Убийство со вкусом кьянти Евдокимова Юлия
– Нет, извините, эту женщину я не знаю, – развел руками официант. – Но у нас много народа бывает. Во всяком случае, я ее не помню.
– Погоди-ка, – вдруг сказала женщина-администратор, встречающая гостей при входе в ресторан, – по-моему, я ее помню. Комиссар, у нас есть один постоянный клиент. Он с юга, то ли из Калабрии, то ли из Пульи, но у него студия здесь, во Флоренции, недалеко от центра, на улице Чимабуэ, это за Альмендолой. – Она неопределенно махнула рукой куда-то вдаль. – Он архитектор. Сын тоже живет здесь, держит ресторан в пригороде, синьор рассказывал, а сам синьор часто бывает у нас. Недавно он заходил с девушкой, иностранкой. Очень похожа.
– Как его зовут?
– Джузеппе ди Бенедетто, у меня его визитка где-то осталась, минутку…
Студия промышленного дизайна Джузеппе ди Бенедетто действительно была неподалеку. Все как положено, солидная вывеска и латунная кнопка домофона, но внутри никто не ответил. Судя по всему, синьор работал дома, и студией был апартамент в жилом флорентийском палаццо.
Пора было возвращаться в офис, домой к синьору ди Бенедетто лучше наведаться ранним утром, когда он гарантированно будет дома. Заодно предварительно справки навести, что за фрукт.
* * *
В шесть утра дорога на Флоренцию была практически пуста, часа через два здесь будет сложно проехать, но пока большинство людей еще спало. Ехать было минут двадцать, но к началу рабочего дня этот путь мог занять больше часа, поток легковых и грузовых машин в обе стороны заполнял всю трассу.
Перед тем как тронуться в путь, Лука заехал в квестуру и забрал распечатку информации по архитектору ди Бенедетто.
Его постоянным местом проживания был город Бари, там же была зарегистрирована основная студия, но филиал был открыт также во Флоренции.
Постоянного места жительства во Флоренции Джузеппе не имел, но в районе улицы Чимабуэ, на виа Джотто, жил его брат, Джакомо ди Бенедетто, там и зарегистрировал студию архитектор, именно туда и направлялся сейчас комиссар.
Здесь, вне туристического центра, уже кипела жизнь, хозяева небольших тратторий протирали стекла или мыли тротуар при входе, подъезжали машины с продуктами, официанты смахивали пыль с пластиковых столиков и расставляли стулья под навесами. Флорентийцы собирались на работу, утренняя чашечка эспрессо была обязательным ритуалом. Припарковаться было сложно, но у нужного ему подъезда Лука увидел отъезжавший пикап и тут же занял его место.
На уже знакомой латунной табличке он нажал тяжелую блестящую кнопку звонка напротив фамилии Ди Бенедетто.
После второго звонка в домофоне раздался шум, и мужской голос спросил:
– Пронто?
– Синьор Джакомо ди Бенедетто? Полиция. Я бы хотел с вами поговорить.
– Синьора Джакомо сегодня не будет, – ответил голос.
– Прошу вас, откройте, мне необходимо с вами поговорить.
– Поднимайтесь на второй этаж и направо. – Дверь щелкнула и медленно начала открываться.
Луку встретил мужчина лет шестидесяти, худой, со светлыми седеющими волосами. Он был одет в бархатный темно-синий халат.
– Слушаю вас?
– Комиссар Лука Дини, полиция Эмполезе. – Он показал удостоверение. – С кем я разговариваю?
– Я брат Джакомо, Джузеппе.
– Именно с вами я и хочу поговорить, синьор ди Бенедетто.
– А в чем, собственно, дело?
– Вы разрешите пройти? – кивнул Лука в сторону комнаты.
– Прошу, – посторонился ди Бенедетто. – Кофе?
– Нет, благодарю вас.
– Тогда минуточку, я себе все же сварю, извините. Я поздно лег вчера, был на встрече.
Лука устроился в одном из кожаных кресел, тут появился хозяин, державший в руках маленький поднос с кофейником и двумя чашками.
– На всякий случай, возможно, вам тоже захочется кофе. Я слушаю вас.
– Синьор ди Бенедетто… Вам знакома эта женщина? – Лука протянул фотографию.
