Тесса Громова. Смертельный ритуал Алфеева Лина
Выходит, восемь лет Татьяна обходилась без блокаторов, а потом дар опять проявился, однако родители и дед были начеку и снова начали пичкать её таблетками. Но возрождающийся дар могли заметить не только они…
– Наталья все узнала. Правильно? Из-за этого она окончательно отдалилась от семьи.
Стоящая ко мне спиной женщина вздрогнула и прошептала:
– Она потребовала, чтобы мы перестали давать блокатор, грозила всё рассказать сестре. Говорила, что сама сможет гасить проявляющийся дар Танюши.
Вот оно! Татьяна и Наталья были близнецами и, вероятно, обладали сильной как эмоциональной, так и энергетической связью. Если Наталья каким-то образом откачивала у сестры магическую энергию, то её было необходимо куда-то перенаправлять. Вдруг из-за этого Наталья и стремилась заключить договор с деймонаром? Нет. Слишком сложно. Было бы куда проще рассказать сестре о даре и помочь ей его принять. А если всё дело в паучихе? Тварь вытягивала из Татьяны магию, опустошала внутренний резерв. Наталья заверяла мать, что сумеет удержать дар Татьяны под контролем. Неужели для этого натравила монстра на собственную сестру?
– Сомневаюсь, что консультант, не отличающий уборную от кухни, в состоянии чем-то помочь следствию. – За моей спиной раздался полный негодования голос Аркадия Миронова.
Я поднялась с пола, повернулась к нему лицом и бодро доложила:
– Перехотелось! Подскажите, тайное подкармливание Татьяны блокаторами осуществлялось по вашему требованию?
Миронов скрестил руки на груди и произнес:
– Беседа окончена, прошу покинуть мой дом. Все дальнейшие встречи со мной или членами моей семьи будут проводиться только в присутствии адвоката.
Я пожала плечами:
– Как пожелаете. – Вытащив из кармана визитку, протянула Марии. – Если захотите поговорить, вот мой номер.
– Уверен, что у Марии такого желания не возникнет, – сухо обронил депутат. – Единственное, что сейчас необходимо моей дочери, – полный покой и помощь квалифицированного психолога.
Мне пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы не сболтнуть лишнее. Хорошо, что Татьяна встретила Влада. Он-то не сломается, как Сергей, под напором Аркадия Миронова.
* * *
Миронов всё-таки вывел Филиппа из себя. Едва мы вышли за ворота, как капитан остановился, сплюнул себе под ноги и смачно выругался.
– Понимаю, почему Влад не захотел поехать с нами, – хмыкнула я. – Мне показалось или за выражением благодарности нашему оборотню скрывалось на самом деле что-то другое?
– Не показалось. Пока ты искала сортир, меня попросили, чтобы мой сотрудник занимался расследованием и не путал работу с личной жизнью.
– И это ещё мистер Важная шишка не в курсе, что Влад – оборотень.
– Не хочу представлять, что будет, если он об этом пронюхает. Кстати, Миронов рекомендовал исключить тебя из состава оперативной группы.
– А ты? – с замиранием сердца спросила я.
Капитан удивленно поднял брови.
– Ты ещё и сомневаешься? Чтобы я позволил какому-то бюрократу мне указывать!
Я перевела дух и поинтересовалась:
– А насчёт нападения Натальи на Чернову ты у Аркадия Игоревича спрашивал?
– Разумеется. Сделал в ответ удивлённое лицо и сказал, что не подозревает, из-за чего между ними мог возникнуть конфликт.
– Кто бы сомневался. Что, если он просил Чернову передать какое-то сообщение внучке, а та психанула?
– Всё возможно. Посмотрим, какую версию озвучит во время допроса сама Ольга. Как прошло посещение туалета?
– Сама пока ещё не поняла. Однако удалось выяснить, что по приказу Миронова Татьяну накачивали блокаторами.
– Без её согласия?
– Похоже на то, Фил. Вероятно, этим занималась мать. Ей было бы несложно раз в неделю добавлять препарат в чай или иную жидкость. Не удивлюсь, если выяснится, что и Мария всю жизнь провела на этих же таблетках.
– Могу запросить информацию в Башне.
– Было бы неплохо, – кивнула я.
– А главу семейства, получается, фортуна обделила? – задумчиво произнес Юдин. – Вдруг он поэтому так на магов взъелся?
