лижет, оттягивает и кусает соски, от чего я практически лишаюсь рассудка. Всё тело дрожит и горит огнём, злюсь, но понимаю, что не хочу прекращать это, напротив хочется обнять мужчину, прижать к себе настолько сильно, насколько хватит сил, с ужасом осознавая, что ничего не жажду в данный момент так, как впустить мужа в себя, разрешить ему потушить пожар, который уже больно жжет моё лоно изнутри.

– Скажи мне, Мия! – снова приказывает Оден, прекращает ласки и пристально смотрит на меня.

– Я… я… – ловя ртом воздух пытаясь ответить, но не могу связать и двух слов, в голове пусто, только бешенное желание громкими ударами бьётся в висках.

– Можешь не отвечать, я сам сейчас все узнаю и надеюсь не разочаруюсь в тебе.

Мужчина отпускает мои руки отстраняется и широко расставляет мне ноги. Чувствую себя безвольной куклой, которая не в состоянии сопротивляться, от этого становится тошно, но я продолжаю покорно лежать и ждать дальнейших действий, пристально глядя на мужа.

– Красивая, и здесь рыжая словно огонь. – усмехается он и проводит пальцем по моей промежности, утопая во влаге, которая уже стекает по внешней стороне бедра на пол.

Затем обхватывает своей член рукой, придвигает меня к себе и упирается головкой в самый проход в святая святых, куда конечно же никто не проникал. И это не потому, что я хранила верность Одену, это потому что не смогла найти достойного. Сейчас не знаю на руку мне это или нет.

От страха широко распахиваю глаза и задерживаю дыхание, готовясь к нестерпимой боли, потому что ничего другого это чудовище мне не способно подарить.

– Так ты моя? – зачем-то продолжает медлить Оден, оттягивая моё унижение.

– Нет. Я никогда не была твоей и не стану! – злобно отвечаю, потому что нервы сдают, не в состоянии уже выносить этого позора, чувствую отвращение к самой себе за слабость, за то, что сейчас нахожусь в такой ситуации, за то, что не в силах противостоять и исправить это.

Мой ответ явно расстраивает Одена, он злобно скалит зубы и проникает в меня одним резким грубым движением, погружаюсь сразу до самого основания.

Перед глазами все темнеет, я кричу и впиваюсь пальцами в пол, до крови ломая ногти. Больно настолько, что я не чувствую нижнюю часть своего тела, словно его разорвало на мелкие кусочки, хочется вырваться, но боюсь пошевелиться, понимая что меня вряд ли отпустят, а от новой порции боли я просто лишусь сознания, хотя это не такой уж и плохой вариант.

– Моя…. – ласково шепчет на ухо муж и делает парочку медленных незначительных движений внутри. – Потерпи немного. Скоро все пройдёт.

Я просто лежу, раскинув руки в стороны, с закрытыми глазами и заливаюсь слезами. Нет, мне уже практически не больно, мне теперь противно и не приятно. Возбуждение вмиг исчезло, не знаю с чем это связано, но я просто хочу, чтоб это скорее закончилось.

– Тебе все ещё больно? – проявляет ненужную заботу Оден, продолжая медленно вторгаться в меня. – Посмотри на меня, Мия!

Я зажмуриваю глаза ещё сильнее и отрицательно мотаю головой, потому что не хочу смотреть на него, не хочу видеть его победный насмешливый взгляд.

– Мия! – рявкает Оден и делает резкое движение бёдрами, от чего боль возвращается, и я распахиваю глаза.

Через секунду начинаю тонуть в омуте его чёрных глаз, которые затягивают меня в свою бездну , обещая мне навсегда запереть меня там. Он не смеётся надо мной, не издевается, Оден хочет меня, жаждет так сильно, что это видно в его взгляде, кажется даже там я вижу любовь и восхищение, но ведь такого просто не может быть, подобное чудовище никогда не сможет полюбить никого , кроме себя самого.

– Долго ещё? – покусывая губы спрашиваю, сгорая от стыда под натиском его взгляда.

– Это от тебя зависит, женушка! – смеётся Оден и не дает мне времени, чтобы возмутиться и ответить.

От набрасывается на мои губы, целует их страстно, напористо, будто ставит на мне свое клеймо, присваивает на вечно и даёт понять, что мне уже не избавится от него. Но я уже не хочу бежать, я растворяюсь в нем, потому что новая волна желания охватывает меня с головой, туманя мой разум. Слушая голос инстинкта поддаюсь ему и целую в ответ, крепко обхватив бедра мужа ногами. Оден стонет и перестаёт быть нежным со мной, он начинает вколачиваться в меня с животной страстью и…. мне это нравится. Я кричу, но уже не от боли, царапаю его спину обломанными ногтями и хочу мужчину с каждым движением ещё сильнее. Мы словно падаем в огонь, кожа и внутренности горят, плавятся, но это безумно приятно.

– Мия… – хрипит Оден и содрогается во мне, чувствую как внутри меня растекается его семя, и до конца осознаю, что обратного пути нет.