Архитектор прищурился, взял со столика очки, вгляделся в снимок и тут же встревоженно взглянул на комиссара:
– Что случилось? Это же снято… эта фотография… это же не живая…
– Вы знаете ее, синьор ди Бенедетто?
Архитектор встал:
– Пойдемте со мной, – пригласил он комиссара.
Он провел Луку в небольшую, просто обставленную комнату, где стояла узкая кровать, столик с лампой и старый коричневый шкаф, основательно разъеденный жуками-древоточцами, – антиквары такой с руками оторвали бы. Архитектор открыл дверь шкафа.
– Вот ее вещи… – кивнул он на небольшой чемодан и замолчал. Потом вздохнул и решился: – Что случилось, комиссар?
– Расскажите мне, откуда вы знаете эту женщину.
– Ее зовут Алиса… Алиса… Дзавадска… такая польская фамилия… она из России… Мы познакомились в социальной сети… мы много с ней переписывались, общались по телефону, по скайпу… больше полугода. Алиса – преподаватель итальянского в университете. Поэтому мне было очень легко с ней общаться, и вообще… комиссар, она очень красивая и сексуальная женщина… Я, конечно, понимаю, что старше ее. Но с каждым днем Алиса нравилась мне все больше и больше. Я пригласил ее во Флоренцию.
– Вы оформили приглашение?
– Нет, она как раз собиралась в Италию в отпуск, и я пригласил ее провести неделю во Флоренции, я хотел показать ей город, поводить по хорошим ресторанам.
– Вы пригласили ее только на неделю?
– Комиссар, я уж немолод… я не живу с женой уже много лет, но официально я до сих пор женат. Ну что я вам объясняю, вы же знаете, что развестись нелегко, имущество там… да и церковь, сами знаете, так просто разрешения не даст. А мы ведь венчались, все по правилам. И мы, как многие другие пары, просто выбрали раздельное проживание. Алиса молодая девушка, я не видел смысла рассчитывать на какие-то серьезные отношения. Я считал, что она прекрасно это понимает… И раз мы понравились друг другу, то почему не провести вместе какое-то время?
– То есть молодая девушка приняла приглашение пожилого человека развлечься недельку, я правильно понимаю?
– Ну… не совсем так… вы не в том смысле все поняли… это просто туризм, я хотел показать ей Тоскану, показать Флоренцию… а потом – только если бы между нами возникла симпатия… ну, вы же знаете, как это бывает между мужчиной и женщиной…
– А через неделю вы бы сказали – прощай, дорогая, время истекло?
– Но у нас сразу был разговор только про неделю!
– И что дальше?
– Она приехала, я встретил ее… Да, симпатия возникла…
– То есть у вас были с ней отношения?
– Ну… были… но только две ночи… а потом… Она вдруг устроила истерику, расплакалась, сказала, что я такой же, как все, назвала меня ублюдком, и ушла.
– Куда ушла?
– Ну откуда же я знаю? Она сказала, что заберет вещи, что ей есть куда идти, что она не проститутка, чтобы приезжать на неделю по вызову. Но больше я ее не видел.
– И вы не волновались? Не заявили в полицию, что она не вернулась?
– А почему я должен волноваться? Она взрослая женщина, у нее есть знакомые, она постоянно отправляла кому-то сообщения и сказала, что ей есть куда идти. Я не могу нести за нее ответственность! Она приехала сама, я даже не приглашал ее официально! И потом, я же был очень занят, встречи с клиентами, я начинаю новый проект, и мне просто было некогда думать об Алисе!
– Когда вы видели ее последний раз?
– Это было… десять дней назад. Она приехала тринадцатого июля, значит, с четырнадцатого на пятнадцатое она ночевала здесь последний раз… днем пятнадцатого она ушла…
– Я должен забрать вещи, официально, по описи. Я приглашу сейчас своих сотрудников.
Комиссар вышел в коридор и позвонил Массимо.
– И кстати… не мог бы ты заехать за этой русской… Алессандрой? – вдруг сказал он. – Я позвоню ей сейчас, предупрежу.
Он достал визитку и набрал номер.
– Buongorno, синьора Алессандра, это комиссар Дини. Вы заняты сегодня?