– Он еще и оборотней, и вампиров не жалует, а что касается любви, мне кажется, что типы, подобные ему, вообще не способны испытывать это чувство. Не представляю, как с таким кровопийцей можно существовать бок о бок.
Капитан от оценки Аркадия Миронова воздержался, однако по его лицу было заметно, что она не слишком отличалась от моей.
– Фил, я раньше об этом не задумывалась, но получается, что и муж, и дети Марии взяли её фамилию.
– Роды были тяжелыми, после близнецов Мария Аркадьевна больше не могла иметь детей, вот отец и настоял на смене фамилии.
– Не думала, что в наши дни некоторые до сих пор заморачиваются продолжением рода и прочей реликтовой ерундой.
– Как видишь, заморачиваются.
Я в который раз удивилась осведомлённости капитана, и когда он только всё успевает? Не человек, а ходячий компьютер для сбора, учёта и анализа данных. Да он всех вампиров и оборотней, постоянно проживающих в городе, чуть ли не поимённо знал.
– Информация от Влада?
– От него. Он мне много чего занимательного об этой семейке рассказал. Я ему по-отечески посоветовал, как закроем это дело, – хватать Татьяну в охапку и переселять к себе.
– Так она же и так живёт отдельно.
– Угадай, кто платит за её квартиру. Чем сегодня займешься?
– Проработкой списка, выданного Серой стражей. Хочется верить, что адепт, работающий на Егорова, что-то знает, но нельзя исключать, что паучиху продал кто-то другой.
– Согласен. Занимайся, – одобрил планы Фил.
– Зеркало надо ещё не забыть проработать. Неплохо было бы выяснить, откуда оно у вампира. Вряд ли тот его купил.
– Считаешь, объявится владелец?
– Всё возможно. Отчасти из-за этого я и не захотела оставлять его в той конуре.
– Сомневаешься в надежности полицейской пломбы? – поддел меня Юдин.
– Сомневаюсь в порядочности соседей. Сам же видел, в каком состоянии находится дом. Кстати, что с диском из «Ночной орхидеи»?
– Поручил его Ларионову. Пусть прогонит через свою хитрую программу по распознаванию лиц. Там такой объем, мы вручную и за неделю не просмотрим. – Капитан сверился с часами. – Обед мы пропустили. Как насчет пиццы?
– Было бы здорово, – я поддержала инициативу начальника.
После плотного перекуса я прошлась по магазинам, предлагающим псевдомагический товар. Опросы продавцов не принесли особых результатов. Стоило мне указать на фальшивку, предъявить удостоверение и намекнуть, что я могу вызвать представителя департамента контроля магических сделок, как сведения начинали сыпаться как из рога изобилия. Мне готовы были сдать и поставщиков, и постоянных клиентов, но ни один из опрошенных не имел дел с энергетическими пауками.
Глава 11
Я уже собиралась лечь спать, когда раздался звонок в дверь. На пороге стоял Михаил. Не успела я поинтересоваться причиной его прихода, как он сухо проинформировал:
– Твоя ментальная проверка назначена на завтра.
Орлов предупреждал, что меня не минует общая участь, и всё-таки я оказалась не готова. При одной только мысли, что кто-то станет копаться в моей голове, внутри поднялась волна ужаса. Руки стали липкими, по спине заструился холодный пот.
– Я не смогу… Не смогу… Мне не выдержать… – сбивчиво бормотала я. Любое упоминание о ментальной магии вызывало приступ паники. Это был мой личный кошмар, до причин которого и докапываться не хотелось.
Михаил взял меня за руку и уверенно провел на кухню, усадил на стул и заглянул в холодильник.
– Если хочешь перекусить, есть только яблоки, – нервно усмехнулась я.
Орлов заглянул в шкафчик и вытащил начатую бутылку коньяка. Я тут же заявила, что в полном порядке. Михаил молча вскинул руку и создал в воздухе иллюзию. При виде собственной бледной, осунувшейся физиономии мне стало не по себе.
– Ну ладно, я слегка не в порядке. Но я уже почти успокоилась. Не хочу пить, мне нужна ясная голова.
– Как скажешь, – бутылка коньяка вернулась на место, Михаил устроился за столом и печально посмотрел на меня. – Ты не сможешь отказаться.
– Знаю, – тяжело выдохнула я, вертя в руках цепочку с амулетом.