Несколько минут мы лежим неподвижно крепко прижавшись друг к другу липкими от пота телами. Мне дискомфортно, я немедленно хочу смыть с себя все это, но лежу, не желая выбираться из объятий мужа. Мои чувства в миг поменялись, и я определённо его уже не ненавижу, но конечно вряд ли люблю и когда-нибудь смогу полюбить. Это всего лишь физическое влечение, странно было бы не хотеть такого мужчину, но влюбиться…

– Пойдём, я покажу тебе свою купальню. – поднимаясь на ноги, говорит Оден и тащит меня за собой.

– Нет, я хотела бы побыть одна. – протестую я.

– Не начинай снова, не порть момент, жена. – недовольно отвечает мужчина.

– Я не хочу больше… этого. – опуская глаза говорю и краснею. – У меня все болит там.

Покорной и робкой я конечно не стала, но сейчас не тот случай, когда стоит выступать или злить мужа. Нужно быть умнее, как советовала Зара.

– Я вроде имел ввиду купание, а не секс. Ну и развратная же ты, милая! – наклонив голову набок смеётся Оден, пока я стараюсь закутаться в то, что осталось от моей туники.

– Да пошёл ты! – гневно выдыхаю я и отшвыриваю безнадёжно испорченную вещь, понимая, что другого у меня ничего нет, а голой находится перед мужчиной мне очень не хочется. – Я хочу вернуться в свою комнату и привести себя в порядок там.

– Твоя комната здесь. Завтра утром Наяда принесёт тебе все необходимое и напомнит правила поведения, как должна себя вести женщина рода Акфондофф.

– Что?! – возмущаюсь я сразу по двум пунктам его ответа.

Категорически против того, что теперь буду делить одно пространство и видеть этого Зверя постоянно, а уж то, что меня придёт учить сучка-полукровка Наяда, вообще за гранью моего терпения.

– Что конкретно тебя опять не устраивает?

– Вообще меня все не устраивает. Я хочу отдельную спальню, ведь у Ии она была, почему я лишена такой чести? – недовольно скривив лицо, поднимаю с пола рубашку Одена и натягиваю её на себя, стиснув зубы от злости.

– Ну была бы женой Альварса, жила бы отдельно.

– Ещё не поздно сменить одного брата на другого? – ехидно щурюсь я.

– Не нарывайся, Мия. – злобно рыкает на меня Оден, и мне нравится, как его задевают мои слова.

– Я не боюсь тебя, муженек! Самое страшное со мной ты уже сделал, хуже я чувствовать себя уже точно не смогу.

– Мия, я очень доволен тем, что ты осталась чиста и сохранила мне верность… – выдыхая сквозь зубы начинает он, а я закатываю глаза от того, что не в состоянии донести до этого мужлана то, что никому я верность не хранила. –… поэтому стараюсь быть с тобой очень терпеливым и даю тебе время на принятие своей судьбы, но учти, моё терпение не безгранично и если оно закончится, ты пожалеешь.

– И что ты сделаешь? Убьёшь меня? Отправишь к наложницам или в темницу? Я никогда не оставлю попыток сбежать отсюда, никогда не приму тебя, как мужа.

Оден сжимает кулаки, достаёт из шкафа штаны, его скулы нервно дёргаются, но он молчит. Одевается и просто уходит, громко хлопнув дверью. И скатертью дорога!

Очень рада тому, что мужчина не возвратился ко мне среди ночи и я прекрасно выспалась. Кровать у него и впрямь огромная и невероятно удобная, поэтому чувствую себя вполне отдохнувшей и полной сил для новых сражений.

Моё настроение портит появление Наяды, которая совершенно без стука вваливается в комнату, а следом за ней заходят три служанки с охапками злосчастных туник, правда немного другого пошива и качества, не такие прозрачные, как были у Ии, а более похожие на одежду этой полукровки.

– Чего притащилась? – рыкаю я и натягиваю на себя одеяло до самого горла.

– Одежду принесла. И память твою освежить, чтобы ты в грязь лицом не упала при первом же семейном сборе. – усмехается женщина и складывает руки на груди, прищурив свои карие глазки.

– Я не нуждаюсь в твоей помощи. Пошла вон отсюда.

Видимо после нашей встречи в кухне Наяда пришла в себя и осмелела, но это не надолго. Я с радостью укажу ей её законное место снова!

– Это просьба Одена, а твоих приказов я слушать не намерена, ты никто здесь. Вероятно совсем забыла какую нишу занимают здесь женщины, даже не смотря на то, что иногда становятся жёнами, это все не надолго. У тебя все равно одна дорога, ко всем остальным таким же попользованным и никчёмным подстилкам . – злобно отвечает женщина и служанки быстро исчезают из комнаты, вероятно почувствовав, как воздух накалился между нами.

– Хочешь занять моё место? – хлопаю рукой по постели, и мою собеседницу начинает трясти от желчи, которая исходит из неё. – Хочешь моего мужа, правда?

– Конечно хочу. Его не возможно не хотеть, ты в этом тоже убедилась вчера, как я понимаю. – в открытую насмехается надо мной женщина, а мне почему-то вдруг становится больно в груди.

Комок горькой обиды поступает к горлу, но я проглатываю его, не дав шанса этой нахалке насладится победой.

– Послушай, Наяда, – поднимаюсь с постели и, гордо выпрямив спину, подхожу к ней вплотную. – Мне глубоко наплевать, что происходит у вас с Оденом. Всё равно сколько раз и как он тебя трахал и сколько трахнет ещё. Теперь Я твоя хозяйка и если ты ещё хоть раз посмеешь повысить на меня голос или хотя бы посмотреть косо, попрощаешься с жизнью, поняла?!

Надзирательница снова не выдерживает моего напора и пятится назад, пока не упирается спиной о стену, я же подхожу максимально близко и смотрю ей прямо в глаза, читая в них страх.

– Что?! – хрипло выдаёт она.

– Пошла вон отсюда! И больше никогда не смей входить в эту спальню, пока я тебя не позову, хотя такое вряд ли когда-то случится.

Женщина скрипит зубами от гнева, но молча опускает голову и выходит. Я обнимаю себя за плечи, присаживаюсь на край кровати и плачу. Не могу точно понять от чего конкретно, но слезы сами текут из глаз не желая останавливаться. Я не ревную, тем более учитывая количество наложниц живущих в замке, но Наяда…

От мыслей меня отвлекает стук в дверь, в комнату заглядывает молоденькая девушка и говорит, что мне нужно спуститься к завтраку.

Подрываюсь с места, когда служанка уходит и начинаю натягивать на себя одну из злосчастных туник, которые в очередной раз показывают моё истинное место здесь. Идти к столу я конечно не собираюсь, видеть всех Акфондоффоф в сборе желания нет абсолютно, но чувствую, что вскоре за мной явится муженек, и мне придётся снова держать оборону.

Оден

Даже не сомневался в том, что Мия не явится к столу, лишний раз показывая свой характер и не подчинение мне. Глупая девчонка! Своим упорством делает только хуже себе, совершенно не понимая, что только разжигает во мне интерес и невыносимое желание её приручить.

– Надеюсь твоя женушка не пришла потому, что не в состоянии шевелиться после вашей первой ночи. – усмехается Альварс и одаривает меня ненавистным взглядом, в котором я отчётливо вижу злость и как обычно зависть.

– Ты слишком много внимания уделяешь МОЕЙ женщине, брат. – спокойно отвечаю, стараясь затушить внутри начинающий разгораться пожар. – Не лезь не в свое дело, предупреждаю пока по хорошему.

– Я считаю, что эта девка не достойна быть частью нашей семьи! Она предательница, чужачка! – сквозь стиснутую челюсть рычит брат.

– Закрой рот! Мия моя жена и таковой останется навсегда!

– Давайте не будем снова спорить и ругаться из-за женщины. Альварс, Оден сделал свой выбор и это его право. – вмешивается в наш разговор отец.

– Давным давно, когда ещё была возможность открывать порталы и странствовать по мирам, союзы порой заключались весьма неожиданные. – хрипло усмехается дед, на что Варл и Альварс недовольно стискивают кулаки.

– Спаривание видов, мешание крови и рас? Какой ужас. – кривит лицо Вал.

– У нас есть дела поважнее, чем спорить о наложницах. – откидываясь на спинку стула важно заявляет Севас. – Земли гибнут и становятся неплодородными, жители девятого мира мрут один за другим. Если так пойдёт дальше, то в скором времени нам некем и нечем будет править.

– Этим полукровкам стало слишком многое не нравится! Их нужно всех проучить, показать кто был есть и останется главным в девятом мире! – рычит Альварс и Севас одобрительно кивает. – Нужно сражаться! Сделать вылазку, чтобы раз и навсегда прекратить эти восстания.

– Предлагаешь перебить всех? – спокойно отвечаю я, довольный тем, что итоговое решение как главы рода остаётся за мной, а значит массового кровопролития не будет.

– А ты предлагаешь продолжать отсиживаться в замке и ждать пока их численность возрастёт и нам наступит конец?! – брызжет слюной брат.

Альварс никогда не разделял моих методов правления ибо он видит лишь одно решение – война. Мне же осточертели все эти битвы и сражения, которыми постоянно приходится доказывать превосходство нашего рода. Никто уже не верит, что мы сможем возродить былое величие, без потомства наше время рано или поздно уйдёт и никакая бойня не исправит этого. Жаль, что брат никак не может этого понять.

– Я хочу, чтобы девятый мир возродился, люди и полукровки должны склонить перед нами головы по собственной воле , иначе в этом нет смысла. – отшвыриваю приборы в сторону и поднимаюсь на ноги, потому что аппетит испорчен, продолжать разговор пока бессмысленно, к тому же в комнате сидит дикая волчица, которую немедленно нужно усмирить и я очень сильно хочу её, даже не могу думать ни о чем другом, кроме её сладкого, сводящего с ума тела и запаха.

– Оден! – удивлённо восклицает отец.

– Разговор окончен, развлекайтесь и отдыхайте пока что. – отмахиваюсь и направляюсь к лестнице. – Севас, прикажи собрать повозки с едой из наших личных запасов, пусть их отвезут в соседние голодающие деревни.