– Добрый день, комиссар. Особых планов у меня нет, а что случилось?
– Вы не могли бы помочь мне? Это неофициально, но ваша помощь очень ускорит дело. Я бы хотел, чтобы вы помогли мне осмотреть вещи вашей соотечественницы. Возможно, вы сможете нам перевести все записи, которые мы найдем. Потом мы вызовем официального переводчика, но это все сильно затягивает время, а ваша помощь может ускорить нашу работу прямо сейчас.
– То есть вы нашли вещи убитой женщины, и она действительно русская? Да, комиссар, я к вашим услугам.
– Мой инспектор уже едет к вам.
Комиссар убрал телефон в карман и повернулся к архитектору:
– Так что вы делали два дня назад, поздно вечером, примерно после 9 часов вечера?
Ди Бенедетто, который в тот момент вставал с дивана, рухнул обратно и даже закашлялся:
– Комиссар, вы что, меня подозреваете? Да вы что себе позволяете, да я сейчас позвоню в квестуру! Меня знают, я уважаемый человек! – он снова закашлялся.
– Так где вы находились в это время? В квестуре вам зададут такой же вопрос.
– Позавчера… – неожиданно спокойно начал вспоминать архитектор. – Ну конечно! У меня же были переговоры с американскими партнерами по новому проекту! Мы часов в восемь вечера начали и закончили уже после полуночи. Ну, вы же понимаете, разница по времени!
Лука сделал пометку: запросить данные у провайдера, и, доверительно улыбнувшись ди Бенедетто, попросил:
– Вы, конечно, сохранили переписку с вашей гостьей? Вы позволите мне ее посмотреть? Судья выдаст ордер, и вам придется ее показать, но так мы сэкономим время.
Архитектор поднялся и пригласил Луку за собой, в кабинет.
Пока Массимо заезжал за русской адвокатессой и они ехали во Флоренцию, Лука успел просмотреть и сообщения в скайпе, и переписку в почте архитектора. Кто знает, что удалит ди Бенедетто после их ухода, без ордера изъять компьютер они не могли. Все было примерно так, как тот и рассказывал, причем никаких упоминаний о сексе в письмах не было. Это был обычный итальянский флирт с комплиментами и уже более четкими договоренностями о приезде девушки в Италию.
В любом случае придется готовить судебный запрос, распечатывать все сообщения и тщательно изучать, но этим займется Массимо.
6
Саша была удивлена звонком комиссара Дини и даже заинтригована, ей никогда не приходилось видеть работу полиции во время путешествий по Италии, а если честно, то и в России, ведь ее работа была ограничена гражданскими делами.
Приключение казалось захватывающим, словно она стала участником одного из детективов, которые любила читать.
Она убеждала себя, что согласилась из чувства ответственности и долга, это же ее соотечественница была убита! Но в глубине души понимала, что главная причина – любопытство.
По дороге молодой полицейский, которого она видела с комиссаром в ресторане, так и не рассказал, куда они едут.
– Все увидите на месте, – сразу остановил он Сашины возбужденные вопросы. Но всю дорогу он поглядывал на девушку с любопытством, даже не стараясь это скрыть.
В квартире Сашу встретили взволнованный пожилой синьор и уже знакомый комиссар Дини, синьор попытался пройти с ними в комнату, но комиссар вежливо попросил его остаться в холле.
Саша смотрела, как перебирают вещи, которые уже никогда не понадобятся их хозяйке. Она не спрашивала, что же точно случилось с девушкой и кто этот господин в возрасте, вот сначала она поможет полицейским, а потом обязательно заставит их все рассказать. Когда это итальянцы отказывались поговорить с молодой женщиной, даже если они полицейские!
В одном из отделений чемодана лежал паспорт.
– Сомнений нет, это та самая женщина на фото, – сказал Массимо, открыв паспорт и рассмотрев фото, и прочитал:
– Дзавадскайя.
– Нет, – поправила Саша, взглянув на паспорт в руках полицейского, – Завадская. Вы читаете по-итальянски, а правильно произносится по-другому.
Переводить особо было нечего, лишь названия пары книг, найденных в ящике тумбочки у кровати. Потом она объяснила, где находится город Тула – место проживания девушки Алисы.
Пока проходили осмотр и опись вещей погибшей, время перевалило далеко за полдень.
– Ну, вот и все. Я вам обязан! – сказал Лука. – Давайте пообедаем, а то мы полдня здесь провозились, потом я отвезу вас домой.
Он помнил небольшой ресторан в Ольтрарно, где можно было вкусно и неспешно пообедать, поэтому сразу повернул налево и, проехав через мост, машина стала подниматься по крутым, малолюдным улицам тихой и провинциальной заречной Флоренции.
– Здесь совсем другая Флоренция, – сказала Саша, мне всегда именно Ольтрарно нравился.
– Вы так хорошо говорите по-итальянски!
– Разве это хорошо? Я в основном руками разговариваю! – засмеялась она.
– Вот-вот, чисто по-итальянски!
– Я работаю с итальянскими компаниями в Милане и Болонье, теми, что пришли на российский рынок, – объяснила девушка. – Мои основные клиенты плохо говорят по-английски и вообще не говорят по-русски. Сложно объяснять через посредника, какие документы мне нужны и что нужно сделать, вот так и начала учить язык и говорить потихоньку… ну и потом я часто бываю в Италии.
– Вам нравится Тоскана?
– О! – Саша заулыбалась. – Это мое самое любимое место! Знаете, как в любви, от тебя совсем не зависит, тебе нравится именно этот человек, а не какой-то другой, совпадаете вы с ним! Так и с Тосканой, в Италии множество красивых мест, но люблю именно это. Причем не туристические места, а Кастельмонте, у меня там много друзей, я туда уже как домой приезжаю!
В ресторане оказалось несколько свободных столиков.
– Во дворик? – спросил официант. – В зале прохладнее.
– Нет, обязательно во дворик! – сказала Саша, и они прошли в небольшой внутренний двор-патио, заставленный деревянными столами с белоснежными скатертями.
– Так… спагетти алле вонголе… – начала Саша, обнаружив в меню любимую пасту с крохотными ракушками.
– Нет уж! – отобрал меню Лука. – Мы во Флоренции? Значит, будем есть флорентийский бифштекс!
– Он же огромный!
– Значит, съедим не весь!
Знаменитый флорентийский бифштекс – кусок мяса на кости в середине – выглядел минимум килограмма на два… он лежал на огромном подносе, поставленном официантом на специальный столик, шкворчал и брызгался кипящим оливковым маслом.
– Хмммм, – заметила Саша, глядя, как в бокалы наливается темно-рубиновое вино. – А машину вести?
Тут удивился Лука:
– После пары бокалов кьянти? А что?
– Да нет, ничего, – засмеялась она. – Кстати, вы же будете звонить родственникам Алисы?
– Конечно, мы завтра сделаем запрос и постараемся найти их побыстрее.
– Если хотите, я могу поговорить с ними, это же быстрее получится.
– Хорошо, согласился Лука. – Спасибо, я сразу дам вам знать, как получу информацию. Вы долго еще будете в Кастельмонте?
– Еще десять дней, а потом уже домой, сначала поезд во Флоренцию, потом в Милан, и оттуда вылет в Москву.
Комиссар учил девушку правильно есть флорентийскую «бистекку» – в итальянском языке бифштекс был почему-то женского рода: отрезать тонкие ломтики, поливать их оливковым маслом, бальзамическим уксусом, посыпать солью и перцем, тут же смолотым в высокой мельничке из оливкового дерева.
Мимо сновали официанты с подносами, но запах вкусной еды уже не дразнил, Саша не осилила даже половину своей огромной порции.
– А вы знаете, что когда-то бистекку жарили на кострах по всей Флоренции в День Сан-Лоренцо, святого Лаврентия? – спросил комиссар. – Это блюдо пришло из Средневековья совсем не изменившись. Правда, – он засмеялся, – эта традиция была не совсем честной.
– Почему?
– Потому что святого Лаврентия сожгли.
Саша с опаской отодвинула недоеденную порцию, впрочем, все равно есть она больше не могла.
– Десерт? – склонился к столику официант, убрав тарелки.
Саша пыталась протестовать, согласившись лишь на традиционную чашечку кофе, но комиссар уговорил ее на тонкий ломтик флорентийского пирога, покрутив указательным пальцем в центре щеки, тосканский жест, обозначающий, что блюдо – ум отъешь.
Пирог был действительно вкуснейшим. Даже объевшаяся девушка не могла устоять и слопала свой кусок весь, до последней крошки. В нем чувствовался мед и горчила лимонная корочка, а миндальный привкус тосканских печений она вообще предпочитала всему остальному.
– Это же чудо какое-то! – восхищенно сказала она официанту. – Complimenti повару!
Тот покраснел:
– Это не повар, это бабушка моя печет. – Он покраснел еще сильнее. – Она за десерты у нас отвечает. А повар – мой дядя.
– А можно спросить у бабушки, как это готовить? – обнаглела Саша, пользуясь смущением официанта.
– Ну чисто итальянка, – рассмеялся Лука. Возглавляемые официантом, они отправились в кухню, на поиски бабушки, пожилой круглолицей синьоры, которая как раз в этот момент посыпала сахарной пудрой готовый тортик.
– Ой, деточка, я ж все на глаз беру, с детства помню, сколько чего надо, – заохала синьора, – пиши себе, – кивнула она на записную книжку, уже приготовленную Сашей. – Тебе надо яйца, муку, ваниль, мед, тыквенные семечки, миндаль, апельсиновую корку…
Расстались они с синьорой как вновь обретенные после долгой разлуки родственники, а Лука отсчитал молодому официанту щедрые чаевые.
* * *
Вернувшись в Кастельмонте, Саша пыталась занять себя чем-то, листая журналы, перескакивая в интернете с одного сайта на другой, но ни сплетни о звездах шоу-бизнеса, ни сообщения от коллег по работе ее не увлекали, мысли вертелись вокруг происшествия. Кто-то же должен знать эту девушку, не могла она случайно оказаться в роще в такой глубокой тосканской провинции! Наверняка ее знал кто-то из местных!
Когда она вышла на улицу, уже стемнело.
По вечерам улицы старых городов пустеют, лишь слышны смех, разговоры, звон посуды из дверей ресторанов, доносится запах еды из-за ставней, закрывающих старые окна.
Старички, целый день сидящие на стульчиках по обеим сторонам центральной улицы, громко обменивающиеся новостями и приветствиями с прохожими, уже разошлись, только несколько стульчиков осталось стоять прислоненными к стенам.
Спускалась теплая летняя ночь, и стали зажигаться фонари.
Именно ночью средневековые города сбрасывают свою музейную маску, надетую специально для туристов, и возвращаются в Средневековье, оживающее на их улицах в дрожащих тенях, пляшущих на стенах.
Кастельмонте, освещенный факелами в старинных железных держателях на стенах, как и восемьсот лет назад, никогда не пугал Сашу. Город был теплым и домашним.
В мастерской знакомого местного скульптора горел свет.
Через стеклянные двери Саша увидела самого синьора Альфредо и хозяина замка Роберто, они пили вино и что-то оживленно обсуждали.
Саша стукнула в дверь. Увидев ее, оба замахали руками:
– Алессандра, заходи!
Мужчины обсуждали статую святого Иоанна, сделанную Альфредо для церкви в соседнем городке. Статуя выглядела как живая, во всех красках. Даже глаза Сан-Джованни, казалось, следят за происходящим в комнате. Только пальцы у статуи были почему-то серыми.
– Да все никак не получалось, – объяснил Альфредо, – вот только что доделал наконец, они еще влажные, подсохнут, и все готово. Поэтому и задержался допоздна.
– Я сегодня разговаривала с полицией… – начала Саша…
– А, ты про убийство? Об этом уже весь город знает. Говорят, она русская!
– Да, вот я и думаю, чем помочь. Я, собственно, вот что хотела узнать, не могла же она сюда приехать совсем одна, зачем-то отправиться ночью в рощу, где незнакомец ее задушил! Наверняка кто-то ее видел, не может быть такого, чтобы человек появился ниоткуда, ведь это не Флоренция и даже не Сиена!
– Ты понимаешь, – задумался Роберто, – одно дело верхний город, он крохотный, все друг друга знают, да и в нижнем городе тоже все знакомы, подумаешь, пятнадцать тысяч человек живет. Но ведь вокруг множество небольших деревень и ферм, она могла приехать с кем-то на ферму. Естественно, что никто ее не видел. Здесь столько одиноких домов, поместий на холмах.
– Но ведь там люди живут не одинокие!
– Июль… многие в отпуске, не ждут традиционного августа, – включился Альфредо. – Семья уехала, а муж привез девицу, – начал он фантазировать.
– Ага! И удушил, – сказала Саша. – Много у вас тут маньяков, пока семья в отъезде?
– Может, случайно задушил.
– Кстати… – задумался Альфредо, – что-то мне это напоминает… склон у источника, задушенная девушка… Вспоминаю я одну историю.
– Какую? Расскажи! – Саша округлила глаза.
– Я толком не помню. Давай завтра зайдем в гости к одному человеку, он тебе лучше расскажет. Сразу после обеда зайдем к нему, и я вас познакомлю.
– Я с вами, – заявил Роберто. – Я догадываюсь, куда ты хочешь ее повести, и мне тоже интересно!
Саша и Роберто, незаметно перешедшие на «ты», что порадовало девушку, всегда путавшую итальянские глаголы в обращении на «вы», медленно возвращались в замок.
Роберто рассказывал, как трудно было переделывать номера, зданию-то почти тысяча лет! И провести нормальную канализацию, горячую воду, установить современные душевые кабины. Это титанические усилия, не говоря о средствах.
В холле замка стояла тишина. Постояльцев было немного, посетители ресторана сидели в саду, за столиками у фонтана, и в холл доносилась лишь тихая музыка из сада.
Одна из дверей открылась, и навстречу, вопросительно глядя на Роберто и Сашу, вышла представительная пожилая дама с ниткой жемчуга на шее и – неожиданно – в джинсах.
– Тетя, – обратился к ней Роберто, – ты помнишь Алессандру?
– Нет, – вежливо улыбнулась дама, – нет, не помню, к сожалению! – Она развела руками.
– Она приезжала к нам уже, неужели ты не помнишь?
– Помните, в позапрошлом году… – начала Саша, и вдруг лицо дамы радостно озарилось:
– Ну конечно. Русская!
– Ну да, – обрадовалась Саша, – как вы?
– Спасибо, все замечательно, спокойной ночи. – Дама удалилась.
Как сдала за год старая графиня, – подумала Саша, но не успела об этом сказать.
– Тетя очень постарела, – словно прочитал ее мысли Роберто, – она совсем отошла от дел, теперь я тут сам всем занимаюсь.
– Я заметила, – кивнула девушка, – у тебя все получается здорово!
– А помнишь, когда ты приехала первый раз, ты приняла меня за наемного работника. А я тогда отвез тебя на станцию, чтоб не опоздала к поезду.
– Ты же не рассказывал всем постояльцам, что фактически владелец замка! – рассмеялась Саша. – Всегда тихонько стоял в сторонке, а царила твоя тетя. И в замке, и на кухне.
– Ну, на кухне Фиона ей особо царить-то не давала, – тоже засмеялся молодой человек, – но тетя всегда оставляла последнее слово за собой, и сколько соли положить, и какое меню на завтра составить.
– Я не представляю этот замок без нее! – воскликнула Саша и осеклась, разве можно об этом говорить, словно старой синьоры больше нет.
– Я тоже, – признался Роберто, – и всегда радуюсь, когда она выходит к гостям.
7
На следующий день комиссар сделал запросы в Тулу о семье убитой русской девушки.
Сейчас главным было выяснить, кого еще она могла знать в Италии, в первую очередь в Тоскане. Это удача, что коробок спичек оказался с рекламой ресторана, иначе тело так и осталось бы неопознанным. Пересекая границу, девушка не сообщала, что направляется именно во Флоренцию, да это и не фиксируется. Могло пройти много времени, пока родственники – а если их нет?! – сообщили бы об исчезновении, да и где искать человека, если он не зарегистрировался в отеле. Только по банковской карте проследить ее путь.
Случайно выпавший из кармана коробок помог идентифицировать девушку, теперь у нее, по крайней мере, будут нормальные похороны.
Но рекламный коробок не улика, тем более что дождь смыл с него все следы. Нет оснований подозревать ди Бенедетто при отсутствии других улик. И сама девушка, если верить архитектору, тоже курила, скорее всего, коробок выпал из кармана ее пиджака.
Medico legale – судебный медик – прислал отчет на следующий день.
Время смерти установили в пределах с 22 часов до полуночи, причиной смерти было удушение, но сначала девушку ударили по голове. Удар был не сильным, судя по всему, он даже не сбил девушку с ног, но, по-видимому, позволил убийце на мгновение дезориентировать жертву и набросить удавку. Нет, мафия и ее фирменная средневековая гаррота были здесь ни при чем. Дотторе Джанетти уточнил в своем заключении, что душили шелковым платком или шарфом из искусственной ткани, ее мельчайшие частички, обнаруженные на коже, позволили сделать такой вывод. Даже цвет шарфика определили, серые и красные нити, скорее всего узор на белом фоне.
По судебному запросу, подписанному судьей-магистратом, был получен ответ от компании-провайдера. Во время убийства ди Бенедетто действительно находился дома, с его IP-адреса шел активный обмен информацией с адресатом в Нью-Йорке, так что архитектор сказал правду.
Он возмущался и переживал по поводу обыска, особенно сопротивлялся, когда полиция изъяла три шелковых кашне и два шейных платка.
– Я бы тоже возмущался, – вздохнул Массимо, – если бы у меня забрали все шарфы от Эрме и Эрманеджильо Дзенья. Но я-то их вряд ли смогу купить.
Совпадений по волокнам ткани не обнаружили, но когда кашне и платки возвращали архитектору, ди Бенедетто брезгливо поджал губы, рассматривая пластиковый пакет, в который они были упакованы, потом демонстративно выбросил пакет в урну в кабинете инспектора и, не прощаясь, вышел из кабинета.
Массимо с тоской посмотрел на урну, но удержался от соблазна бесплатно завести в своем гардеробе такие дорогие и модные вещи.
Теперь начиналась рутинная работа по предъявлению фотографий, опросам соседей и фермеров в округе, это могло затянуться надолго, а подобные преступления, не раскрытые в первые дни, часто так и оставались нераскрытыми на долгие годы. Порой преступника находили случайно.
Была надежда на контакты Алисы – как там правильно произносила ее фамилию блондинка-адвокат? – Завадской в Италии, а это тоже большая и длительная работа российской полиции по опросу родственников и полиции итальянской по ее местным контактам в телефоне и соцсетях.
Особой огласки убийство не вызвало, и комиссар порадовался, что ни прокуратура, ни судья-магистрат не тревожат его лишний раз. Если бы дело попало на первые полосы газет, его бы ежедневно требовали с отчетом к начальству.
8
Саша сидела на скамейке у подножия старой башни, вдыхала аромат цветов, тающий в июльском зное, и смотрела, как оживает долина.
Нежный яд Тосканы давно проник в ее кровь, она использовала каждый приезд в Италию, чтобы сбежать в Кастельмонте хотя бы на несколько дней, здесь она чувствовала себя счастливой, даже просто сидя на смотровой площадке с видом на окрестности.
Все больше и больше автомобилей, грузовиков, автобусов сновали внизу, на широкой дороге, ведущей в Сиену. Несколько человек прогуливались по полям с собаками.
А вот тот пожилой синьор, судя по виду издалека, приехал посмотреть на свои подсолнухи. Его поле ярко-желтым клином врезалось в нежную, несмотря на июль, зелень рощи и берегов небольшой речки Эльзы.
Вроде и река-то – ручеек, перепрыгнуть можно, и не видно ее в зарослях ивы, за сухой высокой травой, – а дала имя всей долине.
Дальше, за зеленой рощей и подсолнухами, – оливковые деревья и виноградники. Кьянти – знаменитый на весь мир регион – совсем рядом. Но местные виноградники – тоже территория кьянти. И вино местное не хуже дорогих, раскрученных марок с красным петухом на этикетке. Саша даже предпочитала местное вино маркам известного консорциума.
Саша спустилась по узкой тропинке в поле, своим обычным утренним маршрутом, к ближайшему холму, откуда открывался потрясающий вид на башни, стены и крыши древнего города.
Читать бесплатно другие книги:
