На грани Карпинская Настасья

Дисклеймер

Данная книга содержит сцены употребления алкоголя и табачных изделий, а также ненормативную лексику. Автор напоминает, что употребление алкоголя и табака вредит вашему здоровью. Все персонажи произведения являются плодом фантазии автора. Любые совпадения имен, фамилий, внешности или жизненных обстоятельств героев с реально существующими или существовавшими лицами абсолютно случайны и непреднамеренны.

Осторожно ненормативная лексика! Лицам старше 18+

Пролог

Слезы душат настолько, что не успеваю вдохнуть. Как рыба, открываю рот в попытках наполнить легкие воздухом. Размазываю слезы вместе с тушью по щекам и плевать, что косметика нещадно щиплет и раздражает глаза. Мне уже на все плевать. Плевать, что проект на работе недоделан. Плевать, что Ника обиделась. Плевать на его звонки. Не могу больше так. Он был прав, мне не на что надеяться. Сказка, нарисованная в моем воображении, никогда не станет реальностью. Никогда не обретет смысл. Беру из шкафа недопитый коньяк и тут же на кухне сползаю вниз по стенке на холодный кафельный пол, отпивая янтарную жидкость прямо из горлышка бутылки. Алкоголь обжигает горло, разливаясь теплом в желудке. Мне мерзко и противно от себя самой и мне безумно больно. Настолько больно, что хочется не просто плакать, а выть. От обиды сдавливает грудную клетку так, что каждый вздох отзывается невыносимой болью. Зачем позволила ему так с собой поступить? Почему не выгнала его? Почему не послала ко всем чертям? Зачем все это? Звук телефона снова раздается громкой трелью на всю квартиру. Мне даже не нужно смотреть на дисплей – я знаю, что звонит он. Он звонит снова и снова. Я не поднимаю трубку. Собираю всю свою силу воли и отключаю телефон к чертовой матери. Меня нет. Меня нет для него. Заливаю эту рану изнутри одним известным всем лекарством. Потом перейду на виски или ром, что там есть еще в шкафу? Водка. Значит, будет водка. Хочу напиться. Напиться так, чтоб боль утихла, но она не проходит, как назло, все усиливается и усиливается. Слышу, как входная дверь вздрагивает его от ударов, но не поднимаюсь. Не встаю и не бегу открывать. Больше не бегу к нему. Вот он – моя боль, мое сумасшествие, моя ошибка собственной персоной. Грохот от его ударов раздается на всю квартиру, но я продолжаю сидеть на полу кухни, раз за разом отпивая новую порцию коньяка. Слышу, как он ругается матом с соседкой, которая вышла на шум. Пусть кричит. Вздрагиваю лишь тогда, когда раздается резкий грохот и треск, и дверь влетает в стену коридора. Выбил. Герой, блин, спасать пришел, только от кого? От себя? Тогда бы лучше не приходил. От меня самой? Так не спасет, не сможет…

Глава 1

На часах половина седьмого. На дорогах, как всегда, пробки. Устал сидеть в этом чертовом офисе, поэтому, отдав распоряжения секретарю, прыгнул в машину и поехал в зал. Надо размять мышцы. Выехав на более-менее свободную дорогу, наконец-то расслабился, прибавив газу. Лето, тепло. Влюбленные парочки оккупировали все парки и лавочки. Тьфу, блин. Смотрю на них, и тошно становится. На хрен не нужны ваши чувства никому. Только когда вы это поймете, поздно будет. Все мы поздно это понимаем. Когда уже душу вывернули наизнанку, только потом понимаешь – твоя душа тоже даром никому не сдалась. А вот баблишко – другое дело, оно нужно всем. Шл*хи продажные. Вырывает из размышлений меня синий Ниссан, маячивший позади в попытках обогнать. За рулем рыжая девка, нагло поджимает меня. Хрен тебе, красавица. Не пропуская ее, еду по центру полосы, сбавив скорость. Пусть помучается. Мог бы, конечно, потесниться к обочине, но я не из добряков и не мать Тереза. Глядя в зеркало заднего вида на ее рассерженную мордашку, чувствую, как настроение постепенно улучшается. Доезжаем так до перекрестка. Ну что, крошка, проявишь сообразительность, свернув в сторону, или такая же тупая, как и все?

Синий Ниссан на перекрестке резко выворачивает влево. Крошка дает газу и, сделав петлю, подрезает меня. Намеренно тормозит прям передо мной. Вот сука! Бью по тормозам. Слышу свист шин по асфальту. Дура! Какого лешего ты творишь! Из открытого окна появляется рука девки с отогнутым средним пальцем. И эта рыжая бестия давит на газ, оставляя меня позади. Что за на хрен? Поиграть захотела? Это ты зря! Сука! Давлю газ в пол, и Мазда срывается с места. Ниссан выезжает к трассе, ведущей за город. Эта сучка прибавляет скорость, видимо, заметила меня на хвосте. Мигаю фарами, прося остановится. Реакции ноль. Точнее, реакция есть – она прибавляет скорость. Стрелка спидометра поднимается уже выше отметки сто километров в час, дура сумасшедшая! Выезжаем на трассу, дорога почти пустая. Сто двадцать, сто тридцать, сто сорок. Что за фигня? Она что, считает себя бессмертной? Сто пятьдесят километров в час. Укладываю стрелку спидометра все больше вправо. Ниссан сбавляет скорость, включая поворот направо. Сворачиваю резко на проселочную дорогу, подняв облако пыли в попытке срезать. Вылетаю на асфальт, выворачивая руль вправо, перекрывая машиной дорогу. Ниссан с визгом тормозит боком в полуметре от моей Мазды. Выхожу в бешенстве из машины. Готов отлупить эту ненормальную. Но из Ниссана вылетает разъяренная фурия.

– Лавров, ты не охренел ли? Ты какого выписываешь на дороге? Совсем мозги от жары сплавились?

– Слышишь, коза, ты откуда меня знаешь? Я что, тебя когда-то не трахнул, и ты обиделась?

– Ты придурок конченый, Лавров! Убирай тачку с дороги! – не пойму, откуда эта мышь меня знает? Подхожу ближе, чтоб рассмотреть эту взбесившуюся суку. Личико смазливое, но знакомое.

– Я тебя знаю?

– Что, придурок, с памятью совсем плохо, да? В больничку съезди, подлечись.

– Я серьезно тебя спрашиваю: откуда ты меня знаешь? – чеканю каждое слово, я уже готов придушить эту дуру. Она реально меня бесит.

Рыжая сука закатывает глаза, качая головой.

– Я подруга Ники Фроловой. Виделись как-то, дебил.

Тут до меня доходит, кто стоит передо мной.

– Ага, виделись, – помню я эту встречу. На свадьбе Димки с Никой. Эта фурия вылила мне бокал красного вина на голову. Даже не на рубашку, сука, на голову. Я ее прибить был готов. Жаль, что не догнал. Теперь стало понятно, почему не догнал.

– Что за движок под капотом у твоей тачки? – судя по скорости старта, там явно стоит что-то выходящее за рамки заводского.

– Тебе что за дело?

– Такая же чокнутая, как и подруга? Где вас, только таких делают? Еще раз такие выверты устроишь, я тебе твой пальчик сломаю в трех местах. Ясно?

– Успокой свое свинство, а то так и плещется из берегов. Ты первый начал, и нефиг возникать. Думал, тупая соска за рулем, на место тебя не поставит? Да хрен тебе!

– Слушай, овца, еще одно слово, и тебя от асфальта отскребать будут!

– Рискни, Лавров!

Делаю шаг к Ксении. Но эта бестия прыгает в свою машину. Объезжает по обочине, не забывая при этом показать мне средний палец в окно.

Сука бешеная. Ведь и правда не боится, как же хочется догнать ее и надрать ей ее круглую попку до красна. Злость проходит. Становится смешно от всей этой ситуации. Она ведь и правда меня уделала. Один ноль в ее пользу, но праздновать свою победу ей недолго. Уж об этом я позабочусь. Сажусь в машину. Мазда заводится только с третьего раза. Перегрел двигатель. Бабы совсем очумели. Какого лешего они в свои ведра суют турбированные движки!

Глава 2

Еду обратно в город. Вот сучка! Целый крюк дал из-за этой овцы, теперь в зал не успею. Твою ж мать! Размялся, называется. К Артему в клуб, что ли, завалиться?

Спустя два часа.

– Ден, ты все-таки неправ, зря ты так с Таней, – пытаясь вразумить меня, произнес Орлов. – Она же не девка какая-то, а твоя жена. Да и хорошая, верная, хозяйственная. Что тебе еще нужно? С жиру бесишься?

– Ты же знаешь, что мне просто плевать. Я и женился на ней, потому что она невинная была, когда я ее трахнул. Значит, я могу быть уверен, что она чистая, и дети будут мои. Да и по сравнению с остальными, она по мужикам не скачет.

– Ден, ты дебил. Ты сейчас ее обидел. Она уехала к матери и, как я понимаю, возвращаться не собирается. А ты не поедешь за ней, потому что ты придурок. О каких детях ты говоришь? Ни одна баба от такого козла, как ты, ребенка не захочет.

– Ты у нас знаток женской психологии, смотрю.

– Нет, просто это логично.

– Ты, что-то со своей хреновой логикой до сих пор бобылем ходишь, – но Артём уже слушал меня вполуха, заинтересовавшись чем-то происходящим в зале, и смотрел мне за спину.

– Ты извини, мне отойти надо. Я еще подойду, – бросил он, поднимаясь с места.

– Хорошо, – и я опрокинул в себя еще бокал виски, направляя свой взгляд в зал. Обзор с балкона второго этажа вип-зоны был замечательный. Поэтому увидеть, чем занят Артем, не составляло труда. Друг обнимал симпатичную девушку за талию. Как-то по-особому поцеловал ее в щеку и, взяв за руку, повел в сторону своего кабинета. А это уже интересно…

Смотря на эту ванильную ересь, в сознании снова вспыхнули картины сегодняшнего дня. Та рыжая бестия не выходила из головы. Артём говорил про Таню, а я только и думал, как умудриться надрать докрасна попку той рыжей суке.

Димка должен знать номер Ксении. В голове уже начал формироваться план отмщения за ее дерзость.

И я, достав телефон, набрал номер Фролова

– Привет, Дим!

– Здорово! – Димка протянул полусонным голосом.

– У тебя есть номер Ксении?

– Какой Ксении?

– Подруги твоей жены.

– Тебе зачем?

– Ты как-то говорил, что она в полиграфии дизайнером работает. Рекламу хочу сделать, макет нужен.

– Сейчас пришлю сообщением.

– Спасибо.

– Денис, если ты решил трахнуть подругу моей жены, то с Ксюшей это плохая идея. Очень плохая, – простерёг Фролов наперед.

– Разберусь.

– Ден… – Дима хотел что-то еще добавить, но я просто скинул звонок.

Выпив залпом оставшиеся виски в своем бокале, не стал дожидаться Артема и, вызвав такси, направился домой. Необходимо выспаться.

***

На следующий день.

Ксюша.

– Лавров, я не буду делать тебе никакой макет. Найди себе другое агентство, их полно в городе.

– Ксюшенька, я же и к директору могу пойти. И твоя прелестная попка полетит с этого места, как футбольный мяч.

Наклоняюсь к нему через свой рабочий стол, внаглую демонстрируя свое декольте с третьим размером груди. И с улыбкой на губах почти шепчу:

– У тебя слишком завышена самооценка. Сходи к психиатру.

– Ты с ним спишь?

– С кем? – закатываю глаза. Он уже порядком меня достал.

– Со своим директором?

– А если и так, то что?

– Он старый, – Лавров смешно корчит свое лицо, – я лучше, Ксюш, – вот же гад.

– Лавров, ты совсем… Ты забыл, что ты женат? Или мне позвонить Тане? Сказать, чтоб тебе напомнила? И вообще, я скорее вон тому лысому дам, – кивком головы показываю на лысого мужчину, очень больших размеров, который убирает мусор под моими окнами, – чем тебе.

– Ксюш, он тебя задавит. Ты умрешь в его потных складках быстрей, чем он кончит.

– Фу, Лавров, – я кривлю лицо в брезгливости и начинаю смеяться. Ничего не могу с собой поделать.

– Ну вот, я же говорю, что я лучше.

– Лавров, свали уже отсюда, а?! Казанова, блин!

– Ксюш, прими заявку на рекламный макет, и я уйду, – блин, почему у меня на столе нет такого молоточка, как у судей. Я бы с удовольствием сейчас стукнула им Лаврова.

– Денис Анатольевич, Вы задрали уже. Идите лесом, а?

– Ксения Викторовна, задрать я могу только вашу юбку. Что сделал бы с большим удовольствием, учитывая Ваше вчерашнее поведение. И отшлепал бы вашу попку.

Денис

– Денис Анатольевич, оставьте ваши эротические фантазии при себе, меня они не интересуют, – несмотря на видимое спокойствие, щеки девушки залил яркий румянец после моих слов.

Ксюша встала со своего кресла и отошла к стеллажам, вытаскивая какую-то папку. Я, тем временем, взял ключи с брелоком сигнализации от машины с ее стола и положил их в свой карман.

Ксения вернулась, протягивая мне увесистую папку.

– Вот, выбирай макет и вали отсюда. Твоя физиономия в начале рабочего дня портит мне настроение.

– Ксюшенька, выбери сама. Я доверяю твоему вкусу, – положил варианты макетов на стол и направился к выходу.

– Лавров, меня напрягает, когда твой голос становится таким ласковым. Что ты задумал? – смекалистая детка.

– Подозрительность тебе не идет, – улыбаясь, вышел из ее кабинета и достал украденные ключи. Вышел на улицу. Окинув стоящие на парковке машины, нажал кнопку на брелоке. Машина Ксюши мигнула фарами. Бинго.

Окна ее кабинета выходят на другую сторону, в чем я уже убедился. Поэтому дело упрощается. Набрав Сан Саныча, попросил прислать рабочих. Обрисовал ситуацию, рассказав, что надо проучить одного «нехорошего водителя». Конечно, умолчал, что водителем была девушка.

Ребята из сервиса приехали быстро. И также быстро сделали свою работу. Теперь на всех колесах синего Ниссана красовались блокираторы. Как только представлю, как эта рыжеволосая сучка будет злиться и сколько времени потратит, чтобы в час пик дождаться рабочих, и убедить их разблокировать колеса, так настроение улучшается. Даже головная боль после вчерашнего виски проходит.

Вернулся в офис агентства.

– Лавров, это снова ты!

– Телефон не видела? Найти не могу.

– Не видела.

– Посмотри, пожалуйста, в папке с макетами. Вдруг вложил случайно, – пока Ксюша отвернулась, положил ключи на место.

– Все, Ксюш, нашел, – выудив телефон из кармана, показал девушке. – Спасибо.

Уходя, услышал восклицание этой бестии.

– Ну и какого хрена?!

Не переживай детка, скоро ты узнаешь, «какого хрена» все это значило.

Глава 3

– Сукин сын! – как только увидела свою машину, сразу поняла, чьих это рук дело. – Козел, ну я тебе устрою, скотина! – дальше из меня вырвался такой поток нецензурных выражений, что проходящая мимо женщина закрыла уши своему ребенку и одарила меня раздраженным взглядом. Пробормотав извинения, я начала обзванивать ближайшие сервисы и шиномонтажки. Вечер, пробки, город стоит намертво. Рабочие приехали только через четыре часа. Удостоверившись, что машина моя, они сняли все блокираторы. Уставшая, злая и голодная, я отправилась домой. За эти четыре часа в моей голове созрел коварный план, как ответить Лаврову. Приняв душ, поужинав и поставив будильник на более ранее время, я набрала номер знакомого ветеринара. В студенческое время я с ним встречалась, но серьезных отношений у нас не сложилось.

– Привет, Артур!

– Привет, дорогая! Давно тебя не слышал.

– Скажи мне, пожалуйста, ты работаешь завтра?

– Да, как обычно, с восьми утра до семи вечера. Опять с Феней что-то? – Феня – это кошка моей мамы. И мы частые клиенты в клинике Артура.

– Нет, с Феней все хорошо. Артур, а ты не мог бы подъехать в клинику на часок пораньше? Есть небольшое, но очень важное дело.

– Могу. А что за дело, скажешь?

– Давай при встрече все объясню, – боясь его реакции, не стала сразу все выкладывать. При встрече не отвертится все равно.

– Хорошо, – ответил он немного напряженно.

Поболтав еще немного с Артуром, я, наконец-то, легла спать.

На следующий день в шесть утра я была уже на сельскохозяйственном рынке. Продавцов еще было мало, но я уже нашла то, что мне было необходимо: маленького розовенького милого поросенка. Вот его-то я и притащила Артуру в клинику.

– Ксюш, я, конечно, был готов ко многому, но поросенок! – мужчина был явно удивлен. Зато на моем лице расползалась победная улыбка. Я уже смаковала свою маленькую пакость.

– Артурчик, можешь ему снотворное поставить? Слабенькое. Мне его до мамы довезти надо, а он мне весь багажник перевернет, пока доедет.

– У тебя мама решила хозяйством заняться?

– Нет, соседка ее попросила, баб Зина, – вот, вру и не краснею, все-таки я отменная лгунья. Хотя моя совесть, словно хомяк, уже начинала меня грызть из-за этого. Но оно того стоит. Ой, Лавров, не с той ты связался. Тебе к дамам попроще надо, без такой неуемной фантазии, как у меня.

Артур поставил поросенку укол, и я уложила это милейшее существо в объемную льняную сумку, которую перекинула через плечо. Тяжеловато, конечно, но потерплю. Попрощавшись с Артуром, отказалась от его предложения мне помочь и, прыгнув в машину, направилась прямо в офис гада. На часах было половина восьмого, в офисе в это время должен быть только охранник. Самое сложное будет убедить охрану, пропустить меня к кабинету Лаврова.

В общем, полчаса я рассказывала байку о том, что мне нужно отдать директору очень важные документы. Но так как у меня самолет уже через два часа, я никак не могу встретиться лично с Денисом Анатольевичем и передать их через третьих лиц тоже не могу. Убеждала я охранника, как могла. Включила все свое природное обаяние. Даже пришлось дать свой номер телефона и пообещать свидание, на которое я не собиралась приходить. Но на что только не пойдешь, когда необходимо спешить. Уже совсем скоро тут начнут собираться сотрудники, а лишние свидетели мне не нужны. Да и поросенок начинал просыпаться, шевеление в сумке происходило все чаще. Все-таки уговорив бедного охранника, я пулей кинулась к кабинету Дениса, по пути читая таблички на дверях, благо мужчина подсказал, где он находится.

Вот он, а мне сегодня везет. Открыла дверь и, вытащив из сумки мою прелестную ношу, положила ее прямо на белоснежный кожаный диван. Поросенок уже проснулся и начинал изучать обстановку вокруг себя, что меня безумно радовало. Закрыв дверь кабинета, я быстро спустилась вниз и даже поцеловала охранника в щеку от радости. На работу я не ехала, а летела словно на крыльях. Настроение было замечательное. Предусмотрительно поставив свою машину на платную стоянку, мало ли что Лаврову взбредет еще в голову, я зашла в агентство и начала работать.

***

Офис Лаврова спустя два часа

– Это, что за херня? Кто… да твою ж мать, – я смачно выругался, наступив в лепешку, оставленную животным прямо на дорогом паркете его кабинета. Отборный мат, которому позавидовали бы даже грузчики на вокзале, разносился эхом на весь этаж бизнес-центра.

Вадим, услышав мои яростные вопли, вышел из своего кабинета узнать, что произошло. А когда увидел меня, смачно ругающегося и бегающего по кабинету в попытках поймать маленького испуганного и визжащего поросенка, его чуть не разорвало от смеха. Сложившись почти пополам, Вадим смеялся до коликов в животе. Не каждый день увидишь такую картину. Я же в бешенстве то орал на Вадима, требуя помощи, то матерился на животное.

В итоге вылетел из кабинета, вытолкав из него Вадима, и захлопнул дверь.

– Убью эту суку! Закопаю! Придушу на хрен! Кто ее сюда пустил! Уволю всех! – Вадим схватил меня, кипящего праведным гневом, за руку.

– Денис, успокойся, у нас переговоры через сорок минут, – говоря это, он все равно не мог не улыбаться.

– Какие, к черту, переговоры?! Я дерьмом поросячьим пахну!

– У тебя есть время сходить в душ. Давай только быстрей, китайцы уже через сорок минут будут тут. Ты же знаешь, они пунктуальные.

– Твою ж левую, да убери ты эту дебильную улыбку со своего лица, пока я ее кулаком не стер! Бесит! – рыкнул в его сторону.

– Я стараюсь изо всех сил, правда, – но он не сдержался и снова рассмеялся. Секретарь тоже улыбалась, но пыталась это скрыть, отвернувшись к шкафу и делая вид, что занята поиском документов.

– Ларис, вызови кого-нибудь, чтоб все убрали в кабинете, и избавься от этой твари! – бубня под нос заковыристые выражения матерного характера, я направился в душ. Стоило мне скрыться за дверью, как на всю приемную раздался смех Вадима и Ларисы. Настроение в офисе было поднято всем сотрудникам без исключения на целый день. Весь офис только и шептался об инциденте с поросенком в директорском кабинете. Лишь я ходил, чернея тучи, яростно сверкая взглядом на сотрудников.

Переговоры закончились, мы распрощались с китайскими партнерами. Наконец-то я смогу поехать к этой сучке и надрать ее задницу. Руки уже чешутся. Сидя в конференц-зале, успел только отправить ей сообщение с одной-единственной фразой: «я убью тебя!». В ответ пришел лишь смайл с высунутым языком и подпись: «никогда больше не трогай мою машину». Сука! Готов был убить ее. Но моим планам, видно не суждено было сбыться. Весь день меня дергали все кому не лень: партнеры, поставщики, банки. К вечеру я вымотался так, что еле передвигал ноги.

Рабочий день подошел к концу. И вот, сидя в своем, наконец-то, чистом кабинете и глядя на разодранный и испорченный итальянский диван, я думал лишь об одной женщине и о том, что мне хочется с ней сделать. Чертовка! Бестия! Чокнутая! Как я только за весь день ее не называл. Но легче не становилось. Почему она меня настолько выводит из себя? Перед глазами после этой мысли сразу всплыло лицо из моего прошлого. Лицо той, что удалось стереть меня в порошок. Той, после которой я ненавидел весь мир, которая уничтожила все хорошее, что еще оставалось во мне. Блин! Так вот кого она мне напоминает! Выругавшись, плеснул в бокал коньяка, выпил залпом. Крепкий алкоголь приятно обжог горло. Только на душе легче не стало. К черту все! Отомстила. Молодец, пять за изобретательность. Аналогия, проведенная между прошлым и настоящим, заставляла меня задуматься над необходимостью держаться подальше от Ксении.

Глава 4

Прошла неделя. Впереди выходные, а от Лаврова ничего, кроме того сообщения. Первые дни я остерегалась любого шороха и каждой коробки с почтой. Мало ли что он придумает. В то, что он просто забыл, я никогда не поверю. А вот затаился, чтобы притупить мою бдительность, это возможно.

В пятницу позвонила Оля и пригласила сходить с ней в клуб. Она несколько лет назад купила в моем подъезде квартиру и, встретив меня вечером на площадке, пригласила отметить новоселье. Так и познакомились. Любительница клубов и ночной жизни, Оля была завсегдатаем таких заведений.

Часы показывали шесть вечера, рабочий день подошел к концу. Пора держать путь домой и наводить красоту. На десять у нас было заказано такси. Настроение было соответствующее: хотелось танцевать, оторваться и напиться. И выкинуть Лаврова на хрен из своей головы.

Несмотря на пробки, домой я приехала уже к половине восьмого. Приняла душ, поужинала и начала собираться.

Недолго думая, вытащила из шкафа свое красное платье, черные туфли на высоченном каблуке, ремешок которых обхватывал щиколотку. Волосы я завила локонами, превратив их в дикую копну кудряшек. Над макияжем особо не заморачивалась – туши и помады будет вполне достаточно.

Клуб встретил нас громкой музыкой и приятной атмосферой. Направившись прямиком в бар, заказали несколько рюмок текилы.

– Как тебе клуб?

– Симпатичный, – тут на самом деле было на что посмотреть. Новый интерьер без пошлости и пафоса. Все продумано до мелочей: вышколенный персонал, зажигательный новомодный диджей. – Мне нравится! – Оля улыбнулась.

– Ты бы видела хозяина этого клуба. Он тоже симпатичный, даже чересчур.

– Мы поэтому тут?

– Нет, Ксю. Как говорится, я реально оцениваю свои силы. Мне такой красавчик не по зубам, – Ольга с грустинкой улыбнулась, опрокинула в себя рюмку текилы и заела лаймом. – Ну что, танцевать? Я уже готова покорять танцпол.

– Да, пошли.

Через час танцев мы снова направились к бару. Ольга уже подцепила какого-то парня, а его крепко выпивший друг активно пытался подбить клинья ко мне. Извини, мужик, но ты не в моем вкусе. Пара рюмок текилы, и я снова иду на танцпол. Хочу танцевать. Хочу оторваться так, чтобы наутро болели ноги. Чтобы доползти этой ночью до кровати, упасть в нее и забыться сном до самого утра. Без надоедливых мыслей о ненавистном мне Лаврове.

***

Стою на балконе в клубе Артема и наблюдаю за танцующей внизу толпой. Медленно потягиваю бренди. Пытаюсь навести порядок в своей голове и принять решение. Надо забрать Таню от тещи. Хочется поесть уже что-то помимо пельменей и полуфабрикатов. Тошно уже даже смотреть на них. Ресторанная еда тоже в горло не лезет. При мысли о борще и домашних котлетах текут слюни. Блин, дожил. Вот что делает семейная жизнь с мужиками. Ради борща становимся готовы наступить на собственные принципы. Мои размышления о кулинарных изысках прерываются, когда я замечаю на танцполе знакомую фигурку в коротком красном платье. Девушка кружится в танце. Плавные движения ее тела и шикарная рыжая копна волос, которая колышется при каждом движении девушки, гипнотизируют меня. Подвисаю в этот момент конкретно. Как завороженный наблюдаю за Ксюшей. Сучка! Сексуальная, выносящая мозг сучка! Оделась как потаскуха. А эти «трахни меня» туфли! Один взгляд на них любого мужика приведет в состояние «боевой готовности». Я уверен, при виде этой бестии даже у импотента встанет. Девушка полностью отдается танцу, не замечая ничего вокруг. Вдруг появляется какой-то мудак, который начинает тянуть к ней свои руки. Мне видно, как Ксюша скидывает его руки с талии и отталкивает от себя. Что-то объясняет ему, улыбается и уходит. Мужик, недолго думая, направляется за ней. А это мне уже не нравится. Ставлю бокал на столик и спускаюсь вниз.

Из закутка недалеко от дамской комнаты слышу голоса и возню. Вижу, как этот мудак прижал ее к стене. И внутри меня мгновенно закипает злость. Неужели она сама позвала его, чтобы трахнуться? Так невтерпеж, что даже домой не повела? Немного оценив ситуацию, вижу, что Ксения пытается скинуть его руки с себя, вырваться и оттолкнуть. Но силы явно неравны.

Не раздумываю больше. Отрываю этого пьяного мудака от нее и бью в лицо. Тот падает на пол. Ксения так и стоит у стены. Помада размазана, как у портовой шалавы. Платье помято. Взгляд испуганный. Ее вид вызывает у меня лишь агрессию. Поднимаю за шиворот мужика и бью в живот. Мудак складывается пополам. Я жду, когда он поднимется, чтобы вновь нанести удар. Но амбалы Артема тут как тут.

– Денис Анатольевич, все в порядке?

– Уберите этот кусок дерьма отсюда, – показываю на мужика, валяющегося на полу. – И больше не пускать его в клуб.

– Понятно, сделаем, – парни поднимают это тупое животное и уходят.

Подхожу к Ксюше. Она вся дрожит. Нет, у меня нет жалости к ней. Не после таких выкрутасов. Сама виновата – вырядилась как проститутка. Готов размазать ее по этой стене. Она пытается поправить платье, но руки дрожат. Беру ее за руку, тяну к себе, приобнимаю за талию. Она не сопротивляется. Наоборот, почти перестает дрожать, кладет свою голову мне на плечо. Твою ж мать!

– Спасибо, я так испугалась, – почти шепчет.

– Нефиг одеваться, как гулящая блядь, – вместо того, чтобы врезать мне по яйцам за очередное оскорбление, прижимается еще сильнее. Нет, у нее точно отсутствует чувство самосохранения.

Не могу удержаться, запускаю руку в ее волосы, оттягивая голову от своего плеча. Смотрю в ее непонимающее лицо. Второй рукой жестко вытираю остатки красной помады с ее губ.

– Денис, – говорит на выдохе.

– Еще раз увижу тебя в таком виде в клубе, отшлепаю твою задницу до красна, поняла? – говорю на полном серьезе. Сам не понимаю зачем. Какое мне, вообще, до нее дело? Может, она хочет, чтоб ее трахнули в грязном сортире клуба, как конченную шалаву.

– Если я еще раз в такое влипну, сама приду, чтобы воспитал, – ее голос все еще дрожит.

– Дура! – моя рука все еще на ее щеке.

– Полнейшая… – опускает на секунду глаза. – Я так испугалась,– делает такое движение головой, словно потирается о мою ладонь, как кошка.

Выдержка летит к чертям. Обрушиваюсь на ее губы. Сминая. Раскрывая. Проникаю в ее рот. Она на миг замирает от моего напора. Если испугается, отпущу. Но эта бестия льнет ко мне, принимая и отвечая безумному танцу наших языков. Теперь вряд ли что-то сможет меня остановить. Резко прижимаю ее к стене с такой силой, что она ударяется головой. Не обращаю на это никакого внимания. Она впивается своими пальчиками в мои плечи. Углубляю поцелуй, слышу, как она стонет. Все-таки девочка хочет. Задираю ее платье. Ее руки лихорадочно блуждают по моему телу, забираются под футболку. Остатки моего здравого смысла летят к чертовой матери от прикосновений ее пальчиков. Сдвигаю ее трусики в сторону, провожу по плоти, проникаю пальцами. Она безумно влажная и горячая. Каждое мое движение выбивает из нее очередной стон. Вот так, умница.

– Денис…

– Что, Ксюш? Давай, скажи, чего ты хочешь? – надавливаю на ее клитор, растираю и снова скольжу пальцами в лоно. Девушка отчаянно стонет, прося большего. Виляет бедрами, сама насаживаясь на мои пальцы. Оттягиваю ее волосы и шепчу на ухо, продолжая трахать ее пальцами.

– Давай, Ксюш, скажи это. Ты ведь так и хочешь, чтобы тебя сегодня оттрахали, – она напрягается, открывает затуманенные глаза. – Или мне вернуть того мудака? Может, ты предпочитаешь его?

Тут же мою щеку обжигает пощечина. Сука! Тебя точно необходимо научить общаться с мужчинами! Хватаю ее руку и прижимаю к стене. Расстегиваю брюки. Никак не реагирую на то, что Ксения лупит меня свободной рукой по плечу. Поднимаю ее ногу до уровня ремня на джинсах и резко вхожу в нее. Небольшой вскрик ловлю губами. Проникаю глубоко, слышу ее стоны. Пара толчков в ее горячее тело – и она больше не сопротивляется. Отвечает с таким же напором и жаром. Мне сносит голову от нее, от ее податливого тела, от ее аромата. Вхожу все грубее и сильнее, наказывая то ли ее, то ли самого себя. Но она не выражает никакого недовольства, только отзывается еще сильнее. Наши поцелуи похожи на борьбу. Сжимаю ее ягодицу, увеличиваю темп. Она впивается своими зубками в мою губу. Боль почти не замечаю. Скользит по укусу языком. От этого пробирающая мелкая дрожь спускается вниз по моему позвоночнику. Едва замечаю привкус крови во рту. Чертовка! Бестия! Сука! Обхватывает меня своими ножками. Поддерживаю ее на весу одной рукой, второй прижимаю ее за горло к стене. Готов придушить ее за то, что сейчас внутри меня происходит. Она будит всех моих внутренних бесов, спускает с цепи всех демонов. Дразнит их, провоцирует. Разрядка уже близко, в голове ни одной связной мысли. Ксюша сильнее сжимает свои ножки. Чувствую, как она начинает содрогаться в оргазме. Черт, как же хорошо она ощущается. Выскальзываю из ее тела. Зарываюсь лицом в ее волосы, наслаждаясь ароматом волос. Это злит меня. Кончаю на ее платье. Замираем на несколько секунд. Двигаться совсем не хочется. Пересиливаю себя. Сдвигаю свои руки с бедер на ее талию. Она опускает ноги на пол.

– Подонок! – ее голос охрипший.

– Буду считать, что тебе понравилось, – отступаю на шаг. Ксения заносит руку для очередной пощечины, перехватываю. – Еще раз залепишь мне пощечину, я отвечу тем же, поняла? – вырывает свою руку.

– Ты испортил платье. Как я доберусь до дома в таком виде?

– Всего лишь добавил недостающий штрих в твой образ гулящей девки. Иди приведи себя в порядок.

– Мудак конченый, – Ксения скрывается за дверью дамской комнаты. Поднимаю ее сумочку с пола. Спустя пятнадцать минут выходит. На лице ни грамма косметики. Она умылась и вычистила салфетками платье, но мокрое пятно все еще видно. Протягиваю ее сумочку.

– Возьми прикройся. И вот не надо на меня так смотреть, словно не ты полчаса назад стонала на моем члене.

– Какой же ты гандон!

– Поаккуратней со словами, детка, – Ксения пытается обойти меня, но я хватаю ее за локоть.

– Куда собралась? Еще одного трахаля искать? Мало было? Можем повторить.

– Я домой хочу, отпусти.

– Я отвезу, пошли.

– Я с тобой никуда не поеду.

– Поедешь, – мне надоело препираться.

Нет никакого настроения на разговоры и уговоры. Перекидываю ее через плечо и несу на выход. Отборный мат из уст этой сучки разносится на весь клуб. Если бы не громкая музыка, мы бы привлекли внимание всех посетителей. Отпускаю ее только перед дверцей машины.

– Садись, – почти запихиваю ее в машину. Отъезжаем в полнейшей тишине. – Напомни мне вымыть тебе рот с мылом в следующий раз, – Ксения не отвечает, только показывает мне средний палец.

– Еще раз высунешь свой пальчик, высажу на дороге.

– Я не просила меня везти.

– Могу вернуть в клуб.

– Почему ты такой мудак?

– А почему ты такая шлюха? – вижу, как подрагивают ее ресницы. Ксюша отворачивается к окну. Блин, только истерики сейчас не хватает. – Только вот слез сожаления не надо, – бросаю, не глядя на нее.

– Не дождешься!

– Вот и умница.

Ксюша достает из сумочки пачку сигарет, закуривает.

– Окно открой, салон прокуришь.

На удивление Ксения слушается.

– Адрес свой скажи.

– Вельского, 25.

До самого дома Ксения не проронила ни слова. Останавливаю машину у подъезда.

– Проводить?

– Сама дойду, – девушка выходит из машины.

Я жду, пока она заходит в подъезд. Отъезжаю. В голове полный сумбур. Винегрет из мыслей. Нет, надо срочно ехать за женой.

Глава 5

Выхожу из машины Дениса. На автомате иду к подъезду. Перебираю ступеньку за ступенькой, желая быстрее оказаться дома, за закрытой дверью. Зайдя в квартиру, сбрасываю туфли с ног. Не включая свет, сдираю с себя всю одежду: платье, нижнее белье. Слезы подкатывают к глазам от жгучей обиды. Там, в машине, я всеми способами пыталась сдержаться и не показать ему даже намека на слабость, не расплакаться. Пыталась думать о работе, прокручивала в своей голове концепцию нового проекта. А переступив порог квартиры, я сдалась. Больше не нужно прятать то, что внутри. И вот слезы ручейками стекают по щекам, размазываю их ладонями. Собираю все это тряпье с пола и швыряю в мусорное ведро.

Иду в душ, моюсь в почти обжигающей воде. Ванная комната вся в густом пару. Но это мерзкое чувство собственной ничтожности, в которое он меня окунул, как неразумного котенка носом в дерьмо, не уходит. Наоборот, растет во мне, обживается на новом месте, расползается как клубок змей, проникая в каждую клетку моего сознания. Черт! Как же я его ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Бью ладонью по стене с такой силой, что один из квадратиков кафельной плитки лопается. Только тогда оседаю на дно ванной и позволяю рыданиям вырваться наружу. Не знаю, сколько я так просидела, но вышла я из душа полностью опустошенной. Слез уже не было, только неприятный горький осадок в душе. Завернулась в большой махровый халат. Достала из холодильника бутылку недопитого бренди. Плеснув в бокал, выпила залпом. Налила еще. Села на подоконник, поставив окно на режим проветривания. Закурила. Свет я так и не включала. Мягкий свет уличных фонарей освещал парковку и вход в подъезд. И тут взгляд цепляется за машину. Его машину. Он так и не уехал. Курит, присев на капот, и смотрит на дом. Какого лешего? Что еще ему от меня нужно?! Спрыгиваю с подоконника. Мечусь по дому в поисках телефона. Нахожу его в брошенной на пол сумочке. Оказывается, Лавров набирал мой номер. И даже СМС от него приходили. Не читаю. Пишу ему сама: «Какого черта ты торчишь возле моего подъезда?» Ответ приходит быстро: «Ты в порядке?» Прям чертовски заботливый мудак. Сначала трахнул, обозвал, а теперь забота у него проснулась, или совесть… козел безрогий… Я еще несколько минут подряд на всю квартиру одаривала этого представителя мужского пола самыми яркими и заковыристыми эпитетами, какие только могла вспомнить и придумать. Когда мой словарный запас, наконец, иссяк, написала ему ответ: «Лавров я сплю уже, отвали». Отбросила телефон в сторону. Допила бренди, который остался в бокале. И тут, некстати, проснулось мое женское любопытство. И да, видимо, поговорка о том, что любопытство сгубило кошку, это про меня. Потому что стоило мне прочитать его сообщения, я реально поверила в то, что Денис умеет о ком-то переживать и даже заботится. Ой, чувствую, аукнется мне еще все и не раз. Тем не менее, уже лежа в кровати, я решила написать ему сообщение: «Спасибо, что защитил от того придурка и подвез до дома. Спокойной ночи!».

«А где «спасибо» за секс?»

«Благодарить за секс должен ты»

«Если бы ты сделала минет, то я бы отблагодарил… диким, горячим сексом» и улыбающийся смайл в конце сообщения.

«Лавров, ты мудак. И даже хорошие поступки это не изменят»

«Всегда рад стараться. Спи уже».

Откладываю телефон в сторону и почему-то улыбаюсь. Наверное, я не протрезвела еще до конца, раз переписка с этим придурком меня веселит. А секс и, правда, был хорош.… С этой странной мыслью я заснула.