Это был единственный артефакт, который я приняла в подарок от Михаила. Бывший наставник был готов укутать меня защитными заклинаниями с ног до головы, но я отказалась. Ни к чему мне магия, которую я сама не в состоянии воспроизвести. Держать ментальный щит я тоже умела, просто он казался недостаточно надежным.
– Тесса, я знаю, что ментальная проверка тебя пугает…
– Прекрати. Самой противно думать о собственной паранойе.
– И всё-таки у тебя есть способ избежать проверки.
– Какой же? – Я с надеждой посмотрела на Орлова. Неужели его влияние на совет магов так велико?
– Я эльф Тёмного двора. Никто не посмеет к тебе прикоснуться, если ты будешь связана со мной.
– Эльфийская разновидность Квар’трам? – насторожилась я.
– Скажешь тоже, – поморщился Орлов. – Речь идет исключительно о добровольном партнерстве.
– Что конкретно ты под ним подразумеваешь? Мне нужно знать, что я приобрету вместе с ним, а что потеряю…
– Ты мне не доверяешь?
– Я никому не доверяю. Особенности восприятия, – равнодушно пожала плечами я.
– В академии ты была другой.
– Возможно. Люди меняются. Пожалуйста, я не хочу об этом говорить.
Михаил молча кивнул и не стал развивать тему. И я ему была за это благодарна. Я не имела ни малейшего желания обсуждать то, что могло настолько изменить мой характер. Я и сама прекрасно понимала, что послужило причиной, – смерть подруги на выпускном.
Орлов объяснил, что собой представляла энергетическая связь по-эльфийски. К моему удивлению, это действительно было не что иное, как разновидность магического партнерства. Любой из нас смог бы передать часть силы другому, но исключительно по собственной воле.
Для проведения ритуала я провела Орлова в спальню. Михаил застыл на пороге и осмотрелся.
– Впечатляет. Мне всегда было интересно, где ты обитаешь, но подобное не мог и представить.
Согласна, на традиционную обитель Морфея эта комната походила лишь отдаленно, помещение скорее напоминало филиал оранжереи по выращиванию кактусов. Первый месяц работы в Серой страже оказался самым тяжелым; заметив мое подавленное состояние, Головин посоветовал найти отдушину, нечто, на что я могла бы переключаться после работы. Так я начала собирать кактусы. Теперь в моей коллекции насчитывалось сорок три колючих представителя семейства. Самые маленькие росли, как морковки на одной грядке, в длинных невысоких керамических кактусницах. Экземплярам покрупнее полагались отдельные горшки, расставленные на пластиковых стеллажах вдоль стен. Таким образом колючие любимцы получали максимум света, льющегося из окон. Настоящей же моей гордостью являлся кактус-гигант высотой чуть больше сорока пяти сантиметров.
Пока Михаил изучал мою колючую прелесть, я стащила футболку и растянулась на диване животом вниз.
– Амулет тоже придется снять, – распорядился Орлов. – Не беспокойся, я не стану читать твои мысли.
Расставшись с кулоном, я поспешно установила щит. Его возведение отозвалось болью в висках.
– Давно не практиковалась? – догадался о моем состоянии Орлов.
– Кажется, я слишком увлеклась.
Диван просел под весом Михаила, когда он устроился рядом, я стиснула зубы и мысленно приказала себе лежать спокойно.
– Тесс, что случится с человеком, надолго прикованным к постели? Ммм… К примеру, если его привязать за руки и ноги к столбикам кровати? Великая Богиня! Тесс, ну куда ты поползла? Я же образно говорю. Лежи смирно, иначе мне придется тебя обездвижить.
Полежишь тут смирно, когда по тебе водят руками, ощупывают, а сами параллельно эротическим фантазиям предаются. Да лежу я, лежу. Я притянула к себе подушку и зарылась под неё. Теперь, по крайней мере, Михаилу не будет видно, как у меня горят щёки.
– Так вот, о чем это я, Тесс, – Михаил прокашлялся. – Что, если человека лишить возможности передвигаться хотя бы на сутки? Сначала его тело начнет испытывать лёгкий дискомфорт, затем появится онемение в мышцах, он будет ерзать по постели в тщетных попытках освободиться, если же решит упорствовать, то сотрёт кожу на запястьях и щиколотках, но и боль не принесет желаемого облегчения. Через некоторое время – месяц, два – он смирится и станет проводить большую часть времени во сне. Постепенно мышцы атрофируются, и когда через полгода он попробует встать, то обнаружит, что ему нужно заново учиться ходить.
– Понятно, к чему ты клонишь, – проворчала я из-под подушки. – Мне не стоит злоупотреблять амулетом.
– Ментальные щиты должны быть частью сознания. Тебе следует научиться поддерживать их автоматически…
– А я и умею! – возразила я и сделала попытку подняться, Михаил толкнул меня в спину, заставляя вернуться в исходное положение. Я почувствовала, что руки и щиколотки обхватывают магические нити, и взревела: – Мы так не договаривались!
– Я просил лежать смирно, – невозмутимо парировал он.
– Миша, я не завишу от твоего амулета. Могу и вовсе не надевать.
– Микаель. Я хочу, чтобы ты назвала меня Микаелем, – тихо попросил он.
– Твое эльфийское имя? – тоже тихо спросила я.
– Микаель Авриль.
Микаель Авриль. Красивое имя. И Михаилу подходило, и всё-таки думать о нем как об Орлове было привычнее.
От рук, лежащих у меня на спине, начало исходить тепло, постепенно оно превращалось в жжение. Против воли у меня из груди вырвался тихий стон.
– Больно? – участливо спросил Михаил, однако руки не убрал.
Признаваться в собственной слабости не хотелось, поэтому я ляпнула первое, что пришло на ум:
– Миш, а кто такие деймонары?
Мой бывший наставник вскочил с дивана, я повернула голову и увидела, как он, прилагая усилия, пытается сжать в ладонях крошечное солнышко. Хорошенькое такое солнышко, пахнущее мятой и тмином. Лицо эльфа покрылось испариной, на руках бугрились мышцы. Наконец ему удалось погасить магический светлячок.
– Тесс, чтоб тебя… – прохрипел он, а затем стремительно развернулся. В его правой руке зажегся тёмный огонь.
Круто! Я такого ещё не видела. Рассмотреть пламя как следует помешало взбесившееся покрывало – ткань подо мной ожила и за пару секунд спеленала, как младенца.
– Похоже, что вы, Тессия, полностью лишены инстинкта самосохранения, – с ехидством произнёс невидимый Норд. – И да, Авриль, ты в курсе, что если вдруг решишь удовлетворить любопытство юного дарования, то я сверну ей шею?
– Норд, покажись! – прорычал Михаил.
– Не раньше, чем ты возьмёшь себя в руки. Полагаю, девушка расстроится, если от тёмного пламени пострадает её колючая стража.
Перед глазами возникла картина – обугленные любимцы на оплавившихся от огня пластиковых стеллажах, – и я взвыла:
– Миша, не надо! Норд, вы ко мне на постоянное место жительства перебраться решили?
Михаил обернулся и изумленно уставился на меня.
– Приглашаете? – полюбопытствовал Норд, появившись под потолком в противоположном углу комнаты.
Он сплел из невидимых магических нитей нечто напоминающее кресло и теперь вольготно развалился прямо в воздухе, закинув ногу на ногу.
– Тессия, вы так часто принимаете гостей. Впору составлять график, – насмешливо произнёс деймонар. Внезапно его лицо посуровело, и раздалось злое: – Она дала согласие?
Вопрос был адресован не мне, но речь шла явно о моей персоне. Михаил почему-то смутился и бросил виноватый взгляд в мою сторону. Покрывало, из которого я уже практически выпуталась, снова скользнуло вдоль туловища и спеленало на этот раз так, что я даже руками пошевелить не смогла.
– Значит, не дала. И когда ты собираешься ей сообщить?
– О чём? – насторожилась я, заранее предчувствуя, что ответ мне не понравится.
– Поздравляю, Тессия, с сегодняшнего дня в ваших жилах течёт эльфийская кровь. И не хлопайте так удивленно глазами. Вероятность ошибки полностью исключена, ваша аура не врёт.
– Всего лишь энергетическая связь? – прошипела я.
– Не сейчас, – еле слышно попросил Михаил.
– Почему же не сейчас? Я с удовольствием послушаю, как ты станешь отмазываться, – едко произнес Норд.
– Зачем пожаловали, Норд? Успели соскучиться? – зло процедила сквозь зубы я. Происходящее между мной и Орловым было только нашим личным делом.
– Всего лишь подстраховался. – Надо мной открылся портал, и на диван облаком опустилось черное платье: лиф-корсет из плотного кружева и прямая, расширяющаяся книзу юбка. – Туфли найдете? Хотя… – Норд открыл ещё один портал и исчез в нём по грудь, когда он оттуда вынырнул, на диван сначала упала пара красных туфель, а затем медленно спланировал кусочек красного шёлка.
Я мысленно застонала. Уверена, последнюю деталь он добавил, чтобы позлить Михаила.
– Принимайте подарки, Тессия. В десять встречаемся у меня, – ввернул деймонар, нахально улыбнулся и исчез.
– В гробу я видела ваши подарки, – огрызнулась я.
С уходом Норда я наконец-то смогла выпутаться из покрывала. Вскочила, подбежала к зеркалу и начала осматривать спину, на которой теперь красовались темные руны.
– Да что за хрень мыхрячья! Я не соглашалась на подобное!
– Это всего лишь визуальный эффект. Кроме того, ритуал при необходимости можно обратить…
– Считаешь, что это должно меня успокоить? – Мой рот наполнился горечью. – Я же доверяла тебе, Авриль!
Эльф шагнул ко мне, но я выставила руку ладонью вперед, сохраняя между нами дистанцию.
– Я столько раз мечтал, что ты назовешь меня настоящим именем, но не подозревал, что это произойдет при таких обстоятельствах.
– А я не подозревала, что, обнажившись перед тобой в первый раз, настолько об этом пожалею! – сказала и почувствовала, как краска заливает лицо. Вот и призналась самой себе, что думала о близости с Орловым. Заодно и его в известность поставила.
– Тесс… – Михаил притронулся к моей руке и переплел наши пальцы.
– Я поверила тебе, – простонала я, ненавидя себя за собственную слабость. Вопрос доверия для меня был крайне важен.
– Обещаю, ты не пожалеешь. Руны, выведенные у тебя на спине, защитят не только от Совета.
– Ты сказал, что их можно убрать.
– Можно. Но надо ли? – Михаил посмотрел так, что у меня защемило сердце. – Я никогда не сделаю того, о чем ты сама не попросишь.
– Учту. Прости, но мне надо побыть одной.
Орлов мрачно покосился на лежащие на диване вещи, но от комментариев воздержался.
– Я сообщу Совету о твоем новом статусе.
– О каком ещё статусе?
– Разве ты ещё не поняла? Энергетическая связь между фейри и человеком возможна, только если они любят друг друга.
Я застыла, не зная, как реагировать на подобное. Орлов воспользовался моим замешательством, быстро поцеловал в губы и растворился в воздухе.
* * *
Мне снова приснилась липа. Такая высокая, родная и знакомая до каждой веточки.
Ветер привычно шумел в кроне, в воздухе разливался дурманящий цветочный аромат. Я заморгала, привыкая к перемене в освещении. Нет, темнота не была помехой. Сумеречная союзница и единственная свидетельница действа под названием «Липовая засада». Я беззаботно рассмеялась от осознания собственной дерзости и сбросила кроссовки. Так будет проще. Эта ночь принадлежала только мне.
Первая ветвь, вторая, третья…
Взбираться было так просто, какая-то неведомая сила подстегивала, гнала вперёд к вершине, а сердце билось так сильно в ожидании чуда. Тело казалось невесомым, как полупрозрачный шифон коротенького иссиня-чёрного платья. Я ощущала себя перышком, несущимся навстречу чему-то неведомому и прекрасному, но на этом пути было так легко оступиться. До вершины оставалось совсем немного, когда моя нога соскользнула. Внутри всё обмерло, руки беспомощно взмахнули в попытке ухватиться за следующую ветвь. Падение было неизбежным…
Горячие пальцы ухватили за запястья, восстанавливая равновесие. От неожиданности я покачнулась и на этот раз точно улетела бы вниз, если бы меня не придержали за талию.
– Поймал! – В ночи раздался тихий торжествующий смех, а я застыла, не в силах поверить происходящему…
Глава 12
Соколов сдержал обещание и закончил сравнительный анализ вещества, выявленного в крови Мироновой, с частицами флоры, обнаруженной в цветочном горшке в квартире Денисова. Мои подозрения подтвердились – совпадение было стопроцентным. Об этом я узнала из утренней массовой рассылки. Не успела я закончить завтрак, как поступило сообщение от капитана. УПИР срочно вызвали к Центральному парку.
Первый, кого я заметила по прибытии, был Соколов, сидевший галкой на парапете забора. Вместо привычной серо-голубой формы медработника на Григории были рваные шорты чуть ниже колена, белая рубашка в синюю вертикальную полоску, на шее болтался ярко-малиновый галстук. Косички Григорий собрал в высокий хвост, при каждом повороте головы они подрагивали, словно копошащийся клубок змей. С левого плеча огненноволосого Медуза свисала объемная квадратная сумка, увешанная брелоками. Незнакомый мужчина суетливо вышагивал перед оградой, засунув руки в карманы, и о чем-то оживленно спорил с нашим судмедэкспертом. О том, что высокий мужчина в брюках и майке навыпуск, скорее всего, является сотрудником правоохранительных органов, я догадалась по кобуре, выглядывающей из-под майки. Он был явно на взводе, а с лица Григория не сходила вежливая улыбка. В процессе разговора наш судмед с невинным видом ковырял пластмассовой ложечкой мороженое в стаканчике.
Из припарковавшегося рядом такси выбрался Юдин. Кивнув мне, он заметил Соколова и спорящего с ним мужчину.
– Это Столяров. Второй участок, – пояснил Филипп. В этот момент обсуждаемый следователь остановился и в сердцах хлопнул себя по ляжке. – И чего он так завелся?
– Труп не поделили? – предположила я.
Я угадала лишь отчасти: в парке и в самом деле было найдено тело, но на него никто не претендовал. Несмотря на то что убийство было совершено на территории второго участка, Столяров пытался убедить Соколова, что расследованием должно заниматься наше управление. На одежде убитого были замечены следы буро-коричневого порошка. Когда по нему провели сканером, производящим первичный анализ химических соединений, выяснилось, что, помимо кокаина, в состав вещества входила странная органика растительного происхождения. Наш предусмотрительный судмедэксперт внес данные о неизвестном науке компоненте, выявленном в крови Мироновой, в городскую базу. Теперь второй участок пытался спихнуть тело нам.
– Юдин! Умоляю, приведи своего сотрудника в чувство. Он отказывается принимать тело. Мы уже свой фургон вызвали вам в помощь, а Соколов упёрся рогом!
– С прибытием, – Соколов приветливо улыбнулся нам, отсалютовав пластмассовой ложечкой от мороженого, и, повернувшись к следователю, флегматично процитировал: «УПИР занимается делами, по которым проходят представители иных рас, такие как оборотни, вампиры, фейри, суккубы, инкубы, зомби и прочая низшая нежить. Согласитесь, этот бомж на вампира или оборотня мало похож. Стопроцентный человек. Даже не вампироман. И поэтому он нам неинтересен».
– Этому бомжу скрутили шею, как цыпленку! Шейные позвонки не просто сломаны – голова повернута градусов на двести.
– Не согласен, – продолжал гнуть своё Соколов. – Вполне себе естественная смерть: шёл, споткнулся, свалился в яму, сломал шею. Стоял высоко – упал глубоко.
– Юдин, идём, взглянешь на тело, или здесь произойдет очередное смертоубийство! – взвыл Столяров.
– Идем взглянем. Вы уже оградили территорию?
– Конечно. И с администрацией парка пообщались, и местность…
Какие именно действия были совершены на местности, я не расслышала, потому что оба мужчины исчезли в проходе, ведущем в парк.
– Красота! – Соколов с довольным видом прицельно забросил пустой стаканчик в урну. – Теперь дело точно наше! Заяви я с ходу, что меня интересует это тело, – получил бы первосортный бюрократический головняк.
– Так кого нашли в парке?
– Мужчина славянской внешности, возраст чуть больше пятидесяти. Администратор парка опознала в нем ночного сторожа, уволившегося три недели назад. Звали Эдуардом Васильевичем Кузьминым. Я прогнал по базе: всего три совпадения, и лишь один подходит нам по возрасту. У него дочь в Польше живет.
– По твоему описанию он не похож на бомжа.
Соколов оттолкнулся ногами от выступа и бешеным кузнечиком спрыгнул с парапета. Я едва успела отскочить. Приземлился он в полушаге от меня, перевесил сумку на моё плечо и принялся в ней копаться.
– А предупредить сложно было? – прошипела я.
– Тренируй реакцию. В работе пригодится. Так. Всё в порядке. Не забыл, – похвалил он сам себя и закрыл сумку. – Тесс, технически Кузьмин и был бомжом, потому что прописки не имел. По словам того же администратора, проживал где-то на даче.
– Понятно. Расскажи мне о свернутой шее, а ещё лучше – покажи.
– Изолирующий гель с собой?
Я покачала головой.
– Без проблем. Мой полевой набор всегда под рукой. – Соколов похлопал по сумке. – Вперед, тут недалеко.
* * *
За воротами начиналась дорожка, усыпанная желтоватым ракушечником, но Соколов сошел с неё и направился в глубь парка. В той стороне находился овраг. Несмотря на прошедший под утро дождь, земля уже успела просохнуть. Григорий подошёл к краю, расставил руки и полубегом-полупрыгом спустился по склону.
– Давай, Тесс. Это только со стороны выглядит страшно.
Угу. Как раз так шеи и ломают. Я присела на корточки и аккуратно сползла вниз, цепляясь руками за траву и кустарник. Юбка задралась выше колена и стесняла движения.
В тридцати метрах от нас овраг пересекала жёлтая полицейская лента, она уходила вверх, очерчивая склон, по которому покойный спустился или скатился вниз. У края обрыва стояли двое патрульных из команды Столярова и хмуро посматривали на нас. Пока судмед выёживался, им пришлось заняться ограждением территории и взять на себя переговоры с администрацией парка. Кроме того, они прочесали местность в радиусе трехсот метров. Ничего подозрительного не нашли, но кому охота заниматься чужой работой?
Увидев издалека распростертое на земле тело, я непроизвольно замедлила шаг. Столяров упоминал, что Кузьмин был бомжом, но я не любила подобные ярлыки. Они заранее настраивают на определённую визуализацию. По мне, так застиранная футболка, серые спортивные штаны и поношенные кеды ещё никого бомжом не делают.
Мужчина лежал на животе, его шея была повернута на сто восемьдесят градусов, взгляд остекленевших карих глаз направлен в небо. Сделав несколько глубоких вдохов, прокашлялась. Вот зараза! Почему же всегда так сложно? Ещё и Григорий, будто почувствовав моё состояние, быстро повернулся и вопросительно приподнял бровь. Я кивнула в ответ, давая понять, что всё в порядке. В конце концов, меня никто насильно в овраг не тянул. Прикусив нижнюю губу, продолжила осмотр: худощавое лицо мужчины было чисто выбрито, на щеках тонкими линиями темнело несколько свежих порезов, чуть тронутые сединой каштановые волосы торчали неровными прядями. Именно так и выглядит прическа «Подстриги себя сам».
Над покойным, широко расставив ноги, склонился Филипп.
– Соколов, иди сюда. Надо его перевернуть.
– Так вы все-таки берете дело? – На лице Столярова отразилось явное облегчение.
– Кэп, не уверен, что стоит в это ввязываться. К чему нам проблемы с наркоотделом?
– Никаких проблем не возникнет, я лично переговорю с ребятами, – быстро заверил Столяров. – Юдин, я гарантирую, они не будут лезть. Просто сбросите копию отчета, когда закроете дело.
– Полный карт-бланш? – не унимался Григорий.
– Полный. Дело ваше. От и до.
– Отлично! – Судмедэксперт в предвкушении потёр руки и открыл сумку.
– Филипп, сколько мы проработали бок о бок в убойном? Лет десять? – обиженно проворчал Столяров.
– Двенадцать…
– Ты же меня знаешь, я никогда не вставлял коллегам палки в колеса. К чему было устраивать весь этот цирк?
– Филипп Юрьевич, может, и знает, а я вижу впервые, и мой опыт общения с коллегами из других подразделений говорит об обратном, – вклинился в разговор Григорий, размазывая гель по рукам. – Тебе надо? – поинтересовался он у меня.
– Давай, – ответила я и протянула ладони.
Острой необходимости прикасаться к телу у меня не было, но лучше заранее испачкать руки в изоляторе, чем потом забыться и получить нагоняй от Соколова.
Как только Столяров убедился, что сбагрить труп все-таки удалось, патрульные были отпущены на обед, сам же следователь направился к выходу из парка встречать фургон. Столяров намеревался сдержать слово и помочь нам с извлечением тела из оврага и последующей транспортировкой.
Читать бесплатно другие книги:
